Литературный форум Фантасты.RU

Здравствуйте, гость ( Вход | Регистрация )

Литературный турнир "Игры Фантастов" Турнир на тему "Коварная ирония Судьбы" (новогодний турнир)

4 страниц V  « < 2 3 4  
Ответить в данную темуНачать новую тему
Первая звёздная, научная фантастика
Andrej
сообщение 7.2.2021, 9:22
Сообщение #61


Создатель миров
*****

Группа: Пользователи
Сообщений: 1284
Регистрация: 1.10.2012
Вставить ник
Цитата
Из: Воронежа




3.

Мишель спешила на совещание к главврачу. Только что из космопорта поступило сообщение о ещё двух заболевших, и доктор Морган, затребовав данные Жуана, пригласил к себе врачей.

Когда все собрались, Морган — невысокий совершенно лысый человек лет пятидесяти с длинным узким носом и тонкими, едва видимыми губами, — встал из-за стола:

— Сейчас в нашем реаниматоре находится Жуан Алмейда, турист, прибывший утром на прямом рейсе с Земли. Он поступил к нам с острой почечной и печёночной недостаточностью, за чем последовала обширная полинейропатия. Сейчас пациент находится в крайне тяжёлом состоянии без позитивного прогноза, — Морган поджал губы и сделал секундную паузу. — И это не самое страшное, коллеги. В космопорте ещё два таких же случая среди туристов. Это заставило меня просмотреть анализы Алмейды и обнаружить там то, что не обнаружила доктор Диксон, — главврач сверлил взглядом Мишель. — Вы видели, что у вашего пациента крайне низкий уровень нейтрофилов и высокий уровень лимфоцитов?

— Я не предполагала... — растерянно призналась Мишель. — Я боролась с интоксикацией... Да их и не выпустили бы с Земли без отрицательных тестов!

— Ладно, — прервал её главврач. — Всё равно было уже поздно. Вы его везли по коридорам, общались с персоналом. Если вирус передаётся воздушно-капельно, он уже тогда распространился по больнице. Я официально объявляю инфекционную тревогу! — Морган поводил рукой перед лицом, и тут же в воздухе повисла красная мигающая табличка с оповещением. — Мы не знаем, каков титр вируса в воздухе и кто из персонала заражён! Потенциально инфицированы все.

Врачи начали взволнованно переговариваться.

— Будем исходить из этого, хотя надеюсь, что всё не так плохо, — продолжил Морган. — Сейчас нам всем, а также и остальному персоналу необходимо надеть защитные костюмы с респираторами. Затем взять мобильные камеры и постепенно перевезти сюда всех людей из изолированных помещений космопорта. По моим данным, их там тридцать восемь человек, включая экипаж корабля, таможенников, охранников и парамедика.

— Служба безопасности должна была послать на корабль токсиколога, — добавила Мишель. — Я просила найти токсин.

— Значит, ещё и сотрудники СБ, работающие сейчас на корабле, — кивнул Морган. — Когда помещения и корабль освободятся, их продезинфицируют. А пока готовьте палаты и размещайте пациентов. В инфекционном отделении у нас всего шесть мест, поэтому будем использовать весь стационар. Не забудьте, что после объявления тревоги больница изолирована. Свободен только выход в тоннель к космопорту. Связь тоже отключена — осталась только локальная. А единственный канал общения с внешним миром — у меня. Как вы понимаете, это поможет избежать паники в городе. Так что идите работайте. Главное — держите себя в руках и не давайте паниковать персоналу.

Все вышли в коридор. Заведующий стационаром сразу отправил сотрудников надстраивать вторые ярусы над койками в палатах — больница не была рассчитана на такое количество пациентов одновременно. Остальные врачи рассеялись по своим кабинетам — одеваться в защитные костюмы.

— Йохан! — остановила Мишель молодого врача, с которым их видел Чарльз. — Мне нужна твоя помощь. Приходи в реанимацию.

— Что ты будешь делать?

— Прогоню сейчас тесты на все подходящие по симптомам вирусы. А там посмотрим.

— Хорошо. Я скоро...





Жуан Алмейда был ещё жив — приборам удавалось поддерживать циркуляцию крови и дыхание. Мишель запустила десяток тестов, после чего вынула из шкафа защитный костюм, очки, респиратор, оделась и принялась ждать.

В этот момент дверь раскрылась, и влетел доктор Гроссман, как поняла Мишель по светящемуся бейджу на его защитном костюме.

— Диксон, — выпалил он, — сколько у вас здесь доз наров осталось?

— А что?

— Дайте мне капсулы три-четыре.

— Зачем?

— Как зачем? А вирусы как лечить собираетесь?

— Так тесты ещё не завершились. Мы не знаем пока, какой это вирус.

— Да какая разница! — махнул рукой Гроссман. — Их не так много с этой симптоматикой. Все уже колются от гепатита, ВИЧ, полиомиелита, герпеса и чёрт знает от чего ещё! А у меня всего одна капсула в кабинете была. Дайте хотя бы три.

— Вы с ума сошли?! — воскликнула Мишель. — А пациентам что останется?

— На складе ещё есть наверняка — привезут. А нам сейчас надо. Иначе кто их лечить-то будет, пациентов ваших?

— Я не дам. Идите у кого-нибудь другого просите.

— Да у всех уже кончились. Завстационаром грудью встал и не пускает к себе. Только у вас здесь и остались.

— Я не дам, — повторила Мишель.

Гроссман сам бросился к шкафу, начал лихорадочно выдвигать ящики и копаться в них. Мишель попыталась оторвать врача от поисков лекарств, но тот грубо оттолкнул её. Тут в комнате появился Йохан Олсен, быстро сориентировался в ситуации, кинулся к Гроссману, собрал его в охапку и выкинул за дверь.

— Ты в порядке? — спросил Йохан, блокируя дверной замок.

— Да, всё нормально, — ответила Мишель. — Они там что, с ума все посходили?

— Скоро успокоятся — нары уже кончились. Так что придётся начинать заниматься работой.

— А ты сам — тоже?..

— Я жду результатов тестов. И лучшее место, где это можно делать — здесь, — он улыбнулся. — И нары рядом, в шкафчике. Как узнаем, что за вирус, сразу уколемся. Уже прицельно.

