Литературный форум Фантасты.RU

Здравствуйте, гость ( Вход | Регистрация )

Литературный турнир "Игры Фантастов": "Дилогия" (Прием рассказов закончится 31.07.2023 года 23:59)

 
Ответить в данную темуНачать новую тему
Фельдфебель
Гость_Максим Керн_*
сообщение 28.6.2023, 12:53
Сообщение #1





Гости



Цитата




Пролог
- Андрюха, ну чё ты там возишься? – в приоткрытой двери кабинета показалась круглая красная физиономия. – Водка греется! Мужики только тебя ждут!
- Пал Палыч, ну у меня же тренировка ещё сегодня, - я протянул свой табельный ПМ, поставленный на деревянную подставку, вместе с двумя магазинами и уложенными в гнёзда шестнадцатью патронами, в маленькое окошко оружейки нашего ПОМа, и взял у дежурного карточку-заместитель. – Сами же потом ругаться будете, если я на соревнованиях в призы не войду.
- Так, старлей, - голос заместителя командира роты ППС посуровел. Ну вот, опять начальника включил. Так-то он мужик хороший, но как выпьет … - Сегодня день милиции, тьфу ты, день полиции. Никак привыкнуть не могу с этим чёртовым переименованием. И ты должен находиться вместе со своими товарищами! И нести все тяготы и лишения! Ты присягу давал? Ты старший лейтенант, или где? Ты в полиции, или кто?
Чёрт, похоже, отвертеться не выйдет. Не люблю я алкоголь. Не моё это. Даже если немного выпью, очень быстро пьянею, а потом болею два дня, пока не оклемаюсь. Организм такой, восприимчивый. Так что, похоже, тренировка на сегодня откладывается.
Я тяжело вздохнул.
- Вот то-то же, - хмыкнул майор Васюткин, распахнув дверь кабинета, откуда доносились громкие голоса, и потянуло табачным дымом. – Лёха, налей-ка нашему чемпиону штрафную! И вот ещё, - вновь повернулся ко мне грузным телом майор, сурово сдвинув кустистые брови. – Только попробуй не занять первое место, Чернов, точно у меня без премии останешься.
Дальнейшее я помню плохо. В памяти осталось только, что всё же сумел отбиться от предложения закатиться в ресторан вместе со всеми, уже хорошо поддатыми сотрудниками, душа начальства требовала продолжения банкета. Накинув бушлат, и нахлобучив шапку на голову, толкнул тяжёлую железную дверь и вышел на улицу. Уф, хорошо… Холодный ноябрьский воздух прочистил лёгкие после прокуренного, хоть топор вешай, кабинета. Чёрт, папку в кабинете оставил. Да и хрен с ней, никуда не денется, а если вернёшься, то уже точно живьём не отпустят. Поправив сбившийся ремень с пустой кобурой, застегнул бушлат и зашагал в сторону ближайшей троллейбусной остановки. На последний троллейбус, судя по стрелкам часов, показывающих одиннадцать вечера, я ещё должен успеть, иначе придётся заказывать такси, чего делать не хотелось. Денег осталось впритык, почти вся зарплата со всеми надбавками уходила на оплату взятой в ипотеку однушки, и платить пятьсот рублей бомбиле мне не улыбалось.
Мне повезло. Не успел я подойти к остановке, как подошёл мой двадцать третий маршрут. Троллейбус был практически пуст, только несколько человек ехали по своим делам, вглядываясь в промозглую темноту за окнами. Я сел на сиденье напротив дверей, прислонившись головой к подрагивающему стеклу. В голове шумело. Хорошо, что завтра по графику выходной, успею отойти от выпитого. Пропустить ни одной рюмки мне не удалось, майор пристально следил, чтобы я не халтурил. Я закрыл глаза, пытаясь избавиться от головокружения, и буквально сразу же провалился в уютную, тёплую тьму.
- Эй, ты, скоморох, просыпайся, пора платить за проезд! – кто-то сильно пихнул меня в плечо, и сбил с головы шапку. Какого… Передо мной стояла компании каких-то подростков лет семнадцати, разряженных в костюмы, видимо позаимствованные из какой-то театральной постановки. Плащи, высокие цилиндры, трости с вычурными набалдашниками. Они что, под кайфом? Не видят, что перед ними сотрудник полиции? Я протёр глаза, недоуменно оглядываясь по сторонам. Что за… Я находился не в троллейбусе. Вместо обычных жёстких сидений, обитых дешёвым дермантином, имелись в наличии шикарные, мягкие сиденья с высокими спинками, а над головой находились секции для багажа, какие можно было бы увидеть в поездах дальнего следования. Я посмотрел в окно, и обмер. Где это я? Это точно не конечная остановка маршрута, и не троллейбусное депо. Передо мной находилось двухэтажное здание, с надписью «Станцiя N 3» на фасаде, освещённое вычурными коваными фонарями, испускавшими мягкий зеленоватый свет. А перед ним… Я ещё раз протёр глаза. Перед зданием стояло несколько экипажей, или дилижансов, какие можно увидеть в фильмах о диком западе. Только тягловой силой были не обычные лошади, а какие-то чешуйчатые зверюги, больше похожие на четырёхлапых бесхвостых ящеров. Зверюги взрыкивали, и одна из них индифферентно навалила большую кучу навоза прямо на мощёную камнем мостовую.
Твою мать… Это что, сон? Народное средство рекомендует в подобной ситуации себя ущипнуть, что я и проделал. Но желаемого эффекта не последовало. Здание с фонарями, дилижансы с ящерами, и куча навоза, к которой с совком в руке кинулся какой-то невзрачный, мелкий мужичок с невероятного размера шнобелем, остались на месте, а я не проснулся в кровати своей маленькой однушки.
- Эй, ты, чучело! Ты что, оглох? Плати, или пожалеешь, что на свет появился! Всего-то десять рублей, и так и быть, можешь топать своей дорогой! – глумливо заржал стоявший передо мной здоровяк в зелёном камзоле и сдвинутым на лоб цилиндре. Кажется, ребятки решили взять меня на гоп-стоп. Ладно, с глюками потом разберёмся. Для начала нужно охолонить этих охреневших сосунков.
- Парни, вы меня с кем-то перепутали, - примирительно сказал я, поднимаясь на ноги и шагнув в узкий проход между рядами сидений. Теперь передо мной был только один противник, толпой на меня накинуться не смогут, как и обойти со спины. – У меня нет денег.
- О, так ты ещё и безбилетник! – растянул в ухмылке губы здоровяк, судя по всему, их предводитель, продемонстрировав прореху в зубах. – Как же ты тогда в дилижансе для знати ехал? Придётся тебе ещё и штраф за безбилетный проезд заплатить, верно, парни?
Стоявшие за спиной здоровяка парни с готовностью загоготали.
- Завязывай, Михась, - раздался из группы прихвостней чей-то скучающий голос. – Долго возишься.
Я немного сдвинулся в сторону, оценивая своих противников. Четверо ушлёпков, достаточно крепких для своего возраста. Один на один мне не составит труда справиться с любым, но в ограниченном пространстве даже они могут задавить массой. Что-то мне этот сон не нравится, слишком уж он затянулся. Обладатель скучающего голоса стоял позади всех, прислонившись плечом к спинке одного из сидений. Лет шестнадцати на вид, субтильного вида, одетый в расшитый серебром камзол со стоячим воротничком, с накинутым на плечи плащом с меховой оторочкой. В руках, затянутых белыми перчатками, он небрежно крутил трость, украшенную инкрустацией. Похоже, я ошибся, главарь этих малолеток именно он.
- Слушаюсь, господин, - подобострастно ответил здоровяк. Раздался щелчок, и в руке бугая возник клинок сантиметров тридцати в длину, спрятанный до этого в теле трости. – Выворачивай карманы, чучело!
Я сделал шаг назад, лихорадочно просчитывая варианты действий. Сон явно переходил в фазу кошмара. Это уже не банальная хулиганка, это статья серьёзнее – разбойное нападение, отливающий синим клинок на бутафорский точно не походил. Адреналин ринулся в кровь, сердце нагоняло в мышцы кровь, готовя их к драке.
- Ты чо, оглох, холоп? – здоровяк в цилиндре угрожающе оскалился, направив острие клинка мне в лицо. Вбитые на тренировках по боевому самбо инстинкты сработали автоматически. Перехват левой рукой запястья противника, подшаг вперёд и удар локтем в переносицу. Здоровяк с воплем хватается за лицо, на мгновение теряя ориентацию. Апперкот правой снизу в подбородок, и бугай падает в проходе, лишая маневра остальную компанию. Теперь нельзя мешкать, надо действовать быстро, пока они не очухались! Удар ногой в живот следующему сопернику – длинному хмырю с лошадиной мордой. Тот отлетает назад, выронив трость. Прыгаю вперёд, перескакивая через бессознательное тело первого бугая, добиваю длинного классической боксёрской «двоечкой» в челюсть. Краем глаза замечая, что главарь, окинув меня презрительным взглядом, выходит из дилижанса. Что ж, одним противником меньше, а этому охреневшему мажору, похоже, плевать на своих дружков.
