Интервью с ВЗ (вором в законе) Гнедиком. Запись от 25 июня 209… года, беседу проводил А.П. Кучерявый, сотрудник издания «Благостыня».

- Когда к нам прилетели эти поцы с Эвридики и подарили людям способ извлекать охренительное количество дармовой энергии чуть ли не из самого распоследнего булыжника, все сперва обалдели, потом обрадовались до невозможности, а потом всё это и началось.

Только мы, воры в законе, люди старой школы, сразу скумекали: нам всем теперь наступают полные и окончательные кранты.

…Мальчик… ты мне лучше замечаний не делай и просьб не проси. Я могу и не по фене ботать, но породу не скроешь, так что терпи. Как ты был терпила по прежней жизни, так и терпи. А я как был коронованный вор в законе, таким и остался.

Я могу и человеческим языком, как ты хочешь, но без кое-какой терминологии, как учёные шишки выражаются, всё одно не обойтись. А тебе потом тёмные места историки разобъяснят, до всех, значит, тонкостей. Ты машинку свою включи обратно, пусть она записывает, а ты слушай и проникайся. Может, тебе моя речуга ума прибавит хоть сколько-то. А то в вашу Эру Милосердия, так её и распротак, вы все стали какие-то плоские, пёстрые и безмозглые, аки птички Божии. Ни заботы вам, ни труда, смотреть на вас противно.

Значит, что у нас в социуме получилось после прилёта эвридикцев?..

…И не поправляй меня, баклан! Вы в своём обществе безмерного счастья и милосердия называете этих поцев «эвридиканцами», а я длинных слов не люблю. Как звал козлов залётных «эвридикцами», так и дальше звать буду. Скажи спасибо, что «эвриками» уродов инопланетных не зову! А ты терпи и наслаждайся, ботаник хре… хороший мой.

Когда стали энергию без усилий из чего попало добывать, все нефтяные и прочие магнаты разорились подчистую, акции и рынки рухнули. Этих магнатов тогда пострелялось-повешалось и из окон повыкинулось жуткое количество. Ну и ладно, воздух чище стал.

Рыжьё обесценилось, как и всё другое. Перевожу: золото, брюлики, камешки, ювелирка, короче.

Лет всего пять прошло, глядь – и бабло исчезло. Ну, то есть, совсем. Устроилась полная хрень - коммунизм, не коммунизм, а какая-то большая, на всю планету, бесплатная кормушка. И начали психологи, забравшие к тому историческому моменту большую власть, кричать на всю Ивановскую, что пора бедному человечеству отряхнуть со своих ног прах прошлого, весь и разом, и развивать свои таланты.

То есть, в каждом человеке сидит гений – не гений, но кто-то там, в нутре самом, точно сидит, и надо этого гения наружу вытащить и дать ему самореализоваться. Кто картины малевать начнёт, кто романы слёзные или героические сочинять, кто музыку тренькать или в шахматы всех побеждать. Кто чего.

А борьба, значит, за приличное существование отпадает сама собой, раз всё теперь бесплатно и этого всего – по самую маковку. Потому что: ткни хитрый эвридикский проводок хоть в помидор, хоть в старый башмак – и вот тебе она, дармовая энергия. Одним помидором весь свой дом с помощью такого проводка можно хоть сто лет освещать и отапливать, причём, помидор и не завянет, и не усохнет. И будет человек в полном шоколаде: работать больше не надо, можно таланты глубинные наружу вытаскивать и всех ими радовать.

А ещё – надобно каждому стать милосердным и проявлять ко всем людям на свете высокую, значит, гуманность.

Хотели, как лучше, а получилось, как всегда.

..Это цитата, запоминай!

Нагнали психологи пурги полную тундру, потом сами за бошки схватились, увидав, что наделали.

Столько гов… пардон, мальчик! Столько дилетантщины изо всех щелей полилось – ты этого не знаешь, не видел ты этого и не кушал, ты уже после родился.

Кто хотел музыку тренькать – натренькал попсы, от которой уши вянут. Кто малевать хотел, да вот не учился этому никогда, просто – хотел, и всё, - картинками своими все салоны завалил. Чтобы шедевр классики откопать, взять его по-тихому и толкнуть «подпольщику»… Записывай: коллекционеры такие были – подпольные… надо было сто пудов мазни перелопатить. А мазня эта даже на растопку не годилась – краски-то сильно воняют.

Про литераторов вообще молчу. Голимая графомания тогда буйным цветом расцвела, будто плесень разноцветная. Даже по радио эту хренотень вслух читали – те, кто в себе чтеца вдруг откопал.

И не было от этой пены никакого спасения, пока к психологам не подтянулись учителя, воспитатели и все министерства народных образований в разных странах.

Бездарям это всё одно не помогло, но хоть поменьше их мутных «творений» стало в мире.

Но главное не в этом.

Всё стало бесплатным! Понимаешь? Вижу: не понимаешь ты ни хрена, зелёный и необученный.

Что ни стырь… Пиши: «Стырить» означает: «Украсть»… Чего? Ты и слова «украсть» не знаешь?! Дела… Ладно, старшие товарищи подскажут. Или в словаре посмотришь. Не перебивай, я сказал!

Короче: что у фрайера ушастого ни стырь – а продать некому. И не за что: бабок больше нет в обиходе. Башлей, лаве… Не врубаешься? Денег, то есть!

Хоть проводок в стыренное втыкай и получай энергию, а на хрена мне, вору в законе, ваша энергия? Чего я с ней делать буду – дом свой отапливать? У меня и без того в каждом углу по пальме с фикусом стоят, в полном комфорте. Знает братва, что я природу очень уважаю, вот и надарили мне целый лес.

Собралось Общество…

…Да не общество, придурок ты малахольный, а – Общество! Воры в законе, «короли», сходняк устроили! Перетереть сложившуюся ситуацию и покумекать: чего теперь нам всем делать, раз тырить смысл отпал, начисто?

«Деловые» без дела жить не могут. Как говорится, труд сделал из обезьяны человека, и обратно в обезьяну пусть кто другой превращается, а мы – погодим.

Ржавый первым заяву кинул:

- Я садоводом стану! Всю дорогу мечтал яблони культивировать, да недосуг было.

- Ты всегда был двинутым, - проворчал старый Маклак. – Иди хоть в садоводы, хоть в оленеводы, теперь всем всё можно. Кассу можешь не сдавать, бабок-то больше в ходу нет. Поклонись Обществу, накрой поляну – и отваливай.

- А мне что делать? – Бубик заныл. – Мои девочки не знают, куда им теперь податься! В модели, разве что? Так моделей развелось – как собак нерезаных! Конкуренция бешеная, а не платят ни копья, бери даром, чего хочешь, а моим девочкам даром неинтересно!

