Литературный форум Фантасты.RU

Здравствуйте, гость ( Вход | Регистрация )

Игры Фантастов Литературный турнир "Игры Фантастов" II

3 страниц V  < 1 2 3  
Ответить в данную темуНачать новую тему
Искушение Хищника. Мистический роман.
Седой
сообщение 8.10.2018, 20:15
Сообщение #41


Играющий словами
**

Группа: Пользователи
Сообщений: 67
Регистрация: 9.3.2015
Вставить ник
Цитата




Как-то, уладив дела на работе, Пол собирался домой. Канцлер, как обычно, провожал его. Вдруг, на выходе, у них на пути нарисовался Сранч с сочным фингалом у левого глаза.
- Что, опять?... - удручённо спросил Пол.
- Карлик деньги отобрал - жалостливо проговорил Сранч.
- Ты работаешь у Карлика?
- Он тусуется там - уточнил Канцлер - И не знаю почему. Карлик его терпеть не может. Я его устроил в ларёк, к Аркашке Сойкину, здесь, через дорогу. Мужик жадноватый, но... Он тебе, кстати, заплатил?
Сранч молча кивнул.
- А Карлик забрал деньги? Вот так просто, беспричинно, взял и отобрал? - Пол нахмурил брови и повысил голос.
Мужчина в грязной, заношенной до дыр одежде, молча повернул голову в сторону. То ли от травмы, то ли от обиды, его глаза начали слезиться и по щеке покатилась крупная капля прозрачной жидкости.
Пол и Канцлер переглянулись.
Это, наверно, был единственный в мире случай, когда погоняло совпадало с фамилией. Происходило оно от имени Карл. По-другому быть не могло, потому что обладатель данной фамилии имел рост под метр девяносто, был широк в плечах и совсем не походил на карлика. Когда-то он поступил в художественное училище, откуда и сел на пять лет за драку с грабежом. Банальный случай - не хватало денег на выпивку. После отсидки зарабатывал, и неплохо зарабатывал, нанесением татуировок. Был молод, горяч, амбициозен и стремился к власти. Пока что, в небольшом районе, подчинил себе мелких воришек, шпану и местных бомжей. Однако Пол предчувствовал, что тот способен на большее.
- Ладно. Поехали разбираться. Только учти - если вина за тобой, там же башку снесу - пригрозил Пол.
Канцлер проводил их к машине и, когда они сели, подошёл к окну со стороны водителя.
- Может возьми пару пацанов - предложил он - Карлик - чувак непредсказуемый.
Пол слегка кивнул, но это означало, что от предложения отказывается.
- Вообще-то, я не занимаюсь подобными разборками - сказал он - У меня такой принцип: если ты попал в дерьмо, то сам и выбирайся. Ну, а если не выбрался, значит, не судьба...
То ли водитель ждал пока прогреется двигатель, то ли в уме прикидывал какой-то план, то ли просто сидел в задумчивости, потому как прошло больше минуты, а они не сдвинулись с места.
- Куда ехать? - наконец спросил Пол
- Беднохатка - ответил Сранч.
Деревня Беднохатка, которую все почему-то называли "район", находилась на расстояние трёх километров от города. В своё время строительство в этом направлении было остановлено, и вот уже более пяти лет город пребывал в нерешительности. Причиной тому являлась действующая птицеферма, находящаяся недалеко от деревни. Казалось, её специфический запах навеки прописался в этом населённом пункте. Откуда бы ни дул ветер, здесь пахло одинаково. По этой причине город брезгливо воротил нос, в виде конечной остановки общественного транспорта и пугливо выглядывал окнами последних этажей серых высоток из-за холмов, которые обильно удобрялись отходами пернатого производства. Город давно сожрал бы эту деревушку и выложил на её месте широкий проспект, но вначале надо было разобраться с фермой, а та, в свою очередь, успешно откупалась яйцами, упитанными тушками бройлерных цыплят и множеством жёлтых пушистых комочков из инкубаторного цеха. Когда-то городом предпринимались попытки пересечь эту условную черту, но они закончились провалом, о чём свидетельствовал ржавый строительный кран, как старый хрыч, уныло склонившийся над низким фундаментом, поросшим крапивой и чертополохом, зачатого по чьей-то оплошности, здания. Больше попыток не было, потому что для города перспектива остаться без яиц являлась ещё более худшей, чем то, что его здешний приграничный район в народе прозвали "Сектор газа". В деревне, по этой же причине, не было централизованного водоснабжение, не говоря уже о горячей воде и отоплении, отсутствовало газоснабжение, не ремонтировались дороги. Большинство нормальных жителей её давно уже перебрались в город: нашли работу, завели семьи, получали квартиры. Остались только, в большинстве своём - алкоголики, тунеядцы, люди с судимостями. В общем - район кишел криминалом, потому что милиция, как шутили местные жители, без противогазов туда не совалась.
