Однажды танк почувствовал себя живым. Уж больно много души вложили в него создатели. У нас всегда так: орудия разрушения получаются куда лучше орудий созидания. Как бы то ни было, танк, обретя сознание, ожил. Осторожно выдвинул антенну радиосвязи, покрутил слева направо покатой головой-башней, вздрогнул всем своим мощным бронированным телом, шевельнул гусенисчатыми лапами. Вслушался, принюхался, осмотрелся.
Для начала он решил подыскать подходящего напарника. Такого, который мог бы не только прикрыть тыльную, самую незащищённую часть тела, но и следовать его волевым приказаниям. Согласно Устава и ранжира. Установленного, кстати, не им.
Гулко рокоча сердцем-дизелем, изредка взрёвывая на повышенных оборотах, металлически лязгая траками-гусеницами, грозный монстр упрямо шёл вперёд, безжалостно сметая на своём пути любую маломальскую преграду. И едва проклюнувшуюся сквозь распаренную землю отаву, отросшую после первого покоса; и нежные цветы, любовно дарящих трудолюбивым пчёлам свой сладкий нектар; и молодую поросль кустарника, зацветшего под тёплыми лучами солнца; и стайку подруг-берёзок, дружно примеряющих к своим скромным нарядам золотистые серёжки. И даже метровой высоты краснокаменный заборчик, загораживающий территорию военного полигона от вторжения, как любопытствующих взглядов, так и непрошеных гостей.
Однако его стремительное движение вскоре замедлилось. На одном из близлежащих холмов танк заметил себе подобное создание. В таком же защитного цвета камуфляже, с таким же длинным носом-стволом, задранным к небу. Отличие состояло в том, что у незнакомца было тщедушное тельце, лишённое крепкой брони, да пара небольших колёс по бокам в качестве опоры. Вид у собрата по оружию был невзрачным. Тем не менее, танк сменил направление.
– Здрра жлла, тррщ ррал! – бодро и громогласно отрапортовал новобранец, вскинувшийся при виде старшего по званию.
– Значит, службу несём? – спросил танк, по-отечески похлопав по плечу солдата, явно оробевшего в присутствии высокого начальства.
– Так точно! – Гаркнул бравый вояка, вытянувшись в струнку.
– Доложите.
– Артиллерийский расчёт противотанковой обороны калибра 39 мм!
Танк разочарованно посмотрел на пушку. Неспособная на самостоятельное передвижение, та явно не подходила на роль боевого товарища. Ни по скорострельности, ни по огневой мощи, ни по пробивной силе. Словом, ни по одному показателю. Однако в умелых руках пушка вполне может стать боеспособной единицей и принести немалый урон вероятному противнику. Да и сам танк не смог бы противостоять десятку подобных пушек, рассредоточенных по периметру.
Однако танку в данный момент нужно было иное. Дабы подобрать подходящего напарника, он требовал от орудия лишь одно ценное качество: мобильность. А таскаться с пушкой на фаркопе – только ронять авторитет офицерского звания.
– Продолжай нести свою службу, сынок, – произнёс танк и отдал честь.
– Служу Отечеству! – пушка сияла от гордости.
– Наши поблизости имеются?
– Так точно. В километре отсюда по направлению юго-запада дислоцируется группа геликоптеров и истребителей-перехватчиков.
Танк бросил взгляд по указанному направлению, но ничего не увидел из-за гряды холмов.
“Что ж, отправлюсь с инспекцией туда”, – подумал танк и, попрощавшись с пушкой, двинулся в сторону аэродрома.
Танк трезво оценивал свои перспективы. Он был практически уверен, что переговоры окажутся безрезультатными. Авиация время от времени снисходила до сотрудничества с сухопутными войсками, но всегда при этом старалась сохранить свою независимость. У каждого свои цели, свои возможности достижения желаемого результата. Кесарю – кесарево, как говорится. Но рискнуть всё же следовало. По губам не дадут. Как-никак он, танк, равный им по званию офицер.