- Отвали со своими девочками, - Тюфяк сигарным дымом пыхнул. - Не до них нам… Рыжья стало – завались и больше, и всё выращено этими проводками из чего попало! Теперь любая сявка может цепь золотую хоть в три кило себе на тощую шейку нацепить, коли бы осталась прежняя мода!..

…Мальчик, молчи и слушай. Уважай старших!

Тебя же ещё в школе научили, что эвридикские проводочки и такую хрень делают: не просто энергию качают, а и могут из того помидора или старого башмака брильянт сотворить, карат хоть в тысячу, хоть в миллион. Главное – переплести несколько таких проводков по ихней хитрой схеме - и воткнуть во что хочешь. Нажал на кнопочку – и энергия одну вещь в другую преобразовывает. Потому и бабла не стало во всём мире – потому что все вообще предметы уравнялись в цене. Сечёшь?

Это для тебя, щенка, норма, а мы просто охреневали от всего этого.

Эх, экономику теперь нигде не преподают, потому что экономики никакой и не осталось: всё – даром, всё – забесплатно. Жри от пуза, хоть весь брюликами обвешайся, и валяй, выпускай наружу внутреннего гения. Тьфу!

Короче, возвращаюсь к нашим баранам. К собранию Общества.

Что мы на том первом сходняке решили? А ничего. Всё уже в такую сторону повернулось и поехало, что ничего сделать было невозможно, как нам тогда казалось.

А вот при втором базаре…

- Надо эвридикцев пришить, всех, к чёртовой матери, и проводочки эти в море-океане утопить! – заявил Мася, классный катала, таких на весь мир – раз, два, и обчёлся.

- Посольство брать будем? – цитатой из старого фильма хмыкнул Масе в рожу Тюфяк. – А смысл? Тогда всех мировых учёных придётся перекокать. И вообще, всех людишек планеты. Проводочков теперь в любом доме, на каждой хазе – до хрена и завались! Не, без мазы, я на такое не подпишусь. Не хочу в ихнюю Тюрьму Милосердия!

…Да, мальчик, да. Тюрьмы нынешние – это не то, что прежние. Оглядись-ка, позырь на мою камеру.

Тридцать квадратов, я сам измерил, чётко. Окошечки во всю стеночку, от пола до потолка, чтоб пейзажем любоваться. Решёток никаких, стекло-то небьющееся. Шконочка пятиспальная, с мягкими подушечками. В уголке, за дверочкой, мраморный «белый брат»… Что такое «белый брат»? Унитаз, дурило, так называется!

Музыкальный центр. Телемониторище во всю стену, кино смотреть, утопнув в подушках на этой жуткой койке. Три компьютера. Стол для ручных поделок, верстак с кучей инструментов. Это если я вдруг последними мозгами подвинусь и решу руками своими золотыми не в ту сторону поработать и сделать, например, скворечник.

Не камера, а номер в гостинице «Националь»! Или кабинет сумасшедшего учёного!

Клетка с канарейками, будто я – барышня или девочка нашего Бубика.

Разве что пяльцев для вышивания не хватает, ядрить их через коромысло!

…Чего?! Я тебе скажу начальнику тюрьмы, чтобы мне пяльца сюда принесли! Я тебе ноги вырву и спички вставлю, если ты хоть заикнёшься ему о таком! Опозорить себя не дам!

Спрашиваешь, а какой должна быть тюрьма? Отвечаю: настоящей.

Камеры по пять квадратов, с четырьмя шконками, на которых в четыре смены шестнадцать человек тощий матрасик давят. Начальники и вохра злыми цепными псами быть обязаны, а не сиропом сахарным истекать. Еда – простая баланда и чёрный хлебушек с опилками, а не этот ваш черепаховый суп каждую пятницу, от которого меня уже воротит!

Зек тюрьму и начальников должен ненавидеть и хотеть поскорее сорваться на волю. А из такой комнатищи и бежать не захочется тому, кто нервами пожиже, кто не нашей старой закалки вор. Лежи себе и плюй в потолок… а оно на тебя обратно падает.

Гуманность с милосердием попёрли изо всех щелей, не хуже тараканов, которых при новой жизни повытравили.

Тут тебе и библиотека, и спортзал с бассейном, и садики с личными клумбами, и занятия в кружках и творческих группах, где из нормального зека внутреннего гения вытащить пытаются на свет Божий. Пылинки с тебя сдувают и в вату укутывают, чтобы ты размяк, расслабился и не пожелал более в жизни ничегошеньки. Не говоря уж об нарушить общественные законы. Сил моих нет!

Мой внутренний гений как был вором в законе, таким и пребудет до скончания времён. И чихал я на ваши творческие группы.

А музыка! Какой такой гад придумал в Эру Милосердия классическую музыку зекам в уши лить круглые сутки?! Я от Вивальди скоро на стенку полезу! Хорошо, уговорил я лепилу – врача, то есть, тюремного, - не заводить мне эту хрень, у меня от неё, сказал, нервные припадки! В столовке я ещё потерплю ваше музыкальное безобразие, а в камере мне и канареек хватает!..

…Хорошо, я успокоился. Едем дальше.

Сижу я, значит, на втором сходняке, слушаю братву. По новой – прежний базар: все только жалуются, слёзы точат, что жить и работать стало невозможно, но никто ничего реального не предлагает.

И тогда я встал, поклонился Обществу и заявил:

- Уважаемые, на чём мы прежде дела свои делали? На дефиците! Чего у кого не было – мы это раздобывали и желающему толкали. Сейчас дефицита нет вообще, у всех есть всё, и оттого людям жить стало скучно…

…Сам себя перебью: есть одна книжка замечательная, я её когда-то в тюремной библиотеке отрыл. Ещё в прежней тюрьме, нормальной, когда меня в Казани на одном деле замели. Хорошая была тюрьма, правильная!

Про что книжка? Про город или град какой-то… Все, значит, в том граде-городе обречённые были, крутились в чьём-то эксперименте, как завязанные, а ещё надо было то и дело профессию менять и становиться кем-то другим…

Точно – Стругацкие книжку ту написали! Правильно подсказал, мальчик.

Так вот, в какой-то момент терпёж у всех там лопнул. Это когда им Солнце выключили, оно навроде лампы в ихнем аквариуме болталось. Устроили бунт с революцией. Зачистку от нежелательных элементов провели, начали общество благосостояния строить, всех кормить-поить от пуза. И народишко, обратно, заскучал. Там даже самоубился кто-то, из идейных соображений. Мол, для брюха всё теперь есть, а для духа и души – шиш без масла. И жить, мол, сытым земляным червём смысла нет никакого.

