Литературный форум Фантасты.RU

Здравствуйте, гость ( Вход | Регистрация )

Литературный турнир "Игры Фантастов" Турнир "Весенние перевертыши" (весенний турнир)

 
Ответить в данную темуНачать новую тему
ПРОПАВШАЯ МОНЕТА (Внеконкурсная работа)
Дон Рэба
сообщение 3.3.2021, 17:50
Сообщение #1


Серый Кардинал
*****

Группа: Модераторы
Сообщений: 6314
Регистрация: 23.6.2017
Вставить ник
Цитата
Из: Арканара




ПРОПАВШАЯ МОНЕТА

Глава первая

Мой друг Шерлок Холмс не раз говорил: «Лучший способ добраться до сути дела - рассказать о нем кому-то другому». Он сам обычно так и поступает: приносит меня на второй этаж нашей квартиры на Бейкер-стрит, сажает в кресло у камина и излагает обстоятельства своего очередного расследования. Меряет длинными шагами ковер в гостиной и, обращаясь ко мне, рассказывает все подробности и детали преступления.
Конечно, я не могу дать ему совет (все-таки я собака, не человек!), но зато умею внимательно слушать, что помогает Холмсу лучше всё понять и разложить по полочкам. И из множества разрозненных, порой совершенно не связанных между собой фактов составить цельную картину преступления. И в итоге изобличить виновного. Или же, наоборот, спасти невиновного от тюрьмы... Так было и на этот раз:
- Альма, - внимательно посмотрел на меня Шерлок Холмс, - мне нужна твоя помощь!
С этими словами он взял меня на руки и понес в гостиную. Полуденное солнце ярко освещало ее – день выдался погожий, по-настоящему летний, жаркий. Я бы даже сказала – слишком уж жаркий: июль в этом году выдался на редкость сухим и горячим, совершенно нехарактерным для нашей прохладной, туманной и, как правило, дождливой погоды. Лондонские площади, скверы и улицы (в том числе и наша Бейкер-стрит) буквально изнемогали от раскаленного воздуха, мелкой пыли и липкой духоты. Город медленно, но верно плавился на солнце – словно кусок сливочного масла на чугунной сковородке, стоящей на плите.
Оконные занавески в гостиной, разумеется, были опущены, но яркие лучи все равно проникали через них. Они успели основательно нагреть комнату – мне показалось, почти до температуры печи. Нестерпимые потоки солнечного света пробивались сквозь плотную ткань штор и дробились на сотни разноцветных бликов, отражающихся от гладких белых вазочек и статуэток, с недавних пор украшавших каминную полку и все шкафы в нашей гостиной.
Тут надо пояснить: моя любимая хозяйка, миссис Хадсон некоторое время назад стала заядлой коллекционеркой – увлеченно собирает китайские фарфоровые безделушки (разумеется, не слишком дорогие). Наша квартира вся уставлена ими - удивительной красоты восточными вазочками, статуэтками и замысловатыми фигурками. Они занимают все посудные шкафы, полки и этажерки в двух нижних комнатах, стоят в серванте, на обеденном буфете и темно-вишневом хозяйском секретере. И даже на низеньком столе для бриджа! Ими заняты наша гостиная, спальня, прихожая и кухня, - никуда, кажется, от них не деться! И их с каждым днем делается всё больше и больше…
Поэтому часть своей фарфоровой коллекции миссис Хадсон была вынуждена отнести на второй этаж, к нашим жильцам, мистеру Шерлоку Холмсу и доктору Джону Ватсону. Не в их личные комнаты, разумеется (они бы на это никогда не согласились), а в общую гостиную. Но это, как понимаю, лишь временная мера: скоро этих фарфоровых безделушек станет столько, что и там места для них уже нигде не останется. И тогда придется ставить их прямо на пол...
Вот скажите: какое, казалось бы, дело мне, черной кроличьей таксе, до всех этих фигурок, вазочек и статуэток? Ну, собирает их моя хозяйка, и ладно. Однако надо учесть, что эти китайские изделия чрезвычайно хрупки и неустойчивы, время от времени падают на пол и разбиваются. И тогда моя хозяйка начинает меня ругать. Хотя я, если разобраться, абсолютно ни в чем не виновата!
Посудите сами: как мне не ронять их, если они сами летят вниз? У нас, такс, длинный и тонкий хвост, и я, когда выражаю свою радость, приветствуя дорогую хозяйку или же кого-то из ее гостей, виляю им из стороны в сторону – такая уж у нас привычка! И совершенно случайно (честное слово!) задеваю им столы, этажерки и шкафчики, на которых и стоят эти бесчисленные фарфоровые сокровища. От чего те падают на пол и… Дальше, думаю, вам все самим понятно.
Кроме того, за всеми фарфоровыми безделушками требуется уход – их необходимо регулярно протирать от пыли, и мисси Хадсон занимается этим сама, не доверяя нашей приходящей горничной. Вдруг та заденет какую-нибудь особо любимую вазочку или же статуэтку? Хватит и того, что я их регулярно роняю и разбиваю... И времени на этот уход уходит (извините за тавтологию) немало! Значит, меньше его остается для общения со мной. Что меня чрезвычайно огорчает.
В общем, для меня фарфоровое увлечение дорогой миссис Хадсон – одни огорчения. А для нее, по моему скромному мнению, вообще одни сплошные убытки...
Есть и еще одна причина, почему с этими фарфоровыми безделушками столько проблем: фарфор - чрезвычайно хрупкий материал, довезти сделанные из него фигурки, тарелочки и вазочки в целости и сохранности чрезвычайно трудно. Найти же у нас замену случайно разбившейся статуэтке или вазочке почти невозможно: их, как правило, привозят в очень небольших количествах. И это тоже отнимает силы и время у моей любимой хозяйки. Не говоря уже о материальных потерях…
Что интересно, увлечение фарфором началось у нашей несравненной миссис Хадсон всего три месяца назад – после нашумевшей истории с алмазами на судне «Эмма». Помните, я рассказывала ее? Да-да, те самые злополучные фарфоровые слоники... Они первыми поселились в нашей гостиной – боцман Харди в знак благодарности подарил их Шерлоку Холмсу, а тот немедленно преподнес нашей хозяйке.
Первоначально этих слоновьих фигурок было всего шесть (седьмую, самую маленькую, разбил капитан Фортон), однако миссис Хадсон, проявив незаурядную энергию и упорство, смогла-таки найти недостающую - купила в какой-то захудалой портовой лавке. И, весьма довольная собой, тут же поставила к шести имеющимся. Теперь это фарфоровое слоновье стадо прочно обосновалось на нашей каминной полке в гостиной, и выгнать его никак не представляется возможным.
После столь удачного приобретения миссис Хадсон по случаю купила еще весьма симпатичную китайскую вазочку, затем – статуэточку, тоже довольно интересную… И пошло-поехало! В общем, сейчас наша квартира (по крайней мере, большая ее часть) напоминает музей китайского фарфора. С одной стороны, это очень красиво (нельзя не признать), но с другой… Ежедневная уборка, постоянных страх случайно что-нибудь из этого богатства уронить и разбить... В общем, хлопоты и заботы. На мой собачий взгляд, конечно.
Впрочем, хватит уже о китайском фарфоре, давайте перейдем к нашему делу.