Передо мной остался только один, стоявший на своих двоих. Тот тоже вытащил спрятанный в трости клинок, который сейчас судорожно сжимал в трясущейся руке. Похоже, ребятки привыкли брать всех на «слабо», серьёзного сопротивления им никто ещё не оказывал. Третий противник, мелкий, похожий на хорька, ткнул в мою сторону клинком, но я был к этому готов. Захват вооружённой руки за рукав, цепляю его за отворот куртки, резкий поворот на опорной ноге, подбив, и хорькомордый впечатывается спиной в деревянный пол «дилижанса», попавшись на классический самбистский бросок через бедро. Добиваю его ударом ноги в голову, отпинываю носком берца выпавший из ладони клинок. Так, с этими, вроде, всё. Здоровяк, которого я приголубил первым, стонет и ворочается в проходе, пытаясь подняться, но он, как, в общем, и остальные, уже не боец. Боевое самбо всё-таки вещь, это вам не на малолеток в тёмных переулках наезжать. Вдалеке послышался тонкий, прерывистый свист. Это ещё что? Впрочем, сейчас не до этого, надо бы сдать этих неудачливых грабителей куда следует. Только вот… Куда? Я вернулся назад, подобрал упавшую шапку, нахлобучил её на голову и поправил форму. Ладно, будем разбираться. Сон это, или не сон, а нарушение законности и порядка налицо, жаль только, что главарь успел смыться.
Я осмотрел лежавших в проходе малолетних грабителей. Чёрт, наручники у меня только одни, это только у американских полицейских пучок пластиковых стяжек-наручников всегда с собой, российским полицейским такое не полагалось. Как не полагались и всякие там электрошокеры – тизеры. Надо бы позвать кого-нибудь на помощь, повязать этих голубчиков. Прохожу по проходу в сторону выхода, по пути успокаиваю ударом по затылку приходящего в себя бугая. Вот этого точно надо бы обездвижить, чтобы не дёргался. Достаю наручники из кожаного чехла на поясе, цепляю на запястье громилы и пристёгиваю в ножке сиденья. Теперь никуда не денется. Остальные ещё в отрубе, похоже, я их сильно приголубил. Ладно, пора осмотреться, куда это меня занесло.
Я выглянул в окно, в надежде, что что-то изменилось, но нет, всё осталось, как было. «Дилижансы», запряжённые неведомыми зверюгами, никуда не исчезли, как не исчезли и фонари и здание, украшенное странной вывеской. Бред какой-то… Ладно, надо просто позвонить в дежурку, вызвать наряд. Достаю смартфон, нажимаю на кнопку разблокировки. Ничего. Просто чёрный мёртвый экран без признаков жизни. Какого хрена, ведь я точно помню, что там оставалось ещё процентов сорок заряда! Поклацав кнопкой ещё несколько раз и не добившись никакого эффекта, убираю смартфон назад. Да что за хрень тут творится? Ладно, ничего не остаётся, как провести рекогносцировку на местности.
Я спустился по откинутым ступенькам «дилижанса», спрыгнул на покрытую брусчаткой мостовую. Огляделся по сторонам. Чёрт, где все люди-то? Хоть кто-то ведь должен быть? А, один всё-таки есть.
- Эй, ты! Иди сюда! – окликнул я мелкого мужичка, спрятавшегося за фонарным столбом. Впрочем, несмотря на маленький рост и тщедушную фигуру, сделать это было не так просто из-за невероятных размеров шнобеля. С таким не очень-то спрячешься. Да, точно, это тот самый мужичок, что собирал навоз за чешуйчатыми зверюгами-тяжеловозами. Мужичок мелко-мелко замотал головой и затрясся. Да что с ним такое?
- Вызови милицию! Тьфу ты… Полицию! Или вневедомку! Тревожная кнопка у вас тут есть? Я старший лейтенант полиции Чернов!
Я достал из нагрудного кармана кителя «ксиву» и помахал ею в воздухе. Воздействия это не возымело, мужичок затрясся ещё больше, и, похоже, вот-вот грохнется в обморок.
- Он никого не вызовет, - раздался голос слева от меня. – Он знает, что ему грозит, если он ослушается моего приказа.
Я обернулся на голос. Метрах в пяти от меня стоял тот самый лощёный хмырь с инкрустированной тростью. Главарь грабителей. Надо же, а я думал, что он сбежал. Ну что ж, тем лучше, ловить не придётся.
- Ты напал на моих людей, чем нанёс оскорбление моему Роду. За это только одно наказание – смерть, - процедил сквозь зубы главарь, медленно, палец за пальцем, стягивая с правой руки белую кожаную перчатку. Он что, собрался драться со мной на кулаках? Он серьёзно? Я выше его на полголовы, плюс тяжелее килограммов на тридцать. Весовые категории явно не в его пользу. Да и опыта в рукопашной у меня как у дурака махорки, как-никак трёхкратный чемпион области по боевому самбо, плюс призёр чемпионата всероссийских игр боевых искусств.
- Ты что, обкурился? Глаза протри, мальчонка. Я лейтенант полиции. Ты знаешь, что по закону полагается за нападение на сотрудника при исполнении?
Да когда уже закончится этот дурной сон? Не знаю, куда я попал, может, здесь какой-то фильм снимают? Тогда где съёмочная команда, оператор, камеры, режиссёр? Или это всё какой-то розыгрыш? Вряд ли, друзей, которые могли бы это устроить, у меня нет, да и не похожа окружающая действительность на театральные, или киношные декорации.
- Мальчонка? – зло прошипел главарь, сузив глаза. Он, наконец, снял перчатку. Ого, а парнишка-то явно нехило упакован. Пальцы были просто унизаны перстнями, украшенными разноцветными камушками. – За такое оскорбление, ты, смерд, будешь подыхать очень долго. Я – младший сын главы рода Ипатьевых, Елизар Ипатьев. Запомни моё имя перед смертью, холоп.
Мальчишка мерзко ухмыльнулся, направил на меня раскрытую ладонь, как-то странно зашевелил пальцами, и мне в грудь выстрелил жгут зелёного пламени. Увернуться я не успел. Только вот… Пламя, если это было оно, так как никакого тепла я не почувствовал, внезапно исчезло, впитавшись в невидимую преграду буквально в сантиметре от моего тела, а потом ударило обратно в главаря, будто отразившись от невидимого зеркала. Мальчишка рухнул на землю, выгнулся дугой и заверещал, царапая грудь скрюченными пальцами.
Я стоял в полной прострации, не понимая, что делать. Это что сейчас такое было?
- От оно как. Нападение на представителя высокого рода, - раздался позади меня чей-то гулкий, как из бочки, бас. – Статья семнадцатая, дробь пять Уложения об аристократах. Карается смертной карой через четвертование. В лучшем случае, ежели очень повезёт, заменяется пожизненной каторгой на рудниках. Попал ты, паря.
Я медленно обернулся, практически уткнувшись носом в грудь здоровенного мужичары ростом хорошо за два метра. Одет мужик был в чёрную шинель, подпоясанную широким кожаным ремнём с портупеей, на ногах сапоги с меховой оторочкой, а на голове высокая каракулевая папаха с кокардой в центре - двуглавым золотым орлом на красном фоне. На ремне у левого бока висела сабля в потёртых ножнах. Мужичара имел окладистую чёрную бороду, шикарные усы, нос картошкой и густые, кустистые брови. Нет, я точно брежу. Какие сабли в двадцать первом веке? Какая каторга с четвертованием? Какое, нахрен, уложение об аристократах?!
- Чево? – совершенно обалдев от происходящего сюра, спросил я.
- Тово, - прогудел мужик, по-вологодски «окая», мигнув кому-то за моей спиной. И вновь я не успел среагировать. Мелькнула смазанная тень, и голова взорвалась, будто в неё угодила граната. Последнее, что я услышал, прежде чем окончательно потерять сознание, были слова бородача: - Все следы убрать, со свидетелей взять подробные показания под запись. И чтоб не болтали. Мальчишку-магика в лекарню для знати, и быстро, иначе с нас шкуру спустят. А этого ухаря проверить, и в камеру, пусть с ним начальство разбирается.
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
Гость_Максим Керн_*
сообщение 28.6.2023, 13:05
Сообщение #2