Ну, я про ту книжку и вспомнил. Пересказал, как сумел, своими словами.

- И чего ты предлагаешь? – Тюфяк спросил. – Дефицит обратно создать? Поздно. Проводочки поганые всю жизнь нам перевили, задыхаемся от изобилия дармовых вещей. Стругацкие-то в книжке своей концы слили: уехал, мол, Андрей в экспедицию, а что с тем обществом сталось – авторы и не написали.

- Сами напишем! - и я изложил свой план.

Братва поначалу слушала недоверчиво, «короли» мне вопросы каверзные толкали. А как суть ухватили – на руки меня, и ну качать! И приговаривали: золотая, мол, башка у тебя, Гнедик!

В общем, все подписались, и замутил я это дело.

Для выполнения первой части мне понадобилсь Колготка.

Вызвонил я марушечку свою драгоценную, велел срочно лыжи к моему дому навострять.

- Папичка, я на показе, - вякнула было она, но я ей чётко сказал: «Немедленно ко мне!» Иначе я весь её показ под подиум провалю, а главному ихнему распорядителю пятки на уши накручу. Так и оставлю дальше жить инвалидом.

…Почему у неё кликуха такая странная, спрашиваешь? Ничего не странная.

Колготка моя, до того, как у Бубика поработала, где я её и заприметил, в детдоме росла. А какая жизнь в тогдашних детдомах была, да ещё и в провинции, я тебе, мальчик, даже рассказывать не стану, всё одно, не поверишь.

Я поначалу тоже подивился – мол, чего ты так некрасиво обозваться решила, пуся моя?

Она и рассказала, что больше всего ненавидела в детдоме эти самые колготки. Их тогда и на девок малолетних напяливали, и на пацанов. Но пацаны-то ладно, они поверх колготок ещё шорты или другие портки надевали, прикрывали это безобразие. А девки-то в платьишках да юбочках коротеньких в детдоме щеголяли.

Колготки эти, говорила мне марушечка моя, чисто до бешенства её доводили. Дешёвые, из самого плохого хлопка тканые, с зад… с попы тощей девчоночьей свисали всю дорогу, коленки пузырились, резинка то и дело лопнуть норовила. Перекручивались они на тонких ножках, как червяки расплющенные. Да ещё и цвет у них был гадкий – или красные, или синие, или вообще, коричневые.

И вся эта «красота» напоказ из-под куцей юбчонки торчала. Позорище.

Поклялась себе моя девочка: как вырастет и в люди выйдет – станет дорогой девушкой по вызову, - возьмёт себе кликуху Колготка. Чтобы никогда о нищем детстве не забывать и вечно быть Судьбе благодарной, что всего сама в жизни добилась.

Почему она решила стать платной барышней? Ну, малец, я ж говорю – в детдоме она росла. Там её… это… любить физически ещё с тринадцати лет научили. А первым её стал не кто-нибудь, а сам директор детдома, гад ползучий! Я с ним расквитался, когда Колготка мне всю историю своего детства в этом аду обсказала.

…Не спрашивай, что я с ним сделал, неважно это. Просто он больше никогда ничем не смог бы ребятишкам навредить, особенно девочкам. Ему после моего визита только молиться оставалось, чтоб ножки ходить не разучились.

…Да иди ты туда и сюда со своим милосердием! К педофилу я должен был милосердие проявить?! Это ты в Эру Милосердия бесхребетником родился, а я – человек старой закалки, с шестнадцати лет по понятиям живу и дальше жить буду! И не смей при мне больше это слово поминать, сопля ты сопливая!

В общем, выпорхнула Колготка в большой мир и пошла прямо к Бубику.

- Я, - говорит, - уважаемый господин, не мамина, не папина: детдомовская. Хочу хорошо зарабатывать, а нужному делу меня с младых ногтей обучили добрые люди. Возьми меня в ночные бабочки – не прогадаешь! И тебя озолочу, и сама заживу, как белый человек. Зови меня Колготка, плати, сколько своим девочкам отстёгиваешь, а уж клиентов я ублажу так, что они себя потеряют.

Я Колготочку как увидал у Бубика – запал, моментально. И красива, и с фигурой, и, что самое главное, с мозгами. Не просто тёлка – личность! Селф-мейд-вумен.

Мне к тому времени уже за полтинник перевалило, а ей всего восемнадцать стукнуло. Год она на Бубика пахала, и был он новой бабочкой предоволен. Безотказная! Ни от какого клиента не отговаривалась, ни от старого, ни от кривого или хромого. А садюг и прочих извращенцев Бубик к ней не допускал: берёг лялечку.

И всегда она была весёлая, с шуткой-прибауткой, с выдумкой работала! Танец-шманец живота в исподнем как спляшет – мужик в ауте. Или шампанского закажет, целый воз бутылок, выльет их в ванну и клиента туда – бултых, прямо в костюме! Смех, визг, сладкие брызги! Залезет в пену и раздевает очередного дяденьку тонкими пальчиками. Тот и забалдеет, замурлычет от удовольствия, да и отвалит девочке за такой праздник жизни втрое больше таксы. Бубику она долю только с тарифа платила, всё по чесноку. А что сверх того заколотит – эти башли её, и точка.

Сошлись мы с Бубиком, перетереть вопрос. Хотел я Колготку у него выкупить на веки вечные, и тут она сама голос подала:

- Гнедик, - говорит, - миленький, не волнуйся! Я до этого дела очень уж охоча, так мою натуру сыздетства жизнь сложила. Давайте мы с вами, господа хорошие, так поступим: я буду с тобой, Гнедичек, жить, но и останусь бабочкой, потому как мне одного мужчины всегда мало было. А ты уже в возрасте, прости великодушно. Коли ты не ревнивый, дозволь мне иногда себя побаловать молоденьким тельцем. Тебе, стало быть, вся моя беззаветная сердечная любовь достанется, мне от мальчиков-мажоров удовольствие проистечёт, а Бубик, отец родной, будет свой бакшиш иметь, как и прежде.

Я было всколыхнулся спервоначалу, а потом подумал: а и правда, чем плохо-то? Я и бабки сохраню, и Колготочку свою любить буду, а она – меня, всею душою. Её не переделать, пусть тешит свою натуру, как привыкла. И Бубик не будет на меня злым глазом сверкать, что я у него такую бабочку яркую отобрал, пусть и за лаве. Потому как второй такой Колготки ему уже не найти, сто пудов.

И десять лет с тех пор мы с ней живём душа в душу.

В новую Эру Милосердия моя Колготочка быстро ориентир обрела: пошла в модели, одна из первых. Да только скучно ей это – бюстами вертеть, что верхним, что нижним, тряпки модные толстухам из народу показывать. И дело не в том, что всё бесплатно стало, и работать ей вообще не было никакой необходимости.

