Литературный форум Фантасты.RU

Здравствуйте, гость ( Вход | Регистрация )

Конкурс "Тайны моря" регламент / конкурсная курилка / список участников / читать рассказы / голосование

 
Ответить в данную темуНачать новую тему
Город, которого нет
Хирург без дипло...
сообщение 14.5.2017, 22:06
Сообщение #1


Искатель тайн
***

Группа: Пользователи
Сообщений: 373
Регистрация: 8.5.2013
Вставить ник
Цитата




Рассказ для конкурса "Что там, за дверью", проходившего в апреле-мае этого года на сайте www.elite-games.ru (кто полезет проверять, не удивляйтесь - там у меня другой никнейм).
В данной редакции изменено имя ГГ, поскольку писал как продолжение своего рассказа "Яд космоса" (ссылка тут) о приключениях специалиста по биологической защите персонала Олега Круглова.
Буду благодарен за конструктивную критику!


ГОРОД, КОТОРОГО НЕТ

Твой разрушенный город на глазах умирает,
Неожиданно резко выключается свет.
Ты слепо ищешь опору, но она ускользает.
Выбор сделан неверно, и тебя больше нет… (Ясвена)


Будильник разрывает тишину отсека и мой сон какой-то незнакомой пронзительной мелодией. Что-то дискотечно-гламурное. Только плевать я сейчас хотел на все будильники этой грёбаной планеты, всё равно буду спать! Вчера до самого «сегодня» возились с наладкой терраформера. Его предшественник отчего-то перестал справляться с преобразованием газового состава атмосферы под только что наведённым куполом «Поселения-2»: излишек азота, особенность планеты Арес-9, никак не хотел уходить из-под купола. Строительная группа только руками разводила: мол, утечек нет, конструкция герметична. Разбирайтесь сами, ребята.
Когда отставание от графика работ стало уже неприличным, главный инженер, наконец, сообразил, что надо не решать задачку про бассейн, который понятно как наполняется, но непонятно – куда из него всё девается, а искать второй терраформер. Две «машинки» смогли бы накачать атмосферу до приемлемого состава, и тогда уже можно будет пустить под купол рабочих без громоздких скафандров и дыхательных баллонов, и на месте разобраться: в чём, собственно, «заключается афедрон». Но поскольку делать всё это нужно было «ещё вчера», то шеф в своей обычной манере собрал всех правых и непричастных, поставил задачу – то есть цветисто разъяснил, что со всеми нами будет, если терраформер не заработает как надо – и, благословив матом на героические усилия, свалил. Ну, и к лучшему – вместе с ним мы бы и за двое суток не управились. Собственно, мы и так не управились. Всё дело в том, что под второй купол главный инженер загнал невесть откуда взятый «Плуто» на издыхании ресурса, но зато с навороченной полузакрытой системой. И, конечно, это чудо техники напрочь отказалось синхронизироваться с нашим «Протектором». Типа, гусь свинье не товарищ.
Только к утру мы кое-как сумели настроить злосчастный «Плуто» на половину мощности, чтобы он компенсировал потери кислорода, и начальник терраформинг-группы распустил всех отдыхать, «пока не вызову».
Слащаво-бодрый, как записной пионер, будильник заткнулся, но зато на верхнем ярусе койки что-то скрипнуло. Я нехотя приоткрыл один глаз: сверху свесилась нога. Да нет, не так – ножка! Хорошенькая такая девичья ножка. Потом показалась вторая, а у меня как-то сам собой открылся второй глаз. А если бы мог, то, наверное, открылся и третий, потому что следом за изящными ножками на пол с томным утренним «аххххх» спрыгнула вся их молоденькая обладательница. Жаль только, что всё выше ножек оказалось скрыто длинной футболкой.
Стоя спиной ко мне, девушка так сладко потянулась-растянулась, что я на время забыл дышать. Блин, какая скотина придумала такие длинные футболки!
Видимо, всё же почувствовав что-то, она обернулась, и наконец, обнаружила на нижнем ярусе чужое «тело» (хотя ещё вопрос, кто в этом отсеке «чужой»). Вы когда-нибудь видели испуганную кошку? Девчонка подскочила, наверное, на метр, схватила рюкзачок, и, прижав к себе, влипла спиной в противоположную переборку.
А она симпатичная, даже со сна: крупные глаза, чуть курносый носик. Правда, как следует разглядеть её мне в тот момент не удалось, потому что девушка судорожно потянула воздух, и я понял: сейчас на весь жилой ярус разнесётся женский визг. Всё – кончилась романтика, здравствуй, грёбаное утро!
- Отставить! – рыкнул я, рывком поднимаясь с койки. Хриплым от сна голосом получилось так страшно, что девушка только пискнула и крепче вжалась в стену, хотя крепче уже, кажется, было некуда:
- Кто такая? Откуда здесь?
На её рюкзачке была вшита эмблема компании «Вектор-3», что совсем уж странно, поскольку «векторовцы» - наши конкуренты по терраформингу в этой части Галактики.
Запинаясь, девушка пролепетала, что её поселили вчера вечером, временно – только до утра.
- Кто поселил?
- Так комендантша! Какой-то мужчина сказал, что Круглов на объекте и до утра его не будет.
Ну да: Джо Таракан из соседнего кубрика вчера сменился с «Поселения-2» и, видимо, зачем-то брякнул, что Круглова, меня, то есть, оставили «совокупляться» с терраформером сверхурочно. Мой сосед по отсеку и вовсе был сейчас на другой планете на повышении квалификации. А женщин в отдалённых колониях мало, и с местами для них всегда напряг. Я же, добравшись до отсека почти неживым от усталости, как был – в трико и фуфайке подскафандрового комплекта – завалился на койку, не заметив хрупкое девичье тело на верхнем ярусе. Но коменда какова: хозяйничает тут, как у себя дома!
- Ты это… Не бойся! Отлипни уже от стенки, а то к соседям случайно просочишься. Иди, умывайся и что там тебе ещё нужно, а я пока завтрак сварганю. Потом разберёмся.