Гости



Цитата




Глава 1. Допрос с пристрастием

Очнулся я от головной боли. Голова трещала так, что казалось, что вот-вот лопнет. Сколько раз себе говорил, что не буду больше пить. Похоже, кто-то вчера палёнку притащил, башка просто разламывается. Я не открывая глаз протянул руку и потёр саднящий затылок. А это ещё что? За правым ухом ладонь нащупала нехилую шишку величиной с яйцо.
- Эй, бугор, тут смертничек очухался, - раздался рядом чей-то шепелявый голос, и я резко открыл глаза. Нет, я точно не в своей ипотечной однушке, и не на диванчике в закутке дежурки, где иногда приходилось ночевать. Я лежал на каких-то деревянных нарах, просто на голых досках без признаков матраса, и, судя по железной двери со смотровой заслонкой и решётке на единственном узком оконце, находился в какой-то камере. И это точно не изолятор в нашем РОВД. Куда это меня занесло?
Я с силой потер лицо, пытаясь вспомнить вчерашние события. В голове клубился плотный туман, мысли путались. Память выхватила из кружившегося в голове калейдоскопа несколько картинок. Вот я сажусь в троллейбус, еду домой. Это я точно помню. А вот я вижу здоровенных чешуйчатых зверюг, запряженных в «дилижанс», и мерзкую ухмылочку какого-то расфранченного типчика в странном наряде, крутящего в пальцах инкрустированную трость. Не, похоже, что мне в дурку заезжать пора. Я с усилием проморгался, но камера никуда не исчезла. К тому же в ней я находился не один.
- Э, слышь, бедолага, иди с бугром перетри, обозначься. Ты ваще откуда такой нарисовался? Кто по жизни? Под кем ходишь?
Я повернул голову, буквально нос к носу столкнувшись с… Гоблином. Ну, наверное. Но сидевшее на соседних нарах существо с серой морщинистой кожей, здоровенным шнобелем и маленькими красными глазками, упрятанными под нависающими надбровными дугами, человеком точно не являлось. Так, спокойствие, только спокойствие… Ну, гоблин, или кто он там есть, и что с того. На данный момент у меня, похоже, имеются проблемы посерьёзнее. Надо в конце концов понять, во что я влип.
Я с трудом сел на скрипнувших нарах, свесив ноги. Пришлось закрыть глаза, чтобы переждать приступ головокружения. Осторожно потрогал шишку за ухом. Да уж, нехило мне вмазали. Это какая же сволочь меня так приголубила? Память вновь сделала кульбит, и я вспомнил всё. Дилижанс, группу охамевшей молодёжи в цилиндрах, пытавшейся взять меня на гоп-стоп, последовавшую за этим драку. И здоровенного бородатого мужичару в странной форме. А то, что это была форма, к бабке не ходи.
- Шнырь, глохни. Сам всё расскажет, ежели уважение имеет. Не нам, так хозяину точно. Не прессуй сходу человечка, ему и так недолго землю топтать осталось, - прорычал ещё один голос, могучая лапа скинула с соседних нар гоблина, и на них уселся другой персонаж, на которого я и уставился во все глаза. Этот тоже не был человеком.
- Чего уставился? Так и будешь в молчанку играть, фраерок? – рыкнул сидящий напротив и почёсывающий объёмное, поросшее густым рыжим волосом, пузо… Я даже не знаю, как его и назвать. Тролль? Да уж, шок – это по-нашему. Мало мне было мальчишки, швыряющего в меня зелёное пламя, мало было серокожего, морщинистого как шарпей гоблина, так теперь ещё и это. Я ещё раз внимательно осмотрел сидящее напротив меня существо. Шкафообразный, с мощными ручищами, расписанными густой вязью татуировок, и толстой шеей профессионального борца-вольника. Скошенный, как у неандертальца, лоб, огромная, как котёл, абсолютно лысая голова, украшенная глубоким шрамом, тянувшимся от затылка до левой брови. Он бы походил на человека, если бы не пара бросающихся в глаза деталей. Нос у него практически отсутствовал, вместо него имелась какая-то выпуклость с двумя узкими вертикальными ноздрями, а из-под нижней губы торчали два мощных жёлтых клыка, какие точно не встретишь у представителя человеческой расы.
- Бугор, так ему лягаши чуть калган не проломили, - возник сбоку гоблин. – Помнишь Косого из лазутинских? Ему так же прилетело, когда он одного жирного бобра на перо поставить хотел. Но тот лягавых вызвать успел. Так Косой после того вообще метлы лишился, только слюни пускал, да гадил под себя.
- Кхм… Я Андрей. Андрей Чернов, - кашлянув, начал я. Этот тролль, похоже, кто-то вроде смотрящего по «хате». Совсем тут органы берега попутали – сотрудника полиции в одну камеру с уголовниками кинули. Впрочем, похоже, что местные сидельцы об этом не догадываются, иначе к бабке не ходи, меня бы ждал совсем другой разговор.
- Ага. А я Федька Ростовский, - кивнул тролль. - Шрам погоняло. Бугром тут, за порядком присматриваю. Так за что честного фраера в нашей хате прописали? Тут птички напели, что ты, мил человек, магика чуть не вальнул. А за такое тебе дыба да деревянный макинтош корячатся. А ты, уж извиняй, по масти явно не из графьёв, иначе тебя бы сюда не кинули.
Вот оно как… Весело. Не думаю, что этот бугор врёт, да и тот бородатый мужик что-то похожее говорил. Да уж, похоже, я серьёзно встрял. И не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что всё происходящее никакой не розыгрыш и не сон. Сидящий напротив меня здоровенный татуированный тролль был вполне реальным, как и боль после удара по голове. И уже совершенно ясно, что я нахожусь в другом мире. Да уж, действительно попал. И, стоп… Федька? Ростовский? Этот тролль? Как это? Почему-то меня поразило именно русское имя сидящего напротив меня монстра, который человеком точно не был. И только сейчас до меня дошло, что и гоблин и тролль прекрасно говорят на русском языке, хоть и с употреблением уголовного сленга. Лягавые, фраер, вальнул…Они ж чисто по фене ботают, хотя некоторые словечки давно уже вышли из употребления. В уголовной среде сотрудников органов лягавыми давно уже не называют. Да уж, всё страньше и страньше…
- Ладно, оно дело твоё, пытать не стану. А вот когда крысы из Тайной канцелярии по твою душу явятся, - тролль понизил голос до шёпота и воровато глянул в сторону камерной двери. – Вот они-то точно будут. Врагу не пожелаю в их руки попасть… Ну да ладно, того точно никто не знает, - гулко хохотнул тролль и хлопнул меня лапой по плечу, да так, что я едва не рухнул обратно на нары. Ручища у Шрама была железной. Не хотел бы я с ним в рукопашной сойтись, такого только кувалдой промеж глаз завалить можно, да и то не факт.
- Ты вроде фраер правильный, не болтливый. Да и статья у тебя авторитетная, у остальных тяму не хватит на магика с голой пяткой прыгать. Жаль, не получилось у тебя его вальнуть, хоть одной гнидой меньше бы стало. Ты пока не кручинься особо, людей обычно до вышки не доводят, глядишь, и каторгой отделаешься. Оно, конечно, и там не малина, но ежели ты по жизни правильный фраер, то и по масти продвинуться сможешь. А там при случае и на рывок соскочить можно.
Тролль подмигнул, растянув пасть в клыкастой улыбке, которой позавидовал бы и нильский крокодил.
Да уж, есть, что обдумать. От первоначального шока при виде явно нечеловеческих существ я уже слегка отошёл, человеческая психика всё-таки очень гибкая штука. Да и к истерикам я никогда склонен не был. Ну гоблин, ну тролль по имени Фёдор, подумаешь… Да и гудящая до сих пор после удара голова способствовала в какой-то степени моему пофигизму. А вот слова бугра спокойствию способствовали мало. Магика чуть не вальнул, значит? Стало быть, то зелёное пламя, отразившееся обратно в охамевшего мажора в шмотках из театральной постановки «Евгений Онегин» мне не почудилось? Здесь что, реально есть магия? Да уж… Я всегда был материалистом до мозга костей, во всех этих экстрасенсов, белых магов и серо-буро-козявчатых колдунов, расплодившихся в последнее время по всей России, никогда не верил. Но то, что видишь собственными глазами, отрицать сложно, прямое подтверждение реальности происходящего сидело напротив меня, почёсывая толстыми пальцами брюхо. Так, ладно, будем решать проблемы по мере их поступления.
С этим троллем надо держать ухо востро, не думаю, что ему стоит знать, кто я и откуда. Не думаю, что я пробуду здесь долго, я ещё минуту назад услышал металлический звук открывшейся смотровой заслонки, а стало быть дежурный уже в курсе того, что я очнулся. Вряд ли меня будут долго здесь мариновать, скорее всего, скоро выдернут на допрос. Если верить этому троллю, или кто он тут на самом деле, мне инкриминируют серьёзную статью с наказанием вплоть до смертной казни. Не думаю, что мне предоставят адвоката и право на один телефонный звонок, это только в голливудских фильмах бывает. Кстати, а где мой смартфон? Я похлопал себя по карманам. Ага, ну, следовало ожидать. В карманах кителя было пусто. Ни смартфона, ни удостоверения, ни служебной книжки для записей. Кошелька, ключей от квартиры и прочих мелочей тоже не оказалось. Так же отсутствовал офицерский ремень с кобурой, галстук с заколкой, обычный брючный ремень, даже в берцах шнурков не оказалось. Выгребли всё подчистую. Лейтенантские погоны с кителя тоже исчезли, как и звёздочки с плеч бушлата. Наручных часов, надёжных, как автомат Калашникова, «Командирских», на запястье тоже не было, так что узнать, который час, было проблематично. Впрочем, судя по свету, проникавшему сквозь зарешеченные окна с мутными стёклами, сейчас уже утро. Похоже, в отключке я провалялся всю ночь. Но, как ни странно, чувствовал я себя не так плохо. Головокружение уже почти прекратилось, руки-ноги целы, да и голова начала потихоньку работать.
- Так ты чьих будешь-то, Андрюха? – возник сбоку носатый гоблин, присев на край нар и потирая ладони о засаленные штаны. – Под каким родом ходишь? А то я такой одёжи не видал ишшо. Это чо за клифт такой? Вроде мех, только странный какой-то.
Гоблин ткнул пальцем в лежащий в изголовье шконки бушлат.
- Да и лапти у тебя фильдеперсовые. Это где ж такие шьют?
Чёрт, ну и как ему ответить? Что это форма, которую мне выдали по службе? От ответа на неудобный вопрос меня спас лязг замка. В проёме двери возникли кряжистые фигуры с короткими дубинками в руках.