Сначала Сранч ехал молча, тупо уставившись на дорогу. Потом, вдруг, в какой-то момент резко повернулся назад и словно завис между водительским и пассажирским сиденьями. Замерев всем телом, он смотрел на Ирину, открыв от удивления рот.
- Не отвлекайся - сказал Пол, наблюдая боковым зрением за его действиями.
- Кто это? - спросил Сранч, с тем же выражение лица, глядя на водителя.
- Тебя это не касается. Будешь много знать - засветишь вторим глазом.
Дальше ехали молча.
Обычно, деревни имеют одну центральную улицу, с домами по обе стороны, или по одну. Здесь же, строения располагались хаотично, словно разбросанные бильярдные шары, после сильного удара. Деревня была опутана сетью дорог, дорожек и тропинок, которые вместе с бесконтрольно разросшимися садами и просто кустарниками создавали настолько путаный лабиринт, что люди, не знакомые с этой местностью, по-настоящему терялись.
- Почему тебя зовут Сранч? - первым нарушил молчание Пол.
- Я шмонал дачи и за это получил первый срок. Было время, в народе дачи называли ранчо. А меня зовут Александр. Вот и пошло - Санчо с ранчо.
- А почему ты начал воровать? Чего тебе в жизни не хватало?
- Захотелось... - огрызнулся Сранч.
Очевидно, на эту тему, у него не было желания говаривать и Пол не стал настаивать. Однако, уже через несколько минут, тот сам начал рассказ.
- Я родился на сто первом километре, от проститутки и алкоголика. Из меня могло получиться что-то иное? Да там все были такие. Я ничем не отличался от остальных.
Они снова молчали несколько минут.
- У тебя родственники есть? - наконец с явным дружелюбием спросил Пол.
- Да, младшая сестра.
- И где она?
- В Польше.
- В Польше? Что она там делает? - удивился Пол.
- В посольстве работает.
- Она знает польский язык?
- Она знает ещё и английский, и французский.
- Ну, вот видишь! - радостно воскликнул Пол - Проститутка и алкоголик здесь не причём. И окружение здесь не причём. Здесь всё дело в тебе.
- Да... - тихо согласился Сранч и опустил голову.
- Рано начал пить, курить? Влез в зависимость от вредных привычек? Лень было учиться? Только не говори, что тебя заставляли. Твоя сестра, наверняка, слабее тебя физически, но ведь смогла устоять. Я уверен, что ей тоже пытались навязать такую жизнь.
- С девок другой спрос. У пацанов, была своя кодла, и всех кто не жил по её законам, попросту били. Чтобы не попасть под это влияние, надо было быть или очень сильным физически, или иметь хорошую "крышу" - сказав это Сранч задумался, потом глубоко вздохнул и добавил - А вообще-то, моя сестра упрямая.
- Сила воли... Это называется - сила воли - жёстко проговорил Пол - Можно назвать по-другому - борьба с ленью или с самим собой. И ты её проиграл. А точнее - ты даже не боролся. Куда ехать?
Дальше они не затрагивали эту тему, потому что Сранч, тыкая пальцем в стекло, показывал направление.