Глава вторая

Итак, в жаркий, душный, раскаленный июльский день 1883 года мистер Шерлок Холмс попросил у меня помощи в очередном расследовании. Я, естественно, согласилась – радостно гавкнула. Люблю, знаете ли, всякие сложные и запутанные дела… Шерлок отнес меня в гостиную (блеск солнца на белой кирпичной стене соседнего дома буквально слепил глаза), посадил в кресло и начал излагать известные факты.
- Видишь ли, Альма, - задумчиво произнес он, - трудность некоторых дел заключается не в отсутствии улик, а, наоборот, в их избыточности. Такое впечатление, что кто-то специально их подбрасывает. Причем в таком количестве, что даже я начинаю испытывать некоторые затруднения в их сортировке и классификации. Что же тогда говорить о наших доблестных полицейских? Инспектор Лестрейд из Скотленд-Ярда, например, в подобных случаях просто хватается за голову и бежит ко мне, прося о помощи, ибо он знает: мой дедуктивный метод позволяет отделить лишнее и ненужное от значимого и важного и вычленить то, что нам действительно пригодится. И еще он поможет отличить истинные доказательства от ложных, а бесспорные факты – от пустых и досужих вымыслов. Как, например, это было в деле пропавшего шкипера. Помнишь, Альма?
Я два раза гавкнула – еще бы! Пришлось тогда уж нам с Холмсом повозиться, поломать голову! Но ничего, все-таки раскрыли и его. Да, это было весьма загадочное приключение, да и опасное тоже! Как-нибудь я обязательно расскажу вам о нем.
- Итак, что мы имеем? – продолжил рассказывать Холмс. - Позавчера в полицию обратился некий мистер Джеймс Стоун, пожилой джентльмен, отставной банковский служащий и владелец особняка на Кросс-стрит. Он заявил, что его обокрали – похитили весьма ценную золотую монету. Мистер Стоун - вдовец, проживает в доме один, если, конечно, не считать старого слугу и садовника. Оба они служат у него достаточно давно, и никаких претензий к ним никогда не было. В доме бывают еще две женщины, кухарка и горничная. Первая, как ты догадываешься, Альма, готовит хозяину обед, а потом моет посуду, а вторая прислуживает за столом и еще убирается у него в комнатах.
Мистер Стоун – весьма обеспеченный джентльмен: долгое время служил в Лондонском банке и сумел сколотить приличное состояние. По отзывам сослуживцев, он человек внимательный, аккуратный, педантичный, в общении с коллегами – ровный, вежливый, иногда – желчный. А еще – очень подозрительный и недоверчивый. Наверное, таким и должен быть главный кассир в крупном столичном банке, ведь через его руки ежедневно проходят весьма внушительные суммы…
У начальства мистер Стоун всегда находился на отличном счету - выполнял свои обязанности точно, вовремя, аккуратно, ни одного замечания к нему (за более чем сорокалетнюю службу!) не было. В его честности и порядочности никто никогда не сомневался, наоборот, мистера Стоуна часто ставили в пример молодым людям, только начинающим свою карьеру: вот каким должен быть настоящий банковский служащий!
В семейном плане он одинок: супруга умерла двадцать лет назад, а больше мистер Стоун не женился, детей у него тоже нет. Единственной его страстью являлась и является нумизматика. Ею мистер Стоун увлекся еще в молодости, и она занимает, пожалуй, одно из важнейших мест в его жизни. Надо заметить, пожилой джентльмен собирает не просто какие-то там старые монеты, а исключительно чрезвычайно редкие экземпляры, относящиеся по преимуществу к античным временам. И за долгие годы, отданные увлечению, ему удалось составить исключительно полную и солидную коллекцию древних монет. В которой есть и совершенно уникальные экземпляры...