Мужик в любых обстоятельствах должен быть обходителен с дамой! Вот если бы я в женской комнате проснулся, то «дамы» уже десять раз сковородкой по башке угостили. Так что неправда, будто мужики агрессивные. Впрочем, коменда на это пусть не рассчитывает!
Стараюсь сосредоточиться на заваривании кофе, чтобы отвлечься от волнующих звуков льющейся в санитарном отсеке воды. Но тут меня куда более надёжно отвлекает звонок главного инженера:
- Слушай, Круглов! Давай лети щас на второй купол… - «а ничего, что только несколько часов, как я оттуда прилетел?» – Там ещё одна бригада сядет на «Плуто». Короче, проследи, чтобы всё было нормально: завтра в главк отчитываться!
- Да откуда там ещё бригада? Мы вчера, сегодня уже, то есть, настроили всё более или менее – так что можно отчитываться…
- Ты слушай, чё я тебе говорю! Не умничай! Свяжись с Красновским, и начинайте там вкалывать, - на самом деле, конечно, другое слово сказал, – потом мне доложите!
Понятно: дальше спорить бесполезно. Вообще говоря, я инженер по биобезопасности персонала, и к терраформингу отношение имею весьма отдалённое. Но шеф, похоже, имеет ещё более отдалённое представление о том, что такое «биобезопасность». «За безопасность отвечаешь? Вот и следи, чтобы всё было безопасно!» - обычно примерно так заканчиваются мои попытки выяснить, какого хрена мне опять приходится мотаться по стройкам в качестве «полевого» координатора, вместо того, чтобы рассчитывать эффективность вентиляции, проверять адекватность работы биофильтров в водопроводе колонии или следить за сбалансированностью рационов персонала. Впрочем, всё это и так приходится делать, иначе раньше или позже колония может столкнуться с большими проблемами: ведь пить, есть и вдыхать в дальнем космосе можно только то, что производит система жизнеобеспечения. И если что-то из этого или сразу всё вдруг станет вредным для здоровья, то такое чревато срочной эвакуацией. А если до ближайшей обитаемой планеты несколько сотен парсеков?
Смотрю на часы: до официального подъёма ещё минут сорок. Повременю пока звонить начальнику терраформинг-группы Красновскому. Но вот интересно: что за «вторую бригаду» достал шеф, будто туз из рукава?
- Эм… девушка! Не имею чести вас знать по имени. А вы что, из «Вектор-3»?
Она выглянула из санотсека с феном в руках. Да блин: у неё и волосы красивые – длинные, тёмно-русые и чуть волнистые.
- Я Алиса! Да, оттуда. Мы вчера поздно вечером прилетели. С Коркс-6.
- Очень приятно! Меня Олег зовут. И много «вас»?
- Игорь Петрович, трое инженеров-терраформистов и я.
- А Игорь Петрович…
- Наш главный инженер колонии.
Ну, шеф: ну и шулер! «Вторая бригада» - это конечно здорово, но притащить бригаду из конкурирующей компании! Видно, очень сильно задолжал этот пресловутый «Игорь Петрович» нашему главному!
- А ты, стало быть, тоже терраформист?
- Да! – твёрдо и даже с вызовом ответила девушка, но тут же почему-то смутилась. – Я, правда, недавно совсем реальное училище закончила. Игорь Петрович сказал, что мне нужно опыта набираться.
Пока позавтракали, пока по очереди одевались, пока болтали (куда ж без разговоров с красивой девушкой): в общем, выяснение отношений с комендой решили отложить до возвращения.
***
На стоянке планетолётов командовал Красновский.
- Главные с нами не летят. Будут контролировать отсюда, – объявил он, и все вздохнули свободнее, не исключая и «векторовцев»: двух молодых чем-то похожих друг на друга весельчаков и их хмурого вида коллегу немного за 50. Пусть контролируют, лишь бы над душой не стояли.
На месте разобрались быстро: «векторовцы» сели на «Плуто», наши сменили ночную бригаду на «Протекторе». Алиса тоже было отправилась на терраформер, но мужикам там было не до посвящения её в тонкости профессии. Чтобы не чувствовала себя «не пришей кобыле хвост», отозвал её, выдал мобильный тестер и попросил проверить устойчивость грунтов под опорами купола. К терраформингу это, конечно, никакого отношения не имело, да и проверено всё строителями уже давно. Но я дал волю языку и представил задание как особо важное. Всё польза от девчонки, а потыкать прибором в песочек много ума не надо, да и мне плюсик к карме глядишь зачтётся.
- Олег, Олег! – зачастил вдруг эфир голосом Красновского. – Предупреждение о тектонической активности!
Я просмотрел присланный файл на экране коммуникатора:
- Опасности быть не должно, эпицентр далеко. Но по инструкции в таких случаях положено прекратить работы и вернуться к транспорту.
Начальник группы помедлил:
- Хорошо. Всё равно уже заканчиваем: «машинки» работают. Собери всех на стартовой площадке.
Первым делом обломал кайф только было разохотившейся Алисе: ей дальше всех добираться от периметра купола. Вот только когда все собрались у центральной колонны – она же ствол стартовой катапульты планетолётов – выяснилось, что как раз девушки и не хватает.
- Алиса! Блин! Ты где?
- У меня квадроцикл сломался, - перекрикивая треск электромотора в эфире, объяснила девушка, и тут же торопливо добавила, - но я уже еду!
- Остановись немедленно! Выключи двигатель и отойди от квадра. Смотри, чтобы рядом не было кусков скалы или ещё чего-то, что может сдвинуться и придавить во время толчков, - вероятнее всего, никаких толчков мы толком и не почувствуем, но «лучше перебдеть…»
Когда «ожили» сейсмографы, мы на демпфированной стартовой площадке и в самом деле ничего не ощутили, но мне показалось, что поверхность под куполом будто «вздохнула».
- Всё? – раздался в наушнике чуть испуганный голос Алисы. – Мне уже можно ехать?