На аэродроме, вопреки уверениям пушки, оказалось полупустынно. Наличествовало лишь четыре боевых единицы. Тройка геликоптеров да орлоносый крылан СУ-27, легенда воздушного океана.
Мрачные прогнозы оправдались полностью. “Сухарь” даже не стал выслушивать доводы танка. Мол, извини, брат, не до тебя. Своих, мол, проблем – выше крыши, а времени катастрофически не хватает. Никакой личной жизни. Сплошь дела, заботы, волнения. Боевой вылет, возвращение на базу, дозаправка, смена боекомплекта, короткий отдых, новое задание. И так изо дня в день, с раннего утра до позднего вечера. Едва это пробормотав, Сухой устало прикрыл глаза и тут же забылся тревожным сном.
Танку ничего не оставалось, как двинуться к сгруппировавшимся, словно давно не видевшиеся кумушки, вертушкам.
– Привет, сестрёнки, – вежливо поздоровался танк.
– Здравствуй, братишка, коли не шутишь, – хихикнули подружки, с любопытством оглядывая бравого офицера, явно намеревавшегося “подбить под них клинья”.
– Как ваше драгоценное здоровье? – пытался поддержать разговор танк, видя, какой успех, пусть и кратковременный, имеет он у прекрасных дам.
– Вашими стараниями, – усмехнулась одна из “вертихвосток”, лукаво подмигивая подружкам. В связи со скукой, они решили разыграть чересчур навязчивого офицера.
– А что вы делаете сегодня вечером? – спросил танк, неверно истолковав перемигивание шалуний.
– Вечером нам предстоят танцы.
– Танцы? – недоумённо переспросил танк.
– Разумеется, – серьёзно ответила одна из вертушек, видимо, старшая во взводе летуний.
– А меня, случайно, не пригласите? – стал напрашиваться заинтригованный танк.
– Неужто ты, случайно, крыльями обзавёлся? – удивились девицы.
– В каком смысле?
– В самом что ни на есть прямом, – расхохотались, не выдержав, подружки. – Вечером, к сожалению, нас ждёт вылет. Боевое охранение воздушного пространства нашей державы.
– Жаль, – глубоко вздохнув, пожалел танк.
– Извини, братишка, как-нибудь в следующий раз, – мило улыбнулись собеседнику вертушки и, громко стрекоча своими винтами, упорхнули в небо.
Танк с нескрываемым сожалением об утраченной возможности “подцепить” себе спутницу, проводил стайку девушек, скрывшихся в облаках, круто развернулся на своих траках-гусеницах и направился прочь от аэродрома.
“Ну что ж, – размышлял танк, двигаясь на полной скорости по пересечённой местности, стараясь скорее позабыть о своей неудаче, – не повезло и в этот раз. Впредь буду более внимательным при подборе кандидатуры спутника”.
Постепенно холмогорье и степная пустошь сменились радующим взгляд, подуставший от серого однообразия, цветущим полесьем.
Танк принялся продираться сквозь чащобы низкорослого кустарника и вскоре выкатился на крутояр. Внимательно осмотревшись, танк заметил на поверхности реки, пересекавшей неодолимой преградой дорогу нашему подуставшему в безуспешных поисках путнику, уродливый горб непонятного черепахоподобного сооружения.
– Эй, водоплавающий! – окликнул танк незнакомца. – Подгребай ко мне! Мне нужно на тот берег переправиться!
– А повежливей нельзя? – флегматично ответил горбач, покосившись на наглеца, и, тем не менее, неспешно и степенно направился к терявшему терпение танку.
– Не обучен, – раздражённо пробурчал танк, свирепо поводя стрелковой башней из стороны в сторону, как бы намекая.
– Ничего, жизнь научит, – философски вздохнул собеседник, с хитрецой поглядывая в сторону расхрабрившегося не на шутку танка. – Вот сброшу ненароком в воду во время переправы.
– Но, но, но… – вмиг посерьёзнел танк. – Как с офицером разговариваешь?! И вообще кто ты есть, представься: военнообязанный, некомбатант или гражданское лицо?
– Гвардии сержант запаса сапёрной роты. Солдат понтонно-переправочной службы, – гордо представился паромщик. – В данный момент служу на гражданке.