Мишель опустилась в кресло и в дополненной реальности раскрыла окно больничной регистратуры.

— Уже десять человек привезли, — сообщила она Йохану. — Двое — в реаниматорах, остальные в палатах — пока без симптомов, — она вздохнула. — Алмейду придётся выключать. Реаниматор может понадобиться кому-то другому.

Тут в поле зрения Мишель возникла зелёная иконка просмотра результатов работы мультициклера.

— Чё-ёрт! — протянула она, раскрыв табличку.

— Что там? — обеспокоенно спросил Йохан.

— Всё отрицательно.

— Сколько тестов ты проводила?

— Достаточно. На все подходящие вирусы.

— Но что-то же осталось непроверенным?

— Да, но там совсем не то.

— Проведи все тесты, какие у тебя есть. Пожалуйста. Вдруг вирус мутировал, поменял симптомы? Мало ли. Мы должны быть уверены.

— Это займёт не менее двадцати минут, — прикинула Мишель. — Циклеру придётся работать в две смены.

— Ничего. Это того стоит.

Мишель активировала автоматический забор крови и запустила первый набор тестов. Затем набрала крови пациента для следующих анализов, поставила в холодильник. Подойдя к реаниматору, посмотрела несколько секунд на Алмейду, опутанного трубками и проводами, на его жёлтое лицо, на всё ещё мелко подрагивающие мышцы и нажала кнопку отключения.

— Прощайте, мистер Алмейда, — тихо произнесла Мишель.

В комнате сразу стало тише: перестал работать аппарат искусственного кровообращения, отключились прибор гемодиализа и другие, более мелкие устройства жизнеобеспечения и анализа. Реаниматор начал по очереди отсоединять трубки, промывать их, дезинфицировать и укладывать в свои внутренние карманы.

Йохан подошёл к Мишель, встал сзади и обнял.

— Всё будет хорошо, Шелли. Мы найдём решение.

Мучительно долго протекли двадцать минут. Первая группа тестов показала отрицательный результат, и когда зелёная иконка мультициклера снова появилась и замигала перед глазами Мишель, она чуть не подскочила в кресле. Раскрыла табличку и, разочарованно закрыв глаза, со стоном откинулась на спинку.

— Готово? — спросил Йохан.

— Готово, — упавшим голосом ответила Мишель. — Всё то же самое.

— Твою мать! — воскликнул Йохан, вскочил и прошёлся по комнате. — Что ж это за хрень? Может, это и не вирус вовсе? Может, мы ищем то, чего нет? А у них всех банальная интоксикация?

— Я не знаю...

— Ты послала результаты Моргану?.. Хорошо. Вот что — надо вызвать сюда твоего мужа.

— Чарли?

— Конечно! Он сможет выделить вирус и понять, как с ним бороться. Помочь сможет только он. Звони Моргану и скажи, чтобы сейчас же вызвал Диксона.

Но доктор Морган позвонил первым:

— У нас ещё четверо заболевших. Нужен реаниматор.

— Да, я уже отключила, — ответила Мишель. — Ещё минут десять, и можно будет принимать нового пациента.

— Хорошо.

— Доктор Морган, вы посмотрели результаты по вирусам?

— Да.

— Я считаю, что надо вызвать вирусологов из исследовательского блока. Они могли бы разобраться с проблемой.

— Разумеется, доктор Диксон. Я уже сообщил в службу безопасности. Скоро они будут здесь... И вы сможете увидеться с мужем, — добавил Морган и положил трубку.

Мишель вдруг пошатнулась, но вцепилась руками в реаниматор и устояла. Она только сейчас вдруг ощутила, что эта встреча с Чарли может стать последней. Мишель глубоко вдохнула — в глазах прояснилось. Повернулась к Йохану:

— Я вызову бригаду из морга...
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
Andrej
сообщение 10.2.2021, 9:45
Сообщение #62


Создатель миров
*****

Группа: Пользователи
Сообщений: 1284
Регистрация: 1.10.2012
Вставить ник
Цитата
Из: Воронежа




4.

Министр внутренних дел и обороны Селен-Сити Сергей Смирнов разговаривал с Землёй из своего кабинета на втором уровне города. На связи был председатель Международного совета по взаимосвязям с лунными поселениями Хэнк Купер.

— Космодром на карантине? — спросил Смирнов.

— Да, его сразу же закрыли после получения сигнала от вас. Но прошло больше полутора суток. Многие из тех, кто присутствовал при отправке рейса, уже далеко. Мы собираем информацию от служб здравоохранения разных стран, но пока о похожих симптомах не сообщали. В космопорте также нет заболевших.

— Это хорошо. В таком случае дело подпадает под мою юрисдикцию. И я хочу, чтобы главную роль в расследовании передали мне.

— Но борт принадлежит не вам, — возразил советник Купер. — Это ещё территория Земли.

— Первые симптомы у Алмейды проявились в Селен-Сити, — парировал Смирнов. — Так что давайте не будем спорить, мистер Купер. Прошу передать мне всю имеющуюся информацию и возможность незамедлительно её получать и далее.

— Хорошо, — сдался Купер. — Мой секретарь перешлёт вам всё. И я назначу уполномоченного от Совета, через которого вы будете запрашивать и получать данные. У вас уже есть версии?

— Я убеждён, что это теракт, — твёрдо сказал Смирнов. — И тут есть три варианта. Первый — Жуан Алмейда мог заразить себя либо сразу перед вылетом, либо уже на борту. В этом случае он и есть террорист. Второй — террорист не Алмейда, а другой пассажир или член экипажа. Алмейда просто оказался первым заражённым. И третий — в корабль заложили биобомбу ещё в космопорте. И тогда террорист — кто-то на Земле, работник космопорта. Если первые два варианта не подтвердятся, я верну вам расследование.

— Справедливо, — согласился Купер.

— А теперь я хотел бы получить все данные о Жуане Алмейде — его действия за последний месяц, его переписку, запись звонков, действия в вирсе, записи всех камер, на которые он попадал. А также полную информацию обо всех, с кем он встречался за этот последний месяц и в реале, и в вирсе, и с кем наиболее часто общался сообщениями или звонками. Попросите секретаря всё это собрать как можно быстрее.