- Погоди, не паникуй.
Красновский вдруг резко толкнул меня в плечо:
- Подвижка грунта под вторым терраформером! Опасный крен!
Алиса успела только проговорить:
- Хорошо, не бу… - а потом в наушнике раздался шум и женский крик.
Километрах в пяти от нас, где едва виднелся маленькой точкой «Плуто», взметнулось облако пыли, а следом сверкнула яркая вспышка, и донёсся глухой удар. На стоящих возле планетолёта мужиков эта картина вместе с девичьим криком подействовала, как на стадо хомячков: все одновременно попытались куда-то рвануться, не представляя куда. Выручил Красновский, гаркнув по-командирски:
- Эвакуация, вашу мать! Все на борт! Я за девчонкой…
Я перехватил его за плечо:
- Нет! Вы отвечаете за безопасность группу в целом, отдельные сотрудники – это уже моя работа. Сигнал телеметрии от скафандра Алисы ещё проходит, значит, если и провалилась, то неглубоко. Справлюсь!
- Одному всё равно нельзя!
- Я пойду, - шагнул вперёд хмурый инженер «векторовцев».
***
Выжимаем всё возможное из квадров. Сверху, с закреплённых под куполом камер, поверхность возле терраформера выглядит так, будто кто-то неаккуратно проломил корку на пироге. Сетка полузасыпанных песком трещин разбегается от центральной кальдеры, откуда торчит терраформер. Точнее то, что от него осталось. Вблизи жутко видеть, как многотонная машина размером с три футбольных поля встала практически «на попа», завалившись в провал кормой и удерживаясь, похоже, лишь за счёт торчащих в стороны боковых гусеничных пар. Гигантские передние гусеницы беспомощно раскорячились в воздухе. Реакционный контур взрывом кислорода вывернуло наизнанку, и его раскалённое нутро дышит жаром. Проверяю уровень радиации – в норме – значит, защита реактора выдержала. Вернусь, самолично передушу группу геологоразведки, которая проморгала карстовые полости на месте установки купола. Хотя откуда вообще взяться карсту на практически безводной планете? А вот пусть геологи мне и объяснят, пока я их душить буду!
- Михаил, тормозите: ещё толчки! – наученные горьким опытом, мы отходим от квадроциклов подальше. Если трёхсоткилограммовая машина перевернётся и придавит или кувыркнётся вместе с седоком в трещину – пиши пропало. Хватаю инженера за руку:
- Держитесь рядом!
- До Алисы далеко? – спрашивает он.
- Метров триста, за терраформером.
- Должны успеть, - как-то очень уверенно говорит Михаил, и в этот момент поверхность под ногами снова вздрагивает. Инженер зачем-то резко дёргает меня за руку, отчего я плюхаюсь на задницу. В туче взметнувшейся вокруг пыли сначала ничего не видно, и я машинально ору:
- Ты чего, блин?! – а когда становится видно больше, ору сильнее, потому что Михаил висит над трещиной, удерживаясь только за мою руку, и своим весом тянет вниз.
Что есть силы упираюсь ботинками в грунт, останавливаю скольжение. Мне почти удаётся вытянуть мужчину обратно. Почти, потому что масса песка подо мной вдруг резко и неожиданно срывается вниз. Ощущение падения – мучительно долгое – а потом такое чувство, будто меня несёт поток воды. Вот только не вода это, а тонны осыпающегося песка. С холодеющим сердцем понимаю, что Большой Северный Лис подкрался совсем близко.
Фонари на скафандре включаются автоматически, но толку от них в этой мути немного. Едва почувствовав, что движение осыпи замедляется, пытаюсь сгруппироваться и вырваться из песчаного плена. Аж подвываю от страха! Чудом не потерялись с Михаилом. Поочерёдно выдёргивая друг друга из всё подсыпающего сверху песка, бежим по какому-то туннелю. Он, сначала ровный, вдруг довольно круто изгибается книзу, и мы оба, не удержавшись, летим кубарем. Падать вроде не больно, потому что кругом полно песка, но никак не удаётся зацепиться за что-нибудь и остановить это хаотичное падение. Наконец, при очередном кувырке я неудачно втыкаюсь шлемом во что-то твёрдое, бьюсь мордой об забрало и «отключаюсь».
***
Очнулся я от хорошей оплеухи: Михаил пытался похлопать меня по щекам, но на ажиотаже перестарался.
- Э! Всё: харош! - отмахнулся я. С удивлением понял, что шлема на мне нет. «Разбил», - мелькнула мысль. Но прозрачная полусфера без единой трещинки оказалась в руках у инженера.
- Дышать можно и так, - пояснил он.
Воздух здесь был довольно пыльный и слишком сухой, но датчик показывал содержание кислорода лишь на пару процентов ниже нормы: чувствительно, но не критично. Именно такое содержание «догнали» терраформеры к моменту, когда всё полетело в тартарары в прямом и переносном смысле.
Для начала поднялись наверх, проверить вероятность выбраться на поверхность. Точнее - чтобы развеять эту вероятность, потому что уже в самом начале горизонтальный участок туннеля был полностью засыпан, и при любой попытке тронуть осыпь мощные слои песка и каменного крошева снова приходили в движение, норовя окончательно похоронить под собой двух горе-героев.
Пришлось развернуться в противоположном направлении - вниз. В свете фонарей туннель, где мы оказались, выглядел явно рукотворным. Прямоугольный в сечении, высотой примерно в два человеческих роста он «змейкой» из протяжённых наклонных и коротких горизонтальных отрезков уходил куда-то в недра планеты. Михаил, многозначительно заглядывая мне в глаза, поинтересовался:
- Ну, и что там дальше может быть?
- Надеюсь, что не дверь в преисподнюю, - пожал я плечами, - что-то рановато мне, да и вообще, не хочется в котёл.