– Стало быть, лодочник Харон, – попытался пошутить танк, дабы хоть как-то сгладить неловкость ситуации. – Надеюсь, переправа не через Стикс?
– Это больше похоже на Лету, – печально вздохнул понтон, уткнулся носом в берег, давая возможность танку, вступить на борт.
– Желаешь вернуться в строй? – заинтересованно осведомился танк с лёгкой надеждой в душе, хотя разумом чётко понимал, что действия понтона ограничены лишь водной поверхностью, что в свою очередь значительно уменьшит боевые возможности самого танка.
– Отвоевал я своё, – пожал горбатыми плечами паромщик. – Не та мобильность. Хорошо хоть на пенсии служба отыскалась.
Дальнейшая переправа прошла безмолвно, лишь волны плескались за бортом.
– Ну, бывай, – только и смог бросить на прощание танк парому, едва гусеницы коснулись противоположного берега. – Мой путь лежит дальше.
Если на противоположном берегу реки, в основном, были холмы да пригорки, то на этой стороне преобладала равнинная местность, и танк, резво и без остановок передвигаясь по накатанной дороге, вскоре добрался до окраины небольшого по размеру населённого пункта. Село или город перед ним, предстояло вскоре выяснить.
Танк поводил башней из стороны в сторону, осматривая окрестности. Кругом находились исключительно гражданские объекты, что не позволяло совершить мало-мальски пригодную рекогносцировку.
Внезапно со стороны одной из улиц послышались непонятные звуки: невероятная смесь грубого металлического скрежета и дребезжания с нежным мелодичным позвякиванием колокольчиков, и на площадку выкатилось нечто непонятное и загадочное. То ли животное, то ли механизм. Чрезмерно массивный, квадратный, с парными рогообразными отростками наверху, пришпиленными к каким-то стальным верёвкам, растянутым по воздуху по всему периметру улицы.
– Что за юдо-юдо? – поразился танк, когда необычное нечто остановилось, прекратив издавать невероятные звуки. – Ответь мне, олень.
– Сам ты – олень! – пронзительным звонком затарахтел пришелец. – На себя-то давно в зеркало смотрелся, единорог на гусеницах?!
– Я – есмь танк! – гордо представился танк. – Высшее достижение военного пути человечества. Гордость и опора армии. А вот ты кто таков будешь?
– Я, конечно, вряд ли могу называться вершиной пути цивилизации, – последовал ответ рогатого чудовища, – но и к моему появлению на свет приложило руку человечество. Кличут трамваем.
– Гражданский, – разочарованно протянул танк, признавая в собеседнике, по пространной и слегка несвязной манере излагать свои мысли, существо к военной службе не относящееся.
– Вы совершенно правы, я – гражданское лицо, – не стал спорить трамвай. – Я, конечно, не столь выдающееся достижение, но и к моему появлению на свет приложило руку человечество. Не военное, разумеется. Тем не менее, служу людям верой и правдой уже более века.
– Так ведь и я служу людям! – воскликнул танк.
– Нет, – возразил трамвай, – ты служишь делу войны, а не мира. А это большая разница.
– Но я защищаю людей от всяческих врагов.
– Всё очень может быть, но если бы не было войны, то и защищать в таком случае никого не нужно. Разве не так?
Танк крепко призадумался.
Действительно, ведь, по сути, вся его функция сводится к тотальному разрушению всего и вся. Где прошла военщина, там остаётся исключительно разор и опустошение, глад и мор, боль и страдание.
Так стоит ли продолжать свои и без того бесплодные и бесполезные поиски напарника, если всё это ни к чему хорошему не приведёт?
– И что же мне в таком случае делать? – растерянно оформил танк свои бессвязные мысли вслух.