Наконец Пол остановил машину у одноэтажного кирпичного дома, с крупными пятнами отвалившейся штукатурки на стенах. Дом был похож на бездомного пса, у которого от старости и болезни с боков повылазила шерсть. Левый столбик ворот, также сложенный из кирпича, был наполовину разрушен и ржавая металлическая створка, похоже, не двигалась. Другая половина, приоткрытая ровно настолько, чтобы в неё вошёл человек, висела косо. Двор и сад обильно поросли травой, что свидетельствовало о запущенности хозяйства, и лишь только свежие окурки, на потрескавшейся бетонной дорожке, ведущей к веранде, говорили о присутствии людей.
Перед тем как открыть двери автомобиля Пол вдруг замер.
- Слушай... - спросил он рассеянно глядя перед собой - а к тебе никогда не приходил человек... ну, в воображении или во сне... не соблазнял, не подговаривал к чему-либо?
Сранч задумался, удивленно глядя на собеседника.
- Нет... - осторожно произнёс он.
- А как ты начал воровать?
- Гоша Пламбир, Алик Кирпич, пацаны с нашей улицы, были ворами. Они меня научили.
- А вот скажи, если бы у тебя был выбор - украсть деньги, или честно заработать... Что бы ты выбрал?
- Украсть, конечно.
- Почему?
- Потому что я вор. Это сидит во мне. Я не могу по-другому.
- А убить человека, ты бы смог?
- Нееет... Я вор, я не мокрушник.
- А за деньги? За большие деньги?
- Нет! У меня не получиться. Я не умею это делать. Я вор.
Вдруг Пол откинулся на спинку сиденья, но по-прежнему продолжал рассеянно смотреть перед собой.
- Сидит во мне... Сидит во мне... - повторял он словно под гипнозом - В каждом человеке сидит свой бес...
- Чего? - Сранч слегка наклонной голову, чтобы заглянуть ему в лицо. Но в следующее мгновения Пол уже был обычным: суровый, жёсткий, решительный.
- Ладно, пойдём - сказал он.
Кнопка звонка находилась под низкой крышей веранды, и Сранч выдавил на ней условный код. Вскоре на пороге появился человек в грязной майке. От его дряблого тела, с мертвецки белой кожей, пахло потом, небритое лицо носило явные следы продолжительного запоя.
- Здесь? - спросил его Сранч.
По-видимому, короткое мычание мужчины, являлось положительным ответом, потому что Сранч переступил порог, зазывая Пола кивком головы. Глядя на второго человека, хозяин снова также замычал, на что Сранч, глядя ему под ноги, тихо попросил - "Молчи...". Они прошли через открытую дверь в прихожую, свернули в узкий, тёмный коридорчик и, через несколько шагов, оказались в просторной, светлой, в четыре больших окна, комнате.
Всё здесь носило отпечаток прошлого: мебель, обои, печка, оконные рамы, карнизы со шторами. За столом, с грязной посудой и пустыми бутылками, стоял старый, но хорошо сохранившийся диван, на которым тосковала пьяная, ярко накрашенная, черноволосая девица. Трое мужчин заняли два мягких кресла неподалёку, курили и беседовали.
Карлик сидел, развалившись, раскинув ноги и, низко, почти до пола, спустив через подлокотник правую руку, с дымящейся сигаретой между пальцев. В другом кресле, наклонившись вперёд, сидел коротко стриженный, уже не молодой мужчина. Третий, худой и бритоголовый, с трёхдневной щетиной на впалых щеках, пристроился на подлокотнике кресла, боком к товарищу. Завидев гостей, они замолчали.
- Это что за чувырло? - прокуренным, хриплым голосом спросила девица, фыркнув табачным дымом.
- Заткнись! - цыкнул на неё сидящий на подлокотнике и поднялся. Двое остальных сделали то же самое.
- Какими судьбами? - немного растерянно спросил Карлик.
Он был крупный мужчина и отличался от своих товарищей наличием обильной растительности на голове. В частности - носил длинные волосы, зачёсанные назад и зафиксированные на макушке солнцезащитными очками. Так же он имел густую, коротко стережённую бороду, медного цвета. Внешне он, действительно, походил на художника.
Пол засунул руки в карманы брюк, дал кружка посреди комнаты, придирчиво оглядывая всё помещение. Его взгляд на мгновение зацепился за две иконы в верхнем углу между окон.