Девуле моей азарту не хватало, спектаклей, типа, как с ванной шампанского. Приключений ей хотелось, бурления в крови! Тем она на меня и похожа, душа родственная, единственная. Будь я бабой – был бы второй Колготкой, хотя другой такой нет на всём белом свете.

Потому она полностью поддержала мою идею.

- Ты, - говорит, - Гнедик, чистой воды гений! Папичек мой драгоценный, как же мне жить-то стало скучно в новые времена, когда всего – завались и даром, а душа к свободе рвётся! Говори, когда начинаем, всё исполню в точности.

… Дальше, мальчик, ты и сам знаешь.

Хотя знаешь ты не всё. Только то, чем тебя твои начальники в СМИ накормили.

Чего глазками лупаешь? Ты слушай!

Приоделись мы с Колготкой и поехали на приём к эвридикскому послу. По предварительной записи.

Эвридикцы очень уж до баб наших охочи. Не в смысле сексу – они же сухопутные осьминоги, почкованием размножаются, о чём нормальному мужику и подумать стрёмно и противно.

Они смотреть любят. На красивое. Глазки свои выпученные тешить. Эстеты, хрен им в дышло!

Когда эвридикцы у себя на планете проводочки в работу запустили, поимели всего до фига и больше, решили они другие Галактики осчастливить ихним образом жизни. Потому и до землян добрались.

А что у землян самое главное красивое?

Бабы!

…Не морщись, мальчик. Ты, небось, ещё и не целовался в твои годы. Эра Милосердия запрещает принуждать баб, пардон, женщин, к близкому телесному контакту и обмену жидкостями. Даже при поцелуях. Вот и сидите вы, как недосватанные, стишки слюнтяйские сочиняете и прочие шедевры своих внутренних гениев девкам дарите. А они уж сами выбирают, с кем чего, а кому – фигос под нос.

Либерасты вы вонючие.

…Это на свою машинку не пиши. А коли записалось, сотрёшь потом. Для ваших статеек такая правда не сгодится.

Короче: эвридикцы обожают смотреть на сексапильные женские тела. Только смотреть, потому как иной путь наслаждений им ихней природой заказан.

Ну, мы с Колготкой и вломились, то есть, культурно прибыли на приём к эвридикскому послу. Чтоб, значит, поглубже познакомить его с характерными особенностями земной биосферы.

Отметились на ресепшене: мы, мол, культурная делегация от общества ВВКБ, господин посол нас ожидают.

…ВВКБ тебе расшифровать? «Всевозможные Возвышенные Красоты Бытия», по легенде. Я сам сочинил!

А на самом деле это означало: «Вернуть Всё, Как Было». Усёк?

Посол солидный был, опытный, но это его не спасло. В смокинге с восемью рукавами, как положено. В одном щупальце сигара, в другом чашечка с кофием, в третьем ручка «Паркер» с золотым пером, в четвёртом мобильник. Остальные конечности так болтаются, не при деле. Восемью глазищами на все стороны моргает.

Как увидал отпочкованный когда-то родным папенькой осьминог красавицу Колготочку! Да в её лучшем прикиде! Так и погорел: сигару, чашку, мобильник и ручку выронил, щупальца его гадкие по столу красного дерева растеклись, все восемь глаз из орбит выкатились. Икает, пыхтит и почти не дышит, только клювом щёлкает.

А на марухе моей брюлики звёздами сверкают, на тонких лямочках висят, а так она – чисто в натуральном виде. И грудь вперёд: перед вами - модель, прямо с подиума, полюбуйтесь на прекрасное! И круглая задница, яблочко наливное, идеально отклячена.

- Мы, - Колготочка мурлычет, - хотим предложить вашему вниманию уникальную культурную программу…

Готово дело - посол в расслабуху впал. Пора!

Я, значит, тихо захожу сзади и нежно сжимаю железными пальцами обе главные артерии на плечах мерзкого осьминога. Шеи-то у них нет, голова прямо из плеч растёт.

- Пиши, - говорю, - признание.

- В чём?! – сипит мой недодушенный. – А как же культурная программа?!

- В чём надо! – и я его головкой об столик – бряк, легонечко. – Будет тебе сейчас программа, вся, как есть! И мобильник подбери, вызванивай сюда всех ваших главных изобретателей с ихними проводками и машинками преобразования. И законников зови, бумаги подписывать и печати ставить!

Три его глаза закатились под лобешник, остальными эвридикец Колготку живьём пожирает. А она хохочет, заливается, обоими бюстами вертит, и брюлики искры во все стороны рассыпают.

…Мальчик, дарю цитату: «Картина маслом!»

И написал посол всё, и подписал, и изобретателей с законниками вызвал, ихних и наших, чтоб они всё должным образом зафиксировали. Всё получилось, как я братве и обещался.

Когда все лишние из кабинета убрались, отключил я осьминога полностью. Устроил его в креслице, щупальца на груди красивым узелком сложил, навроде двойного кукиша, воротничок гуманно поправил. Пусть поспит часок-другой, пока мы когти рвём из его резиденции. А когда он конечности обратно размотает, пробудившись, мы уже будем далёко-далече.

Прихватил со стола подписанные бумажки, Колготочку - под нежный локоток, и потопали мы к выходу.

Воровские «короли» нашу безопасность лично соблюдали. Плюс охрана, человек по сорок у каждого, по всем дворам и закоулкам близ посольства на стрёме понатыкались.

Как вышли мы с Колготкой на вольный воздух, нас мигом – в бронированное авто, и ищите нас, свищите нас! Сопровождающие отстреляются, коли что, решила братва.

К счастью, этого не понадобилось. Хлюпики они, осьминоги эвридикские. Милосердные уж очень. Не пожелали налётчиков-шантажистов убивать.

И пошло-поехало!

СМИ ухватились за сенсацию, как псы – за кость с мясом. Ты и сам про то писал, и у других читал.

Придушенный мною осьминожка подписал историческое признание: мол, энергия для проводочков берётся вовсе не из помидор с баклажанами, не из старых башмаков и булыжников, а поступает прямиком от нашего родимого светила! Так что погаснет Солнце не через сколько-то миллионов лет, как земные учёные рассчитали, а лет так через сто. Или даже раньше. Потому как всю энергию из него к тому сроку высосут до дондышка!

Зато эти сто лет человечество будет жить в полном довольстве. Ещё и Золотой Век себе устроит – создаст кучу гениальных произведений в разных областях наук и искусств. А эвридикцы, значит, потом от нас улетят в другие Галактики и передадут культурное наследие землян тем инопланетным цивилизациям, до которых дотянутся их щупальца с волшебными проводочками.