- К стене! Лапы в гору! Ноги расставить! – рявкнул шагнувший вперёд здоровяк в сером кителе, трещавшим на могучих плечах. Мои сокамерник вскочили с нар и споро подбежали к стене, выполнив указание, уперев поднятые руки в каменную кладку стены и широко расставив ноги. Мне ничего не оставалось, как последовать их примеру.
- Удачи, Андрюха, - шепнул стоявший рядом тролль. – Похоже, это по твою душу.
- Молчать, шваль!
Раздался глухой звук удара, и тролль скривился от боли. На моём правом запястье защёлкнулся наручник. Вернее, нет, не так. Не наручник, а широкая скоба кандалов, какие можно увидеть в фильмах о средневековых узилищах. Руку дёрнули вниз, сжав железными пальцами, завели за спину. Со второй рукой проделали те же манипуляции. Да уж, чётко работают ребята, ничего не скажешь. Меня дёрнули назад, задрав скованные руки вверх и надавив на плечи, вынудив меня согнуться вниз, чуть ли не уткнувшись носом в колени. Я сжал зубы. Местные правоохранители, уж не знаю, кто они, с задержанными явно не церемонятся. И что-то подсказывает мне, что качать права тут бессмысленно.
- Урядник, шмотьё его прихвати. А этим потом мётлы в зубы и на уборку территории, нечего им тут прохлаждаться, - раздался надо мной грубый голос. Обладателя голоса мне рассмотреть не удалось, я видел только его сапоги. Надо признать, сапоги примечательные. Яловые, начищенные до зеркального блеска, с двойной прошитой подошвой и голенищем-гармошкой. Да уж, сейчас такие не делают.
- Слухаю, вашбродь! – бодро отрапортовал ещё один голос. – Пошёл, отброс!
Меня дёрнули вперёд, и я засеменил на полусогнутых ногах, практически вися на вывернутых руках. Железная дверь камеры захлопнулась позади. Видел я только пол перед собой, поднять голову, чтобы осмотреться, не было возможности. Я видел только облезлые, когда-то покрашенные в кирпично-красный цвет доски, да сапоги идущего передо мной надзирателя. Или кто он тут? Урядник, вашбродь… Куда я попал? Такое впечатление, что в Российскую Империю века так девятнадцатого, урядники тогда в полиции точно были, это кто-то вроде ефрейтора, или сержанта, то есть младший начальствующий состав. Или это не полиция, а жандармерия? Насколько я помню, разница между ними была. Если полиция занималась охраной правопорядка, расследованием административных правонарушений и уголовных преступлений, то жандармерия занималась исключительно государственной безопасностью, то есть политическим сыском. Но то было в реальной Российской Империи, в той уж точно не было никаких магов, троллей и гоблинов.
Прошли ещё одну дверь, вернее, железную решётку, перегораживающую коридор, и меня проволокли вверх по каменным ступеням, ни на секунду не ослабляя хватку. Плечи же из суставов выдернут, волки позорные… И похоже, что местные камеры предварительного заключения находились в полуподвале. Света явно прибавилось, и, судя по теням, на широких окнах первого этажа не было решёток. Да и на полу была постелена длинная ковровая дорожка. Похоже, в пыточную меня волочь не стали, а повели сразу на допрос к начальству, без применения экспресс-методов. Но это пока. Моё положение крайне неопределённое, и может измениться к худшему в любой момент. Хотя, казалось бы, куда хуже…
Меня ткнули головой в стену возле массивной деревянной двери. Похоже, пришли.
- Господин участковый пристав, заключённый по вашему приказанию доставлен, - приоткрыв дверь, доложился старший конвоир.
- Заводи, околоточный, - донёсся голос из глубины кабинета. – Поглядим, что это за фрукт такой.
***
- Итак, мил-человек, кто ж ты такой есть? – задумчиво проговорил сидящий через пространство стола человек в форме, пыхнув папиросой. Я не спешил отвечать, изучая местное начальство. Снять кандалы, разумеется, с меня никто и не подумал, более того, на железном табурете, привинченном к полу, была специальная стальная петля, к которой мой конвоир, стоявший за спиной, присоединил короткую цепь, идущую от наручников. И захочешь – не дёрнешься.
Сидевший напротив меня человек был примечательной фигурой. Одни усы чего стоили. Они посрамили бы даже усы маршала Будённого. Гладко выбритый, до синевы, тяжёлый подбородок, нос с горбинкой, высокий лоб с залысинами и проницательные серые глаза. Навскидку мужчине лет пятьдесят, сеточка морщин, идущая от глаз, хорошо просматривалась. Ну и форма. Теперь я точно понимал, что попал не в театральную постановку, форму, и уж тем более такую, носить нужно уметь. И этот мужик носил её точно не один год. Китель тёмно-зелёного сукна, с прямыми бортами, стоячий воротник, застёгивающийся на крючки, с оранжевым кантом, таким же кантом окаймлены обшлага. На обшлагах по две петлицы из серебряного галуна. На плечах погоны. Белые, с одним оранжевым просветом и рядом из трёх жёлтых звёздочек. Что-то я вообще ничего не понимаю. Кто этот мужик по званию? Такой формы и знаков различия я вообще никогда не видел. Впрочем, понятно, что этот участковый пристав, как назвал его конвоир, местная большая шишка, от которого, вполне возможно, зависит моя судьба. Только у начальника серьёзного калибра может быть такой кабинет с дорогой даже на вид мебелью, массивным, чёрного дерева, прямо «министерским» столом и шикарным кожаным креслом.
- У тебя, мил-человек, язык отсох? – ласково улыбнулся мужик и затушил папиросу в массивной бронзовой пепельнице. – Околоточный, помоги-ка ему человечью речь вспомнить. Только аккуратно, а то знаю я тебя. Пришибёшь ещё ненароком.
- Обижаете, ваше благородие, - прогудел конвоир за моей спиной. – Я легонечко.
Не успел я раскрыть рот, как голова мотнулась от сильного удара в ухо.
- Ну как, теперь говорить будешь? – участливо осведомился начальник местной охранки, откинувшись на высокую спинку кресла. – Или повторить?
- Не надо, до меня и с первого раза дошло, - ответил я. В глазах мелькали «звёздочки», в голове звенело. У этого околоточного не кулаки, а кувалды. Так ведь действительно прибить может.
- Вот и хорошо, вот и славно, - вновь по-отечески улыбнулся его благородие. – Тогда начнём с малого. Назови своё полное имя, когда, где, под крылом какого Рода родился, уезд и губернию. И советую говорить без утайки.
Начальник подвинул к себе лист желтоватой бумаги с вычурным вензелем в левом верхнем углу, откинул крышку бронзовой чернильницы и взял из гнезда подставки перьевую ручку. Обалдеть. Здесь что, даже обычных ручек нет? Как они этим пишут?
И, чего? Уезд, губерния? Да откуда ж мне знать-то? Да и какие губернии в Советском Союзе, в котором я успел родиться? И что ещё за «крыло Рода»?
- Чернов Андрей Анатольевич, родился двадцать четвёртого ноября тысяча девятьсот восемьдесят девятого года, - начал я.
- Какого года? – удивлённо поднял брови участковый пристав, перестав записывать. – Это по какому летоисчислению? Ты что, нерусь какая? Фамилия, вроде, нашенская, да и говоришь без акцента.
- Ну, это от рождества Христова, - немного опешив, ответил я.
- От рождества кого? – округлил глаза пристав.
Не понял… Здесь что, не было христианства? Ну, если учесть в этом мире наличие магии и вовсе невероятных существ, с которыми мне пришлось пообщаться в камере, то и не такое возможно. Вот ведь занесло меня…
- Так, ладно… - устало вздохнул пристав, отложив ручку в сторону. – По-хорошему ты, значит, не хочешь… Паря, стоит мне щёлкнуть пальцами, и ты окажешься на дыбе. А там ты расскажешь всё.
- Да я правду говорю, ваше благородие! – возопил я.
- Правду?! – рявкнул мужик, наклонившись вперёд и вонзая в меня взгляд. – Кто тебя на младшего Ипатьева напасть надоумил? Он еле жив остался! И как ты это сделал? При обыске на тебе не нашли никаких амулетов и атакующих печатей! Скинуть успел? Отвечай, сукин сын, или на плахе жизнь окончишь! А это вот что такое?
Участковый пристав выдвинул ящик стола и начал выкладывать перед собой… Мои вещи. Удостоверение, запаянную в пластик карточку-заместитель на оружие, авторучку, ключи от квартиры, смартфон, наручники, которыми я пристегнул того здоровяка в «дилижансе»… Сверху легли мои погоны старшего лейтенанта.
- А вот это что? – на стол легли несколько денежных купюр – тысячная, пятисотка и пара сотенных. – Здесь написано «Билет Банка России». На власть государя-императора покушаетесь, деньги свои уже напечатали? Говори, выродок, чей ты подсыл?!
- Боюсь, господин участковый пристав, что это дело уже вне вашей юрисдикции, - раздался слева от меня спокойный голос. Я повернул голову, увидев, как в кабинет шагнул ещё один человек. Высокая, нескладная фигура, запакованная в чёрный, полувоенного образца, китель без знаков различия и чёрные же, заправленные в высокие хромовые сапоги, брюки. На плечах накинут длинный, до пят, плащ с глубоким капюшоном с оторочкой из серебристого меха. Узкое, аристократическое лицо, длинные тёмные волосы свободно раскинулись по плечам. Глаза неожиданного посетителя, несмотря на то, что на улице не яркий летний день, были закрыты круглыми очками с чёрными стёклами.
- Ты ещё кто такой? – прорычал пристав, уперев кулаки в стол и поднимаясь на ноги. – Как сюда проник? Околоточный, взять его!
- А вот это вряд ли, - усмехнулся краем рта нескладный и быстро сделал несколько пассов пальцами правой руки, затянутой чёрной лайковой перчаткой. Со стороны это походило на то, как «разговаривают» глухонемые. Здоровяк-конвоир, двинувшийся было к нескладному, внезапно замер, а потом рухнул на пол с закатившимися глазами. Обалдеть. Как это он его? Или это опять магия, в существование которой я не верил ещё вчера?
- Вот так-то лучше. Пусть поспит. А вам, господин участковый пристав, я советую не хвататься за амулет, против меня он не подействует. И да, прошу прощения за неподобающее поведение, я в спешке забыл представиться по всей форме. Игнациус Лайола, Тайная канцелярия его императорского величества.

Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
Гость_Максим Керн_*
сообщение 28.6.2023, 14:55
Сообщение #3





Гости



Цитата




Глава 2. Dura lex, sed lex

В руке черномундирного возник какой-то медальон, на мгновение сверкнувший ослепительно-белым светом.
- Тайная канцелярия? – пробормотал в момент побледневший пристав. – Как? Откуда? Нас никто не предупредил…
- Вас и не должен был никто предупреждать, дражайший Василий Кузьмич, - тонко улыбнулся нескладный, внимательно осматривая меня сквозь непроницаемые стёкла очков. – Считайте, что это внеплановая инспекция. Помимо всего прочего я успел повторно опросить свидетелей прискорбного инцидента с этим молодым человеком, и поднять кое-какие документы. Свидетели у вас по какому-то странному стечению обстоятельств имеют свойство бесследно исчезать. Не знаете, почему? К слову, я буду вынужден доложить о том, что дела на вверенном вам участке ведутся из рук вон плохо. И вы прекрасно знаете, к чему я веду.
Чиновник из неведомой тайной канцелярии перевёл взгляд на пристава, и тот побледнел ещё больше, хотя я думал, что это в принципе невозможно.
- Но… Ваше сиятельство, Уложение об аристократах… Это же род Ипатьевых…
- Ваша святая обязанность, дорогой мой Василий Кузьмич, следить за соблюдением законности. И если закон нарушает представитель знатного Рода, то вы должны были сообщить в более высокую инстанцию. Но вы этого не сделали, так ведь? Сколько людей ограбила банда Ипатьева-младшего? Я знаю, что вы запретили заводить на него дела, но знать-то вы должны? – в голосе нескладного прорезался металл. – Так сколько?
- Д-двадцать три, - пристав вытащил из кармана кителя платок с вышитым в углу вензелем и вытер дрожащей рукой выступивший на лбу пот. – Смилуйтесь, ваше сиятельство. У меня семья. Я просто не мог… К тому же никто из порядочных граждан серьёзно не пострадал. Никто ведь не погиб!
- Ах, вот как, - улыбнулся нескладный, подходя к столу, и нависнув над вжавшимся в кресло начальником местного околотка. – То есть ожоги первой степени от применения боевой огненной магии у одиннадцати граждан вы не считаете? А пять трупов бродяжек с выжженными глазами, которых выловили в реке, вы тоже не заметили? По вашему, невинный мальчик просто решил развлечься, отработать приёмы огненного боя на беззащитных гражданских, и заодно немного подзаработать, так как карманных денег, что выделяет ему отец, на разгульную жизнь не хватает?
Я внимательно прислушивался к разговору. Да уж, этот мир, конечно, очень отличается от привычного мне, но кое-какие вещи не меняются. Похоже, начальника местной полицейской управы просто купили, чтобы он закрывал глаза на шалости в край охреневшего малолетнего ублюдка. Обычное дело в моём прежнем мире. Другое дело, что в этот раз «замазать» дело не удалось, тот охамевший мажор Ипатьев сам чуть не отправился на тот свет, знать бы ещё, каким образом. Такой скандал не замнёшь, а слухи, как известно, быстрее скорости света. Я-то уж точно ничего не делал, я до этого мажорчика даже пальцем не дотрагивался. Сто процентов, что его подельники, которых я немного помял в «дилижансе», сейчас поют соловьями о том, что это я напал первым, а они только бедные и несчастные жертвы. И потайные кинжалы, что в тростях носили – это просто для защиты. Ещё и побои предъявят, физиономии я им начистил от души. Ну ещё бы, с такой «крышей», как этот Ипатьев, можно ничего не опасаться. Только вот с этим «следаком» из неведомой тайной канцелярии они просчитались. Мужик, похоже, упёртый, и для него закон не пустое слово.
- Так что вы можете сказать в своё оправдание, милейший? – нескладный наконец перестал нависать надо белым, как стенка, приставом, отодвинул от стены стул для посетителей и уселся на него, по-хозяйски закинув длинные ноги на стол.
- Я… Я искуплю. Прошу вас. Умоляю! У меня же дети! – начальник местного райотдела поднялся на трясущиеся ноги. Да чего он так трясётся-то? Я поморщился. Ну, уволят его с должности, делов-то… В моём мира бывшие высокие чины из милиции, прокуратуры, судов, пойманные на горячем, мгновенно становились бизнесменами, или того круче – шли в депутаты. Сажали уж совсем попутавших берега, вернее, просто вовремя не поделившихся с кем надо.
- А вы что думаете, Андрей Анатольевич? – внезапно обратился ко мне нескладный. Он шевельнул пальцем, и моё служебное удостоверение само собой возникло у него в руке. – Здесь написано, что вы старший лейтенант полиции. Странное звание. Вы служивый? Военная полиция? Не слышал о таком ведомстве. Впрочем, мы отвлеклись, с вами мы разберёмся немного позже. Так что думаете? Василий Кузьмич - человек заслуженный, с османами воевал, высокими государственными наградами отмечен. И тут такой прокол по службе. Я понимаю, что в сложившейся ситуации вы лицо заинтересованное, но, тем не менее, мне интересны ваши соображения.
- Закон есть закон, ваше сиятельство. Не мне его обсуждать. А закон, как меня учили, должен быть один для всех, невзирая на должности и звания.
- Золотые слова, дражайший Андрей Анатольевич, - кивнул странный чиновник тайной канцелярии с не менее странным именем Игнациус Лайола. – Что ж, как говорили древние латиняне, периат мундус ет фиат юститиа. Правосудие должно свершиться, хотя бы погиб мир. И дура лекс, сед лекс.
- Закон суров, но это закон, - прошептал я. Скованные за спиной руки затекли, я их почти не чувствовал. Но что-то мне подсказывало, что допрос на этом не закончится.
- О, вы знаете латынь? – удивлённо поднял брови нескладный. – Весьма похвально. Ну что ж, не будем откладывать неизбежное. Закон должен быть исполнен.
Черномундирный поднялся на ноги.
- Именем его императорского величества Александра Седьмого, провозглашаю приговор. За неисполнение своих служебных обязанностей, неоднократное покрытие преступлений, участковый пристав Боголюбов Василий Кузьмич приговаривается к смертной казни. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит. Высшая мера приводится в исполнение немедленно.
Нескладный медленно снял чёрные очки, и я с ужасом увидел его глаза. Один глаз был мёртвый, белый, будто бельмом затянутый. Бровь и верхнее веко пересекал вертикальный шрам. А вот второй – с ярко-красной, светящейся каймой-радужкой вокруг зрачка, которая становилась ярче с каждым мгновением. Это что ещё за нахрен?
- Пощады, молю! – пристав рухнул на колени. – Демоны разум смутили!
- Вот им всё и расскажете. Прощайте, милейший пристав.
Через пространство кабинета пронеслась прозрачная тень, и пристав вспыхнул ярко-белым пламенем. Холодным пламенем. Этот факт мозг запротоколировал автоматически, несмотря на всю экстраординарность происходящего. От факела, в который обратился начальник охранки, тянуло не жаром, а холодом. Он даже не успел крикнуть. Раздался негромкий хлопок и пристав исчез, оставив от себя лишь горстку серого пепла на паркетном полу. Неведомый белый огонь обратил его в прах в одно мгновение.
Я сидел ни жив, ни мёртв. То, что я увидел, было нереальным, невероятным! Это просто не укладывалось в голове! Этот хмырь из тайной канцелярии его что, взглядом убил? Да как такое вообще возможно?! Если до этого я воспринимал всё происходящее со мной сквозь некую призму, не до конца принимая окружающую реальность, то теперь… Пепел, оставшийся от минуту назад ещё живого человека, легчайшими хлопьями летал по кабинету, оседал на пол, стол с разложенными на нём «уликами», на лежащего на полу бессознательного конвоира...
- Ох, опять костюм в чистку отдавать придётся, - недовольно пробурчал странный визитёр, водружая очки обратно на длинный нос и с брезгливой миной отряхивая рукава кителя. – Но что поделать, служба есть служба.