Топтаться долго в бездействии было бессмысленно, двинулись вниз. Чем дальше вглубь, тем меньше становилось песка под ногами, но идти под уклон всё равно было неудобно. Поэтому когда после довольно долгой ходьбы мы наткнулись на своеобразный «холл», от которого кроме привычного наклонного хода радиально расходились несколько горизонтальных туннелей поменьше, то решили пойти по одному из них.
Тащиться по тёмному душному подземелью удовольствие ниже среднего. Содержание кислорода всё ещё было приемлемым, и дыхательную смесь в баллонах берегли. Батареи фонарей тоже экономили, подсвечивая себе путь только включенными на минимум «налобниками». Наше муторное путешествие длилось уже часа полтора, постепенно выматывая. Первым не выдержал Михаил, скомандовал самому себе:
- Привал! - И привалившись спиной к стене, сполз на пол.
Делать нечего, пришлось «приземлиться» рядом. Пока сидели, я сжевал почти безвкусный брикет сублимированной пищевой смеси, запил водой. Машинально отметил про себя: автономный режим простых инженерных скафандров рассчитан на штатные 8 часов смены плюс небольшой «аварийный» запас. А это два сухпая, кулинарными свойствами напоминающих подошву, воды - в обрез, и два баллона дыхательной смеси с регенераторами, плюс «последнее желание» - каталитический генератор кислорода. Надолго не хватит.
Подгоняемый этими мыслями, заставил себя отлипнуть от пола, не слишком вежливо поднял Михаила, и мы снова зашагали вперёд. С тем, чтобы ещё минут через двадцать заметить призрачный «свет в конце туннеля».
Перед нашими глазами предстала обширная полость в недрах планеты: куда больше, чем купола наших поселений на поверхности. Высота в центре этой «линзы» по моим прикидкам доходила до километра. Мы с инженером стояли сейчас на выступе скальной стены примерно метрах в двухстах от дна. Ещё чуть выше пролегала граница местного «неба»: внутренняя поверхность полости излучала холодный белый свет. Во многих местах рукотворное небо пестрило тёмными участками, напоминающими выбитые пиксели на экране. И в этом рассеянном свете раскинулся на дне полости… Да, он был рукотворным. Но только руки эти не могли быть человеческими. Фундаменты домов от земли расширялись вверх, заканчиваясь площадкой, из которой поднимался опорный стержень, а на нём лепились квартиры-соты, неравномерной шапкой покрывая опору где со всех сторон, где наполовину, где местами. Непонятные башни, напоминающие перевёрнутые ёлки, воткнутые макушкой в землю, изгибались, словно подсолнухи на солнце. Вся архитектура была лёгкой, летящей, и только в самом центре возвышалась гигантская, кажущаяся здесь абсолютно чужеродной, башня в виде усечённой пирамиды, увенчанная кубом. На верхней грани куба размещалась ещё какая-то конструкция, но в подробностях с такого расстояния её было не рассмотреть.
- Что это? – хрипло спросил Михаил.
- Город! Чужой мёртвый город…
Я не зря назвал увиденное нами поселение «мёртвым» - города, даже если это инопланетные города – не могут быть такими тихими и неподвижными. Если только жители не покинули их. Но я не успел домыслить, куда они могли деться, потому что моё внимание привлекла яркая точка на соседнем выступе стены. Очевидно, там – метрах в двухстах левее и чуть ниже нашего положения – был выход ещё одного туннеля. И мне показалось, что… Я лихорадочно вытряхнул из подсумка бинокль и навёл резкость. Так и есть: на выступе скрючилась в позе эмбриона Алиса в своём ярко-малиновом скафандре. Девушка была неподвижна. Холодея от нехорошего предчувствия, настроил связь по остронаправленной антенне, и облегчённо выдохнул: судя по показаниям биомонитора, наша «потеряшка» жива и серьёзно не ранена.
- Алиса! Алиса, слышишь меня?
Скафандр пошевелился, привстал, опираясь на руки, но тут же болезненно поджал левую.
- Оле-ег?! – донеслось сквозь слёзы и шорох помех. – Ты где-е?!
- Не бойся, рядом! Смотри выше и вдоль стены!
Я помахал ей рукой:
- С тобой всё в порядке?
- Я руку, кажется, потянула! Я сначала долго падала куда-то, потом на помощь звала, потом шла, пока совсем не устала. Вышла сюда, упала и уснула. А что это за город? И как мне к вам дойти?
Было безумно жаль эту перепуганную девчонку, которая, должно быть чуть с ума не сошла, оказавшись одна в тёмном подземелье, но всё же скороговорка перемежаемых всхлипываниями фраз и вопросов вызвала у меня улыбку:
- Просто ты упала в нору инопланетного кролика, и это твоя страна чудес! Сиди там, мы сами до тебя дойдём!
- Я боюсь одна! – захныкала Алиса.
- Потерпи! Мы скоро! Не упусти белого кролика!
- Нет здесь никаких кроликов! Приходите быстрее, а то я умру здесь!
Выходы туннелей были равномерно видны по всей стене, поэтому мы с инженером решили, что если они действительно сообщаются между собой, то нам нужно вернуться к пересечению ходов, спуститься по основному стволу и свернуть в сторону, чтобы найти Алису. Сказать быстрее, чем сделать, но несколькими «пролётами» ниже в основном туннеле действительно оказалось такое же разветвление горизонтальных ходов, что мы уже видели раньше. Оттуда свернули налево. Вся эта сложная система напоминала мне какую-то причудливую вентиляцию с пересечением «сервисных» и воздушных каналов.
- Так и есть, - подтвердил мои догадки Михаил. – Похоже, кислород из-под купола «Поселения-2» утекал как раз по всем этим ходам. Он же тяжелее азота. И та башня в центре города, вполне может статься, – подобие наших терраформеров. Обычно ведь на подобных планетах углекислотная атмосфера, а на Аресе-9 – азотная. Скажем, ОНИ дышали азотом и в соответствии с этим переделывали атмосферу планеты под себя. А пока жили под землёй.
- Не слабоват терраформер?