— Я вас понял, мистер Смирнов, — ответил Купер. — Постараемся обеспечить вас всем необходимым в кратчайший срок.

Они распрощались, и Смирнов сразу же раскрыл экран трансляции с больничной камеры, установленной над входом. По холлу из стороны в сторону нервно прохаживался охранник Энди Гётц в спецкостюме, очках и респираторе. Смирнов активировал голокамеру, та, еле слышно жужжа винтами, спустилась с потолка на нужную высоту и застыла в полутора метрах от стола.





Энди Гётц боялся. Нет, он не боялся оказаться в реаниматоре, не боялся боли или паралича. Он боялся, что больше никогда не выйдет из этой больницы, никогда не увидит Луны, не слетает на Землю повидать брата и деда, и даже не сможет поговорить с ними по Сети.

Энди ходил взад-вперёд по холлу больницы, не в силах опуститься в кресло и спокойно посидеть даже несколько минут. Он искусал губы в кровь и постоянно мял кисти рук, стремясь унять дрожь.

Неожиданно иконка Сети мигнула зелёным, и в ушах Энди раздался голос министра Смирнова:

— Лейтенант Гётц!

Энди обернулся и увидел посреди холла виртуальное трёхмерное изображение министра, сидящего за рабочим столом.

— Полковник! — вытянулся в приветствии Гётц.

— Как ваше самочувствие, лейтенант?

— Пока нормальное, сэр.

— Какая ситуация в больнице?

— Паники нет, — доложил Гётц. — Никто пока не пытался прорваться наружу. Ни здесь, ни в тоннель. Я постоянно слежу за камерами.

— Хорошо. Вы хотите что-то спросить? — заметив, что руки Энди нервно подёргиваются, спросил Смирнов.

— Полковник... Выпустите меня отсюда.

— Что? — нахмурился министр.

— Я же здесь у входа сижу! Ни с кем не контактировал, к больным не подходил. Даже не видел их. Я ведь не успел ещё заразиться! Прошу вас, полковник, выпустите меня. Поместите меня в бокс, проведите нужные тесты... Я уверен — я здоров!

— Лейтенант! — повысил голос Смирнов. — Вы говорите чушь! Вы должны знать, что значит режим инфекционной тревоги. Никто не имеет права покидать зону карантина. Немедленно прекратите панику! Возьмите себя в руки. Вполне возможно, что вы и не заразились. И когда карантин снимут, вы выйдете из больницы вместе со всеми остальными. А сейчас сохраняйте спокойствие и выполняйте свои обязанности. Вы поняли меня?

— Да, сэр, — упавшим голосом произнёс Гётц. — Я вас понял.

— И вот что, лейтенант, — уже спокойно проговорил Смирнов. — К вам направляются вирусологи из исследовательского блока. Вы должны сопровождать их по больнице и охранять от возможных нападений. Никто из них не должен заразиться. Вы поняли, Гётц?! Никто.

— Да, сэр! Я прослежу.

— Держитесь, лейтенант.

С этими словами Смирнов исчез, а иконка Сети снова погасла. Гётц закрыл глаза и глубоко вдохнул, стараясь успокоиться.

Не прошло и пяти минут, как входные двери больницы раздвинулись, и в проёме показались фигуры в красных скафандрах.





Чарльз Диксон, Нодар Беридзе и Виктор Воронов — вирусологи-микробиологи Селен-Сити — медленно двигались по коридору, соединяющему центральную площадь с больницей. В противовирусных скафандрах идти было неудобно и тяжело — будто по лунной поверхности. С тем лишь отличием, что здесь работали магнитные ботинки, оберегавшие от случайного падения или неожиданного столкновения со спутниками.

Чтобы не пугать своим видом жителей города, вирусологи, облачившись в красные скафандры ещё в лаборатории, добирались сюда из исследовательского блока по техническим тоннелям — местами узким, петляющим, с лестницами и шлюзами, где приходилось пробираться крайне медленно и осторожно, чтобы не повредить скафандры.

Когда утомлённая сложным переходом троица подошла к только что сооружённому Службой безопасности дезинфекционному шлюзу, охранники расступились, а двери раздвинулись, открывая проход в небольшую камеру, где могли находиться одновременно не более пяти человек. Однако Диксон, Воронов и Беридзе в своих громоздких скафандрах едва поместились там втроём.

Впустившие их двери закрылись, вирусологи подключили воздушные баллоны, проверили связь с оператором Службы безопасности, и Диксон объявил:

— Входим.

Он нажал на кнопку у дверей в противоположной стене камеры, подтверждая разблокировку, и через секунду шагнул в просторный холл больницы.

Вокруг было тихо и спокойно. Лишь стоявший поодаль охранник в защитном костюме и респираторе нарушал идиллию запустения.

— Энди! — махнул ему Диксон, прочитав фамилию на бейдже.

Гётц подошёл к вирусологам:

— Привет, Чарли! Я вас ждал.

— Где все? — спросил Диксон.

— В стационаре — все больные там, — пояснил Гётц. — Только трое в реаниматорах — и с ними несколько врачей. Мишель тоже в интенсивке, — добавил он.

— Сколько уже заболевших? — задал вопрос Беридзе.

— Я не знаю, — Гётц развёл руками. — У меня нет доступа к врачебной базе.

— Понятно, — заключил Диксон. — Сам-то как?

— Пока ничего. Надеюсь, что не успел заразиться.

Диксон кивнул в ответ и обратился к спутникам:

— Идём к Моргану.

— У меня приказ вас сопровождать, — сказал Гётц.

— Зачем? — спросил Воронов.

— Полковник опасается, что кто-нибудь может повредить ваши скафандры.

— Хорошо, — согласился Диксон. — Идём.

Гётц шёл впереди по пустым коридорам, вирусологи — за ним. Вскоре он остановился у кабинета главврача:

— Здесь. Я подожду снаружи.

Диксон кивнул в ответ, и троица вошла в раскрывшиеся двери.

Джеймс Морган встречал их, стоя перед рабочим столом:

— Рад, что вы здесь, коллеги.

— Спасибо, — кратко ответил Диксон и сразу перешёл к делу. — Какая статистика?

— Все пассажиры корабля и экипаж заболели. Это двадцать три человека. Пятеро, включая нулевого пациента, умерли. Трое — в реанимации, остальные в стационаре.