- Ты зачем человека обидел? - остановившись перед Карликом и, глядя ему в глаза, спросил он.
- Человек? - сморщив нос и насупив брови, переспросил Карлик - Это человек? Это чмо. Он на зоне был опущенным, с петушиного угла не вылезал. Да и не просто опущенным, а опущенным среди опущенных. От него за версту козлом несёт.
- И это тебе даёт право его бить?
- Я попросил помыть машину. Не бесплатно, кстати. А он? Он металлическим шпателем стал её шкрябать. Представляешь? А деньги я забрал так, для профилактики. Он за всю жизнь столько не заработает, сколько я потрачу на перекраску.
- Я шпателям только жвачку возле дверной ручки снял. Аккуратно снял, никаких следов. А внизу царапина не моя, это не я - оправдывался Сранч.
- Глохни, чмошник! - крикнул на него Карлик, через плечо Пола.
Пол смотрел в глаза стоящему перед ним человеку и молчал. Тот тоже не отводил взгляд. Так продолжалось около минуты.
- Вот мне ты бы такое не сказал - наконец проговорил Пол.
- Конечно, нет. Ты же нормальный человек и соображаешь что к чему.
- Дело не в этом... - Пол вдруг замолк и стал тереть ладонью о ладонь - Дело в том, что у меня рост метр девяносто три и вес сто четыре килограмма. В молодости я занимался боксом, у меня сильная рука. Лет десять назад я бы вас троих одними локтями уложил в течение минуты. Теперь на это времени потребуется больше...
Вдруг он развернулся, медленно чеканя шаг, подошёл к Сранчу.
- А у него рост метр шестьдесят...
- Семьдесят два - поправил Сранч, но это осталось без внимание.
- И вес шестьдесят пять килограмм...
- Семьдесят два - уже повысив голос, в котором звучали нотки возмущения, проговорил он.
- Худой, как велосипед и силы как у цыплёнка... Вы с ним в неравном положении. У тебя преимущество в силе. Бить того кто не может дать сдачи - это не справедливо - с последними словами Пол повернулся к Карлику - Поэтому будет правильно, если он воспользуется оружием.
Сказав это Пол достал пистолет, взвёл курок и протянул Сранчу.
- Мне? - удивился тот, осторожно берясь за рукоятку - И что? Стрелять?
- На твоё усмотрение - спокойно ответил Пол.
Карлик с ухмылкой глядел на происходящее.
Все знали, что Сранч стрелять не будет, и он сам это знал в первую очередь. Но чтобы трусость не выглядела так явно, решил прикрыть её куражом. Поставив ноги на ширину плеч, взявшись за оружие обеими руками и направив его на Карлика, он слегка прокашлялся.
- На колени! - наконец крикнул он, но голос сорвался и на середине слова дал "петуха".
Всё получилось настолько потешно, что Пол, сдерживая улыбку, сильно сжал челюсти и отвернулся.
Однако Карлика это нисколько не развеселило.
- Что? - прорычал он - Я перед собой на колени? А не прих...уел ли ты?
Вдруг, по каким-то причинам, он резко поднял вверх правую руку. Возможно, хотел снять с головы очки или поправить их.
По-видимому, раньше, он часто награждал Сранча оплеухами и затрещинами, потому что тот сразу среагировал на этот жест - также резко отшатнулся. И в это время он непроизвольно нажал на курок.
В помещении выстрел прозвучал очень громко.
Девица истошно завизжала, вскочила с ногами на диван и забилась в угол.
Карлик попятился, повалился спиной на кресло и с грохотом скатился с него на пол. Посреди его лба темнело небольшое пятнышко с коротким кровавым подтёкам.
Пол долго смотрел застывшим взглядом на лежащие тело, ещё конвульсирующее в предсмертных судорогах, потом повернул голову к Сранчу.
- Я не хотел... - испуганно прошептал он.
- Я знаю... - всё также спокойно произнёс Пол и осторожно забрал у него оружие.
Двое мужчин стояли у тела убитого товарища. Пол, с пистолетом в руке направился в их сторону, и они одновременно стали отступать.