- А кто тебе сказал, что он такой один? – как-то мрачно хмыкнул инженер, и я на всякий случай заткнулся. – Ох, ёп!
Проход в стене справа открылся практически бесшумно. Грёбанные инопланетные двери!
- Нам сюда?
- Н-не знаю. Смотри: этот другой какой-то…
Заглянули внутрь: узкий изгибающийся коридор в обе стороны, видимо, кольцевой. На свой страх и риск осторожно пошли по часовой стрелке.
- Ети ж ты! – выдохнул вдруг инженер.
- Ну, чего там? – я пытался выглянуть из-за его плеча, но без особого успеха: слишком тесно.
Михаил шагнул вперёд и посторонился, пропуская меня. Оказывается, коридор с двух сторон огибал стену, отделяющую от туннелей довольно большой полукруглый зал. На вогнутой стене тем же слабым белым светом, что и «небо» над чужим городом, мерцал экран с каким-то сложным переплетением линий. Возможно это схема туннелей, но сразу не разобраться. Перед экраном стояли три кресла. То есть кресла как раз не стояли, а висели: на идущих с потолка штангах. На полу возле ближайшего из них что-то лежало бесформенной кучей. Я осторожно приблизился. Когда-то ОН, вероятно, был одет в подобие пуховика. Гладкая серебристая ткань растрескалась, и из-под неё торчал съёжившийся от времени наполнитель вроде нашей ваты. От малейшего прикосновения одежда рассыпалась в прах. Захлопнув шлем, чтоб не дышать пылью, я стёр остатки одежды с инопланетянина. Тушка не скелетировалась, а напоминала мумию: плотная и сухая. Лежала она в позе «эмбриона», поджав лапки под живот. В соседнем кресле «сидели» такие же останки, а вот в самом дальнем оказался хорошо сохранившийся инопланетянин в скафандре, правда, весь покрытый толстым слоем пыли. Строение у НИХ было почти антропоморфное, только рост намного ниже человеческого, руки четырёхпалые с двумя противопоставленными пальцами. Я осторожно протёр от пыли сферический шлем инопланетянина. Под прозрачным материалом в свете фонаря можно было различить каплевидную голову на тонкой шее, подхваченной корсетом. Поймал себя на мысли, что рассматриваю ЕГО с отстранённым чувством, без страха, без брезгливости. Инопланетянин был весь какой-то хрупкий, невесомый (сразу вспомнилась ИХ ажурная архитектура) и не был ни красивым, ни отталкивающим. Просто – чужим.
Михаил молча тронул меня за плечо и указал на противоположную стену. Если бы это была фреска или картина, пыль скрыла её от нас. Но из стены всё в той же, непривычной нам, манере невесомых тонких линий – словно гравюру нанесли точно рассчитанными штрихами, чтобы только отразить смысл и важные детали – выступал барельеф. Это тоже был город. Не тот подземный город, который мы видели – гораздо крупнее. Настоящий инопланетный мегаполис с высоты птичьего (или кто там у НИХ) полёта. И над городом шёл воздушный бой между треугольными и полукруглыми летательными аппаратами. А на заднем плане вставали облака, которые ни с чем не перепутаешь: грибообразные облака ядерных взрывов.
Когда примерно через полчаса мы, наконец, разыскали Алису, она, сначала, чуть не с кулаками на нас набросилась: мол, передумала уже всё страшное, что только можно. Но разглядев наши ошарашенные физиономии, утихла. А подземный город у наших ног всё так же молча хранил свою тайну: как бог знает сколько лет до этого…
***
Вблизи город являл куда более печальное зрелище. Невесомая мелкая пыль осела на всём толстым слоем и тучами поднималась в воздух при каждом нашем шаге. Жилища-соты, неземные башни обветшали, заставляя выбирать маршрут движения ближе к середине крупных улиц, чтобы не рисковать быть придавленными какой-нибудь рухнувшей конструкцией. Алиса пробовала настаивать, чтобы осмотреть один из домов-ульев внутри, но мы с Михаилом всякий раз отрицательно качали головами. Опасно, время поджимает, да и силы у всех нас не бесконечные. Тем более что в городе плюс к недостатку кислорода было ещё и дико жарко – под пятьдесят по Цельсию. Благо хоть переносилось это при стремящейся к нулю влажности относительно легко. Но я представил, сколько жидкости мы теряем, и понял, что однозначно нужно торопиться.
Наш план был прост: туннели окружают город симметрично, это мы видели и осматривая его с площадки на стене, и на схеме в зале с трупами инопланетян. Если проход, по которому мы сюда попали, сейчас завален, то выходящий из города с противоположной стороны, возможно, выведет нас на поверхность. Слово «возможно» было в нашем плане самым слабым местом, но думать об этом не хотелось. Да и не могли мы просто сидеть и ждать. Один раз землетрясение здесь уже случилось, кто знает, что будет с городом и всем этим местом, если толчки повторятся.
- Как там наш пациент, Михаил?
Да-да: инженер настоял на том, чтобы в самодвижущиеся раскладные носилки из спасательного комплекта загрузить наиболее сохранившиеся останки инопланетянина!
- Хватит издеваться! Если этот город прихлопнет следующим землетрясениям, то что вы предъявите как доказательство встречи с инопланетянами? А за одни только разговоры рискуете поселиться в палате по соседству с Гагариным и Наполеоном! Осмотрите его лучше сами, вы в этом больше понимаете.
Я мельком взглянул на контрольную панель и обалдел:
- Ба! Да он живой!!!
-Что? – в один голос воскликнули мои друзья по несчастью.
- Да! Температура тела стала выше окружающей, и сканер регистрирует электрическую активность. Аппаратура, естественно, рассчитана на человека, и ничего толком сказать нельзя, но я уверен, что она фиксирует ЕГО биотоки!