— Из местных пока никто не заболел?

— Нет. Но инкубационный период не известен, — развёл руками Морган. — Так что ждём изменений в любую минуту.

— Сколько длится сама болезнь? — спросил Воронов.

— Насколько мы можем судить, от начального проявления симптомов до летального исхода проходит около двух часов. В реаниматоре можно поддерживать чуть дольше. Но исхода это не меняет. Симптомы у всех одинаковые: острая почечная и печёночная недостаточность и молниеносная полинейропатия.

— Ясно, — сказал Диксон. — Значит так. Доктора Беридзе и Воронов сейчас отправятся в стационар. Вик, — обратился он к Воронову, — возьмите образцы крови и мазки из носоглотки у всех заболевших. У остальных — только кровь. Не надо заставлять их снимать респираторы. А я пройдусь по интенсивке. Встречаемся в холле через час. Успеете?

— Успеем, — ответил Беридзе.

— Хорошо. Идите тогда. И возьмите с собой Энди.

Беридзе и Воронов вышли, а Диксон снова обратился к Моргану:

— Мне нужны все истории болезни и результаты вскрытия умерших. Вы же их вскрывали?

— Пока только троих, — ответил Джеймс Морган.

— Хорошо. И высылайте всю новую информацию по мере поступления.

— Что вы собираетесь делать? — поинтересовался главврач.

— Выделим вирус, микроскопируем, секвенируем геном, попытаемся определить гены. А там посмотрим.

— Сколько вам понадобится времени?

— Не меньше суток.

Морган присел на край стола, ссутулился и вздохнул:

— Это очень долго... Если мы инфицированы, вряд ли здесь кто-то останется к тому времени.

— Если заражение на корабле произошло сразу после старта, то сутки у нас ещё есть, — возразил Диксон. — Прямой рейс с Земли — это тридцать часов полёта. Симптомы у Алмейды проявились только в космопорте. От первого контакта с ним прошло всего пять часов. Надежда есть. Но обещать что-то невозможно. Если у вируса не будет известных антигенов или подобных известным, против которых уже есть программы для наров, то времени понадобится значительно больше. И тут уже останется надеяться только на удачу.

Джеймс Морган снова встал и распрямился:

— Хорошо, доктор Диксон, мы будем работать и надеяться. Уверен — у вас всё получится. А теперь идите — я не смею вас больше задерживать.

— Закатайте рукав — мне нужно взять кровь.

— Да, конечно.

Морган расстегнул манжет и подставил вену. Диксон наполнил пробирку, пометил её виртуальной меткой и положил в накладной карман.

— Жду от вас все данные, — сказал он на прощание. — И будем на связи.

Он повернулся и вышел в коридор. Раскрыл виртуальный план больницы, щёлкнул по отделению интенсивной терапии, и тут же в воздухе появилась зелёная стрелка, указывающая путь.

Следуя за ней, Диксон добрался до первой палаты, где в реаниматоре боролся за жизнь очередной обречённый турист с Земли. Чарльз поздоровался с врачом, взял у него и пациента пару миллилитров крови, положил пробирки в накладной карман и вышел. В следующей палате он повторил операцию и направился к третьей.

Шагнул внутрь и остановился у дверей: совсем рядом от него, у шкафа, стояла Мишель. В спецкостюме, очках и респираторе. Узнать её можно было только по имени на бейдже.

— Шелли... — позвал Чарльз.

— Чарли, — произнесла Мишель, не двигаясь с места, — я так ждала тебя. После того, как ты ушёл ночью... Не сказав ни слова... Я боялась, что ты не придёшь сюда.

Диксон подошёл к ней, взял за руки:

— Как я мог? Шелли...

Он бережно погладил её по голове, едва касаясь костюма.

— Делай своё дело, — сказала она дрогнувшим голосом.

— Да, конечно, — опомнился Диксон.

Он взял необходимые пробы, спрятал пробирки в карман.

— Скинь мне видео симптомов Алмейды и данные всех его анализов, — попросил он Мишель.

— Сейчас?

— Конечно. Пока я здесь, мы можем обмениваться информацией по Сети.

На нарезку роликов из памяти нейрокиба и отправку их Чарльзу у Мишель ушло минут двадцать. Диксон всё это время стоял у стены рядом с реаниматором и наблюдал за движениями жены. Его нейрокиб записывал, но он запоминал её и сам — ведь видео никогда не передаст тех эмоций, что дают воспоминания. Диксон смотрел на Мишель и не видел спецкостюма, не видел респиратора и очков. Он видел изящную талию жены, её стройные ноги, гибкие руки, прекрасное лицо, чуть улыбающиеся глаза и густые волосы. Он чувствовал её запах и ощущал её гладкую кожу под своими пальцами. Диксон вбивал себе в память эти минуты, выжигал их в мозге, потому что, как бы он ни верил в успех, но в глубине души понимал, что не успеет.

Наконец Мишель закончила, а в поле зрения Чарльза выскочило сообщение о получении архива. Он оторвался от стены, подошёл к жене и, не говоря ни слова, обнял.

— Я вернусь, Шелли, — тихо произнёс Диксон. — Утром. Дождись меня, прошу. Я вернусь утром.
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
Nil admirari
сообщение 11.2.2021, 21:26
Сообщение #63


Искатель тайн
***

Группа: Пользователи
Сообщений: 295
Регистрация: 4.10.2012
Вставить ник
Цитата
Из: Киров




На счет кандидата для первой звездной экспедиции. Как всем известно у Проксимы Центавра нашли подходящую планету в зоне жизни. Однако эта звезда красный карлик и поэтому дает вспышки жесткого излучения. Вряд ли там есть нормальные условия.
Но система состоит из трех звезд: Альфа Центавра А, Альфа Центавра В и Проксима Центавра. Так вот теперь открыли землеподобную планету вокруг звезды Альфа Центавра А в зоне жизни. Эта звезда является копией Солнца, но на 1,5 млрд. лет старше. Возможно когда то там жили цивилизации...

https://www.nature.com/articles/s41467-021-21176-6
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
Andrej
сообщение 12.2.2021, 10:17
Сообщение #64


Создатель миров
*****

Группа: Пользователи
Сообщений: 1284
Регистрация: 1.10.2012
Вставить ник
Цитата
Из: Воронежа




