ЕСТЕСТВО - все, что есть; природа, натура и порядок или законы ее; существо, сущность по самому происхождению. Духовная жизнь чужда земного естества. Человек по естеству своему причастен плоти и духу. Мы зовем ЧУДОм все, что почитаем свыше естества.

Пролог.

Стемнело незаметно. Я щёлкнул выключателем. Яркий свет настольной лампы в одно мгновение превратил широкое окно, где ещё догорали рубиновые угли июльского заката, в непроницаемое зеркало. Рабочий день иссяк, растаял, словно кубик льда в бокале с красным вином. Кабинеты моей редакции давно опустели.
Журналист – профессия на любителя!
Мне нравится засиживаться допоздна. Дождавшись, когда коллеги разойдутся по домам, я наконец могу расслабиться и скинуть этот опостылевший за день галстук.
В такие минуты я чувствую себя по-особенному. Никто не мешает, не дергает, и можно посвятить остаток вечера любимому занятию - писательству.
Я стал ценить это только теперь, когда лишился квартиры и на время перебрался загород к своим знакомым, где, честно говоря, чувствую себя неуютно. Меня тяготит статус жильца, или иждивенца, – словом, называйте, как хотите.
Отпуск - хорошая штука! Только «отдыху», с которого я недавно вернулся, можно предпочесть десятки лет изнурительной работы.
Сейчас, сидя в своём удобном кресле и перелистывая потрёпанные страницы чудом уцелевшего дневника, эта история мне начинает казаться надуманной и неправдоподобной. Только уверяю вас - это не так!
Но всё по порядку. О себе и о том, что мне довелось испытать, будет рассказано чуть позже. А начну, пожалуй, издалека, последовательно расплетая клубок событий и опираясь на слова моих новых друзей, ставших, как и я, по воле судьбы непосредственными участникам и, в общем-то, главными героями этой удивительной одиссеи.



Глава 1.


Размышления о смысле жизни и превратностях судьбы возникали в сознании Стаса аллегоричными образами. Навязчивые мысли превращались в бредовые идеи, витающие под вечерними розовеющими облаками бесплотными черно-белыми конфетти - обрезки надежд и разочарований.
«Вялотекущая депрессия», - подумал парень, подбирая определение своему состоянию.
Причиной тому стало известие о закрытии предприятия, на котором он трудился.
Безработица – визитная карточка нашего времени.
Вот уже месяц Стас ходил как неприкаянный, обивая пороги учреждений в поисках подходящей вакансии.
Несмотря на неброскую внешность, Станислав излучал некую притягательную энергию, своего рода харизму.
Невысокий брюнет с голубыми глазами и романтическим взглядом, он имел магическое воздействие на собеседника, что порой вынуждало оппонента кардинально менять свою точку зрения по поводу тех или иных вещей, обсуждаемых в ходе разговора (правда, в поисках работы это качество пока не помогало).
В своё время он окончил геологический институт и по распределению попал в организацию, занимавшуюся исследованиями в области торфяных разработок.
Недавно предприятие «развалилось» и Стас остался не у дел.

В этот вечер он возвращался домой после очередного собеседования. Путь пролегал по одной из московских улиц на окраине города.
Нежное майское солнце, запутавшись лучами в ветвях окрестных тополей, спешило к закату, размазывая удлинившиеся к вечеру тени на мольберте земли и подготавливая приглушённые тона для ещё ненаписанного холста надвигающихся сумерек.
Он шел потупив голову, думал о своём и не заметил приятеля Колю, который беседовал с девушкой на противоположной стороне улицы.
Завидев Стаса, молодой человек прервал разговор с собеседницей и поспешил к пешеходному переходу наперерез удаляющемуся другу.
Ник (так его называли знакомые) выглядел импозантно - высокий брюнет крепкого телосложения. Ребята дружили с детства, были одного возраста и имели схожие взгляды на жизнь. Они даже жили в одном доме в соседних подъездах. Их дружеские чувства слегка охладели после того, как Стас женился. Рождение дочери, семейные заботы - всё это отложило свой отпечаток на их отношения.
Ник тоже не растерялся. На свадьбе приятеля он познакомился с одной из подружек невесты. И, в общем-то, удачно. Знакомство переросло в нечто большее. Девушку звали Лиза («Моя Лиз», - говорил он с нежностью, когда в разговорах всплывало её имя). В прошлом году она окончила университет и устроилась на работу в один из НИИ.
- Ты сегодня какой-то заторможенный,- произнёс Ник, догнав приятеля. - Три раза тебе кричал, а ты - ноль внимания. Что-то стряслось?
- Ничего особенного, просто я снова пролетел с работой, - Стас раздражённо сплюнул. - Третий раз хожу в эту долбанную контору. Сначала обнадёжили, а сегодня дали понять, что в моих услугах не нуждаются.
- Да… Как говорится, «облом", - Ник остановился подтянуть ослабший шнурок кроссовка. - Ну и… какие планы?
- Главный пункт в моих ближайших планах - прийти домой и как следует выспаться. А там посмотрим.

Солнце скрылось из виду. Парни шли среди дворов в направлении своего дома. Они о чем-то спорили, по-ребячески размахивали руками и вспоминали минувшие времена.
- Может по пиву? - предложил Ник.
- Поздно уже, - борясь с искушением, произнёс Стас.
- Мы быстро. По кружечке! - не унимался приятель.
- Ну, если только по кружке,- сдался Станислав.
Друзья свернули за угол панельного дома, пересекли детскую площадку и вышли к бульвару, где располагался пивной бар «Весёлый лангуст».
Пивнушка представляла собой демократичное питейное заведение и размещалась в цокольном этаже пятиэтажки. Хотя помещение и выглядело старомодным, отделка его была выполнена со вкусом - в стиле средневековой баварской харчевни.
На время сбросив тяжесть повседневных забот, ребята расположились в дальнем конце зала. Угрюмый официант принял у друзей заказ и неохотно поплёлся его выполнять.
- Тормоз, - тихо произнёс Ник, провожая «гарсона» взглядом.
- Точно, - согласился Стас, разглядывая помещение.
Несмотря на медлительность официанта, через пять минут тарелка с оранжевыми креветками и запотевший графин с ароматным пивом прелестным натюрмортом украшали середину дубового стола, за которым устроились друзья. Из скрытых динамиков струилась ненавязчивая музыка.
Пересуды, воспоминания, затаённые обиды, невысказанные претензии – классическая мужская беседа за кружкой пива. Ник жаловался на свою работу, низкую зарплату и туманные перспективы. Стас - на временное отсутствие всего этого.
- Чем ты недоволен?- возмущался Станислав. – Сутки работаешь, трое дома, кормят, одевают, чего ещё не хватает? Зарплата небольшая?! Бери подработку!
- Что же ты никак работу не найдёшь, я уж не говорю о подработке? - парировал Ник.
- С моим образованием я скоро выберусь из этой передряги, а ты в своей охране будешь киснуть всю жизнь, - съязвил Стас.
Ник работал сторожем на торговой базе. В своё время он увлёкся восточными единоборствами, затем служил в спецназе и после травмы ноги был комиссован на гражданку. Рана со временем зажила, но возобновлять военную карьеру он не захотел.
- Что ты сказал? - Ник привстал, лицо его побагровело, желваки на скулах заплясали ирландскую джигу.
- Ладно, друг! Остынь! - зная вспыльчивый характер товарища, Стас решил сменить тему. - Сейчас бы на природу, в какую-нибудь деревню или к реке. Эта городская суматоха вот уже где сидит, - он сделал характерный жест рукой и попросил обслугу принести еще графин.
Ник медленно опустился на стул и принялся молча допивать оставшееся в кружке пиво.
- Кстати, насчёт деревни, - немного успокоившись, произнёс Николай. – Мне недавно предложили земельный участок в Подмосковье, где-то в районе Шатуры. Недорого! Что посоветуешь? С одной стороны, заманчиво, а с другой… что-то меня к земле пока не тянет.
- Под Шатурой? - Стас вдруг вспомнил свою рабочую поездку в тот район. - Места красивые, но… как тебе проще сказать - нечисто там.
- В смысле экологии?
- Нет! В плане аномалий.
- Не понял! Что ты имеешь в виду? – Ник с интересом посмотрел на друга.
- Довелось мне там побывать. На всю жизнь запомнил!
- Что-то ты мне раньше об этом не рассказывал.
- А когда? Видимся в год под исход! Вспомни нашу последнюю встречу! Чтоб мы вот так посидели, пообщались!
Коля пожал плечами, не зная, что ответить.
- Всё спешим – работа, дела, - Стас с хрустом лишил головы огромную креветку и подлил себе пива.
- Да… наверное, ты прав, - Ник достал из кармана сигареты и положил на стол. – Так что с этими аномалиями?
- В это трудно поверить, но если тебе интересно, расскажу! – Станислав непринуждённо откинулся на спинку стула и на секунду задумался. - Помнишь, два года назад я уехал почти на всё лето?
Ник выжидающе кивнул.
- Фирма, где я работал, направила меня в командировку. Такая своего рода экспедиция в один из медвежьих углов Подмосковья. В группу, кроме меня, входило еще три человека. Предполагалось провести разведку новых залежей торфа.

В середине июня мы собрались на платформе Казанского вокзала. День выдался пасмурным. Шёл моросящий дождь.
Как сейчас помню: дверь электрички распахнулась прямо возле меня. В нос ударил резкий запах мочи, перемешанный с тошнотворным амбре полуразложившихся окурков.
«Судя по состоянию, тамбур не убирался неделю - другую или всю ночь здесь пьянствовали бомжи», - подумал я, протискиваясь с рюкзаком через перекошенные двери и усердно сдерживая дыхание.
Салон выглядел более пристойно. Наш квартет расположился в центре вагона, с южной стороны. Точно по расписанию электричка неохотно сдвинулась с места и, быстро ускоряясь, оставила позади серый вокзал, унылый перрон, дождливую Москву.
Усевшись, каждый занялся своим делом. Двое играли в карты, временами обмениваясь репликами по поводу нечестной игры; один дремал, прислонившись головой к треснувшему стеклу. Я же, устроившись у окна, взялся просматривать распечатки технической документации, корректируя план предстоящих работ.
Пейзаж за окном, пестрящий провинциальными городками и селениями, спустя два часа сменился непроходимыми лесами и болотами. Через открытые окна вагон наполнился терпким запахом тлеющего торфа. В этом году, как никогда, горели леса и торфяники. Справиться с пожаром было непросто. Редкие осадки, выпавшие за лето, не могли исправить положения.
Дождь почти закончился, и лишь одинокие капли раздавались волнистыми кругами в мутных зеркалах дорожных луж.
Мои компаньоны уснули. Ритмичный стук колёс сделал своё дело, и ярый азарт игроков уступил место сладким объятиям морфея.
«Так. Три часа дня. Ещё минут двадцать, может чуть больше, и должны быть на месте», - прикинул я, наблюдая, как секундная стрелка моих стареньких часов, словно неутомимый скакун, завершает очередной заезд.
Покончив с документацией и сделав некоторые заметки, я откинулся на спинку сиденья и стал рассматривать своих коллег.
Сидящий прямо напротив меня молодой человек (с виду лет двадцати пяти) был младшим научным сотрудником института. К нам его прикомандировали. Худощавый парень невысокого роста в нелепых круглых очках. Звали его Гера.
Два других сотрудника – «старые волки». Обоим давно за сорок. Они работали в одном из отделов нашей фирмы и считались «рабочими лошадками» в плане геологоразведки. Того, что сидел рядом со мной, звали Виктор Анатольевич. Его красноватое, покрытое сеточкой прожилок лицо говорило о пристрастии человека к алкоголю и давно прогрессирующей гипертонии.
Напротив него, уткнувшись подбородком в грудь и тихо посапывая, расположился Михаил Александрович. Настоящий гигант - два метра ростом, атлетического телосложения, что никак не вязалось с лицом ботаника, за высоким лбом которого скрывался неисчерпаемый кладезь завидного интеллекта.
Ход моих мыслей прервал лёгкий толчок, после чего электричка стала быстро терять скорость и через минуту - другую остановилась посреди леса. Машинист через вагонные динамики объявил, что произошёл серьёзный сбой в работе электрооборудования на одной из подстанций и подача электричества возобновится только через час-полтора.
Желающие покурить или просто подышать свежим воздухом вышли из вагонов. Покинувшие застывший поезд люди сгруппировались на серых островках мокрого гравия, возмущённо обсуждая неожиданное происшествие.
Когда мои коллеги окончательно пришли в себя после внезапно прерванного сна, мы стали решать, как быть дальше. Существовало два варианта. Первый - ждать, пока не устранят поломку. Второй - идти пешком через лес и по пути проводить некоторые исследования. После недолгого обсуждения все согласились со вторым вариантом. Благо расстояние до поселка, в который мы направлялись, оказалось небольшим. Если идти напрямую, минуя петляющую железную дорогу, - километра три. Михаил Александрович не раз бывал в этих грибных краях, и риск заблудиться, в общем-то, сводился к нулю.
Сменив городскую обувь на резиновые сапоги и допив остатки теплого кофе, которым Гера предусмотрительно заправил свой термос, мы двинулись дальше пешком.
Дорога с учётом пересечённой местности и коротких остановок заняла около двух часов. И всё хорошо, если бы не одно происшествие. Гера провалился в одну из скрытых ям, которые образуются после пожаров в местах выгорания торфяника. Он быстро исчез из виду, не успев даже ойкнуть. Зато через секунду орал, словно локомотив, мощным гудком предупреждавший о своём приближении. Голосить было отчего! Прибежав на крик, мы обнаружили его висящим на краю глубокой ямы. Гера намертво вцепился в толстый отвод коряги, по счастью оказавшейся рядом. Глаза парня вылезли из орбит, а чудом уцелевшие очки болтались, точно маятник, на ближайшем кусте, зацепившись за ветку перекошенной дужкой. После того, как мы не без труда извлекли его из этой «пасти дьявола», пострадавший рассказал, что же с ним произошло.
Продвигаясь по краю высохшего болота, Гера заметил небольшую трещину в земле. Внезапно почва под ногами пришла в движение. Раздался хлёсткий треск рвущихся корней. Возник стремительный оползень. Словно матёрый хищник, он потащил беспомощную жертву в недосягаемое подземное логово. Парень ещё не раз вспомнил упругую корягу, которая как нельзя кстати оказалась поблизости.
Внезапно возникшая яма напоминала оскал свирепого монстра. В поперечнике она протянулась метров на десять и ничуть не меньше в глубину. На внутренних стенах провала зияли большие дыры. Они разбегались в разные стороны, словно прорытые гигантскими кротами подземные ходы. Хотя, если придерживаться такой версии, то этакий «крот» превзошёл бы по габаритам взрослого медведя. Внутри этих проходов виднелись скопления каких-то белых шаров, с виду напоминавших большие грибы-дождевики. Некоторые из них достигали размеров волейбольного мяча и, как всем показалось, излучали слабый неоновый свет.
Эту картину можно было наблюдать лишь несколько секунд. Яма словно ожила. Задышала. Её края стали медленно сползать, увлекая за собой всё больше земли и надёжно укрывая свои секреты под многометровой толщей осыпающегося грунта.
Я едва успел отскочить в сторону. Несколько секунд мы стояли без движений, предоставив некоторое время своим мозгам для переваривания всего произошедшего.
Оставшийся отрезок пути мы делились впечатлениями по поводу случившегося. Не давали покоя вопросы: Что это за норы? Что за грибы такие, которые к тому же светятся?
Самое логичное и наиболее подходящее объяснение высказал Михаил Александрович. Он предположил: «Дыры в земле - это результат взаимодействия подземных пожаров и грунтовых вод. Как известно, пласты торфа могут залегать не сплошным массивом, а чередуясь и разделяясь прослойками различного грунта: это песок, глина и всё что угодно. Такая внушительная, как мы увидели, толщина торфяного слоя говорит о том, что возраст здешних болот исчисляется тысячелетиями. Большинство из них давно высохли. Глубинные слои торфа под значительным давлением земной коры со временем превращались в пласты каменного угля. Огонь на протяжении длительного времени беспощадно выжигал торфяные, а затем и угольные прослойки. Вода смывала образовавшиеся продукты горения и, словно по канализационным трубам, уносила всё это далеко, в какой-нибудь естественный природный отстойник. Таким образом, там внизу могли возникнуть не только норы, но и целые подземные галереи. Состав глубинной почвы, как мы успели заметить во время обрушения этой чёртовой ямы, изобиловал глиной, которая используется для производства кирпича. Все примерно представляют, как обжигается кирпич или глиняная посуда. Вследствие чего нетрудно сделать вывод, что под землёй могут существовать целые лабиринты беспорядочно переплетённых между собой тоннелей с обожженными, как в гончарной печи, стенами. Что же касается светящихся грибов, то они, скорее всего, относятся к роду «рlerotus» с ярко выраженным эффектом биолюминесценции. Практическая роль свечения таких грибов не ясна. Предполагается, что это побочный продукт окислительного обмена. Подобные грибницы порой достигают возраста сотен лет и по приданиям считаются местом обитания лесных духов».
Михаил Александрович хитро улыбнулся, глядя на нас, и назвал свою короткую лекцию не более чем красивой фантастической гипотезой.
И действительно, что можно рассмотреть за столь короткий промежуток времени?!! В стрессовой ситуации могло привидеться всё что угодно. Не стыковалось одно - видение было всеобщим.

Типичный для большинства пристанционных посёлков дом, выкрашенный темно-коричневой краской, поджидал усталых путников на самой окраине селения. Приветливо подмигивая белыми ресницами занавесок в распахнутых окнах, он звал под свою крышу, расписанную изумрудной акварелью шелковистого мха, обосновавшегося на волнистых откосах шиферной кровли.
Дом, расположенный посреди земельного надела, утопал в густой листве плодовых деревьев. Участок по периметру был обнесён покосившимся забором из подгнившего горбыля и органично вписывался в ландшафт селения.
Мы шли не наугад. Адрес нам сообщили заранее - «Садовая, 74». Поиском временного жилья для своих сотрудников занималась компания. Менеджер заранее выезжал на место и улаживал все необходимые формальности. Так что мы приехали «на готовенькое».
Встретила нас старенькая, но довольно шустрая женщина. Поздоровавшись, она пригласила всех в дом и ознакомила с жильем. Здесь царили дух и уклад начала двадцатого века - чудный деревенский антиквариат. Казалось, время остановило свой бег и решило здесь передохнуть.
Старушка ухаживала за нами, словно за детьми. Когда мы уходили работать, она всегда провожала нас до калитки и стояла там, пока последний из группы не скроется за углом забора самого крайнего и загадочного на этой улице дома. Дальше начинался лес.

Вечерами мы усаживались за стол, уставленный деревенскими яствами. Хозяйка ненадолго удалялась в свою кладовку, после чего возвращалась утиной походкой с небольшой бутылью мутного самогона в руках. Наливая всем по стопочке, бабка не забывала и про себя. Выпьет, раскраснеется и начнет рассказывать разные сплетни, истории и небылицы. Одна из таких баек запомнилась мне больше других.
Как-то во время ужина разговор зашёл о старом доме в конце улицы. Он давно уже пустовал. От бесхозности дом слегка покосился на прогнившем фундаменте и словно отвернулся от посёлка в сторону вековых сосен. Он вызывал недобрые чувства, особенно когда с небес спускалась темнота, а с окрестных болот доносились таинственные вопли недремлющей выпи. Почерневшим идолом возвышался он на фоне мрачного леса. Отрешённо уставив глазницы заколоченных окон в гнетущую темноту соснового бора, он словно высматривал своего хозяина, сгинувшего много лет назад в одной из топей здешних болот.
Тщетно пытаясь уколоть шляпку маринованного масленка, который ускользал от малейшего прикосновения вилкой, старуха старалась восстановить в памяти все подробности той истории, которую собиралась нам поведать. Наконец гриб сдался в неравной схватке. Немного покрасовавшись на острие столового прибора, он поспешил в раскрытый рот своей истязательницы вслед за очередной порцией горячительного. Покончив с материальной пищей, бабка спонтанно перешла к духовной.

Рассказ начинался с того, что в «доме на отшибе» (так его прозвали местные жители) умерла древняя старуха, и по наследству строение досталось её дальним родственникам. Несмотря на то, что домишко выглядел очень ветхим, его всё же купил один профессор из Москвы. Сначала он жил здесь наездами, а потом и вовсе поселился, лишь изредка отлучаясь по своим учёным делам.
Профессора звали Анатолий Николаевич Кошон – худощавый невысокий интеллигент с глубокими залысинами поверх большого лба. Благополучно переступив пенсионный порог, он, ещё полный сил и здоровья ученый, не ушёл на покой. Продолжая заниматься антропологией и фольклористикой, учёный часто захаживал в дома селян, расспрашивал их и подробно записывал всё услышанное, словно искал философский камень, запрятанный кем-то в дальней меже заднего огорода.
К нашей старушке Анатолий Николаевич захаживал чаще, чем к другим. И немудрено! Она являлась ближайшей соседкой и была не прочь поведать очередную заковыристую историю, изрядно приправленную местным фольклором.
Однажды морозным предрождественским вечером профессор возвращался из Москвы. По пути Анатолий Николаевич наведал свою старую соседку. Из столицы он прихватил красивый торт, разукрашенный шоколадом и ярко-оранжевыми цукатами. Весь вечер они пили чай и разговаривали.

Коротая время за приятной беседой, профессор поведал соседке секрет «колдовства», который ему удалось выудить у старого деда в одной из богом забытых деревень. Суть его заключалась в том, что с помощью нехитрых приготовлений можно вызвать духов и у них узнать своё будущее. Для этого требовалось при растопке печи откладывать из охапки дров по одному полену. Раз в месяц в течение года. Накануне рождества необходимо положить дрова в печку, а в полночь развести огонь и ждать результатов. О последствиях дед не сообщил, но дал понять, что они непредсказуемы.
Профессор, хотя и являлся высокообразованным человеком, но иногда мог отступить от своих атеистических принципов и поэкспериментировать с каким-нибудь продуктом мракобесия, чтобы затем поместить его в строгие рамки научных реалий. Это был как раз тот случай. Ровно год в его сарае пылились одиннадцать отборных поленьев, и сегодня к ним добавится ещё одно.

Огонь вспыхнул сразу. Фиолетовые языки пламени лизнули обрызганные спиртом дрова, закружились в страстном танце, причудливо переплетаясь с оранжевыми всполохами занимающейся бересты. Воздух в помещении наполнился парами денатурата и паутинками копоти. Рождённые грозной стихией тени беспорядочно заметались по оплавленным стенам топливника в почерневшем зеве русской печи.
Профессор сидел в кресле-качалке с бокалом шампанского и отрешённо смотрел на огонь. Он находился в лёгком трансе, а в его бездонные глаза, меняя яркие одежды, смотрелось пламя очага.
В доме находились двое – профессор, одетый в чёрный атласный халат, да пламя, устремившееся в дымоход и успевшее пожрать добрую половину пылающего топлива.
Внезапный скрежет вывел учёного из оцепенения. Ему показалось, будто кто-то ведёт железом по стеклу, пощелкивая костлявыми пальцами в такт участившимся ударам сердца. Он обернулся и в изумлении стал всматриваться в чернильную тьму незашторенных окон. Летучая мышь из глубины ночного мрака ломилась в замкнутые створки. Щерясь и повизгивая, она разбрасывала белёсые сгустки слюны, размазывая их по стеклу. Очередной раз ударившись о фрамугу, ночная гостья устремилась прочь, увлекая за собой чавкающие звуки перепончатых крыльев. Словно камень из пращи, профессор выскочил из кресла. Он рванулся к окну. Плотно прижавшись, профессор старался разглядеть то, что скрывала зимняя ночь. Мрак распался над поверхностью снега, а привыкающие к темноте глаза вскоре стали различать всё происходящее.
Спавший в сладкой неге лес вдруг содрогнулся, завопил немыслимыми голосами и выпустил из своих недр полчища ужасных тварей. Стадо разъярённых вепрей, словно лезвием, отсекло большую часть примыкавшего к лесу забора. Они разбрелись по саду и с дикой яростью принялись выковыривать замёрзшие корни плодовых деревьев.
Стаи визжащих нетопырей, вызволенных неведомой силой из объятий зимней спячки, чёрной тучей нависли над садом. Взмахи тысяч крыльев подняли к небу свежевыпавший снег, закручивая его в вихри и заметая всю округу. Сквозь серую мглу стало заметно, как от чёрной стены леса отделяются крадущиеся тени. Волки! Они выстроились по линии поваленного забора, напоминая взвод почетного караула в ожидании важной персоны. И персона не заставила долго ждать.
Вершины сосен вздрогнули, сбросив шапки плотного снега. Деревья словно расступились, предлагая дорогу неведомому путнику, и из леса появилось нЕчто. Оно продвигалось уверенной поступью и остановилось в метре от заснеженных спин подвывающей охраны. Таинственное свечение, мерцающим ореолом окружавшее его, позволяло разглядеть всё до мельчайших деталей. Невиданный монстр, усеянный бородавками и кожаными наростами, безмолвно озирал окрестности молочными зрачками поражённых бельмами глаз. На его серой вздувшейся коже зияли гниющие язвы. Он был похож на угловатого голема, высеченного из каменной глыбы нетвёрдой рукой неопытного мастера. Вскоре взгляд пришельца коснулся старого дома. Казалось, он ощупывает невидимыми пальцами каждую пядь покосившегося строения. Когда же его взор добрался до окна, в котором застыл беззащитный силуэт профессора, чудовище замерло.
Резкая боль в глубине черепа парализовала мысли и движения ученого. Он застыл, как зачарованный, не в силах пошевелиться.
Внезапно раздался тяжёлый дребезжащий голос. Но не из пасти урода! Нет! Он звучал у профессора в мозгах, болезненно вибрируя и повторяясь долгим эхом во всех уголках обескураженного сознания: «ЖИТЬ ТЕБЕ ОСТАЛОСЬ ТРИ МЕСЯЦА».
Голова закружилась. Комната поплыла. Тело обмякло.

Очнулся Анатолий Николаевич поздним утром. Он лежал на полу и весь дрожал от холода. Сильно болела голова, и особенно беспокоила ссадина на лбу, назойливо напоминавшая о причине своего возникновения. Опираясь о стену, профессор поднялся и подошёл к окну. Его глазам открылся залитый солнцем зимний сад, устланный белым ковром. Нетронутые шапки снега на высоких соснах. Серый забор стоял на своём месте, как ни в чём не бывало. Все хорошо, но что-то было не так. Анатолий Николаевич заметил перепончатое крыло летучей мыши, которое акульим плавником торчало поверх сугроба и временами вздрагивало при порывах студёного январского ветра.
Об этом случае профессор рассказал сердобольной соседке на следующий день после своего необычного пробуждения. Излагал подробно, стараясь не упустить деталей, и только в глазах его нет-нет да и вспыхнут предательские искорки зарождающегося психического недуга.

И что странно! В середине апреля того же года учёный пропал. Сгинул в никуда. Оставил всё как есть: осиротевший дом, нехитрый скарб, а главное - множество книг, которые он ценил превыше любого богатства.
Обнаружилось это после того, как родственники профессора забили тревогу. Долго не получая от него известий, они прибыли в поселок. Не найдя его, обратились в милицию. Сыщики неделю ходили по домам, всех расспрашивали, пытались найти хоть какую-то нить, которая могла бы помочь в поисках пропавшего человека. Они обследовали лес, окрестные болота, но так и не смогли обнаружить хоть что-то, проливающее свет на это дело. Через некоторое время после известных событий к дому профессора подогнали грузовую машину. Забрав кое-какую мебель, утварь и книги, родственники заколотили окна старыми досками и больше здесь не появлялись.
К бабке также заходил молодой следователь. Много расспрашивал о пропавшем соседе, делал какие-то записи, но ничего так и не выяснил. Историю, поведанную профессором, бабка по понятным причинам ему рассказывать не стала. Помочь поискам такая страшилка не могла, а вот создать образ «свихнувшейся старухи» - это пожалуй!
Нам же бабулька рассказала об этом под хмельком, за давностью лет, наверняка, приврав, если не выдумав всё от начала до конца.

Как-то раз я и Гера возвращались с работы чуть раньше, чем обычно. Наши коллеги ещё оставались в лесу. Командировка подходила к концу, и отъезд был запланирован на следующее утро. Выйдя из зарослей молодняка, мы очутились вблизи забора того таинственного дома.
Редкие причудливые облака застыли в небе грозной флотилией, с поставленными парусами, в ожидании попутного ветра.
Ещё раньше, обсуждая бабкин рассказ, мы с Герой загорелись желанием непременно побывать в этом доме. Посмотреть, что там внутри. С учетом предстоящего отъезда другой такой возможности могло не представиться. Войдя во двор через покосившуюся калитку, мы остановились. Добраться до главного входа оказалось нелегко. Все обозримое пространство вплоть до самого порога заросло бурьяном. Гера заговорщически подмигнул и, нагнувшись, стал пробираться сквозь густую траву. Я последовал его примеру. Пряный дух полыни невидимым облаком окутал зелёные заросли.
Этот запах возродил во мне утраченные чувства. Я, будто скатившись с крутых американских горок, за одно мгновение пронёсся по самым отдаленным уголкам моей памяти, мимо прекрасных островов безвозвратно ушедшего детства. Мимо тех сказочных мест, где, как и прежде, пахнет полынью, бабушкиными пирожками и парным душистым молоком.
На парадной двери висел проржавевший замок. Идти пришлось в обход. С обратной стороны мы обнаружили приоткрытую дверь чёрного хода.
Изнутри дом не казался таким страшным. Пыль, бедлам да голые стены. Обследовав помещение, мы не нашли ничего особенного, что могло бы нас заинтересовать. Старые башмаки у стены, пожелтевшие, разбросанные по полу журналы, огарки парафиновых свечек на подоконнике. Вот и всё. Никакой интриги. И только собираясь уходить, Гера заметил в дальнем углу комнаты небольшое бронзовое кольцо, выступавшее поверх маленького деревянного люка. Это был лаз в подвал. Когда я не без труда приподнял схваченную временем крышку, в лицо пахнуло могильной сыростью. От запаха плесени защекотало в носу и Гера громко чихнул. Неожиданно бронзовое кольцо выскользнуло из моей руки и крышка с грохотом вернулась на прежнее место. Словно не желая нас впускать, она застряла ещё крепче, и, как оказалось, одному её теперь не поднять. Совместными усилиями мы всё же открыли люк, после чего уселись на коленях, тупо уставившись в зияющую дыру. Нужен был свет. Спички у нас имелись. Без них в лесу нельзя. Но это часть проблемы. Тут я вспомнил о свечах на подоконнике. Взяв по одной, мы запалили огарки и осторожно спустились вниз по трухлявой лестнице. Расстояние от земли до пола оказалось достаточным, чтобы свободно стоять не нагибаясь. Недолго думая мы принялись обследовать все закоулки подполья. Остатки истлевшего картофеля, разбитые банки из-под солений, и всё это под толстым слоем плесени. Отпечатки следов обуви различных размеров и разбросанные повсюду окурки указывали на то, что в подвале кто-то побывал до нас. По видимости, здесь работали оперативники. Безрезультатно облазив все углы, мы направились к выходу, продолжая осматривать дощатые стены. Фундамент подвала по периметру был обит вертикально приколоченными досками. Текстура обшивки была практически однородной. Лишь в одном месте с южной стороны подпола несколько тесин немного выделялись на фоне остальных. Другой сорт дерева и более гладкая обработка досок пусть не сильно, но все же контрастировали с соседними участками. Кроме того, доски слегка выступали из общего ряда, тем самым нарушая гармонию ровной поверхности. Казалось, за ними что-то есть. Я слегка нажал на это место. Потом надавил сильнее и… ничего не произошло. Мне с трудом удалось протиснуть указательный палец в щель за верхним торцом обшивки. Упершись в небольшой деревянный брусок, я надавил на него, после чего часть поверхности подалась вперед и образовалась узкая дверь.
Под дрожащим огоньком свечи обозначились каменные ступени, которые уходили вниз и растворялись в пугающей темноте подземелья. Вынырнув из-за моего плеча, Гера удивлённо присвистнул. С каждым шагом свет простирался всё дальше, пока не уперся в громоздкую деревянную дверь на чугунных петлях. Мы попытались её открыть, но тщетно. Страх и любопытство - извечные спутники человека. Преграда не поддавалась. Складывалось впечатление, что она подпёрта чем-то изнутри. Я решил надавить сильнее. Раздался треск. Дверь с визгом повернулась на ржавых петлях, и мы очутились у входа в старую штольню. Высота тоннеля не превышала двух метров. В ширину - немного меньше. Проходя сквозь торфяной пласт, штольня под небольшим углом сбегала вниз. Прогнившие шпалы выполняли функции опор. Разделяя подземный коридор на равные сектора, они угловатыми колоннами уходили вдаль, расползаясь зыбкими миражами на границе света и тьмы. Опалубка изрядно обветшала, а на вздыбленном полу возвышались кучи обрушившейся породы. Идти дальше без специального снаряжения - затея опасная, но мы все же рискнули. Пришлось пробираться через завалы. Спотыкаясь и кляня свою затею, мы проковыляли метров пятьдесят и остановились. В этом месте основной рукав штольни делился на три ответвления.
Гера нагнулся и что-то подобрал с пола. Присмотревшись, я увидел на его ладони безжизненное тельце крупного насекомого. Оно выглядело необычным, если не сказать больше. Внешне находка напоминала гибрид осы, скорпиона и стрекозы. Продолговатое тело осы с чередующимися жёлтыми и темноватыми полосками заканчивалось выгнутым хвостом скорпиона с характерным жалом на конце. Немного приплюснутая голова была снабжена большими глазами, а туловище оснащено четырьмя стрекозьими крылышками, расположенными на спине попарно. Занимая всю ладонь, существо лежало неподвижно. Оно будто спало. Могло показаться, что вот-вот странный жучок зашуршит перепончатыми крыльями и взлетит.
Внезапно со стороны правого ответвления послышался шорох. Фыркая и осторожно ступая, к нам кто-то приближался. Вскоре из темноты появился невиданный зверь. Животное походило на крысу, только очень крупную - размером с небольшого пса. Но не это настораживало. Поражало то, что крыс было две. Точнее две в одном теле. Они словно срослись спинами и имели общее туловище, единый чешуйчатый хвост и пару голов. Ощеренные морды, будто обидевшись друг на друга, смотрели в разные стороны и напоминали двуглавого орла на российском гербе. Четыре когтистые лапы крадучись несли эту биоконструкцию в нашем направлении, а четыре другие конечности беспомощно копошились на спине, словно нащупывая точку опоры. Немигающие глаза нижней твари пристально смотрели на нас взором хищника, в то время как бегающие глазки верхней явно замышляли смыться отсюда да поскорее.
Страх и растерянность поглотили нас без остатка. Казалось, растревоженный дух подземелья вдруг протянул свои властные щупальца из черноты неведомого лабиринта и крепко сжал наши беспомощные тела, предоставив их на растерзание ужасной твари.
Чадящий огарок неожиданно выпал из подрагивающей руки Геры. Стало темнее. Моя свеча хоть и коптила, но какое-то время могла ещё послужить.
Зверь по всем признакам готовился к нападению, но почему-то медлил. Напряжение росло. Вдруг животное сорвалось с места и ринулось прямо на меня, но, неожиданно оступившись на обломке доски, крыса перевернулась в воздухе и, сделав сальто через головы, приземлилась в двух шагах от моих ног. Я отпрыгнул в сторону и сконцентрировался в ожидании следующей атаки. Вопреки моим предположениям, животное почему-то испуганно попятилось.
Гера медленно присел и, не отводя от крысы взгляда, стал судорожно ощупывать землю в надежде отыскать палку или кусок доски, пригодные для обороны. Поведение грызуна сначала озадачило, но через секунду я понял, в чём дело. После падения крыса перевернулась и пугливая верхняя половина очутилась внизу, в то время как её сиамский близнец нервно перебирал в воздухе лапами, щерился и шипел сверху. На мгновение тварь замерла, потом, резко развернувшись, бросилась восвояси.
Мы поспешили к выходу. Не справившись с потоком встречного воздуха, пламя свечи тихо фыркнуло и погасло. В кромешной темноте, на ощупь, временами спотыкаясь и падая, мы неслись напролом. Наконец вдалеке замаячил тусклый свет. Входной люк оставался открытым, и мы пулей выскочили из подвала.
Свежий воздух и дневной свет привели нас в чувство. Дух полыни и запах хвои снова наполнили легкие, а на подрагивающей ладони Геры, загадочно переливаясь, лежало замысловатое тело неизвестного науке насекомого.

Стас закончил рассказ и залпом допил оставшееся в кружке пиво. Ник, ни разу не перебив товарища на протяжении всего повествования, теперь смотрел на него удивлённо и слегка растерянно. Сделав глоток из кружки, он откинулся на спинку стула и с трудом из себя выдавил: - Не верю.
Но Ник солгал. Он верил Стасу и знал, что тот говорит правду. Просто история была столь необычной, что осознание её реальности не могло уложиться у парня в голове.
- Хорошо, - Стас с обидой посмотрел на приятеля. - Я докажу тебе. У меня сохранилось это насекомое. Гера хотел выбросить, но я попросил отдать его мне.
Зазвучала некогда популярная музыкальная композиция в исполнении Фредди Меркури. С кухни пахнуло дымком поспевающего шашлыка. Ник закурил.

У меня есть проблема: я ставлю запятые, там где надо ставить точку - у вас, автор - наоборот.
Но, к сожалению, не это самое страшное))

Спасибо! Есть такой грешок... Люблю излагать короткими и ясными предложениями.

Глава 2. Лабиринты подземки


Золочёная ручка казённого кабинета уверенно подалась вниз. Дверь открылась, и на ковровую дорожку одного из помещений Лубянки ступил человек в сером штатском костюме.
- Товарищ генерал, разрешите?
- Заходи, Сашок. Присаживайся, - генерал снял очки и положил их в футляр.
Пожилой седовласый человек уже несколько лет являлся хозяином этого кабинета. Должность начальника следственного управления и звание генерал-майора он получил четыре года назад. Столь значимое событие совпало с его пятидесятилетием и стало неожиданным, но очень приятным подарком к юбилею.
Валентин Трофимович Звонарёв без сожаления отдал «конторе» лучшие свои годы. Его карьера складывалась на удивление гладко. После окончания училища он попал в войска, где пять лет отработал «особистом». Затем Москва. Оперативный отдел. Наконец - следственное управление, где он дослужился до начальника.
Сейчас, сидя в своём зелёном потёртом кресле, генерал собирался посвятить молодого капитана в детали одного старого, но так и не раскрытого дела.
Возникло оно семь лет назад. К расследованию привлекли группу лучших сотрудников, в числе которых был и отец этого парня - Николай Рассказов. В то время он носил звёзды капитана и считался лучшим другом Звонарева.
Суть дела состояла в том, что в течение года без вести пропало несколько сотрудников одного научно-исследовательского института. Эти учёные занимались исследованиями в области генетики и микробиологии. Они проводили секретные опыты под крылом министерства обороны. Люди исчезали при различных обстоятельствах, и лишь одна особенность объединяла все эти случаи - сотрудники пропадали бесследно. Оставив всё: семьи, квартиры, имущество. Версия о побеге за границу отпала сразу. Другие долго и тщательно прорабатывались, но расследование в итоге положительных результатов не дало.

В последнее воскресенье октября на дачу (тогда ещё к полковнику Звонарёву) приехал его друг Коля Рассказов со своим восемнадцатилетним сыном Сашей - курсантом военного училища. СашОк – ласково называл его полковник. У Звонарёва своих детей не было, и потому к отпрыску друга он относился как к племяннику, возложив на себя обязанности его негласного покровителя. Угловатый черноволосый мальчишка в курсантской форме, Саша с детства мечтал пойти по стопам отца, и такая возможность в недалёкой перспективе вполне могла обрести черты реальности.
Осенний ветер, срывая поблекшую листву с окрестных деревьев, издевался над измученным флюгером и собирал одинокие облака в стада дождливых серых туч. С корявых веток антоновки кое-где свисали янтарные яблоки, а над пожухлой травой стелилась сизая дымка от тлеющих костров.
Мужчины сидели в открытой беседке, пили чай и непринуждённо разговаривали.
- Как продвигается расследование? - осведомился Валентин Трофимович, обращаясь к Николаю.
- Есть кое-что,- ответил капитан, размешивая серебристой ложечкой сахар в чашке с чаем,- но это требует проверки. Завтра еду на осмотр одного любопытного места, которое косвенно связано с этим делом. Надеюсь к вечеру доложить о результатах.
- На чём поедешь?
- Пока не знаю, - Николай достал из портфеля небольшую брошюру с надписью «Атлас автомобильных дорог». - Это здесь, - он остановил палец на одной из красных точек, обозначенных на карте. Она выглядела капелькой крови, затерянной среди петляющих змеек автодорог.
- Не близко, – произнёс полковник, прикидывая расстояние. - Возьми служебную «ауди».
- Нет. «Ауди» - слишком броская машина, возьму «Волгу».
- Ну как знаешь. Поедешь один?
-Может, Санька с собой прихвачу. Пусть опыта набирается!
Лицо Сашки расплылось в умилительной улыбке. Он перестал наблюдать за играющим под столом котёнком и, изогнув правую руку в характерном жесте, завопил: - ЙЕСС!!!
- Но-но, товарищ курсант! Что Вы себе позволяете! - строго осадил его отец, после чего все дружно рассмеялись.

Чёрная «Волга» мчалась по одной из федеральных трасс Подмосковья и всё больше отдалялась от мегаполиса. В салоне находились двое - отец и сын. В кои-то веки они могли провести друг с другом несколько дней.
«Все-таки хорошо, что отец похлопотал перед начальником училища и тот продлил мне увольнительную ещё на сутки», - думал Сашка, разглядывая мелькавшие за окном жёлтые стога соломы.
Через некоторое время «Волга» свернула с магистрали и устремилась по районной трассе. Машин на дороге встречалось немного, и отец прибавил скорость. Проносившиеся за окном стога сменились небольшими копнами. Продолжая любоваться солнечным осенним пейзажем, Сашка вдруг заметил, как на одной из куч соломы что-то сверкнуло. Он забеспокоился. Несколько секунд спустя солнечный зайчик снова вспыхнул в глазах. Это показалось парню подозрительным. Он вспомнил, как во время военных учений точно так же на солнце сверкала оптика снайпера условного противника, который засел высоко на дереве. Тогда Саша доложил об этом командиру и его поощрили за внимательность. Сейчас было такое же чувство. Сашка только и успел произнести: «Па! Ты видел…?!»
Послышался резкий шлепок. Развороченная пулей резина переднего колеса зашаркала по асфальту. Машина резко подалась в сторону обочины. Отец что было сил вцепился в руль и попытался выровнять автомобиль. Через мгновение та же участь постигла заднее колесо.
- Сашка, держись! - это были последние слова отца.
«Волга» резко соскользнула с обочины и, сорвавшись в кювет, выполнила каскад смертельных пируэтов. Завершив последний виток, она прочно улеглась на искорёженную крышу и замерла. Саше повезло. Центробежная сила выбросила его из машины, и он уцелел. Отцу, к несчастью, спастись не удалось.

Саша долго и болезненно переживал гибель родного человека. Но что ни говори, а время лечит. Сейчас, спустя годы, он выглядел возмужавшим, уверенным в себе молодым человеком. Войдя в кабинет начальника, он уселся на предложенный ему стул, с вниманием и уважением глядя на собеседника.
- Что нового? Как мать? - поинтересовался генерал, разглядывая парня.
- Спасибо. Всё по-прежнему, - ответил Саша, раскрывая блокнот для записей.
После смерти отца Сашина мама сильно сдала. Болячки посыпались одна за другой, а год назад случился инсульт. Все обошлось, но выглядела она теперь неважно.
- Передавай привет, - произнес генерал, раскрывая толстенную папку, – на днях заскочу проведать.
- Хорошо, Валентин Трофимович, обязательно передам.
На столе у генерала лежало то самое дело, расследуя которое и погиб Сашкин отец. Его смерть оказалась не единственной. Впоследствии погибли еще два причастных к расследованию сотрудника. Они были убиты при невыясненных обстоятельствах. Складывалось впечатление, что происходит утечка оперативной информации непосредственно из стен «конторы». Расследование застопорилось. Много лет материалы следствия пролежали на полке жирным глухарём в архиве нераскрытых дел. Но недавнее, на первый взгляд не выдающееся происшествие вновь заставило вспомнить об этом деле.