Мистер Стоун проживает на Кросс-стрит, в собственном особняке, дом невелик, всего шесть помещений: внизу – кухня, столовая и комната слуги, наверху – гостиная, кабинет и спальня хозяина. Садовник, он же и сторож, живет отдельно, в маленькой хибарке на краю участка, а горничная и кухарка приходят шесть раз в неделю, кроме воскресенья, когда у них выходной.
Позавчера днем, точнее, примерно в два часа пополудни, мистер Стоун поднялся после обеда к себе в кабинет, достал из сейфа альбом с золотыми римскими монетами и начал их разглядывать. Есть у него такая привычка - любоваться своими сокровищами после обеда, своего рода - полуденный отдых. Этим он, как правило, занимается до пяти часов дня и до чая, который всегда пьет у себя в кабинете. Затем он обычно гуляет по саду или же читает – в зависимости от настроения и погоды. Ужинает наш джентльмен ровно в восемь часов вечера, а в десять отправляется на покой. Этот распорядок дня мистер Стоун завел еще во время службы в банке, и за более чем сорок лет никогда его не нарушал.
Кража, очевидно, произошла как раз во время послеобеденного отдыха – между двумя и тремя часами пополудни. Мистера Стоуна уже давно не молод, шестьдесят два года, поэтому нет ничего удивительного в том, что вскоре после сытной еды он, сидя у себя в кресле, задремал. Когда же примерно через час он проснулся, то обнаружил, что исчезла очень редкая монета – золотой ауреус времен Древнего Рима. Особенность ее заключается в том, что чеканилась она при консуле Сципионе и вручалась легионерам за исключительную храбрость и доблесть в бою. Или же - в качестве личной награды от самого консула. Так что можно было предположить, что первым хозяином сей редкой монеты являлся некий римский воин, принимавший самое непосредственное участие в великих событиях Второй Пунической войны. Представь себе, Альма, он сражался против самого Ганнибала!
Ты спросишь меня, откуда я знаю все эти нумизматические и исторические тонкости, хотя никогда ни монетами, ни тем более историей не интересовался? Инспектору Лестрейду о них поведал сам мистер Стоун – чтобы была понятна ценность пропавшего ауруса, а тот рассказал уже мне, когда просил о помощи. Предал вместе с другими уже известными фактами и деталями.
Во время пропажи в особняке, помимо хозяина, находилось четверо: старый слуга мистера Стоуна Уинстон Фирби, садовник Джейкоб Мортимер, кухарка Мэри Сэнджел и горничная Сара Кашнинг. Их, само собой, тут же допросили, но они все заявили, что знать ничего не знают об исчезнувшей монете. Проверили, разумеется, кто и где находился с двух до трех часов пополудни. Выяснилось, что слуга Уинстон Фирби спал у себя в комнатке – отдыхал, как и хозяин, после обеда, садовник Джейкоб Мортимер занимался чем-то у себя дома, кухарка миссис Сэнджел мыла на кухне посуду, а горничная мисс Кашнинг прибиралась в гостиной на втором этаже.
Сам Джеймс Стоун, как мы уже говорили, дремал, сидя в кресле. Большой металлический сейф, в котором хранится коллекцию, был закрыт на ключ, однако альбом с римскими монетами лежал открытым на письменном столе – хозяин как раз рассматривал в лупу свой любимый римский ауреус. И неожиданно уснул…
Монету, в принципе, мог взять любой, кто в это время находился в особняке или же проходил мимо него, тем более что двери кабинета были распахнуты настежь – из-за жары и духоты. Мистер Стоун сам приказал открыть их пошире... Как и окна в доме. Выходит, в особняк мог проникнуть и кто-то прямо с улицы. Как сказал Лестрейд, сделать это, в принципе, было совсем не сложно: внешняя стена дома плотно увита плющом, держась за который, любой человек, даже не слишком ловкий, сможет без труда забраться наверх. И заглянуть в кабинет хозяина...