Цитата(Nil admirari @ 11.2.2021, 21:26) *
На счет кандидата для первой звездной экспедиции. Как всем известно у Проксимы Центавра нашли подходящую планету в зоне жизни. Однако эта звезда красный карлик и поэтому дает вспышки жесткого излучения. Вряд ли там есть нормальные условия.
Но система состоит из трех звезд: Альфа Центавра А, Альфа Центавра В и Проксима Центавра. Так вот теперь открыли землеподобную планету вокруг звезды Альфа Центавра А в зоне жизни. Эта звезда является копией Солнца, но на 1,5 млрд. лет старше. Возможно когда то там жили цивилизации...

https://www.nature.com/articles/s41467-021-21176-6


Да, интересно. Всего около 5 св.л. от Земли. Но, наверное, там всё ж таки уже никто не живёт. sad.gif Или вообще не жил. Зона жизни-то, как я понимаю, смещается по мере старения звезды? Возможно, 1,5 млрд лет назад эта планета была совсем не в зоне жизни, а та, что была, сейчас не в ней.
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
Andrej
сообщение 14.2.2021, 10:23
Сообщение #65


Создатель миров
*****

Группа: Пользователи
Сообщений: 1284
Регистрация: 1.10.2012
Вставить ник
Цитата
Из: Воронежа




5.

К утру Диксон смог кое-что прояснить. Вирус имел сферическую форму и был покрыт липидной оболочкой, а геном его представлял собой линейную одноцепочечную молекулу минус-РНК с палиндромами на концах. Всё это давало возможность предварительно отнести вирус к типу Negarnaviricota царства Orthornavirae, и считать его родственным, например, вирусам Эбола или гриппа.

Но вот секвенирование генома облегчения не принесло — в нём не было ни одного гена, близкого к уже известным. Не считая, конечно, неспецифических генов, кодирующих, например, фермент полимеразу. Но это всё были частности. А в целом вирус оказался абсолютно новым. И побороть его, быстро модифицировав одну из готовых программ для нанороботов, было невозможно.

Протирая красные от тяжёлой бессонной ночи глаза, Диксон опустился в кресло и сказал дремлющему на кушетке Воронову:

— Это всё, Вик. Мы не успеем... — И не дождавшись ответа, повысил голос: — Ты слышишь меня?

— Слышу, — сонно отозвался Воронов, открыл глаза и сел. — Ноди! — вызвал он по Сети Беридзе. — Как там? Готовы праймеры?

— Да, готовы, — ответил Беридзе. — Я уже запустил тесты. Полчаса — и мы будем знать количество инфицированных в больнице.

— Прекрасно! — оживился Воронов.

— Что толку? — упавшим голосом спросил Диксон. — Вирус придётся отправлять на Землю. Пока там разберутся со структурой антигенов, пока напишут программу, протестируют на животных — пройдут месяцы. Всё зря...

Воронов промолчал — он не знал, что ответить приятелю, ведь в больнице была его жена.





И снова Диксон и Воронов в красных скафандрах шли к дезинфекционной камере. Они уже знали, что в больнице инфицированы все и что у некоторых сотрудников начали проявляться симптомы. Диксон, понимая, что не в силах что-либо исправить, рвался к Мишель, а Воронов вызвался его сопровождать.

Час назад перестал отвечать на звонки доктор Морган. Оператор Службы безопасности, наблюдая за видео с больничных камер, сообщил вирусологам, что видит на полу в коридорах несколько неподвижных тел. И что двое в спецкостюмах, поддерживая друг друга, медленно двигаются от стационара к отделению реанимации. В палатах, конечно, тоже стояли камеры, но они не были подключены к внешней Сети, и поэтому оставалось неизвестным, что там происходит.

Дверь открылась, Диксон и Воронов вошли в больничный холл. Энди Гётц сидел в кресле у стены, наклонившись вперёд и обхватив голову руками. Диксон подошёл к нему, коснулся его спины:

— Энди!

Тот замотал головой.

— Энди, — настойчиво позвал Диксон.

— Нет! — проговорил Гётц, мотая головой. — Я не пойду туда. Я никуда не пойду. Я не пойду никуда...

— Спокойно, Энди! — крикнул Диксон. — Это я — Чарли!

Гётц вскочил и оттолкнул его:

— Не трогайте меня! Я не пойду с вами! Я туда не пойду!

— Как ты себя чувствуешь? — не замечая его криков, спросил Диксон.

— Что? — осёкся Гётц.

— Как. Ты. Себя. Чувствуешь? — разделяя слова, медленно повторил Диксон.

— Не знаю... — Гётц сделал шаг в сторону, огляделся и вернулся на то же место. — Не знаю...

— Ничего не болит?

— Нет.

— Ноги-руки работают?

— Вроде да, — Гётц поднял обе руки и покрутил кистями.

— А теперь слушай: мы протестировали всех в больнице. И тебя тоже. Все заражены. Все, Энди. И ты тоже.

Гётц попятился.

— Стой-стой, Энди, — протянул к нему руку Диксон. — Ты заражён, но симптомов у тебя нет. Понимаешь? Ты пока не заболел. Хотя уже прошло много времени. Понимаешь, что это значит?

— Что? — в растерянности спросил Гётц.

— Возможно, у тебя иммунитет. И возможно, ты не заболеешь совсем.

— Как? — Гётц ещё не до конца пришёл в себя.

— Ты понял, что я сказал? У тебя может быть иммунитет.

— Да, Чарли, я понял...

— А теперь успокойся и сядь в кресло. Мы не потащим тебя в больницу, если ты не захочешь. Хотя нам бы очень понадобилась охрана — в критических ситуациях люди могут действовать необдуманно. Даже врачи. Я был бы тебе благодарен, если бы ты пошёл с нами, Энди.

Гётц потоптался на месте, ощупал кобуру и, наконец, кивнул:

— Хорошо, Чарли. Я пойду. Вас, и правда, нельзя отпускать одних.

— Отлично, — Диксон обернулся к Воронову и, улыбнувшись, чуть кивнул. — Идём к Моргану.