Два дня назад в одном из тоннелей московской подземки поездом был сбит человек. Как он туда забрался, оставалось неизвестным. Тело оказалось настолько изуродованным, что для идентификации трупа органами МВД была назначена дактилоскопическая экспертиза. Личность установить не удалось – человек с такими отпечатками пальцев в базе данных зарегистрирован не был. Тогда оперативники обратились в ФСБ, чтобы идентифицировать отпечатки по их базе. И что же выяснилось? Оказалось, что погибший человек входил в группу исследователей, бесследно исчезнувших в тот злополучный год. И сейчас это кровавое дело вновь лежало перед генералом.
- Не хотелось мне задействовать тебя, Сашок, в этом задании, - деликатно произнёс Валентин Трофимович, - но не предложить тебе я не мог. Мы ведь офицеры. И, думаю, для тебя дело чести довести до конца расследование, начатое ещё твоим отцом. Но это не приказ. У тебя есть время поразмыслить до завтра, и если откажешься, осуждать не стану, так как задание непростое и довольно опасное.
- Товарищ генерал, мне не нужно время на раздумья, - без промедления ответил Саша. - Я берусь за это.
От взгляда Звонарёва не ускользнуло то, как в чёрных глазах парня вдруг вспыхнул и затаился огонёк неуёмной жажды мести, видимо давно тлеющий в глубине его подсознания.
- Ну и ладненько, - генерал подвинул папку к Саше. - Внимательно изучи и можешь приступать. Да, вот еще, одному тебе будет тяжеловато, я дам помощника.
Звонарёв заговорщически улыбнулся и нажал на кнопку селекторной связи: - Вадим, пригласи ко мне старшего лейтенанта Коропец.
Через минуту дверь кабинета открылась.
– Валентин Трофимович! Вызывали?
Перед мужчинами стояла красивая молодая женщина в плотно облегающей военной форме. Её чёрные сияющие волосы были собраны сзади в аккуратный пучок, а небольшой рост с лихвой компенсировался изящной фигурой.
- Проходи, Алёнушка, - генерал указал на место рядом с капитаном. Саша поднялся и по-джентельменски выдвинул стул, предлагая даме сесть. Генерал представил молодых людей друг другу.
- Ближе познакомитесь в процессе работы, - произнёс Валентин Трофимович. - А сейчас за дело.
Он в общих чертах обрисовал специфические тонкости этого задания, временами замедляя темп речи и заостряя внимание ребят на наиболее важных моментах. – Ну, вот вкратце и всё, - начальник посмотрел на циферблат напольных часов, стоявших в углу кабинета. – Мне пора на встречу. Детально изучите дело и приступайте. О ходе расследования докладывать мне лично. Удачи!


Теплым майским утром Алёна стояла у входа в метро рядом с одной из конечных станций московской подземки. Весеннее небо выглядело бездонным и манящим. Слабый ветерок приглаживал обновлённые причёски деревьев. Водопад зелёных красок спускался с пышных шевелюр тополей и растекался молодой травой по залитым солнцем газонам. Аппетитный запах шаурмы, исходивший от торговой палатки, собрал бездомных собак со всей округи. В такую изумительную погоду совершенно не хотелось спускаться под землю. Но служба есть служба. Новоиспечённые партнёры договорились встретиться у этой станции сегодня утром. Они решили более тщательно обследовать то место, где нашли обезображенное тело учёного. Алена пришла пораньше, придерживаясь принципа «лучше подождать, чем опоздать». Одетая в черные джинсы и зелёную футболку с надписью «Я сама» на груди, она стояла у входа в метро, поигрывая мешковатой коричневой сумкой.
На службу в ФСБ Алёна попала, сама того не ожидая. После блестящего завершения учёбы в МВТУ им. Баумана девушку заметили и предложили работу в одном из отделов конторы. Алена, немного подумав, согласилась. Хорошая перспектива и карьерный рост – о чем еще может мечтать молодой специалист! Удачно проведя несколько расследований в составе группы, она получила звание старшего лейтенанта и состояла на хорошем счету у руководства. Несмотря на кажущуюся хрупкость, Алёна отлично владела приёмами рукопашного боя, неплохо стреляла и могла составить конкуренцию многим мужчинам в своём подразделении.

Саша пришёл вовремя. Ещё издали увидев Алёну, он вдруг почувствовал, как внутри него что-то защекотало, потом собралось в небольшой комок и, подскочив к самому горлу, рассыпалось огненным фейерверком по всему телу.
«Как бы не влюбиться,- подумал он, слегка замедлив шаг и предоставив время своим вспыхнувшим щекам обрести естественный цвет. - Этого мне ещё недоставало».
-Привет! - произнёс Саша, подойдя к девушке. - Замечательно выглядишь. - Его взор скользнул по фигуре Алёны и непроизвольно задержался на надписи «Я сама».
-Спасибо, - сказала она, немного смутившись.
-Давно пришла?
- Не очень. Ты знаешь, я вчера еле заснула - всё думала о нашем задании.
- Я сам до трёх ночи просматривал материалы дела, и вот что непонятно. Каким образом этот учёный мог оказаться на рельсах подземки? Когда его нашли, он был одет в специальный комбинезон с оригинальной нашивкой «Биологическая опасность» на рукаве. По вагонам метро в таком «комбезе» вряд ли кто решится разгуливать. Значит, версия, что он сиганул с поезда или его оттуда выбросили, хромает.
-А, может, рядом с этим местом находится какой-нибудь секретный бункер или лаборатория. Ведь ходят же слухи про метро два, подземные города и тому подобное, - предположила Алёна.
-Я думал об этом и даже просмотрел некоторые доступные мне документы, хранящиеся в наших архивах. Ничего подходящего не попалось. Хотя есть источники, в которых не мешало бы покопаться. Жаль, доступ к ним для сотрудников нашего ранга закрыт.
-А генерал? Может он посодействует?
-Вряд ли. Я думаю, к подобным папкам имеют подход лишь те люди, которые тесно связаны с персонами из высших эшелонов власти. Ну да ладно, потом что-нибудь придумаем, - Саша взглянул на часы. - Нам пора.
Они спустились вниз по мраморным ступенькам в поисках кабинета администрации. Переговорив с руководством станции, изложив суть дела, компаньоны направились к месту трагедии в сопровождении прикреплённого к ним рабочего-путейца. Проводника звали Василий. Парнишка лет двадцати пяти, невысокого роста, худощавый, одетый в замасленную робу и с электрическим фонарем в руке. Он шёл впереди, временами приговаривая: «Не отставайте! Не отставайте!»
Группа пробиралась через бесчисленное количество дверей, петляющих переходов, тёмных коридоров, где иногда без фонаря обойтись было просто невозможно. За толстыми стенами временами раздавался гул проносящихся мимо вагонов. Прошло не менее получаса. Наконец они остановились перед небольшой дверью с поржавевшим засовом.
- Пришли,- сказал Вася и принялся разрабатывать тугой запор.
-Василий, а Вы всегда такой неразговорчивый?- поинтересовалась Алёна, обращаясь к хмурому проводнику. За всё время пути он не проронил ни одного лишнего слова.
- Нет! Только когда брожу по этим чёртовым катакомбам.
Наконец затвор противно взвизгнул и отошел в сторону. Металлическая дверь подалась на Василия, но открылась только наполовину.
-А чего особенного в этих подземных закоулках?- продолжала допытываться девушка. – Может, Вы боитесь огромных крыс, которыми якобы кишат эти места.
-Насчёт крыс не знаю. Не видел. А вот призраки и всякие там сгустки энергии достают довольно часто.
-Да?- не унималась Алёна. - И Вы можете об этом рассказать?
Вася поскоблил поросший щетиной подбородок: - А почему бы и нет?
Он на какое-то время тупо уставился в пол. Потом его будто озарило. Парень вмиг поднял глаза и вдохновлённый тем, что его собираются слушать, по-философски произнёс:
- Москва - большой город! Мегаполис! Там, наверху, много хорошего и плохого. Добрая энергия, которую источают любовь, ласка, милосердие, обратившись в маленькие воздушные шары, устремляется вверх, на небеса. Наверное, к самому господу! Бог, должно быть, её собирает, сортирует и раздаёт тем, кому она необходима. А вот зло и ненависть, переполняющие сердца дурных людей, стремятся вниз. Эта бесовская каша некоторое время лежит на поверхности земли, облепляя уродливыми кляксами дороги и тротуары. Наверняка, любой из вас, проходя по улицам города, а может мимо чужой квартиры, иногда ощущал, что спокойное до того сердце вдруг начинало биться сильнее, а в душе поселялись страх и предчувствие чего-то недоброго, неотвратимого. Это означает одно - вы вплотную столкнулись с этой мерзостью. Затем зло начинает просачиваться сквозь землю. Не торопясь, но и не мешкая, оно подбирается к железобетонным сводам подземки. Пройдя трудный путь, ужасное вещество начинает разливаться по пустотам и лабиринтам хорошо подходящего ему подземного мира.
Некоторые люди время от времени могут видеть эту материю. Они даже способны почувствовать её плотность, запустив свои руки в отвратительное желе. Но их единицы. Эта гадость особенно влияет на людей с неустойчивой психикой. Из таких экземпляров и получаются «прыгуны».
- «Прыгуны»? А кто это? - с интересом спросила Алёна.
-«Прыгуны» - это бедняги, которые решают посчитаться с жизнью, прыгнув под колеса проходящего мимо поезда. За время существования подземки подобные случаи не редкость. После такой ужасной смерти несчастные души бедолаг не могут найти упокоения ни на земле, ни на небе. Их призраки неустанно бродят по станциям метро. Перебираясь с платформы на платформу, они словно ищут виновных в своей гибели. Иногда фантомы подходят к людям, одиноко стоящим в стороне, и подолгу всматриваются в их глаза. Глаза, как известно, зеркало души. Словно безжалостные спруты, они запускают свои энергетические щупальца в душу человека. Смакуя и наслаждаясь, призраки медленно вытягивают часть жизненной энергии и отвратительно хохочут, когда ничего не подозревающий пассажир входит в подоспевший вагон и уезжает, растерянный и опустошённый.
-Откуда Вы об этом узнали?- спросила Алёна, недоверчиво посматривая на проводника.
- У меня есть знакомый медиум. Он частенько спускается в подземку и подолгу наблюдает своим «третьим глазом» за всем происходящим. Да я и сам порой вижу: то загадочные силуэты, осторожно крадущиеся вдоль мрачных тоннелей, то одиноко слоняющиеся тени, которые тут же растворяются под яркими лучами прожекторов приближающегося поезда.

Внезапно воздух пришёл в движение. Пробудившийся сквознячок стал быстро набирать силу и за какие-то мгновения грозил перерасти в шквал. Послышался нарастающий шум колёсных пар. Через секунды последовала яркая вспышка. Саша и Алёна, всё это время зачарованно слушавшие рассказ проводника, от неожиданности вздрогнули и зажмурились. Проём приоткрытой двери озарился ярким светом галогеновых фар электропоезда. Спустя мгновение вновь воцарился полумрак, нарушаемый лишь трассирующими всполохами окон проносящихся мимо вагонов.
-Ладно, хватит заливать! Куда дальше идти?- произнёс Саша, обращаясь к «сталкеру».
-Зачем идти? Мы уже на месте. Здесь, в десяти шагах от этой двери, на железнодорожном полотне всё и произошло. Только вам туда нельзя. По этой ветке с интервалом три-четыре минуты на большой скорости проносятся поезда. А перекрывать движение из-за вас никто не станет, - деловито произнёс Василий и, расстегнув верхние пуговицы спецовки, выдохнул: - Фу… Душно.
-Ну, во-первых, если нам потребуется, то перекроют движение не только на этом отрезке пути, но и по всем веткам метро, - сказал Саша, строго посмотрев на проводника. - А во-вторых, само место происшествия нас не интересует. Имеется достаточно видео и фотоматериала, отснятого после обнаружения трупа. Мы хотим осмотреть округу, подходы, помещения, прилегающие к этой территории. Понятно?
Слова и тон, которым их произнес офицер ФСБ, мгновенно поставили зарвавшегося паренька на место.
-А я что? Я ничего. Мне что велят, то я и делаю,- пролепетал Вася и принялся закрывать перекошенную дверь.- Пойдемте посмотрим, что к чему.
Засов лязгнул и встал на прежнее место.

Они двинулись дальше. Поиски продолжались уже более часа и, казалось, не имели результата, когда Вася остановился в нерешительности посреди одной из подземных комнат. Он явно потерял ориентир. Освещение на последнем отрезке пути отсутствовало, и выручал только электрический фонарь, который светил уже не так ярко, как вначале.
- Кажись, я заплутал, - неуверенно произнес Василий.
Луч фонаря беспомощно блуждал по заплесневелым стенам железобетонного сооружения в поисках несуществующего прохода.
-Как заплутал?- воскликнула раздраженная от усталости и холода Алена.- Ты что, шутишь?
-Да в этих грёбаных лабиринтах сам чёрт не разберётся, - выпалил парнишка.- Сами же просили: «Дальше! Дальше веди!» Вот и привел...
- Ладно, хватит паниковать. Действительно же просили, - сказал Саша, пытаясь уладить назревающий конфликт. - Дай-ка фонарь,- он взял прибор из рук проводника и принялся обследовать помещение.
По размеру комната была похожа на небольшой кинозал. Невольное сравнение вызывали полусгнившие откидные кресла, которые стояли ровными рядами и занимали добрую половину помещения. В дальнем углу едва обозначались гранитные ступени, убегавшие вниз. Вдоль шершавых стен, пропитанных влагой и плесенью, кое-где возвышались чёрные промасленные бочки. По всей площади помещения были хаотично разбросаны обломки старых шпал, ржавые крепёжные костыли и кучи полуистлевшей ветоши.
Подойдя к одной из бочек, Саша попытался её наклонить. Емкость оказалась до половины наполнена каким-то веществом. С трудом сдернув приржавевшую крышку, парень принюхался. Запах был специфическим.
«Отработка или мазут»,- сообразил Саша.
- Найди палку, намотай на неё ветошь, только потуже, и тащи сюда,- сказал он, обращаясь к Алёне.- Сусанин! Спички есть?
-Зажигалка,- недовольно отозвался Василий.
-Давай.
Вдруг раздался истошный визг. Саша оставил бочку и пулей бросился к Алёне.
-Та-а-ам! Там кто-то шевелится! Это, наверно, крыса!- заикаясь, промолвила девушка, указывая пальцем на кучу ветоши, в которой она только что копалась.
И, действительно, из вороха тряпок торчала мордочка недоумевающего зверька. Крыса не испугалась людей. Более того, она даже не собиралась убегать. Ее умные глазки внимательно наблюдали за поведением непрошеных гостей, а лоснящийся от влаги бусинка-нос бегал из стороны в сторону, улавливая незнакомые запахи.
- Наверное, у неё там гнездо!- предположил Вася.
-Ладно, не трогайте. Пусть сидит,- Саша вернулся к бочке.
Понаблюдав за пришельцами, животное поняло, что опасность ему не угрожает. Потеряв всяческий интерес к происходящему, крыса вновь зарылась в облюбованную кучу и больше не высовывалась.
Алёна склонилась над следующим ворохом. Предварительно постучав по нему палкой, она с осторожностью извлекла несколько подходящих лоскутов ещё не истлевшей материи и, соорудив некое подобие факела, вернулась к Саше.
- У меня всё готово!
Саша посмотрел на девушку, на волнистый локон её растрёпанной чёлки, на перепачканное лицо в оправе сияющих волос и вдруг снова ощутил те же чувства, которые овладели им сегодня утром, в момент их встречи наверху.
- Устала?
- Конечно, устала! И в ванну хочу! Еще этот Вася ... У-у-ух, не могу!!!
- Ну ладно, потерпи немного. Скоро выберемся.
- Ага! Еще бы знать, куда и как?
-Я что-то нашел! Идите скорее сюда! - загорланил Василий. – Нужен свет.
Он сидел на корточках рядом со ступеньками и разглядывал какой-то предмет, лежавший на полу среди обрывков ветоши. Каменные ступени, находившиеся рядом, круто убегали вниз и растворялись под толщей застоявшейся воды.
-Ничего не трогай. Я сам,- сказал Саша и направился в сторону проводника.
Он подошел к находке и увидел торчавший из-под тряпок ядовито-жёлтый бок кислородного баллона, прикрытого серой материей. Саша сдернул тряпку.
-Акваланг!!!
Все переглянулись.
- Откуда под землёй мог взяться акваланг? И для чего он здесь?- недоумевая, прошептала Алёна.
- Надо осмотреть все кучи в этом зале. Может, обнаружим ещё что-нибудь,- предложил Саша.
-А что с этим делать?- Алёна протянула палку, обмотанную ветошью.
-Ах да. Пошли.
Они направились к открытой бочке, а Василий тем временем принялся обследовать находившиеся поблизости ворохи.
- Подставляй ближе,- Саша наклонил бочку, и черная жижа стала медленно сползать на обмотанное древко. Он поднёс зажигалку. Самодельный факел начал робко разгораться, потрескивая и обдавая копотью и без того перепачканные лица напарников.
- А что? Неплохо получилось!- сказала Алёна, наблюдая за танцующими языками пламени. - И сразу теплее стало, а то я уже замёрзла.
-Ну вот и хорошо! Я пойду к аквалангу, а ты помоги Василию. Когда согреешься, пристрой факел где-нибудь на стене, в расщелине.
Рассматривая баллон, Саша определил, что, если верить показаниям манометра, он чуть меньше чем наполовину заправлен воздухом. Судя по состоянию и внешним признакам, пролежал акваланг недолго - скорее всего, несколько дней.
Сашу насторожила внезапно наступившая тишина. Он обернулся. Его спутники стояли возле кучи тряпок и молча смотрели друг на друга.
- Что у вас там? Чего-нибудь нашли?
Алёна пожала плечами.
- Ничего больше нет. Осталась последняя куча, - она покосилась на ворох, где недавно пряталась крыса.
-Ну и что? – Саша ехидно ухмыльнулся.
-А вот что!- Вася схватил лежавшую рядом огромную дубину и что было сил ударил по тряпью. Раздался душераздирающий визг. Крыса, словно ошпаренная, выскочила из кучи, после чего стремглав бросилась в сторону выхода. Напоследок она подпрыгнула и, продолжая верещать, скрылась в чёрной дыре дверного проёма.
- Зря побеспокоили бедное животное. Под тряпками ничего нет!- сказал Василий и бросил на пол уже бесполезную дубину.

- Хватит резвиться! Лучше идите сюда. Алена, прихвати, пожалуйста, факел.
Саша осмотрел с ног до головы своих спутников. По всему было видно, что они прилично измотаны затянувшимися похождениями.
- Ну что?! Надо выбираться отсюда! – сказал он. - Только сначала необходимо соблюсти некоторые формальности. Этот баллон тащить с собой не резон - тяжеловат! Но и оставить всё как есть мы не можем. Алёна, осмотри внимательнее акваланг. Может, остались какие-нибудь отпечатки, - он передал ей фонарь, а сам направился к ступенькам.
Девушка отдала горящий факел проводнику, достала из сумки необходимые принадлежности и принялась обследовать поверхность баллона.
-Вася, посвети сюда,- Саша указал на затопленные гранитные ступени. – Интересно, откуда здесь столько воды?
Огонь факела, отражаясь от водной поверхности, превратил её в большое сияющее зеркало, где, переливаясь всеми цветами радуги, застыли расплывчатые нефтяные спирали.
-Ну, что скажешь? Дока! Ты ведь специалист по подземным загадкам. Откуда вода?- с иронией в голосе произнёс Саша.
- Это и дураку понятно, - легко парировал Василий.- Грунтовые воды!
-А нефтяные пятна откуда?
- Бочку с мазутом опрокинули, а может что-то ещё.
-В том-то и дело – «ЧТО»?! Ты видишь? Все бочки плотно закрыты. А пол?! Ни одного масляного пятна,- Саша поднял небольшой обломок старой шпалы и бросил его в воду.
-Вы что, обалдели!!!- воскликнула Алёна, стряхивая с волос капли брызг.
- Извини! Я не нарочно! - чуть сконфуженно произнёс виновник недоразумения.- Хотел эту грязь на поверхности воды разогнать. Ничего не видно!
Алёна подготовила желатиновую плёнку и стала аккуратно снимать с поверхности баллона обнаруженные отпечатки пальцев.
После того, как круги на взбудораженной поверхности улеглись, проявились очертания дна. Под толщей воды смутно обозначились контуры нескольких покорёженных стульев и большой бочки. Справа под несущей стеной зияла брешь.
- Я всё сделала,- раздался голос Алёны. - На баллоне акваланга оказалось несколько отпечатков пальцев и отчётливый след ладони. Также в проёме редуктора застряло несколько волосков. На поверхности аппарата повсюду видны следы мазута, а это говорит о том, что его владелец, наверняка, вынырнул из этой лужи или, во всяком случае, успел в ней искупаться.
- Ты думаешь, это именно то, что мы искали?- Саша вопрошающе посмотрел на девушку.
- Точно сказать не могу. Покажет экспертиза. Хотя этот акваланг вполне мог принадлежать какому-нибудь диггеру или другому искателю приключений. Ведь в метро, помимо официального входа, существует множество других путей. Это всем известно! Так что аппарат может быть чьим угодно. В любом случае, то, что находится там внизу, нужно тщательно обследовать.
- Кстати! У меня есть знакомый диггер - Костя. Он со своей командой облазил все канализационные стоки и подземные помойки Москвы. Да и в метро не раз спускался,- вклинился в чужой диалог Василий. - Если нужно, могу познакомить.
- Костя, говоришь?- задумчиво произнёс Саша.- А как его разыскать?
Проводник порылся в недрах своей робы и достал из внутреннего кармана мобильник. Выделив среди сохранённых абонентов имя «Костя «КОТ», он сообщил номер Саше.
- А почему «КОТ»?
- Лезет во все дыры, как кошка. Будете ему звонить, скажите от Васи Колдуна. Он поймёт.
- «Колдуна»?
- Да, это моя «подпольная» кличка.
- Возможно, его помощь понадобится. Ладно! Сворачиваемся! - Саша взял большую охапку ветоши и наглухо укрыл акваланг.
Аккумулятор фонаря приказал долго жить, а угасающий светоч смердел дымом тлеющей ткани, который расползался ядовитым смогом по всему помещению.
Ребята сделали несколько запасных факелов и отправились искать выход.
По пути Саша систематически чертил на стенах памятные метки обломком кирпича, чтобы впоследствии легче было отыскать это потаенное место. Они оказались на соседней станции примерно через час. Расставаясь, Саша попросил Василия держать язык за зубами и обо всем, что с ними приключилось, никому не рассказывать. Они попрощались, пожали друг другу руки и отправились каждый по своим делам. Время, потраченное на поиски улик, могло показаться вечностью, хотя, на самом деле, с того момента, как группа спустилась в подземку, прошло не более пяти часов. Зайдя домой, Алена перекусила, привела себя в порядок, после чего направилась в лабораторию, чтобы подвергнуть экспертизе найденные под землей образцы.


Разъевшаяся зелёная муха сидела на краю заляпанной тарелки с останками пожелтевшей воблы. Ловко орудуя короткими лапками, она приводила в порядок своё изумрудное тельце. Покончив с туалетом, муха приступила к трапезе. В поисках чего-нибудь вкусного она наконец добралась до оранжевых крупинок засохшей икры и принялась беззаботно поглощать деликатес.
Тарелка стояла посредине залитого солнцем стола, у окна небольшой кухоньки, в одной из типовых московских квартир. Стоявший в воздухе запах воблы для обезумевшей от счастья мухи был сладок и приятен. Но её острое обоняние постепенно стало различать другой, не менее изысканный аромат, - дух подсохшего хлеба. Благоухающий сухарь лежал в десятке сантиметров от тарелки и манил неимоверно. Было два пути до вожделенного куска. Первый - взлететь на долю секунды и опуститься прямо на него; второй - сползти по свисающему с тарелки хребту обглоданной рыбы и таким образом достичь места назначения, заодно обследуя и рыбий скелет. Муха выбрала второй. Не спеша пробираясь между острыми костями, она благополучно добралась до липкой клеенки. Проползая мимо коричневого пятна от пролитого пива, она на мгновение замерла. Мухе показалось, будто птица, заслонив на мгновение солнце, метнулась на неё с высоты. Кровавая лепёшка и несколько дёргающихся конечностей - всё, что осталось от незадачливого насекомого.
- Восемь, - злорадно произнес Костя и бросил на подоконник свёрнутую трубочкой газету. - Задолбали мухи.
Костя наклонил бутылку с остатками водки над стопкой, и… зазвонил телефон.
- Это ещё кто?!
Он неохотно поставил посуду на стол и направился в прихожую. Достав из подсумка мобильник, Костя нажал на кнопку приёма вызова и недовольно буркнул: «Да?»
- Алло! Это Константин?
- Слушаю!
- Ваш номер телефона дал мне Вася Колдун. Вы меня слышите?
- Да-да, продолжайте! - Костю насторожил директивный тон говорящего.
- Я являюсь сотрудником федеральной службы безопасности. Нам необходимо поговорить и обсудить некоторые вопросы, касающиеся рода Вашей деятельности.
- Вообще-то я безработный,- не растерялся Константин,- стою на бирже труда, и у меня есть все необходимые документы, подтверждающие это.
Костя – невысокий русоволосый парень, встретивший минувшей зимой своё тридцатилетие. После вчерашней попойки у него раскалывалась голова, и он мечтал быстрее похмелиться.
- Я имею в виду Ваше увлечение диггерством.
«Долбаный Вася. Наверно, стуканул. Сам же в прошлый раз провёл нас в подземку. Теперь что-нибудь повесят. Дело, видно, серьезное. Ведь не менты! ФСБ!!!» - озадаченно подумал Константин, а вслух сказал:
- А что Вас, собственно, интересует?
- Это не телефонный разговор, - вкрадчиво произнёс Саша. – Нам необходимо встретиться, и желательно сегодня.
- Что за спешка? А если я …хм… «не в форме»?
- Ничего страшного.
- Где и когда?- сквозь зубы процедил Константин, смирившись с неизбежностью этой встречи.
- Наверное, будет правильно, учитывая Вашу «форму», мне самому прийти к Вам и обо всём поговорить. Если конечно не возражаете.
- … Хорошо. Записывайте адрес.

Результаты анализа обнаруженных в подземке образцов показали, что отпечатки пальцев и ДНК волос полностью совпадают с теми, что были взяты при обследовании трупа. Алёна немедленно сообщила эту новость Саше. Тот, в свою очередь, попросил девушку не извещать генерала о ходе расследования и обнаруженных находках, пока не появится что-то действительно стоящее, о чём не стыдно будет доложить.

После продолжительного разговора с Константином Саша убедил его в необходимости участия в данной операции.
- Может, тебе и орден дадут! Посмертно!- пошутил он, вспомнив реплику известного киногероя.
После этих слов Костя недовольно скривил рот и задумался.
- А что у вас мало своих специалистов? Почему, непременно, нужно брать людей со стороны? – поинтересовался парень. – Зачем посвящать «чужих» в дела государственной важности?
- Почему же! Профессионалов у нас предостаточно. Беда в том, что они не знают так досконально тех мест, куда мы собираемся проникнуть. А Вы, я наслышан, излазили там всё вдоль и поперёк. Ведь так?
- Ну… в принципе, Вы правы.
- Ко всему прочему, ни в какие секреты посвящать вас мы не собираемся. Просто побудете недолго нашими проводниками.
- В Ваших словах есть резон…
Костя пообещал привлечь к этому делу своего напарника, Алекса Шефера, с которым он и занимался подземными авантюрами. Немедля позвонив приятелю по телефону и заручившись его согласием, Костя обсудил с партнёром план приготовлений и дату предстоящего мероприятия.
- Два дня как минимум. Раньше не уложимся,- произнёс Константин, прикидывая, сколько времени уйдёт на сборы.
-Хорошо,- сказал Саша.- Что из вещей нам потребуется?
- Всё необходимое у нас имеется: гидравлические ножницы, электрические фонари и другое оборудование. Единственная загвоздка - водолазное снаряжение и разрешение на пронос инвентаря в метро.
- Это я беру на себя, – заявил Александр. - Снаряжение я организую через свою контору. Не проблема! Главное, нужно знать ваши размеры, чтобы подобрать гидрокостюмы. Насчёт проноса оборудования можешь не беспокоиться - разрешение будет.
- Хорошо бы подключить к этому делу Колдуна. Он неплохо ориентируется в подземке и может быть полезен.
- Неплохо?! - Саша вспомнил проводника Васю и чуть не рассмеялся. – Хорошо. Привлечем и Василия. Я сегодня с ним свяжусь и поговорю. Только его телефонного номера у меня нет.
- Я Вам дам, - Костя посмотрел на часы, потом представил бутылку с остатками водки, одиноко стоявшую на кухонном столе, после что-то черканул на обрывке газеты. – Вроде обо всём договорились? - он протянул гостю клочок бумаги с телефонным номером. – Теперь мне нужно заняться своими делами.
Костя попрощался с новым знакомым, закрыл входную дверь и отправился на кухню.

Дверной звонок надрывался неистово. Костя отбросил одеяло в сторону и свесил ноги с кровати. Внезапно рядом на подоконнике зазвонил будильник. Парень взял его в руки и, нажимая на перекошенную кнопку, попытался выключить. После нескольких неудачных попыток он положил будильник на постель и накрыл его подушкой.
«Шесть утра. Кого в такую рань принесло?» - подумал Костя и, потягиваясь, пошел открывать дверь. Звонок вдруг изменил тональность, захлебнулся и умолк. Запахло горелой проводкой. Константин сдвинул рычаг, замок щёлкнул и открылся.
У порога стоял его приятель Алекс, немец по происхождению, потомок поволжских переселенцев. Невысокий русоволосый мужчина средних лет. Он считался классным специалистом в области археологии, в совершенстве владел немецким языком и, как Константин, был прожженным диггером. По жизни Алекс был непревзойденным фантазером. В студенческие годы он даже пытался соорудить машину времени. И ему это почти удалось! Жаль подвели законы физики.
Шагнув в квартиру, Алекс ухватил сонное лицо приятеля пятерней ладони и с силой толкнул. Не ожидая от гостя таких активных действий, Константин потерял равновесие и, словно тряпичная кукла, отлетел на стоявший в углу прихожей диванчик, больно ударившись затылком о стену.
- Идиот!!! - завопил Алекс. - Ты что творишь? Мало того, что сам засветился, ты и меня подставляешь. С какой стати ты разоткровенничался перед этим ФСБэшником? Сопли распустил. У тебя мало проблем? Теперь, что ни случись под землёй, всё на нас валить будут. Всех собак повесят.
Костя, очухавшись от неожиданной взбучки, приподнялся и, опершись руками о диван, обиженно выпалил: - Ты что, с дуба рухнул? Чего руки распускаешь? Сам же вчера согласился сопровождать группу.
- А что оставалось? Вы меня перед фактом поставили. Попробуй откажись!- Алекс протянул товарищу руку и помог подняться, после чего тихо произнёс: - Ладно, извини.
- Собственно, чего ты так всполошился? – сказал Костя, потирая ушибленный затылок. – Нам же лучше. Мы убиваем сразу двух зайцев. Во-первых, обследуем новое место, во-вторых, будет свой человек в ФСБ, когда-нибудь да пригодится.
- Погорячился, - виновато произнёс Алекс, соглашаясь с доводами товарища.
- Ладно. Забыли, - Костя подтянул спадающие плавки.- Ну что? Тогда за дело?
- Давай быстрее приводи себя в порядок да пойдем. Времени у нас мало. Все оборудование сложим у меня в гараже, а завтра с утра перевезём на тачке к месту сбора.
- Хорошо. Посмотри пока ящик. Я скоро, - Костя включил телевизор, укрыл пледом кровать и направился в ванную.

Великолепный православный храм привлекал внимание прохожих блеском золочёных куполов. Очертания белых стен, высившихся на фоне плотной синевы предвечернего неба, вселяли покой и умиротворение.
Василий последний раз перекрестился на смиренный образ Сергия Радонежского и направился к выходу. Вечерняя служба ещё продолжалась, но парень редко оставался до конца церемонии. Он не считал себя чересчур набожным, но всё же время от времени посещал церковь, чтобы облегчить сердце и очистить душу. Его мать прислуживала в церкви, и поэтому духовные традиции парню были не чужды.
Выйдя на улицу и включив мобильник, Василий обнаружил на дисплее непринятый вызов. Абонент был незнаком. Вася решил перезвонить.
- Алло! Здравствуйте! Извините, пожалуйста. У меня на определители высветился Ваш номер. Вы мне звонили?
- Привет, Колдун! – произнёс Саша шутливым тоном. – Узнаёшь?
Вася напряг извилины: - Пока нет!
-А о подземном приключении уже забыл?
-Это Вы?!- парень узнал голос недавнего спутника.- Какими судьбами? Как дела?
- Как сажа бела,- сострил собеседник. - Ты лучше скажи, что завтра делать собираешься?
- Работать. Как всегда.
- Есть другая работёнка, - произнёс Саша и, не углубляясь в дебри обстоятельств, посвятил экс-проводника в свои планы.
-Я, в принципе, готов,- чуть взволнованно промолвил Вася, в глубине души радуясь, что сможет поучаствовать в настоящем расследовании.- Только нужно похлопотать, чтобы меня отпустили с работы, а то у нас там аврал.
-Насчёт работы можешь не волноваться. Я всё устрою, как в прошлый раз. Послезавтра приходи к восьми утра на станцию, к тому месту, где мы сегодня разбежались. Смотри, ничего не перепутай!
-А что тут путать! Послезавтра. К восьми утра. На том же ме….
«Средств на Вашем счёте недостаточно, чтобы продолжить данный разговор. Срочно пополните счёт. Извините за неудобства».
Вася от досады чертыхнулся на железную бабу, которая так не вовремя прервала связь. Повернувшись к храму, он совершил крестное знамение, попросил у бога прощения, что помянул сатану близ святого места, и отправился домой, размышляя о своей однообразно текущей жизни, о судьбе, о предстоящем походе.


Пять лучей от мощных фонарей уткнулись в радужное водное зеркало. Четверо мужчин и одна женщина, экипированные для подводного плавания, молча стояли у затопленного подземного перехода и смотрели в сияющий омут. Специфический запах неопрена, исходивший от новых водолазных костюмов, словно символизировал новизну и непредсказуемость предстоящего мероприятия. Зная заранее, что их ожидает, ступили бы они в эту воду? Окунулись бы в пучину неведомого? Как знать!
Тишину нарушил Сашин голос.
- Кто разведает путь? – Он взглянул на спокойные лица диггеров.
-Давайте я, - Алекс опустил на лицо маску, прикусил загубник и двинулся вниз по гранитным ступеням. Возникшие волны потеснили нефтяную пленку, и было видно, как луч фонаря, скользнув по дну площадки, скрылся в глубине бокового прохода. Прошло около десяти минут. В воде снова замаячил свет. Поверхность забурлила, и появилась голова Алекса.
-Там длинный коридор,- произнёс он, сняв маску и освободив рот.- В общем ничего особенного, - Алекс сплюнул остатки воды и продолжил. – Я добрался до самого конца. Дальше тоннель уходит круто вниз. Спускаться в одиночку я не рискнул. Лучше держаться вместе, чтобы нашлось, кому подстраховать.
- Согласен,- произнёс Александр. – Тогда берём снаряжение и в путь.
Оборудование и другие вещи были разложены в герметичные кейсы-контейнеры. В них легко уместились небольшие гидравлические ножницы, личные вещи, а также всё необходимое, что могло понадобиться в предполагаемых обстоятельствах.
Материал, из которого были изготовлены кейсы, по цвету напоминал алюминий, а по качеству оказался прочен и лёгок. Контейнеры могли переноситься как в руках, так и за плечами в виде рюкзаков. На спине у каждого участника группы располагался баллон со сжатым воздухом. Найденный ранее акваланг учёного так и остался лежать нетронутым под грудой старой ветоши. Все участники похода так или иначе ранее сталкивались с водолазным снаряжением и имели некоторый опыт подводных погружений. Все, кроме Василия. Во время инструктажа, посвященного элементарным приёмам использования акваланга и правилам поведения под водой (который Саша провел перед началом погружения), Вася уже начинал жалеть, что ввязался в это дело. Затем, примерив оборудование и немного привыкнув к нему, «колдун» понял, что ничего сложного, в общем-то, нет, и успокоился.
Первыми под воду ушли диггеры, так как являлись самыми опытными. За ними спустилась невозмутимая, а в ответственные минуты даже хладнокровная Алёна. Вася в последний раз окинул взглядом показавшееся ему таким родным подземелье, мысленно перекрестился и отправился вслед за уплывающей девушкой. Саша оказался последним, кого увидела старая крыса, выбравшаяся из кучи тряпья под занавес происходящего. Немного постояв, прислушиваясь к утихающему бульканью воздушных пузырей, она недовольно фыркнула и не торопясь посеменила догрызать остатки шланга спрятанного акваланга.

Группа продвигалась цепью на некотором расстоянии друг от друга. Серые, местами почерневшие стены тоннеля ощетинились порванными жилами ржавой арматуры. Девственная вода оказалась столь прозрачной, что свет от фонаря, разрубая иссиня-черную даль неведомого пространства, долго не терял своей силы.
Добравшись до конца тоннеля, аквалангисты устремились вниз, где их взору открылась обширная площадка, похожая на равносторонний восьмиугольник. Не менее дюжины прогнивших дверей приотворяли путь к скрытым проходам. Саша обследовал каждую. Группа проскользнула в одну из дверей и продолжила путь вдоль извилистого коридора. Замыкающим был Константин. Он плыл, прижимаясь к потолку, и часто оглядывался назад, отгоняя лучом фонаря непроглядную тьму, коварным хищником преследовавшую их по пятам. Далее проход упирался в перекошенную дверь, державшуюся на одной петле. Преодолев ветхое препятствие, люди очутились в небольшом проходном помещении.
Время шло, а череде дверей и коридоров не было ни конца, ни краю. Вскоре внимание Саши привлекло беспокойное поведение Алекса. Тот встревожено поглядывал то на запястье, где находились часы, то на стрелку манометра своего акваланга. Александр понял что, увлёкшись поисками, он совершенно забыл о «точке невозврата». Кто сталкивался с дайвингом, знает, что существует такая временная точка, которая с учетом давления воздуха в баллоне и расстояния до момента всплытия является предельно допустимой. Достигнув этой точки, дайвер должен повернуть назад или уменьшить расход подаваемого из баллона воздуха, что, в свою очередь, создает определённые неудобства и риск остаться под толщей воды. Навечно.
Всё это Саша осознавал, как понимал и то, что находится на правильном пути. По сбитой ржавчине на дверных петлях он доподлинно определял путь следования ученого, а по остаткам воздуха в найденном акваланге легко было предположить, что до всплытия оставалось совсем немного. Взвесив все за и против, Саша жестом дал понять Алексу, что ситуация под контролем.
Следующий проход вывел людей на очередную площадку, как две капли воды похожую на ту, с которой группа начала погружение. За ней находился крутой подъём. Стайка любопытных пловцов, словно усталый косяк диковинных рыб, потянулась вверх, продвигаясь к заветному выходу. В верхней точке подъема луч Сашиного фонаря осветил причудливую конструкцию, сложенную из металлических труб. Они торчали в разные стороны, словно гигантский раскрытый веер. Парень ускорился. Он первым добрался до странного объекта, но нечаянно зацепился ногой за торчавший сбоку провод. Неожиданно сооружение начало распадаться. Огромное опахало превратилось в уродливую кисть исполинского великана, чьи негнущиеся пальцы стали едва заметно расползаться в стороны, захватывая всё больше пространства. Затем, отделившись от основания, трубы устремились вниз, увлекая за собой камни и строительный мусор. Аквалангисты ринулись в рассыпную. Одна труба всё же зацепила Константина и придавила его к стене. Раздался резкий щелчок, потом хруст, хорошо ощутимый даже под толщей воды. У Василия при виде произошедшего по спине пробежала стайка трусливых мурашек. Белки глаз закатились, и он начал медленно сползать по склону вслед за удаляющимися остатками подводной лавины. Алёна поспешила на помощь. Она успела подхватить «колдуна» в тот момент, когда обмякшее тело парня приближалось к торчащей из стены арматуре. Девушка смогла удержать загубник акваланга, выпадающий из его слабеющего рта.
Алекс, находившийся недалеко от Константина, последовал на помощь другу, исчезнувшему в бурлящем облаке воздушных пузырей. Было очевидно: баллон с воздухом поврежден, а что случилось с его владельцем, оставалось непонятным. Алекс просунул руку вглубь пузырькового облака и, нащупав мечущегося в панике друга, освободил его от бушующего акваланга. Набрав воздуха в легкие, он поднёс шланг от своего аппарата к губам Кости. Отброшенный в сторону повреждённый баллон, словно неуправляемая торпеда, устремился вдаль и вскоре скрылся из виду. Пострадавший, но чудом оставшийся в живых диггер принялся с жадностью вдыхать спасительный воздух. Тем временем Алёна растормошила Василия и все не мешкая стали подниматься наверх. Там их поджидал очередной тоннель.
Изрядно потрёпанная группа двинулась дальше. Возглавлял ее, как и прежде, Александр, только плыл он теперь медленнее, чаще оглядывался и временами возвращался назад, если кому-то вдруг требовалась помощь. Через некоторое время Саша остановился у большой ниши, расположенной в кирпичной стене. Он осветил фонарём пространство внутри углубления и обнаружил дверь, покрытую бурым налётом. Дугообразный след на сдвинутом иле однозначно говорил о том, что дверь недавно открывали. Дальше начинались ступени, которые убегали вверх и скрывались в темноте.

Высунув голову из воды, Саша снял маску и наконец-то вдохнул полной грудью. Воздух показался разреженным и спёртым. Пахло плесенью и почему-то свежими грибами. Помещение, где он очутился, было похоже на строительную площадку. Стены выглядели так, словно их много лет назад подготовили к отделочным работам, но почему-то забросили. Толчок в спину заставил Сашу подняться выше и выйти из воды. Вслед за ним появился Костя с приличной ссадиной на лбу, затем выбрались остальные. Продрогшие и обессиленные люди морскими звёздами распластались на бетонном полу подземелья. Отбросив в сторону кейсы, они сняли маски и некоторое время лежали молча, тяжело дыша.
- Да... Попали мы ребятки,- наконец произнёс Александр. - Костя, как ты?
- Сейчас вроде нормально,- Константин ощупал повреждённый лоб. – Кровь не течёт. Сначала думал: «Все! Конец!» Воды прилично нахлебался. Потом чувствую: кто-то трубку с воздухом в рот толкает. Вижу - Алекс, - он повернул голову в сторону напарника и трогательно произнёс: - Спасибо, брат!!!
- Да чего там,- Алекс с укором посмотрел на Сашу. – Дальше-то что будем делать?
- Может, вернёмся? – жалобно просипел также пострадавший Василий.
- Нюни распустили? Как бабы! - стремительно ворвалась в разговор Алёна. – Что делать, что делать…– девушка посмотрела на Алекса и Костю.- Вы диггеры или дерьмо собачье? – выпалила она, не стесняясь в выражениях.
- Ладно, не кипятись, - Саша поднялся с пола и стал стягивать мокрый гидрокостюм. Переодевайтесь во всё сухое, - произнёс он, аккуратно складывая рядом водолазное снаряжение.
Натянув чёрные джинсы и бардовую футболку, Саша принялся завязывать шнурки на кроссовках. Секунду поразмыслив, он закрепил наплечную кобуру, водрузил туда отливающий чёрным глянцем «ПМ» и, надев темно-зеленую штормовку, защёлкнул кейс.
- Гидрокостюмы и акваланги оставим здесь. Если не найдем другого выхода на поверхность, кому-то придется плыть назад тем же путём и доставить сюда пару заправленных воздухом баллонов. Так что не волнуйтесь - под землёй никто не останется. А то, что с нами приключилось, пусть станет уроком. Впредь будем осторожнее.
Последовав примеру Александра, все быстро переоделись, и через пять минут группа могла следовать дальше.
- Зачем Вам оружие? - полюбопытствовал Василий, поглядывая на то, как Алёна подтягивает ремешок кобуры и поправляет рукоять пистолета.
- А, это… на всякий случай, - Алёна взяла в руки «макарова» и демонстративно передёрнула затвор, после чего вставила обойму.
- На какой такой случай? - не унимался Колдун.
- Случаи бывают разные. Например, нападёт на тебя нехороший парень или выскочит из-за угла монстр. Что делать будешь? А?- Алёна улыбнулась и убрала оружие.
-Фонари лучше выключить. Оставим в работе один - этого вполне достаточно, - высказался Алекс. – Так гораздо экономичнее. Кто знает, сколько нам ещё здесь плутать.
Предложение показалось разумным, и все последовали мудрому совету.
- Если все готовы, то вперёд! - Александр поправил закреплённый на спине кейс и двинулся в сторону дверного проёма вслед за блуждающим лучом фонаря.