– Во-первых, необходимо решительно снизить свою агрессивность, – безапелляционно заявил трамвай. – Я в своё время так же служил делу войны. Подвозил снаряды артиллерии. Мой кузен, поезд, в мирное время возит людей и грузы, а в бытность воинственным звался бронепоездом и расстреливал города и веси.
– Ого, – поразился танк, – так и ты, получается, в отставке.
– Во-вторых, – невозмутимо продолжил свою речь трамвай, – срочно необходимо перековать мечи на орала. Уверен, и для тебя сыщется работёнка в мирное время. Вон у тебя какие высокопроходимые лапы-гусеницы. И в лесу пригодятся при заготовке древесины. И на пахотных землях во время посевной. Да и на стройплощадках пара лишних траков никогда не помешает.
– Это что же получается, – заносчиво произнёс танк, – мне, потомственному офицеру, придётся снять форму и переобуться в лапти да фуфайку, чтобы в грязи ковыряться?!
– Одумайся, – предостерёг собеседника трамвай. – Не твори глупостей сгоряча.
– Я хоть и горяч, но далеко не глуп, – раздражённо огрызнулся танк. – Не тебе чета.
– Всё может быть, – примирительно ответил трамвай. – Не стану спорить, что твой интеллект выше моего. Но делает ли это тебя разумным? Согласись, что это за жизнь: колесить по всему миру, подобно древнему кочевнику. Ни угла собственного, ни занятия достойного.
– Возможно Вы, многоуважаемый трамвай, и правы, мирные работы хороши и престижны. Однако я абсолютно уверен, как потомственный офицер, нет ничего прекрасней и почётней, нежели защита собственной Родины! И Вы в этом меня не переубедите!!!
И выпалив единым духом столь многословную тираду, столь непривычную, да и не свойственную всем военным, танк с достоинством отдал честь, ловко развернулся на месте, лихо взял разгон, покатился прочь по дороге, вздымая клубы пыли, и скрылся за горизонтом, оставив в одиночестве укоризненно качавшего седой головой трамвая.
Так, без устали и остановки, нёсся танк на полной скорости вперёд, порой не разбирая дороги, но предусмотрительно старался избегать населённых пунктов, дабы ненароком не столкнуться ещё с каким-нибудь умником, наподобие трамвая, способного разбередить и без того мятущуюся душу. И чем дальше уезжал танк, тем отчётливее понимал, что в споре с гражданским лицом он потерпел сокрушительное поражение на всех фронтах. И главное, ему было до смешного обидно, что так и не сумев доказать собственную правоту жизненной точки зрения, поступил чисто по-детски, сбежав с поля словесной битвы. Танку проще сразиться с превосходящими силами противника, чем вести словесную перепалку с подкованным на этом поприще мирным собеседником.
Однако урок, преподанный старым и мудрым трамваем, пошёл впрок нашему герою. И чем дольше колесил танк по свету, тем глубже в душу проникала идея, высказанная трамваем об ином мироустройстве. Сопоставляя собственные наблюдения, сделанные во время путешествия, анализируя новые вводные, танк всё больше убеждался в правоте речей трамвая, что именно воинствующий дух разрушения, мешал мирной жизни. Но и собственную природу танк, тем не менее, переделать в одночасье, не мог. Во многом виноват был исключительно творец танка, человек, создавшего исключительно как оружие разрушения. Мало родиться на свет разумным, необходимо верно распорядиться подарком судьбы и использовать предоставленный разум по его истинному назначению.
Танк в своём необычном путешествии так и не сумел подыскать себе вожделенного напарника и посему вынужден был вернуться домой, на свой полигон. Неудача хоть и не сломила несгибаемый дух танка, но внесла серьёзную сумятицу в душу, послужив причиной резкой перемены в жизни. Он принял решение уйти в отставку. Однако и на заслуженном отдыхе танк не стал замыкаться в себе, доживая в одиночестве, а продолжил служить своей родине: преподавателем в военной академии, делясь с новобранцами своим неоценимым опытом.