По пути им не встретился ни один человек — ни живой, ни мёртвый. Двери кабинета главврача раздвинулись, и Диксон с Вороновым осторожно вошли внутрь. Джеймс Морган сидел за столом, откинувшись на спинку кресла. Руки на подлокотниках, глаза закрыты. Перед ним лежал пустой шприц.

Диксон развернул нимб-меню врача и раскрыл окно его жизненных показателей. Морган был мёртв.

— Самоубийство? — спросил Воронов.

— Лучший выход, — ответил Диксон.

Они вышли в коридор.

— Вик, Энди, идите в стационар, — сказал Диксон. — Осмотритесь, зафиксируйте всё. Может быть, ещё кто-то не заболел. Меня знаете, где найти.

— Хорошо, Чарли, — ответил Воронов, и они с Гётцем двинулись дальше по коридору.

В отделении интенсивной терапии было тихо. Прислонившись к стене, на полу сидел человек. Уже мёртвый.

Диксон сразу кинулся к третьей палате, где до этого виделся с Мишель. Но вместо неё застал там доктора Гроссмана. Он только что выкинул из реаниматора прямо на пол тело умершего пациента и неуклюже пытался занять его место. Левая рука безжизненно висела вдоль тела, правая нога была неестественно подвёрнута. Гроссман с трудом удерживался от падения, стонал и рычал, силясь правой рукой закинуть в реаниматор обездвиженную правую ногу. Нога каждый раз соскальзывала с края аппарата, и врачу приходилось начинать снова.

Диксон не стал смотреть, чем закончится борьба Гроссмана за лишние пару минут жизни, и бросился ко второй палате. Пусто. Ворвавшись в третью, увидел Мишель, сидевшую в углу у шкафа, прижав к груди левую ногу и обхватив её руками.

Чарльз упал на колени рядом с ней:

— Шелли, Шелли!

Мишель медленно подняла голову:

— Чарли...

Голос её был слабым, она тяжело дышала.

— Шелли, — Диксон попытался обнять жену.

Мишель потянулась к нему и соскользнула на его колени.

— Мне очень больно, Чарли, — произнесла она.

— Что мне сделать, Шелли? Что мне сделать? — вскричал Диксон.

— Поздно... — произнесла Мишель.

Она содрала с лица респиратор и очки и откинула в сторону.

— Зачем? — испугался Чарльз и тут же осознал глупость своего вопроса.

Мишель не ответила, а лишь поглядела на него затуманенным от боли взглядом. Лицо её вспотело, тяжёлые веки стремились сомкнуться.

— Он умер, Чарли... — наконец сказала она, прерывисто дыша. — Это так страшно... Я не хочу! Не хочу... так...

Диксон стянул с её головы капюшон и погладил мокрые волосы:

— Я люблю тебя, Шелли. Ты — единственная. Никого, кроме тебя, не будет. Никогда. Скажи, что мне сделать?

— Там... ящик... два... тридцать пять... сорок...

— Я понял, Шелли, понял, — Диксон переложил Мишель со своих колен на пол. — Сейчас...

Тут дверь раскрылась, и в проёме показался Воронов.

— Уйди! — заревел Диксон, вскакивая на ноги. — Уйди отсюда!

Воронов скрылся в коридоре, дверь снова закрылась. Диксон лихорадочно принялся разыскивать ящик 23540. Нашёл, выдвинул, схватил пластиковый миллилитровый флакон. «Шприцы?» — промелькнуло у него в голове. Он огляделся и выдвинул один ящик — не то. Выдвинул второй — снова не то.

— Да где эти грёбаные шприцы?! — выкрикнул он в отчаянии.

И вдруг вспомнил, что у него самого в одном из карманов скафандра лежит целая упаковка. Диксон вытащил ленту со шприцами, оторвал один, остальное бросил на пол. Судорожно вскрыл упаковку, набрал из флакона жидкость и снова опустился на колени перед Мишель. Закатал ей рукав, надел резинку и воткнул иглу в вену.

Закончив, Чарльз положил Мишель головой на свои колени, обнял и сидел, пока она не прекратила дышать.
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
Andrej
сообщение 17.2.2021, 10:32
Сообщение #66


Создатель миров
*****

Группа: Пользователи
Сообщений: 1284
Регистрация: 1.10.2012
Вставить ник
Цитата
Из: Воронежа




6.

«А ведь здесь ничем не хуже, чем в Аризоне, — думал Диксон, стоя на краю кратера. — Даже лучше...»

Сюда, к кратеру Кабеус, за шестьдесят километров от Селен-Сити, Чарльз приехал на арендованном багги. Огромный кратер диаметром около ста километров, неправильной формы, с рваными гористыми краями притягивал своей абсолютно чёрной глубиной. Диксону стоило сделать шаг — и он навсегда исчез бы во всепоглощающей тьме.

«Багги уедет к городу на автопилоте, а моё тело так и не найдут... Да и будут ли искать? Кому я нужен в этом мире?»

Он огляделся: чёрный космос, нависающий над серой, изрытой впадинами и трещинами, холмистой поверхностью Луны. Совершенный покой и тишина. Диксон задержал дыхание и через секунду услышал пульсацию своих сосудов. Пустота и одиночество. Вот что такое Луна. Пустота и одиночество. Диксон выдохнул. Зачем он здесь? Для чего? Не лучше ли окунуться в абсолютную темноту и исчезнуть навсегда?

«Ты жалкое беспомощное ничтожество! — смакуя каждое слово, проговорил в уме Диксон. — Ты не смог защитить даже свою жену! Ты абсолютно бесполезен. Ты лишний никчёмный человек. И твой единственный выход — эта чёрная бездна. Там спокойно. Там — решение проблем. Там — искупление...»

Он всмотрелся во мрак кратера. Темнота притягивала, засасывала, обволакивала...

«Давай! Давай, мать твою! Давай!..»

Диксон медленно занёс ногу над краем обрыва...





Было четыре часа дня. Нодар Беридзе и Виктор Воронов пили кофе в лабораторном офисе, когда дверь отодвинулась, и вошёл мрачный Чарльз Диксон.

— Привет, — хрипло сказал он, задержавшись у входа.

— Ты что не дома? — удивился Беридзе. — У тебя ж выходные.

— Не могу я там, — мотнул головой Диксон. — Мысли всякие в голову лезут.

— Сходи на площадь, наружу выйди — развейся, — предложил Воронов.