Глава третья

- Разумеется, мистер Стоун, - продолжил Холмс, - когда проснулся, первым же делом тщательно обыскал кабинет: он логично решил, что просто выронил монету во время сна, и та куда-то закатилась. Ауреус, кстати, гордость его коллекции – в Англии таких всего три штуки, и стоит он весьма и весьма прилично. Мистер Стоун долго искал пропажу, облазил все углы в кабинете, заглянул во все щели, но ничего не нашел.
Тогда он позвал горничную Сару Кашнинг и спросил, не заходила ли она к нему в кабинет. Но девушка ответила отрицательно - нет, не заходила, ибо хорошо знает главное правило этого дома: нельзя после обеда беспокоить хозяина, он отдыхает и занимается своей коллекцией. Поэтому, закончив с уборкой на втором этаже, она спустилась вниз, на кухню, чтобы по обыкновению поболтать с миссис Сэнджел. Мистер Стоун, разумеется, поговорил и с ней, а затем – со слугой и садовником, но ничего нового не услышал. Никто ничего не знал… И лишь после этого он обратился в полицию. Инспектор Лестрейд, прибыв на место, еще раз опросил всех, но тоже ничего не добился. Все отрицали причастность к пропаже ауреуса… Тогда-то он и обратился ко мне за помощью. И поделился кое-какими своими соображениями.
Наибольшее подозрение у Лестрейда вызвала горничная Сара Кашнинг. Она сама из бедной семьи, живет на окраине Лондона в крошечной квартирке с матерью и младшим братом. Мать ее зарабатывает на жизнь вязанием, получает за работу сущие гроши, а брат еще учится в школе. По сути, вся семья живет на одно жалование девушки. У нее есть жених, и Сара мечтает выйти за него замуж, но свадьба все время откладывается – пока на нее нет денег. Вот вам, кстати, и мотив преступления!
Инспектор Лестрейд рассуждал так: Сара, убираясь, заглянула в кабинет хозяина – просто из любопытства, увидела упавшую золотую монету и подняла ее. Возможно, сначала она хотела вернуть ее хозяину, но потом передумала: раз уж никто не видит... И, положила монету к себе в карман. Затем спустилась вниз, на кухню и стала болтать, как обычно, с кухаркой. Полиция, прибыв на место, допустила грубую ошибку: никого не обыскала, а вечером девушка ушла к себе домой и наверняка где-то спрятала монету. Теперь найти ее будет весьма затруднительно...
Нам остается только ждать и надеяться, что этот золотой ауреус со временем сам всплывет у кого-то из коллекционеров, тогда можно будет проследить всю преступную цепочку. Однако Сара, по словам Лестрейда, производит впечатление очень умной девушки, и вряд ли она бросится сразу же продавать ценную монету. Значит, пройдет изрядное количество времени, когда мы сможет снова увидеть ауреус, и след его окончательно затеряется. Прямых улик против Сары у полиции нет, арестовывать ее не за что, хотя Лестрейд и мечтает сделать это... Однако для меня отнюдь не очевидно, что именно горничная украла этот раритет, поэтому я посоветовал инспектору не спешить. Иначе может попасть в глупое положение…
Помимо Сары, под подозрение Лестрейда попала еще кухарка Мэри Сэнджел. У нее тоже имеется повод, чтобы присвоить монету: больной муж и двое маленьких детей. Теоретически она также могла взять ауреус – если тот, допустим, выскользнул из рук спящего мистера Стоуна и скатился вниз по лестнице. Увидела, подняла, а дальше - как с горничной: положила к себе в карман и унесла домой.
Во время допроса кухарка твердо заявила, что после обеда находилась на кухне и занималась исключительно грязной посудой, на второй этаж не поднималась – нечего ей там делать. Ее видела горничная Сара, они по-дружески болтали. Таким образом, эти женщины подтверждают показания друг друга. Хотя, конечно же, назвать это стопроцентным алиби нельзя…
Наименьшее подозрение у Лестрейда вызвали слуга Уинстон Фирби и садовник Джейкоб Мортимер, они уже много лет служат у мистера Стоуна, замечаний не имеют, к тому же получают хорошее жалование. Однако их также нельзя сбрасывать со счетов – соблазн может оказаться слишком велик.
В кабинет, помимо горничной, мог проникнуть и кто-то с улицы, скажем, случайный воришка. Шел мимо, увидел открытое окно, залез по плющу, заглянул, а там – золото! Правда, непонятно, почему тогда он не взял и другие монеты, тоже весьма ценные. Хотя, с другой стороны, он просто мог схватить первое, что увидел – и удрать, пока не поймали! В общем, версий у инспектора Лестрейда много... Сегодня утром он прислал мне телеграмму - просит приехать, осмотреть еще раз место происшествия и поговорить с прислугой, а затем поделился с ним своими соображениями. Пожалуй, я приму это приглашение – надоело уже сидеть без дела! И тебя, Альма, приглашаю с собой: давай прокатимся за город! Составишь мне компанию? Мне очень может пригодиться твой тонкий собачий нюх… Я попрошу быть еще и доктора Ватсона, если, конечно, он сможет. Ну, так как, Альма, едем?
Я согласилась: в любом случае это было гораздо интереснее, чем сидеть и скучать в пыльном, душном городе. Ну, надо же, у нас с Холмсом – новое дело!