Мы склонились над инопланетянином. Если ОНИ действительно дышали азотной атмосферой, то здесь, вероятно, было излишне много кислорода, но в этом я ничем не мог ему помочь. Осторожно дотронулся до скафандра. Тело отдавало жаром даже через синтетический материал. Интересно, какая у них нормальная температура: 60 градусов, как сейчас, или, может, все 80?
Инопланетянин приоткрыл глаза: с тёмно-золотистыми радужками и горизонтальными зрачками. Кажется, он даже что-то сказал, но из-под шлема я ничего не расслышал. А может, они просто в ультразвуковом диапазоне общаются. Впрочем, это пусть учёные разбираются, налаживают контакт и общение. А нам, главное, живым его до поверхности дотащить. И себя заодно, естественно!
Снова тронулись в путь по городу, словно сошедшему с рекламы видеоигр: тусклый и гнетущий антураж инопланетного апокалипсиса. Интересно, где же всё-таки сородичи нашего «златоглазого»? В городе пока ни одного трупа нам не попалось. Лишь валялись груды мусора от разваливающихся зданий, да открытые и закрытые экипажи – транспорт инопланетян – были брошены и хаотично стояли вдоль улиц. Колёс, кстати, они не имели: то ли прогресс этой цивилизации был «бесколёсым», то ли ОНИ просто успешно освоили левитацию.
Рюкзак у Алисы я забрал, и она налегке шагала впереди. Следом Михаил с частью снаряжения. Я замыкал колонну, присматривая за катящимися передо мной на широких мягких гусеницах носилками. Алиса и обнаружила первых «жителей» города. На очередном перекрёстке Михаил окликнул её, чтобы девушка не отрывалась далеко вперёд, и пока Алиса ждала, с любопытством крутила головой по сторонам:
- Смотрите, что это?
Инженер остановил её:
- Погоди! Я сам взгляну.
Он на некоторое время пропал из моей зоны видимости. Потом в наушнике раздался его голос:
- Олег! Вам лучше самому посмотреть…
- Хорошо, сейчас. Алиса, пригляди за носилками.
Девушка энергично замотала головой:
- Я боюсь! Да и чего за ним смотреть, он же всё равно никуда не убежит!
Если бы в тот момент мы могли знать, что это совсем не так! Михаил пошёл обратно к носилкам, мне навстречу. Поравнявшись, кивнул на большой, явно грузовой транспорт с открытой платформой. Груз был укрыт чем-то похожим на брезент. Поймав мой взгляд, мужчина указал глазами на Алису и коротко мотнул головой: мол, не показывай.
Дойдя до грузовика, я откинул край полуистлевшего полога и чуть в обморок не упал. Тела инопланетян, как я уже заметил, не имели свойства скелетироваться, и их скукожившиеся тушки лежали на платформе просто навалом. Я прикинул, что здесь, при ИХ небольших размерах, больше сотни погибших. Вашу мамашу – что ж за геноцид тут был?!
Послышались шаги Алисы. Я торопливо опустил полог на место, перехватил девушку и приобнял за плечи, молча увлекая прочь от этого катафалка.
- Что там?
- Ничего.
- Они все умерли?
Я промолчал.
- Почему?
- Не знаю, - я, конечно, не судмедэксперт, но не заметил на телах явных ран и несовместимых с жизнью повреждений. Если у НИХ было время собирать больных и умерших, пытаться их куда-то везти – значит, всё произошло не моментально. Радиация? Но фон почти в норме, со скидкой на естественную радиоактивность окружающей город толщи горных пород. Может, эпидемия? Я машинально потянулся к болтающемуся на поясе шлему. А впрочем, что толку: если возбудитель сохранился в воздухе, мы давно уже надышались.
- Олег! – носилки и Михаила скрывала от нас груда мусора от рухнувшей сверху жилой «соты». Всего каких-то несколько секунд. Но именно в этот момент инженер сначала окликнул меня, потом в наушнике раздался странный булькающий звук, и сразу же биомонитор у меня в скафандре зашёлся пронзительным писком.
Когда мы с Алисой добежали до оставленных носилок, они были пусты, а рядом, завалившись набок, и прижав ладони к левой стороне шеи, лежал Михаил. Между окровавленных пальцев торчала рукоятка ножа. Я хлопнул себя по бедру: пальцы наткнулись на пустые ножны. Твою же мать: да ведь этот полудохлый инопланетянин ухитрился незаметно вытащить у меня нож! Видимо, успел, пока мы его осматривали.
Я перетащил Михаила на носилки, настроил программу на экстренную реанимацию, уже осознавая, что всё бесполезно. Автодиагност определил повреждение сосудисто-нервного пучка, гортани, трахеи, быструю кровопотерю. Я ещё пытался найти и пережать артерию, но только перемазался в крови. Инженера, может, и можно было спасти, но не в этом подземелье на эвакуационных носилках. Их автоматика лишь бессильно констатировала, что не сможет провести реанимацию из-за повреждения дыхательных путей больного. Кардиомонитор выдавал изолинию. Мне оставалось лишь нажать кнопку – створки носилок закрылись, скрывая мёртвое тело.
Алиса за моей спиной плакала навзрыд. Я поднялся, отвёл её подальше от носилок, как мог успокоил. Потом вернулся, чтобы подобрать рюкзак Михаила. Взгляд упал на притороченную к нему кобуру монтажного пистолета. Так себе оружие, но на несколько метров электромагнитная катушка выстрелит дюбель-гвоздь – мало не покажется. Цепочка узких следов инопланетянина чётко виднелась в пыли. Кулаки сжались сами собой: «Догоню тварь!»
- Алиса! Жди здесь! Я за тобой вернусь.
Рванул по следу. Через минуту понял, что девушка бежит за мной. Хотел развернуться, прикрикнуть, но встретившись со взглядом Алисы, понял: сейчас она скорее сама повесится, чем останется в одиночестве возле трупа.
Инопланетянин ковылял к центру города. К той уродливой башне, в которой покойный теперь Михаил предположил наличие терраформера.