— Там ещё хуже, — Диксон тяжело опустился в кресло у стола и, подперев голову рукой, прикрыл глаза.

— Кофе будешь? — спросил Воронов.

— Давай.

— Офис, один двойной чёрный кофе.

Через несколько секунд Воронов поставил перед Диксоном стакан с горячим напитком. Чарльз с удовольствием сделал пару глотков. И только сейчас ощутил, как сильно хочет пить. Последние полтора часа он помнил смутно. А как оказался в багги, несущем его к городу на автопилоте, не помнил совсем. Потом снимал скафандр, плутал по каким-то коридорам и, наконец, оказался здесь.

— Как там? — спросил Диксон.

— Мы с Виком запечатали все тела и сложили в морге, — ответил Беридзе. — Завтра начнём возить в крематорий.

— Что с Энди?

— Всё в порядке, — успокоил Воронов. — Симптомов нет. Питание ему доставляют. Утром брал у него кровь — вирус никуда не делся.

— Рано ещё, — предположил Диксон. — Через пару дней иммунитет его уничтожит.

— Сегодня комиссары ВОЗ прибыли. Мы с Ноди водили их в больницу. Всё посмотрели, засняли, с Энди поговорили. Сейчас, наверное, отчёты строчат.

— И одиннадцать врачей с ними прилетели, — добавил Беридзе. — На замену нашим. Главный у них японец... как его?.. Накадзима. Морда кирпичом — сразу видно, что все у него по струнке ходить будут.

— Я слышал, больницу собираются переделывать, — сказал Воронов. — Один из комиссаров говорил. Инфекционные боксы большой вместимости сразу у входа в тоннель поставят. И противовирусных скафандров тридцать штук привезли. На всю больницу с запасом. Извлекают уроки, так сказать.

— Какой ценой только... — проговорил Диксон.

Воронов кивнул, Беридзе вздохнул.

Тут раскрылась дверь, и в офис вошёл директор лабораторного блока, доктор Берглунд — мощный мужчина с окладистой бородой.

— Доктор Диксон? — с порога удивился он. — Не ожидал вас застать.

— Мне здесь лучше, — ответил Чарльз.

— Хорошо. Но имейте в виду, что у вас неделя выходная. В любой момент можете уйти и не появляться до следующего понедельника.

— Я понимаю.

— Отлично! Дело вот в чём, коллеги, — начал Берглунд, поглаживая густую бороду. — Комиссия отправляет Эндрю Гётца на Землю. Сейчас на корабле оборудуют для него специальный отсек. В три дня обещают уложиться. Рейс будет прямой, без пересадки на МКС, из соображений безопасности. Гётца будет сопровождать один из комиссаров. И очень просили послать кого-нибудь из вас. Так что...

— Я могу полететь, — вызвался Диксон.

— Исключено, — ответил Берглунд.

— Я не могу здесь, — настаивал Чарльз. — Мне очень трудно сейчас в городе. Перемена обстановки поможет.

— Исключено, — повторил директор. — Вы не в том состоянии, Диксон, чтобы брать ответственность за такого рода пациента. А посылать с вами для подстраховки кого-то ещё не вижу смысла. Кто из вас, коллеги, решится?.. Вижу, энтузиазма нет. Тогда так — полетит доктор Беридзе.

Нодар Беридзе попытался воспротивиться, но Берглунд перебил его:

— Поздно, доктор, поздно. Полетите вы. Это ненадолго — дня три-четыре. Максимум неделя. Вернётесь и продолжите свою работу. Ничего страшного. Потом ещё спасибо скажете.

— Спасибо, — съязвил Беридзе.

— Всегда пожалуйста, — ответил Берглунд. — Ну, готовьтесь, коллеги — завтра у вас тяжёлый день. Можете прямо сейчас расходиться по домам и отдыхать.

Берглунд попрощался и вышел из офиса.





Утром пятницы двадцать восьмого августа 2116 года Диксон, быстро перекусив овсянкой, направился к шлюзу у больницы. Там уже ждали комиссары Всемирной организации здравоохранения, Берглунд и Воронов. Виктор был в красном противовирусном скафандре с откинутым на спину шлемом.

— Доктор Диксон! — издалека увидев Чарльза, крикнул Берглунд. — Вы Беридзе не видели?

— Нет. А что случилось?

— Не могу до него дозвониться, — посетовал Берглунд. — И дома его нет. Я уже в СБ сообщил — может, они его по сигналу нейрокиба отыщут.

— Я здесь стою, парюсь в скафандре, — возмутился Воронов, — а он шляется где-то! Спрятался что ли? Лететь не хочет? Да, я тоже не хочу. Но это же не оправдание. Поручили — выполняй. Не понимаю!

Берглунд отошёл в сторону — ему позвонили из Службы безопасности. Диксон и Воронов молча в напряжении ждали окончания разговора.

— Значит так, — подошёл к ним Берглунд с растерянным видом. — У Беридзе что-то с нейрокибом — сигнала нет. Сейчас отправили дроны прочесать радиус в сто километров вокруг города, но не знаю, не знаю... Подождём ещё час. Кофе?

Но и через час Нодара Беридзе не нашли.

— Это очень странно, — прокомментировал Берглунд. — Но тем не менее... Ситуация меняется — придётся лететь вам, доктор Воронов.

— Почему он? — спросил Диксон. — Я настаиваю на своей кандидатуре. Мне нужно улететь отсюда на время. Да и с Энди мы приятели — ему спокойнее будет.

— Нет, — ответил директор.

— Я не понимаю вашего упорства, доктор Берглунд. Я идеально подхожу.

Берглунд приобнял левой рукой Диксона и, отведя его в сторону, сказал не громко:

— Понимаете, коллега, я не могу позволить себе лишиться лучшего сотрудника на неопределённый срок. Не хочу обижать доктора Воронова, но вы — лучший сотрудник. Вы мне очень нужны здесь — надо дезинфицировать больницу, взять сотни проб, провести кучу тестов. Я могу доверить это только вам, доктор Диксон. Не обижайтесь. Это правда.

— Давайте я хоть помогу Воронову отвезти Гётца на корабль, — предложил Чарльз.