Глава четвертая

Через час с четвертью мы уже были на Кросс-стрит в Кройдоне. Кэбмен подвез нас прямо к особняку – тот стоял рядом с дорогой. Как верно заметил инспектор Лестрейд, забраться на второй этаж дома мог практически любой – вся внешняя стена его была плотно увита темно-зеленым плющом. Даже особой сноровки для этого не требовалось – просто держись за стебли и подтягивайся вверх.
Мы с Холмсом прибыли вдвоем, доктор Ватсон, к сожалению, не смог составить нам компанию – навещал своих пациентов. У садовой калитки нас встретил инспектор Лейстрейд – худощавый, нервный человечек с острым, подвижным лицом. По внешнему виду и повадкам он очень напоминал хорька – был в таком же постоянном движении. И к чему-то все время принюхивался…
По короткой желтой кирпичной дорожке мы подошли к дому – невысокому белому зданию с красной черепичной крышей. На крыльце нас встретил Уинстон Фирби – медлительный, сутулый, седой, с потухшими глазами на унылом морщинистом лице, обрамленным изрядными белыми бакенбардами (которыми он, очевидно, очень гордился). Старый слуга был одет в парадную ярко-зеленую ливрею, изрядно, однако, изношенную.
- Мистер Стоун ждет вас, - произнес он скучным, бесцветным голосом и впустил нас в особняк.
На секунду взгляд его пустых и каких-то выцветших глаз задержался на мне: очевидно, он решал, можно ли впускать в дом собаку. Шерлок Холмс показал на меня:
- Это полицейская такса, она нужна нам для расследования.
Лестрейд кивнул, подтверждая эти слова, и меня пропустили. По узкой, скрипучей деревянной лестнице, устланной истоптанной и застиранной до белизны ковровой дорожкой, мы поднялись на второй этаж, в кабинет хозяина. За массивным письменным столом напротив окна сидел сам мистер Стоун – в пестром восточном халате (впрочем, тоже давно не новом) и мягких домашних туфлях.
По возрасту он был уже давно немолод, однако его маленькие, острые глазки смотрели все еще пристально и внимательно. И очень настороженно – из-под сдвинутых седых, клочковатых бровей, с каким-то явным недоверием. Мистер Стоун, судя по всему, не любил гостей, и особенно – незнакомцев. Его подбородок был упрямо вдвинут вперед, что выдавало в нем человека твердого и волевого, верного своим принципам - раз и навсегда заведенным еще в далекой юности.
Инспектор Лестрейд представил Шерлока Холмса как своего коллегу, я же опять удостоилась чести именоваться полицейской таксой. Мистер Стоун чуть пожевал своими тонкими, сухими губами и произнес скрипучим, старческим голосом:
- Я уже всё рассказал инспектору Лестрейду. Что вы хотите услышать от меня, мистер Холмс?
- Мне нужно осмотреть ваш кабинет, - ответил Шерлок, - и еще - поговорить с каждым из ваших слуг. Где я могу это сделать?
- Говорите здесь, в кабинете, - кивнул мистер Стоун, – не буду вам мешать. Пойду пока в сад, погуляю.
- Отлично, - улыбнулся Шерлок, - начнем, пожалуй, с вашего слуги Фирби.
- С Уинстона? – удивился хозяин дома. – Но он служит у меня очень давно, как и Джейкоб Мортимер, садовник, и, как мне кажется, они – последние, на кого можно подумать. Боюсь, вы попусту потратите свое время, мистер Холмс, от них вы ничего нового не узнаете. Впрочем, чего еще можно ждать от нашей полиции! Только бы сделать вид, что чего-то ищут! Я бы на вашем месте, мистер Холмс, начал с Сары Кашнинг. Во-первых, она служит у меня совсем недавно, всего полгода, во-вторых, как мне недавно стало известно, ей нужны деньги на свадьбу, а в-третьих…
- Мистер Стоун! – перебил его Холмс. – Разрешите мне самому решать, с кем и в какой последовательности разговаривать. И как вообще вести это расследование.
Хозяин дома недовольно скривился, его худое, морщинистое лицо стало злым, неприятным. Но он ничего не сказал – просто встал с кресла и молча вышел из комнаты. Инспектор Лестрейд задумчиво посмотрел ему вслед – наверное, ему не очень понравилась столь невысокая оценка служащих Скотленл-Ярда.
- Ну что ж, - бодрым голосом произнес Шерлок, - давайте начнем наше расследование с осмотра места преступления.
С этими словами он подошел к окну и начал тщательно изучать подоконник – разглядывая его через большую лупу. Затем высунулся наружу и подергал за стебли густого плюща, увивающего стену, как бы проверив его на прочность, потом, перегнувшись наружу, долго изучал траву под окном. Но она, к сожалению, была жесткой и сухой – из-за ужасной жары, стоявшей три последние недели, и никаких следов на ней, разумеется, не было. Но даже если бы те и остались, то их давно уже затоптали наши доблестные полицейские. Из чистого усердия, конечно же…
Шерлок хмыкнул и попросил позвать слугу, Уинстона Фирби. Тот неспешно, с тяжелой одышкой поднялся к нам на второй этаж, прошаркал к письменному столу и медленно опустился на стул. Свои большие, бледные руки со старческими, вздувшимися венами он покорно сложил на коленях, глаза скосил куда-то в сторону – видимо, чувствовал себя не в своей тарелке. На вопросы Холмса Уинстон отвечал не сразу: сначала долго думал, подбирая нужные слова, шевелил губами, и лишь потом что-то произносил тихим, бесцветным голосом.
Ничего нового он не сообщил: днем после обеда он всегда спит у себя в комнатке на первом этаже – знает, что хозяин отдыхает, значит, его услуги не понадобятся. Наверх он поднимается лишь к пяти часам пополудни – чтобы подать мистеру Стоуну чай. Берет на кухне поднос с чашкой и печеньем и идет в кабинет. Так было бы, наверное, и тот раз, если бы не эта пропавшая монета. Пришлось все отложить и срочно заняться ее поиском – он лично помогал мистеру Стоуну осмотреть кабинет. Они вместе долго ползали по полу, заглядывая в каждый угол, но ничего не нашел. Куда она делась – он понятия не имеет: может быть, взял кто-то, а может, просто закатилась в какую-то щель. Дом-то уже старый, пол – деревянный, рассохшийся…
Мы с Лестрейдом откровенно скучали: инспектор всё это уже слышал, а мне было просто неинтересно – такой серый, унылый тип, как этот Фирби, вряд ли решится на преступление. Даже если бы золотой ауреус сам упал ему в руки. Старого слугу вполне устраивало нынешнее положение: не слишком, прямо скажем, обременительная служба у мистера Стоуна, собственная комната, спокойная, размеренная жизнь на всем готовом. Да еще жалование хорошее платят…
Того же мнения, очевидно, придерживался и Шерлок Холмс – слушал ответы Фирби вполуха. И вскоре отпустил старого слугу, его место на стуле занял садовник Мортимер.