Оживший танк, конечно, интересен, как мультфильм "Тачки", своей концепцией думающей и говорящей техники, но в целом, без конфликта, смотрится скучновато. Ну спросил он у ясеня, потом у тополя, дальше у ольхи и т.д. И что? Как-то беспредметно. Нет, написано хорошо, мовизмом, наверное... Однако я не попал в целевую аудиторию. Словом, на любителя. Граф?

Назидательно. Скучноватенько, стилистически грязноватенько.

"Если вы все такие умные, то чего строем не ходите?"
Обычный живой танк и... всё.

Увидев название, настроился на басню. Почти угадал! Однако философствования в таком объёме невольно вызывают отторжение. Тем более, что и стиль местами неоднороден, впечатление смазывается. Ну, хотя бы пушка, к которой ГГ обращается "сынок". Я понимаю - "орудийный расчёт", но... пушка! Причём, многократно так и названный (вот и мне резануло!). Далее, осведомлённость в мифологии (отсыл к прошлому турниру, со Стиксом?) никак не помогла ГГ активно обороняться от нападок гражданских оленей? Не верю! Ка-а-ак зарядил бы про Афину/Минерву, ка-а-а-к долбанул бы клятвой эфебов (Стикс же! Самая крутая клятва...)! Короче, конфликт перенесён, а это не вполне удовлетворительно.
В общем, любопытно, но вторично и не затянуло, извините. Удачи!

Думаю, источник цитаты называть излишне. собственно, про одушевлённую технику надо писать так, по-моему. Что же до рассказа, он ничем не обогатил мою душу, как должно притче. Не заставил задуматься и не рассмешил. Читать было трудно.

Граф такое... гм... не пишет. Пора бы уже знать.

гусенисчатыми лапами./И даже метровой высоты краснокаменный заборчик, загораживающий территорию военного полигона от вторжения, как любопытствующих взглядов,/В километре отсюда по направлению юго-запада дислоцируется группа геликоптеров и истребителей-перехватчиков.
Танк бросил взгляд по указанному направлению,= в юго-западном направл. но дважды направл. - одно изменить./– Жаль, – глубоко вздохнув, пожалел танк./ но и к моему появлению на свет приложило руку человечество. Кличут трамваем.
– Гражданский, – разочарованно протянул танк, признавая в собеседнике, по пространной и слегка несвязной манере излагать свои мысли, существо к военной службе не относящееся.
– Вы совершенно правы, я – гражданское лицо, – не стал спорить трамвай. – Я, конечно, не столь выдающееся достижение, но и к моему появлению на свет приложило руку человечество. = это умысел или недосмотр?/потерпел сокрушительное поражение на всех фронтах.= по всем фронтам. / делиться неоценимым опытом= И какой опыт? Известно ли автору, что на поле боя нынче танк живёт от 12 до 15 секунд?
МОЖНО сокращать текст, править, за стремление к миру ПЛЮС. Исполнение чуть подкачало, армейского жаргончика можно и прибывить.

Хорошо написано, но несколько скучновато вышло. Я думал, танк вступит в битву, по старой доброй традиции - если в первом акте появляется на поле танк, то в третьем он обязательно выстрелит. Но нет, вышла скорее сказка для очень подрастающего поколения.

Так и представилось, как холодными сентябрьскими вечерами отставной, но все еще волевой дед генерал-полковник танковых войск живописует внуку похождения такого же отставного танка. Естественно, в привычной и свойственной ему речевой манере, поскольку филфаков он не кончал и само слово это почитает ругательным.
Внук рад, потому что это сказка не про банального Колобка – уже хорошо.
Дед рад, потому что, придумывая эти сказки, имеет возможность по-новому посмотреть на события своей жизни, отрефлексировать какие-то моменты.
Но что в этой истории должно радовать-интересовать читателя? Идеологический конфликт между мировоззрениями гражданского и военнослужащего? Ой, вряд ли. Нет цепляющей проблематики в тексте, оттого скучно. Точнее, она намечена – вопрос истинного предназначения каждого – но недовыражена.
Последние два абзаца (по сути, самые важны, мораль, так сказать, басни) читаются уже по диагонали – написано торопливо, скомкано, неудобоваримо.
А вот сам сюжет про похождения бравого танка, если делать из этого действительно детскую сказку по героям, языку и проблематике, вполне может быть интересен.
Удачи автору!

Начало интересное. Хотя и без особой интриги. Ожил танк. Потом ещё раз ожил, судя по...





Мы как бы с первого раза поняли.

Но таки захотелось почитать про приключения живого танка.



А-а. Это вся техника такая. Это у нас герой не сразу дважды ожил.

То ли они все с ходу "обрели сознание" (вот мистика-то). То ли наш герой слегка отстал.
То ли он ожил первый. Это бы хоть теме соответствовало. Потому что других "соответствий" нет.