Пол долго, в глубокой задумчивости стоял над Карликом, словно прощался с ним, неподвижным и скорбным взглядом уставившись в его лицо.
- Тело надо предать земле - наконец сказал он и посмотрел на мужчину постарше - Кто-нибудь работал с трупами?
- Было дело - ответил тот.
Пол на секунду задумался.
- Хотя нет. Я поручу это своим людям. Так будет надёжнее. А пока в дом никого не впускать и никого не выпускать. Телефоны отключить, никаких звонков. И рот на замке, молчать до конца своих дней. Тогда, возможно, вы и доживает до них - Пол посмотрел на девушку, направил в её сторону дуло пистолета и добавил - Ей тоже это объясните.
- Замётано... - просипел стриженный. Второй мужчина лишь молча кивнул.
Сранч в машине съёжился как от холода и его стал бить мелкий озноб. Если бы у него были зубы, то они бы теперь обязательно стучали.
- Ну, вот видишь - убить человека, на самом деле, очень легко - задумчиво сказал Пол - А дальше будет легче. Вскоре ты войдёшь во вкус и не захочешь расставаться с оружием - вдруг он повернулся к пассажиру, наклонился к нему, и, вглядываясь в лицо, почти шепотом спросил - Что ты чувствуешь?
- Я боюсь...
- Чего? Ада?
- Нет. Я боюсь, что они меня убьют - ответил Сранч и кивнул в сторону дома.
Пол разочарованно вздохнул, отвернулся и сел на прежнее место.
- Возможно... - с безразличием произнёс он, глядя в боковое окно.
- Как? - Сранч подскочил на сиденье, испуганно глядя на водителя. Его мондраж прошёл в одно мгновение.
- Ты же сказал...
- Что я сказал? - криком перебил его Пол - Я тебе сказал его убить? Я только на какое-то время дал тебе перевес. Ты мог выстрелить в воздух, мог, к примеру, прострелить ему ногу, потребовать обратно свои деньги, а мог и простить. Но ты использовал свой шанс таким образом. Ну что ж, это твоё решение. Ты его принял. Ты совершил поступок, а за свои поступки, надо самому и отвечать.
- Они меня убьют... - обречённо прошептал Сранч, сполз по спинке сиденья вниз и прислонился виском к стеклу.
И снова на Пола нахлынули какие-то странные мысли. То, что Сранч убил Карлика, его не удивляло. Да и убил он его случайно, с перепугу. Да и выхода у него, практически, не было: тот его потом бы достал. Убил или покалечил. Даже прощение врят ли смогло что-то изменить: Карлик не оценил бы этот благородный поступок.
"Униженные и оскорблённые, страдающие от своих тиранов и диктаторов, при первой возможности занять их место, становятся такими же тиранами и диктаторами - думал Пол - Сранч, завладев оружием, а практически - получив власть, сразу же захотел поставить Карлика на колени, то есть - унизить, опустить. А ещё раньше, Карлик забрал у него деньги не для того чтобы компенсировать расходы, а чтобы таким образом, унизить Сранча. Унижение, для человека - самое страшное наказание, воздействующее на него нравственно, озлобляющее до такой степени, что при первой возможности он расправляется с обидчиком с крайней жестокостью и цинизмом. Это чувство не исчезает, не проходит бесследно, оно сидит в нём и ждёт своего часа. И, в отличие от животного, человек не просто ждёт, а изобретает, придумывает, строит планы отмщения. Тот же пистолет изобрёл если и не униженный и оскорблённый, то, наверняка, одержимый жаждой мести человек. Значит, история цивилизации начинается не с одухотворённости плоти, а с желания отомстить. Пусть Бог и создал человека, но развиваться тот начал только благодаря Каину".
Подъехав к дому Пол долго сидел в машине, бессмысленным взглядом уставившись в лобовое стекло. Наконец достал телефон, набрал номер Канцлера и попросил, чтобы тот, на всякий случай, присмотрел за Сранчем и по возможности подыскал ему какую-нибудь работёнку.