Глава пятая

Вот это был совершенно другой человек: тоже немолодой, но еще очень крепкий, физически сильный, с обветренным красным лицом (следствие работы на свежем воздухе) и густыми рыжими волосами. Мортимер, в отличие от Фирби, отвечал на все вопросы без задержки, четко, ясно, уверенно и задумался лишь один раз, когда Шерлок попросил сказать, может ли кто-то подтвердить его алиби.
Мортимер немного покряхтел, почесал короткопалой пятерней в затылке и ответил:
- Знаете, мистер Холмс, я слышал о вас и о ваших способах вести расследование. И о том, что вы видите человека буквально насквозь и можете точно сказать, когда тот лжет, а когда говорит правду. Поэтому врать вам я не буду: нет у меня свидетелей! Да, я был у себя, но подтвердить это не могу, никто меня не видел… Живу я один, гостей не принимаю - просто негде: крошечная комнатка, кухонька, даже прихожей нет. И друзей у меня, по сути, тоже нет ни одного – не люблю, знаете ли, болтать с кем-то попусту. Иногда в свой выходной я могу пойти в паб и выпить там пару кружек пива, заодно с кем-нибудь и поболтать - о том, о сём, но трепать языком просто так, без всякого повода… Нет, это не для меня. Что же касается вашего вопроса… Я в тот день лежал у себя в комнате на кровати и ждал, когда немного спадет жара, чтобы заняться поливкой сада. Из-за этого поистине адского пекла мне приходится поливать сад и газон два раза в день – утром и вечером, а это довольно утомительно. Я таскаю воду с соседней улицы, только там есть общественная колонка, брать же ее из дома нельзя – за нее нужно платить, а мистер Стоун, прямо скажем, скуповат, не любит попусту тратить деньги. Я, заметьте, его не осуждаю – вполне разумный подход к жизни. Мистер Стоун всегда и на всем экономит, это так, но я к этому давно уже привык. В общем, если совсем уж коротко, то мой обычный день таков: утром я выкатываю садовую тачку, кладу в нее пустую бочку и иду за водой. Жду своей очереди у колонки (не я один такой умный), наливаю ее полной и везу к нам на участок. Затем беру большую лейку и принимаюсь за поливку садовых деревьев. После этого – поливаю еще кусты и цветы. Обычно мне приходится делать две поездки, что занимает как минимум два часа. По такой жаре, знаете ли, не побегаешь! После поливки, поверьте мне, уже не до того, чтобы куда-то еще ходить, тем более – в хозяйский дом. Полежать бы, отдохнуть до вечера, немного прийти в себя. Сара и Мэри, в смысле, мисс Кашнинг и миссис Сэнджел, могут подтвердить, что я позавчера не появлялся возле особняка, даже близко не подходил. Они бы точно меня заметили…
Инспектор Лестрейд кивнул: обе женщины сказали, что садовник возле дома не появлялся. Шерлок вскоре отпустил Джейкоба Мортимера – ясно, что тот тоже не мог украсть монету. Значит, оставались лишь две подозреваемые - кухарка и горничная. И еще тот человек, кто мог залезть в открытое окно с улицы и схватить ауреус…
В это время солнечный луч, вырвавшись из-за полуопущенной шторы, попал в кабинет, и я увидела, как ярко, празднично засветилась, заиграла всеми цветами радуги большая хрустальная чернильница на письменном столе. Солнечные «зайчики» от нее весело запрыгали по комнате... И тут мне в голову неожиданно пришла одна идея. Надо бы ее проверить!
Я подошла к отрытому окну и посмотрела снизу вверх - напротив дома рос большой, ветвистый тополь. Потом гавкнула два раза, привлекая внимание Холмса, тот обернулся ко мне:
- Хочешь мне что-то показать, Альма?
Я гавкнула еще раз – верно. Холмс тоже подошел к окну, выглянул в сад, посмотрел на улицу, а затем задумчиво произнес:
- Вор не мог влезть в окно, это ясно – остались бы хоть какие-то следы на раме и подоконнике… Но я внимательно их осмотрел, ничего нет! Если, конечно, он не умеет летать.