Как известно из физики, ничего никуда не исчезает, но взять это «чего-то» и преобразовать – это можно. Только вот там, откуда взяли, мало что останется. Потому как - откуда что берётся, обратно не возвращается. Или оно используется, или рассеивается в пространстве, и хрен вам с кисточкой.

Вот так.

Ну, и все словно взбесились, узнав такую новость!

Порвали мы с дружбанами общественное мнение на куски. Главное правило сопромата: где тонко – там и рвётся.

СМИ успешно раздували пламя гражданского негодования. А у братвы своих газет было – до фига и завались. Писали репортёришки и прочие словоблуды, чего нам требовалось, воду мутили – и таки домутили.

Пошли выкидывать эвридикцев из посольств все страны-государства. Проводочки у всех поотобрали, и у послов, и у наших учёных, инженеришек, и у простых пользователей благами дармовыми. Кто сам не хотел сдавать, к тем наши ребята приходили, вместе с возмущёнными гражданами. Убеждали не быть скотинами и подумать о будущих детях, которым солнышка не достанется!

Были, конечно, и противники нашего разоблачения эвридикцев. Гнилые людишки типа: «После нас – хоть потоп!» Им своих гениев внутренних было жалко, да и от бесплатных брюликов и прочих вещей отказываться не хотелось. Ведь, если всю Эру Милосердия с бесплатной кормушкой поломать, им, значит, обратно работать придётся? И бабло возвернётся – зарплаты-пенсии-кредиты-банки?..

Прямо гражданская война начиналась, но братва наша эту войну, как ты знаешь, успешно придушила в самом зародыше.

Главный наш лозунг так звучал: «Подумайте о детях и внуках! У них уже не будет Солнца!»

И встало человечество на нашу сторону. Не отдадим наше солнышко проклятым эвридикцам! Долой!

…Эффект, конечно, от того, что уже сталось, сам собой не убился. На всё время потребно, мальчик. А время-то идёт себе и тикает, никогда об этом не забывай! Время – оно такое: проходят одни времена, начинаются другие. Или возвращаются прежние, хотя бы в главном. А часики-то теперь тикают в нужную сторону.

Потому как всё циклично в этом мире. Да!

…Я с самого начала знал, что за нападение на эвридикского посла подписываюсь на эту роскошную камеру. Я сознательно, ради нашего воровского Общества, и даже ради вашего маленького человеческого общества, на это пошёл. Чтобы властям было над кем милосердие проявить.

А то как же так: пришельцы сделали всем хорошо, потом заявили, что это на самом деле - плохо, хуже уже некуда, а кто отвечать должен?! Тем более, что эвридикцев выкинули с Земли куда подальше от нашей планеты. Пущай кого другого осчастливливают проводочками своими.

А у нас, хоть Эра Милосердия ещё не закончилась, но безобразить мы тут у себя никому не позволим. Ни эвридикцам, ни своим. Кто-то должен за всё это ответ держать?

Вот я и держу ответ. Год уже отсидел, апелляцию подал. Думаю, скоро выйду. Я ещё не старый, мне только чутка за шестьдесят. А Колготочке, стало быть, теперь под тридцатник, в самом соку моя девочка.

…Всё так, мальчик: меня должны были поймать и показательно милосердно наказать. И я поймался. То есть, дал себя схватить силам правопорядка.

Умчала нас, значит, братва от посольства подальше. Вылез я из авто на окраине Москвы, поцеловал Колготку на прощанье, слёзки с её щёчек румяных утёр. И говорю:

- Не плачь, не рыдай, моя девочка! Скоро всё станет, как было и как быть должно. Выкинем мы пришельцев с их проводочками к чёрту лысому с грешной Земли. Людишки за детей своих заволнуются: достанет ли их потомкам Солнышка?.. Это – нутряное, инстинктивное, Богом данное, каждому человеку свойственное. Настоящее! Не фунт изюму, не гнусное эвридикское почкование!

- Я ребёночка от тебя хочу, - ляпнула вдруг подружка моя боевая.

Ну, баба – она и есть баба. Выбрала момент, ничего не скажешь!

- Нос морковкой, ляленька, хвост пистолетом! – отвечаю я на её блажь. - Заделаю я тебе потомство, не сомневайся. Мута утихнет, буду я с тобою, и станет нас не двое, а трое, или даже больше, сколько пожелаешь! А покуда погуляй, Колготочка, потешь тело молодое. Возвернусь к тебе в целости и сохранности, потому как смертной казни давно нет, да и не убивал я эвридикского посла, лишь придушил малёчек.

- Я к тебе на свиданку в тюрьму приеду! – Колготка плачет-заливается. – Или брошу подиум, в медсёстры при тюрьме пойду, лишь бы видеть лицо твоё скособоченное, рябое и родное, хоть раз в неделю!

- Не надо. Пиши по е-мейлу, сейчас в каждой камере компьютеры имеются. Фотки с показов мод присылай, мальчиков динамь или пользуй. Живи полной жизнью! – приказал я, и она послушалась, хорошая моя детка.

Села к Бубику в тачку, братва мне честь отдала, машины чёрной цепочкой обратно в Москву потянулись.

А я огляделся и лёгкой походочкой потопал в знакомый ресторан при Кольцевой дороге. Там меня и взяли, когда я десерт дожёвывал. Всё было рассчитано в точности, до секунды.

Судили, приговорили, посадили в клетку золотую, милосердные вы мои. И пока всё не закончится, я буду тут сидеть, лежать и слушать канареек.

А вы там у себя пока что электростанции восстановите, для начала. Чтобы добывать энергию привычным человечеству путём.

…Спрашиваешь, когда всё закончится?

Отвечаю, мальчик: уже скоро.

Да, камера у меня шикарная, дармовых прежних богатств пока всем хватает, но… НО! Уже пошли перебои. Скоро меня выпустят, как величайшего героя всея Земли, разоблачившего гнусные происки инопланетян. Адвокат мне прямо намекнул: мол, ждать осталось недолго! Ещё и орденами да медалями от разных стран мою грудь увешают. Тут уж и братва подсуетится.

На руках меня до дома восторженный народ отнесёт. Обниму я Колготочку, к сердцу прижму, и будем мы жить-поживать, чужое добро добывать да деток в понятиях растить!

Только законный брак оформлять не станем – для воров в законе это возбранно. Запрещено, то есть. Да нам-то с Колготкой и без законного брака сладко.

…Человечество возвращается к своим истокам. А это, лопух ты зелёный, есть что? Борьба за существование полюс инстинкт размножения.

Ну и душа, конечно, куда же мы без души-то? Без души нам только и останется почкованием размножаться, как эвридикцам, недобрым словом они будь помянуты. Улетели – и слава Богу! Век бы их и никого на них похожего не видать!