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
Седой
сообщение 18.10.2018, 11:29
Сообщение #42


Играющий словами
**

Группа: Пользователи
Сообщений: 67
Регистрация: 9.3.2015
Вставить ник
Цитата




Профессор Летечко вернулся из-за границы и сразу же начал приём посетителей.
Полу позвонили, предложили день и время. Он стал готовиться, собираться. И вдруг, неожиданно возникшая мысль, на какое-то время парализовала весь процесс его сборов - "А зачем я всё это делаю?"
"Чтобы вылечить..." - ответил он сам себе.
"Ну, а если она никогда не выздоровеет?"
Этот вопрос, казалось, был задан не им, а проник в его сознание извне. Пол даже обернулся - не явился ли снова Качай?
"Тогда отвезу её обратно..."
После этой мысленной фразы, стало как-то подозрительно тихо. И вдруг он очень явственно представил картину: открытые настежь двери гумна, где он когда-то нашёл Ирину, а за ними густая, непроглядная темень. Вдруг, где-то из её глубины, послышалось глухое шипение, будто через эту открытую дверь вырвался наружу тяжёлый вздох преисподней. Оборванные нити паутины, свисающие сверху, при входе, приподнялась и опустилась, а Пола на мгновение обдало волной пронзительного холода, от которого его тело, уже в реальности, пробила мелкая дрожь. И тогда он понял, что никогда не отвезёт Ирину обратно.
"Ну, так что, теперь всю жизнь будешь с ней возиться?" - послышалось за спиной.
Пол не обернулся. Он знал, что за ним никого нет. Однако почувствовал на себе колючие, острые как штыки, взгляды, стоящих в шеренгу Ферзя, Бахчы, Гудвина и Шеста. Они словно на самом деле находились у него сзади, с хмурыми, окаменевшими лицами злобно смотрели в спину.
- Так ничего другого мне и не остаётся...
И вдруг он осознал, что находиться в ловушке.
Как хищник, он был расчётлив. Но как хищник он был и осторожен. Он чувствовал западню и всегда оставлял пути для отступления. Теперь же их не было. Теперь оставался только один выход - вылечить девушку. И чем быстрее, тем лучше, потому как время играло против него.
Шорох за спиной заставил Пола обернутся. Ирина смотрела ему в глаза. Поначалу этот взгляд показался осмысленным, но подойдя ближе, Пол понял - ошибался.
- Что случилось? - спросил он - Наверно хочешь в туалет? Пойдём.
"Да, добром это, однозначно, не кончится... - подумал он - Либо она выздоравливает, либо меня загоняет в гроб".

***

"Светило" не был похож на профессора: внешне - ни капли интеллигентности. Невысокий, полноватый мужчина, в районе за шестьдесят, с большой лысиной, замаскированной седыми прядями волос и бесцветными бровями. К его внешности больше всего подошла бы специальность повара или кондитера. Почему-то создавалось впечатление, что его слегка присыпали мукой. Высокий белый колпак идеально бы подошёл к его круглой голове, небольшому, приплюснутому носу и пухлым розовым щекам.
Его рабочий кабинет выглядел по-современному: просторный, чистый, светлый. Массивный стол, компьютер, большое окно, с белыми рамами и широким подоконникам. При входе, с одной стороны - жёсткий топчан, с другой - двухстворчатый шкаф. В общем, интерьер кабинета соответствовал вывеске на дверях, где большими, под золото теснёнными буквами, красовались инициалы и должность хозяина кабинета. В свою очередь этот кабинет, с дверями, вывеской, обстановкой, соответствовал внешнему виду комплекса зданий. Современные постройки с затенёнными окнами, аккуратными сквериками, подстриженными газонами, размеченной автомобильной стоянкой. И всё это было обнесено высоким бетонным забором.
Когда Пол и Ирина вошли в кабинет, профессор предложил сесть, указав рукой на топчан. Всё это время, пока они не спеша подходили к указанному месту, врач очень внимательно, как-то даже по-хищнически, смотрел на девушку. Затем он спросил инициалы, что-то нашёл в компьютере и раскрыл перед собой канцелярскую папку.
Он читал, низко наклонив голову над столом, и почти не шевелился.