Я гавкнула еще раз, задрала вверх морду, и Шерлок хлопнул себя ладонью по лбу:
- Боже мой, какой я болван! Ты абсолютно права, Адьма! Идем скорее!
Мы вместе покинули кабинет мистера Стоуна, инспектор Лестрейд недоуменно посмотрел на нас, а затем поднялся и вышел за нами вслед. За калиткой Холмс свернул налево, к старому тополю. И тоже задрал высоко голову.
- Что вы там ищете, Холмс? – удивился Лестрейд.
- Воришку, - улыбнулся Шерлок. – Боюсь, правда, наказать его мы не сможем. Ели даже поймаем... Но вернуть украденное хозяину – это вполне.
По просьбе Холмса садовник Мортимер принес длинную деревянную лестницу и по ней залез наверх. Между ветвей, почти на самой макушке, он нашел черное воронье гнездо и скинул его нам под ноги. Возмущенная ворона с противным громким карканьем атаковала Мортимера, пытаясь столкнуть с лестницы, и ему пришлось спасаться бегством.
Мы вернулись в дом вместе с добычей и пригласили в кабинет мистера Стоуна. При нем Холмс разворошил гнездо и среди бутылочных осколков, блестящих пуговиц и прочего хлама нашел золотой кружок – пропавшую монету. И тихо засмеялся:
- Это первый случай в моей практике, когда преступник не может быть арестован и заключен в тюрьму. Никак не может!
Мистер Стоун, увидев в руках Холмса римский ауреус, буквально подпрыгнул от радости и бросился вперед – отдайте скорее! Шерлок протянул ему бесценную монету.
- Как вы догадались, Холмс? – удивлено произнес инспектор Лестрейд.
- Это не я, это Альма, - показал на меня сыщик, – хотя я тоже, по идее, мог бы. Все логично: окно было открыто, солнечный луч упал на золотую монета, та ярко засверкала. Это заметила ворона, сидевшая на дереве, заинтересовалась и влетела в окно. Взяла монету в клюв и унесла к себе в гнездо... Мистер Стоун в это время сладко спал и ничего, разумеется, не заметил. Жаль, что я сам не догадался об этом, столько времени зря потерял! А ведь я тоже видел у стены черное воронье перо, однако не придал ему никакого значения. Позор мне, позор!
Инспектор Лестрейд криво усмехнулся – похоже, вариант с вороной даже не приходил ему в голову.
- А ты, Альма, молодчина, - похвалил меня Холмс, - правильно все поняла. Сообразила, что золото отлично блестит на солнце…
Я скромнее промолчала: не стоит, пожалуй, уточнять, что на мысль о вороватой вороне меня подтолкнули разноцветные солнечные зайчики, разлетевшиеся веером от хрустальной чернильницы на столе. Такие же, как и у нас дома от хозяйского фарфора. Пусть это будет моею маленькой тайной!
Я была очень довольна - и тем, что мы раскрыли это дело, и тем, что прокатились за город и немного развеялись. И особенно – тем, что меня похвалил сам Шерлок Холмс. Его слова значили для меня гораздо больше любой награды.
Инспектор Лестрейд остался в особняке для оформления бумаг, а мы с Шерлоком вернулись на нашу любимую Бейкер-стрит. Лондон буквально изнемогал от жары, июльское солнце по-прежнему безжалостно поливало его своими горячими лучами, но уже я не сердилась – как-никак, именно солнце помогло нам с Холмсом раскрыть это дело. Так что пусть себе сияет, всем нам на радость! Лето же, в конце концов! Хотя и не совсем такое, как приято у нас в Англии, больше напоминающее африканское, если честно…
С другой стороны, если бы в небе сейчас по обыкновению висели серые дождливые облака, то этой примечательной истории вообще бы не произошло. И я не получила бы столько удовольствия от нее. Так что – да здравствует солнце!
…Однако с фарфоровой коллекцией дорогой моей миссис Хадсон надо что-то делать. Еще немного, и она займет даже то место, где я люблю отдыхать после обеда. А этого никак нельзя допустить!
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
Алексей2014
сообщение 27.3.2021, 7:30
Сообщение #2