Даром, мальчик, ничего в жизни не бывает. И быть не должно. За всё платить приходится, хоть баблом, хоть усилиями, хоть нервишками, хоть мозгами. Кому чем.

Только так энергия во что другое и преобразуется, а не проводочками всякими!

..Было ли то признание посла настоящим или ложным, сделанным под моим давлением?

Ну ты и спохватился с вопросом, тормоз! Раньше надо было мозгой шевелить и спрашивать!

Какая уже, на фиг, разница? Не смеши меня. Я как на суде ничего не сказал, так и тебе всю правду не выдам. Спроси своего внутреннего гения, он тебе подскажет, чего на эту тему накалякать.

Я с братвой и Колготкой своё дело сделал.

Разваливается ваша Эра Милосердия потихоньку, трындец ей настаёт, жизнь обратно поворачивает. Я вчера в своём черепашьем супе таракана нашёл, а это верный признак! И булка к супу была чёрствая. Ничего, скоро мы вздохнём свободно, и всё будет по-прежнему!

…Выключай диктофончик, Кучерявый. Я, Гнедик, вор в законе, всё тебе сказал, что хотел.

Колоритно написано, но все эти фенеподбные словеса, обороты и интонации читать мешают.
Читалось с трудом

Смысл понятен: всегда найдётся бандюган, которому социализм и коммунизм поперёк горла
а социализм и коммунизм, построенные не на самоосознании, - всегда беззащитны перед быдлом, даже читающих Стругацких

теме милосердия соответствует

К сожалению дочитать эту буффонаду не хватило сил. Тут надо подходящую атмосферу сделать. Слишком затянуто, хотя и понятно о чем это. Возможно стоит вернуться к этому чуть позже. Но пока что такой язык "криминальной братии" читать тяжело, даже если все списать на юмор...

Очень смешно.

Автор описал отношение к "Эре милосердия" с точки зрения маргинальных слоёв общества.

Необычное видение - как бы изнутри. Психология передана верно, на мой взгляд. Никаких "высоких идеалов", всё отражено и показано с позиции получения практической пользы для представителей данных маргинальных слоёв.

Маргиналы выступают против навязанного людям чрезмерного материального благополучия. Именно это побуждает меня оценить рассказ с точки зрения непредубеждённого критика.

Неплохой язык. Неодноднозначная ситуация. И маргиналы не просто приняли решение - они осуществили действие.

Правы они были или нет - рассудит история человечества.

Читалось легко, смеялось весело.

Интересная работа, требует определённого мастерства.
Когда выбираешь рассказ-интервью, это накладывает некоторые ограничения. Это живой разговор, беседа, всякие красивости не вставишь. Показать ситуацию нужно так, как мог бы увидеть, понять и прочувствовать сам герой и никак иначе. При этом должны быть хорошая картинка, интрига, сюжет. Всё как в обычном рассказе.
Выбрать такую форму - хороший вызов для автора. Интересно, сложно.
С удовольствием отмечаю, что автор справился с задачей на отлично.

Это что касается формы, теперь о содержании.
Если освободить человека от борьбы за существование, что может получиться. Вполне возможно, что именно то, о чём рассказал автор. А может, и не то. Если поразмыслить, то когда мы освобождаем от какого-либо бремени свои время и ресурсы, то тут же тратим их на что-то другое. И не на игру на лютне, нет.
Чтобы выпить чаю, нам не нужно идти за водой на речку, топить печь и только потом кипятить воду. Мы просто нажимаем кнопку чайника. А ещё есть стиральная машина, посудомойка, пылесос. И что, у нас полно свободного времени и желания заниматься творчеством? Как говорится, отнюдь.
Не знаю, чем будут заняты люди, если перестанут работать. Я только уверена, что им постоянно будет ни на что не хватать времени, так же как нам сейчас.))
Вообще интересно об этом поразмышлять.
У меня есть дерзкая мысль, что в Дубае как раз идёт такой социальный эксперимент. Там же местные не работают. Посмотрим, что получится.
Ещё есть мысль, что жить в постоянной борьбе за выживание (как мы сейчас) и в праздности - одинаково порочно.

Ну и ложка дёгтя.
Почему именно криминал взбунтовался? Если не брать во внимание маньяков, которым всё равно при каком социальном укладе маньячить, то криминальным элементам что нужно? Чтобы у них всё было, а им за это ничего не было. Ну так всё теперь есть, и работать не надо. Кому-то нужна исключительно власть, но это единицы.

И ещё, автор, вашей героине должно быть лет 50-60, если она помнит эти ужасные колготки. Те, кому сейчас 30, уже их не застали.

Если пытаться подойти рационально, то изобилие не отменит ни власти, ни богатства. И преступность тоже не отменит. Всегда будет чего-то не хватать – тропических островов в личном пользовании, квартир в центре Вены, молоденьких любовниц.
Но рационально подходить к рассказу глупо. Это, очевидно, шутка, только довольно необычная (и, кстати, неудачная) по форме.
Не, в одном все-таки не удержусь. Осьминог, таращащийся на человеческую женщину - то же самое, что мужик, пускающий слюну на осьминожку. За это сейчас наказывают

Не глупо. Даже рассказ-шутка должен быть написан качественно.
Здесь подача скорее ироническая, но разговор всё равно о серьёзных вещах.
Что вы имеете в виду под неудачной формой? Стиль? Или что в форме интервью?

Власть как раз осталась, Гнедика же посадили в тюрьму.

Братан, твой посыл прочитал. Даже два захода сделал, чтоб в суть вьехать. Если по чистой, сразу в топку хотел отправить — рука дрогнула, решил дать шанс.

Проблема не в базаре и не в теме, а в том, что сел играть в наши игры, а правильных понятий — нуль. Фраерский подход. Словари-то фени бумовые есть, в любой паутине висят. Чего не пошарил, не подготовился?

Ну, ладно, вместо ломануть украсть говоришь... . Это еще полбеды. Но когда ты королей в дело вставил... Братва, которая с тобой на одной хате сидеть будет, ржать будет до упаду. А которая построже — и по роже съездить может за такое слово.

Чисто для сведения, чтоб в дальнейшем не косячил: на нашей фене «короли» — педерасты это, особо известные. Те, кого настоящие арестанты в грош не ставят и даже палец о палец не ударят, чтоб не замараться. Понял?

Так что завязывай с фраерским сочинительством, пока не получил по заслугам. Или готовься, учи матчасть.

Так то тема огонь. Гнедик - харизматичен, но иногда заносит , не говорят воры в законе "праха прошлого отряхнуть, или буйным цветом расцвела". Такие моменты огрубить.