Небольшой отряд исследователей продвигался гуськом, едва поспевая за лидером. Прямо за Сашей шёл Алекс, надвинув на глаза оранжевую бейсболку. За ним следовала Алёна в чёрном спортивном костюме и бежевых кроссовках. Её распущенные волосы смоляным потоком стекали на серебристую поверхность закреплённого на спине кейса и разбегались по холодному металлу тонкими струйками непросохших прядей. Следующим мельтешил Василий, ритмично пошаркивая брезентовой робой. Замыкал группу Костя в повязанной вокруг головы пёстрой бандане.
Неведомый путь пролегал меж серых идолов бетонных опор, через прогнившие лестницы, вдоль полуразрушенных парапетов, и в итоге вывел к железнодорожной платформе.
Это был станционный перрон с заброшенным пакгаузом, внутреннее убранство которого отсылало к пятидесятым годам двадцатого столетия. По всей длине платформы, в ряд, располагались складские помещения. Их обшитые вагонкой фасады некогда были выкрашены в коричневый цвет.
Замки на дверях отсутствовали. Рядом пролегала железная дорога, которая с одной стороны упиралась в тупик, а со второй - убегала вдаль, растворяясь в темноте подземного мира. Недалеко от тупика на старых рельсах стояла ручная двухместная дрезина, и, судя по всему, она была в превосходном состоянии.
-Давайте осмотрим помещения. Может, обнаружим что-нибудь стоящее, - предложил Саша, пытаясь сдвинуть щеколду на двери одного из складов. - Включайте фонари и осмотрите здесь все закоулки, - он сильно ударил по заклинившему запору обломком кирпича. Железяка взвизгнула и отскочила в сторону. Саша отворил скрипучую дверь и вошёл в помещение. Алёна последовала за ним.
- Да!!! – изумленно произнесла девушка.
На стеллажах и на полу валялись сотни вздувшихся и полусгнивших консервных банок. Алёна взяла первую попавшуюся и поднесла под луч фонаря. С едва различимой этикетки на неё уставилось мерзкое свиное рыло, а чуть в стороне чернели строчки параметров ГОСТа. Выпуск продукции датировался октябрём 1954 года. Помимо банок повсюду валялся истлевший от времени мусор, а также предметы, определить назначение которых теперь не представлялось возможным.
- Что это за место? – спросила Алёна и запустила банку в дальний угол помещения.
- Скорее всего, здесь находились склады, куда стекались грузы, предназначенные для нужд министерства обороны. Отсюда это добро распределялось по хранилищам, где размещался или размещается стратегический запас страны на случай войны или других непредвиденных ситуаций, - высказал предположение Саша. – А весь этот хлам – бракованная и испорченная продукция, которую по какой-то причине не успели утилизировать.
- Думаешь? – Алёна направила луч фонаря на облепленную выцветшими плакатами стену. На одном из шедевров советской плакатной живописи строгая женщина в красной косынке заговорщически поднесла указательный палец к губам, словно произнося звук «тсс», а навязчивая надпись внизу настоятельно рекомендовала: «НЕ БОЛТАЙ!».
- Пойдем дальше, - Саша подцепил ногой электрическую лампочку, что валялась рядом, и, как заправский футболист, запустил её под потолок. Лампа, словно кручёный мяч, взмыла вверх, после чего, опускаясь, налетела на одну из перегородок стеллажа и с громким хлопком разлетелась стеклянным дождём по пыльной поверхности пола.
Выйдя из помещения, они последовали в направлении дальнего склада. Оттуда раздавался нешуточный грохот падающих предметов, звон бьющейся посуды и задорные возгласы, словно внутри бесновались неандертальцы.
- Развлекаетесь? – Саша стоял у входа в разгромленный склад, наблюдая, как трое взрослых мужчин, словно увлеченные забавной игрой дети, крушили все, что подворачивалось под руку.
Все помещения пакгауза выглядели сравнительно одинаково: пОлки, банки, хлам. Все, кроме последнего! В нём были складированы ручные дрезины различных модификаций. Некоторые лежали на полу вверх колёсами, другие находились на стеллажах в разобранном состоянии.
- В принципе, некоторые из них на ходу, - заявил Алекс, на коленях разглядывая детали старого механизма. – Я думаю, необходимо воспользоваться одной из дрезин и продолжить путь по рельсам. Наверняка, железная дорога куда-нибудь выведет.
-А если нет? – засомневался Василий. – Вдруг этот тоннель в каком-то месте затоплен! Ведь может такое быть? Давайте лучше вернёмся обратно. Мне кажется, это будет самым разумным.
- Может быть и так,- задумчиво произнёс Александр. – Но, с другой стороны, дрезина в тупике указывает на то, что учёный прибыл сюда именно на ней. Значит, мы на верном пути. И было бы глупо, забравшись так далеко, прекратить расследование и даже не пытаться узнать, куда ведёт эта дорога. Кстати, не помешает выключить лишние фонари.
- Да, Саша, ты прав! Батарейки надо беречь. Что касается двухместной дрезины, стоящей на путях, то для пяти человек она маловата. Нам скорее подойдёт эта, - девушка указала на четырёхместный механизм, находившийся у стены в углу помещения. – С виду вроде в порядке, - Алена обратилась к диггерам.- Ребята! Посмотрите, в каком состоянии эта штука. Если всё нормально, давайте поставим её на рельсы.
Через полчаса наспех реанимированная конструкция стремительно мчалась по подземной магистрали.

Визг и лязг, издаваемый шестерёночными узлами и старыми подшипниками оригинальной тележки, стократ усиливались хорошей акустикой арочных стен тоннеля, отчего у пассажиров всё внутри переворачивалось. Постепенно детали притерлись, и лишь временами раздавался заунывный стон механического сердца машины да ненавязчивое стрекотание колёсных сверчков. Дрезина, ритмично подпрыгивая на стыках железнодорожного полотна, двигалась легко и без сбоев. Вася и Костя, сидя друг против друга, по очереди тянули мощный рычаг и были похожи на спортсменов, состязающихся в академической гребле. Василий расположился спиной по ходу движения и усердно пыхтел, задавая темп, за которым Константин едва поспевал. Рядом с Васей устроилась Алёна. Она восседала словно кучер на кОзлах экипажа, повернувшись лицом по ходу движения дрезины. Девушка играла роль главного прожектора «локомотива», освещая фонарём мелькающие шпалы, предупреждая о поворотах и временами притормаживая оригинальным ручным тормозом. Саша с Алексом сидели по разные стороны от Константина и были готовы в любую секунду прийти на смену уставшим товарищам.
- Странно, - произнёс Алекс. – Едем уже час, а дороге ни конца ни края.
- Ты прав,- Саша посмотрел на часы, после чего обернулся назад и на некоторое время замер, вглядываясь в черноту убегающего тоннеля. – Необычным выглядит и то, что за все время движения нам не встретилось ничего, что указывало бы на присутствие здесь людей. Такое ощущение, что всё это хозяйство уже много лет заброшено. И мне кажется, преодолев водную преграду, мы оказались по ту сторону «чего-то».
- «Чего-то»?! Что ты имеешь в виду? – насторожился Алекс.
- Видишь ли,… - Саша достал из кармана сигареты и предложил собеседнику.
- Спасибо, я не курю, - вежливо отказался Алекс.
- Я тоже бросаю, - Саша сжал в ладони бело-синюю пачку и зашвырнул в темноту. – Может, и не следовало бы рассказывать, - продолжил он. - Всё же, я пришёл к выводу, что ты, да и все ребята, должны знать, что дело, в которое я вас втянул, непростое. Я бы даже сказал опасное!
- Саша! Может не стоит?! Это все-таки секретная информация,- вмешалась в разговор Алёна.
- Никаких секретов я разглашать не собираюсь. Люди должны знать, на что идут,- ответил Александр и успокаивающе взглянул на девушку.
Он коротко изложил компаньонам историю этого дела начиная со смерти своего отца и заканчивая погибшим ученым, найденным на рельсах подземки. Рассказывал недолго, преднамеренно опустив некоторые подробности, касающиеся тайны следствия.
- Да! Впечатляет! – Костя одной рукой почесал затылок, продолжая второй тянуть рычаг. – Но всё равно, если бы я заранее знал об этом, ни за что бы не отказался от такого приключения, несмотря на все неурядицы, - он осторожно потрогал ссадину на лбу.
Прагматичный Алекс заявил:
- Конечно, о таких серьёзных вещах нужно уведомлять заранее. Не всякий может и согласится на подобное, но что теперь об этом говорить! Дело сделано, - он раскрыл кейс, достал из него несколько аппетитных пирожков, испеченных заботливыми руками матери, и угостил всех.
Василий ничего не говорил. Он с яростью работал рычагом, жадно жевал пирог и вопрошал Бога: «Господи! Когда же всё это закончится?»

Внезапно раздался металлический скрежет. Дрезина замедлила ход и вскоре остановилась. Алена убрала руку с рычага тормоза: - Приехали!
Тележка замерла на распутье перед покосившейся железнодорожной стрелкой. В этом месте тоннель делился на два рукава. Саша соскочил на землю, включил фонарь и стал внимательно осматривать пути.
- Стрелку недавно переводили, - сказал он, разглядывая старый отпечаток рельса, оставшийся на трухлявой шпале. - Хотели запутать следы.
- А зачем так осторожничать? – поинтересовалась Алёна.
- Вероятно, на это были свои причины. Ехать нужно по правому ответвлению!
- Это почему?
- Потому что…
- Вот смотри, - перехватил инициативу Алекс. Он осветил рельс. - Видишь, сплошная текстура ржавчины нарушается полосой более тёмного оттенка?
- И что?- девушка пристально всматривалась в бархатистую ярко-коричневую поверхность.
- Это говорит о том, что здесь не так давно прошло колесо.
-Точно! – Алена, нагнувшись, сместилась чуть дальше и продолжала рассматривать железную дорогу. - А здесь оно притормаживало, - девушка указала на ярко выраженный тормозной след. Она прошла чуть дальше вглубь правого ответвления. - А вот ещё кое-что! - Алёна встала в полный рост, держа перед собой в вытянутой руке странный предмет.
Саша подошёл к девушке.
- Ничего себе! - произнёс он, с удивлением разглядывая предмет. – Это же магнитная карта, - Александр взял в руки запылившуюся пластиковую карточку и протёр ее рукавом штормовки. На жёлтом пластике отчётливо просматривалась цветная фотография, где был изображён человек, похожий на погибшего ученого. Внизу, напротив надписи «Идентификационный номер», находилось тиснение в виде рельефных символов – «ХХК1810».
- Интересная штуковина, - Саша попробовал ее на излом, но пластик едва прогнулся. – Прочная зараза. Она тебе ничего не напоминает? – он вернул находку девушке.
- Да! Точно! Такие или очень похожие на этот электронные ключи используются на некоторых наших объектах для доступа в секретные зоны.
- О чём это говорит? – спросил Александр и тут же сам ответил. – Всё указывает на то, что и погибший учёный, и события, происходящие вокруг, непосредственно связаны с нашей организацией или с одним из её отделов. То есть налицо какая-то двойная игра, но кто устанавливает правила, пока непонятно.
- Ты думаешь? – Алёна заглянула напарнику в глаза. – Намекаешь на то, что в убийстве твоего отца и других наших сотрудников замешаны органы ФСБ?
- Я в этом убеждён, - Саша положил фонарь на дрезину, подошёл к стрелке и переместил противовес в другое положение. Несмотря на ржавчину и плачевное состояние нехитрого устройства, направляющие рельсы лихо перескочили на нужный путь. – Сначала я сомневался, - продолжил он, - но после этой находки всё встало на свои места.
- Где мы хоть сейчас находимся? – словно проснувшись, промолвил Вася. – Я имею в виду под чем?
- А это у тебя надо спросить. Ты ведь у нас проводник, - с иронией в голосе ответил Александр. – А если серьезно, то за всё время пути мы ни разу не пересеклись ни с одной станцией метро, ни с каким-либо другим объектом.
- Скорее всего, эта ветка ведёт куда-то загород, и достаточно далеко, - предположил Константин, перебирая содержимое своего кейса. Он достал компас, сверился с картой подземных коммуникаций, нарисованной от руки, после чего озадаченно произнёс: - По моим расчетам, мы находимся километрах в тридцати к востоку от Москвы.
- Ну ведь когда-то эта дорога должна закончиться?! – без уверенности в голосе предположил Алекс, усаживаясь в дрезину на смену уставшему Василию.
- Когда-то должна, - сказал Саша, устраиваясь напротив. – И чем скорее мы поедем, тем быстрее это произойдёт.
Дождавшись, пока все не разместятся, Саша потянул на себя потёртый рычаг дрезины. Тележка охотно сдвинулась с места и, постепенно ускоряясь, помчалась вперёд, заполняя мелодичными трелями пустоту унылого тоннеля.

Прошло около трёх часов. Несколько раз группа останавливалась в местах, где дорога имела разветвления, и после осмотра путей поездка продолжалась вновь. Наконец под лучом фонаря замелькали железобетонные опоры старой платформы. Алёна остановила транспорт рядом с небольшой металлической лестницей. Поднявшись, группа разбрелась по площадке, для того чтобы осмотреться. Ровная поверхность безупречно уложенных железобетонных плит чередовалась с тонкими прожилками стыковых соединений. Местность оказалась на удивление ухоженной: ни мусора, ни разбросанных предметов, разве что всё вокруг выглядело заиндевевшим. Чуть дальше платформа упиралась в стену, где рядом с глубокой трещиной зияла внушительная дыра полуразрушенного прохода. Подступы к проходу были увиты толстой серебристой паутиной. Её диаметр местами достигал толщины бельевой верёвки. Создавалось впечатление, что здесь потрудилась бригада гигантских пауков.
- Что за чертовщина! - промолвил Алекс, проводя лучом фонаря над обрушившимся проходом, там, где потолок граничил со стеной. Наверху, окутанная паутиной, висела мумия существа никому доселе не известного или же изуродованного до неузнаваемости. Оно застыло в объятьях насильственной смерти, свесив костлявые конечности вдоль вытянутого тела, и было похоже на муху, попавшую в коварную ловушку кровопийцы. Мумия была покрыта густой рыжей шерстью с чёрными поперечными полосками. Само туловище, или то, что от него осталось, принадлежало гамадрилу средних размеров, тогда как морда, застывшая в мучительной гримасе, не имела к обезьянам никакого отношения.
- Ты что-нибудь понимаешь? – спросил Саша, вглядываясь в обескураженное лицо стоявшей рядом девушки.
- Честно говоря, я в шоке, - ответила Алена, разглядывая существо.- Похоже на гамадрила, но с нехарактерным для этого вида волосяным покровом и расцветкой. Насколько я знаю, гамадрилы относятся к семейству павианов. Их часто используют в биологических опытах. Но как эта обезьяна могла оказаться здесь? Вопрос, на который я пока ответить не готова. Ещё обратите внимание на это, - девушка указала на обтянутую высохшей кожей морду, которая не была похожа на удлиненную собачью, что свойственно павиану, а скорее принадлежала особи из семейства кошачьих. – Это какой-то неизвестный, во всяком случае для меня, вид приматов. Я бы назвала его «тигровая обезьяна»!
Неожиданно из глубины прохода послышался нарастающий топот сотен лап или ног (а может копыт?). Подобные звуки можно услышать в поле находясь недалеко от проносящегося мимо табуна.
- Что у вас там? - издали прозвучал голос Константина, который всё это время приводил в порядок разболтавшийся механизм дрезины. Закончив работу, он поднялся на платформу, вытирая руки куском ветоши, и обнаружил своих партнёров застывшими в нерешительности. Василий, оценив положение вещей, принялся шаг за шагом отступать. Через мгновение из глубины прохода сверкнули чьи-то глаза, затем ещё, ещё. Сашина рука, путаясь в складках штормовки, потянулась к пистолету. Алёна уже стояла с оружием наперевес.

Чего?



Пунктуационный ад. И что своё стук сделал?



Худшего способа познакомить с героями я пожалуй и не придумаю.

Дочитал до входа в деревню. Просто неинтересно. Там ведь по сути что происходит? Ничего, обычный быт. Но вот про это вот "ничего" нужно уметь писать. Ну вот смотрите. У вас (а) нет у персонажей характеров. Не выглядят они как живые. Так, какие-то функции. (Б) так как нет персонажей, нет ситуаций. То есть они есть, но поданы, в общем, буквально парой штрихов (тут и обратная зависимость есть. Если взаимодействие персонажей никак не показано, то откуда же взяться характерам?). Картинка получается серая, плоская и замыленная. Что-то более-менее появляется, когда дело касается напрямую сюжета. Ну там, разговор про аномалии в баре или душераздирающая история про яму. Но это всё на фиг не нужно, если самого главного - частников событий - нет. Это как на богато украшенную сцену выпустить случайных людей. Задники красивые, а "актёры" и двух слов связать не могу.

Понятное дело, что хотели написать красиво. Но... язык спотыкается, читая эти строчки. Советую над ними еще подумать.




Я понимаю, что это очень распространенная ошибка. Но когда читаешь, что человек журналист, да еще и писатель, а рядом этот лишний мягкий знак... Поправьте.

И, к слову, совсем непонятно, зачем сказана была фраза "Журналист - профессия на любителя!".




Опять же "творческая аура", насколько я понимаю может возникнуть, когда собираются несколько человек. А тут один. И по вечерам вокруг него появляется какая-то аура...



По всей видимости "за город".




Как-то хотелось пояснее. Правильно ли все-таки понял (не сразу), что главный герой хотел бы десять лет работать, чем так отдыхать?

Благодарю за поправки! Некоторые оказались полезными. Читайте произведение дальше. Многое проясниться и многие вопросы отпадут. С уважением…

Глава 3. Неожиданное открытие

Темно-лиловое облако гигантским забралом заслонило утреннее солнце. Проворная ласточка, завершив очередную фигуру высшего пилотажа, скользнула вниз в предзнаменовании надвигающегося дождя. Конец мая в этом году выдался на редкость капризным. Безоблачная, светло-голубая высь могла в одночасье затянуться мрачными тучами, сменив жизнерадостный солнечный пейзаж дождливым готическим фоном.
Стас лежал на кровати, нежась в утренней полудреме. Он ожидал некоего сигнала к окончательному пробуждению. Их поступило сразу два. Первый – внезапно исчезнувшее солнце (которое до того нежно пригревало правую щёку и приятно щекотало в ухе), отчего лежебока приоткрыл один глаз. Вторым послужил телефонный звонок, завибрировавший надоедливым колокольчиком где-то на периферии просыпающегося сознания.
- Светик! Телефон звонит?! – обратился он к жене, хозяйничавшей на кухне.
- Сам подойдёшь, - возразила супруга. – Я занята, – Света перевернула на сковородке румяный блин. Тот неистово зашипел в кипящем масле и приподнял ноздреватую спину.
По квартире распространился аппетитный дух жареных блинов, а в воздухе повисла сероватая дымка от подгоревшего масла.
Стас откинул одеяло и натянул тапочки. Заглянув в соседнюю комнату, где беззаботно спала маленькая дочка, парень подошёл к журнальному столику, стоявшему возле приземистого кресла цвета «кофе с молоком».
- Алло! – сказал он, откидываясь на мягкую спинку, которая в свою очередь что-то пробормотала специфическим хрустом кожаной обшивки.
- ЗдорОво! – прозвучал возбуждённый голос Ника. – Есть новость! – произнёс приятель, откашливаясь в трубку. – Не просто новость, а, знаешь ли, сенсация!
- Ну, давай не тяни, – Стас сгорал от нетерпения.
История о необыкновенной стрекозе, рассказанная другом за кружкой пива, крайне заинтриговала Ника. На следующий день он зашёл к Станиславу домой посмотреть на это «чудо». Затем Ник поведал о том своей девушке Лизе, работавшей младшим научным сотрудником в лаборатории при НИИ. Лиза заинтересовалась находкой и попросила принести насекомое к ней в институт для исследования. Станислав не стал противиться. Ему самому хотелось непременно узнать, что же это такое.
- В общем, Лиз обследовала твою «зверушку», – произнес Коля, – и просила зайти сегодня к ней в лабораторию, чтобы поговорить по этому поводу. Ты как? Сможешь?
- В принципе, неотложных дел у меня нет, – Стас немного подумал. – Да, сегодня я свободен.
- Ну тогда подтягивайся в центр. Часика через два встретимся у старого кафе на бульваре возле пруда. Оттуда до института рукой подать. А я сдам на работе дежурство и подъеду.
- Договорились, – Станислав положил трубку и отправился на кухню.
- Кто звонил? – спросила Света, водрузив на тарелку подрумяненное произведение кулинарного искусства.
- Это Ник. Просил встретиться по поводу той штуки, – он изобразил машущую крыльями стрекозу, после чего положил столовую ложку белоснежной сметаны на поджаристый блин и, обжигаясь, отправил его в рот.

Приятная, коротко подстриженная блондинка торопливо спускалась по мраморным ступеням. Лиза направлялась в холл здания института, где её давно поджидали друзья. Полы её белого халата временами разбегались в стороны, обнажая стройные ноги. В правой руке девушка несла лабораторный журнал, которым постукивала себя по бедру в такт метрономам-каблучкам.
- Привет! Заждались?– Лиза поцеловала Ника в щеку и взглянула на Стаса. – Давненько тебя не видела! Вроде немного осунулся, или мне показалось? – она кокетливо наклонила голову. – Жена что ли не кормит? Кстати, как там Светка с малышкой?
- Всё в порядке. Привет тебе передавала.
- Взаимно. Передай и ей, – Лиза улыбнулась и, надев маленькие очки в бирюзовой оправе, превратилась в строгого руководителя. Она раскрыла журнал с записями. – В общем, дела такие, – девушка наморщила лоб, собираясь с мыслями, отчего на нём появились тонкие ниточки морщинок. – Экспертиза показала, что объект – ну эта ваша стрекоза – вовсе не стрекоза, а генетически изменённый вид насекомого. Мутант, проще говоря. И, не углубляясь в особенности строения ДНК этого существа, мы можем с полной уверенностью сказать, что налицо не вмешательство господне, не выкрутасы природы, а что ни на есть – дело рук человеческих. Да, да! Короче, мой шеф как это увидел, велел срочно связаться с тобой, Стас, и убедить в необходимости обследовать то место, где было найдено насекомое. Если я заручусь твоим согласием, он готов хоть сейчас организовать научную экспедицию и выделить необходимые средства для реализации этого проекта. Что скажешь?
- Научную экспедицию? Это круто! – Станислав посмотрел на друга.
- Ну, это я немного утрировала. На самом деле поеду я, ты и два-три помощника.
- Помощники? А я случайно в помощники не сгожусь? – спросил Ник, с улыбкой взглянув на девушку.
- Не исключено! – Лиза взяла Колю под руку и прислонилась щекой к его плечу. – Только у тебя же работа!
- Работа? У меня за этот год набралось столько отгулов, что неделю-другую я спокойно могу поучаствовать в какой-нибудь экспедиции. Хотя, мне кажется, всё это – пшик.
- Вполне возможно, но обследовать это место мы должны. Да? – Лиза посмотрела на Стаса, ожидая его реакции.
- Честно говоря, я немного ошарашен таким известием и хотел бы немного переварить всё это. Уложить, так сказать, в своих мозгах.
- Давай помогу! Что тебя тревожит?
- Да, в общем-то, ничего, если не брать во внимание, что я давно сижу без работы и практически без бабла.
- А у тебя есть подвижки с работой? – Лиза заглянула Стасу в глаза.
- Пока нет.
- Тогда в чём дело? Если ты согласишься на участие в экспедиции, тебя временно возьмут в штат, выделят зарплату; кормёжка, спецодежда. А? Что не устраивает?
- Я не сказал, не устраивает. Дело в деньгах.
- По этому поводу можешь не беспокоиться. Я договорюсь, и тебе выделят аванс.
- Хорошо. Сегодня со Светкой посоветуюсь. Завтра утром дам ответ, – Стас посмотрел на задумчивое лицо Ника. Тот одобрительно кивнул. Собеседники сменили тему, и разговор перешёл в другое русло.

Ребята сидели на синей свежевыкрашенной скамейке у края небольшого сквера недалеко от своего двора. Они успели зайти домой пообедать и теперь расслаблялись, вкушая прохладное ванильное мороженое.
- Что скажешь? – спросил Ник, бросая блестящую обёртку от съеденного десерта в урну. – Светке уже сообщил?
- Ты насчёт поездки? – Стас достал из кармана рубашки сложенный вчетверо листок белой бумаги и развернул. – На. Смотри.
- Что это? – спросил Ник, читая записи. – Какой-то список… – он с недоумением посмотрел на друга.
- Вот именно. Список. Мы с ней уже прикинули, что мне потребуется с собой.
- Ты молодец! Быстро обработал, – произнес Ник, изучая «манускрипт».
Небо внезапно потемнело. Принялся накрапывать дождь. Одежды голубых елей, высившихся стражниками по всему периметру зелёной площадки, приобрели асфальтовый оттенок и покрылись хрустальными каплями небесной влаги. Воздух наполнился ароматом хвои и стал необычайно свежим.
- Чего мокните, парни?! – раздался голос со стороны проезжей части.
- Ничего себе! – воскликнул Ник, поднимаясь с намокшей скамейки. – Смотри, Стас! – сказал он, указывая другу на остановившийся поблизости новенький «Порше-Кайенн» цвета спелой вишни. – Жорик!!!
- Какой я тебе «Жорик»?! – с напускным раздражением ответил полноватый молодой человек в бежевом льняном пиджаке и продемонстрировал вопли клаксона своего престижного авто.
- Ну извините! «Жорж»! Так подойдёт? – продолжал издеваться Ник, протягивая водителю руку в открытое окно автомобиля.
Хозяин «Кайенна» поздоровался с друзьями и произнёс: – Ныряйте в тачку.
- Ага, в тачку! А Лео? – Стас указал взглядом на гладкошёрстого фокстерьера, едва различимого за тонированным стеклом задней двери внедорожника.
- Не бойся! Он «своих» не кусает, – сказал Георгий, дав псу команду перебраться на переднее сиденье.
- Круто, Жора! – сказал Стас, забираясь в авто вслед за Ником. – Месяц назад на «бумере» рассекал, а сегодня уже – «Кайенн»! Балует тебя папаша. Балует.
Этот толстячок (так его в детстве окрестили ребята) был единственным сыном президента крупного нефтегазового концерна. Парни дружили давно. Заводилой и авторитетом в их компании считался Станислав; защитником и своего рода «убойной силой» – физически развитый Ник, а роль «мальчика на побегушках» и объекта для подтруниваний да мальчишеских шуточек, без сомнения, отводилась Жоре.
Он терпеливо сносил язвительные реплики по поводу своего веса. Не обижался и потом, когда повзрослевшие ребята, ухлёстывая за девчонками, не брали его с собой. Но, как бы то ни было, они оставались друзьями и в случае возникновения реальной проблемы или опасности стояли друг за друга горой.
Год назад богатенькому папе Жоры в счёт неоплаченных долгов отошёл чей-то магазинчик. Отец недолго думая назначил своего сына управляющим этого бутика. Работа в магазине была отлажена хорошо. Жора появлялся там раз в неделю, снимал бабки, а всё остальное время гонял на машине да развлекался в своё удовольствие.
- Куда намылились? – спросил Жорик, протягивая друзьям раскрытую коробку с дорогими конфетами.
Ребята коротко рассказали приятелю о своей затее.
- Про меня совсем забыли? – возмутился толстяк.
- Ты у нас человек занятой. Капиталист! Или, как там его, – сатрап! – Стас пятерней взъерошил чёрную кудрявую шевелюру друга и покосился на фокса. Тот оскалился и предупреждающе зарычал. – Спокойно, Лео! Спокойно! – парень отвёл руку, и пёс успокоился.
- Какой, на хрен, капиталист? Слоняюсь целыми днями по клубам или вот – на тачке разъезжаю.
- А люди за тебя пашут. Сатрап и есть! – ухмыльнулся Ник.
- Ну чего, мужики? Я так и не понял, берёте вы меня с собой или нет? Я вам пригожусь. Костёр развести мне под силу. Плюс тачка будет под рукой, – Жора постучал по упругой торпеде своего железного коня.
Ребята переглянулись.
- В принципе, можно, – сказал Стас. – Только мы ещё не знаем, когда поедем. Может завтра, а может через неделю. И насколько уезжаем – тоже неизвестно. Бутик твой без присмотра останется?
- Будь спок! – самодовольно произнёс толстяк. – Торговля отлажена. За два-три дня ничего страшного не произойдёт.
- Хорошо, – закрыл тему Ник. – Я поговорю с Лиз. А теперь прокати нас с ветерком! – сказал он и пристегнул ремень безопасности.

За окном занимался рассвет. Переполненный людьми и снаряжением внедорожник мчался по пустынному шоссе в сторону далёкого железнодорожного поселка. Багровое солнце, показав раскалённую макушку, поднималось над горизонтом безликим пламенным божеством, рассекая утренний туман розоватыми клинками зарождающихся лучей.
До места назначения оставалось около часа пути. Развалившись на переднем сидении, Стас развлекал водителя «бородатыми» анекдотами. Он лишний раз не рисковал пошевелить ногами. Рядом, на полу, расположился едва угомонившийся фокс. Ник с Лизой, обнявшись, дремали на заднем сиденье. По соседству, отрешённо уставившись в окно, расположился Гера, которого с трудом удалось разыскать в его захолустной лаборатории.
Подъехав к поселку, Стас не узнал его. Бóльшая часть селения выгорела во время лесного пожара. Осталось с полсотни домов, расположенных непосредственно вокруг железнодорожной станции. Вдалеке, вплоть до самого леса, находившегося на приличном расстоянии от последнего уцелевшего строения, местами торчали обгоревшие стропила да кое-где высились кирпичные трубы от устоявших после пожарища почерневших печей. Запах гари витал над пепелищем. Хотя, честно говоря, пепла уже не было. Пожар, по всей видимости, случился прошлым летом. Округа успела порасти бурьяном и молодой крапивой.
- Да... Дела, – почесал затылок Стас, подъезжая к месту, где раньше находился профессорский дом. – Остановимся там, – сказал он, указывая на высокие кусты.
- А почему в кустах? – поинтересовался Жора.
- Почему, почему… в целях маскировки, – постучал по голове друга раздраженный его тупостью Станислав. – Зачем людям лишний раз на глаза лезть?
Выгрузив из машины необходимые вещи, команда собралась в кружок.
- Когда мы проезжали мимо перрона, слева, я заметил небольшую автостоянку, - произнёс Ник, обращаясь к Жоре. – Советую отогнать машину туда. А то в этом захолустье от неё уже к обеду ничего не останется.
-Я, скорее всего так и сделаю, – ответил тот, забираясь в автомобиль.
-А мы, – продолжил Николай, – поищем вход в подвал. Кстати, я видел в багажнике сапёрную лопатку. Ты не возражаешь, если я её заберу?
- Возьми. Только зачем она тебе? – поинтересовался Жорик. – Ведь есть же кирка и штыковая лопата.
- Ничего. Лишний инструмент не помешает.

Для того чтобы вспомнить расположение комнат и подсобных помещений, сгоревшего дома, потребовалось время.
- Так, – пытался сориентироваться Стас, – здесь был люк в подвал, – он покопался в золе и извлёк деформированное бронзовое кольцо. – Точно. Значит, память еще не отшибло. Дальше…
- А дальше ты обнаружил потайную дверь, – произнес Гера, забравшись на выдающийся среди разрушенного фундамента холмик.
- Стас! Ты ещё упоминал о каменных ступенях, – заметила Лиза, обходя возвышение вокруг.
- Ну, вот и я. Как продвигаются дела? – произнес запыхавшийся толстяк, карабкаясь на развалины.
- Что-то ты быстро вернулся. Боялся, без тебя уйдём?! – улыбнулся Ник, подавая приятелю руку. – Тачку пристроил?
- А ты сомневался?! – сказал Жора, подбираясь к месту, где столпилась группа. – Всё по уму. Стоянку оплатил за сутки, – он достал из кармана кожаной куртки квитанцию и помахал ею в воздухе. – Ну, что здесь? – борясь с одышкой, парень принялся разгребать ногой обгоревшие черепки.
- Держи, бойскаут! – Стас протянул энтузиасту небольшую кирку. – Действуй!
- А чего делать-то? – Жора озадаченно взял в руки инструмент и застыл в нерешительности.
- Дай мне! – Гера забрал кирку. – С этим орудием труда мне не раз приходилось сталкиваться, – и он принялся ловко размахивать замысловатым молотком, всё больше углубляясь в сердце холма.
- Достаточно! Кирка больше не нужна, – произнёс Стас, вонзив в рыхлый грунт штыковую лопату.
Через четверть часа внушительная яма оградила друзей от остального мира крутой насыпью.
- Есть! – воскликнул Ник, усердно орудовавший сапёрной лопаткой.
- Что там? – Лиза нагнулась, пытаясь рассмотреть звякнувший предмет.
- Это первая ступенька каменной лестницы. Там, дальше, должна быть дверь, за которой расположен вход в штольню, – прокомментировал Гера.
- Первая? – спросил Жора. – А сколько их всего?
- Десять или пятнадцать, – удовлетворил Станислав неподдельное любопытство товарища. – Честно говоря, я их не считал, – добавил он и принялся дальше освобождать одну за другой проявляющиеся белые ступени.
Через некоторое время появилась чугунная петля, за ней – другая. Вскоре массивная дверь была полностью высвобождена из-под завала.
- Наконец-то! – выдохнул Ник, утирая с перепачканного лба капельки мутного пота.
- Удивительно, что под таким большим давлением земли и мусора дверь всё же оставалась закрытой. Её словно заклинило, – произнёс Гера.
- Ничего странного, – сказал Ник. – Её держит вот эта штуковина, – он выдернул металлический прут, застрявший под одной из петель, после чего дверь осела и немного подалась вперёд.
- Ну… С богом! – Стас надавил на преграду, отделявшую свет от тьмы, и отворил проход в неизвестность.

Первым в темноту нырнул Лео. Пока ребята занимались оставленными наверху вещами, пёс успел вернуться. Он уселся возле прохода, внимательно наблюдая за действиями людей.
Ношу распределили исходя из физических возможностей каждого. Вооружившись электрическими фонарями, исследователи ступили в подземелье.
- Как насчёт двери? – спросил Стас, глядя на товарищей.
- Может, её лучше чем-нибудь припереть? – предложила девушка. - А то местные хулиганы влезут да перепугают до смерти. Я, честно говоря, и так темноты побаиваюсь, – Лиза прижалась к руке Ника, затем поцеловала его в щеку.
Стас подошёл к двери и попытался её закрыть. Чугунные петли словно срослись. Тогда на помощь пришёл Жора. Он навалился всем весом. Стас надавил ещё. Дверь поддалась и с грохотом захлопнулась. Наступила мёртвая тишина. Затем снаружи послышался шорох. С насыпи сорвался ком земли. За ним ещё один. И вот уже лавина золы и мусора устремилась вниз.
- Скорее, дайте что-нибудь! – закричал Стас, обращаясь к застывшим в растерянности друзьям.
Ник рванулся вперёд, подобрал одну из валявшихся на земле полусгнивших досок и подставил её в распор между полом подземелья и дверной ручкой.
Шум снаружи вскоре утих, но возникла серьёзная проблема.
- Что произошло? – испуганно прошептала Лиза.
- Ребятки перестарались с дверью, – прокомментировал Ник. – От сильного удара земля содрогнулась, и это спровоцировало оползень. Так что все мы теперь погребены под землёй заживо, – парень направил луч фонаря себе в лицо и, состроив необычайно противную рожу, заверещал, издавая какофонию потусторонних звуков.
- Прекрати, Ник! Чего делать-то? – ещё больше испугавшись, пролепетала девушка.
- Ну, в принципе, большой беды нет, – успокоил всех Стас. – Только выкапываться часа два придётся. Благо инструмент с собой.
- Хватит паниковать. Выберемся! – поддержал Станислава Герман.
- Значит так! – Ник направил яркий луч фонаря в потолок штольни, и стало светло как днём. – Нам необходимо распределиться. Стас! Ты, пожалуй, иди первым, так как немного знаком с этой местностью. За тобой – Гера. Потом Жора, Лиз. Я буду замыкать группу. Возражения есть?
- Да какая разница, кто за кем пойдёт?! – выступил Жорик.
- Не скажи! – поучительно произнёс Стас. – Среди нас должны быть элементарные порядок и дисциплина. Если этого не будет, непременно жди беды. Так, насколько я знаю, заведено везде: в армии, в горах, под водой и, конечно, под землёй.
- Ты меня убедил! – согласился Георгий. Он подтянул повыше рюкзак, громыхнув алюминиевым котелком, окинул взглядом мрачные стены подземелья, и торжественно добавил: - Я готов!

До места, где ребята повстречали двуглавого зверя, группа добиралась недолго. Единственным препятствием на пути стал незначительный обвал левой стены тоннеля, произошедший после «спринтерского забега» перепуганных исследователей, когда те спасались от страшной крысы. С этой проблемой справились быстро. Дальше оказалось сложнее. На развилке, где заканчивался основной тоннель и начинались три узких штрека, возникла дилемма – куда двигаться дальше?
Посовещавшись, приняли решение: Лиза и Жора готовят обед из имеющихся запасов, остальные отправляются на разведку прилегающей территории.
- Надеюсь, кофе все будут? – спросила девушка, выставляя большой термос на импровизированный столик, наспех сооружённый из трухлявых досок развалившейся опалубки.
- Делайте бутерброды, – произнёс Ник, направив луч фонаря в чёрную дыру одного из проходов. – Мы скоро, – ребята переглянулись и вскоре исчезли. Каждый отправился обследовать вверенный ему штрек.
Обеспокоенный Лео сначала увязался за Стасом, затем с лаем выскочил обратно и рванул в правый проход, за Германом, после чего вернулся и, немного поскулив, улёгся у ног хозяина, наблюдая, как тот раскладывает аппетитные кусочки колбасы на ароматные булки.
Стас и Ник отсутствовали недолго, а вот Гера задержался. Когда ребята были уже готовы отправиться на его поиски, из глубины тоннеля послышались шаркающие шаги. Через минуту, сверкая линзами очков, появился Герман.
- Я не слишком долго? – спросил он с извинительными нотками в голосе. Затем, подойдя ближе, повесил фонарь на торчавший из стены кусок опалубки и возбуждённо произнёс: – Смотрите, что я нашёл!
Парень вытянул вперёд руку. В его пригоршне лежало три шарообразных предмета. Самый крупный был размером с теннисный мяч. Шары напоминали грибы-дождевики и излучали приятное для глаз фиолетовое свечение. Воздух наполнился грибным ароматом.
- Подобные шарики мы видели в обрушившемся торфянике два года назад! – произнёс Стас, взглянув на Геру. Тот весело улыбнулся и утвердительно кивнул. – Где ты это нашёл? – Станислав взял один гриб, понюхал и попытался лизнуть.
- Ты что, дурак? – Ник задержал руку приятеля, пытавшегося совершить непростительную глупость. – А если он ядовитый?
- Понюхай! Чувствуешь, какой аромат? У ядовитых грибов практически нет запаха. За редким исключением, – ответил Стас и снова потянул его в рот.
- Лучше не будем рисковать, – сказала Лиза, забирая диковинное растение из рук компаньона. Она направила луч фонаря на фосфоресцирующий шарик, затем разломила его и стала разглядывать пористую плоть. - На первый взгляд обыкновенный гриб… только светящийся. На обратном пути нужно взять образцы и отправить в лабораторию.
- Где ты их нашёл? – спросил Стас, разглядывая самодовольное лицо Германа.

- Оказавшись в узком штреке, я стал с опаской пробираться вперёд, – начал рассказ «следопыт». – Метров через десять торфяной рукав повернул вправо, затем круто пошёл в низ. Я спускался дальше по подобию ступенек, пока коридор снова не принял горизонтальное положение. Если в начале пути приходилось идти пригнувшись, задевая локтями стены, то дальше я передвигался свободно, выпрямившись в полный рост, не опасаясь при этом разбить себе лоб. Затем вдалеке показалось таинственное свечение. Словно десятки гигантских светлячков притаились в тишине. Я инстинктивно выключил фонарь. Мне сразу вспомнился первый поход в планетарий – так красиво и завораживающе выглядел этот свет.
Не буду кривить душой – я сильно перепугался. В голове возникли образы двуглавых крыс, гнездящихся в потаённом логове. Потом показалось, будто огромные пучеглазые мокрицы уставили на меня горящие бельма. Но затем в сознании всплыла огромная яма, в которую я едва не свалился во время нашей командировки, и светящиеся грибы. После я без труда провёл аналогию, взял себя в руки и, включив фонарь, подошёл к светящимся шарикам. Продвигаться дальше было невозможно. Ветхая штольня заканчивалась крутым завалом. Что ни говори, а одному жутковато в этом подземном краю. Взяв несколько грибов, я поспешил обратно.
- А что в соседних штреках? – Гера с любопытством посмотрел на ребят. – Вы что-нибудь обнаружили?
- Ничего особенного. Оба прохода через несколько десятков метров упираются в огромный валун. Пройти дальше нереально. А вот тебе повезло, – Станислав плеснул на руки «грибнику» немного воды, протянул бумажную салфетку, а затем подал пластиковый стаканчик с кофе и бутерброд.
- Даже если мы больше ничего не найдём, – произнесла Лиза,- эти изумительные грибы ещё принесут нам известность. Одно это открытие делает нашу поездку полезной и ненапрасной. Жаль только, что все эти тоннели ведут в тупик, – с сожалением добавила девушка, и на её миленькое личико опустилась тонкая паутинка грусти.
- Оставайтесь здесь. Мы скоро! – Ник посмотрел на друзей и, встретившись взглядами со Стасом, добавил: – Пойдем посмотрим.
Взяв некоторые инструменты, ребята направились в таинственный штрек. Добравшись до завала, который расстроил дальнейшие планы группы, Ник обнаружил справа от насыпи приваленную грунтом нору. Рядом пролегала натоптанная тропка с множеством отпечатков когтистых лап.
- Что скажешь? – Ник взглянул на друга.
- Я думаю, ты и сам догадался, – ответил Стас, пытаясь просунуть длинную доску в загадочную нору.
- Полагаешь, крыса?
- Ну не бобёр же! – произнес Станислав, проталкивая глубже застрявший на полпути горбыль. – Нора не прямая, – он сместил деревяшку немного в сторону, и она продвинулась ещё на несколько десятков сантиметров.
- Стас, как ты думаешь, почему грибы растут только здесь, рядом с завалом, а дальше, смотри, – пусто?
- Я размышлял над этим. По-видимому, они родом из тех мест, – он кивнул в сторону обрушения, – а сюда их споры занесли животные на своих лапах, или насекомые. Но здесь им, судя по всему, не очень комфортно. Может, среда другая или воздух не тот. Они словно увядают.
- Действительно! – Ник поддел мыском ботинка кучку почерневших шариков, и они рассыпались в прах.
- В любом случае нам необходимо заглянуть по ту сторону завала, а уже потом делать выводы и высказывать предположения.
- Тогда чего мы ждём? Давай копать! – Ник взял в руки кирку.
- Здесь, пожалуй, можно обойтись одними лопатами, – сказал Стас, и друзья принялись за работу.

- Куда вы пропали? – раздался голос Геры из дальнего конца коридора. – Лиза волнуется. Три часа здесь торчите, – он спустился с земляных ступенек в тот момент, когда лопата Стаса пробила сквозную дыру в остатках торфяного заслона.
- Есть! – воскликнул Станислав, и ребята втроём принялись расширять образовавшееся отверстие.
Через четверть часа от завала остались лишь разрозненные скопления грунта.
- Путь свободен! – радостно произнёс Ник.
Картина, возникшая перед взором подуставших ребят, поражала своей красотой и праздничным убранством. Мрачная штольня неожиданно обрела сказочный вид. Сияющие шары находились повсюду: на потолке, стенах, на полу. Электрические фонари оказались лишними – настолько насыщенным было свечение. Через некоторое время вся группа была в сборе. Друзья с нескрываемым восхищением любовались природной иллюминацией. Беспокойный Лео неоднократно порывался пройтись по освещённому коридору, но его будто что-то удерживало. Наконец, набравшись смелости, он с разбега влетел в светящийся тоннель и, ступив на грибы, заскользил, словно на коньках. Проехав несколько метров, он с пробуксовкой ринулся обратно и спрятался за спинами безудержно хохочущих ребят. Весёлое ликование и смех ещё долго раздавались под сияющими сводами старой штольни.

Все характеры живые, а временами даже чересчур! Прочитав две строчки трудно судить о произведении и тем более писать о нём отзывы. С уважением…

Вскоре группа двинулась дальше. Люди шли по неоновому ковру, оставляя за собой слизкие лепёшки из раздавленных грибов. По мере продвижения вперёд растений не становилось меньше. Напротив, они заполонили подземное пространство, словно вездесущая плесень, оккупировавшая заброшенный подвал.
Забыв о времени, ведомые любопытством и жаждой познания, исследователи наконец оказались в необычной пещере, напоминавшей полость глиняного кувшина, откуда брали начало несколько новых проходов. Это были уже не рукотворные штреки, по которым друзьям приходилось пробираться до настоящего времени, а рукава пересохших каналов, где по стенам некогда бежали неудержимые потоки грунтовых вод.
- А ведь прав был Михаил Александрович, высказав фантастическую гипотезу по поводу подземных лабиринтов (впрочем, она оказалась не такой и фантастической), – вспомнил Стас своего коллегу по экспедиции. – Действительно всё так и есть, – добавил он, проводя ладонью по шершавой стене пещеры.
- Посмотрите, сколько здесь нор! – воскликнул Гера, подойдя к одной из них и прислушиваясь. Откуда-то из глубин подземного мира доносились слабые звуки плещущейся воды.
- Это, наверное, река, – произнесла Лиза и задумалась.
Беспокойный день, начавшийся для путешественников ещё затемно, незаметно подходил к концу. Пришла пора задуматься о ночлеге. Расчистив территорию и сдвинув в сторону грибные россыпи, каждый подготовил себе место для отдыха. После неприхотливого ужина, состоявшего из мясных консервов, хлеба и сока, все улеглись спать. Хотя люди находились глубоко под землёй, холода или недостатка в кислороде они не ощущали. Насыщенный приятной свежестью воздух располагал ко сну. Утомлённый Лео, предварительно обнюхав все углы пещеры, забрался под бок уснувшему хозяину и, справившись наконец с надоедливой блохой, затих.