Мужчина подошёл к шикарному креслу, в котором пару минут назад восседал участковый пристав, и со вздохом в него уселся, откинувшись назад. Да уж, вот это я влип. Похоже, что правосудие тут прямого действия, никаких тебе дорогих адвокатов и подкупленных присяжных с судьями. И, судя по всему, сидящий передо мной в расслабленной позе мужчина этим самым законом и являлся.
- Ну что ж, Андрей Анатольевич, вернёмся к нашим баранам. Не принимайте на свой счёт, это просто фигура речи. Вы, я смотрю, находитесь в некотором шоке от увиденного. Ну, что тут поделать… Издержки службы, иногда приходится действовать быстро и жёстко. Как говорили древние, легэм брэвэм эссэ опортэт – следует, чтобы закон был кратким. Тайная канцелярия никого не убивает бездоказательно, сообщения о царящем здесь произволе доходили до нас и раньше, ваш случай просто стал последней каплей. Вижу, вы хотите о чём-то спросить?
- А как же с Ипатьевым? Если вы допросили свидетелей, то уже наверняка знаете, что я ни на кого не нападал. Ваше сиятельство, - добавил я на всякий случай.
- Не так быстро, Андрей Анатольевич, - ответил нескладный, вертя в пальцах тысячную купюру, которую взял со стола. – Боюсь, что с вами мы ещё не закончили. А с Ипатьевым – младшим… За неправомочное применение боевых заклятий его лишат силы. И даже его отец ничего не сможет сделать. И поверьте, для него это будет хуже самой мучительной смерти. Магию в нашем мире, - остро глянул на меня поверх очков Игнациус Лайола, чётко выделив два последних слова, и я вновь увидел его жуткий кровавый глаз, - имеют право применять далеко не все.
- Так вы знали…
- Догадался по некоторым признакам. Здесь не надо быть семи пядей во лбу, дорогой мой Андрей Анатольевич, - маг раскрыл плоскую картонную коробочку, стоявшую на столе, вытащил из неё папиросу, размял и засунул в рот. После чего стянул тонкие кожаные перчатки, бросил их перед собой на стол и небрежно щёлкнул пальцами. В воздухе перед ним возник небольшой, со сливу, шар огня, постреливающий голубыми искрами, от которого маг и прикурил, окутавшись клубами ароматного дыма. – Странная одежда, обувь, аксессуары… К тому же вы уже не первый из, как говорят наши высоколобые профессора, провалившихся, и, думается мне, не последний. Впрочем, такие, как вы, что называется, рариор корво альбо эст. То есть более редкий, чем белая ворона. Ну и бурю в магическом поле, которую вы устроили самим фактом своего появления, никоим образом не скроешь. Эпицентр той бури пришёлся аккурат на ту злополучную станцию, где вас и повязали.
Маг ещё раз щелкнул тонкими, «музыкальными» пальцами, и висящий в воздухе шарик огня исчез.
- Поэтому я весьма рекомендую вам рассказать всё без утайки, Андрей Анатольевич. Это ведь ваше настоящее имя?
Разумеется, я рассказал всё. Выложил, как на исповеди. Врать и юлить не было никакого смысла, это я понимал совершенно отчётливо. Маг умел слушать, как и задавать наводящие вопросы. Допрос затянулся на несколько часов.
- Что ж, вижу, что вы говорите правду, Андрей Анатольевич, - маг потёр гладко выбритый подбородок. Этот Игнациус Лайола, в отличие от прочих, не носил ни бороды, ни усов. – Сотрудник правоохранительных органов, значит… Не женат, детей нет, образование высшее, в армии отслужил. Это всё прекрасно и замечательно. Остаётся только один вопрос. Я бы сказал – основной. Во время вашего задержания околоточный надзиратель Ивашов и свидетель из служащих станции наблюдали, как вы применили магию огня к Ипатьеву-младшему. Но вот странность – никакой магии я в вас не чувствую. Как такое может быть, не подскажете? Никаких заряженных амулетов или печатей при вас тоже обнаружено не было, как и говорил безвременно покинувший нас участковый пристав Боголюбов. Что можете сказать по данному вопросу? Вина Елизара Ипатьева доказана, но если подтвердится то, что это именно вы напали на представителя высокого Рода… То даже государь-император вряд ли сможет спасти вас от каторги. И это ещё в лучшем случае.
- Да не применял я никакую магию, ваше сиятельство! Этот мальчишка… То есть Ипатьев-младший, сам в меня этим зелёным пламенем выстрелил! Я даже дёрнуться не успел! А оно взяло и обратно в него отскочило. Я его даже пальцем не трогал!
- Зелёным пламенем, говорите… – нахмурил брови маг. – Вы уверены?
- Да, ваше сиятельство!
- Ясно… Отскочило, значит? Очень интересно… Вы не против провести небольшой натурный эксперимент? Это в ваших же интересах, господин Чернов.
- Не против. За мной нет никакой вины, ваше сиятельство.
- Что ж, хорошо. Очень надеюсь, что вы говорите правду.
Маг поднялся из кресла, направил на меня выставленную ладонь и изобразил, сжимая и распрямляя пальцы, какую-то фигуру, как это сделал с давешним конвоиром. Свистнул разрезаемый воздух, передо мной на мгновение соткалась полупрозрачная завеса, что-то резко взвизгнуло, и стоявшая в углу кабинета позади мага большая вычурная ваза взорвалась, разлетевшись вдребезги, как будто в неё угодила пуля крупного калибра.
- Вот оно как, значит... – Игнациус Лайола вытер со лба над бровью, куда угодил осколок вазы, каплю крови, задумчиво перетирая её пальцами. – Чрезвычайно интересно… Что ж, вижу что вы говорили правду. Вы – уникум, дорогой Андрей Анатольевич, таких как вы, за всю историю было очень немного, по пальцам одной руки перечесть. Да уж, задали вы мне задачку…
Маг опустился в кресло, сплёл длинные пальцы и замолчал, явно что-то напряжённо обдумывая. Именно сейчас решалась моя судьба, от этого человека зависело всё – даже то, буду я жить, или нет. Неприятно осознавать себя пешкой, от которой ничего не зависит, но что в моём положении оставалось? К тому же само обращение – «ваше сиятельство» говорило о многом. Так, если я правильно помню, именовали графов, герцогов и прочих князей и баронов. Впрочем, в этом мире могло быть и по-другому. А уж во мне вовсе никаких дворянских кровей не было, происхождение самое что ни на есть рабоче-крестьянское.
- Кхм… Простите, ваше сиятельство, могу я спросить?
- А? Да-да, конечно, спрашивайте, - не сразу ответил маг, очнувшись от своих раздумий. – Что вас интересует? Хотя, стойте, дайте угадаю. Вы хотели спросить, как вам вернуться назад, в свой мир?
Он что, мысли мои читает? Да, я бы отдал всё, что угодно, лишь бы вернуться обратно в тот троллейбус, забыв всё как страшный сон.
- Да.
- Не хотелось бы вас расстраивать, драгоценнейший мой Андрей Анатольевич, но боюсь, что никак. Во всяком случае, я таких способов не знаю, - развёл руками чиновник из тайной канцелярии.
Что? Ответ мага ударил меня как пыльным мешком по голове. Это что же, я застрял здесь навсегда?
- Вижу, вы расстроены, Андрей Анатольевич. Но, как говорили древние - дум спиро, спэро. Пока дышу – надеюсь. Ах, да. Простите мою забывчивость. Думаю, что это вам уже ни к чему.
Маг вновь шевельнул пальцами, и лежавший на полу конвоир, всхрапнув, поднял голову, обведя кабинет дикими глазами.
- Милейший! Да-да, я к вам обращаюсь! Будьте любезны снять с господина Чернова кандалы, - в руке мага вновь возник медальон из какого-то сияющего белого металла с выдавленным на нём оттиском в виде ладони, заключённой в треугольник. Это что, особый знак тайной канцелярии? Что-то вроде удостоверения? На какой-то масонский символ смахивает.
- Слушаюсь, ваше сиятельство, - поклонился магу поднявшийся на ноги конвоир, снимая с пояса связку громоздких ключей.
Ох, хорошо-то как… Я с наслаждением потёр запястью, ощущая, как от притока крови покалывает пальцы.