Жара и недостаток кислорода доканывали. Пришлось презреть экономию, нацепить шлем и подать дыхательную смесь. Бежать стало немного легче. Инопланетянину, видно, тоже приходилось несладко: периодически впереди мелькала его тощая фигурка, передвигающаяся неровной скачущей походкой. Вряд ли годы в анабиозе хорошо сказались на его здоровье. Только анабиозом я мог объяснить такое «воскрешение»: видимо, скафандр каким-то образом предохранил его от смерти в холоде туннелей, и теперь в жаре города он «оттаял».
Машинально отметил, что ближе к центру города чаще попадаются брошеные машины. Как маленькие «легковые», так и грузовики-катафалки. Учитывая стремительность местного экстерминатуса, я уже почти не сомневался, что жителей города скосила какая-то инфекция, и под конец все выжившие пытались добраться до башни, в надежде получить помощь.
Сколько мы гнались за инопланетянином по улицам, сколько внутри башни, не знаю. Счёт времени я потерял. Старался только не упустить след, да приглядывал за Алисой. Девушка совсем выбилась из сил, но не отставала: держалась на страхе остаться одной. И без того слабый наружный свет почти не проникал в башню через узкие горизонтальные окна, напоминающие скорее бойницы. Подсвечивали себе наплечными фонарями. Впереди мелькнула тень. Я сделал знак Алисе остановиться. Стащил с головы шлем, прислушался. Где-то рядом работало какое-то оборудование. Двигаясь на шум, вышли к массивным дверям. Я приоткрыл створку, осторожно заглянув в щель, - в большом машинном зале гудели непонятные приборы, а в центре, возле одного из них, шустро «колдовал» инопланетянин.
- Всё! Жди здесь! Дальше не суйся, - прошептал в микрофон для Алисы, перехватил поудобней пистолет, открыл створку пошире и скользнул внутрь, стараясь скрываться за станинами незнакомого оборудования. Таким манером я сократил дистанцию метров до 10. Дальше было открытое пространство – не спрячешься. Этот урод между тем сноровисто вставлял в здоровенный агрегат, уходящий колоннами в потолок, какие-то цилиндры со стоящего рядом стеллажа.
- А ну отойди! – выкрикнул я, поднимаясь во весь рост. Далеко для выстрела, блин! Ладно, он же этого не знает, а я пока попробую подойти ближе. Инопланетянин замешкался. Он молча смотрел то на меня, то на прибор, то на цилиндр в своих руках.
- Даже не вздумай! – я приблизился к нему уже метров на пять, угрожающе повёл стволом. – Клади на пол! На пол, говорю!
Я махнул левой рукой вниз, и в этот момент инопланетянин швырнул цилиндр и сам рванулся вперёд. Я дёрнулся в сторону, уворачиваясь, и автоматически нажал спуск. И тут же опомнившись, почти не прицельно, ещё несколько раз. Хрупкую фигуру инопланетянина отбросило назад: один из зарядов расколол его шлем, другой пробил скафандр, войдя в тело. Он судорожно схватил воздух и не то застонал, не то закашлялся. Попытался приподняться, всё ещё протягивая руки к прибору, но упал. Когда я подошёл, золотистые глаза инопланетянина уже начала затягивать пелена.
Я машинально взглянул, куда же он рвался в последний момент своей так неожиданно продлившейся жизни. Следы четырёхпалые ладошек инопланетянина отпечатались на перекидных рычагах панели управления гудящим агрегатом. Затаив дыхание, отжал их назад. Гудение плавно затухло. Я почти уже не сомневался, что цилиндры были каким-то биологическим оружием и, вероятнее всего, именно они послужили причиной гибели жителей города. Возможно, ОНИ вели войну, и пытались с помощью башни и системы туннелей заразить поверхность, чтобы остановить вражеский десант, но просчитались. А может, это был шаг отчаяния, чтобы не сдаваться в плен. Точно мы теперь вряд ли когда узнаем. Единственный живой свидетель сейчас остывает с гвоздём в башке. Он так и не успел завершить этот акт разрушения.
- Олег! – раздался сзади тихий, и какой-то «неживой» голос Алисы. Я резко развернулся и похолодел: брошенный инопланетянином цилиндр раскололся, забрызгав станину какого-то аппарата и… скафандр Алисы. В её не прикрытых шлемом волосах застряли осколки…
***
Алисе стало плохо пару часов спустя. Точнее, плохо она почувствовала себя сразу: можно представить её ощущения, когда после прогулки по вымершему городу инопланетная дрянь окатила её с ног до головы. Всё-таки она девушка неглупая и тоже сумела связать гибель местных жителей с подозрительными цилиндрами. И хотя вслух ничего не сказала, но страх в её глазах читался отчётливо.
Так или иначе, а нужно было выбираться из опротивевшего в конец подземелья. Достаточно уже приключений! Смыв дезинфицирующим раствором из аптечки со скафандра и с кожи Алисы мерзкого вида потёки, и вколов нам обоим всё, что в той же аптечке нашлось «профилактического», пошли к выходу. Мы возвращались к прежнему маршруту, прерванному гибелью Михаила и побегом гадской инопланетной зверушки.
Девушка не сопротивлялась уколам и не возмущалась моим ежеминутным поторапливаниям. Она вообще как-то притихла и словно заранее со всем смирилась. И меня это до жути пугало!
Шли молча. Казалось, любое сказанное вслух слово разрушит зыбкое состояние надежды: успеть, найти выход на поверхность, добраться до помощи. Алиса старалась держаться, но уже в туннелях её начало сильно лихорадить. Кроме того, сказывалась общая измотанность организма: почти всё время после падения в подземелья мы шли или бежали, толком ни разу не отдохнув. Плюс нервное напряжение и недостаток кислорода. Я и сам порядком устал. А организм Алисы, добитый инфекцией, и вовсе начал сдаваться. Она уже просто механически переставляла ноги, но с каждой минутой это становилось для неё всё труднее.
У очередного изгиба туннеля попался на глаза ещё один погибший инопланетянин в «пуховике». Я не придал этому значения и уже прошёл мимо, когда почувствовал, что Алисы нет рядом. Обернулся: она задумчиво стояла над трупом, опершись на стенку туннеля.