Ночь прошла спокойно. Ребята проснулись отдохнувшими и посвежевшими.
- Что за воздух! – произнесла Лиза, поднимаясь на ноги и расталкивая лежащего рядом Ника. – Такое ощущение, что я спала этой ночью в хвойном лесу. Голова лёгкая, мысли ясные. Кто-нибудь может объяснить, почему так? Мы же находимся глубоко под землёй!
- Я тоже сейчас подумал об этом, – Гера умылся из пластиковой бутылки и надел очки. – Возможно, эти грибы не только отличные осветители, но и замечательные кислородные генераторы. По-другому я не могу объяснить это явление.
- Всё, конечно, замечательно, – Стас взял один из приготовленных бутербродов, разлил по стаканчикам остатки холодного кофе и уселся на рюкзак. – Давайте лучше прикинем, как нам быть дальше, – он отхлебнул из стакана кофе и посмотрел на друзей. – Зашли мы достаточно далеко, но никаких насекомых, а тем более животных, нам так и не повстречалось, если не считать блох, замучивших Лео, - пёс словно понял, что разговор зашёл о нём, перестал чесать за ухом и принялся лакать налитую в вощёную тарелку воду. – Может, пора уже и к дому? Ещё неизвестно, сколько времени выкапываться придётся.
- Стас, неужели тебе совсем не интересно, что там дальше? – произнесла Лиза, состроив ехидную улыбочку.
- Мне, конечно, интересно, – ответил парень, потуже затягивая шнурки на кирзовых ботинках. – Ты же знаешь, какой я экстремал. Но с годами я всё больше становлюсь прагматиком, – он посмотрел на девушку и продолжил: – В этих подземных лабиринтах без специальной подготовки и снаряжения можно так заблудиться, что никакие спасатели не найдут. Да и кто знает, где искать? Твой руководитель? – Стас достал из рюкзака синюю бейсболку и натянул себе на голову. – Так он знает лишь название населённого пункта, куда мы отправились. И всё! Случись что, нас никто и не хватится. Тем более яма, которую мы выкопали, чтобы сюда забраться, обвалилась. Теперь вряд ли кто додумается искать нас именно здесь.
- Я не понял, приятель, ты что, собираешься удочки сматывать? – сквозь сон пробубнил Ник. – Или мне это приснилось? – он зевнул и снова забрался с головой под ветровку. – Выключите свет. Дайте ещё немного поспать.
Внезапно раздался грохот. Где-то случился обвал. Друзья приникли к отверстию в стене, из которого доносились звуки. Через мгновение послышались сильные всплески, словно огромные булыжники с большой высоты падали в воду.
- Вероятно, там существуют большие пустоты, – предположил Гера.
- Мне не терпится это увидеть! – возбуждённо заявил Жора, дожёвывая остатки бутерброда и вытирая руки зелёным носовым платком.
- Жорик, а зачем тебе на это смотреть? Такое явление может оказаться опасным! Ты не подумал об этом? – попытался вразумить друга Станислав.
- Да ладно, какая тут опасность! Я же не собираюсь лезть чёрту на рога. Для чего я вообще подписался ехать в эту дыру?! А? Я хочу зрелищ, Стас! Да, да! Именно зрелищ, а не только ползать на изодранных коленях по этим катакомбам. Представляешь, какая махина должна упасть, чтобы вызвать такой гигантский всплеск!
- Хорошо! Давайте договоримся чётко и определённо. Побудем здесь ещё до обеда, – Станислав посмотрел на свои видавшие виды часы, которые показывали четверть восьмого. – Если ничего не обнаружим, без возражений отправляемся обратно.
- Могу тебя разочаровать – я уже кое-что обнаружил! – возбуждённо произнёс Ник, быстро вскочив на ноги и стряхивая с себя какую-то гадость.
- Это же сколопендра! – воскликнула Лиза, бросившись за убегающим в гущу грибов насекомым. Наделенное множеством цепких лапок, отвратительного вида создание ловко забралось в кучку светящихся шаров и затаилось.
Лиза быстро раскрыла рюкзак. Достав пинцет и небольшую баночку, она умело подцепила насекомое и определила его под стекло.
- Круто! – произнесла девушка, радуясь первой находке. – А ты, Стас, говоришь, ничего нет. Смотри, какая красавица! – она поднесла банку с копошащейся там многоножкой к лицу парня и встряхнула. Мерзкое насекомое сразу засуетилось, зашевелило противными усами, безуспешно пытаясь найти выход из прозрачной западни.
- Она ядовитая? – спросил Жора, постукивая пальцем по стеклу.
- Конечно, ядовитая! – ответила Лиза и убрала склянку в рюкзак. – Но для человека её укус неопасен. Это можно сравнить с тем, как если бы тебя… ужалила пчела. Одно меня удивляет. Данный вид насекомых можно обнаружить на Кавказе, в Крыму, ну, в крайнем случае, под Ростовом… Но в Подмосковье! Это для меня ново. Насколько я знаю, такие сколопендры достигают размеров максимум сантиметров десять, а эта гораздо больше. Так что я не могу сказать с полной уверенностью, что укус именно этой особи несмертелен. Но лично для тебя, Жорж, у меня найдётся противоядие, – улыбнулась девушка, глядя на озадаченное лицо парня.

Продвигаться дальше стало легче. Люди шли по дорожке из обожженной глины, словно по заасфальтированному шоссе. Единственным неудобством для передвижения оставались грибы. Если кто-то из путешественников забывался, погрузившись в свои мысли, то возникала опасность поскользнуться и упасть.
Группа шла наугад. Петляющие, часто пересекающиеся тоннели сбивали с толку, вызывая дезориентацию в пространстве. Порой ребята обнаруживали свои же следы. Получалось, что они возвращались обратно, запутавшись в переплетениях диковинного лабиринта. Наконец разветвлений и тупиков стало меньше. Осталось несколько прямых тоннелей, размещенных в одном направлении и соединяющихся между собой редкими перемычками боковых проходов. Искатели приключений шли вперёд, перемещаясь из тоннеля в тоннель. Затем очередной коридор принял уклон и стал извиваться, словно запутанная нить. Угол наклона с каждым шагом увеличивался. Продвигаться дальше стало невозможно. Крутизна достигла апогея. Стас решил остановить группу, чтобы повернуть назад, но тут случилось непоправимое.
Замыкающий шествие Ник наступил на предательский гриб и, словно по маслу, скользнул вниз, подминая под себя россыпи светящихся шаров. Он не мог ничего исправить и мчался, кружась волчком, сметая всё на своём пути. И вот уже вся пятёрка в сопровождении испуганного пса устремилась вниз, на бешеной скорости, не имея возможности остановиться. Мелькавшие с неимоверной быстротой светящиеся шары проносились перед глазами ребят трассирующими линиями и быстро убегали вдаль, словно огни городского тоннеля. Это скольжение было сравнимо с неуправляемым спуском по закрученной трубе гигантского аквапарка. Сколько продолжался спуск – десять минут, полчаса или больше – в сложившейся ситуации уследить было очень трудно. Наконец вдалеке замаячило тёмное пятно, означавшее завершение тоннеля.
- Быстро освобождайтесь от рюкзаков! – изо всех сил выкрикнул Ник, избавляясь от ноши.
Таким образом скользящие странники оказались налегке. Черная дыра приближалась и с каждым мгновением увеличивалась в размере. Тупик это или обрыв, оставалось непонятным, но бесспорным было одно - это конец тоннеля.
Они падали с высокой скалы, в ужасе ожидая встречи с неведомой твердью. Люди тщетно цеплялись за воздух, беспомощно потрясали руками и ногами, а уши закладывал оглушающий рокот десятков срывающихся с большой высоты водопадов. Сильный всплеск, жёсткий удар о воду и несметное количество воздушных пузырей, пронзающих подводную тишину – это было последнее, что почувствовал Жора перед тем, как на его голову опустился тяжёлый рюкзак с провиантом.

Подёрнутые серой дымкой звёзды заполонили чёрное небо. Одни мерцали, словно крохотные светлячки, другие, угасая, исчезали из виду.
Жора лежал на большом валуне, запрокинув голову и разглядывая звёздное небо. Далёкие светила выглядели необычно – совсем не так, как раньше. Сознание парня постепенно прояснялось. Объятия прострации начинали ослабевать.
- Это же грибы, а не звёзды, – прозвучал его собственный голос, словно со стороны.
- Ну что? Очухался? – сказал Ник, не переставая пошлёпывать друга ладонью по упитанным щекам.
- Прекрати бить! Мне больно! – запротестовал парень. – Что со мной случилось? – произнёс он, опершись на локти и озираясь.
- Ничего особенного, – улыбнулся Ник. – Просто ты немножко умер, а мы тебя слегка оживили.
- Ты всё шутишь, – Жора недовольно посмотрел на товарища, – а мне сейчас не смешно, - сказал он, потирая шею.
- Ты изрядно нахлебался, Георгий, – произнесла полураздетая Лиза, отжимая промокший свитер. – Мы тебя едва откачали. Ты везунчик, парень. Считай, что заново родился.
- А где остальные? – с тревогой поинтересовался Жора, поглаживая подбежавшего Лео, который принялся усердно вылизывать лицо пострадавшего хозяина.
- Сердобольный пёс, – сказала девушка. – Когда мы вытащили тебя из реки, он начал метаться возле тела, словно хотел чем-то помочь. Потом видимо всё понял, уселся в стороне и, не отрываясь, смотрел, как мы над тобой измываемся. То искусственное дыхание, то массаж сердца. Слава богу, всё обошлось. Убедившись, что кризис для тебя миновал, Гера и Стас пошли по берегу осмотреться и набрать дров.
- Дров? Какие под землёй дрова? – недоумевая, произнёс парень, посчитав, что ещё недостаточно пришёл в себя.
- Скоро ты всё поймёшь.

Округа представляла собой подземный каньон с бегущей по дну широкой рекой. Её берега обрамляли замысловатые валуны и россыпи острых камней. Повсюду возвышались нагромождения высохших веток, стволов деревьев и прочего природного мусора. Высокие стены каньона, словно оспой, были испещрены дырами-каналами. Из многих вырывались потоки воды, питающие и неустанно пополняющие величественную реку. Всё это существовало под высокими сводами подземных пород, усеянных светящимися грибами.
Если взглянуть против теченья реки, грибное небо становилось менее насыщенным сияющими шарами, из-за чего окрестности выглядели мрачными и жутковатыми. И, наоборот, чем дальше взгляд устремлялся в сторону по течению, тем светлее и жизнерадостнее становилось вокруг.
- Всё в порядке? – спросил Стас пострадавшего товарища, бросая на землю вязанку сухих дров. – Ты здóрово нас перепугал. Я думал, тебе конец. Спасибо Нику! Его армейский опыт пришёлся кстати. Как самочувствие?
- Пока не пойму, – Жора резко повернул шею в сторону и та неприятно хрустнула. – Вот, теперь хорошо, – улыбнулся парень, поворачивая голову в разных направлениях, не ощущая при этом боли.
- И снова я вспомнил Михаила Александровича. Какой это все-таки умнейший человек! – произнёс Стас, обращаясь к Герману. – Это и есть тот «природный отстойник», о котором он говорил, – Станислав обвёл взглядом окрестности. – Весь этот мусор попал сюда вместе с талыми и сточными водами по скрытым каналам из глухих болот и лесных протоков. Трудно представить, но мы сейчас находимся под многокилометровой толщей земной коры! Кто-нибудь обратил внимание, – продолжил профессиональный геолог, – что вода в реке не ледяная, как это должно быть согласно её подземной природе, а немного теплая, словно подогретая?
- Ещё бы! – произнесла Лиза, доставая из рюкзака вымокшие вещи и раскладывая их на гладкие камни.
- А почему? – не унимался Стас.
- Ты думаешь, мы глупее тебя? – вмешался Ник. – Здесь повсюду полно гейзеров, – он окинул взглядом парящие берега, где временами прямо из-под воды взмывали в воздух фонтаны раскалённого пара и кипятка.
- А растительность!? Какое здесь обилие разнообразных мхов и лишайников! Это на такой-то глубине! – он провел ладонью по бархатистому камню, и в его руке осталась мягкая губка из темно-зеленого мха. А жучки-паучки разные! Смотрите, сколько их здесь. У Лизы и посуды не хватит, чтобы законсервировать всю эту живность, – Стас посмотрел на девушку, улыбнулся и принялся разводить огонь.
- Мне страшно, ребята, – произнесла Лиза. – Как мы теперь отсюда выберемся? – она посмотрела вверх, пытаясь отыскать среди большого количества каналов в скале именно тот, из которого они вывалились.
- Да…! – произнёс Гера. – Путь назад отрезан наглухо. Найти нужный проход нереально – один шанс из ста. Даже если гипотетически представить, что мы это сделаем, забраться на скалу, а затем подняться по кручёному склону, без снаряжения… Нереально.
- И что же делать? – Жора посмотрел на друзей, отказываясь верить в происходящее. Ему казалось, что сейчас кто-нибудь ехидно рассмеётся и скажет: «Да ладно! Это всё хохма!». Но этого не происходило.
- Есть какие соображения? – Ник обвёл друзей взглядом и остановился на фигуре Стаса. Он знал, что смекалистый товарищ наверняка найдёт выход из трудного положения, как это случалось и прежде.
- Что вы на меня уставились. Я не раз вам говорил: «пора возвращаться», – но кто меня послушался? А ты, Жорик, хотел зрелищ? Теперь насытился этим феерическим шоу под названием «Искры из глаз»?
- Ладно, Стас. Хватит прикалываться, – Жора, насупившись, потупил взгляд.
- Вот моё мнение! – Станислав пристально осмотрел каждого. – Воды у нас с избытком, – он поднял с земли небольшой камень и лихо запустил его в реку. – Провианта, если экономить, на неделю хватит. Благо нам удалось выловить все рюкзаки. На крайний случай придется есть грибы. Мы ведь ещё не знаем, съедобные они или нет. Если встанет вопрос, умирать с голоду или их попробовать, я выберу второе. И главное! Я считаю, надо обследовать этот подземный мир, насколько это будет возможно. Не думаю, что вход сюда, а стало быть и выход, только один. Нужно искать.
- Ну и…? – Ник не сводил глаз с друга. – Что дальше?
- А дальше… необходимо строить плот. Ведь куда-то эта река впадает! Если идти пешком, потеряем слишком много времени, а нам дорог каждый час. Естественно, передвигаться по реке гораздо быстрее. Если по пути попадётся что-то заслуживающее внимания, причалим и обследуем.
После такой убедительной речи возражений не последовало. Покончив с горячей пищей, приготовленной Лизой на костре по всем правилам походной кулинарии, все дружно приступили к возведению плота.
Строительство заняло сутки с учётом небольшого перерыва для сна и приёма пищи. К концу следующего дня (хотя привычной смены дня и ночи здесь не происходило) неказистая, но добротная конструкция спустилась на воду. Пока путешественники занимались строительством, они сделали немало интересных открытий. Одним из прочих оказалось наличие надоедливых москитов, которые безжалостно атаковали людей, мешая им работать. А недавно рядом со строительной площадкой пролетели две летучие мыши. Возмущённо попискивая, они пронеслись над самой водой и умчались вниз по течению реки.

Загруженное рюкзаками неоригинальное плавучее средство, управляемое неопытной командой, медленно скользило по водной глади. Русло реки часто меняло своё направление, неистово петляя средь клинков скалистых выступов, словно беспокойный полоз. Грибное небо (если так можно назвать каменную твердь, зависшую на большой высоте) с каждым километром пройденного пути становилось светлее и насыщеннее нежным ультрафиолетом.
Наблюдая за берегами, исследователи не раз замечали небольших животных, рыскавших у воды в поисках добычи. Таковой служила рыба, которая временами выпрыгивала из воды и, мастерски исполнив замысловатое сальто, завершала трюк внушительным всплеском. Часто рыба выскакивала на берег, а иногда умудрялась залететь прямо на плот, невольно пополняя рацион путешественников. Нельзя сказать, что рыбёшка была какой-то необычной. Она напоминала речную форель, но с отчётливо выраженными тёмными полосками на чешуйчатых боках, как у речного окуня. Вероятно, существовали и другие виды, но ребятам они пока не попадались. Страдающий от безделья Жора, вполне восстановившись после неудачного падения, придумал себе забаву и увлёк ею остальных. Правила игры оказались простыми. Нужно придумать название незнакомому предмету, существу, даже явлению, повстречавшемуся на пути, и, если это устраивало остальных членов группы, данное наименование и его описание заносилось в тетрадь, немного подмокшую, но годную к использованию. Таким образом у путешественников появился своего рода бортовой журнал, который исправно пополнялся путевыми заметками, а иногда и поэтическими строками. Например река, по которой сплавлялись люди, обрела мудрёное название - «Изнанка», символизируя собой исподнюю земных рек. Снующие по берегу забавные зверьки отныне именовались «столбянками». Они были похожи на сурикатов – «пустынный маленький народец» – и подолгу стояли на задних лапках, словно серо-коричневые шерстяные столбики, провожая взглядом проплывающий плот с невиданными существами на борту.
Небольшой залив с пологой площадкой на берегу, где ребятам однажды пришлось переночевать, назвали «Бухтой паники». Во время сна путешественников перепугала стайка разноцветных птиц, как ураган, налетевших на их пристанище. Пернатые были похожи на волнистых попугайчиков, отличаясь от них непропорционально длинным клювом, немного искривленным к концу. Одна птица опустилась на стоявший рядом с Жорой рюкзак и попыталась своим хоботком проникнуть в нос спящего человека. Почувствовав сквозь сон, что происходит нечто необычное, парень открыл глаза и, увидев, что кто-то пытается через нос высосать у него остатки мозгов, отчаянно завопил, переполошив весь лагерь. Экзотическая стайка сорвалась с места и быстро улетела, загалдев, словно кучка неугомонных цыплят.
После этого случая друзья часто подшучивали над толстяком: «Что же ты, Жорик!? Не дал птичке отведать своего нектара! Лишил пташку такого деликатесного лакомства!»
- Вы успели заметить, какие клювы у этих птиц? – возбуждённо воскликнула Лиза, после того как стая скрылась из виду. – Таким приспособлением невозможно клевать зёрна или ковыряться в падали. Его предназначение – вытягивать нектар из цветов, как это делают колибри. Но тогда тут должны произрастать соответствующие растения, а наличие такого рода флоры здесь под землёй – просто абсурд.
- Абсурд, говоришь? – произнёс Гера. – А грибы, заполонившие всё вокруг, не абсурд? А вся эта живность и многое другое, вольготно существующее под землёй, на многокилометровой глубине, это, по-твоему, в порядке вещей?
Лиза умолкла, не зная, что ответить.
Течение воды становилось быстрее. Плот уносило всё дальше. Русло реки сделалось прямым, как искусственно проложенный канал. В спокойную водную гладь смотрелись миллионы софитов, расположенных под сводами исполинской пещеры. Воздух значительно прогрелся и приобрёл аромат тропического леса. Вскоре вдалеке показалось большое светлое пятно, словно огромный киноэкран, расположенный за несколько километров от зрителя. Послышался отдаленный шум – слабый шепот приближающегося дождя.

Подозреваю, что автор на меня сейчас сильно обидится. Но никакой даже самый интересный сюжет невозможно воспринимать, если он так подан.
Самый верный способ почувствовать недостатки стиля - почитать текст вслух, пусть даже самому себе. Попробовать проговорить "в лицах" диалоги. Уважаемый farvater, видно, что вы много работали с текстом, но... Поверьте человеку, который сам написал несколько не очень хороших книг, зато прочел много замечательных: люди не разговаривают между собой так, как у вас написано. Не в таких ситуациях.

Есть у меня двоюродная сестренка из провинции, сорокалетняя дама с высшим образованием. Когда мы с ней просто беседуем, так вроде бы говорит нормальным человеческим языком. Но вот уж если она мне пришлет мейл с подробным изложением новостей, то это туши свет. Таких канцелярских оборотов и неуместного пафоса нарочно не придумаешь, и это в описании простейших бытовых событий.

Ну а если события не рядовые и не бытовые? Если у Вас фантастика и птицы с неправильными клювами, это ведь не значит, что девушка, увидевшая их, настолько впала в ментальный ступор, что заговорила словами из учебника по орнитологии?



Вот мне любопытно бы посмотреть, как девушка возбужденно воскликает такую тираду, и язык у нее при этом не заплетается.

Будь я Вашим редактором, я бы эту фразу переписал с нуля.
- Выдели, какие клювы?! - воскликнула Лиза после того, как стая скрылась из виду. - Как они зерна-то клюют? С такими клювами только нетар тянуть! Но где они тут, под землей, растения находят?

Подобным образом можно разобрать практически все сцены из Вашего текста. Еще раз повторю: заметно, что текст Вы вычитывали и вообще работаете с ним серьезно. Но стиль изложения Вы избрали неверно, таково мое скромное мнение. Вы в самом деле журналист? Это многое объяснило бы. Стилистическая специфика СМИ очень часто кочует в художественную прозу, этим ее далеко не улучшая. Художественный текст читается влет, когда он написан таким языком, которым человек говорит сам с собой и со своими близкими. Почему-то мне не кажется, что Вы сам с собой разговариваете так, как пишете.

Наконец, мой личный таракан: запятые. Я не знаю, кто как на это смотрит, а я еще могу понять и простить писателя, который не ставит запятые там, где они должны стоять, но я сразу теряю доверие к человеку, который упорно и часто ставит запятые там, где их быть не должно в принципе. Вы этим грешны, к сожалению, и сильно. На мое-то доверие можете начхать, но ридеры и редакторы, которые рассматривают самотек, очень плохо реагируют на вопиющие ошибки в рукописи. Особенно на такие, которые в силах заметить нормальный Word. Ваш Word не замечает ошибки пунктуации? Смените его.

Уважаемый, Шокер! Благодарю за столь развёрнутый комментарий. Насчёт диалогов - частично согласен. Если потребуется, исправлю за день. По поводу пунктуации всё в норме. Гарантирую! (Могут быть лишь мелкие огрехи). Касаемо Ворда. Советую не особенно надеяться на данную программу равно как на все подобные. Возьмите навскидку любой понравившийся Вам текст, включая известных мастеров. Он весь от стыда покраснеет и покроется волнистыми линиями.
Надеюсь снова увидеть Ваш аватар на моей страничке с очередной порцией конструктивной критики. С уважением, Сергей.

Глава 4. Ледяное безумие

Для меня эта история началась совершенно неожиданно – с моего старого холодильника. Я проходил мимо этого древнего агрегата и вдруг заметил, что его распёрло, словно туго набитый саквояж, и с каждой секундой он становился всё больше. Наконец крепкая защёлка «ЗИЛа» не выдержала, и массивная дверь с грохотом распахнулась. Лёд устремился наружу, будто фарш из мясорубки, и вскоре им была заполнена немалая часть кухни. Я метался по квартире, не зная, что делать. Первое, что пришло мне в голову, – это сообщить о случившемся в коммунальную службу. Пообщавшись по телефону с диспетчером, я уселся в комнате, ожидая прихода мастера. Мне пообещали, что специалист прибудет в течение часа. Так начинался первый день моего долгожданного отпуска.
Я никак не мог понять, что же все-таки происходит. С таким удивительным явлением я столкнулся впервые. Содержащаяся в воздухе влага кристаллизовалась на глазах. Формируя причудливые наросты, ослепительно белая масса расползалась по дому с неимоверной скоростью. Я не рискнул дотронуться до нее рукой и, взяв длинную алюминиевую трубку, которой было так удобно управляться со шторами, решил подковырнуть неведомую субстанцию. Но стоило только прикоснуться к её поверхности, как трубка мгновенно примёрзла, словно губы к металлической кружке при сильном морозе. Я едва успел отдёрнуть руку, и теперь вся ладонь горела, словно от контакта с углекислотой. Ледяной поток разделился на три рукава. Один двинулся в прихожую, к входной двери; другой, добравшись до кухонного подоконника, стал разрастаться ещё стремительнее. Он, несомненно, намеревался высадить окно и выбраться на улицу. Третье ледяное щупальце нагло подбиралось к моим ногам, и мне пришлось ретироваться на забитый хламом узенький балкончик моей однокомнатной квартиры.
«Необходимо срочно что-то предпринять, – думал я, держась за металлические перила. – Второй этаж хоть и не пятый, но всё равно высоковато». Времени на раздумья оставалось всё меньше – белая мерзость находилась совсем рядом и, судя по всему, собиралась перевалить через невысокий балконный порожек. Ноги, не дожидаясь команды свыше, перенесли меня через ограждение, и я очутился на узком карнизе.
Затем мне пришлось нагнуться и, ухватившись за арматурную стойку, спуститься чуть ниже. В итоге я беспомощно повис, тихо покачиваясь на краю балконной плиты. Покрасневшее от усилий, моё лицо, вероятно, выглядело очень глупо. Обескураженное сознание набиралось храбрости, чтобы разжать немеющие пальцы и броситься в пугающую бездну. Но я, конечно же, себя накручивал. При моём немаленьком росте до земли оставалось каких-нибудь метр – полтора. Неожиданно сверху послышался грохот и свалился какой-то крупный предмет. Вероятно, ледяной монстр высадил мою бронированную входную дверь.
Онемевшие пальцы разжались. Вопреки ожиданиям мне посчастливилось, и я мягко приземлился на ноги, лишь слегка припав на колено. Поднявшись и отряхнув джинсы, я отошёл в сторону и посмотрел наверх. Ледяная масса успела заполнить часть балкона и сверкающими сосульками сползала вниз, образуя зубчатые сталактиты и тихо потрескивая. Затем раздался скрежет и звон разбитого стекла – кухонная рама упала в нескольких шагах от меня. Воздух наполнился пылью. В момент собралась толпа зевак. Они показывали пальцами то на меня, то на свисающий с балкона лёд и озабоченно жестикулировали руками. Вскоре от толпы отделилась любопытная старушка и направилась в мою сторону. Мне не хотелось всем разъяснять, что здесь происходит, так как я и сам ничего не понимал.


В это тёплое майское утро редкие облака лежали белыми пушистыми перьями на невзбитой подушке сизого неба. Вдоль Сиреневого бульвара, пропитанный ароматом персидских соцветий, что-то нашёптывая и тихо вздыхая, прогуливался просыпающийся ветерок. Перебежав через проезжую часть, я ушёл подальше от толпы, присел на бульварную скамейку и продолжил наблюдать за происходящим. В моей голове варилась какая-то каша. «Что делать? Бежать в МЧС или милицию? Может позвонить? – рука потянулась к подсумку, но мобильник остался дома. – А что, собственно, мне удастся им объяснить? Подойду к дежурному и скажу: – Сержант! Из окон моей квартиры лезет какая-то белая гадость! – Психушка обеспечена. Шмотки, компьютер – всё пропало. Всё!!! Пойти к Денису? Он как раз заканчивает работу. Может, мы вдвоём разберемся, что к чему», – я поднялся со скамейки и направился в сторону трамвайной остановки.
Мой друг Денис работал охранником на автостоянке в районе ВВЦ. Этим утром у него заканчивалось ночное дежурство. Я подумал, что, может, он мне все объяснит. Во всяком случае, рассказать об этой чертовщине, кроме него, на тот момент мне было некому.
Внутри подземной многоярусной стоянки было прохладно. Пахло машинным маслом и выхлопными газами. Коренастый блондинчик сидел в небольшой комнате перед скоплением мерцающих мониторов, дожёвывая остатки завтрака.
- Ты чего пришёл в такую рань? Не спится? – удивлённо произнёс он, пожимая мою руку.
- Не до того сейчас! Послушай лучше, какая бредятина со мной произошла.
И я подробно рассказал о том, что случилось. Приятель, не отрываясь, смотрел на меня некоторое время. Затем недоверчиво ухмыльнулся и произнёс:
- Ты прикалываешься, да?
- Конечно! Припёрся к тебе на работу с утра пораньше, вместо того чтобы нежиться в постели и наслаждаться отпуском. Предварительно высыпал на голову ведро извёстки, – я стряхнул со своих ещё недавно тёмных волос остатки серой пыли, – и принялся рассказывать сказки.
Я видел, что мой приятель еще сомневается. Он разглядывал мою зелёную перепачканную побелкой футболку, затем вызвал по громкой связи своего сменщика, который, потягиваясь, курил у въезда в гаражи и, собрав свои вещи в коричневую брезентовую сумку, вышел в дверь, увлекая меня за собой.

Мы мчались на его старенькой «ниве» к себе в Северное Измайлово, по раздолбанной дороге, временами выскакивая на трамвайные пути. Приятель жил недалеко от меня, в том же районе, только немного южнее. Денис вел машину, потягивая сигарету и временами потирая покрасневшие после бессонной ночи глаза. На подъезде к родному кварталу нас остановил сотрудник ДПС. Он проверил у Дениса документы на машину и вежливо объяснил, что все дороги, ведущие в направлении этого района, перекрыты в связи с проведением особой операции. Больше офицер ничего объяснять не стал, а просто попросил нас развернуться и следовать в объезд данной территории. Затем он жезлом остановил красную «шкоду» и, сделав под козырёк, последовал разъяснять следующему водителю, что проезд закрыт, хотя это и так было очевидно – прямо посреди дороги стоял запрещающий знак.
Сдав назад, мы свернули во двор, ну а там все закоулки и «потайные тропы» нам были хорошо известны. Дальше мы решили идти пешком. Оставив машину на парковочном месте возле одного из подъездов, мы двинулись в направлении моего дома – по лабиринтам дворов, через весь квартал. По дороге нам встречались перепуганные люди. Они заметно торопились и часто оглядывались назад. Денис удивлённо посмотрел на меня – я в ответ лишь пожал плечами.
- Что-то мне не нравится вся эта суета, – произнёс он, и мы направились к металлическому забору, к тому месту, где было с корнем выворочено несколько прутьев. Пройдя сквозь ограду, мы вынуждены были остановиться.
С обширной школьной площадки открывался вид на мой дом и соседние строения. Картина, которая предстала перед глазами, шокировала своей красотой и ужасом. Все здания к востоку от нас полностью или частично были покрыты толстой коркой льда. Они ослепляли своей белизной, переливались и искрились под лучами яркого майского солнца, словно девственные высокогорные ледники Тибета.
- Это что – всемирное обледенение?! – возбуждённо воскликнул Денис. Он быстро перевёл взгляд в направлении своего дома. Строения, находившиеся с южной стороны, оставались ещё не тронутыми этим ледяным безумием, и приятель заметно успокоился. – После твоего рассказа я, конечно, мог предположить нечто из ряда вон выходящее, но увидеть такое!!! – он снова посмотрел на ледяные наросты. – Да что увидеть? Представить подобное я не смог бы, даже задействовав всю свою богатую фантазию.
-Хватит разводить демагогию, – одёрнул его я, указав на приближающегося к нам человека в военной форме с огромной овчаркой на коротком поводке.
- Вы чего здесь шастаете? – закричал он на нас, а его спутница, зарычав, оскалилась.
- А в чём дело? – я сделал вид, что спокоен, но на самом деле мой зад уже готовился испытать прочность собачьей хватки. – Я живу в том доме, – я поднял руку, и подрагивающий палец указал на самое обледеневшее строение.
- Да, ребятки, – произнёс он, показывая всем своим видом возрастное превосходство, хотя выглядел он немногим старше нас – лет тридцать. – О своей хате можете забыть на неопределённое время, – военный сунул в зубы дешёвенькую сигаретку и прикурил. – Этот квартал подлежит стопроцентной эвакуации до выяснения всех обстоятельств.
- Но, может, я просто посмотрю... – решил поканючить я.
- Вы что, идиоты? Не видите, что происходит?
- А что происходит? – Денис вопросительно посмотрел на вояку.
- Да чёрт его знает, – немного помедлив, ответил тот, не отводя взгляда от ледяного потока, который, словно пожарная пена, занял всё пространство между обледеневшими домами и заметно двигался к нам. – Наше подразделение расставили по периметру этого образования для защиты опустевших квартир от мародёров. Это всё, что мне положено знать. Да и остальным, наверняка, известно не больше, – он ещё пару раз затянулся, потом, затоптав окурок, произнёс: – Так что валите-ка, ребятки, отсюда подобру-поздорову, пока живы. А то ведь некоторым не так повезло, как вам, – военный одёрнул тянувшую его в сторону собаку и отправился дальше охранять вверенную ему территорию.
- Ладно, – произнёс Денис, – пойдем отгоним к дому машину, а потом – ко мне: поедим, новости послушаем, а как быть дальше – будем решать.

Приятель жил на восьмом этаже девятиэтажной башни. Жену и маленького сына он отправил на месяц к родственникам в деревню, а сам остался в душной Москве подзаработать денег, пожертвовав очередным законным отпуском. Так что квартира была свободна от домочадцев, и я, быстренько приняв душ, без стеснения развалился перед телевизором в одних плавках с бутылкой «Колы» в руке.
Пока Денис копошился на кухне, разогревая дежурные консервы, я включил телевизор и, бегая по каналам, пытался найти хоть какое-то сообщение о странном явлении, лишившем меня крова. Передачи шли в обычном режиме, и даже намёков на происходящее бедствие не было.
- Ступай поешь! Я пока ополоснусь, – сказал приятель с набитым ртом и закрылся в ванной.
Через некоторое время на первом канале центрального телевидения появилась заставка экстренного выпуска новостей. Затем серьёзного вида диктор возбуждённым голосом сообщил, что в одном из районов города произведена эвакуация жильцов в связи с непонятным явлением, произошедшим на данной территории. Всем временно отселённым жильцам будут предоставлены места в столичных гостиницах и общежитиях.
- Нормально! – съязвил Денис, стоя сзади меня и теребя мокрые после душа волосы зелёным махровым полотенцем. – Ты теперь в общагу переселяешься?
- Да иди ты! – вспылил я, размышляя, как быть дальше.
- Расслабься, приятель! Поживёшь пока у меня, а там видно будет. Хотя если дальше так пойдёт, – он приблизился к окну, бросив влажное полотенце на спинку стула, – и отсюда вскоре придётся убираться, – настороженно произнёс парень, наблюдая, как белое поле внушительно продвинулось в направлении его дома. «А ведь прошло немногим больше часа», – подумал Денис, но вслух ничего не сказал.

Приведя себя в порядок и подкрепившись, мы уселись в одной из комнат перед журнальным столиком. Денис закурил. Я бросил эту навязчивую привычку год назад, и теперь всякий раз, когда кто-то рядом потягивал сигарету, у меня непременно начинало першить в горле. Я попросил друга дымить в сторону, и мы принялись обсуждать наше незавидное положение.
Самым пугающим было то, что никто не мог объяснить причины возникновения этой ледяной массы, её природу и способы защиты от этой стихии. Загадочная субстанция была не просто льдом – она оказалась опасным веществом, которое, контактируя со всем живым, проникало в него на молекулярном уровне. Это напоминало влияние электрического тока на биологический объект. Только вместо электрического воздействия на живые клетки происходила их мгновенная кристаллизация.
Обо всём этом стало понятно из выступления пожилого учёного в одном из специальных выпусков новостей. Телевизионщики уже не скрывали месторасположение района, где происходят эти ужасные события, и даже прокрутили несколько видеозаписей, в которых показали шокирующие кадры гибели людей от неведомой стихии. Вероятно для того, чтобы предотвратить попытки неосторожных и любопытных граждан подойти ближе к смертельному веществу и тем самым пополнить список жертв. На экране появился сюжет о том, как целые группы людей превращались в мертвые белые изваяния, лишь слегка дотронувшись до ледяных сгустков.
Мы просидели в квартире до самого вечера – то смотрели телевизор, то припадали к окну. В течение последних нескольких часов ледяной поток словно замер. Во всяком случае, он почти не продвинулся вперёд относительно выбранных мною ориентиров, и на расстоянии пятисот метров от нашего дома выглядел гигантской лужей растаявшего мороженого. Ещё одной удивительной особенностью этого льда являлось то, что он совершенно не таял.
Внезапно цветная картинка телевизора свернулась в маленькую белую точку, быстро растворившуюся в глубине серого экрана. Стало понятно – дом обесточен. Проанализировав все за и против, мы решили, что лучше всего в этой ситуации ложиться спать. Неизвестно, что принесёт завтрашний день, тем более Денис уже носом ловил окуней, так и не отдохнув после ночного дежурства. Бросив мне постельное бельё, он поплёлся в спальню и через минуту - другую храпел, как дорожный компрессор.
Развалившись в гостиной на диване и подмяв под голову большую подушку, я, немного поглазев на едва различимое в темноте незашторенное окно, погрузился в тревожную дрёму.
Посреди ночи меня разбудили странные звуки, доносившиеся со стороны входной двери.
Я приподнял голову и насторожился. Затем босиком, на ощупь, мне удалось добраться до прихожей, где я, наткнувшись на что-то мягкое и тёплое, едва не вскрикнул.
- Тсс! – зашипело у меня над ухом.
Оказалось, что я наткнулся на выпяченный зад приятеля, который стоял, пригнувшись у двери и разглядывая что-то в стеклянный глазок.
В подъезде слышался тихий скрежет и слабое постукивание металлических предметов.
- Там какие-то уроды собираются вскрыть замок в соседской квартире, – прошептал Денис.
- Мародёры?
- Побудь здесь, я сейчас, – приятель удалился, а моё любопытство легким подзатыльником подтолкнуло меня к освободившемуся глазку.
Перед моим одноглазым взором, ковыряя и подталкивая дверь, суетились два силуэта, еле заметные в тусклом свете издыхающего фонарика. Через мгновение я почувствовал слабый толчок в спину.
- Отойди, – снова шёпотом произнёс Денис и вернулся на исходную позицию.
Через секунду раздался резкий щелчок задвижки, дверь быстро распахнулась, и приятель выскочил в подъезд.
- Руки в гору!!! Недоноски! Лицом к стене! – угрожающе заорал он и, подскочив к растерявшимся и безоговорочно выполнившим его команду людям, раздвинул плюшевыми тапочками их полусогнутые ноги. Затем он отобрал у одного из них фонарь и передал мне.
Предо мной предстала такая картина: двое «домушников» под прицелом увесистой пушки моего приятеля стояли лицом к двери, упёршись поднятыми руками в стену и с раздвинутыми чуть ли не в шпагате ногами.
- Дениска! Ты что ли?! – выкрикнул один из бандитов.
- Иван Петрович, Вы?!
- У, дьявол, напугал! Ты чего здесь воюешь? – спросил пожилой человек в тёмном костюме при галстуке, опуская руки и поворачиваясь к нам лицом. – Да не свети в глаза-то, – он отстранил мою руку, державшую фонарь, и обратился к своему напарнику: - Ну что, Коль? Ни хрена?
- Да личинку уже свернул, – промолвил Коля, принимаясь за прерванную работу. – Посветил бы кто, а то ни черта не видно.
Я направил угасающий луч в помощь полуночному гостю.
- Такие вот дела, Денис. Мои-то все на даче. Да я и сам там уже две недели живу. Да… С работы и – сразу загород. А тут, гляди, – эвакуация! Ключей от квартиры с собой не оказалось, а здесь и деньги и ценности, а главное – все документы. Вот и попросил товарища помочь замок вскрыть, пока другие этого не сделали. Он специалист по слесарным вопросам.
Раздался металлический хруст.
- Готово! – удовлетворенно произнёс взломщик.
- А ты чего здесь? – произнёс сосед, обращаясь к Денису. – Весь квартал эвакуировали. Мы едва пробрались сюда. Этот долбаный лёд уже знаешь сколько пространства оттяпал? Здесь-то он вроде приостановился. А вот со стороны бульвара не осталось ни одного уцелевшего дома. Всё обледенело.
Вернувшись обратно в квартиру после незапланированного приключения, мы с приятелем ещё некоторое время стояли у окна и вглядывались в абстрактное ночное полотно.
-А откуда у тебя пистолет? – спросил я, примеряясь ладонью к удобной рукояти увесистого «ТТ».
- Ты что, забыл, где я работаю? – произнёс Денис зевая.
- А вы разве не сдаёте оружие после смены?
- Когда как. У меня же есть лицензия на ношение и хранение этой пушки. Так что всё в рамках закона.
Освещение в округе отсутствовало. Лишь вдалеке, на соседних улицах, ещё кое-где мерцали слабые огоньки уличных фонарей. Ледяной поток едва просматривался в темноте майской ночи. Стихия, хоть и продвинулась незначительно вперед, все же оставалась на безопасном расстоянии. Это успокаивало. Мы разбежались по своим кроватям, чтобы продолжить прерванный сон. На этот раз я вырубился моментально, едва моя голова прикоснулась к подушке.
Во сне мне всё время приходилось от кого-то убегать. Я перескакивал через заборы, прятался во дворах, удирал от преследовавших меня огромных собак и в конце концов затаился на крыше одного из домов. Ледяной поток подбирался всё ближе, окружая меня со всех сторон. Стоявшая неподалёку телевизионная антенна под тяжестью вездесущего льда стала медленно заваливаться в мою сторону. Раздался страшный скрежет и почему-то хруст лопающегося стекла. В ту же секунду я проснулся и обомлел. Прозрачное некогда окно превратилось в матовый светофильтр. Пощелкивая зигзагами танцующих трещин, стекло неохотно сдавало позиции и в любой момент могло осыпаться. Светало. Сон оказался в руку. Выскочив как ошпаренный из осажденной комнаты и прихватив свои шмотки, я, спотыкаясь и натягивая на ходу джинсы, подбитым зайцем поскакал в комнату, где беззаботным детским сном спал мой приятель. Услышав странные звуки, он мгновенно вскочил с кровати и стал протирать сонные глаза. Узнав о случившемся, Денис быстро оделся, бросил необходимые вещи в свою брезентовую сумку, затем, положив сверху «ТТ» и несколько запечатанных коробок с патронами, с трудом застегнул неподатливую молнию.
- Сматываемся, – произнёс он под звуки осыпающегося стекла и с надеждой добавил: – Если ещё не поздно!
Мы выскочили из квартиры и, плюнув на застывшие двери безжизненного лифта, поспешили вниз по крутым ступенькам. Как я и предполагал, к подъезду лёд ещё не подобрался, так как наступал на здание с противоположной стороны. Однако на углах многоэтажной башни уже появился белый налёт.

Тревожное утро незаметно перетекало в пасмурный, не сулящий ничего хорошего, день. Затянутое плотными облаками небо расплакалось моросящим дождём. Капли дождя стали своего рода катализатором белой массы, и при таком избытке влаги ледяные образования начали расти как на дрожжах, увеличиваясь с пугающей быстротой. Свернув за угол соседнего дома, где легко просматривалась отдалённая округа, мы остановились. С восточной стороны, на сколько хватало глаз, торчали ледяные глыбы – призраки исчезнувших домов. Они казались гигантскими айсбергами, нелепо соседствующими с утончённой архитектурой городского пейзажа.
- Мне непонятно одно, – произнес Денис, всматриваясь в дождливую даль. – Что двигает ледяную массу в том или ином направлении? Ведь лед не расползается тупо во все стороны. Где-то он продвигается интенсивно, в иных местах словно притормаживает, а на некоторых участках стремительно продвигается вверх.
- Мне кажется, всё зависит от влажности воздуха, – выдвинул я свою версию.
-Что ты имеешь в виду?
- Заметь! – я начертил на земле отломленной веткой схему нашего квартала и примерную линию границы ледяного потока. – Основное обледенение отмечается в тех местах, где наиболее высокая влажность воздуха. Это ряд домов, расположенных ближе к лесопарку. Как известно, влаги в лесах гораздо больше, нежели на открытых площадях. Около прудов и речушек, – я указал рукой в сторону искусственного водоёма, – там обледенение охватило сразу три высотных дома. А здесь, на возвышенности, – я очертил эллипсом место, где мы находились в тот момент, – активность льда значительно ниже, хотя школьное здание, в котором расположен плавательный бассейн, обледенело значительно больше, чем соседние строения.
-Да. Наверное, ты прав, – согласился приятель, поднимаясь с корточек и выпрямляя затёкшую спину. – Пойдём в тачку, – предложил Денис, – ее всё равно нужно отгонять отсюда, а то пропадёт.

Холодный двигатель «нивы», немного покапризничав, стал набирать обороты. Через пять минут зелёный внедорожник словно в панике метался по тесным дворам, пытаясь отыскать путь к спасению. Ледяной поток перекрыл все выезды и смертельным кольцом окружил обречённый район. В некоторых местах он лишь узкой речушкой отделял нас от большой земли, но ширина этих протоков не позволяла безопасно перебраться на ещё не охваченную белой субстанцией землю. Самым узким местом был выезд из двора недалеко от подземного входа в метро. Можно было попытаться перескочить смертоносный рукав на автомобиле. Времени оставалось мало, так как дождь усилился, и мерзкое вещество принялось активнее расползаться в разные стороны, с каждой минутой пополняя новыми территориями свои и без того обширные владения.
- Ну что? Рискнём? – Денис выжидающе посмотрел на меня.
- Другого выхода, по всей видимости, нет, – я окинул взором безлюдную улицу и покрепче вцепился в дверную ручку, приготовившись к быстрому старту машины.
Хорошенько разогнавшись, автомобиль легко пересёк передними колёсами кромку льда и, проскочив ещё несколько метров, застыл как вкопанный, словно попал в топкое, непроходимое болото. Белый налёт сразу устремился вверх. Через несколько секунд примёрзшие колёса уже наполовину покрылись сверкающими кристаллами, которые неумолимо ползли всё выше, быстро подбираясь к закрытым дверям.
От резкой остановки я больно ударился головой о стекло, и теперь с моего рассеченного лба сбегали тёплые капельки крови. Приятель наскочил на рулевое колесо и сидел, едва дыша, обхватив руками ушибленную грудь.
- Быстро убираемся отсюда, – произнёс Денис, затем, превозмогая боль, перебросил через голову ремень своей увесистой сумки, открыл дверь и с трудом перебрался на играющую под ногами крышку капота.
Я бегло осмотрел салон, подобрал с пола свалившуюся аптечку и последовал его примеру. Поднявшись наверх, я сильно оттолкнулся ногами от машины и уже через секунду находился в шаге от серебристой кромки, пытаясь поймать брошенную приятелем сумку. Через мгновение Денис стоял рядом со мной и с нескрываемой печалью наблюдал, как ненасытная ледяная масса пожирает его единственный и до боли родной автомобиль.