- Околоточный, можете пока быть свободны. И проследите, чтобы нас никто не беспокоил. Хотя стойте. Прикажите подать чаю и чего-нибудь перекусить. Андрей Анатольевич, вы не возражаете? Боюсь, что разговор наш затянется, а голова лучше соображает на сытый желудок. Да вы присаживайтесь на стул, что же вы на этом табурете-то сидите?
Околоточный вышел из кабинета, тихо прикрыв за собой дверь, а я осторожно пересел на стоявший возле стены стул с мягкой обивкой, настороженно глядя на мага. Подозрительно. С чего вдруг он стал таким добреньким? Ещё минуту назад я был главным подозреваемым в тяжком преступлении, а теперь с меня сняли кандалы и чай с закусками предлагают. А в сауну с водкой и девочками он мне закатиться не предложит? Слишком уж резкий разворот на сто восемьдесят градусов, а уж после показательной казни, что этот Игнациус Лайола провёл прямо у меня на глазах… Нет, здесь явно что-то нечисто. В голливудских фильмах часто показывают старый приём со злым и добрым полицейским, но глядящий на меня сквозь чёрные стёкла очков маг уж точно этих фильмов не видел. Ладно, посмотрим, что он ещё скажет, должен же я хоть немного понять, во что влип, и как мне теперь жить дальше.
- Давайте я вкратце обрисую сложившуюся ситуацию, - маг вытащил очередную папиросу из коробки и уже привычно прикурил от зависшего в воздухе огонька, щёлкнув пальцами. Удобно, ничего не скажешь. Кажется, такие шары огня называются файерболами, если я ничего не путаю.
- Заинтересовались, Андрей Анатольевич? Это простейший пульсар, низшая ступень магии огня. Можно сказать, бытовая. И да, есть куда более мощные её виды. Но, думается мне, сейчас вас гораздо более волнует ваше собственное будущее, не так ли?
Блин, этот мужик что, реально мои мысли читает? Или у меня просто на лице всё написано большими буквами?
- С чего бы начать… - маг стряхнул столбик пепла в бронзовую пепельницу. – Да, простите, я не предложил вам закурить. Не желаете? Неплохие «Герцеговина флор».
- Нет, спасибо, я не курю. Врачи говорят, что это очень вредно для лёгких.
- Да? – маг выдохнул плотную струю дыма в сторону окна. – Может быть, может быть… Итак, дорогой мой Андрей Анатольевич, давайте-ка я подытожу. У меня для вас две новости и одно предложение. Хорошая новость – обвинение в нападении на представителя высокого Рода с вас снято. Плохая – в свой мир вы вернуться не сможете. Придётся вам обживаться здесь. Ну и предложение.
- От которого я не смогу отказаться?
- Ну почему же. Можете и отказаться. Но в этом случае я не гарантирую вам безопасность. Ипатьевы – древний и могущественный род, и рано или поздно они вас достанут. Говорю как есть, начистоту. Глава рода – князь Евсей Ипатьев. Он не простит вам того, что случилось, и для него совершенно неважно, что в этой истории нет вашей вины. Его младшего сына сначала ранили, а потом ещё и силы магической лишат за преступления. А это удар по престижу. Не знаю, как с этим обстоит дело в вашем мире, но у нас престиж очень важен. К тому же у Елизара есть ещё двое старших братьев, которые тоже не будут сидеть, сложа руки. Да и что вы будете делать, выйдя отсюда? У вас нет ни денег, ни документов, ни жилья, ни знакомств. Пойдёте на площадь подаяние просить? Так вас тут же первый околоточный за бродяжничество и попрошайничество задержит, да обратно в этот же участок и доставит. Как вам такие перспективы?
- Умеете вы убеждать, ваше сиятельство.
И не поспоришь ведь. Мне действительно некуда идти. Об этом мире я не знаю совершенно ничего. Я даже не знаю, где оказался. Похоже, у меня нет выбора, как соглашаться с любым предложением этого Игнациуса Лайолы.
В дверь постучали.
- О, вот и наш чай. Самое время, а то с утра маковой росинки во рту не было, замотался с этими допросами, да бумагами. Войдите!
В кабинет вошёл кряжистый, низкорослый, бородатый мужик в сером кителе, державший в руках большой поднос, заставленный разными судочками, тарелками и чашками.
В животе квакнуло. Со вчерашнего дня ничего не ел, если не считать нескольких кусочков нарезки, которые успел ухватить во время пьянки со стола в кабинете начальника ПОМа. Хм… Странно… Обычно я после употребления алкоголя отлёживаюсь два дня и практически ничего не ем. А тут, как ни странно, чувствую себя вполне прилично, даже с учётом удара по голове. Я потёр затылок, с удивлением обнаружив, что здоровенная шишка за ухом почти исчезла. Как это? Мне много раз прилетало по голове на тренировках и соревнованиях, но такой быстрой регенерации я за собой раньше не замечал.
- Ставьте сюда, милейший, - распорядился маг, указав на стол. – И ступайте.
- Слушаюсь, ваше сиятельство, – прогудел мужик, аккуратно поставив поднос на стол.
- Вы не стесняйтесь, Андрей Анатольевич, угощайтесь, - маг подвинул ко мне поднос, взяв с него стакан чая в ажурном подстаканнике и горячий калач. – Как говорили древние, эдимус, ут вивамус, нон вивимус, ут эдамус. Что означает: мы едим, чтобы жить, а не живём, чтобы есть.
Запах от калачей, лежащих горкой на тарелке, шёл просто одуряющий. Это что, здешний повар успел испечь калачи за пять минут? Или просто разогрел в какой-то магической микроволновке? Впрочем, неважно, дважды меня уговаривать не надо. Я уцепил с тарелки калач и тоже взял стакан с чаем.
- Так вот, на чём я остановился, - прожевав кусок и отхлебнув из стакана, продолжил маг. – Ах, да, на предложении. Предложение следующего характера – вы поступаете к нам на службу. Естественно, после соответствующего обучения. Дадите присягу и станете служить нашему государю-императору, да длится его правление вечно. Рекомендации я вам дам. Оплата хорошая, плюс перспективы продвинуться по карьерной лестнице. Ну, что скажете?
Я с трудом проглотил недожёванный кусок калача. Он это что, серьёзно? Меня, пять минут назад бывшего кандидатом на каторгу, или на плаху, на государеву службу?
- П-простите, ваше сиятельство, но в качестве кого? – удивлённо воззрился я на мага. Насколько я понял, Тайная канцелярия здесь – это что-то вроде нашего КГБ, ну, или сегодняшнего ФСБ. А в такие конторы абы кого с улицы не берут, и уж точно не возьмут каких-то непонятных пришельцев с непонятно какой магией. Хотя, стоп… Похоже, я начинаю понимать. Что-то я соображать туго начал, видать, удар по голове сказался. Та самая неведомая магия, которая отразила удар Ипатьева-младшего, а пару минут назад удар этого Игнациуса Лайолы. Сам маг в разговоре обмолвился, что эта штука очень редка. Тогда всё становится понятно – меня хотят контролировать и держать на поводке, чтобы изучать. И использовать по своему разумению. Логичный ход, в общем-то.
- Ну, сначала я думал направить вас в один из уездов подальше отсюда, человек с вашим опытом и образованием мог бы пригодиться в любом околотке. Выправил бы вам документы, дал рекомендательное письмо, денег на первое время, и служили бы себе где-нибудь под Воронежем, или Екатеринодаром, выполняя ту же работу, что вы исполняли и раньше. Но потом подумал, что там вы высот не добьётесь. Да и адаптироваться вам будет непросто. А вот служа в сборном отряде при Тайной канцелярии, вы сможете быстро подняться по карьерной лестнице. Не стану скрывать, служба опасная. Но я думаю, что вы идеально подойдёте на эту должность. Да, начинать придётся с низов, но мне почему-то кажется, что вас это не смутит. Итак, ваше слово?
- Вы всё-таки сделали предложение, от которого я не смог отказаться, ваше сиятельство, - я чётко кивнул и пожал на удивление сильную ладонь, протянутую мне магом. Ну что ж, здравствуй, неведомый мир. Надеюсь, мы поладим.
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
Граф
сообщение 28.6.2023, 17:24
Сообщение #4