- Устала?
Я подошёл к ней. Алиса стянула с головы шлем. Ещё раньше я заставил её перейти на дыхание из баллонов, иначе одышка из-за воспалившейся носоглотки просто не дала бы ей двигаться. Стыдливо отвернувшись, девушка брызнула в нос сосудосуживающий аэрозоль.
- Не увлекайся: кислород и так сильно сушит слизистые.
Она только слабо махнула рукой:
- Какая разница? А кислород всё равно кончился.
Ну конечно: из-за лихорадки и одышки она расходует дыхательную смесь быстрее. Я потянул из рюкзака дренажный шланг, намереваясь перекачать свой запас в баллоны Алисы, но она оттолкнула мою руку:
- Не надо.
- Мне хватит, я экономил с самого начала.
- Ничего не надо! Разве ты не понимаешь?!
Она сделала несколько шагов в сторону и села у стены. Я понимал только одно: стоит задержаться ещё хоть ненадолго и можно остаться здесь навсегда. Содержание кислорода стремительно падало. Видимо, в отличие от того туннеля, по которому мы сюда попали, этот выходил на поверхность за пределами купола, а значит, сообщался с азотной атмосферой Ареса-9. По моим прикидкам, нам осталось пройти не так уж и много. Но путь лежит на подъём, и сможет ли Алиса преодолеть это расстояние? А главное – захочет ли? Сейчас, уронив лицо в ладони, она тихо, почти беззвучно плакала. Как вывести её из отчаяния? Кричать, уговаривать, тащить силой? Сил у меня самого почти не осталось. Разве что сесть рядом и сдохнуть, вот как этот… С досады я пнул тушку инопланетянина. Зря, как оказалось: удар ощутимо-болезненно отозвался в стопе даже сквозь ботинок скафандра. Каменные они, что ли?
Какая-то смутная догадка забрезжила в мозгу. Мой нож так и остался рядом с телом убитого инженера, пришлось достать из аптечки скальпель. Лезвие оставляло на коже инопланетянина лишь слабые царапины, словно я и впрямь пытался резать булыжник. Совершенно не думая, что вообще-то это выглядит надругательством над трупом, я перехватил скальпель и слегка ударил остриём. От тела откололась тонкая пластика с острыми краями, напоминающая осколок стекла. Да они и в самом деле каменные! А точнее – кремниевые. Кремнийорганические! Теперь понятно, зачем они забрались глубоко под землю: ближе к горячему ядру. Их более плотным тканям для нормального метаболизма нужна высокая температура. И совсем другой состав атмосферы для дыхания, нежели нам.
- Алиса! Алиса!!!
Девушка приподняла голову.
- Ты говорила мне, что вы прилетели с Коркс-6?
Слабый кивок. Она не понимала, о чём я.
- Блин, как я сразу не подумал! Там же по сводкам вспышка космической лихорадки. У вас в конторе кто-нибудь болел?
Снова кивок:
- Но нам прививки делали…
- Фигня это, а не прививки. Космолихорадку вызывает мутировавший аденовирус, он слишком изменчив.
Я взял её лицо в свои ладони, пытаясь рассмотреть в рассеянном свете скафандровых фар. Ну конечно! Как я мог не узнать типичные симптомы? Хоть и не врач, но тут же всё налицо. Точнее – на лице. Слёзы Алисы связаны не столько со страхом и отчаяньем, сколько с вызванным вирусом коньюнктивитом – воспалением слизистой оболочки глаз. Космолихорадка – инфекция неприятная, но крайне редко бывает смертельной.
- А как же…
Я мотнул головой:
- Эти инопланетяне кремнийорганические, их вирусы на нас не действуют! Где там перепускной клапан на твоём скафандре? Сейчас отдышишься, и валим: мне совсем не улыбается подыхать в этом уродском подземелье!
***
К выходу я почти вытащил обессилевшую Алису на себе. И всё же мы выбрались! С пустыми дыхательными баллонами, на одних кислородных патронах, на последнем усилии воли, но вышли на поверхность! Туннель открывался среди нагромождения скал километрах в пяти от «Поселения-2». Звезда Арес уже скрылась за горизонтом, и в сумерках были хорошо видны аэронавигационные огни беспрерывно взлетающих и приземляющихся планетолётов: нас слетелось искать чуть не всё население колонии.
Я настроил коммуникатор и связался с «Поселением-2». В наушниках было слышно, как кто-то, стоявший рядом с радистом, облегчённо матюгнулся. Кажется, Красновский. В нашу сторону поплыли огоньки сразу двух медботов.
Я привалился к камню рядом с Алисой.
- Ты ведь соврал, что вирус на нас не действует, да? – тихо спросила она.
- Я же не специалист по инопланетному биооружию. Хотя у меня вот никаких симптомов до сих пор нет. Да сейчас это и не важно. Главное – мы выбрались, а дальше врачи разберутся. Мы с тобой обязательно будем жить!
Обязательно. Хотя бы для того, чтобы рассказать об увиденном. Об этом бессмысленном акте самоуничтожения целой колонии. Чтобы это не повторилось с нами, людьми.
- Не важно, - эхом отозвалась Алиса. – Если бы не ты, я точно осталась там, под землёй… Я посплю пока, хорошо? Ты ведь будешь рядом, когда я проснусь?
- Конечно. И на этот раз обязательно пощекочу тебя за пяточки!

© Алекс Шел, май 2017 г.

Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
А. Нур
сообщение 17.5.2017, 14:02
Сообщение #2


Создатель миров
*****

Группа: Пользователи
Сообщений: 1415
Регистрация: 29.3.2013
Вставить ник
Цитата
Из: Где свалюсь, там и сплю.




Хоть я и не понимаю брачных терзаний людей, не могу не отметить, что в целом рассказ хорош.
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение

Ответить в данную темуНачать новую тему
1 чел. читают эту тему (гостей: 1, скрытых пользователей: 0)
Пользователей: 0

 



RSS Текстовая версия Сейчас: 29.5.2017, 12:38


Директ-Электрик предлагает купить автоматический выключатель по оптовой цене в Москве.