Мы отошли на безопасное расстояние и принялись зализывать раны. Дождь смывал с моего лица следы крови, и на горизонте забрезжили розоватые ниточки солнечных лучей, едва просачивающихся сквозь редеющие облака. Смазав йодом большую гематому на груди приятеля и убедившись, что рёбра целы, я заклеил тонкой полоской пластыря свой рассеченный лоб и принялся внимательно осматривать, казалось бы, знакомую, но в тоже время сильно изменившуюся местность. Самым страшным оказалось то, что мы не выбрались из ледяного плена, а попали всего лишь на один из немногих островков земли, пока ещё не тронутых смертоносной стихией. Оставалось только два пути к спасению: спуститься в метро и под землёй попытаться достичь следующей станции, при условии, что лед туда ещё не добрался, или ждать спасения с воздуха, благо вдалеке кружилось несколько вертолётов, вероятно, спасавших таких же безбашенных идиотов, как и мы.
- Пока до нас доберутся по воздуху, – Денис окинул взором сжимающееся ледяное кольцо, – мы, скорее всего, уже превратимся в забавных рождественских снеговиков. А метро… – он взглянул на обледеневшую букву «М», висевшую над спускающимися вниз ступеньками, которые превратились в крутую скользкую горку, – боюсь, что здесь мы уже опоздали.
-Но есть и другой – северный вход!
- Думаешь, он ещё свободен? – приятель снова взглянул на вертолеты, которые медленно смещались в противоположную от нас сторону.
- Думать сейчас некогда – надо пойти и посмотреть, – вспылил я и двинулся в направлении другого входа. Денис поспешил за мной.
Нам повезло. Белая река сюда ещё не добралась. Мы быстро спустились вниз мимо безлюдных касс, через распахнутый турникет. Как ни странно, но станцию пока не обесточили, и всё на первый взгляд выглядело заурядно. Единственно, что было непривычным, – это застывшие эскалаторы, отсутствие людей, а главное – пропал обычно неумолкающий шум электропоездов. Тишина казалось гробовой. Мы поспешили вниз к посадочным платформам. С правой стороны, где должна производиться посадка пассажиров в сторону центра, поезда стояли следом друг за другом, словно трамваи на шоссе в момент беспросветной пробки. Рельсы слева оставались пустыми. Мы не могли определить количество составов, застрявших на этой станции, потому что спуститься с платформы или протиснуться в узкую щель между вагоном и стеной тоннеля было невозможно. Но, заглянув в этот узкий зазор, мы без труда могли рассмотреть убегающую во мрак череду застывшей техники.
-По всей видимости, следующая станция заблокирована, – предположил я, вглядываясь в озабоченное лицо приятеля.
- Как ни печально, но, вероятно, ты прав, – подтвердил он мои опасения. – Возможно, эта зараза уже добралась и туда.
- Но почему тогда не отключили подачу электричества?
- И слава богу! – Денис поправил ремень сумки, который давил на ушибленную грудь. – А то нам тогда полный…, – не закончив фразу, он направился к последнему вагону, расположенному в самом конце платформы. Дверь кабины машиниста оставалась открытой, и приятель без труда пробрался к панели управления поездом. Недолго думая я поспешил за ним, и уже через минуту мы внимательно разглядывали безжизненные приборы и обследовали пустой салон. Судя по оставленному термосу, заправленному ещё горячим кофе, а также личным вещам, которые обычно не бросают на рабочем месте, стало очевидно, что поезд оставили в спешке. Два электрических фонаря, снятые с руки часы, а также увесистый свёрток с бутербродами и фруктами – всё это лежало на краю приборной панели у лобового стекла.
- Что ты собираешься делать? – озадаченно спросил я, наблюдая, как Денис, словно бывалый машинист, нажимает различные кнопки и поворачивает подвернувшиеся под руку рычаги.
- Вообще-то я собираюсь поскорее отсюда смотаться. Ты не возражаешь? – приятель что-то повернул или нажал, после чего стрелки на приборах вдруг ожили, вспыхнули разноцветные лампочки, и электродвигатели поезда монотонно загудели. Вагоны начали судорожно подрагивать.
- Даже если ты справишься с управлением этой махины, не забудь, что мы находимся на конечной станции и в лучшем случае, сделав петлю, поезд окажется на противоположной стороне этой платформы, а в худшем – упрётся в тупик.
- Сейчас это неважно, – ответил он. – Главное – отсюда убраться, а там видно будет, – сказал приятель и нажал на очередную кнопку.
Двери вагонов зашипели, словно потревоженные змеи, и сомкнулись.
- Смотри! У тебя уже получается, – съязвил я, поглядывая, как Денис пытается отыскать кнопку, которая позволит этой голубой механической гусенице сдвинуться с места.
- А ты попробуй вот это, – я подал в сторону потёртую красную ручку.
Вагоны вздрогнули и медленно двинулись вперёд, неохотно набирая скорость.
- Молодец! – похвалил меня новоиспечённый машинист, и, немного разобравшись с управлением, включил яркие прожектора, а затем произвёл три коротких гудка, от чего у меня заложило уши.

Поезд словно вгрызался в черноту тоннеля. Из мрака на нас уставился синий глаз маневрового светофора, а в зеркале заднего вида уже показалось первое щупальце ледяного потока, которое, перекрыв платформу, устремилось вниз и стало подбираться к контактному рельсу. Через некоторое время вдали появились осветительные фонари, размещенные по бокам тоннеля. Рельсы разделились на несколько путей, соединяясь между собой чёрными перемычками автоматических стрелок. Поезд разогнался довольно быстро, но как его остановить в случае необходимости, пока оставалось непонятным. Внезапно замигали разом все лампочки как внутри кабины, так и за её пределами. Раздались громкие металлические щелчки, и было видно, как соседние рельсы вдруг задвигались, словно живые, терзаемые электроприводами путевых стрелок.
- Где-то проводка коротит, – произнёс Денис, наблюдая, как из некоторых силовых шкафов снопами сыпались искры, вызванные сбоем напряжения в электросети. На следующей развилке после очередного замыкания поезд резко бросило в сторону. Выскочив на боковой путь и продолжая набирать скорость, он вошёл в узкий тоннель. Стороннее освещение там отсутствовало, а мелькавшие с бешеной скоростью шпалы озарялись лишь судорожно мигающими прожекторами головного вагона. Нестабильная работа фар сопровождалась резкими перебоями в работе электродвигателей всего состава. Поезд стал замедлять ход. Затем во время очередной вспышки прожектора я увидел, что вдалеке тоннель перекрыт большими металлическими воротами.
- Ложись! – успел выкрикнуть я и немедля завалился на пол. Денис быстро понял причину моего странного поведения и также нырнул вниз, задев головой увесистый огнетушитель и больно ударив меня по уху подошвой своего кроссовка. Через мгновение раздался сильный удар, после чего на нас градом посыпались стекла. Вывороченные с корнем ворота, раздирая металлические бока несущихся вагонов, заметались в адской мясорубке между стенами тоннеля и поверхностью поезда. В кабине возник сильный сквозняк, словно при поездке в кабриолете без лобового стекла. Затем поезд сильно тряхнуло – вероятно, конструкция ворот попала под колёса одного из вагонов, после чего последовала серия сильнейших ударов металла о бетонные стенки тоннеля, и поезд, сильно накренившись на левую сторону, безнадёжно замер в объятьях кромешной темноты. Наступила гнетущая тишина.
-Ты живой? – чуть слышно произнёс я, всей душой надеясь, что приятель в порядке.
- Да вроде того, – через секунду послышался неуверенный голос Дениса из дальнего угла кабины.
- Что могло случиться? – я приподнялся на колени и стал на ощупь пробираться между свалившимися на пол вещами.
- Наверное, один из задних вагонов или сразу несколько сошли с рельсов, – сказал он, и в кабине вспыхнул свет.
В руках у Дениса находился фонарик – один из тех, которые до крушения лежали возле приборной панели, а сейчас очутились на полу. Второй фонарь также оказался исправным. Прихватив с собой свёрток с бутербродами (не пропадать же добру), я с трудом выбрался из вагона. Потирая ушибленные бока, я стоял, прислонившись к почерневшей стене тоннеля, и наблюдал, как пострадавший не меньше меня товарищ спускается из покорёженной кабины с брезентовой сумкой на плече. Поезд остановился вовремя. Дальше тоннель оказался до половины заполнен водой. Если бы мы проехали ещё каких-нибудь двадцать метров, выбираться пришлось бы вплавь. Я отдал бутерброды Денису, чтобы он положил их в сумку.
Нам не терпелось увидеть последствия аварии, и мы направились вдоль перекошенного состава с фонарями в руках. Два задних вагона завалились набок и разодрали металлическим корпусом стену тоннеля, отчего в бетонном покрытии образовалась глубокая выемка. В том месте, где стена была повреждена наиболее серьёзно, зияла пустота. Немного подумав, мы решили протиснуться в эту дыру – она могла стать для нас убежищем.

Мы очутились в небольшом гроте, продолжением которого служил узкий коридор, напоминавший прорубленный в породе штрек. Стены источали влагу, и пробираться дальше пришлось по щиколотку в воде. Через некоторое время мы вышли к старой железнодорожной ветке. Судя по состоянию рельсов, их давно не использовали по назначению. Дальше пришлось идти очень долго, пока затопленная местами дорога не привела в тупик. Промокшие ноги заледенели неимоверно, усугубляя наше положение. Под землей было невыносимо холодно, учитывая нашу «экипировку»: на мне была всё та же зелёная футболка, местами разодранная в пылу последних передряг, Денис же довольствовался тонкой штапельной рубашкой.
Чуть в стороне от металлического отбойника, в который упирались рельсы, луч фонаря выхватил из мрака ржавую дверь. Стальная задвижка противно лязгнула – и мы очутились в длинном неряшливо оштукатуренном коридоре, от которого в разные стороны разбегались боковые проходы. Нам пришлось очень долго петлять по хитросплетённому лабиринту, пока в конце одного из переходов не забрезжил спасительный свет. Как мотыльки ночной порой стремятся к яркому огню, так и мы, почувствовав прилив оптимизма, потянулись к вожделенным лучам надежды. Наконец нам удалось выбраться из мрачных катакомб, и ноги снова оказались на сухой бетонной тверди. Железнодорожная ветка, на которой мы очутились, убегала в освещённую подземную даль, а немного в стороне на грузовой платформе слышались голоса людей, скрежет передвигаемых предметов и слабое пощёлкивание реле электрокара, снующего между загруженными поддонами.

Подойдя ближе, мы решили на время затаиться среди наставленных неподалёку громоздких зелёных ящиков, чтобы оценить обстановку. Точка, с которой нам довелось наблюдать за происходящим, оказалась очень удобной в стратегическом отношении, так как вся платформа просматривалась как на ладони и позволяла нам самим оставаться незамеченными.
Наше поведение было оправданным ввиду того, что на платформе находилось несколько вооружённых автоматами людей в странной униформе, и покажись мы им на глаза, никто не мог дать гарантии, что их реакция при виде непрошеных гостей будет миролюбивой. Через некоторое время из глубины тоннеля стали доноситься звуки приближающегося поезда. Затем к платформе подошёл состав из нескольких грузовых вагонов. Они лишь отдалённо были похожи на привычные вагончики метрополитена и больше напоминали товарные железнодорожные теплушки, только в миниатюре. Вагоны толкал небольшой ярко-красный электровоз, похожий на один из тех игрушечных паровозиков, подаренных мне отцом в детстве. Контактный рельс здесь отсутствовал. Вместо него под потолком тоннеля тянулся толстый стальной провод, через который при помощи небольшого пантографа, расположенного сверху электровоза, осуществлялась подача электричества на эту подземную машину.
-Угораздило же нас! – тихо прошептал Денис, продолжая разглядывать подходящий состав.
- А чего, собственно, мы боимся? – с недоумением произнёс я. – Давай подойдём к людям и всё объясним. Что они, не поймут?
- По всей видимости, это какой-то секретный объект, и стоит нам только показаться им на глаза, поверь мне, нас сразу же пристрелят, – чуть слышно произнёс приятель, а потом добавил: – Или немного позже.
- И что ты предлагаешь?
Денис достал пачку сигарет, поднёс ее к лицу и вдохнул запах табака, перемешанного с ароматом вишни: – Сейчас бы курнуть, жаль нельзя, – он убрал сигареты в боковой карман сумки. – Короче, ещё немного подождём, и надо сматываться отсюда. Поищем другой путь наверх.
-Да. Наверно, это будет разумно, – согласился я и уселся на бетонный пол, навалившись спиной на ящик.
Через минуту на платформе появилось ещё несколько электрокаров. Они принялись ловко распихивать по вагонам загруженные паллеты, скопившиеся на площадке. Через час работа была закончена, и один из автоматчиков выкрикнул громко, чтобы слышали все: – Заканчивай, мужики. Пойдём перекусим!
Пакгауз быстро опустел, и наступила тишина.
- А может забраться в один из вагонов, пока они открыты, и будь что будет? – предложил я, и после одобрительного кивка приятеля мы стали пробираться в сторону состава. Через некоторое время я и Денис сидели в дальнем углу одного из вагонов, затерявшись среди тюков и коробок, сжимая наудачу задубевшие от холода кулаки.

Глава 5. На грани отчаяния

- Откуда они взялись?! – в смятении произнесла Алена, сдунув со лба непослушную прядь волос, – Ненавижу пауков!
Она отступила на шаг, продолжая удерживать под прицелом самую агрессивную особь.
- Их много, и нам с ними не справиться, – запаниковал Василий.
Насекомые были огромными. Некоторые из них достигали размеров крупной собаки.
Оценив обстановку, Константин быстро достал из кейса пиротехническое устройство, запалил и осторожно, чтобы не задеть головы товарищей, зашвырнул горящий факел в сторону враждебных чудовищ. Фальшфейер упал на бетонный пол, озарив красным сиянием стены и потолок каменного прохода. Мохнатые пауки при виде слепящего пламени стали недовольно пятиться. Но отступала лишь небольшая группа, находившаяся в первых рядах воинствующей когорты. Остальные не могли знать причины внезапной заминки своих сородичей и продолжали тупо напирать.
- Немедленно убираемся отсюда, – Саша подался назад, увлекая за собой друзей. Немного отойдя от зловещего прохода, группа развернулась и бросилась прочь от ужасного места. Спрыгнув с платформы на пути, ребята бежали что было сил – подальше от смертельной опасности. Достигнув дрезины, они, словно заправские бобслеисты, принялись разгонять свой механический боб, после чего запрыгнули на борт.

В это время несколько пауков, успешно перевалив через «кучу малу» из своих собратьев, энергично перебирая цепкими лапами, ринулись вдогонку за ускользающей добычей.
Жалобно поскрипывая, тележка мчалась так быстро, насколько хватало человеческих сил, разогнавших спасительный механизм. Но этого было недостаточно. Устремившиеся в погоню пауки передвигались легко и проворно. Они мчались, играючи обгоняя друг друга. Каждый старался первым добраться до преследуемых жертв, отталкивая сородича и путаясь под ногами. Насекомые умудрялись бежать по вертикальным стенам, иногда по потолку тоннеля, перескакивая друг через друга и издавая пронзительные звуки, от которых становилось невыносимо жутко. Когда стало очевидным, что твари неумолимо приближаются, Саша достал пистолет и приготовился к отражению атаки. В одной руке он держал оружие, в другой – фонарь. Роль прожектора теперь выполнял Василий, мускульной тягой служили крепкие руки Алекса и Кости, а ответственность за уничтожение живой силы противника была возложена на Алёну и Александра.

«Тачанка» мчалась стремительно, рассекая застоявшийся воздух подземелья.
Раздался первый выстрел. Одно насекомое повалилось на рельсы, словно подкошенное. Разрывная пуля, попав в тело паука, снесла часть туловища, которая кровянистыми ошметками разлетелась по стенам тоннеля. Алёна неплохо справилась с задачей, и большая часть насекомых мгновенно набросилась на останки развороченного тела. Однако небольшая кучка преследователей, не обратив внимания на погибшего собрата, продолжила азартную охоту, приближаясь всё ближе к заветной цели. Выстрелы теперь следовали один за другим. Мохнатые тушки разлетались в клочья, словно стендовые тарелочки. Это продолжалось до тех пор, пока под пляшущими лучами фонарей не остался последний паук. Осознав своё положение, насекомое внезапно остановилось и на мгновение замерло. Затем, развернувшись задом в сторону удаляющейся тележки, паук, словно прицеливаясь, приподнял пузатое брюхо и выпустил из своих желёз пучок липкой паутины. Клейкие капельки, располагавшиеся на конце каждой шелковистой нити, зашлёпали по стенам и шпалам, совсем рядом с дрезиной и одна из них угодила прямо Василию в голову. Не поняв, что произошло, парень привстал и протянул руку к липкому затылку. Ладонь накрепко приклеилась к волосам. Затем последовал резкий толчок, и парень вылетел из тележки, словно всадник из седла, пленённый прочным арканом врага. Его тело, ударившись о шершавую стену тоннеля, упало на мелькающую, словно киноплёнка в проекторе, вереницу шпал и застыло чёрным пятном в глазах удаляющихся друзей. Мохнатый хищник, увидев, что наконец достиг цели, издал пронзительный победный звук и поспешно засеменил к бездыханному телу. Но тело оказалось ещё живым. Оно даже приоткрыло глаза, когда безжалостное насекомое уже собиралось вонзить своё ядовитое жало в беззащитную плоть. Внезапно раздался истошный визг металла. Паук на мгновение отвлёкся. Дрезина остановилась. Шквал пуль из стволов натренированных стрелков разделил многоногое существо на множество неузнаваемых фрагментов.
Наступила напряжённая тишина. Через мгновение раздался слабый отдалённый стон. Стало понятно, что Василий жив. Друзья быстро подали дрезину назад. Парня аккуратно уложили на край тележки и, не медля ни секунды, группа двинулась дальше. Через некоторое время под воздействием нашатыря, с перебинтованной головой и изодранными коленями, «колдун» начал приходить в себя. Он до сих пор не мог поверить, что остался жив и, превозмогая боль, шептал молитвы. Как ни странно, но при таком падении парень отделался весьма легко. Уже через час он сменил Алекса и занял его место за ручкой привода дрезины, а ещё через час, когда вдалеке замаячили колонны очередной платформы, он даже начал мурлыкать себе под нос незатейливую песенку.

- Всё! Тишина! – Саша жестом велел остановить дрезину. – Оставайтесь здесь. Мы с Алёной осмотрим местность.
Напарники соскочили с тележки и, взяв стволы на изготовку, направились в сторону невысокой платформы. Обойдя все углы и закоулки пакгауза, Алена посигналила фонарем, дав понять остальным, что местность безопасна и можно смело подъезжать ближе. Было уже поздно – время перевалило за полночь. Утомившиеся исследователи от усталости и нервных потрясений едва стояли на ногах. Пришла пора устраиваться на ночлег. Собрав по округе все, что могло гореть: остатки старых поддонов, полусгнившие доски от транспортировочных ящиков и другой хлам – они развели костёр. Пока Константин открывал консервные банки и готовил ужин, Алёна более тщательно осмотрела и обработала ссадины и ушибы пострадавшего товарища. Ещё раз обойдя местность, Саша дал команду к отбою.

Отдых продолжался недолго. Ребята, меняя друг друга, дежурили возле потрескивающего костра. Прошло около четырёх часов, с тех пор как они появились на платформе, и пока всё выглядело относительно спокойным.
Местность казалась мрачной и неприветливой. Амбразуры разрушенных проходов таращились из полумрака затенёнными глазницами. Возможно, один из этих ходов и являлся дорогой к спасению, но наверняка этого знать не мог никто. Уже одно то, что здесь не было паутины, вселяло зыбкое чувство спокойствия.
Костёр догорал. Головешки дров мерцали в темноте рубиновыми початками, неслышно оседая и превращаясь в золу. Саша нёс вахту, устроившись возле огня, временами озираясь по сторонам и прислушиваясь к обманчивой тишине. Округа томилась в тревожной дрёме. Лишь потрескивание тлеющей древесины да ровное дыхание спящих друзей нарушали безмолвие. Сашины веки смыкались. Он погружался в тревожный сон. Где-то в глубинах сознания, словно сквозь глухую стену, неожиданно возник далекий, еле различимый, вой. Парень тут же открыл глаза, поднялся на ноги и стал пристально вслушиваться, пытаясь определить, откуда доносится этот протяжный, едва уловимый для уха, гул. Это напоминало далёкое завывание сирены и вытекало звуковой струйкой из тоннеля, в который после отдыха собирались отправиться исследователи. Вскоре всё утихло.
Александр разбудил спутников и рассказал о странном явлении. Друзья с трудом приходили в себя после сна. Чувство усталости не отступило, словно и не спали.
- А может, это шум поезда? – предположил Василий, вглядываясь в черноту тоннеля.
- Ты думаешь, я идиот?! – Саша торопливо застегнул пуговицы на штормовке. – Звуки движущегося поезда я бы отличил от воя сирены.
- Что тут гадать, – Костя пристроил за плечами свой кейс, – другого выхода у нас всё равно нет. Нужно двигаться только вперёд, – парень кивнул в направлении тоннеля.
- Действительно, – Алекс уже стоял наготове, держа в руке горящий фонарь, – отступать некуда, – он с сочувствием посмотрел на покрытое ссадинами лицо «колдуна».
- Тогда в путь, – Алёна уселась на своё место впереди дрезины и опустила рычаг тормоза.

Продвигались исследователи теперь не так быстро, внимательно вслушиваясь и всматриваясь в то, что таил в себе подземный мрак. У ребят было такое чувство, что они очутились в пещере ужасов одного из городских луна-парков. Только все ужасы здесь представлялись не какой-то бутафорией. Они были настоящими – кошмарной реальностью.
Таким образом команда единомышленников двигалась около часа. Нередко луч фонаря пересекали небольшие крысы-альбиносы. Животные неожиданно выскакивали из многочисленных норок, отражая ослепительно белой шкуркой яркий свет фонарика, и мгновенно скрывались в подобных же укрытиях на противоположной стороне железнодорожного полотна, вызывая своим поведением, да и самим существованием здесь, вдалеке от людских жилищ, необъяснимый страх. Скрип старой дрезины, судя по всему, нарушил покой здешних обитателей, вызвав среди них суету и смятение.
- Это невероятно! – произнёс Алекс. – Такое скопление белых мышей, точнее крыс, ещё не встречал. А ведь этой ораве нужно чем-то питаться! Значит, неподалёку должен находиться источник, поддерживающий их существование, – например, хранилище продуктов, зерна или что-то подобное, – «мыслитель» обвёл взглядом друзей и умолк.
- Ну ты голова! – саркастически сказал Костя, продолжая работать вконец опостылевшим рычагом дрезины. – Сами бы мы не догадались.
- А действительно, ребята, – Алёна на минуту повернулась к группе. – Откуда такое количество живности под землёй?
- Колдун, ты чего молчишь? – Саша толкнул плечом сидевшего рядом приятеля. – Давай, выскажи свою точку зрения.
- Да я всё размышляю, – ответил Вася, очнувшись от раздумий. – Мне не даёт покоя мысль, как этот учёный, по чьим следам мы сюда забрались, смог проскочить мимо пауков-людоедов невредимым?
- «Невредимым»?! Это громко сказано – его ведь нет в живых, - произнёс Александр, продолжая налегать на рычаг.
- Но погиб-то он уже при других обстоятельствах! – не успокаивался Василий.
- Ничего удивительного, – Алёна снова развернулась по направлению движения тележки, продолжая освещать дорогу. – Когда мы приехали на ту платформу, пауков там не было. Вероятно, и он успел проскочить, пока насекомые отсутствовали.
- Интересно, а чем эти паукообразные чудовища питаются? – продолжил рассуждения «колдун».
- Пожирают себе подобных тварей, – ухмыльнулся Константин. – Ты же видел, как они набросились на подстреленного Алёной сородича!
- Процветай у них только каннибализм, эти существа не смогли бы так быстро производить потомство. Они все давно бы повымирали, – высказался Алекс.
- Значит, у них существует ещё какая-то подкормка, – Алёна снова повернулась к ребятам. – Например, мумия, которую мы обнаружили, или эти крысы, снующие туда-сюда, или что-то ещё – мы ведь не успели обследовать то место.
- Одной мумии на всех маловато, – Константин взглянул на Алёну, – да и крысы там не попадались. Одни загадки, ей-богу!
- Держитесь крепче! – выкрикнула девушка и сильно дёрнула тормозной рычаг.
Дрезина резко замедлила ход и остановилась – всего в нескольких сантиметрах от металлического отбойника в тупике.
Железнодорожное полотно оборвалось рядом с очередной платформой, устроенной как разгрузочная площадка и снабженной системой талей и другими такелажными приспособлениями. Дальше тоннель пролегал уже без рельсов, убегая земляным рукавом в черноту подземного пространства.

Оставив дрезину, группа отправилась обследовать незнакомую местность. Вскоре ребята собрались в глубине разгрузочной площадки, недалеко от высоких зелёных ворот, предваряющих вход в какое-то помещение.
Рядом, на платформе, выстроившись вдоль жёлтой линии, словно отслужившие своё солдаты, возвышались старые раскуроченные станки. Они застыли абстрактными изваяниями, отбрасывая замысловатые тени, оживающие под лучами ярких фонарей.
- Похоже, что где-то обновили оборудование, – произнес Костя, с силой крутанув ржавую фрезу на одном из агрегатов.
- Итак, что мы имеем? – Саша обвёл взглядом спутников, словно командир вернувшихся с задания разведчиков.
- Ну… ворота с внешней стороны не открыть – это однозначно, – Алекс бросил взгляд на громадные чугунные створки, плотно прилегающие друг к другу, через которые не прополз бы и клоп.
- Других дверей здесь нет! Я осмотрела всё вокруг и ничего похожего не обнаружила, – Алёна направила луч фонаря в сторону арки тоннеля. – Железная дорога закончилась, и дальше можно передвигаться только пешком.
- Слева от ворот, где лежит свалившаяся металлическая опора (одна из тех, что подпирают своды тоннеля), я заметил немного паутины, как та, что мы видели у логова пауков, – произнёс Вася, указывая рукой в сторону того места.
- Значит, выход отсюда только через эти ворота? – Александр снова посмотрел на друзей.
- По всей видимости, это так, – Костя попытался подтолкнуть гигантские двери плечом, но они даже не шелохнулись.
- Короче, с воротами нам не справиться, – выключив фонарь, Алекс закрепил его на поясе. – Остаётся одно: двигаться дальше по тоннелю на своих двоих.
- Пешком?! – возмутилась Алёна. – Так мы далеко не уйдём. На дрезине и то, сколько ехали, а толку чуть.
- А что прикажешь делать? – Саша с укором посмотрел на девушку. – Остаться здесь и ждать помощи неизвестно от кого?
Снова зазвучал отдалённый вой сирены, подобный тому, который Саша слышал во время отдыха группы. Он был протяжным и жутковатым, вызывающим беспричинный страх, порождая неприятное чувство надвигающейся беды. Этот звук доносился со стороны ворот, но не из-за них, а откуда-то сбоку. Стена, в которой находилась ниша с воротами, имела продолжение. Она уходила влево параллельно каменной платформе и через пару десятков метров упиралась в торец тоннеля. Костя пошёл вдоль неё, прислушиваясь и осматривая с помощью фонаря каждый метр железобетонного бастиона. Наконец он остановился, задрав голову вверх, и радостно воскликнул:
- Есть!!!
Ребята подошли к тому месту и под светом сразу нескольких лучей, на трёхметровой высоте, увидели едва различимую металлическую решётку. Она сливалась с почерневшей от времени штукатуркой и дышала чуть колышущимися на сквозняке невесомыми хлопьями застарелой пыли и паутины, напоминая давно не чищенную вентиляционную решетку в запущенном доме. Звуки сирены утихли, и лишь их слабые отголоски сливались со свистом в ушах, порождаемым кромешной тишиной.
- Вытяжка хотя и небольшая, но некрупный человек в неё, думаю, пролезет. Это шанс! – Саша достал пистолет и, прицелившись, выстрелил в решётку. Пуля попала в крепёжный болт, отскочила и рикошетом стеганула по талевому монорельсу, на что тот ответил сдержанным, словно колокольным, звоном. Угол решётки немного отошёл от стены, и образовалась небольшая щель.
- Я сейчас, – Костя ненадолго исчез, затем вернулся с длинной арматурой в руках. – Это должно сработать, – он с трудом просунул конец металлического стержня в образовавшийся зазор и стал раскачивать решётку из стороны в сторону. Ржавые болты постепенно ослабли, и через минуту, отделившись от основания, решетка с грохотом рухнула на пол, подняв небольшое облачко желтоватой пыли. На фоне грязно-серой стены обозначился чёрный квадрат вентиляционного отверстия.
- Я, пожалуй, пролезу в этот люк, – Алёна посмотрела на друзей, – только меня нужно подсадить.
- Одной туда соваться опасно, – Саша с ног до головы осмотрел стоявших перед ним людей. – Пожалуй, Василий по комплекции подойдёт. Ростом практически с Алёну. Худой. Думаю, не застрянет!
- Я? – произнёс парень, явно испугавшись такого поворота событий. Но почувствовав на себе пристальный взгляд девушки, сконфуженно добавил: – Ну если это необходимо!
Он отложил кейс, сбросил всё лишнее и остался в рабочей спецовке, с фонарём в руке. Алёна также освободилась от не нужного на данный момент снаряжения, оставшись в облегающем спортивном костюме и с пистолетом в подмышечной кобуре. В таком виде она была похожа на Анджелину Джоли в образе Лары Крофт.
- Забирайся, – Алекс плотно прижался к стене, а Саша помог девушке влезть на его плечи. Таким же образом поднялся и Василий.
- Удачи вам, ребята! – подбодрил друзей Костя. – Понапрасну не рискуйте!
Лазутчики, едва протискиваясь меж стенок воздуховода, на корточках, поползли вперёд.

Оставшаяся троица, дождавшись, пока шорохи наверху не утихнут, принялась обсуждать план дальнейших действий.
- Значит так, мужики! Пока они обследуют вентиляционные короба, нужно проверить, как далеко тянется тоннель и возможно ли по нему продвигаться дальше. Оставьте свои вещи здесь и немного прогуляйтесь, – Саша указал рукой в ту сторону тоннеля, где отсутствовали железнодорожные пути. – Может, чуть дальше с рельсами всё в порядке. Если это так, нам останется всего лишь перетащить туда дрезину и продолжить путь. В любом случае далеко не отходите! Я останусь здесь, но если потребуется, приду вам на помощь. Они, – Саша посмотрел на чёрный глаз вытяжки, – наверняка, вернутся быстро. Им потребуется помощь, чтобы спуститься обратно.
- Добрó! – Костя поправил прилаженный на поясе охотничий нож. Друзья сбросили с себя кейсы, включили фонари и через минуту скрылись в горловине тоннеля, откуда ещё некоторое время доносились обрывки их непринуждённой беседы.

Короб воздуховода извивался, как запутанный лабиринт. Алена перемещалась ловко, словно кошка. «Колдун» едва за ней поспевал. Путь петлял то влево, то вправо. Иногда приходилось спускаться вертикально вниз, а порой требовалось подсаживать друг друга, чтобы добраться до верхнего изгиба лабиринта. Наконец короб вновь обрел горизонтальное направление.
Воздуховод пересекал длинное помещение. Напарники задержались у большой решетки, которая располагалась прямо под ними. Сквозь щели можно было рассмотреть то, что находилось за пределами замкнутого пространства, в котором уже полчаса томились скрюченные люди. Выяснилось, что ребята находятся под потолком промышленного цеха. Это помещение не выглядело заброшенным. Наоборот. По всей площади огромного зала строгими рядами расположились сверкающие синей краской, новенькие станки. Темнота преобладала, но не везде. В дальнем углу строения виднелась застеклённая кабинка, в которой помигивала неисправная лампа дежурного освещения. – Вероятно, здесь находится секретное производство, – вслух предположил Василий, вглядываясь в настороженное лицо девушки.
- Скорее всего, так и есть. Но тогда где же люди? Где рабочие? – шепотом, словно боясь, что её услышат, произнесла Алёна.
- Заметь, – Вася направил луч фонаря на ближайшие станки, – оборудование только монтируется. Видишь торчащие из пола провода? Так что рабочих может и не быть. Если только наладчики.
-Ладно. Двигаемся дальше, – девушка проползла несколько метров вперёд и остановилась.
Её насторожил усиливающийся металлический скрежет, возникший под коленями. Затем прямо за ней короб начал прогибаться. В районе соединительного стыка, как раз между девушкой и напарником, крепление лопнуло, и многометровая секция воздуховода рухнула вниз прямо на станки. Парень едва успел ухватиться за край конструкции, где находилась Алена, и теперь болтался, как бельё на ветру, пытаясь забраться в спасительный короб. Высота, с которой Вася мог загреметь, была более чем достаточной – после такого падения фрагменты его тела ещё долго бы извлекали из деталей станков. Алёне потребовалось много усилий и сноровки, чтобы затащить парня обратно. Едва она справилась с этой работой, за спиной послышалось мерзкое стрекотание и странное пощёлкивание. Девушка повернула голову и в ужасе замерла. Прямо на неё, самодовольно шевеля противными членистыми лапами, надвигалось существо, похожее на гигантского скорпиона с длинными чешуйчатыми крыльями, судорожно вздрагивающими на ороговелых боках продолговатого туловища. Чудовище неумолимо приближалось и явно с недобрыми намерениями. Медленно, чтобы не спровоцировать преждевременное нападение хищника, Алена подтягивала подрагивающую руку к кобуре. Затем, плотно сжав холодную рукоять пистолета, она аккуратно сдвинула пальцем кнопку предохранителя и, резко вскинув оружие, открыла огонь. То, что секунды назад выглядело грозным хищником, теперь валялось в виде разбросанных частиц биомассы и поблескивало кровянистой слизью. Лишь несколько оторванных конечностей еще недолго вздрагивали, словно прощаясь с уползающими в темноту людьми.

Тем временем два других исследователя, увлечённо беседуя, шли по тёмному тоннелю в поисках исчезнувшего железнодорожного полотна. Они прошагали больше километра, но впереди им встречались только обрушившиеся местами стены да затопленные грунтовыми водами небольшие ямы. Ничего похожего на рельсовую магистраль.
- Такое ощущение, что строительные работы здесь не проводились.
- Похоже на то, – Алекс осветил фонарём грубо обработанный свод тоннеля. – Наверно, в своё время эту ветку хотели вести дальше, но потом по каким-то причинам передумали и забросили.
- Смотри, Алекс! – приятель привлёк внимание друга к уходившему в сторону ответвлению. Это был своего рода аппендикс в основном рукаве тоннеля.
- Любопытно, – Костя провёл ладонью по гладкой поверхности стенок ответвления. – Здесь нет следов от инструментов, спирального рисунка от бура или машины для проходки тоннелей, – он на несколько шагов углубился в проход. – Такое ощущение, что сквозь землю тащили исполинский трос величиной с… вагон!
Алекс догнал приятеля, и они пошли дальше. Штрек петлял, как болотный уж, уводя исследователей всё дальше. Через некоторое время почва под ногами стала мягкой и пружинистой, словно люди шли по скрытой трясине, порой покачиваясь и теряя равновесие.
-Тут что-то не так, – Алекс остановился, придержав рукой приятеля, и принялся внимательно изучать своды тоннеля, освещая фонариком побагровевшие стены. Просторный в начале пути коридор сузился, и его стены приобрели кольчатую структуру. Казалось, ребята находятся внутри большого гофрированного шланга с припорошенными влажной землёй красноватыми стенками, и если присмотреться внимательнее, то можно было заметить, что весь тоннель временами вздрагивает, словно огромное пульсирующее сердце.
- Смотри! – Костя дернул приятеля за рукав, указывая взглядом на то, что происходило за их спинами.
На расстоянии десяти шагов, в том месте, где они совсем недавно прошли, края тоннеля по периметру начали медленно сужаться к середине, словно затягиваемая прочным шнуром тряпичная горловина походного мешка. Затем из глубины вдруг ожившего и колышущегося, словно студень, штрека стали доноситься жуткие гортанные всхлипы и клокотание. Казалось, люди попали во чрево гигантской змеи, а её разинутая пасть вот-вот закроется.
- Быстрее уходим! – Алекс подтолкнул друга, и они что было сил, утопая ногами в вязкой трясине, поспешили в сторону закрывающегося прохода. Костя первым выскользнул из узкой горловины и, почувствовав твёрдую почву под ногами, остановился, чтобы помочь оступившемуся приятелю. Алекс карабкался к выходу. Его обессилевшее тело надёжно застряло в ужасной горловине, пройдя только часть пути. Ему оставалось преодолеть всего лишь шаг, что на тот момент оказалось уже невыполнимым.

Изрядно утомившись, изодрав в кровь и без того травмированные колени, Вася задержался, чтобы восстановить дыхание.
- Ну что там? – Алёна обернулась, тяжело дыша. – После отдохнём, – поторопила она напарника.
Парень глубоко вздохнул и, собрав остаток сил, последовал за девушкой.
Чуть дальше лаз расширился на три четверти, и образовалась своего рода площадка, к которой со всех сторон примыкали воздуховоды, подобные тому, по которому перемещались ребята. Они опускались сверху, строгими лучами разбегались в стороны, параболическими отводами устремлялись вниз. У основания каждой вытяжки находились широкие задвижки, приводимые в действие изогнутыми рычагами с подведенными к ним тросами. Посредством этих нехитрых устройств, при необходимости, перекрывался нужный воздуховод, и это регулировало воздушные потоки в вентиляционной системе. «Колдун» подобрался к одной из задвижек и попытался привести в действие поржавевший механизм. Заслонка, повинуясь усилиям человека, со скрипом подалась вниз.
- Работает, – удовлетворенно прошептал Вася.
- Тсс! – зашипела вдруг Алена, прислушиваясь к непонятным звукам. Они приближались с пугающей быстротой.
Казалось, стая голодных волков рыщет по запутанным вентиляционным коробам, сопя и вынюхивая добычу, со скрежетом отталкиваясь острыми когтями от металлической поверхности.
Не дожидаясь кульминации, Алёна достала оружие и подтолкнула парня к спускавшемуся вниз металлическому рукаву: – Забирайся быстрее туда! Я прикрою, если получится.
Вася поспешил к оцинкованной трубе и, забравшись в неё, скользнул вниз, едва сдерживаясь, чтобы не завопить на всю округу. Алёна отправилась следом, но неожиданно замешкалась возле заслонки пытаясь закрыть за собой проход. Металлическую пластину заклинило.
В ярком свете фонаря метнулась тень первого выбравшегося из воздуховода монстра. Это было чудовище, похожее на то, что повстречалось им совсем недавно. Но теперь их стало слишком много. Из соседних коробов, один за другим, стали появляться такие же твари. Алёна с силой дёрнула неподатливую заслонку, но она опустилась лишь на половину и замерла, упершись в отвратительную клешню, которую успел просунуть подоспевший хищник. Девушка направила ствол пистолета в омерзительную конечность и, отвернувшись, нажала на спусковой крючок. Высвободившаяся заслонка легко проскочила вниз, щёлкнув в конце спасительным фиксатором. Немного передохнув, Алена последовала по тому же пути, что и её спутник.

Василий мчался головой вниз по узкой трубе. Руками и ногами он упирался в гладкие стенки воздуховода, пытаясь хоть как-то замедлить стремительный спуск. Но всё тщетно. Зацепиться было не за что. Даже стыковые швы, на которые постоянно натыкались руки парня, не могли обуздать скорость разогнавшегося тела. Через несколько секунд Вася сильно ударился головой о металлическую преграду и, пролетев несколько метров, рухнул на что-то мягкое и холодное. Это «что-то» существенно смягчило падение, и он, зажмурив глаза, замер. Вася почувствовал, что упирается лбом в щетинистую поверхность, источающую отвратительный запах.
Металлическая решётка вытяжки с грохотом отскочила в противоположную сторону. Через мгновение парень вскочил на ноги и метнулся к стене, возле которой валялся чудом уцелевший фонарь. «Колдун» поднял его и осветил тускнеющим лучом помещение. По всем признакам, это был морг. Типичная для такого места обстановка: отделанные до потолка белым кафелем стены; широкая ванна из нержавеющей стали – вся в кровавых подтёках; несколько столов с покоящимися на них трупами и чуть в стороне – огромная холодильная установка с множеством ячеек, напоминавших привокзальные камеры хранения. Что показалось Васе необычным (если, конечно, обстоятельства, в которых он оказался, вообще можно назвать обычными), так это гора трупов, сложенных как попало у стены. На эту «гору» бедняга и приземлился. На полу, среди разбросанных фрагментов человеческих тел, валялся хирургический инструментарий, а прямо возле его ног лежала оторванная голова (именно оторванная – не отрезанная) с рыжей запущенной бородой и закатившимися белками глаз.
Парня охватил нестерпимый ужас. Он попытался облокотиться на стоявшие позади носилки, чтобы не упасть в обморок. Его рука оперлась на лицо лежавшего там трупа, и большой палец угодил прямо в раскрытый рот мертвеца. В тот момент Вася испытал самое омерзительное ощущение в своей жизни. От ужаса он вскрикнул, и многострадальный фонарик, выпав из рук, погас теперь уже навсегда.
Через мгновение сверху послышался нарастающий шум скользящего по воздуховоду тела. Спускалась Алёна. В темноте, на ощупь, «колдун» поспешил в сторону приближающегося звука и принял боксёрскую стойку, подав корпус вперёд и упершись ногой в основание ножки стола. Это позволяло частично принять удар на себя и тем самым смягчить падение девушки. Пулей выскочив из короба, Алёна врезалась в подставленное плечо товарища и жестко, но без травм, упала на кафельный пол. После сильного удара парень снова очутился на куче трупов в обнимку со знакомым мертвецом. Едва придя в себя, он вскочил и как ошпаренный бросился к девушке, чтобы помочь ей подняться. Благо её фонарь не пострадал, и ужасное помещение снова наполнилось светом.
- Да!!! – произнесла Алена, обводя подрагивающим лучом фонаря «трупный пейзаж». - Жучки изрядно поглумились над этими телами,
- Какие жучки? – недоумевая спросил парень.
- Там наверху их тьма, – сообщила девушка. Столб света упёрся в большую корзину, над которой высилась груда разорванного и окровавленного тряпья. – Один из таких жучков напал на нас, когда ты чуть не свалился на станки.
- Ничего себе жучок! – Вася подошёл к освещённой корзине. – Тот был самым настоящим монстром, – он брезгливо двумя пальцами поднял кусок оранжевой тряпки, на которой обозначилась окровавленная нашивка знака биологической опасности.
- Знакомый комбинезончик, – Алёна внимательно рассмотрела обрывки одежды. – Вероятно, вся эта униформа снята с находящихся здесь трупов.
- Ты думаешь, эти твари каким-то образом забрались сюда и устроили кровавое пиршество? – парень взглянул на плотно закрытую дверь, часть которой виднелась из-за матовых стенок стеклянного шкафа, затем на чёрное пятно воздуховода, которое до их падения было закрыто прочной решёткой.
- Они разделались с этими людьми где-нибудь в другом месте. Сюда доставили уже обезображенные тела. Но это всего лишь мои догадки. Может они… – девушка посмотрела на погибших мужчин и женщин, изуродованных и теперь лежавших скрюченными в нелепых позах, – может их постигла совершенно другая смерть. Например, транспортная катастрофа! В любом случае нужно поскорее выбираться отсюда. Ребята нас заждались и, наверное, переживают. Необходимо как можно быстрее найти путь к чугунным воротам и попытаться их открыть. Сообща будет проще разобраться в этом кошмаре.
Алёна подошла к белой двери и опустила вниз серебристую ручку. Вопреки пессимистическим ожиданиям преграда, скрипнув, подалась вперёд. Они очутились в служебном помещении, где, кроме стола с остатками заплесневелой пищи, разложенной вокруг электрического чайника, да шкафа, забитого служебной одеждой и обувью, больше ничего не было. Алена и Вася пересекли помещение, прошли через следующую дверь и, свернув за угол, отправились дальше по длинному коридору.

Пред ребятами стояла трудная задача – не имея ориентиров разыскать в незнакомом месте нужный путь, и всё это после часового мытарства по лабиринтам воздуховода. Дежурное освещение и информационные таблички над дверями оказались кстати. Минуя бойлерную, друзья пересекли широкую столовую. Немного запутавшись в хитросплетениях плохо освещенных коридоров, они вскоре очутились перед вывеской «Производство № 8БИС17».
Алена, взяв в руки пистолет, извлекла обойму.
- Негусто, – вздохнула она, обнаружив всего три патрона. – Случись что-то серьёзное, нам конец, – девушка вставила обойму на место, передёрнула затвор и осторожно приоткрыла дверь.
-То, что нужно! – произнёс Василий, очутившись внутри промышленного комплекса, состоявшего из нескольких конвейерных линий, несметного количества станков и другого современного высокотехнологичного оборудования. Заметив вдалеке покорёженную секцию воздуховода, едва не ставшую причиной его гибели, парень окончательно убедился, что они на верном пути.
Помещение оказалось гораздо больше, чем могло показаться сквозь щели решётки воздуховода. Цель близка. Зелёные ворота, за которыми их поджидали товарищи, находились в дальней стороне огромного цеха размером со стадион.