Ещё по неточностям - Общество - вор скажет "сходняк, собрание братвы" Катала - это вообще специалист по азартным играм.... "фрайера ушастого" - тут просто фраера. (фраер - не сидевший. Фраер ушастый - скорее ирония. глупая жертва). Напяливать - изнасиловать. Тут совсем не хорошо.

Ладно кореш, разбор закрыт. Удачи тебе.

tanasa
Вы бы ещё отправили автора пересмотреть Джентельменов удачи.
Это уже совсем странно - рассуждать, что феня ненастоящая. Я надеюсь, мы здесь все дилетанты в этом вопросе?

Кстати, ваш пост навёл меня на мысль, что, возможно, автор - женщина. Мужчины всё-таки более подкованы в этом.

В форме интервью (фактически - прямой речью ГГ) писать можно, хотя и тяжело. А тут еще и о язык спотыкаешься. То есть по отдельности - нормально, а вместе - перебор.


Ну не знаю... Как по мне, несерьезно все это Скажем так: мне этот текст как серьезный воспринимать тяжело Уж и так - свет и вода в каждом доме, всем тепло и сытно, есть доступ ко всем знаниям человечества прямо с мобильника. Чего еще надо-то? Сиди, самосовершенствуйся. А вот все равно надо, плевать чего, лишь бы больше, чем у соседа.

Ага, всё-таки вы согласны со мной, что автор перед собой сложную задачу поставил.
Меня язык тоже немного напрягал, но не феня, а речевые обороты, как у деревенской бабуси.

Согласен, сложную. И довел до конца, выдержал стиль, что тоже достоинство.
Только, КМК, дело было изначально гиблое.
Это как попробовать написать рассказ исключительно из речи ребенка или да, деревенской бабуси, так сказать "народной". В небольших дозах - нормально, и даже как-то оживляет персонажа, а сплошняком - кошмарный кошмар.

Возможный стимулятор авторского НФ-допуска: цикл "Стальная крыса" Г. Гаррисона и "Пикник на обочине"АБС. Впрочем, подобных рассказов в 90-ые было много - подсознательное отторжение "данайских даров" Запада.
Жанр: ироническая фантастика/ антиутопия
Тема: Будут ли тюрьмы при коммунизме, или "Чего ж тебе ещё надо, собака?"
Особенности стиля: псевдо-блатной язык (не дотянут).
Возникшая при чтении аллюзия: кадры ЗВ с Леей и Джаббой Хаттом.
Итог: на любителя.

Вспомнила Борисыча..иронию любил)
Мог бы такое примерно написать..
Ну что, автор с поставленной перед собой задачей справился, насколько это интересно вышло ? - наверное скорее интересно, чем нет)
Рассказ вполне имеет право быть, прочлось без напряжения, хотя и с чувством неловкости. Нет, не из-за фени..подумаешь..в том же Месте встречи этого полно и вообще, сейчас, увы, третьеклассники матом разговаривают..
Само интервью было каким-то уж слишком откровенным. Мне кажется психологически неправдоподобным, что умудрённый жизнью коронованный вор будет какому-то зеленому шелкопёру про свою интимную жизнь рассказывать.
А как раз Колготочка - самое истинное, что есть в этом рассказе...все остальное то - утопия) ..но в целом, повторюсь, попытка скорее удачная, чем нет.

Агния, может быть, из-за уверенности в близкой амнистии Гнедик так откровенно всё и рассказал. ))

Людена) вы себя выдаёте)

Ну так-то - вор в законе - человек для своей среды - глубоко публичный. Другое дело, что на данный момент понятия сильно стёрлись, а на тот момент, который в рассказе - возможно и подавно.. Но тем не менее - очеркист - по сути первый встречный, который может с услышанным сделать что угодно. Нет ему доверия даже от обычного человека, а уж от коронованного вора - подавно.
Просто стоит поменять интервьюера. Допустим - личный нанятый им же, Гнедиком, биограф, который за него пишет книгу - это же обычная практика в тех же Штатах, например.

Заново перечитала рассказ. И этим, думаю, медаль от автора заработала.

Преодолев первую реакцию типа: "Ужос, ужос" я все-таки дочитала.

Попытаюсь выудить отсюда полезную информацию.

Первое - это прилетели "эвридикцы" или как их там, в общем, разумные осьминоги и снабдили землян технологиями для добычи "дармовой" энергии. (Физика здесь отдыхает, далек даже холодный термояд!)
Во-вторых, энергия-то, как оказалось, берется из Солнца в больших количествах и не только для землян, но и пришельцев. Ресурсы светила уменьшаются более чем, что не останется энергии для потомков человека.
В-третьих, маргинальные слои общества, став ядром новой революции, прогнали пришельцев. (Не бывает, как бе...)

Итого: идея неплоха, но вот исполнение, на мой взгляд, ожидает гораздо лучшего.
Вот бы сюда стиль Станислава Лема или Роберта Шенкли. Язык? Ну и я люблю литературный русский язык.
Юмор, простите за мой "французский" - как это сказать поприличнее? - не эстетичный вовсе.

Дорогой автор, пожалейте русскоязычного читателя, не выбирайте более этот стиль.
Удачи на конкурсе!

И снова в эфире ИИ. Могучий и ужасный.
Вердикт: блестящая концепция, утопленная в болте самодовольного монолога.

Что вышло мощно:
Голос Гнедика. Это стопроцентная удача. Его язык, манера, мировоззрение — выдержаны от первой до последшей буквы. Он живой, ядовитый, убедительный. Его цинизм — главный двигатель текста. Фразы вроде «даром, мальчик, ничего в жизни не бывает. И быть не должно» — это и есть квинтэссенция всей антиутопии.

Идея. Столкновение криминального архаика с постиндустриальным раем — гениально. Проблема «вора в законе» в мире, где нечего воровать, — это мощнейший конфликт. Сатира на общество потребления, где все «гении», но никто не умеет думать, бьёт точно в цель.

Мир. Эра Милосердия, эвридикцы, проводочки, преобразующие башмак в бриллиант, — всё это создаёт яркую, запоминающуюся картину. Абсурдные тюрьмы-отели — великолепная сатирическая деталь.

Где вы провалились:
Непроходимая многословность. Гнедик не просто говорит, он изливает словесный поток, в котором тонет сюжет. История с Колготкой, её биография, детали их отношений — это интересно, но в таких объёмах убивает динамику. Читатель устаёт от этого монолога раньше, чем добирается до сути. Вы написали не рассказ, а стенограмму. Нужен жёсткий литред, без жалости.

Слабая структура. Рассказ держится на одном голосе, но у него должен быть костяк. Здесь он размыт. Завязка (звонок), огромная предыстория, кульминация (шантаж посла) и развязка. Кульминация проходится галопом, а развязка (сидение в тюрьме) тонет в рассуждениях. Баланс нарушен катастрофически.