Носферату
*****

Группа: Пользователи
Сообщений: 12582
Регистрация: 6.7.2011
Вставить ник
Цитата
Из: Москва




Хм, Максик снова воскрес? Я ждал его только осенью...
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
Гость_Максим Керн_*
сообщение 28.6.2023, 17:29
Сообщение #5





Гости



Цитата




Цитата(Граф @ 28.6.2023, 17:24) *
Хм, Максик снова воскрес? Я ждал его только осенью...

Привет, старый лоточник. А почему именно осенью? Если ты намекаешь на осеннее обострение, то тут ты промахнулся, обострение у меня круглогодичное. wink.gif
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
Граф
сообщение 28.6.2023, 17:34
Сообщение #6


Носферату
*****

Группа: Пользователи
Сообщений: 12582
Регистрация: 6.7.2011
Вставить ник
Цитата
Из: Москва




Цитата(Максим Керн @ 28.6.2023, 17:29) *
то тут ты промахнулся, обострение у меня круглогодичное.

Тебя выпустили из психушки за хорошее поведение? Зря. зря... Шизофорения весьма опасна! На сколько ты к нам? Сутки продержишься?
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
Граф
сообщение 28.6.2023, 17:38
Сообщение #7


Носферату
*****

Группа: Пользователи
Сообщений: 12582
Регистрация: 6.7.2011
Вставить ник
Цитата
Из: Москва




Что, уже всё, забанили? Жаль - я повеселиться хотел...
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
Гость_Nobody1_*
сообщение 28.6.2023, 17:41
Сообщение #8





Гости



Цитата




Ну и зачем?
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение

Ответить в данную темуНачать новую тему
1 чел. читают эту тему (гостей: 1, скрытых пользователей: 0)
Пользователей: 0

 



RSS Текстовая версия Сейчас: 29.11.2023, 4:10