Костя стоял как зачарованный рядом с гигантской головой штрекового червя. Прямо перед ним, на расстоянии вытянутой руки, задыхаясь и корчась от боли, погибал товарищ. Константин пребывал в шоке. Он не понимал, что можно сделать в этой ситуации. Как помочь другу? Парень успел рассмотреть чудовище, точнее ту его часть, которая являлась, судя по всему, головой подземного монстра. Его шкура состояла из плотно прилегающих друг к другу ороговевших пластин, напоминавших чешуйчатый покров змеи. Но ЭТО не было змеёй. У существа отсутствовали зубы, и, скорее всего, он питался, как дождевой червь, пропуская через себя тонны земли и используя в пищу всё, что попадалось. Впрочем, как выяснилось, он оказался ещё и плотоядным. Одним из способов его охоты была та коварная ловушка, в которую попали друзья. Червь сначала проделывал в почве нору, где неподвижно залегал с раскрытой пастью. Всё живое, что забредало к нему в утробу, оставалось там навсегда, медленно перевариваясь в гигантском брюхе – крысы, пауки и другие местные обитатели.
Роговой покров огромной головы существа отливал тёмно-оливковым глянцем, но вокруг рта он принимал розоватый оттенок, переходя в мягкую телесную ткань. Костя заметил и это. Он вспомнил про охотничий нож, закреплённый на поясе и, выхватив его, принялся яростно кромсать студенистую плоть. Большого вреда такой махине парень причинить не мог, но, очевидно, червю это не понравилось, и он с неохотой ослабил хватку. Воспользовавшись замешательством земляного колосса, Костя что было сил принялся тянуть приятеля за руки. Сдавленное тело немного подалось вперёд, и через мгновение Алекс кубарем выскочил из смертоносных тисков. Не ожидая такой наглости от никчемных букашек, монстр оторопел. Червь хорошо помял свою жертву, но большого вреда всё же не причинил. Два человека – один прихрамывая, другой его поддерживая – бежали изо всех сил, пытаясь оторваться от трубящего, словно разъяренный слон, гиганта. Несмотря на свои размеры, червь передвигался уверенно, совершенно не собираясь упускать по праву принадлежавший ему обед.

Саша сидел на полу, навалившись спиной на чугунные ворота, и сильно нервничал из-за долгого отсутствия друзей. Уже больше часа он оставался в неведении, совершенно один, даже не догадываясь, что с ними происходит. Парень старался отогнать дурные мысли, но они снова и снова возвращались и бередили душу. Внезапно он ощутил спиной легкий щелчок, словно сработало электромагнитное реле, после чего массивные створки ворот начали медленно расползаться в стороны.
- Ребята, это мы! – раздался возбуждённый голос Алёны.
Саша немедленно вскочил на ноги. В то же мгновение со стороны тоннеля послышался трубящий рёв. Он приближался очень быстро. Вскоре оттуда выбежали люди. За ними, на расстоянии двадцати шагов, гналось невиданное чудовище, издававшее леденящие кровь звуки. Александр стремглав рванулся на помощь. Поддерживая Алекса, ребята бросились к полураскрытым воротам.
- Быстрее закрывайте двери! – выкрикнул Саша, забегая с друзьями в помещение. Алена не мешкая нажала на кнопку. Тяжёлые створки с протяжным скрипом стали смыкаться и плотно закрылись прямо перед головой безобразной твари. Потерпев неудачу, монстр издал душераздирающий вопль, после чего за воротами стало тихо. Только шаркающие звуки грубой кожи удивительного создания ещё некоторое время раздавались в гнетущей тишине.
- Вроде уполз! Можно разговаривать, – Саша подошёл к сидящему на полу Алексу. – Ты в порядке? – он подал пострадавшему руку, и тот поднялся на ноги.
- Рёбра болят, но вроде целы, – Алекс осторожно ощупал свои бока. – А вот ногу, кажется, вывихнул. Наступать очень больно. Но ничего! Скоро пройдёт. Авось не впервой.
- А мы… – Алёна принялась рассказывать о том, что приключилось с ней и Василием. Её голос часто вздрагивал, когда речь заходила об острых моментах их похождения, и наоборот – речь текла ровно, когда описываемые события не требовали эмоциональной окраски. – Саша! Что происходит? Куда мы попали? – девушка села на пол, у основания одного из станков, прислонившись головой к холодному металлу. – Что с нами будет? Мы, наверное, скоро все погибнем. Патронов почти нет, продукты тоже на исходе. Даже воды осталась последняя бутылка.
- Честно говоря, я нахожусь словно в кошмарном сне, – стирая ветошью с лезвия ножа остатки кровянистой слизи, произнёс Константин. – Мне даже порой кажется, что я вот-вот проснусь, но, ущипнув свою руку, вновь осознаю, что всё это реально, – он задрал рукав, показывая друзьям оголённое запястье, покрытое маленькими синяками.
- А я – наоборот, – присоединился к разговору Василий, – после этих похождений стал более оптимистично смотреть на жизнь. Мне кажется, что все испытания, выпавшие на нашу долю, посланы свыше. И я верю, что если мы не падём духом, то все эти трудности выдержим с честью, и всё в итоге будет хорошо.
- Ты меня удивила, – Костя посмотрел на притихшую Алёну. – Всегда такая настойчивая, смелая, бескомпромиссная к трудностям девушка – взяла и раскисла.
- Действительно! Возьми себя в руки! – Александр тонко коснулся плеча девушки. – Не всё так уж и безнадёжно. Наверняка, где-то поблизости есть люди. Об этом свидетельствует многое. Электричество подключено. Отопление работает. А эти часы над воротами… Присмотрись к секундной стрелке – она движется. Это символично. Значит, и для нас время ещё не остановилось. Насчёт продуктов горевать, я думаю, не стоит. Ты сама рассказывала, что вы с Васей проходили через помещение столовой. Если там покопаться в холодильниках и кладовке, то, наверняка, найдётся что-нибудь съестное и тем более вода, – Саша обвёл друзей взглядом, отметив для себя, что ребята немного повеселели, а значит, его жизнеутверждающая речь оказалась полезной. – Судя по всему, червь убрался восвояси. Сейчас мы попробуем приоткрыть ворота и забрать наши вещи.
- К чёрту сопли! Простите меня, ребята, – произнесла Алена, поднимаясь с пола. – Может ведь быть у женщины минутная слабость? – она подошла к электрощиту. – Теперь я готова ко всему, – она нажала кнопку выключателя и снова отпустила. Гигантские створки немного разошлись и застыли. Этого промежутка вполне хватало, чтобы пройти человеку, но недостаточно для жирного червя.

После того как снаряжение перенесли внутрь помещения, исследователи разбрелись по цеху в поисках полезных вещей, которые могли бы им понадобиться в дальнейшем.
- Я нашёл связку арматуры, – раздался голос Кости откуда-то из глубины цеха, – и наждак. Можно нарезать металлических прутков и заточить их. Всё, какое ни есть, оружие!
- Хорошо! Займись этим! – отозвался Александр. – Только больше не кричи. Давайте разговаривать тише – на всякий случай.
- А как же я заточу арматуру? – недоумевая, снова выкрикнул Костя, – от этого будет столько шума!
- Ну… это уважительная причина. Действуй! – Саша направился к застеклённой кабинке, где, вероятно, располагался кабинет цехового руководства.
Среди деловых бумаг и прочих документов, лежавших на полках и столе, Александру попались чертежи узлов и деталей стрелкового оружия. В толстых зелёных папках, выстроившись ровными рядами, словно книги в городской библиотеке, размещалась технологическая документация. Ознакомившись с некоторыми записями, Саша понял: этот цех – один из многих, входящих в огромную структуру секретного военного производства.
Покинув застеклённую комнату, он направился в соседнюю дверь. За ней начинался слабоосвещённый петляющий коридор. Следуя по нему, парень вскоре очутился перед коричневой дверью с белевшей над ней надписью – «СКЛАД ГОТОВОЙ ПРОДУКЦИИ». Дверь оказалась приоткрытой, а из замочной скважины, с внутренней стороны, торчал блестящий ключ с синей пластмассовой биркой. Саша прошёл внутрь. Помещение впечатляло своими размерами. По центру, строгими рядами, тянулись высокие стеллажи, заставленные деревянными и пластиковыми коробками. Справа, вдоль стены, стояли металлические контейнеры небесного цвета. Слева от входа, на шаровом полу, жёлтой разметкой была обозначена стоянка для электрокаров. Там, на некотором расстоянии друг от друга, находилось несколько машин. Под высоким потолком зависла оранжевая кабина мостового крана. Вдалеке, ближе к центру помещения, располагался стол, большей частью задвинутый под стеллаж. Чёрная настольная лампа скудно освещала заваленную журналами столешницу. В стороне лежал перевёрнутый стул. На полу валялись странные свёртки. Подойдя ближе и присмотревшись, парень узнал в них окровавленные фрагменты человеческого тела. Саша подготовил пистолет и стал осторожно продвигаться вглубь помещения. Проходя вдоль стеллажей, он обнаружил на полках большое количество стрелкового оружия и покрытые смазкой детали. Его слух временами улавливал шорохи, доносившиеся из дальнего и самого тёмного угла арсенала.

Дальше события разворачивались стремительно. Недалеко от Александра со стеллажей упал предмет. Включив фонарь, парень обернулся. На полу среди рассыпанных деталей он обнаружил сброшенный кем-то пластиковый ящик. Почувствовав на себе пристальный взгляд, Саша запрокинул голову. Он заметил, как наверху, среди коробок, в темноту метнулась юркая тень, блеснув в луче фонаря оранжевыми полосками лоснящейся тигровой шкуры. Он вспомнил мумию, обнаруженную вблизи логова пауков. Сходство не вызывало сомнений. Но эта тварь была здесь не одна. От затенённой стороны помещения всё отчётливее стали доноситься шорохи и озлобленные рыки крадущихся зверей. Парень передёрнул затвор пистолета, и выпавший из руки фонарь, ударившись о пол, погас.
Возле стола находился силовой шкаф. Рубильник был опущен. Отступив несколько шагов назад, парень взялся за красную ручку и подал её вверх. Яркий свет вспыхнул повсюду. В складском помещении стало светло как днём. Перед Сашей возникла неприятная картина. В том месте, откуда недавно доносилась возня и шорохи, на полу лежали растерзанные человеческие тела, а прямо на него, крадучись и скалясь, надвигалась дюжина тигровых приматов с кошачьими окровавленными мордами.
Силы оказались неравными. Оставалось одно – бежать, и как можно быстрее. До входной двери было недалеко – шанс имелся. Стометровку парень пробегал всегда с хорошими результатами. Развернувшись к выходу, Саша рванул со всех ног. Окажись под рукой секундомер, все рекорды его подразделения остались бы далеко позади. Он даже успел на выходе вытащить ключ, вставить его с обратной стороны и замкнуть спасительную дверь снаружи. Свирепые обезьяны ещё долго, с пеной у рта, ломились в замкнутую створку. Но всё напрасно. Металлическая преграда оказалась надёжной.

Вскоре обо всём случившемся Саша рассказывал своим друзьям, устроившись на небольшой скамейке, недалеко от стеклянного кабинета.
- Да... попали! – дослушав историю, произнёс Алекс. – Нужно срочно вооружаться. Кто чем может.
– Так, у меня всё готово! – воскликнул Константин. – Сделал, как и обещал, – парень на минуту отлучился и вернулся с грудой заточенных арматурных стержней.
- Это как раз то, что нужно! – Александр взял один стержень в руки и решил пальцем проверить остроту заточки. – Сработано качественно, – он слизнул капельку пунцовой крови с поврежденной кожи.
- Приматы злобны и очень опасны. И всё же нам необходимо очистить от них оружейный склад. Сделать это нужно как можно быстрее, – Александр взял в руки пистолет и извлёк обойму. – Это все патроны, что у меня остались. Ровно семь.
- И у меня негусто, – девушка ещё раз пересчитала боеприпасы. – Всего три.
- На занятом обезьянами складе оружия предостаточно, – Саша окинул взглядом друзей, – необходимо только выкурить их оттуда.
- Наличие оружия не факт, что им можно воспользоваться, – произнёс Алекс. – Если нет патронов, то все эти стволы – никчёмный металлолом. А здесь, как я понял, боеприпасы не производят.
- Алекс, я тебя не узнаю. Раскинь мозгами, – Костя посмотрел на приятеля. – Если здесь производят оружие, значит, должен быть и полигон или стенд, где его испытывают и пристреливают.
- Совершенно верно, – Саша поднялся на ноги, взял один из заточенных прутков и, словно копьё, запустил его в находившийся неподалёку пожарный щит. Метательный снаряд глубоко вошёл в крашеную доску и задрожал гитарной струной.
- Есть задумка, как прикончить приматов и пробраться в оружейный склад. Сделать это несложно при условии, что каждый чётко выполнит отведённую ему роль.
- Ладно! Не томи. Говори, что делать… – Алёна взглянула на Сашу, и вдруг её глаза округлились, а лицо вытянулось.
Заметив это, все немедленно проследили за взглядом девушки. Прямо над рухнувшей секцией воздуховода из помятого короба спускались несколько больших пауков, мерно покачиваясь на толстой паутине.
Быстро распределив снаряжение, ребята направились в сторону оружейного склада. Захватив скамейку, Костя пристроил её в распор между дверной ручкой и основанием противоположной стены, после чего поспешил вслед за друзьями.
Вскоре вся группа собралась перед входом в арсенал, прислушиваясь к звукам, доносившимся из-за закрытой двери.
- Похоже, эти монстры снова принялись потрошить недоеденные трупы, – Саша осторожно извлёк ключ и припал лицом к замочной скважине, пытаясь рассмотреть происходящее внутри склада.
- Ну что там? – нервничала Алена, с опаской озираясь по сторонам. – Надо торопиться. Эти пауки умны и коварны. Скамейка задержит их ненадолго.
- Теперь слушайте меня внимательно, – тихо произнёс Александр.
Группа по-заговорщически собралась в кружок, и друзья принялись шёпотом обсуждать предложенный парнем план спасения.
Суть его заключалась в том, чтобы, придерживая дверь, выпускать из склада по одной твари, а затем сообща уничтожать их арматурой.
- Сделать это необходимо как можно быстрее, иначе, если подоспеют еще и пауки, мы окажемся зажатыми с двух сторон, – Саша взглянул на свои часы.
Ровно через минуту время ударило в гонг, и кровавая бойня началась.

Глава 6. Парадиз

Шум нарастал. Казалось, приближается грозовой фронт, несущий тропический ливень. Но это явление напоминало скорее не дождь, а нечто иное. Да и какие могут быть осадки под землей, где нет атмосферы! Плот разогнался так быстро, что управлять им получалось всё сложнее. В сердца путешественников закрался страх. Неизвестность порождала панику. Поведение спокойной до недавнего времени реки становилось непредсказуемым. Спирали водоворотов трепали деревянную конструкцию нещадно, словно испытывая ее на прочность. Это было похоже на краш-тест, устроенный норовистой стихией беззащитному плотику и находившимся на нём исследователям. Судя по всему, впереди бушевал водопад. Учитывая ширину водной глади и скорость течения, шансов добраться до берега с каждой минутой оставалось всё меньше. Люди не жалели сил, орудуя длинными шестами, пытаясь справиться с коварными водоворотами. В конце концов река смилостивилась, и плот, подхваченный боковым потоком, стало уносить в сторону. Но это не помогло. Берега оказались настолько крутыми и неприступными, что плот отскакивал от них, словно подгоняемый вешними водами бумажный кораблик от тротуарного бордюра.
Расстояние до обрыва стремительно сокращалось.
- Быстрее закрепляйте вещи, – сквозь неистовый шум воды прорезался возглас Стаса.
Друзья, ползая на коленях, принялись привязывать лямки рюкзаков к перекосившемуся основанию плота. Ник отчаянно пытался восстановить утерянный контроль над плавучим средством, но сделать это ему никак не удавалось. Наконец его шест скользнул в небольшой проём между камнями. Плот вздрогнул и, прижавшись к скале, застыл. От резкого манёвра Жора не удержался на ногах и свалился за борт. Ник вцепился в спасительный шест, пытаясь удержать плот у берега. Перепуганный пес, жалобно заскулив, метнулся в реку вслед за быстро удаляющимся в сторону водопада хозяином. Ребята с грустью смотрели им вслед. Чем они могли помочь?! Их существование также висело на волоске. Незримые нити людских жизней могли оборваться в любой момент. Теперь многое зависело от непрочного шеста, застрявшего в разъёме скалы.
- Смотрите! – Лиза указала рукой туда, где среди пенящейся воды едва просматривалась небольшая каменистая платформа, протянувшаяся вдоль берега – вплоть до самого обрыва. Она вполне могла послужить спасительным пристанищем.
- Плот туда не подать, – прокричал Герман, – нужно бросать его и добираться вплавь, тогда шансы есть.
Шест переломился. Друзья как по команде прыгнули в воду. Плот, подскакивая на порогах, устремился дальше и, достигнув гребня водопада, провалился в безвозвратную бездну вслед за Жорой и его верным псом.
Люди отдали все силы, стремясь к спасительной платформе и, забравшись на нее, уселись на краю, безвольно свесили ноги в бурлящие воды, тяжело дыша и не веря в избавление.
Внезапно Лиза разрыдалась. (Вероятно, в тот миг она подумала о незавидной участи Георгия и его преданного пса). Нику стоило большого труда успокоить девушку. Долгое время друзья сидели молча, вглядываясь в стремительные потоки.
- Глупая и нелепая смерть, – немного успокоившись, произнесла Лиза. – В прошлый раз ему повезло. Насилу откачали. Это был знак. Предупреждение всем нам. И вот итог! Бедный, бедный Жорик, – в глазах девушки снова заблестели слёзы. Она приподняла голову и вдруг замерла. Её взгляд устремился в сторону таинственного света, который ещё издали показался друзьям огромным киноэкраном. – Ребята! Посмотрите туда!
Гребень водопада протянулся на сотню метров. Переваливая через него, вода срывалась в бездонную пропасть. Гигантская брешь в скале, пожиравшая исполинскую реку, выглядела огромным каменным порталом, своды которого были усеяны всё теми же грибами. Светящиеся шары там располагались настолько плотно, что свободного пространства между ними не оставалось вовсе. Это напоминало мыльную пену, пузыри которой, наползая один на другой, образовывали сплошную бугристую массу. Из-за большой концентрации грибов их осветительные свойства увеличивались стократ.
- Вы не находите, что эти грибы отличаются от тех, что мы видели раньше? – спросила Лиза.
- А по мне – они такие же, только кучнее расположены, – Ник прищурился, пытаясь обнаружить различие.
- Такие – да не совсем, – произнёс Стас. – У этих в основании расположены плёнки, как лепестки у цветов.
- Верно! – Лиза смотрела, не отрывая взгляда. – Обратите внимание, – она повернулась к друзьям, – некоторые грибы почти полностью закрыты этой пленкой, и свечение сквозь неё едва пробивается.
- Мне это напомнило луговые цветы, которые на ночь закрываются, а утром снова раздвигают свои шторки, радуясь новому дню и солнечному свету, – добавил немного лирики в сухие рассуждения товарищей Герман.
- Но здесь нет смены дня и ночи! – пытаясь добраться до истины, сказал Коля.
- Вероятно, тут существуют свои биоритмы и особые условия, по которым и живет местная флора и фауна. Я должна узнать об этом как можно больше, – задумчиво произнесла девушка.

Ещё долго потрясённые исследователи приходили в себя, переживая трагический случай, приведший к потере их товарища и его питомца. Наконец смирившись с неизбежностью, они стали обсуждать непростую ситуацию, в которой оказались, и перебирать всевозможные варианты спасения. Но все рассуждения неизменно возвращались к исходной точке – обратно путь отрезан: двигаться вверх против течения реки невозможно, а вперёд не пускает обрыв.
Стас поднялся на ноги, чтобы размять онемевшие колени. Герман, нацепив чудом уцелевшие очки, произнёс: – Сколько мы сможем протянуть на этом уступе без пищи? – он ни у кого не спрашивал, а, казалось, разговаривал сам с собой. – Неделю-другую, и что потом? – теперь он посмотрел на стоявшего рядом Станислава, будто искал ответ в его глазах. – А если наверху зарядят дожди? Вода в реке обязательно прибудет. Нас смоет отсюда, как зайцев во время половодья, и никакой «дед Мазай» не поможет.
- Хватит ныть! – Стас с укором посмотрел на нудного очкарика и, прижавшись к каменной стене, начал осторожно пробираться вдоль уступа в сторону водопада.
- Не торопись! Горная порода здесь очень хрупкая, – произнёс Ник. Он вытряхнул из ботинка обрывки рыжих водорослей и последовал за приятелем.
До конца платформы, нависшей над водой зеленоватым каменным карнизом, по обычным меркам было недалеко – метров пятьдесят. Но, учитывая подземную природу этой тропы, замшелость и близость водопада, путь предстоял не из лёгких. Ребята решили пробраться подальше и осмотреть то место, где ниспадала река. Осторожно продвигаясь вперёд, они вскоре очутились на каменной площадке вблизи обрыва. Друзья остановились на краю, не в силах отвести взгляда от великолепия открывшейся панорамы. Парни застыли, словно изумлённые странники в преддверии земли обетованной. Некоторое время они не могли произнести ни слова, растворившись в потоках эмоций и невероятных ощущений.
Их взору открылась широкая долина, утопающая в зелени и ультрафиолете. Безумная река срывалась со скалы рокочущим водопадом. Мириады хрустальных брызг собирались над водой в серебристые облака и тут же осыпались лазурным дождём. Чуть дальше Изнанка, усмирив свой бурный нрав, становилась покладистой и, порождая два небольших озера, устремлялась в дикие заросли. Синеватой ускользающей лентой петляла она по изумрудному полотну девственного леса.
Берега озёр обрамляли песчаные пляжи. Они были усеяны белыми точками, которые едва заметно перемещались. Бирюзовые зеркала водоёмов отражали сияющее грибное небо, нависшее над ними на километровой высоте. Обозримые окрестности представляли собой гигантскую котловину, обнесённую цепью остроконечных гор, отдельные вершины которых упирались в светящиеся своды, образуя замысловатые колонны в виде поросших зеленью сталагнатов. Горные цепи слезились водопадами, и вся долина была окутана лёгкой дымкой, заметно уплотняющейся в местах выбросов многочисленных гейзеров.
- Чудеса! – выдохнул Ник. – Ты мог себе представить нечто подобное?
Стас неуверенно покачал головой.
Неведомый мир существовал в своём особом измерении. Он словно не замечал непрошеных гостей. Даже птицы, игнорируя изумлённых путников, пролетали так близко, что, казалось, достаточно вытянуть руку – и можно прикоснуться к лоснящемуся черно-белому оперению.
- Это же ласточки! Смотри – сколько их здесь! – Станислав лёг на камни и ползком стал подбираться к самому краю площадки, пытаясь заглянуть под выступ.
-Ты сдурел? Куда тебя понесло? – Ник присел на колени, удерживая приятеля за ноги.
- Я так и думал! Под нами птичьи гнёзда. Там их тысячи, – произнёс «следопыт», поднимаясь во весь рост и вдыхая полной грудью благодатный воздух, пропитанный ароматом неведомых цветов и свежестью лесной прохлады. – У нас под ногами рай! – Стас скрестил руки на груди, продолжая рассматривать окрестности.
- Именно что под ногами. Близок локоть, да не укусишь, – Ник прищурил глаза, всматриваясь в странный силуэт, замеченный им на берегу ближнего озера. – Ты это видишь? – он одернул друга за рукав, указывая на неопознанный объект, который тёмным пятном маячил на фоне золотистого пляжа. Недалеко от него находилось пятнышко поменьше, которое беспорядочно перемещалось среди белых точек.
- Не может быть! Это Жорка! – воскликнул Стас, пристально всматриваясь в то, что напоминало сгинувшего товарища. – Или его призрак!
- Ага! А рядом бегает дух героического пса Лео.
Друзья принялись кричать и размахивать руками, чтобы как-то привлечь внимание толстяка. Но тот ещё раньше заметил ребят и давно сигнализировал снятой с тела рубашкой, комически подпрыгивая и горланя на всю округу. Шум водопада скрадывал все звуки, и общение старых друзей со стороны выглядело замысловатой пантомимой.


- Вот так!.. Мы здесь скорбим, оплакиваем, а он там, на золотых песках, нежится! – с радостными нотками в голосе закончил свой рассказ Ник, когда они со Стасом вернулись обратно к друзьям и поведали им о неожиданных открытиях.
После этого известия Лиза заметно повеселела. Гера тоже преобразился, а в воздухе повисло зыбкое облако надежды.
- Значит, выход из этой ситуации у нас всё же имеется. И, видимо, он единственный, – Станислав посмотрел на гребень водопада и продолжил: – Если Жорик, который толком и плавать-то не умеет, смог выжить в этих потоках, значит, и у нас есть шанс.
- Да! Но каким образом его реализовать? Тоже в водопад прыгать? – Гера озадаченно почесал затылок, на миг представив себя летящим с обрыва, словно брошенный с крыши манекен.
- Можешь «деда Мазая» подождать! – съязвил Ник.
- Ребята! Прекратите! Говорите по делу, – девушка сильно волновалась.
- В общем, план такой, – Станислав ещё раз взглянул на водопад. – До обрыва расстояние достаточное, чтобы успеть подплыть к тому месту, где исчез толстяк. Эта точка очень важна. Она испытана, и камней внизу быть не должно. Жора и его пёс доказали это, оставшись невредимыми. Прыгать будем по очереди с интервалом в минуту, чтобы не травмировать один другого.
- План хорош, но у меня есть некоторые поправки, – произнёс Ник, посмотрев в сторону тропы, по которой он с приятелем недавно пробирался. – Я пойду на уступ, к ласточкиным гнёздам, и стану координировать ваши действия. Затем прыгну и сам.

На этот раз вода не стала чинить препятствий людям, и они благополучно выбрались на песчаный берег.
Радости не было предела – группа оказалась снова в полном составе. Друзья радовались, как дети, похлопывая друг друга по плечу. Особенно досталось толстяку.
Суетливый пёс ликовал не меньше остальных. Он вилял хвостом, прыгал на задних лапах и звонко лаял. Через минуту Лео покинул старых знакомых и вновь вернулся к своим заботам. Они сводилось к тому, чтобы помешать очередной черепахе, коих на пляже было видимо-невидимо, добраться до воды. Эти существа оказались довольно проворными. Пёс стремительно бегал от одной рептилии к другой и возмущённо тявкал. Но те, не обращая особого внимания на вздорного пса, продолжали заниматься своими делами, следуя природным инстинктам.
Черепахи были альбиносами и напоминали искусно выточенные из слоновой кости фигурки. Судя по всему, наступило время кладки яиц. На тот момент процесс достиг своего апогея, и черепахи озабоченно, словно подгоняемые сжатыми сроками, курсировали по пляжу разрозненными белыми холмиками.
Удалившись от водопада, путешественники остановились посреди пляжа.
- Пожалуй, здесь мы и отдохнём, – сказал Стас, стягивая с себя мокрую одежду и обувь. – Место открытое и просматривается хорошо.
- А ты чего-то опасаешься? – Лиза, зевнув, взглянула на Станислава и продолжила укладываться прямо на песке, не в силах бороться с тяжелеющими веками.
- Ещё бы поесть чего! – произнёс Ник. Он расположился рядом с девушкой, прикрыл глаза и явственно увидел перед собой парящую в воздухе обжаренную тушку курицы, томившуюся на серебряном подносе, в окружении овощей и фруктов. Он даже ощутил запах слегка подгоревшего мяса. Безнадёжно сглотнув слюну, парень уснул.
- Ладно… отсыпайтесь! – Стас улёгся недалеко от разложенной на песке одежды, глубоко вздохнул и мгновенно провалился в бездонную воронку сна.

Сколько ребята проспали – неизвестно: часы, имевшиеся почти у каждого, от таких экстремальных перегрузок и обильных «водных процедур» давно вышли из строя. Когда Ник открыл глаза, он увидел неизменное грибное небо. В ушах гудел отдалённый шум водопада, а нос по-прежнему улавливал аппетитный запах жареного мяса. Сначала парень подумал, что ещё спит. Но вскоре понял, что запахи реальны, только напоминают они не жареное мясо, а скорее – рыбу.
Он вскочил на колени и обнаружил недалеко от себя догорающий костёр, возле которого кухарил Жора. Толстяк со знанием дела поочерёдно поворачивал над углями три деревянных вертела с нанизанными на них крупными рыбами. Внешне блюдо выглядело уже готовым. Обильный жир стекал с подгоревших плавников на тлеющие головёшки, мелодично шкварча и наполняя округу аппетитным ароматом.
Чуть в стороне, на зелёной скатерти из пальмовых листьев, лежали фрукты. Недалеко от стола изобилия валялись изодранные рюкзаки, а точнее то, что от них осталось. В одном из рваных мешков Ник узнал свой. Содержимое рюкзаков, среди которого сохранилось много полезных вещей: консервы, плотно завёрнутый в целлофан путевой дневник и многое другое, – было аккуратно разложено на песке.
- Откуда все это? – изумлённо произнёс Ник, подбираясь на четвереньках к полевой кухне.
- Я же говорил вам, что пригожусь! – самодовольно заявил толстяк и небрежно бросил две щепотки соли в парящий на огне котелок с нехитрой ухой.
-Я серьёзно! Где ты отыскал наши вещи? – Николай, нарушив прелестный натюрморт, взял ярко-жёлтый плод величиной с грейпфрут и понюхал. Запах оказался приятным и отдалённо напоминал аромат дыни.
- Спать нужно меньше! Я давно на ногах и уже успел обследовать местность. А вы всё дрыхните!
- И всё же ты не ответил!
- Ник! Ты чего тупишь? Где ещё можно взять фрукты, как не с дерева? А деревья, естественно, в лесу! – толстяк устремил взгляд в сторону далёких зарослей, которые, словно лезвием, отсекали золотой пляж, возвышаясь зелёной стеной непроходимых джунглей.
- А если эти плоды ядовиты? – Ник недоверчиво посмотрел на друга.
- Не бойся! Почти все фрукты я попробовал. Как видишь, жив. В лесу этого добра полно. Это я только с краю нарвал. Заходить глубже один побоялся. Звуки там разные!
- Звуки? – Ник откусил кусочек от плода, приятно удивился и стал с жадностью пережёвывать.
- Может, птицы кричат… Или зверь какой. Только кажется, что порой плачет кто-то: «А-у-у, а-у-а». Я собрал что успел, и скорее дёру оттуда.
- А рыба? Ты же никогда не рыбачил! Даже, с какой стороны подходить к ней, не знаешь.
- С такой работой в этих краях и ребёнок справится, – Жора показал рукой в сторону озера, где на отмели, в небольшой заводи, не спеша фланировали несколько бело-красных рыб, похожих на карпов кои.
Японцы в своё время вывели нечто подобное путём селекции, а здесь эти красавцы существовали в естественных условиях, будучи созданными самой природой без вмешательства извне.
- Что с рюкзаками? Неужели тебе удалось найти плот? – Ник отбросил в сторону несъедобные остатки плода, взял в руки свой многострадальный вещевой мешок (который он узнал по небольшому синему вензелю, вышитому возле основания ремешков) и стал обследовать содержимое боковых кармашков. Покопавшись, он извлёк раскладной нож, дорожный комплект портного, а также небольшую аптечку, упрятанную в целлофан.
- Это всё, что мне удалось найти в окрестностях озера: два раскуроченных рюкзака, несколько банок с консервами, котелок, сапёрную лопатку и куртку Геры, – толстяк посмотрел на спящую девушку, бережно укрытую просохшей штормовкой. – Хорошо, что мы уложили почти все вещи в непромокаемые пакеты. Теперь у нас хоть соль и спички есть.
- Да… Река растерзала рюкзаки до неузнаваемости, – Коля посмотрел на остатки провианта и снаряжения, разложенные возле костра. – Хотя эти мешки можно починить. Благо нитка и иголка у нас есть.
- Река здесь ни при чем.
- В каком смысле?
- Послушай мой рассказ, и тебе сразу станет всё понятно, – толстяк оставил в покое вертела и, скрестив ноги, уселся на песке.
Затем он поведал другу о событиях, произошедших с ним, пока друзья беззаботно спали.

- Проснулся я от ощущения, что всё моё тело зудит, как от крапивы. Эти мерзкие москиты... – Жора звонко ударил себя по лбу, расправившись с очередным рыжим комаром (которые мигрировали по округе мобильными стайками). – Дай, думаю, пока все спят, пройдусь. Разведаю окрестности.
Сначала я развлекался с черепахами. Бросал их в озеро, пытаясь поставить личный рекорд по дальности метания живого снаряда. Неоднократно перекрыв свои достижения, я понял, что эта затея мне начинает надоедать. Оставив бестолковое занятие с приятным чувством, что стал чемпионом подземного мира по метанию тупых черепах, я отправился дальше – покорять неведомые места.
В протоке, между ближним и дальним озерцами, я заметил несколько грубо обработанных стволов деревьев. Ими оказались остатки нашего плота, которые течением прибило к берегу недалеко от густых зарослей камыша. Привязанные к ним рюкзаки вынесло на прибрежный ил. Когда я подошел ближе, увидел необычную сцену. Возле рюкзаков, не обращая на меня особого внимания, суетилась стайка удивительных существ, похожих на крупных коричневых ящерок. Они выглядели очень странно – юркие твари легко передвигались на задних лапах и могли высоко прыгать, словно тушканчики. Но больше всего меня поразило строение их зубов.
- И что же необычного с их зубами? – Ник так внимательно слушал рассказ, что позабыл о голоде.
- Не знаю. Может, я в этом профан, но, насколько мне известно, у ящериц не бывает клыков. Вернее, у некоторых видов встречаются лжеклыки, но у этих созданий они выражались отчётливо, выступая поверх ороговелых губ выгнутыми лезвиями – сверху и снизу. Я сразу понял: эти твари – хищники. Благо они маленькие и не смогли причинить мне большого вреда. Правда, одна из них все же ухватила меня за штанину, – толстяк продемонстрировал другу небольшой рваный след на брючине. Я попытался отогнать их ногой, но три «тушканчика» мгновенно набросились на меня. Спасибо черепахе, которая оказалась под рукой. Живой снаряд попал в самую гущу наглой популяции. После этого стайка мгновенно сорвалась с места и, оставив выпотрошенные трофеи, с противным верещанием бросилась наутёк. Вскоре существа скрылись в камышах, оставив сотни трёхпалых отпечатков на поверхности ила.
Берег оказался усеян пищевыми припасами: крупами, размокшим хлебом и бульонными кубиками. К одному из рюкзаков были прикреплены котелок и сапёрная лопатка. Кстати, она мне пригодилась при охоте на рыбу. Рядом валялось несколько консервных банок с тушёнкой. Собрав всё это, я вернулся к вам. Все ещё спали.
Имея теперь спички, грех не развести костёр. Мне не составило труда пройтись к водопаду и набрать сухих веток, выброшенных на берег рекой. На обратном пути я обнаружил этих великолепных карпов. Доставив дрова к месту стоянки, я развёл костёр и, захватив сапёрную лопату, отправился за рыбой. Во мне проснулся инстинкт охотника (не умирать же с голоду). Назад я вернулся с добычей.
На деревянных вертелах сырая рыба выглядела непривлекательно. Когда же с неё начал капать сок и образовалась золотистая корочка, брезгливость отступила. Мне даже стало уютно в чреве этого чуждого мира, среди спящих поблизости друзей. Рыбьи головы я отделил сразу и сварганил из них уху. Затем проснулся ты, – толстяк освободил от рыбы вертела, и теперь на тарелках из экзотических листьев, источая немыслимые запахи, дымился долгожданный обед.
Ник поцеловал Лизу, растормошил друзей, и через несколько минут путешественники наслаждались прекрасной горячей пищей.
Наелись все, включая сонного пса, который до этого крепко спал, уткнувшись в тёплый живот хозяина.
Затем друзья расселись вокруг дымящего костра, и каждый задумался о своём.

- Невероятно! – внезапно раздался изумлённый возглас Стаса.– Это же золото! – друзья недоверчиво покосились на приятеля, пытаясь по выражению его лица определить, не сошёл ли он с ума. – Я серьёзно! – Станислав водил пальцем по ладони, наполненной пляжным песком, где всё отчётливее разгорался золотой пожар. Наконец «отделив зёрна от плевел», он с уверенностью добавил: – Поверьте профессиональному геологу – этот песок как минимум на тридцать процентов состоит из природного золота. Я гарантирую это без всякой экспертизы!
Исследователи немедленно принялись перебирать песчинки, и через пару минут у каждого на ладони поблёскивала добрая щепотка благородного металла.
- Я предполагал это, но не решался сказать, – Жора достал из кармана небольшой жёлтый камень размером с перепелиное яйцо. – Может, это самородок? Там, возле водопада, их много, – он передал камень Стасу, чтобы тот подтвердил или опроверг его гипотезу.
- Сомнений нет! Перед нами – «Эльдорадо»! – Станислав вернул другу ценную находку, мечтательно закатил глаза, и в его сознании, неистово гарцуя и взвиваясь на дыбы, возник золотой телец. Он скакал по пустынному пляжу – рассекая воздух искрящимися рогами, яростно взбрыкивая, а из-под копыт его вырывались нескончаемые золотые россыпи.
- Ста-а-ас! Ты где-е-е? – Лиз поводила ладонью у парня перед глазами, пытаясь вернуть его в реальность.
- Всё в порядке, ребята. Я просто немного ошалел.
- И есть от чего, – Ник похлопал друга по плечу и добавил: – Не всё же одному Жорику на иномарках разъезжать. Теперь и наше время пришло!
Правда, толстяк этого умозаключения слышать не мог. В тот момент он находился на полпути к водопаду, подгоняемый нешуточными намерениями набрать не меньше вагона самородков.

Когда золотые страсти немого улеглись, Станислав попросил команду собраться возле погасшего костра.
- Поскольку эмоции у некоторых из нас возобладали над разумом, наступило самое время успокоиться и подумать о будущем, – очень серьёзно произнёс он, усевшись на песок и скрестив по-турецки ноги.
- Ты сейчас очень похож на индейского вождя, – заметил Коля. – Тебе ещё трубку в зубы, ирокез на голову, а в руку томагавк.
- Ник! Если хочешь сказать что-то дельное – говори. Мы тебя выслушаем. А эти шутки сейчас неуместны, – обиженно произнес Станислав и отвернулся.
- Ну хорошо! Больше не буду, – извинился приятель и, состроив серьезную мину, сосредоточил взгляд на ораторе.
- Сейчас мы оставим всё это богатство здесь, возьмем по несколько камней в качестве сувениров и двинемся в путь, – Стас посмотрел на толстяка, давая понять своим видом, что вопрос решён и возражения неприемлемы.
- Но, Стас! – возмутился Жора. – По какому праву ты распоряжаешься?
- А по такому праву, что уже однажды вы меня не послушались. Помнишь, к чему это привело? Когда я всех уговаривал вернуться, что ты сказал? Зрелищ ему подавай! Если мы сейчас загрузимся этим золотом, то быстро идти не сможем – это факт. Зачем тебе это богатство под землёй? Что ты с ним будешь делать? Вот если мы отсюда выберемся – тогда совсем другое дело, – Стас подвинул к себе рюкзак толстяка и высыпал содержимое на песок. Тот не стал противиться, но несколько самородков всё же сунул в карман. Впрочем, остальные сделали то же самое.
Обсудив вышесказанное, группа согласилась с доводами Станислава и, собрав остатки снаряжения, вскоре была готова к дальнейшему походу.
- Наша главная задача – выбраться на поверхность по возможности целыми и невредимыми! И если всё будет в порядке, за сокровищами мы обязательно вернёмся. Я вам это обещаю! – сказал Стас.
Друзья последний раз посмотрели на величественный водопад, окинули взглядом обширный золотой пляж и не спеша направились в сторону неведомого леса.

Густые заросли, ощетинившись колючими ветками, неохотно пропускали непрошеных гостей в заповедные кущи. Смешанный лес напоминал тропические джунгли, где пространство между деревьями было опутано сетью вьющихся растений. Они, будто зелёные и красные змеи, скользили по стволам и ветвям, взбирались на разлапистые кроны и спадали тонкими лианами к подножью деревьев.
Растительность удивляла разнообразием. Экзотика здесь гармонично уживалась с обыденностью. Опавшая листва покрывала землю пёстрым пружинистым ковром. Среди прочих листьев попадались дубовые – с остатками желудёвых шляпок, остроконечные оттиски кленовых ладошек.
Вскоре стали появляться колонии папоротников и зарослей доисторического хвоща.
Вокруг царил полумрак. И без того сдержанный свет грибного неба едва пробивался сквозь лиственные зонты широких крон. Несмотря на это, видимость все же позволяла определять предметы и различать цвета. Сапёрная лопатка в данных обстоятельствах оказалась незаменимой. Ребята поочерёдно размахивали ей, словно мачете, прорубаясь всё дальше в дебри, оставляя за собой петляющий коридор и свисающие обрубки лиан. Это продолжалось недолго. Со временем лес изменился. Исчезли плодовые деревья и кустарники. Остались лишь отдалённые подобия дубов и клёнов. Высота деревьев не превышала трёх-четырёх метров.
Повсюду слышались звуки голосов потревоженных птиц и отдалённые рыки блуждающих в дебрях зверей. Живность давала о себе знать на каждом шагу. Пернатые норовили усесться на головы исследователей. Белые ласки выскакивали из-под ног изумлённых путников и мгновенно исчезали под широкими ветвями папоротников. Протекала обычная жизнь лесного непуганого мира, нарушаемая невольным вторжением незваных гостей.
Звериные тропы помогали путешественникам придерживаться определённого направления, а многочисленные следы давали некоторое представление о здешних обитателях. Отпечатки копыт диких кабанов и тяжёлые оттиски лосиной поступи встречались довольно часто, хотя самих животных увидеть пока не удавалось.
Через некоторое время, когда группа подходила к небольшой поляне, окружающие звуки стали стремительно утихать. Наконец наступила тишина, нарушаемая лишь едва различимым шумом водопада. Подул ветер. Невероятно, но это происходило! Сначала зашевелились отдельные листья, затем качнулись редкие ветви, а после под нарастающими потоками воздушных масс верхушки деревьев как по команде наклонились все в одном направлении, и лес зашумел, словно земная роща перед дождём. Там, наверху, это явление не привлекло бы к себе особого внимания, но здесь – под землёй!.. И ещё! Грибное небо стало меняться на глазах. Казалось, наступает солнечное затмение. По сводам подземного мира двигалась чёрная волна. Она шла неровным фронтом со стороны горного хребта, нещадно пожирая светящиеся шары. И когда переполошившиеся исследователи добрались до середины поляны, наступила кромешная темнота.
- Что происходит? – Жора принялся ощупывать пространство вокруг себя, пытаясь ухватиться за кого-нибудь из товарищей.
- Не суетитесь! – Станислав присел на корточки в надежде найти сухую ветку или что-то подобное. – Гера, дай спички! – Стас обломил толстый стебель высохшего хвоща и поджёг. Огонь выхватил из темноты перепуганные лица друзей. Все выжидающе и с недоумением смотрели на Стаса, словно ждали от него объяснений. – Ничего умного сказать не могу – если вы этого от меня ждёте, – парень пожал плечами, ответив таким образом на вопросительные взгляды.
- Одно из двух, – сказал Герман. – Наступает конец света, и мы все вскоре умрём, или происходит что-то временное. Проходящее, – он поправил на переносице очки и добавил: – Лично мне не верится, что стоило нам здесь появиться, и сразу – катастрофа, апокалипсис. Сдаётся, мы стали свидетелями явления, которое еще предстоит разгадать и объяснить.
- Мне кажется, я знаю, что произошло, – Лиза подняла голову, разглядывая почерневшее «небо». Присмотритесь. Светящиеся грибы не погибли. Они продолжают излучать свет, только теперь очень слабо.
Факел стал затухать.
- Действительно! – толстяк поставил на землю рюкзак, вглядываясь в вышину.
- Вспомните! – Лиза посмотрела на друзей. – Перед тем как прыгнуть в водопад, мы разглядывали светящиеся грибы. Они были так близко! И что мы обнаружили?!
- Точно! – возбуждённо произнёс Герман. – На них были плёнчатые лепестки, а некоторые грибы были так плотно завуалированы этой пленкой, что свечение сквозь неё едва пробивалось.
- То есть ты хочешь сказать, что существуют некие механизмы или внешние факторы, которые, воздействуя на эти грибы, заставляют их закрываться? – Ник почесал затылок.
- Вот именно! – продолжил Гера. – А что произошло перед тем, как наступила темнота?
- Поднялся ветер! – сказал толстяк, поджигая от затухающего факела очередной обломок хвоща.
- Значит, движение воздуха, то бишь ветер, и вызвал это явление, смысл которого мне пока непонятен, – заключил Герман.
- Да! Но осталась главная загадка. Откуда взяться ветру в этом замкнутом подземном пространстве? – Лиза в задумчивости нахмурила брови.
- На этот счёт у меня имеются некоторые соображения, – Стас отбросил в сторону огарок дымящегося факела. – Всё дело в тоннелях, которыми испещрены все стены, окружающие этот удивительный мир. Несомненно, часть этих тоннелей и каналов так или иначе сообщается с поверхностью земли. А это значит, что по ним элементарно может циркулировать воздух. Проще говоря, здесь имеет место сквозняк. Точнее сквозняки. Когда на земле возникает сильный ветер, он устремляется сюда по этим многочисленным воздуховодам, создавая эффект огромной аэродинамической трубы. В итоге получается то, что мы наблюдаем.
- Интересная гипотеза, – Гера присел на траву, не переставая размышлять. – Но когда мы здесь очутились, ничего подобного не происходило!
- Значит, и наверху в то время было тихо и безветренно, – произнесла Лиза, всё больше склоняясь к убедительной версии Станислава.
Ник отошел немного в сторону, наломал сухих веток, сложил посреди поляны и поджёг. Местность озарилась светом от полыхающего костра.
- Идти дальше в такой темноте не имеет смысла, – сказал Коля.
Он нарвал папоротниковых веток и соорудил мягкую перину. Затем позвал Лиз и предложил разделить с ним благоухающее лесными травами ложе. Остальные также смастерили себе постели. Через полчаса все уснули.
Только верный пес, устроившись возле ног хозяина, ещё долго не мог сомкнуть глаз и временами вздрагивал, настораживая уши и всматриваясь в тревожную темноту.