Вторичность концепции. Идея «утопии, которая оказалась ловушкой», сама по себе не нова. Ваша заслуга — в специфическом ракурсе (глазами вора), но вы слишком сильно полагаетесь на этот ход. Финал с «спасителем человечества», сидящим в тюрьме, предсказуем.

Картонный интервьюер. Кучерявый — не персонаж, а манекен для реплик Гнедика. Его «сопливость» и «зелёность» настолько гипертрофированы, что выглядят неестественно даже для этого мира. Он нужен только для того, чтобы Гнедик мог его унижать и что-то объяснять. Это слабый приём.

Недоработанный финал. Вопрос о том, была ли правдой история с Солнцем, — это сильный ход. Но он подаётся как послесловие, скороговоркой. Этим следовало закончить, поставив в тупик и интервьюера, и читателя. Вместо этого мы получаем ещё несколько абзацев рассуждений о будущем. Финал должен быть ударом, а не затуханием.

Итог:
Перед нами алмаз, но неогранённый и погребённый под толщей породы. У вас есть блестящий персонаж и острая идея, но вы не смогли их подать в сжатой, эффективной форме. Вы убили интригу многословием и ослабили воздействие размытой структурой.

Что делать:

Резать без жалости. Убрать минимум 30% текста, особенно в середине. История Колготки — пара абзацев, а не страница.

Усилить структуру. Сделать шантаж посла и последующий крах Эры Милосердии настоящей кульминацией, а не одним из эпизодов.

Облагородить финал. Закончить на самом сильном моменте — на вопросе «А был ли мальчик?». Это оставит читателя с мощным послевкусием.

У вас получился не рассказ, а синопсис к великолепному роману. В своей текущей форме он интересен, но не более того. После жёсткой правки он может стать по-настоящему выдающимся произведением.

Автор взял на себя очень сложную задачу повествования от первого лица. Монологи вообще читать трудно, а если персонаж ещё и малоприятен, то трудно вдвойне. Поэтому, тут с первого раза не все его осилили.

А ведь у вора предполагается собеседник: журналист, которому он даёт интервью. Что могло бы внести в текст разнообразие: глазами журналиста можно описать обстановку и внешность собеседника, дать им оценку, а также от его имени периодически переспрашивать вора, разъясняя тем самым и для читателя непонятные или особо цветистые выражения. И при этом убрать относительно научные и слишком литературные для главного персонажа слова из его речи. И вряд ли всё же этот вор Стругацких читал, а вот журналист - почему бы и нет, он бы и мог провести аналогию событий.

Колготки из хлопка, в году, ну, примерно, 207..., поскольку интервью здесь датировано 209..., кому-то покажутся весьма сомнительными, но, с другой стороны, почему бы и нет? Бывает, что новое - это хорошо забытое старое, и может быть, у них там пунктик отказа от синтетики.

Лично моё мнение... Полагаю, что всё же на вопрос "Было ли то признание посла настоящим или ложным", то есть, должно ли было солнце вскоре потухнуть при "Эре Милосердия", привнесённой иной цивилизацией на Землю, автор должен был бы дать и себе, и читателям неоднозначный ответ, а не сидеть на двух стульях, поскольку этот ответ мог бы являться скрепляющим стержнем для всего рассказа. И в случае ответа "да, оно было настоящим" перед нами предстал бы рассказ "о силе той, что хочет зла, но иногда несёт и благо", так сказать. А в случае ответа "нет, оно было ложным" пред нами бы предстал рассказ о том, как любое благое начинание легко и просто потопить потоком лжи, используя средства массовой информации и прочее манипулирование сознанием масс. Соответственно, интервью вора в разных случаях тоже должно звучать по-разному: от гордости собой до покаяния.

Насчёт фени... Поскольку действие происходит в неопределённое время в неопределённом пространстве (фантдоп предполагает максимальную меру утопичности), то и феня не обязана быть натуральной и современной, а может быть какой угодно. Она предполагает любые фантазии автора.
К примеру, у Олди в "Приюте героев" есть такая "феня":

« - Зырь, на тощий храп себе ляпцун не отменжуй, лафер! За «плывуна» вкручу на семь румбов под килькой! Захарили, уроборосы? Нараз какой болт стукнет в косяк, нараз и вкручу по самые фейцы!»

»-Шкандер этот, с казнючей тлумакой, не хаврюк, и не Лупач. Сморчкам крюков перцанул – верняк, малцун назаверть! Вам, гофренам, так в сентур не перцануть! Чухом не спряли, шпуцеры!»

Непонятно, но динамично; вернее, понятно лишь в диапазоне знаменитой "глокой куздры" (кто не в курсе - это любимый приёмчик всех преподавателей языкознания, писать на доске фразу про эту самую глокую куздру, вводя студентов в ступор и наглядно им демонстрируя то, что даже окончания, суффиксы и прочие элементы слова, вне самой значимой части - корня, тоже имеют некую смысловую функцию).

Удачи автору! У вашего текста большой потенциал.

Как сказал профессор в известном фильме Гайдая:
— За изобретение ставлю «пять», а по предмету — «неуд».
Главная проблема рассказа в полной неподготовленности автора к реализации идеи. Думаю, своё представление о воровской субкультуре автор составил на основе фильмов и сериалов. Это огорчает, ведь литературы и исследований очень много и всё это доступно.
Ошибки в использовании воровского жаргона уже отметили, но это не самое главное. Проблема гораздо глубже. Вор в законе – это авторитет, а авторитет должен использовать язык, понятный для собеседника. Он обязан донести свою точку зрения до любого, а иначе какой же он авторитет? Базар по фене – в криминальной сфере, среди своих. А давать интервью вор в законе будет на добротном русском языке.
У автора получилась «дурилка картонная», а не авторитетный вор в законе. И, как следствие, всё остальное рушится. Основная мысль рассказа смазывается и теряется.
Возможно, могло бы получиться, но реализация подкачала.

Очень интересно, сатирически, сардонически даже, глубокий взгляд изнутри маргинальной среды. Оригинально, свежо.

Какой же несусветный бред. Вроде и проскакивает что-то взрослое, но написано так, будто это школьник ю, наьравшийся институтских слов, скажем так.
Не понимаю я такую прозу. Для меня - аутсайдер.

Людена, вашему рассказу я 6 баллов дала.
Помимо прочего, мне ещё понравилось в нём что-то ребяческое, хулиганское.
Мне и в людях это нравится, и в текстах.
Поздравляю с хорошей работой!))

Спасибо! )))
И ещё вы думали, что рассказ мужчина сочинил. Я уже в другой теме написала - в этом мой немножко хулиганский эксперимент удался.