PS. Больше синонимов. Ещё больше. "Солдат", "Вояка", "Новобранец". Больше!

Задумка хорошая. "Сказочная". Даже "детская" (в хорошем смысле). Оживает танк и ищет напарника. Сталкивается с разными... личностями. Общается. Если б в этом общении хоть был какой-то смысл...

----

Что бросилось в глаза.

- Отсутствие сюжета и конфликта как такового. Ехал танк, встречался с другими личностями. Ни к чему это не приводило. Эти встречи (до трамвая) не влияли ни на сюжет, ни на героя рассказа, ни на отношение читателя. Ничего не показывали, не раскрывали, не объясняли. Можно "накидать" ещё кучу техники, с которой танк общался. Или убрать существующую. Или заменить на другую. Ничего не поменяется. Потому что диалоги бессмысленны. Персонажи-пустышки, которых добавили просто "шоб были".

- Да и встреча с трамваем, мягко говоря...
Это можно обозначить, как "Очевидная философия" и "Ненужное морализаторство". Когда в тексте разъясняют нечто очевидное, преподнося это, как философию. Или читают нотации, мол, "Война - это плохо, люди неправы. Задумайтесь! Остановитесь!".
И как-то резко одна пара реплик трамвая заставила главного героя задуматься. Хоп - "А ведь и правда...". Наиграно очень. И наивно.
- Я работаю продавцом. Продавать - хорошо.
- Нет. Продавать - плохо.
- Хм. Наверное, ты и прав.
Вот если б танк от каждого персонажа узнавал что-то важное, каждая встреча подводила бы к той "итоговой морали"... Но если бы да кабы. Этого ж нет.

- Обилие того, что называют "канцеляризмами". Я же это обозначаю, как "Инструкция, а не рассказ". Это когда вместо художественного и разговорного стиля используют научно-деловой или публицистический. Понятно, что танк военный. И в мыслях у него "инструкции, уставы и приказы".
На фоне некоей "сказочности" сюжета и наивных (не в плохом смысле) оборотов по типу



"Канцелярский" текст смотрится странно (в плохом смысле)





PS. ..."гусенисчатыми"? Там Ворд не завис, пока подчёркивал красным?
"Гусенисчатые". От слова "гусениса"

- Поведение танка. То он вежливый и спокойный, то наглый и хамоватый. Без каких-либо видимых причин или внутренних умозаключений.

- Повторы



Случай не единичный.

----

Разные мелочи.

1.



Аж четыре деепричастных оборота в одном предложении.



А. Это стиль такой. Составлять предложения из причастных или деепричастных оборотов.



Да, похоже, так и есть.

2.



Бип-бип-бип. Сирена, разорвавшая тишину и барабанные перепонки. Маленькие лампочки, хаотично мигающие в темноте коридора. Мониторы, демонстративно показывающие знаменитый "Синий экран". На единственном "выжившем" дисплее красовалась внушающая ужас надпись "ПЕРЕБОР С КРАСИВОСТЯМИ".

PS. Нежные цветы, любовно дарящие

3.



О. Ольдскульное оружие. Не думала, что такое ещё используют.



Хотя, если там вся техника разбежалась и воюет сама, то в ход пойдут даже палки и камни.

4.



Эм? То есть берёзки и заборы танк "сметал", а сквозь чащобы "продирался"?
Вот, блин, кустарники пошли. Противотанковые.

5.



Три раза перечитала, чтобы понять, о чём это. Сейчас буду перечитывать четвёртый. Возможно, понадобится и пятый.
Перегруженное предложение.
И таких несколько.

6.





Они нашли друг друга. Один - дважды ожил. К другому - дважды приложило руку человечеству.

------

Итог.
Задумка годная.
Воплощение - не очень

Укоротить бы и стилистически унифицировать на всей длине под байку, да шуточки поострее, да пикантнее, чтобы читатели за техникой людей увидели. Мне кажется.

Да, допотопная какая-то пушка ему попалась... Лучше бы он встретил самоходную гаубицу... можно было бы заодно популярно объяснить, в чём разница между САУ и танком.