Когда путники проснулись, стало понятно, что их опасения по поводу конца света оказались напрасными. Грибы, как и прежде, сияли в вышине, излучая нежнейший ультрафиолет, а вокруг как ни в чём не бывало щебетали и покрикивали птицы. Ветер утих, но не пропал. Листья деревьев ещё подрагивали от слабого движения воздуха, но это, вероятно, не доставляло грибам особого дискомфорта, и они снова оживили подземный мир.
Доев кусочки жареной рыбы и перекусив припасенными фруктами, группа неунывающих исследователей снова двинулась в путь.
Идти стало легче. Лес начал редеть и вскоре закончился.
Перед путниками открылась долина, устланная покрывалом из диких злаков и пёстрых соцветий. Она простиралась на многие километры, упираясь в каменную подкову скалистых гор.
Шум водопада утих. Река осталась далеко позади.
- Там что-то есть! – Ник указал рукой туда, где посреди долины возвышалось необычное каменное сооружение, похожее издали на амфитеатр.
- Это уже интересно, – Стас поправил лямки рюкзака и поспешил в сторону странного объекта. Группа последовала за ним.
Время шло, а постройка приближалась неохотно. Пробираясь сквозь густую траву, ребята изрядно утомились, но когда они подошли к сооружению, усталость сразу улетучилась.

Перед людьми предстало величественное архитектурное диво размером с Колизей. По периметру постройки располагались грубо отёсанные колонны. Казалось, они целиком вырублены из темно-серой скалы. Колонны имели ребристую поверхность и были испещрены непонятными знаками (вероятно, письменами). Сверху они соединялись дугообразными перемычками, образуя бесконечную аркаду. В межколонном пространстве, сквозь кованые решётки, проглядывали какие-то постройки.

Ветра совсем не ощущалось. Стало тихо, словно перед дождём. И только беспокойные гейзеры у подножья далёких скал временами выбрасывали многометровые фонтаны разгорячённого пара, постанывая и клокоча.
Обойдя строение вокруг, ребята остановились у высоких деревянных ворот, предварявших вход в странное городище. Замкнутые массивные двери были инкрустированы позеленевшим от времени бронзовым орнаментом. Петляющая дорога, начинаясь от ворот, пересекала альпийский луг и убегала изрядно вытоптанной тропой в сторону гор.
- Судя по всему, мы здесь не единственные люди, – произнёс Стас, намереваясь отодвинуть широкий металлический засов.
- Стасик, может не стоит этого делать? – Лиза посмотрела парню в глаза и поняла, что сказала глупость.
- Раз уж мы забрались в эти края, придётся обследовать все, что повстречается на пути, – тяжёлый засов, обработанный кровянистой смазкой, легко отошёл в сторону. – Чтобы в дальнейшем принимать правильные решения, необходимо сначала понять, куда мы попали и с чем столкнулись, – ответил девушке Станислав.
Ребята дружно навалились на одну из створок и через секунду очутились на пороге гигантского погоста. Ник присвистнул, а Гера, оступившись, едва не загремел по крутым белокаменным ступеням. Всё обозримое пространство внутри невиданного сооружения занимали древние дольмены. Постройки стояли по соседству, словно склепы на католическом кладбище. Среди них, недалеко от входа, возвышался широкий постамент – своего рода лобное место или алтарь. Рядом находилась многоячеечная конструкция из желтоватого камня, напоминавшая колумбарий. В широких нишах, словно экспонаты ужасной выставки, располагались белые отшлифованные черепа животных и людей. Множество ячеек пустовало.
- Стыдно сказать, но у меня трясутся ноги, – Жора смотрел на свои колени, которые временами вздрагивали, будто от чрезмерной физической нагрузки.
- Да ты и с руками не в ладах, – Ник с усмешкой хлопнул толстяка по плечу, обратив внимание на его трясущиеся пальцы.
- Ничего смешного! Я тоже от страха едва дышу, – Лиза ухватилась за локоть Ника и прижалась.
- Нужно здесь осмотреться и двигаться дальше, – сказал Гера и, сделав шаг, нечаянно придавил лапу зазевавшемуся Лео. Пёс пронзительно взвизгнул. Отскочив в сторону, он спугнул трёх «бритоголовых» орлов, наблюдавших за людьми с перекрытия одного из склепов.
- Осторожнее! – Стас сочувственно посмотрел на собаку. – По-видимому, здесь нет ни одной живой души, кроме этих птиц.
- Давайте разведаем территорию, – предложил Герман.
- Для того мы сюда и пришли, – Станислав ещё раз окинул взором окрестности и взял бразды правления в свои руки. – Вы с толстяком, – обратился он к Гере, – обойдёте постройки слева. Ник с Лизой, – Стас взглянул на обнявшуюся парочку, – обследуют местность с правой стороны, а я пока осмотрю постамент.
Ребята не мешкая разделились на группы и двинулись в оговорённом направлении.
Пока Станислав разглядывал содержимое ячеек колумбария и пытался разгадать письмена на постаменте, вновь прилетели орлы и как ни в чём не бывало уселись неподалёку. Теперь их было десять.
- Что? Крови жаждите? – буркнул Стас.
Птицы смело расположились вблизи человека и принялись приводить в порядок свой внешний вид, перебирая мощными клювами бело-коричневое оперение.
Черепа людей вопросов не вызывали. Ещё в школе подобными (только бутафорскими) «наглядными пособиями» Станислав пугал девчонок в кабинете биологии. А вот черепа животных выглядели необычно. Он взял один из них в руки. Ничего похожего парень раньше не встречал. Незнакомые линии и очертания, странные изгибы и непривычное расположение зубов. Всё указывало на уникальность неведомых созданий, головы которых теперь невозмутимо покоились в каменных ячейках. Их пустые глазницы печально взирали на человека. Стасу даже показалось, что он слышит их ропот: «Уходи! Уходи! Ещё не поздно…»
Раздался отдалённый возглас, и стая потревоженных орлов синхронно, все как один, взмыла ввысь. Зловещие патрульные принялись кружить над погостом, издавая жутковатые звуки – стонущие и протяжные, словно призывая на помощь неведомые силы.
Вскоре возглас повторился. Это кричал Ник, забравшись на перекрытие одного из дольменов. Он активно размахивал руками, пытаясь привлечь внимание приятеля.

«И всё же эти черепа больше походят на останки человекоподобных существ, чем животных, – размышлял Станислав. – Вместительная черепная коробка, человеческие надбровные дуги». Его сбивало с толку лишь необычное строение челюстей и расположение зубов. Резцы отсутствовали. Всю фронтальную часть угловатой пасти (по-другому это назвать трудно) занимали мощные клыки, а позади них толстыми столбиками желтели немного стёртые жевательные зубы. Скулы оказались чрезмерно занижены, а челюсти слегка выдавались вперёд, что и придавало им сходство с животными. Что-то в облике этих черепов отталкивало, вызывало неприязнь. Скорее всего, сильно приближенная к квадрату форма.
«Квадратный человек? Это немыслимо!» – промелькнуло у парня в голове.
Положив предмет на место, Стас ещё раз взглянул на неподдающиеся разгадке письмена и направился в сторону обеспокоенного друга.
- Что у вас стряслось? – произнёс Станислав, протискиваясь меж каменных плит.
- Посмотри сюда, – Лиза отстранилась от небольшого круглого отверстия в стене дольмена. Парень прильнул к окошку, пытаясь разглядеть детали интерьера необычной постройки.
Когда глаза начали привыкать к царившей внутри темноте, он увидел завораживающее зрелище. В дальнем углу строения находилось некое подобие платяного шкафа, заполненного пёстрой одеждой. Посередине помещения располагался каменный постамент с конусным возвышением по центру. Прямо над конусом, на метровой высоте, виднелась нижняя часть саркофага или чего-то подобного, о чём парень мог только догадываться – размеры окна не позволяли заглянуть выше.
- Без сомнений, это усыпальница, – произнёс Ник, после чего подошёл к единственному входу в сооружение и попытался сдвинуть в сторону каменный блок, которым был запечатан проход. Махина слегка качнулась под воздействием плеча, но осталась на прежнем месте. – Мне кажется, вдвоём мы справимся, – Коля ещё раз налёг на преграду. Стас поспешил на помощь. Плита дрогнула и неохотно подалась вперёд, издав тяжёлый каменный скрежет. Проникнув сквозь образовавшуюся щель, ребята очутились внутри склепа.
Обоняние улавливало терпкий запах благовоний. Стены дольмена были отделаны бамбуковыми жердями, расписанными колоритными орнаментами. Художественные изыски сопровождались каллиграфическими письменами. На многочисленных полках сверкали золотом женские украшения и обрядовые артефакты. Рядом с овальным зеркальцем в серебристой оправе и с костяной ручкой находились серьги из розоватого металла и отделанный рубинами гребень.
- Видимо, с ювелирами у них всё в порядке, – сказал Ник, прикладывая к Лизиной шее роскошное колье с множеством ажурных подвесок
В шкафу находились льняные платья, расшитые разноцветными шелковистыми нитями и бисером. Одежда местами истлела, но и по тому, что осталось, было нетрудно составить представление о высочайшем классе здешних мастеров.
- Странно! Я не припомню, чтобы по пути нам попадался бамбук, – Лиз провела рукой по прохладной бугристой стене.
- Я полагаю, что главные открытия у нас ещё впереди, – Стас тронул саркофаг. От прикосновения тот стал раскачиваться, отбрасывая на стену широкую ожившую тень. Диковинный гроб имел форму человеческого тела и был изготовлен из белого прочного материала. Внешне это творение напоминало большую фарфоровую куклу, расписанную синим по белому в традициях гжельских мастеров. Кукла держалась на десяти кожаных ремнях, прикреплённых к поверхности потолка.
- Странное решение, – удивился Станислав. – Кожа недолговечна и для таких целей, по-моему, совершенно непригодна, – он провел ладонью по поверхности одного из натянутых ремней, задерживая руку на съеденных временем участках. – Здесь скорее подошли бы прочные цепи.
- А может, это сделано с умыслом? – предположила Лиз. – Посмотрите на эти рисунки, – она указала на серию последовательных изображений, выведенных на бамбуковой обшивке. – Это что-то вроде первобытных комиксов.
- Да… Здесь, пожалуй, можно кое-что понять в отличие от письменных закорючек, – Ник подошёл поближе к рисункам и принялся комментировать их значение. – Первый сюжет – определённо, рождение человека. Следующие – его взросление и становление как личности. Дальше старение и… вот. Здесь изображён этот самый саркофаг, подвешенный на десяти ремнях. На следующем отрезке изображены какие-то палочки и крючки.
- Похоже на римские цифры, – сказала Лиза, посмотрев на Колю.
- Сходство есть, но очень отдалённое, – продолжил Ник. – Возможно, с этого момента начинается отсчёт времени.
- Отсчёт? – Лиза задумалась. – Я поняла!!! Это, действительно, временной отрезок, в конце которого душа усопшего освобождается от тяжёлого саркофага и устремляется в небеса к богу, или ещё куда-то согласно их поверьям. – Смотрите, – девушка указала на последний рисунок «комикса», на котором был изображён фарфоровый гроб с лопнувшими ремнями. Он лежал на постаменте, расколотый пополам, наткнувшись на острый конус. – Теперь вам ясно?
– Честно говоря, не совсем, – Ник почесал затылок, словно это могло прочистить ему мозги.
- Ну же… Видите – здесь изображено, как от разбитого саркофага отделяется душа и устремляется прямо в окошко.
- А я всё думал, зачем в склепе окно? – Стас ухмыльнулся. – Оказывается, для того чтобы душа вылетала! И назначение этого конуса теперь понятно.
- Одно слово – варвары! – Ник сгрёб с одной из полок несколько золотых побрякушек и бросил себе в рюкзак. – Заслуженный трофей! – он осмотрелся по сторонам. – Пожалуй, я прихвачу ещё вот это, – вслед за украшениями в мешок последовал уродливый божок величиной с пачку сигарет, изготовленный из того же металла.
- Ник! Ты ничего не перепутал? Трофей – это приз победителю. Ты разве кого-то победил? Твои действия скорее подходят под статью «мародерство».
- Да ладно, Стас! Это добро им теперь ни к чему, – Коля посмотрел на саркофаг, затем на Лизу и оправдываясь добавил: – А нам оно пригодится… для исследований!
- Ну… если ты так ставишь вопрос! Будь по-твоему. Только впредь советую этого не делать. Представь! Какие-нибудь отморозки забрались в родовой склеп твоих предков и разграбили его. Что ты с ними сделаешь?
- Но… я… Честно говоря, у меня нет родового склепа.
- Это я к примеру!
- К примеру, говоришь… – Ник задумался, затем достал из рюкзака украшения и с видом нашкодившего подростка положил их на прежнее место. – Но золотую «нэцкэ» я всё равно оставлю себе.
Стас взглянул на друга, затем безнадёжно махнул рукой и направился к выходу.
Снаружи всё оставалось по-прежнему. Только орлы куда-то подевались.
- По всем признакам, это женская усыпальница. Интересно посмотреть, как выглядит её мужской аналог, – сказала Лиз. Отвернувшись, она уложила волосы прихваченным из склепа гребнем и спрятала его в карман штормовки.
Стас иронически ухмыльнулся и отвёл в сторону взгляд.
Послышался отдалённый собачий лай. Через минуту появился Лео. Он принялся крутиться под ногами и жалобно скулить. Пёс то отбегал, то возвращался, словно звал за собой.
- Здесь что-то не так, – насторожился Ник.
Друзья немедля поспешили за убегающей собакой. Вскоре пёс остановился у входа в один из склепов, не решаясь войти внутрь. Каменная плита была сдвинута, а на земле лежал знакомый рюкзак.
Стас осторожно пробрался в узкий проход. Собака последовала за ним. После вошли остальные. Исследователи оказались внутри очередного склепа. Он был похож на предыдущий. Такой же каменный постамент с возвышающимся конусом, окно, иллюстрированные сюжеты на бамбуковых стенах. Лишь наличие средневекового оружия, доспехов и другой воинской атрибутики делали это помещение особенным. Оно скорее напоминало древний арсенал или исторический музей, чем захоронение.
- Вот тебе и мужская усыпальница, – Стас подошёл к подвешенному саркофагу, который был гораздо крупнее предыдущего.
- Посмотрите на этих монстров, – Ник обвёл взглядом погребальное помещение, где по углам, облачившись в костяные латы из панцирей белых черепах, стояли четыре бутафорских воина. Они застыли, словно каменные изваяния, устремив узкие прорези надвинутых забрал в сторону саркофага. Их руки сжимали ложа боевых арбалетов, направленных в потолок. Тугие тетивы были взведены. Эти чучела не представляли опасности и служили лишь украшением интерьера.
Внезапно пёс тявкнул. Рука одного из воинов вздрогнула и коснулась спускового рычага. Раздался неприятный хруст высвободившейся тетивы. Арбалетный болт, получив ускорение, прошил несколько ремней, державших саркофаг и, отскочив от стены, упал к ногам исследователей. Один за другим лопнули все ремни. Гроб накренился и через мгновение рухнул на конус, распавшись на множество фрагментов. Друзья застыли в изумлении. Перед ними в действительности предстала заключительная часть изображённого на стене «комикса». Та картина, на которой подвешенный саркофаг разбивается, а из него вылетает раскрепощённая душа. Только вместо души на пол вывалился труп усопшего воина, облаченного в серебристую кольчугу. Он был молод и красив. Его руки раскинулись в стороны, а окоченевшие пальцы продолжали сжимать золотой жезл, украшенный редкими самоцветами. Лицо мужчины выглядело свежим и беззаботным. Широкие скулы и разрез глаз выдавали его азиатское происхождение. Если бы не сломанная шея, которая неестественно вывернулась, вздыбив смуглую кожу развороченными позвонками, могло показаться, что человек крепко спит и видит безмятежные сны. Но это зрелище оказалось быстротечным. Вскоре кожный покров мертвеца начал вздуваться и коробиться. Тлен пошёл в наступление на нетронутую временем плоть. Расползающиеся с неимоверной быстротой гниющие образования охватили вскоре все видимые участки тела и застыли чёрными слизистыми клочьями на обнажившихся костях.
Невыносимый трупный смрад стал щипать глаза и, вызывая тошноту, заставил людей зажмуриться и на ощупь выбираться из зловонной западни.
Вслед за друзьями выбежали и двое ряженых воинов, побросав арбалеты и костяные шлемы. Ими оказались толстяк и Герман. Они долго извинялись за неудачный спектакль, финал которого сильно отличался от намеченного сценария.
- Вам, наверное, очень скучно? – Лиз постучала по головам недотёп, давая понять, что мозги у них отсутствуют напрочь.
- В этом бездарном балагане есть и положительные стороны, – Стас осмотрел шутников с ног до головы. – Теперь у нас будет оружие и защитная амуниция. Остаётся только достать всё это из склепа.
- Я туда больше не пойду! – Жора снял с себя черепаший бронежилет и отложил его в сторону.
- Пойдешь! Еще как пойдешь, – Ник угрожающе посмотрел на толстяка и понюхал ворот своей рубахи, из складок которой до сих пор не выветрился трупный запах.
- Не бойся! Пойдём вдвоём, – Станислав заглянул в окно дольмена, пытаясь запомнить местоположение предметов, находящихся в покинутой усыпальнице.
Наконец, набрав полные легкие воздуха и задержав дыхание, ребята метнулись в узкий проход склепа. Через некоторое время четыре арбалета и многое, что могло понадобиться в дальнейшем путешествии, было разложено на земле – проветриваться.
- Как вы попали в этот склеп? – спросил Стас у друзей, вглядываясь в их смущённые лица.
- Очень просто! – начал Герман. – Пробираясь среди дольменов, мы разговаривали и шутили. Окрестности поражали музейной чистотой и порядком. Всё больше возникал соблазн пробраться внутрь одного из строений, – Гера взглянул на толстяка. – Потом Жорка говорит: «Давай попробуем сдвинуть входную плиту. Может, получится». Ну и… сдвинули. Там оказался висячий гроб. По углам склепа – четыре стражника с арбалетами. Мы сначала струхнули, но, разобравшись, поняли, что это всего лишь муляжи. На скреплённые палки надеты костяные доспехи. Только и всего. Тогда Жора предложил…
- При чём здесь я? – возмутился толстяк. – Сам ты всё и придумал!
- Неважно, кто придумал! Рассказывай дальше, – Лиза так увлечённо слушала историю, что ей не хотелось отвлекаться на несущественные детали.
- Словом… мы решили примерить эти раритеты. Разобрали два чучела. Переоделись. Взяли в руки арбалеты. Оружие оказалось в превосходном состоянии. Затем Лео вдруг запаниковал. Он принялся рычать, а когда Жора протянул к нему руку, чтобы успокоить, пёс бросился наутёк. Вероятно, он не узнал нас в таком одеянии. Тогда-то мне и пришла идея подшутить над вами. Конечно же, я не предполагал, что всё так обернётся, – Герман закончил рассказ и уселся на каменный выступ соседнего склепа.
- С вами всё ясно! Детство взыграло, – Ник взял в руки один из арбалетов и принялся изучать устройство незнакомого механизма. Уткнув стремя в землю, он стал вращать расположенную сбоку кривую ручку. Тетива подалась вверх до характерного щелчка и зафиксировалась в крайнем натянутом положении. Затем Ник вложил острый болт в ложбинку устройства, после чего оружие было готово к использованию. Коля посмотрел по сторонам и увидел белую птицу, удобно устроившуюся поверх колоннады. По всем признакам, это была чайка. Ник взглянул на Лизу.
- Не вздумай, – девушка погрозила стрелку кулаком.
- Я быстро! – Коля осторожно положил арбалет на землю и скрылся в неизвестном направлении.
Вскоре он возвратился, держа в руках три бронзовые вазочки – позаимствованные в женской усыпальнице. Он отнёс предметы метров на пятьдесят, установил их поверх одного из склепов, после чего вернулся обратно. Вскинув арбалет, стрелок прицелился и нажал на спусковой рычаг. Маленькая стрела тихо фыркнула и, рассекая воздух, угодила прямо в центр одной из бронзовых мишеней. Вазочка качнулась, сделала пол-оборота вокруг своей оси и замерла, уставив на стрелка развороченный выстрелом глаз.
- Всё не так уж и сложно, – Ник перезарядил оружие и снова выстрелил. Опять успех!
Через минуту вся мужская часть коллектива практиковалась в стрельбе и к концу тренировки могла неплохо пользоваться старинным оружием. Лиза наотрез отказалась от такого занятия. Она уселась в сторонке и искренне переживала, радуясь успехам и огорчаясь неудачам новоиспечённых арбалетчиков.

Глава 7. Вертеп

Справиться с приматами оказалось проще, чем предполагалось вначале. Животные были настолько глупы и неорганизованны, что уже через несколько минут восемь обезображенных тел лежали, истекая кровью у входа в складское помещение.
- Ну же! Поторапливайтесь! – Саша быстро закрыл дверь за последним из товарищей и повернул ключ. Он сделал это вовремя. Едва щёлкнул замок – в конце коридора замелькали бесформенные тени пауков. Они наконец справились с наспех припёртой дверью и уже мчались во весь опор, готовые уничтожить любого попавшегося на своём пути. Преследователей было с десяток. Выбежав на багровую от крови площадку и наткнувшись на тела приматов, членистоногие поначалу опешили. Шевеля мерзкими лапами, пауки столпились возле трупов, озираясь по сторонам. Казалось, они не верили своим глазам. Перед ними, аппетитно кровоточа, бесхозно лежала целая гора свежей пищи. Дикое пиршество не заставило долго ждать.
Съесть всё за один приём им оказалось не под силу. Пауки решили оставить кое-что про запас. Они со знанием дела быстро окрутили останки приматов паутиной и прикрепили к потолку. Вскоре весь коридор был увешан раскачивающимися розово-алыми коконами. Сделав свою работу, сытые преследователи удалились, потеряв всяческий интерес к затаившимся беглецам.
За этой неприятной картиной исследователи наблюдали сквозь широкое зарешеченное окно, находившееся слева от двери. Но, как оказалось, это была лишь прелюдия кровавой пьесы, развернувшей своё действие на глазах у невольных зрителей.
Снова послышался далёкий вой сирены. Он возникал с определённым интервалом, будто выставленный кем-то звуковой таймер. Теперь сигнал воспринимался отчётливее, и к нему стали примешиваться хриплые нотки. Казалось, кто-то говорил в большой корабельный рупор, но, к сожалению, доносившиеся слова звучали неразборчиво, если вообще это были слова.
- Смотрите! Там опять что-то творится! – воскликнул Василий. С зелеными стенами и потолком коридора, там, где были подвешены коконы, происходили метаморфозы. Шершавое покрытие едва заметно вздыбилось. Наблюдалась странная коррозия отделочного слоя. Штукатурка словно ожила, а зелёный покров стал расползаться, формируя изумрудные островки, между которыми там и тут образовались белые пятна. Шероховатая текстура безупречно выкрашенных стен за минуту превратилась в лохмотья облупившейся краски. Оштукатуренная поверхность приобрела молочный оттенок, а вся зелень сконцентрировалась поверх свисающих коконов в виде нарождающихся малахитовых капель, с каждым мгновением увеличивающихся в размерах.
Вскоре самая крупная капля, отделившись от основания, упала прямо на окутанные паутиной останки обезьяны. Зелёный цвет вмиг охватил болтающийся кокон, и тот быстро растворился, словно кусок рафинада в стакане чая. Один за другим подвешенные трупы исчезли – будто их и не было! Через минуту прожорливая зелень вернулась на прежнее место, и коридор снова приобрёл ровный изумрудный оттенок. Только теперь он чуть сузился. Поверхность стен стала зернистой и выпуклой, как очертания материков на рельефной карте. Всё произошло настолько быстро, что наблюдавшие за шокирующим явлением люди не могли теперь с полной уверенностью сказать – было то на самом деле или весь этот кошмар им только померещился.

- Вот это зрелище! – Костя вытер рукавом со лба мелкие капельки пота. – Я думал, что эта зараза, покончив с обезьянами, примется и за нас.
- Наверно, каждый об этом подумал, – произнёс Алекс, вплотную подойдя к решётке. – Но я по большому счёту так и не понял природу этого явления. Что это за напасть такая? В какую-то минуту мне показалось, что это скопление насекомых, но при таком скудном освещении толком так и не разобрал.
- Саша! Не двигайся! – Алёна направила пистолет парню в предплечье и, сделав резкий выпад, уткнулась стволом в грубую ткань штормовки.
Поведение девушки озадачило всех. В особенности Александра. Он стоял, не понимая в чём дело. В его тело упёрлось дуло пистолета, хозяйка которого, вероятно, спятила, не выдержав психологических перегрузок.
- Алёна! Всё в порядке. Ты просто переутомилась. Убери пистолет и расслабься, – Саша обращался к девушке тоном, которым успокаивают ребёнка-недоумка.
- Я сказала – не шевелись! И не бойся. Оружие на предохранителе, – Алёна осмотрелась по сторонам. Её взгляд задержался на деревянном щите, где размещались объявления и выписки из правил по технике безопасности.
- Сейчас всё поймёшь, – интригующе произнесла она. – Вася! Открепи на стенде любой из документов и дай мне булавку. Только быстрее.
Парень немедля выполнил просьбу девушки и отошёл в сторону, с интересом наблюдая за её действиями. Взяв в левую руку иголку, она резким движением, словно градусник, встряхнула пистолет, из дула которого выскочил необычный жук. Ударившись о бетонный пол, он попытался скрыться в расщелине. Но не тут-то было. Алена, словно кошка, набросилась на удирающее насекомое и в одно мгновение пронзила его булавкой.
Повергнутая букашка попыталась высвободиться. Несколько секунд она упорно извивалась на острие иглы, потом затихла. Величиной находка была с лесного клопа, такого же ярко-зелёного цвета, а внешне походила на обыкновенную тлю, только увеличенную во много раз. Но это создание всё же отличалось от тли. Вместо тонкого хоботка, которым насекомые прокалывают поверхность побегов и листьев, ребята увидели внушительный для такой крошки рот с белыми иголочками едва различимых зубов.
- Необычный клоп! Такие насекомые нам в подземке ещё не попадались, – удивлённо произнёс Костя, поглядывая на Алекса.
- А может, это пчела? – предположил «колдун». – Только зелёная!
- На пчелу тоже смахивает… И всё же это тля, только переродившаяся, – произнесла Алена, бросив жука на пол и крепко придавив подошвой кроссовка.
Неожиданно стены прохода вновь зашевелились, и зелёная поверхность слегка всколыхнулась, издавая пощёлкивающие звуки. По ней прокатилась едва заметная волна, но затем она улеглась.
- Пожалуй, не стоит больше этого делать, – произнёс Саша, указывая на раздавленное насекомое. – Иначе нам несдобровать. Вероятно, это высокоорганизованная популяция живых организмов – нечто вроде пчелиного роя, только более совершенная. Видите, как они чутко реагируют на гибель одного из своих сородичей!
- Тогда почему они нас не тронули? – Костя опустился на колено, чтобы внимательнее рассмотреть раздавленную тлю, а точнее то, что от неё осталось.
- Не надо искушать судьбу и повторять это снова, – сказал Вася, посмотрев на девушку. Затем его внимание привлекли слабые шорохи, возникшие за окном. Он подошёл ближе и заметил на окровавленном полу небольшую белую крысу. Она немного покрутилась меж сгустков запёкшейся крови и затаилась. Животное с жадностью принялось слизывать частицы ещё не отвердевшей бурой массы. От взгляда парня не ускользнуло и то, что прямо над потерявшим бдительность грызуном стала быстро наливаться изумрудная капля. Она не была такой большой, как те, что линчевали обезьян, но все же в несколько раз превосходила по величине зверька. Затем капля-убийца сорвалась вниз и накрыла беспечное животное. Крыса только взвизгнула. Вскоре её тело без остатка растворилось в зелёной массе.
- Вы это видели? – Вася повернулся к друзьям.
- Ещё бы! – произнёс Алекс.
- Сомнений нет! Насекомые – хищники, – Александр подошёл к двери. – По-видимому, они нападают только на неподвижную добычу. Хотя, если популяции или её отдельным особям будет угрожать физическая опасность, думаю, они могут отступить от правил.
Парень повернул ключ в замке и вышел наружу.
- Что ты делаешь? – Алёна дёрнулась вслед за напарником, но тот жестом руки остановил её.
- Я должен провести эксперимент. Если мы хотим узнать, с чем имеем дело, то он нам просто необходим, – Александр плотно закрыл за собой дверь и направился к тому месту, где недавно лакомилась крыса, а затем пообедали и ей самой.

С близкого расстояния стало заметно, что зелёное покрытие стен сплошь состояло из множества маленьких букашек. Заметив приближение потенциальной добычи, они настороженно приподняли свои усики-антенны. Оставаясь неподвижным, человек стоял, можно сказать, в утробе хищника, внимательно наблюдая за малейшими изменениями, происходившими вокруг. Зелёная масса загудела, будто переполошившийся улей. Всё внутреннее пространство коридора охватила едва уловимая вибрация. Она проникала в тело человека. В каждую его клетку. Снова послышалось тихое пощёлкивание. Будто миллионы маленьких челюстей, раскрываясь и смыкаясь, озлобленно клацают крепкими зубами. Предчувствие неминуемой беды словно парализовало парня, сломило его психику. Но так могло показаться только на первый взгляд. В смертельном коридоре находился не просто человек, а натренированный боец. Профессионал. Он поднял голову и посмотрел на потолок. Немалая часть зелёной массы спешно концентрировалась над ним, и уже формировалась солидная капля, которая в любой момент могла сорваться и поглотить любопытного исследователя. Парень сделал несколько шагов вглубь коридора и снова остановился. Изумрудное образование тут же пропало, но стало расти на новом участке потолка, и опять над его головой.
«В этом деле главное не переусердствовать», – подумал Саша, немного продвинувшись в направлении двери. Поведение насекомых оказалось предсказуемым. Каждый раз, когда естествоиспытатель перебирался на новое место, над ним сразу начинала назревать очередная капля. Когда же он покидал опасную точку, образование сдувалось, словно осевший мыльный пузырь.
- Довольно экспериментов. С этими жуками всё ясно, – сказал парень, войдя на территорию склада и заперев за собой дверь.

По бетонному полу просквозил ветерок, подняв облачко невесомой пыли. Где-то под потолком тихо застонал вытяжной механизм, поскрипывая старыми подшипниками. От стеллажей повеяло запахом оружейной смазки.
- В общем, с насекомыми кое-что прояснилось, – произнесла Алёна, – но не всё. Она присела на серый ящик, стоявший рядом, и раскрыла свой кейс. Девушка достала из него пластиковый контейнер и пинцет. – Эти крошки показали свои зубки, но мне нужно узнать о них больше, – девушка поднялась и направилась в сторону двери.
- Алёна! Ты зачем туда пошла?! – испуганно выдавил из себя Василий.
- Успокойся! Все будет в порядке, – девушка повернула ключ и вышла в коридор, где недавно экспериментировал Саша. – Мне необходимо взять для экспертизы несколько насекомых.
Осторожно работая пинцетом, она сняла с живой стены дюжину жуков и поместила их в предназначенный для таких целей контейнер. После чего быстро вернулась обратно.
- Вы заметили? – Алёна положила образцы в кейс и закрыла крышку. – Когда я их брала, колония оставалась спокойной. Выходит, Саша оказался прав. Если им не причинять вреда, то можно спокойно передвигаться, не опасаясь, что насекомые нападут. Главное – соблюдать несколько условий, – девушка обвела взглядом друзей и продолжила: – Первое и основное – это смотреть внимательнее под ноги, чтобы случайно не раздавить их. Второе условие – не стоять слишком долго на одном месте. Слава богу, эта зелень здесь не слишком распространена. Данная колония – пока единственная попавшаяся на нашем пути. Хотя как знать! Мы здесь находимся слишком недолго, чтобы делать подобные выводы.
- Мне кажется, я догадываюсь, что это за насекомые, – произнёс Алекс. Он облизал пересохшие губы и взглянул на Костю.
- Ну, говори! Чего тянешь! – сообразив, что приятель хочет пить, Константин протянул ему фляжку с водой. Алекс сделал несколько глотков и продолжил.
- Перед нами разновидность бескрылых пчёл, перенявших, ввиду особых условий подземного существования, свойства других насекомых. Возможно – тли. Не исключено, что это искусственно выведенный гибрид. И ещё! Практически у всех видов насекомых, живущих колониями или роями, чётко распределены социальные обязанности.
- Это как? – Вася сделал глупую мину, пытаясь переварить вышесказанное.
- Проще говоря, у них есть свои рабочие, охрана, разведка и так далее. Колония находится на одном месте, пока сыта! В это время их особи-ищейки рыщут по округе в поисках пропитания. Эти насекомые – своего рода санитары. Найдут падаль – съедают. Обнаружат немощное животное или человека – и тоже в пищу.
- А как же мы теперь будем спать? – Костя возмущенно посмотрел на друга, словно тот был виноват в появлении этих ненасытных жуков.
- Придётся быть осторожнее. Хотя и раньше, когда другие спали, у нас всегда кто-то дежурил, – Алекс посмотрел на дверь и задумчиво добавил: – Эти козявки – такие маленькие! Пролезут даже в замочную скважину.
- Если туда не вставить ключ! – сказал Саша и подошёл к окну, чтобы посмотреть на состояние колонии. – Что за чёрт?! Насекомые исчезли, – он открыл дверь и выскочил в коридор.
Действительно, жуки пропали, оголив серые стены. Проходное помещение стало светлее и объёмнее.
Вся группа высыпала за дверь, чтобы лично убедиться в этом.

- Смотрите! То, о чём я говорил, подтверждается, – Алекс удовлетворённо улыбнулся.
- А именно? – девушка взглянула на парня.
- Наверно, их разведка нашла пищу и подала сигнал всем остальным. Поэтому они и смотались отсюда.
- А каким образом они могут подавать сигналы, находясь вдалеке от колонии? – удивилась Алёна.
- А это как у пчёл или муравьёв! – ответил Алекс. – Оповещение происходит посредством так называемых «танцев».
- У них что там? Дискотеки проводятся – под мерное жужжание? – улыбнулся Саша.
- Вот вы смеётесь, а я серьёзно говорю, – продолжил парень. – «Танцы» у них как письменность у людей. Нашёл корм, станцевал, все посмотрели, пошушукались, и в путь. Это, конечно, сильно утрированно. У них ещё немалую роль играют феромоны и другие сигнализирующие химические вещества. Они их чувствуют за километры.
-Ну ладно! С этим немного разобрались! Спать придётся в герметичных помещениях или под бдительной охраной, – Александр взял в руки кейс. – А теперь нужно идти дальше, – он одёрнул штормовку и направился в сторону силового шкафа, находившегося в проходе между стеллажами, возле стола. Группа отправилась следом. Разобравшись с назначением переключателей, Саша сдвинул несколько тумблеров, и на стенах вспыхнули боковые прожектора.

- Может, нам стоит немного отдохнуть? – предложил Алекс, ощупывая свою травмированную ногу.
Ребята переглянулись и решили, что небольшая передышка им действительно не помешает. Каждый занялся, чем ему заблагорассудится.
Алёна принялась обследовать содержимое стеллажей в надежде отыскать что-нибудь полезное. Вася достал из кейса крошечный молитвенник, который мама настоятельно просила взять с собой и, усевшись на металлический табурет, принялся перелистывать святые страницы. Костю почему-то привлёк электропогрузчик. Устроившись за рулем, он начал курсировать по территории склада с высоко поднятыми вилами. В итоге парень врезался в одну из стен, после чего забросил это занятие и поспешил к Алексу. Тот зачем-то забрался под самый потолок склада, в кабину мостового крана, и затих, изучая рычаги управления. (Вероятно, в нём проснулась студенческая страсть к механизмам.)
Александр направился туда, где впервые обнаружил тигровых обезьян. Там он наткнулся на остатки пиршества злобных тварей.
От человеческих тел сохранились лишь начисто выеденные скелеты и высохшие лужи крови. В конце склада Саша обнаружил небольшие ворота. Двери оказались закрыты, а круглая ручка, подобная тем, что устанавливают на дверях в бомбоубежищах, вращалась вхолостую. Эти ворота оказались единственным выходом из складского помещения. Открыть их означало использовать очередной шанс на спасение, предложенный обстоятельствами.
- Костя! Что с погрузчиком? Он на ходу? – выкрикнул Саша, стоя возле дверей и высматривая, к чему бы прицепить трос, чтобы выворотить эту преграду. Константин не заставил себя ждать.
- Хочешь ворота погрузчиком дёрнуть? – поинтересовался он. – Мне кажется тот, на котором я ездил, слишком легкий, да и движок слабоват. Там на стоянке есть другой. Мощнее!
- Подгони его сюда! Сможешь?
- Постараюсь, – Костя озабочено посмотрел на автокар, который он бросил у стены после неудачной попытки усовершенствовать свои водительские навыки, и направился за следующей жертвой.
Вскоре к месту событий подтянулась вся группа, в том числе и Константин на новеньком погрузчике. Он подъехал вплотную к воротам и, соскочив с водительского сиденья, принялся разматывать замасленную чалку, закреплённую на скобах возле гидравлического агрегата.
- Если цеплять за ручку, – Алекс крутанул колесо запорного механизма, – её просто обломит.
- А что ты предлагаешь? – Саша ещё раз окинул взглядом массивные двери.
- Вот здесь поверх косяка имеются проушины, – Вася обратил внимание ребят на едва заметные выступы, частично заделанные цементным раствором. – Если обстучать штукатурку, то в эти отверстия вполне пролезут крюки от строп.
Совет оказался дельным. Вскоре к штурму преграды всё было готово. Саша сам уселся за руль погрузчика и со словами: «Ну, поехали!» – тронулся с места.

С воротами возились долго – часа два. Перепробовали многое: дёргали одновременно двумя погрузчиками, пытались подцепить двери вилами автокара. Всё было тщетно. Бастион не сдавался. В итоге после очередной попытки вырвать ворота трос лопнул, едва не покалечив водителя.
- Это всё не то, – Саша подошёл и со злостью ударил кулаком по упрямой створке. – Должен быть ещё способ открыть эти двери. Ну, думайте! Думайте! Другого выхода у нас всё равно нет. Если не взломаем этот чёртов проход, всем нам крышка. Я говорю это вполне серьёзно.
Наступила тишина.
- Мне кажется, есть один способ, – нарушил молчание Алекс, – это должно сработать!
- Что ты предлагаешь? – Саша посмотрел на парня, уверенный взгляд которого источал оптимизм.
- Сейчас я подгоню мостовой кран так, чтобы он оказался на одном уровне с этими дверями. Затем буду понемногу отпускать трос с подъемным крюком, а вы подтяните его как можно ближе к воротам. Эта штука очень сильная, – Алекс указал рукой на висящий под потолком алый крюк подъёмного механизма, на котором белой краской была выведена надпись – «320 тонн».
Предложение оказалось полезным. Сказано – сделано. После некоторых манипуляций с тросом и креплением чалок ворота пробкой выскочили из стены вместе с основанием. Они с оглушительным грохотом отлетели на десяток метров вглубь помещения склада, опрокинув несколько стеллажей и оставив глубокую борозду на развороченном бетонированном полу.
Теперь в стене зияла большая дыра, едва различимая в плотном облаке пыли. Когда пыль улеглась, перед исследователями возник очередной коридор. Он протянулся метров на пятьдесят и заканчивался стальными рольставнями. По сути это были ворота, оборудованные электроподъемным механизмом. Бежевые стены и коричневый пол коридора блестели кафельным глянцем. Справа по коридору находилось несколько чёрных дверей с информационными табличками. Здесь располагались: душ, туалет, медпункт, но более всего заинтересовало ребят другое помещение – «Пристрелочная станция». Там друзья надеялись раздобыть боеприпасы и подходящее оружие.
Дверь оказалась не заперта. Она имела дублирующую звуконепроницаемую створку со встроенным сейфовым запором. Чтобы не терять понапрасну время, Саша остался здесь, а остальные, разделившись попарно, отправились осмотреть соседние помещения. Алёна с Василием пошли в душевой блок, где после мимолётного осмотра девушка, убедившись в наличии горячей и холодной воды, выпроводила парня из помещения, а сама заперлась на задвижку, несказанно обрадовавшись возможности помыться и переодеться. Вася, оставшись не у дел, сначала направился в медпункт, где Константин и Алекс изучали содержимое шкафов, задавшись целью пополнить запасы медикаментов. Там он почувствовал себя лишним. Потом заглянул к Саше. Тот ползал на коленях возле ящиков, где хранились патроны. Судя по разорванным пустым коробкам и рассыпанным по полу боеприпасам, которые парень старательно подбирал, стремясь не пропустить ни одного, создавалось впечатление, что стрельбище покидали в суматохе.
Помещение представляло собой прекрасно оборудованный тир. На стенах, в рамочках под стеклом, висели нормативные акты, инструкции о порядке приёмки и отбраковки испытываемых образцов оружия. Справа в углу находился громоздкий сейф, предназначенный для хранения документации и особо ценных приборов.
- Ты почему один? Где Алёна? – присев на корточки, спросил Саша. Он продолжал ощупывать полое пространство между сейфом и стеной в надежде отыскать ещё хоть один патрон.
- Она решила искупаться, – Вася поднял закатившуюся за дверь стреляную гильзу и понюхал. Учуяв запах сгоревшего пороха, он поморщился и отбросил её в сторону. – Я и сам бы не прочь ополоснуться.
- Не время сейчас! Ей простительно – она женщина. А ты мужик! Должен стойко переносить все тяготы и лишения, – он улыбнулся. – Стрелять пробовал? – Александр взял с оружейной пирамиды пистолет (такую модификацию он видел впервые) и вставил снаряжённую обойму.
- Не приходилось. Да и зачем? – увидев заряженное оружие, Вася отступил на шаг и быстренько вышел из тира, бросив напоследок: – Пойду посмотрю, как там Алёна.
- Иди, иди! А стрелять, когда-никогда, всё равно нужно учиться, – сказал Александр вслед уходящему товарищу. – В жизни всё пригодится! Особенно в нашем теперешнем положении.
Саша разложил найденные патроны поверх сейфа, отсортировал их и некоторые убрал в свой кейс. Боеприпасов оказалось немного – около двух сотен. Причём разного типа и калибра. Около трёх десятков он оставил на сейфе, отложив их, чтобы позже пострелять самому и потренировать неопытных друзей.

Подойдя к двери душевого блока, Вася прислушался. С обратной стороны сквозь шуршание и всплески воды доносился мотивчик знакомой детской песенки, которую девушка мурлыкала, стоя под освежающими струями.

Снова завыла сирена. И опять этот хрипящий звук, похожий на человеческий голос. Хотя теперь Вася с полной уверенностью мог сказать – это и был голос. Парню даже удалось различить обрывки слов: опас… сроч… оставшимся… непредсказуемо.
«Колдун» направился к рольставням. Чем ближе он к ним подходил, тем громче становились эти пугающие завывания. Через минуту снова всё утихло.
«Без сомнения, звуки исходят из-за этих ворот, – подумал Василий, подойдя к ним вплотную. – Если я немного приоткрою дверь и посмотрю, что за ней находится, думаю, страшного ничего не случится».
Рядом, на стене, находился щиток с выключателями. Это был пульт управления освещением коридора и дверным подъёмником. Три кнопки: красная, белая и синяя – располагались обособленно. Над синей находилась надпись – «Автомат». Подумав, Василий нажал на красную кнопку. С тихим поскрипыванием, дверь послушно подалась вверх. Когда она отошла от пола настолько, чтобы под неё можно было подлезть, парень нажал на белую кнопку. Ворота застыли. Опустившись на четвереньки, Вася осторожно высунул голову в образовавшуюся щель. В таком положении рассмотреть что-либо оказалось проблематично. В поле зрения попадало лишь заасфальтированное шоссе с жёлтой разметкой и небольшая часть обочины, ограниченной чёрно-белым дорожным отбойником. Этого «колдуну» оказалось недостаточно – он встал и снова нажал на кнопку, чтобы поднять ворота выше. И вот здесь Василий позволил себе небрежность: вместо красной кнопки он тронул синюю. Сначала рольставни продолжили движение вверх, но когда парнишка вышел из помещения и отошёл на десяток шагов, створка произвольно пошла вниз и, быстро опустившись, тихо щёлкнула фиксатором.
«Вот тебе и автомат!» – мысленно произнёс Вася, увидев закрывающиеся ворота и осознав свою ошибку. Бежать назад было поздно. Сначала им овладела паника. Но убедившись, что опасности нет, он подумал: «А что, собственно, произошло? Ну закрылись ворота. Стоит постучаться, и ребята вмиг откроют. Пока всё спокойно, вполне можно немного пройтись и осмотреться».

Парень стоял посреди пустынного шоссе, с удивлением разглядывая открывшийся ему вид. Местность выглядела экзотически. Вася увидел подземный город, раскинувший свои кварталы под сводами исполинской пещеры. Размеченная дорога, на которой находился Василий, чёрной лентой огибала часть города и исчезала в темноте. Слева от ворот начиналась промышленная зона. Об этом говорили вывески названий производств, размещенные на фасадах кирпичных зданий. Идти в ту сторону Вася не рискнул, так как плохая освещённость и готическая аура мрачного района отпугивали его и вызывали неприятные чувства.
Вообразите ночную улочку в небольшом криминальном городишке, где власти борются за тотальную экономию электричества и подолгу не меняют перегоревшие лампочки на уличных фонарях, и вы почувствуете именно ту гнетущую атмосферу, в которой оказался «колдун».
Вася пересёк дорогу и, взявшись за металлический отбойник, перемахнул через него.
Чуть дальше начинался жилой квартал.
Невысокие дома (если так можно назвать конструкции, состоявшие из одного или нескольких блоков) возвышались впереди невзрачными, почерневшими коробками.
Немного осмелев, Василий решил пройти чуть дальше.
Метров через двадцать «колдун» остановился в начале небольшой улицы. Пересекая с десяток переулков, она в итоге упиралась в большую площадь. Хорошее освещение, кардинально отличавшееся от скудной подсветки в промышленной зоне, позволяло легко рассмотреть все особенности городского пейзажа. Парню даже показалось, что он видит, как вдалеке, на отдельных домах, мигают неоновые вывески наружной рекламы. Таинственная площадь притягивала «колдуна», но идти туда в одиночку он не рискнул. Решив передохнуть, парень присел на дорожный бордюр.