— Нет, не нужно, — похлопал его по плечу Берглунд. — У вас выходные. Идите отдыхайте. А работать будем мы — я сейчас надену скафандр и сам пойду в больницу.

— Мне хотелось бы попрощаться с Энди.

— Зайдите в офис СБ — может быть, они отроют вам канал связи на несколько минут.

— Хорошо, — процедил сквозь зубы Диксон.

Он попрощался с Виктором и отправился в Службу безопасности. Подписав соглашение о нераспространении любой информации, полученной от Гётца, Диксон поговорил с приятелем по аудиосвязи, приободрил его и пожелал мягкой посадки.

Вернувшись домой, Чарльз опустился в кресло у стола и вслушался в тишину. Всё здесь напоминало о Шелли: её кружка на столе, халат, так и висящий на спинке соседнего кресла с того самого утра... Почему он до сих пор не убрал его? Может быть, потому, что каждый день надеется увидеть, как Шелли вот-вот выйдет из ванной и наденет его? Или потому, что не хочет отпускать её из своей жизни? Но ведь этот самый халат и другие вещи Шелли, на которые он постоянно натыкается в квартире, приносят ему лишь боль. Ведь тогда, после её смерти, он всю ночь просидел в кресле с этим халатом, обнимал его, вдыхал запах жены и рыдал, рыдал дико, по-звериному. Да и сейчас еле сдерживал слёзы при одном его виде.

Так больше не могло продолжаться. Это тупик. Оставаться здесь — значит, погружаться всё глубже в прошлое, в переживания, в то, чего нет и уже не будет никогда. Так нельзя. Но и убрать халат с кресла невозможно. Невообразимо! Остаётся только уйти самому. Куда? На Землю? На Марс? Куда угодно, лишь бы отсюда, с проклятой Луны!

«Всё равно я улечу! — твёрдо пообещал себе Диксон. — Не на Землю, так к самому дьяволу!»
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
Nil admirari
сообщение 21.2.2021, 15:30
Сообщение #67


Искатель тайн
***

Группа: Пользователи
Сообщений: 295
Регистрация: 4.10.2012
Вставить ник
Цитата
Из: Киров




Цитата(Andrej @ 17.2.2021, 10:32) *
2116 года

Смотрю на эту дату и грустно становится. Мы родились слишком поздно для великих географических открытий (путешествий по океану) и слишком рано для великих космических экспедиций...
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
Andrej
сообщение 27.2.2021, 22:09
Сообщение #68


Создатель миров
*****

Группа: Пользователи
Сообщений: 1284
Регистрация: 1.10.2012
Вставить ник
Цитата
Из: Воронежа




И не говорите... sad.gif
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
Andrej
сообщение Вчера, 9:10
Сообщение #69


Создатель миров
*****

Группа: Пользователи
Сообщений: 1284
Регистрация: 1.10.2012
Вставить ник
Цитата
Из: Воронежа




Евгений Себрис

1.

— Так, поднимаем. Раз, два, три...

...

Вой сирены скорой помощи...

...

— Ядро нейрокиба лопнуло...

— Извлекай.

...

— Женя, слышишь меня?

...

— Мы попробуем восстановить ядро — может быть, удастся построить карту нейросети до аварии. Если получится, есть специальные меднары — они всё восстановят...

...

— Женечка, это твоя мама. И папа здесь, и Таня. Всё будет хорошо. Ты только очнись...

...

— Женя... — женский голос дрожащим шёпотом сквозь всхлипы. — Женя...

...

— Ядро полностью разрушено. Ничего нельзя сделать. Я сожалею...

...

— Женя, вернись ко мне. Женя, пожалуйста...





Евгений Себрис открыл глаза: белый потолок, размеренный писк и тихий монотонный гул приборов. Он снова опустил веки. Больница? Да, наверное. Но почему? Евгений попытался поднять правую руку, чтобы ощупать лицо.

— Нет, Женя, не двигайся! — услышал он рядом молодой женский голос. — У тебя все руки в датчиках и капельницах.

Себрис снова открыл глаза и повернул голову влево. У койки в кресле сидела девушка лет двадцати пяти с милым овальным лицом и забранными в хвост русыми волосами.

— Где я? — хрипло спросил Евгений.

— В больнице, — ответила девушка.

— На Луне?

— Нет, — удивилась собеседница. — На Земле.

— Почему на Земле? — в свою очередь удивился Себрис. — Что случилось?

Евгений чётко помнил, как подлетал к Луне на грузовике с рудой из пояса астероидов. Оставалось выйти на орбиту и сесть. И вот в этом месте воспоминания обрывались. Память отказывалась работать. Себрис подумал, что стоит глянуть записи нейрокиба, но вдруг осознал, что в поле зрения нет никаких иконок и вообще ничего виртуального. Нейрокиб отключён? Сломался?

— Ты попал в аварию на Калужском шоссе, — сказала девушка и взяла его за руку. — Целую неделю здесь пролежал. Я так боялась, что ты не очнёшься.

В уголках глаз девушки появились капельки слёз.

— Какая авария? — ещё больше удивился Евгений. — Какое шоссе?! Я же на грузовике летел... Почему не работает мой нейрокиб?

— От удара ядро лопнуло. Тебе скоро новое поставят.

Себрис смутно припомнил мужской голос, который говорил об этом совсем недавно. Наверное, когда он приходил в себя на несколько минут.

— Чёрт! — протянул Евгений. — Теперь и не посмотреть, что случилось на корабле.

— На каком корабле, Женя? — по щекам девушки потекли слёзы. — Ты уже почти месяц, как вернулся. Ты поехал кататься на своём «опеле» по Калужскому шоссе и попал в аварию...

— Месяц? — проговорил Себрис. — Не помню... Постойте, какой «опель»? Откуда у меня «опель»?

— Ну как же? В прошлом году купил. Когда в отпуск приезжал.

— Не помню... — задумчиво повторил Евгений и заметил, что девушка всё ещё держит его за руку. — Извините, а вы кто?

— Я? — растерялась девушка. — Я твоя жена — Таня...
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение

4 страниц V  « < 2 3 4
Ответить в данную темуНачать новую тему
1 чел. читают эту тему (гостей: 1, скрытых пользователей: 0)
Пользователей: 0

 



RSS Текстовая версия Сейчас: 1.3.2021, 21:43