В принципе, идея перековать мечи на орала мне близка. Но автор, увы, частенько прибегает к оборотам типа "и падал вниз стремительным домкратом".
По пунктам:
1 у трамвая дуга, а не рога. Это не троллейбус. И провод над трамваем один, а не два парных.
2. Отава - это отросшая после покоса трава. Она не может пробиваться из распаренной земли.
3. Вертолеты какие были? Ми-24? Ни фига себе девочки-хохотушки.

В общем, направление выбрано верное. Но решение не дотягивает. Тут надо еще подумать, как сюжет закрутить, чтобы цепляло

В общем, довольно мило, конечно, хотя и наивно до предела, но чем-то трогает за душу, а это уже хорошо.

Мне это что-то напоминает читанное из детства, что именно только не могу вспомнить... И ещё вспоминается из фильма "Элизиум" притча "зачем бегемоту друг".
Образ пробитого, деревянного по пояс вояки получился, вроде бы. А за гуманистические идеалы от плюс балл.

Ой мамочки... А я такой мультик видала: там паровозик бегал и цветочки нюхал. Кстати, ничё так (мультик)))...

И что бы ему не спасти было кого-нить, а? Какого-нибудь малыша из леса вывести, грибника вытащить из овражка..так нет..и вышло скучно(

"мы за мир", это конечно, хорошо. Но вот идея эта не очень доказана, просто в в виде констатации факта. Ни конфликта, ни кульминации.

Написано в целом неплохо, но ни о чем. Ни сюжета, ни конфликтов.

Приключений нет, так катится себе помаленьку... вместе с танком)

А до этого что чувствовал? Или находился в парализованном состоянии. Если уж далее по тексту мы узнаем, что ожила вся техника, то почему танк выделен особенно?

Затем он отправляется искать напарника, хотя формально укатил в самоволку. В пути встречает себе подобных и ни одного человека. Где люди-то? И коль уж их нет, то и смысла в рассуждениях о мире и войне тоже нет. Кому и с кем воевать?

Трамвай умнее танка. Гражданские, они завсегда такие...

№ 9 Трамвай и танк
— А как все же машина действует? В чем главный принцип?
Изобретатель взглянул на майора, собираясь ответить, но в тот момент в разговор вмешался капитан.
— Ну в чем? По-моему, нам объяснили достаточно ясно. — Ему было стыдно за несообразительного майора. — Принцип в том, что борьба происходит не в сфере действий, а в сфере намерений, если я правильно все понял. Ведь если кто-нибудь из нас хочет уничтожить танк, он сначала обязательно думает об этом, верно? Вот, скажем, я артиллерист и сижу на месте нашего капрала у пушки. Прежде чем выстрелить, я должен навести орудие, а затем нажать рычаг спускового устройства. В этот момент у меня в мозгу возникает особая Е-волна, или волна действия. Вот на нее-то и реагирует блок, смонтированный внутри танка. Включает соответствующее реле и дает танку команду передвинуться.
Север Гансовский «Полигон»

Ожившая военная техника – нередкий гость на страницах фантастики. Чаще всего в подобных рассказах выводится противостояние «злобных» и «добродушных» механизмов. И ради торжества мира и добра авторам, так или иначе, необходима победа последних. Собственно, как и в представленном рассказе. Квод эрат демонстрандум.

А я думала, Вы вспомните про Бианки. Лесные домишки там, или про муравьишку... Только про танк.

диалоги машинок.. для подростков? будет ли им это интересно? а детям тоже скучно.. непонятно для кого рассказ...

Кира Баева верно заметила, концовку я слил. Теперь вооружённый критикой (особенно) Фелиде, постараюсь переделать сие неудачное творение.
Пы Сы Наташа, пушечка - не моя выдумка, это на данный момент музейный раритет, который в начале Второй мировой войны жег танки Гудериана. Именно эта пушечка и заставила Гитлера подхлестнуть танкостроителей на создание "Пантер" и "Тигров".
А танк мог этого и не знать, а если бы я об этом вскользь упомянул, то придрались бы к смене фокала. А как, в таком случае, мне поступить?

А я танку 3 поставил, но только за то, что это набор эпизодов, а не целостный рассказ. Имхо, конечно.

Три не кол, для меня это, собственно, комплимент.