Полу стало казаться, что тот создаёт видимость работы, а на самом деле, просто дремлет над раскрытой папкой и, что бы скрыть это, время от времени переворачивает страницы.
Вдруг профессор резко откинулся на спинку кресла, сполз вниз на сиденье, так что подбородок лёг на его грудь и стал неслышно стучать пальцами себе по животу. Вцепившись в Пола придирчивым взглядом, долго молчал.
- Вы ей кто? - наконец задал вопрос Летечко.
- Я - просто знакомый - стушевался Пол.
Летечко резко приподнялся, наклонился вперёд и навалился грудью на край стола.
- Не. Просто знакомый - не годиться. Нужны родители. У неё же есть родители?
Сделав паузу, по времени ровно столько, чтобы у собеседника в сознании сформировался вопрос - "Зачем?" - стал на него отвечать.
- Когда, к примеру, человеку делают операцию, у него берут письменное согласие на операцию. В силу сложившихся обстоятельств, она не может дать такое согласие. Значит нужно согласие родителей.
Пол вздохнул, опустил голову и стал искоса смотреть в сторону.
- Электрическим током будите лечить?
Этот вопрос, как ему казалось, он задавал мысленно, и только спустя какое-то время понял, что произнёс вслух.
Он по-прежнему сидел, не поднимая головы и не видел, как от этого вопроса профессор сильно смутился, суетливо закрыл папку, несколько раз стукнул пальцем по клавиши компьютера.
- Это из области профессиональной этики, которую я не вправе разглашать. Вы же хотите, чтобы она выздоровела?
Слушая этот раздражительный ответ, Пол думал совсем о другом. "Как быть с тем, что её родители постоянно пьют? - крутилось в голове - не повезёшь же их сюда датыми".
- В общем, так - продолжал Летечко - обдумайте и решите. Когда определитесь, обращайтесь в одиннадцатый кабинет, к Галине Макаровне Тучиной. Это здесь, по коридору и направо. Она вам всё объяснит.
Однако опасения Пола оказались напрасны: когда он на следующий день поехал в Липкое, застал родителей Ирины совершенно трезвыми. Поначалу, он долго всматривался в их лица, стараясь определить состояние и, когда убедился что они не пьяны, изложил суть дела.
- Когда ехать? Сейчас? - спросил отец.
Пол не планировал ехать сейчас, но раз обстоятельства складывались таким образом, то этим следовало воспользоваться.
- А Ира?... - робко поинтересовалась мать.
- Здесь - ответил Пол, кивком головы указывая на автомобиль.
Она бросилась к дочери, как только та показалась из машины. Обняла её, расцеловала, стала плакать, уткнувшись лицом в грудь. Вскоре подошёл отец, тоже обнял обеих и, глотая слёзы, стал гладить дочь по голове, плечам, шёпотом произнося ей в волосы - "Иринка-картинка, Иринка-картинка...". Но дочь, как и раньше, оставалась безразличной к их чувствам.
В дороге, через зеркало заднего вида, Пол видел лица всех сидящих сзади. Ирина располагалась посредине, мать - слева, отец - справа. Пол отметил про себя какую-то решительность, целеустремлённость во взгляде родителей, словно они были полностью уверены, что дочь вылечат. И Пол не понимал, откуда у них эта уверенность? Неужели они до такой степени надеются на него?
Галина Макаровна судя, по поведению, была женщиной доброй и заботливой. Её голос звучал мягко, нежно, с явным сочувствием и состраданием. Она суетилась возле них, скорее просила, чем указывала, предлагала, а не распоряжалась. И если это даже был шаблон, он идеально подходил и к месту, и к обстоятельствам.
Тучина позвала родителей к столу для оформления документов и, во время процесса, подсказывала, что, где и как надо писать. Пол и Ирина в это время сидели у стены. Ирину можно было оставить в машине: включить радио или одеть наушники. Но Пол решил не афишировать свои методы.
Вдруг Галина Макаровна вышла в смежный кабинет. По-видимому, вопрос был мелочный, потому что дверь туда она оставила открытой.