Житель
*****

Группа: Пользователи
Сообщений: 9509
Регистрация: 18.11.2014
Вставить ник
Цитата




Стиль хорош. Поклонникам сэра Артура должно понравиться. Остальным, скорее всего, нет.
Заметил опечатки:
Цитата(Дон Рэба @ 3.3.2021, 17:50) *
Мистера Стоуна уже давно не молод, шестьдесят два года

Цитата(Дон Рэба @ 3.3.2021, 17:50) *
пропавшего ауруса

Цитата(Дон Рэба @ 3.3.2021, 17:50) *
и не совсем такое, как приято у

"Заклёпочные замечания":
На мой взгляд, необходимо добавить прозвище консула Сципиона (их во время Второй Пунической аж три было, и двоим - точно не до наградных ауреусов).
Так что - Сципион Африканский будет уместен.
Цитата(Дон Рэба @ 3.3.2021, 17:50) *
я увидела, как ярко, празднично засветилась, заиграла всеми цветами радуги
У собак проблемы с опознаванием спектра. Проверил на сайте собачников, цитата:
вместо привычной нам радуги они увидели бы переход от голубого к желтому через белый
Источник: Зрение собаки и его проверка https://dogtricks.ru/stati-o-dressirovke/zrenie-u-sobak
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
karpa
сообщение 30.3.2021, 16:12
Сообщение #3


Создатель миров
*****

Группа: Пользователи
Сообщений: 2665
Регистрация: 11.3.2011
Вставить ник
Цитата
Из: г. Дубна Московской области




Если автор тот же, то мои искренние пожелания продолжения историй от Альмы smile.gif
Стиль, на мой взгляд, соблюден неплохо. Я получила колоссальные удовольствие.
Опечатки в рассмотрение не беру.

Однако что-то очень быстро закончилось это расследование. Я надеялась, что буду читать гораздо дольше.
Шерлок Холмс в этом рассказе, как мне кажется, дан слишком большими штрихами. Для меня его маловато здесь. Хотелось бы поподробнее и подлиннее.
А доктор Ватсон лишь упоминается вскользь.

Во время чтения возникло ощущение, что рассказ принадлежит не тому автору, который о фарфоровых слониках писал, а его ученику.
Возможно, я ошибаюсь.

В целом, конечно же, хорошо, но мало smile.gif
Как говорит известный персонаж, "Я требую продолжения банкета" wink.gif
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение

Ответить в данную темуНачать новую тему
1 чел. читают эту тему (гостей: 1, скрытых пользователей: 0)
Пользователей: 0

 



RSS Текстовая версия Сейчас: 13.4.2021, 13:19