В это время мать Ирины кивком головы подозвала Пола к себе. Указывая ручкой на сумму, прописанную в документе, которую следовало уплатить за весь курс лечения, она шепотом произнесла - "У нас нет таких денег".
- Это не ваша забота - вполголоса сказал Пол - Вам надо только подписать.
Вошла Галина Макаровна и он вернулся на место.
- К сожалению, сегодня госпитализировать мы её не сможем. Есть небольшие проблемы с размещением - сказала она - Но где-то послезавтра решим эти вопросы. Вот вы и приезжайте послезавтра. Только квитанцию об оплате не забудьте. Если что-то измениться - я вас наберу.
Перерыв оказался кстати, потому как Пол не готов был оставить Ирину теперь. Хотя, в сущности, она была в нормальном состоянии: вымытой, ухоженной. Просто он хотел одеть её в новую одежду и купить зимнюю куртку.
Прямо из больницы он привёз родителей домой, в деревню Липкое.
- Не беспокойтесь, это лучшая клиника, врачи с мировыми именами. Я думаю, они смогут вылечить. Во всяком случае - надежда есть - говорил он, медленно шагая по двору, глядя на пятнистого кота, который нервно подёргивая хвостом, бежал впереди - Я буду держать вас в курсе.
Сказать больше было нечего, Пол остановился и родители тоже.
- Трудно с ней? - вполголоса спросила мать, заглядывая ему в лицо.
- Да нет, не очень...
Вдруг женщина упала перед ним на колени, схватила правую руку и стала неистова целовать тыльную сторону ладони.
Пол как-то не сразу осознал происходящее. Только спустя несколько секунд до него дошёл смысл этих действий.
- Мамо, перестаньте! - крикнул он, вырвал руку и отскочил в сторону.
Как садился в машину, как выехал на трассу, помнил смутно, как в тумане. Казалось, всё произошло одним рывком. Лишь через какое-то время осознал, что гонит машину на низкой передаче, на полном газу.
Сначала в горле стоял тупой, тяжёлый ком, потом ещё потекли и слёзы. Пришлось остановиться на обочине.
Он отёр ладонями глаза, опустил боковое стекло. Может быть от свежего воздуха, или от слёз, но ком в горле постепенно таял. Стало легче дышать.
"Мать Тереза - мысленно упрекнул он себя - Только почему я назвал её - мамо?".
Пол долго рылся в памяти и наконец вспомнил ту историю, которая объясняла такое неожиданного обращения к чужой женщине.
Эта история шуткой ходила среди автослесарей. Суть её заключалась в том, что автоэлектрик обращался к своей тёще исключительно на "вы" и однажды выдал такую фразу, которая в их среде стала почти крылатой - "Мамо, (ити) вашу мать, вы опять сели на пульт от телевизора".
- Как к тёще... - вслух сказал Пол и в мыслях добавил - А ведь она, действительно, в какой-то степени, считает меня зятем. Пусть и неофициальным, гражданским. Ведь ни она и никто другой не поверят, что чужой, посторонний человек, просто так, бескорыстно, будет заботиться о её дочери.
На следующий день, до обеда, он уладил дела на работе, заплатил за Ирину и купил необходимую одежду. Приехав домой, раздел девушку, сводил в туалет, после вымыл руки, завёл в кухню и посадил за стол.
Пол сам не заметил, как научился готовить и, практически всегда, питался дома. Он даже поправился на полтора килограмма и почувствовал, что стало тяжелее надевать носки.
Достав из холодильника кастрюлю, взял черпак и потянулся за тарелкой. Вдруг за спиной послышался странный звук, похожий на приглушённый вскрик слегка испуганного человека. Резко обернувшись, Пол увидел, что Ирина действительно испуганно смотрит перед собой. Он резко, всем корпусом сделал ещё пол оборота и сам чуть не вскрикнул от неожиданности - в дверях, прислонившись плечом к косяку, стоял Качай.
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение

3 страниц V  < 1 2 3
Ответить в данную темуНачать новую тему
1 чел. читают эту тему (гостей: 1, скрытых пользователей: 0)
Пользователей: 0

 



RSS Текстовая версия Сейчас: 22.10.2018, 20:10