В памяти всплыли минувшие дни. Те счастливые времена, когда ещё были живы отец и шестилетняя сестрёнка. Папа нередко вывозил семью заграницу, в основном в Европу. Он держал антикварный магазинчик, и доходы позволяли им иногда совершать эти сказочные поездки. Всей семьёй они побывали в удивительных городах мира, и эта подземная картинка, стоявшая сейчас перед глазами парня, почему-то напомнила ему ночной Париж. Узкую улочку рю дю Ша-Ки-Пеш, чуть мрачноватую и грязноватую, упирающуюся чёрным рукавом в спокойную Сену. Квартал Маре – с чередой средневековых переулков и из ниоткуда возникающих площадей. Всё это казалось теперь таким далёким и безвозвратно утерянным.
Вскоре после возвращения из Франции трагически погибли отец и сестра. У машины, на которой они возвращались из загородной поездки, отказали тормоза, и она, на большой скорости разворотив боковое ограждение, сорвалась в реку. Мама с трудом пережила это несчастье. Она стала часто бывать в церкви. Подолгу молилась. Вскоре и вовсе устроилась на работу в храм, отгородившись от мира религиозной стеной. Да и сам Василий после всего случившегося, как говорили люди, знавшие его с пелёнок, стал немного «с чудинкой». Он замкнулся в себе. Также стал посещать церковные службы. Отказался от друзей и всё чаще заглядывал в библию и молитвенники. Мать уговаривала его поступить в семинарию и обещала церковную поддержку в этом деле, но он только отнекивался, ссылаясь на то, что ещё не готов к такому серьёзному шагу.

Вася почти задремал. Трое суток он практически не спал. Людей в округе не было. Мёртвая тишина, словно одеялом, наглухо укрыла этот район, не подававший признаков жизни.
Становилось жутковато. Безмолвие угнетало, а подземная прохлада всё настойчивее овладевала засыпающим организмом.
Неожиданно парень почувствовал беспокойство. Что-то его встревожило. Вася ощутил на себе чей-то пристальный взгляд. Он словно буравил его спину и затылок. Тишину нарушил слабый прерывистый звук. Казалось, голубь, ухаживая за самкой, воркует и бьёт крылом по асфальту.
«Колдун» повернул голову и обомлел. В десяти шагах от него сидела большая чёрная собака. Она уставилась на Васю красными светящимися глазами. Временами животное отворачивалось, всматриваясь в темноту, словно ожидало кого-то. Лоснящаяся шкура плотно облегала мускулистое тело, а короткий, как будто птичий, хвост временами вздрагивал и раскрывался маленьким веером. Стоило Василию внимательнее присмотреться к этому псу, и ужас охватил его ещё больше: морда собаки оказалась широким изогнутым клювом, а вместо шерсти различались мелкие чёрные перья, отливающие при свете редких фонарей мрачной синевой. Четырёхпалые когтистые лапы окончательно убедили парня, что перед ним пернатое существо.
Путь к воротам оказался закрыт. Оставалось одно – бежать вдоль улицы в надежде укрыться в одном из жилых блоков. «Колдун» осторожно поднялся с бордюра, поправил на плечах ремешки от кейса и стал медленно пятиться в сторону ближайшего переулка. Существо насторожилось. Оно приподняло голову, словно завывающий волк, и принялось издавать высокочастотные посвистывающие звуки, от которых у парня начало закладывать уши.
Продолжая отступать, Вася заметил четыре силуэта, быстро приближающиеся со стороны промышленной зоны. В них он угадал сородичей этой свистящей твари. Медлить было нельзя. Он повернулся и бросился вдоль домов в сторону освещённых территорий. Ужасная стая последовала вдогонку. Добежав до переулка, Вася взял правее и, нырнув в открытую дверь одного из домов, заперся на щеколду. Преследователи, наткнувшись на преграду, принялись ломиться в закрытое помещение, захлёбываясь слюной и издавая отвратительные клокочущие звуки, словно в их глотках кипела вода.

Василий нащупал на стене выключатель. Вспыхнул свет. Появилась возможность рассмотреть дом изнутри.
Жильё не блистало роскошью, но здесь имелось всё необходимое для комфортного проживания: две небольшие обставленные комнаты, кухня и совмещённый с душем туалет. Кованая винтовая лестница вела на второй этаж и упиралась в открытый люк. Массивная крышка люка стояла вертикально вдоль стены и была закреплена латунным фиксатором.
Осмотрев комнаты первого этажа, Вася вернулся в прихожую и присел на стоявший в углу табурет. Сильный скрежет снаружи усиливался. Преследователи настойчиво пытались проникнуть в помещение, где притаился перепуганный беглец. Раздались оглушающие удары. Наконец металл не выдержал, и в пробоине появился кончик мощного клюва. Затем стальная дверь стала расползаться на части, словно под воздействием гигантского консервного ножа. Вскоре в образовавшемся отверстии появились остервенелые глаза. Вася бросился по лестнице наверх, но, зацепившись кейсом за косяк, скатился по ступеням обратно. Существо уже карабкалось сквозь раскуроченную дверь. От ужаса у парня защемило сердце. Вскочив на ноги, он молнией влетел на второй этаж и, отбросив крышку люка, сдвинул фиксатор. Свирепые твари ещё долго гремели, пытаясь справиться с неподатливой преградой, но орудовать клювами, с высоко задранными головами, им было неудобно. Признав стратегическую победу противника, ужасная стая ещё немного покрутилась возле дома, затем отправилась восвояси. Перед уходом существа, вскинув головы, свистнули так, что в рамах зазвенели стёкла.
Василий стоял на коленях посреди комнаты и усердно молился, собираясь в ближайшее время предстать перед лицом создателя. Когда шум утих, он прокрался к окну и долго стоял, уткнувшись лбом в холодное стекло и разглядывая мрачный пейзаж мёртвого города. Вконец обессилев, парень стянул с себя кейс и опустился на пол. Завалившись набок и подложив под голову руку, он стал засыпать.
Прямо над ним, ритмично постукивая, куда-то спешили часы. Из-под двери соседней комнаты тянуло неприятным сладковатым запахом. Там, под потолком, окутанные белёсой паутиной, висели обескровленные тела мужчины и женщины.

Тем временем обеспокоенные пропажей товарища исследователи метались по безлюдным помещениям. Ребята облазили все углы и закоулки, проверили стеллажи и потаённые места. «Колдун» словно сквозь землю провалился. Выйти через дверь, ведущую в цеха, он не мог – она была заперта с внутренней стороны.
- Остаётся два варианта, – сказала Алена, поглядывая на парней.
- Почему два? Один! – поправил девушку Костя, подразумевая рольставни в конце коридора.
- Ты забыл про тлю, которая элементарно могла его сожрать, если он вдруг решил где-нибудь прикорнуть.
- Но тогда должны остаться одежда, обувь, лужа крови, в конце концов, – вспылил Алекс, всей душой отвергая страшную версию.
- Крови здесь предостаточно! – заметил Саша.
- А разве от съеденных обезьян осталась шкура, скелет или хотя бы когти? Эти насекомые метут всё подчистую, словно взбесившиеся термиты, – возразила Алена.
- Кейс! – воскликнул Костя. – Они не могли съесть этот стальной чемодан! Ведь мы не нашли его!
- Это аргумент, – Саша облегчённо вздохнул. – Значит, остаётся надежда, что парень ещё жив.
- Берём вещи и уходим. Сейчас дорога каждая минута, – произнесла Алена, убирая в чемоданчик ещё не просохшее после душа полотенце.
- По пути нужно обязательно заскочить в тир, – сказал Александр. – Я там разбирался с оружием и отложил несколько образцов с лазерными целеуказателями! Одна беда – мало патронов.

Оказавшись на шоссе и увидев подземный город, исследователи немало удивились. Они не ожидали обнаружить здесь ничего подобного. Но как бы ни было велико их удивление, на данный момент ребят больше волновала судьба их товарища. Куда он отправился, а главное – зачем? Друзья терялись в догадках.
- В сторону промышленной зоны он бы не пошёл – там слишком темно, – произнёс Алекс, пытаясь представить себя на месте «колдуна».
- А если и пошёл, то он уже труп, – вставила Алёна, заметив, как вдалеке дорогу перебежали несколько гигантских пауков.
Недолго думая группа отправилась вдоль ближайшей улицы, по которой ещё недавно бежал Василий, спасаясь от стаи «свистунов».
Исследователи продвигались осторожно, словно группа спецназа, обследуя попутные дома. Тонкие лучи лазерных целеуказателей красными нитями рассекали подземный полумрак. Друзья шли к хорошо освещённой площади – там они надеялись повстречать уцелевших жителей этого городка, а возможно, и своего товарища. Повсюду валялись растерзанные тела людей и неведомых тварей. Переулок, где в одном из домов, вздрагивая от кошмаров, спал их друг, остался далеко позади. Вокруг царил хаос. Воздух пропитался стойким трупным запахом. Судя по количеству жертв, местных жителей беда застала врасплох. Они защищались, чем могли. В домах и на улицах попадались брошенные кухонные ножи с окровавленными лезвиями, разделочные топорики и другие предметы, пригодные для самообороны. Огнестрельное оружие не встречалось.
На подступах к площади друзья затаились. Вновь завыла сирена. Вместе с ней зазвучал суровый дикторский баритон: « Внимание! Биологическая опасность! Произошла разгерметизация лабораторных отсеков. Подопытные особи вырвались на свободу. Они агрессивны и очень опасны. Всем необходимо срочно покинуть опасную зону и собраться на территории межуровневого терминала в районе главного лифта».
Это сообщение прозвучало три раза, затем сирена утихла, а вместе с ней пропал и голос.
Ребята переглянулись. Собственно, ничего нового они не услышали. Так называемые «особи» атакуют их уже на протяжении последних суток, и пока бог миловал. Самым важным в этом сообщении было упоминание о терминале и главном лифте, куда, вероятно, и следовало пробираться, чтобы вырваться из этого ада.

Обширная городская площадь, в центре которой возвышался монумент в виде вращающейся спирали ДНК, была окружена множеством современных зданий. В стороны, словно лучи пятиконечной звезды, разбегались улицы. В округе доминировали двухэтажные строения, однако было и одно, располагавшее тремя этажами. На самом верху «высотки», отсчитывая секунды, светились красные цифры электронных часов. Вывески на фасадах строений красноречиво говорили о том, что это место было немаловажным культурным и торговым центром подземного городка. На площади имелось всё необходимое для нормального проживания в цивилизованном обществе, начиная с кафе и театра, заканчивая парикмахерской и металлоремонтной мастерской.

Дальше идти было опасно. На окраине площади, среди мертвечины, сновали три огромные многоножки величиной с большую анаконду.
- Что это за твари? – брезгливо поморщившись, прошептал Алекс и продолжил разглядывать странных существ.
Их оливковые тела при движении поблёскивали на свету, а в панцирной броне отражались сияющие витрины и огни неоновых вывесок.
- Судя по внешнему виду, эти создания имеют отношение к сколопендрам. Только они слишком большие, – произнёс Костя, разглядывая питающихся зловонной плотью многоножек. – Если мои предположения верны, эти существа почти слепые и могут отличать лишь свет от тьмы. Это я помню ещё со школы. Так что можно попытаться проскочить мимо них.
- А если не удастся? – не отводя глаз от копошащихся насекомых, Алёна осторожно привстала, чтобы проверить, какова будет их реакция.
- Надо попробовать подобраться к ближайшему зданию, – тихо произнёс Саша, задержав рубиновую точку целеуказателя на стене дома, где, как обещала вывеска, находилось кафе.
Группа озираясь направилась в сторону двухэтажного строения с серыми опущенными рольставнями.
Почуяв что-то, многоножки, будто испугавшись, одна за другой скользнули в приоткрытую дверь подвала соседнего магазина.
- Давно бы так, – произнёс Алекс, опустив оружие.
Подойдя к кафе, ребята остановились. Рольставни удерживал небольшой висячий замок. Несколькими выстрелами Саша устранил препятствие, и вскоре люди оказались в небольшом симпатичном заведении. Разобравшись с освещением и заблокировав выход, друзья решили осмотреться.
Помещение выглядело как обычное городское кафе. Несколько зелёных столиков с придвинутыми к ним стульями занимали большую часть зала. Широкая барная стойка, над которой возвышалась серебристая кофе-машина, была уставлена перевёрнутыми вверх дном бокалами. В дальнем углу помещения находилась лестница на второй этаж.
- Нам необходим отдых, – сказал Александр, почувствовав, как глаза предательски слипаются от усталости.
- А как же Вася? Сначала нужно его разыскать, а потом уже думать об отдыхе! – недовольно произнесла Алена, поднимаясь по лестнице.
- Василий, если он ещё жив, наверняка где-нибудь дрыхнет, забаррикадировавшись в одном из домов. Пока мы будем перелопачивать весь город, в итоге свалимся от переутомления, – Саша снял с себя кейс и поставил на пол. – Так что укладывайтесь, где придётся. Если хотите, я подежурю первым, – он подошёл к кофе-машине и нажал на кнопку приготовления напитка.
- Здесь полно продуктов! – раздался голос Константина со стороны подсобки. – Тут даже выпивка есть! – разыскав в недрах забитого едой холодильника зелёную бутылку аперитива, он открутил серебристую пробку и понюхал содержимое.
- Никакого спиртного! – раздался строгий голос Александра, вмиг оказавшегося у него за спиной.
- Я и не собирался! – сконфуженно произнёс парень, убирая бутылку на прежнее место и продолжая рыться среди аккуратно разложенных упаковок с нарезками и консервами.
- На втором этаже находится жилой блок, – сказала Алена, устраиваясь за одним из столиков в центре зала. – Там есть шикарная кровать и ванная комната, – она покрутила в руках розоватую керамическую солонку в виде мультяшного слоника и поставила обратно на стол.
- Прежде чем укладываться спать, не мешало бы подкрепиться! – произнёс Костик, выкладывая перед Алёной продукты и дожёвывая кусочек ветчины.

Уговаривать долго не пришлось. Через минуту все собрались за столом и принялись за еду. Небольшой телевизор, пристроенный над стойкой бара, выдавал только чёрно-серую сыпь с проявляющимися временами неразборчивыми картинками. После нескольких неудачных попыток его настроить Алекс бросил это занятие и включил музыкальный центр.
В зале сразу стало уютно и по-домашнему спокойно. Со стороны могло показаться, что компания закадычных друзей собралась в одном из столичных кафе под занавес уходящего дня, чтобы обсудить насущные проблемы.
- Спасибо за угощение! – поблагодарив Костю, девушка отправилась наверх. Пристроившись на краю большой кровати и укрывшись бежевым пледом, она уснула.
Её примеру вскоре последовали и остальные.
Дежурить остался Саша. После чашки крепкого кофе он заметно приободрился.
Чтобы сонливость не овладела им вновь, Александр решил чем-нибудь заняться. Вспомнив о телевизоре, он взял со стола пульт и стал разбираться с настройками. Вскоре ему удалось зацепиться за один из новостных каналов. Изображение было сносное, но звук отсутствовал.
Довольствуясь малым, Саша откинулся на спинку стула и принялся рассматривать беззвучные ролики, сопровождаемые немыми комментариями взбудораженных журналистов. С экрана не исчезали кадры репортажей – происходило что-то невообразимое. Парень едва узнал свой родной город, а точнее один из его районов: огромная часть жилых массивов была погребена под ледяным панцирем, а в местах, куда он ещё не добрался, возле причудливых танков и огнедышащих установок сновали боевые расчёты. Под воздействием направленного пламени лёд на время замирал. Но стоило огненному напору ослабнуть, белый поток вновь продолжал наступление с удвоенной силой.
Съёмка с вертолёта значительно расширяла представление о катастрофе, позволяя оценить её масштаб. Гигантское белое полотно, начинаясь с восточной окраины Москвы, перевалив через кольцевую дорогу, тянулось до самого горизонта искрящейся ледяной пустыней. Наступление стихии на город сдерживала бесчисленная огнемётная техника, тогда как провинциальные территории всё больше погружались в объятия смертельного холода. Бегущая строка говорила: восточная граница ледяной пустыни продвинулась на сто километров от Москвы.
«Если верить Костиным расчётам, мы также находимся где-то на востоке, – подумал Саша. – И не исключено, что этот лёд уже над нами! Но что это? Откуда взялась эта напасть?» – его мысли хаотично кружились в голове, отталкивая одна другую.
Саша вытер со лба выступивший пот и отправился будить Алекса. Ему необходимо было срочно с кем-то поделиться этой новостью. К тому же пришло время пересменки. Вскоре ребята сидели у окна, эмоционально обсуждая разворачивающиеся в прямом эфире события.
- А может, всё это не по-настоящему? Киношный трюк! Нельзя же слепо верить тому, чего не можешь проверить. Нас не было на поверхности всего несколько суток! Что там могло произойти за такой короткий срок?! Как-то всё неправдоподобно. Прямо мистификация какая-то! – Алекс посмотрел в окно – на площади снова копошились сколопендры.
- Говоришь, мистификация? А кому это нужно? И для чего? – Саша поднялся со стула и принялся нервно расхаживать по комнате. – Ты меня не убедил.
- Тебе нужно поспать, – Алекс подошёл к товарищу и успокаивающе похлопал его по плечу. – Как говорится, утро вечера мудренее.
- Наверное, ты прав, – Саша снял с себя штормовку, бросил на спинку стула и отправился в спальню.

Вася проснулся на удивление бодрым и отдохнувшим. Его даже не сильно испугали мертвецы, подвешенные под потолком в соседней комнате. Единственно, что вызывало отвращение, – это трупный запах. Казалось, им пропиталось всё вокруг.
«Спал я, видимо, долго. Ребята наверняка меня искали и решили, что я погиб, – размышлял он, стоя у окна и разглядывая пустынную улицу. – Сидеть и ждать помощи в этой зловонной душегубке бесполезно. Нужно позаботиться о себе самому», – Василий подошёл к тяжёлому люку и поднял его. Убедившись, что всё спокойно, он спустился по лестнице на первый этаж. На кухне Вася вооружился большим ножом, затем направился к развороченной входной двери. Прихватив свой кейс и осмотревшись, парень выбрался на улицу.
Он совершенно не знал, что делать и куда идти. Возвращаться к складским воротам он побоялся, опасаясь снова наткнуться на стаю ужасных «свистунов».
Продвигаясь от дома к дому, «колдун» брёл наугад. Едва заметив что-нибудь подозрительное, он немедленно скрывался в ближайшем из строений, пережидал опасность и вновь продолжал свой путь. Однажды, забравшись в очередное укрытие, он нос к носу столкнулся с крылатым скорпионом – одним из тех монстров, что большей частью обитают в здешних воздуховодах. Острое жало просвистело совсем рядом с головой парня. Вася успел отскочить в сторону и убежать.
Покрыв приличное расстояние и кое-как справившись со своими страхами, Вася добрался до окраины города, где уткнулся в высокий каменный забор.
Рядом пролегала железная дорога. Обогнув небольшой пакгауз и широкую платформу, рельсы устремлялись в чёрную дыру тоннеля. Чуть в стороне от платформы, возле заставленной оранжевыми контейнерами разгрузочной площадки, обособленно возвышалось синее двухэтажное здание. Судя по всему, это была контора станционной администрации. Ультрамариновым островком выделялось это здание среди множества серых построек. Вся округа утопала в ярких лучах мощных прожекторов.
Озираясь по сторонам, Василий пробрался в здание конторы и заперся на засов. В надежде обнаружить людей он обошёл сверху донизу все кабинеты. Но всё тщетно. Помещение оказалось пустым. Поразмыслив, парень решил некоторое время отсидеться внутри, а затем снова продолжить поиски своих друзей. Ему очень хотелось есть, но среди бумаг и канцелярских принадлежностей ничего съедобного не нашлось. Усмирив воинствующий голод, Вася устроился в офисном кресле одного из кабинетов. Водрузив ноги на поцарапанный деревянный стол, он расположился перед окном, выходящим на платформу, и погрузился в мрачные думы.

Ругают -это хорошо, а вы пишите себе и пишите)))

Благодарю за совет! С уважением...

Глава 8. Терминал

В товарном вагоне было тесно и неуютно. Тишина угнетала слух, обостряя чувство тревоги. Наконец обеденный перерыв закончился, и грузчики снова взялись за работу.
Чудом избежав ледяного плена и едва не погибнув в аварии, мы с приятелем, затаившись, ожидали отправления подземного состава. Вскоре дверь вагона со скрежетом задвинулась. Электровоз, издав протяжный гудок, неохотно принялся разгонять поскрипывающие вагоны. Мы сидели, словно загнанные в угол крысы, забившись под громоздкий покачивающийся ящик. Холод и волнение вызывали дрожь, но по мере продвижения поезда вглубь подземных территорий становилось заметно теплее, и нам удалось задремать.
Первым очнулся я. Мой желудок, разразившись безудержными трелями, настойчиво требовал пищи. Растолкав Дениса, я напомнил ему о свертке с бутербродами в его сумке. Еда пришлась кстати. Но для изголодавшихся молодых организмов такой скудной трапезы оказалось недостаточно. Тогда приятель решил похозяйничать в соседних коробках.
- Хорошо, что мы догадались захватить фонари, – сказал Денис, надрывая картон.
- А стоит ли это трогать? – засомневался я. – Ведь за воровство могут и наказать!
- Нас и так по голове не погладят, если обнаружат среди этого изобилия, – произнёс обнаглевший мародёр, выставляя в ряд разноцветные консервные банки с крабовым мясом, икрой и тушёной свининой. Он достал из внешнего кармана сумки небольшой складной нож и вскрыл несколько банок.
Подкрепившись деликатесами, я понял, что наелся до отвала.
- Теперь бы попить, – икая, проквакал я и вырвал из полиэтиленовой упаковки бутылку с «Нарзаном». – Вот теперь – порядок!
Денис бросил несколько банок и пару бутылок в раскрытую сумку и застегнул молнию. Затем он отправился в другой конец вагона, где стояли высокие деревянные ящики и черные коробки с серебристыми фосфоресцирующими надписями. Немного погодя приятель вернулся обратно.
- Там какое-то оборудование и оргтехника, – заявил он, присаживаясь рядом. – Ничего полезного, во всяком случае, на данный момент, – он достал из кармашка сумки распечатанную пачку сигарет и жадно закурил.
Мы выключили фонари. Темнота мгновенно овладела пространством. Лишь красный огонёк в руке курильщика порхал кровавым мотыльком, временами подсвечивая его пальцы и лицо.
Внезапно поезд стал притормаживать. Денис быстро затушил окурок. Вскоре вагоны остановились, а снаружи послышались возгласы и беготня. Через минуту всё утихло, и началось новое испытание для наших нервов. Не подавая признаков жизни, состав простоял в тоннеле достаточно долго. У нас не было часов, и – учитывая специфичность воздействия замкнутого пространства – невозможно было определить точное время стоянки. На мой взгляд, прошло не менее суток. Мы успели несколько раз поесть, неплохо выспались, и лишь когда прозвучал гудок электровоза, жизнь во внешнем мире возобновилась. Послышались неторопливые шаги и голоса. Вероятно, охранники решили проверить состояние эшелона и выполнить другие формальности, входившие в их обязанности. Проскочив мимо нашего укрытия, они удалились в сторону хвоста поезда. Через некоторое время шаги возобновились. Выполнив свою работу, охранники возвращались обратно и остановились недалеко от нашего вагона. Судя по голосам, их было двое. Один у другого попросил закурить. Во время их непродолжительной беседы выяснились некоторые нюансы, касавшиеся дальнейшего пути следования состава.
Оказалось, что о существовании ледяной стихии они уже знают. Также стало известно, что смертельный поток совсем рядом. Логика и здравый смысл должны были спровоцировать решение о немедленной отправке состава!.. Но на деле все было иначе. По отдельным фразам мы могли судить о том, что истинной причины задержки не знал никто – просто поступила команда от диспетчера: «Оставаться на месте и ждать дальнейших указаний».

- Впереди по курсу следования состава что-то случилось. Это очевидно, – предположил Денис. – Может, сильный пожар или, наоборот, наводнение.
- Ты думаешь? – прошептал я, поглядывая в сторону друга и пытаясь в темноте рассмотреть его лицо.
- Получается, что, чудом избежав гибели от одной напасти, мы неумолимо движемся к другой, – Денис на мгновение замолчал, а затем добавил: – Такая, видно, наша доля! Хорошо, что жена и сын сейчас в Петрозаводске, у тётки. Хоть за них я спокоен!
- Мои старики во Владивостоке. До них и вовсе далеко, – я вздохнул, и перед глазами возник образ родителей, устроившихся в садовой беседке перед небольшим дымящим самоваром. – Они, наверное, сейчас копаются на участке. Или к морю подались! Отец – любитель порыбачить. Он и мать приучил! Рыбы дома завались! Я с батей тоже по Амурскому заливу на лодке хаживал.
Помнится, однажды взяли мы моторку и решили подальше в море уйти. Я в то время ещё на журфаке учился. Запаслись едой, бензином и в путь. Сначала все шло нормально. Рыбы поймали немерено и, почувствовав усиление ветра, уже собрались возвращаться. Но не тут-то было! Погода испортилась на глазах. Поднялись большие волны. Вдруг движок моторки начал захлебываться, а вскоре и вовсе заглох. Нас понесло в открытое море. Шторм ещё не набрал полную силу, но лодку болтало нещадно. Внезапно немного в стороне от нас море словно закипело. Раздался гигантский всплеск – и на поверхность вышла субмарина! Огромная волна захлестнула нас и закрутила в водовороте. Когда я, с трудом выбравшись на поверхность, откашлялся и вдохнул драгоценный воздух, отец, к счастью, находился поблизости. Он уверенно держался на воде и был готов в любой момент прийти на помощь. Мы плыли рядом, понемногу приближаясь к подлодке в надежде, что нас заметят и спасут. Всё так и произошло. Высыпавшие на корму люди быстро выловили нас и взяли на борт. Моряки оказались народом гостеприимным. Меня и отца переодели в служебные робы, дали обсохнуть и напоили горячим чаем. Вскоре прибыл катер береговой охраны и доставил нас на землю. Затем последовал серьёзный разговор в «особом отделе». Нам хорошенько влетело по линии ФСБ, но в итоге всё обошлось, и благодаря доблестным морякам я сегодня здесь и радую тебя своим присутствием.
- Надолго ли сия радость? – Денис ухмыльнулся, снова закурил и откинулся на ящик.
Не обращая внимания на его иронию, я продолжил: – Кстати, это не единственная моя встреча с подводной лодкой. Случилась и ещё одна.
Будучи штатным репортёром одной из армейских газет, я был откомандирован для участия в пробных плаваниях новой атомной субмарины. Нас даже в новостях показывали! На борту находились ещё несколько журналистов, и среди них – одна девушка. Такая дотошная черноволосая бестия. Она везде совала свой нос, не гнушаясь в том числе запретных мест, в которых нам настрого запретили появляться. Её даже собирались изолировать в одном из кубриков до конца мероприятия. В итоге нарушительница угомонилась и больше хлопот не доставляла. Как мне потом стало известно, вскоре после этого плавания она вышла замуж за старпома той самой подлодки и осталась с ним на крайнем севере. Вот такая забавная история. Эти субмарины меня словно притягивают, и я…
- Тсс! – словно змея, зашипел Денис и, прислушиваясь, замер.
Снаружи возобновились голоса. Последовал продолжительный гудок электровоза. Через секунду состав тронулся.
Сколько мы ещё находились в пути – сказать трудно. Когда в полудрёме я почувствовал, как поезд начинает притормаживать, мне показалось, что прошла вечность. Хотя, если отмотать плёнку времени назад, вырезать из неё львиный кусок суточного простоя в глубине тоннеля, непосредственно в движении эшелон находился часа четыре, не больше.

Последовал лёгкий толчок, от чего один из верхних ящиков съехал в сторону и уткнулся в стену. Поезд остановился. Сквозь щели обшивки в тёмный вагон ворвались жёлтые лучи наружного освещения, причудливыми пятнами обосновались они на стенах и коробках.
Снаружи послышались суетливые шаги и обрывки речи, из которой следовало, что из-за проблем со связью поезд был отправлен, так и не дождавшись разрешения диспетчера.
- Открывайте вагоны и готовьтесь к разгрузке, – прозвучал командный голос незнакомца, который, судя по всему, был старшим группы сопровождения. – Я пока схожу к начальнику станции и оформлю документы.
- Странно! – воскликнул второй неизвестный. – Где народ? Обычно грузчики нас встречают на платформе, а сегодня – ни души!
- Разберёмся! – вновь раздался первый голос и слился со звуком шаркающей удаляющейся поступи.
Послышался звон железных запоров. Заскрежетали несмазанные ролики раздвижных дверей. Когда подошла очередь нашего вагона, я не на шутку сдрейфил.
- Что теперь? – прошептал я на ухо другу. Через секунду дверь отошла в сторону, и в глаза ударил слепящий свет прожектора.
- Будем сдаваться, – тихо ответил он, – другого выхода нет!
- Что происходит? – закричал один из охранников. – Откуда они появились?
Прозвучало несколько одиночных выстрелов. Затем загрохотали автоматные очереди. Снаружи завязался бой. Я привстал из засады, надеясь хоть краем глаза увидеть, что происходит. Но, когда в проёме открытой двери промелькнул огромный паук, который на толстой паутине скользнул с крыши вагона и, приземлившись, засеменил в сторону разыгравшегося сражения, мои ноги подкосились, и я едва не свалился приятелю на голову.
- Ты это видел? – пролепетал я.
- Что – «ЭТО»? – произнёс Денис, стараясь поскорее достать из сумки и привести в боевое состояние свой «ТТ».
- Ну… этого… паука, который спустился сверху!
- Сева! Ты как маленький. Какие к чёрту пауки, когда вокруг палят из боевого оружия, а наши жизни висят на волоске! – воскликнул он, передёргивая затвор.
- Так это не простой паук. Это что-то аномальное! – я снова попытался привстать, но приятель меня одёрнул.
- Сиди и не рыпайся, а то пристрелят ненароком, – он достал ещё одну коробку с патронами, разорвал её и распихал боеприпасы по карманам брюк. – Сейчас у нас всё аномальное. Даже наше присутствие здесь я бы не назвал рядовой прогулкой за город.
- Ты не понял! Я хотел сказать... – грохот выстрелов внезапно прекратился, и я тут же потерял ход мыслей.
Протискиваясь по узкому проходу, мы решили немного приблизиться к раскрытой двери, чтобы оценить ситуацию и понять суть происходящего. Но едва показался просвет, сулящий путь к освобождению, послышался лошадиный сап, и в дверном проёме появилась безобразная голова неведомой твари. Беззубая пасть с обвисшими губами, по которым стекала вязкая слюна, настороженно фильтровала воздух вздымающимися раковинами продолговатых ноздрей. Розовый язык, снабжённый острым костяным наконечником, то выступал, словно юркая змея, то прятался под слизистыми складками приплюснутой морды. Существо вынюхивало добычу, изучая незнакомые запахи, которыми изобиловал окружающий воздух. Затем оно сильно фыркнуло, подняв облачко серой пыли, и, оставив на полу вагона несколько желеобразных сгустков, исчезло так же быстро, как и появилось.
Животное что-то отвлекло. Когда мы подобрались ближе к выходу, нам удалось рассмотреть чудище в полный рост. Со спины оно было похоже на гигантского броненосца или покрытого костяными пластинами муравьеда величиной с лошадь. Учитывая солидную массу тела, передвигался зверь на удивление легко. Он держал путь к разгрузочной площадке, где под жёлтыми лучами фонарей продолжалось кровавое сражение. Поле брани было усеяно трупами людей, животных и членистоногих. Возле них происходило смертельное побоище двух биологических видов за право обладания добычей. Какие-то полосатые приматы яростно сражалась со стаей гигантских пауков. Последних насчитывалось гораздо больше, и в этой схватке они явно выигрывали.
Одина из обезьян, уединившись в стороне, усердно зализывала нешуточную рану, из которой струилась кровь. В округе не умолкал отчаянный визг и дикие крики воинствующих особей.
Завидев одинокое животное, броненосец замедлил ход и, пригнувшись, стал к нему подкрадываться. Когда до жертвы оставалось порядка пяти метров, хищник остановился и, словно хамелеон, изрыгнул свой длинный язык в направлении малоподвижной цели. Костяной наконечник, словно гарпун, пронзил подраненную жертву и вернулся обратно к своему обладателю. Примат свалился замертво. Удачливый стрелок немедля набросился на добычу. Он, будто огромная пиявка, прильнул к несопротивляющемуся телу и принялся высасывать алое лакомство.
Покончив с приматами, членистоногие принялись пеленать в паутину свои трофеи, но, заметив сгорбившийся силуэт кровопийцы, бросили эту работу и устремились к незваному гостю. Снести присутствие конкурента они не могли и скопом набросились на бронированную глыбу. Та лишь недовольно фыркнула и, словно потревоженная улитка, втянув голову в неприступную цитадель, прикрыла уязвимое место прочной костяной пластиной.

Пока пауки пытались пробиться сквозь серьёзную защиту чудовища, мы размышляли, как нам быть дальше. Самое простое – это задвинуть дверь и дождаться, когда пауки, завершив свои грязные дела, уберутся восвояси. Более рискованное – постараться незаметно выбраться из вагона и укрыться в одном из пристанционных строений. Первый вариант мог показаться менее опасным, но он таил в себе неопределённость. Услышав скрежет задвигающейся двери, пауки обязательно последуют на звук. Проникнуть внутрь закрытого вагона они, конечно, не смогут, но сколько эти твари будут нас осаждать – это вопрос! С одной стороны, еды и питья здесь завались и продержаться можно достаточно долго, но, если учесть, что ледяной поток не за горами, а вскоре доберётся и до этих мест, данный вариант казался авантюрой. В итоге мы решили пробраться к синему двухэтажному строению, находившемуся к нам ближе других, и там отсидеться.
- Теперь я понял, почему ты так перепугался при виде того паучка, – тихо произнёс Денис, укорачивая ремень сумки. – Действительно – «аномалия», – он пристроил поклажу за спиной, и мы осторожно выбрались из вагона.
Пригнувшись, я следовал за другом в заранее оговорённом направлении. Недалеко от входа в здание лежало растерзанное тело человека в пятнистой униформе. Рядом валялся автомат, а чуть дальше – зелёная папка, из которой белым веером торчали распечатанные листы бумаги.
- Как ни прискорбно, но этот труп кстати! – приятель наклонился над мёртвым телом и обследовал амуницию. – Две осколочных гранаты и пять полных магазинов к «калашу» – неплохое оснащение для охранника! – он расстегнул кожаную кобуру на поясе убитого и извлёк массивный «ТТ». – Как близнецы! – в руках приятеля находилось два пистолета – свой и покойного.
- Смотри! Пауки нас, кажется, заметили, – поторопил я товарища, заметив, как многоногие убийцы внезапно насторожились, поглядывая в нашу сторону. Пауки пришли в замешательство. Перед ними возникла дилемма: неподвижный защищённый гигант и менее объёмные, но более уязвимые люди.
- Бежим! – воскликнул Денис. Стало очевидно – второй вариант оказался для них предпочтительнее.
Приятель подобрал автомат, и мы рванули в сторону спасительного здания. К несчастью, входная дверь оказалось заперта.
- Придётся отстреливаться, – Денис положил к ногам сумку, отбросил в сторону находившийся в автомате пустой магазин и вставил полный рожок. – Ты когда-нибудь стрелял из пистолета? – он протянул мне конфискованное у трупа оружие, а сам приготовился к отражению атаки.
- Только в тире! – произнёс я, сжимая в ладони холодную ручку «ТТ». – И то там была пневматика.
- Это почти то же самое, – подбодрил меня друг, – только отдача сильнее и хлопок громче.
Мы упёрлись спинами в двустворчатую дверь и затихли. Бежать было некуда. Пауки обступили нас плотным полукольцом, но нападать почему-то не решались.
- Смакуют сволочи! Хотят насладиться своим превосходством, – едва слышно произнёс Денис, рассматривая удивительных врагов.
- Ты полагаешь, они способны думать и чувствовать? Вряд ли! Эти тупоголовые выродки подвластны только своим инстинктам.
- И какой же из инстинктов мешает им напасть на нас сию же секунду?
- Вероятно, чувство перенасыщения. Возможно, они не голодны, – предположил я.
- Опять же – ЧУВСТВО! Ты сам себе противоречишь. А по-моему, это умные и коварные создания, – сделал умозаключение Денис.
Граница блокады надвигалась, а я в полной растерянности пытался совладать с вверенным мне оружием.
- Взведи затвор! – произнёс приятель, обнаружив моё замешательство.
- А как?
- Ты что – боевиков не смотрел? – он с укором посмотрел на меня и добавил: – Отведи верхнюю часть пистолета на себя, до щелчка, и отпусти.
Неожиданно за спиной что-то щелкнуло. Дверь с силой распахнулась, и меня отбросило вперёд. Я едва не угодил в лапы пауков.
- Быстрее сюда! – раздался незнакомый голос из глубины тёмного помещения.
Я ринулся на звук речи и чуть не сбил с ног нашего спасителя. Денис последовал за мной. Едва он успел совладать с сумкой, створка с грохотом захлопнулась, и снова лязгнул засов. Раздосадованные полным фиаско многоногие твари ещё долго скреблись в запертые двери, стараясь добраться до беглецов. Но здание, к счастью, оказалось для них непреступным.

- Вам крупно повезло! – произнёс незнакомец в зелёной линялой робе. – Меня могло здесь и не оказаться, – он отвёл в сторону слепящий фонарь и безнадёжно добавил: – Меня вообще могло не быть – в принципе. Просуществовать в этом аду даже час – это нонсенс!
Мы прошли в один из освещённых наружными прожекторами кабинетов. Только там я облегчённо вздохнул и без сил рухнул в рыжее офисное кресло.
- Вы здесь работаете? – спросил Денис у незнакомца, пытаясь определить его статус.
- К чему эти условности! Можете говорить мне «ты»!
- Как скажешь, приятель, – мой друг сел на скрипучий стул, а незнакомец, притулившись на краю стола, продолжал изучать нас оценивающим взглядом.
Наконец он робко произнёс: – У вас найдётся что-нибудь поесть? – его зрачки источали голодный блеск. Было ясно – человек не видел пищи продолжительное время.
- О чём речь! – Денис раскрыл сумку и выложил на стол консервы и бутылку с водой. Затем он раскрыл одну из банок и предложил незнакомцу.
Тот с жадностью опустошил банку тушёнки, ловко орудуя складным ножом, и завершил недолгую трапезу несколькими глотками шипучего «Нарзана».
На вид ему было около тридцати лет. Парень обладал неброской внешностью, в которой угадывались доброта и простодушие. Мы не решались приставать к нему с расспросами, надеясь, что придёт время, и он разговорится сам.
Насытившись, человек заметно преобразился. Лицо стало спокойным и вдумчивым.
- Василий меня зовут! – неожиданно произнёс он, посматривая в окно, где вдалеке, на освещённой площадке, суетились пауки, колдуя над остывающими трупами. – Я невольная жертва обстоятельств, – Вася притащил из соседнего кабинета дополнительный стул и уселся возле нас.
В тишине он поведал историю, которая по своей сути граничила со здравым смыслом. Пересказ событий, произошедших с ним и его друзьями за время путешествия в глубинах подземного лабиринта, мог показаться бредом сумасшедшего, если бы не одно обстоятельство – мы сами стали свидетелями подобного кошмара, а потому не доверять его словам у нас не было оснований.
- Что с ними? Где они теперь? – произнёс в завершении Василий, вспоминая своих друзей. – Может им удалось выбраться из этого ада, а может… – он отвёл взгляд в сторону и насупился.
Услышав нашу историю, парень удивился не меньше. Больше всего Васю поразило известие о ледяном потоке. Он сильно забеспокоился о судьбе своей матери. Им овладела душевная тоска. Нам долго пришлось убеждать его в том, что жителей города, попавших в опасную зону, наверняка, эвакуировали, и с его мамой будет всё в порядке. Вскоре Василий успокоился.
- Ты здесь всё осмотрел? – спросил я у нового знакомого, выдвигая ящик письменного стола.
- Я искал только еду, – он поднялся со стула. – Бумаги меня мало интересовали, – добавил парень, наблюдая, как я роюсь в документах.
- Вот и напрасно, – произнёс Денис. – Из этих распечаток можно почерпнуть много полезного. Вы посмотрите здесь, а я проверю соседние кабинеты, – он вышел в коридор и на некоторое время пропал.

Безжизненный пейзаж за окном угнетал. Яркие фонари желтыми брызгами окропили молчаливую округу. От мёртвых тел остались только кровяные лужи, которые алыми кляксами заполонили серый пустырь. Покинутый поезд застыл мёртвой гусеницей возле чёрной глазницы тоннеля. Там, в глубинах подземного лабиринта, неторопливо пробиралась ледяная смерть. Всё живое затаилось. Разбежалось по щелям. И только синее око семафора полыхало холодным сиянием среди ржавых колонн станционной платформы.
Иллюзию апокалипсиса нарушило унылое завывание проснувшейся сирены. Всё тот же голос из подсевших динамиков скрипел заезженной пластинкой, приглашая сгинувших горожан к неведомому терминалу.
- Как мерзко воет, – сказал Денис, появившийся в дверном проёме с рулоном ватмана под мышкой. – Эти звуки напоминают мне отчаянный набат среди опустошённого пандемией города, – он подошёл к столу, смахнул на пол пустые консервные банки и расправил на столешнице шуршащий свиток.
- Это карта? – спросил я, разглядывая замысловатый чертёж и стараясь прочитать затенённые надписи.
- Перед нами подробный план города и примыкающих к нему объектов! – Денис довольно ухмыльнулся и включил фонарь. Расчерченная бумага вспыхнула молочным катафотом.
Мы склонились над драгоценной картой, словно офицеры генштаба в преддверии генерального сражения.
- Вот железнодорожная станция, – я указал на скопление серых квадратиков возле чёрной двойной линии. – Мы находимся здесь, – мой палец остановился на надписи «Здание администрации».
- А в этом месте я вышел из оружейного склада, – Вася неожиданно для себя проявил топографическую осведомлённость. – Так и есть! Вот шоссе. Здесь, – он отвел руку чуть левее, – обозначена промышленная зона. А по этой улочке мне пришлось удирать от ужасных собак.
- Наша первоочередная задача – добраться до терминала, о котором упоминал голос из динамиков, – произнёс Денис. – А он, судя по карте, находится на противоположной стороне города, – приятель указал на удлинённый прямоугольник, внутри которого чернела надпись – «Межуровневый терминал».
- Ты уверен, что это именно тот терминал? – сомневался я.
- Во всяком случае, другие на карте не указаны, – ответил приятель и добавил: – К тому же рядом с ним обозначен главный лифт, о котором также упоминалось из репродуктора.
- Мне кажется, я знаю, как добраться до этого места, – неуверенно сказал Василий. – Размеченное шоссе, про которое я вам рассказывал, одним концом уходит вглубь промышленной зоны, а другим, – он ещё раз взглянул на карту, – обогнув часть города, устремляется в сторону терминала. Как добраться до ворот оружейного склада, я приблизительно помню. Если мы решим идти этим путём, можете на меня рассчитывать.
- А что? Неплохая идея! – Денис сложил карту и убрал её в сумку. – Заодно заглянем в оружейный слад. Может, твои друзья ещё там!
- Вряд ли. Но… чем чёрт не шутит! – произнёс Василий и перекрестился.
- Ты верующий? – спросил я, с некоторым удивлением взглянув на парня.
- Скажем так – я на пути к богу, – ответил он и без смущения снова осенил себя крестным знамением.
Перед уходом Денис научил меня, как правильно обращаться с пистолетом. Выйдя в коридор, я немного попрактиковался в стрельбе по консервным банкам.
Вася наотрез отказался брать в руки оружие, и, когда мы стали настаивать, он даже обиделся.

Тишина пугала и в тоже время обнадёживала. Я приоткрыл входную дверь и осторожно выглянул наружу. Местность выглядела мирной и спокойной. В округе не было ни души. Только несколько надоедливых москитов звенели над ухом, разрушая идиллию безмолвия. Чуть помедлив, я всё же вышел из помещения администрации. Друзья последовали за мной. Перегруппировавшись, мы свернули за угол здания и двинулись в направлении пустынного переулка. Василий был ведущим. Продвигаться пришлось от строения к строению, временами останавливаясь и прислушиваясь. Но безмолвие, лишь изредка нарушаемое взмахами крыльев летучих мышей, по-прежнему властвовало над подземным миром.
- Даже как-то жутковато, – произнёс я, разглядывая пустынный город. – Слишком уж спокойно. Интересно, куда подевались все эти монстры?
- Должен радоваться, а ты всё недоумеваешь! – Денис прибавил шаг, стараясь не отставать от нового знакомого.
На одном из перекрёстков мы остановились.
- Вы слышите эти звуки? – Вася насторожился. – Этот как раз та самая улочка, ведущая к шоссе, – он указал рукой в сторону городской окраины. – Так что до оружейного склада рукой подать. Но там что-то происходит! – он стал пристально всматриваться в полумрак, пытаясь разглядеть едва различимое движение. Был слышен глухой топот. Он нарастал лавинообразно. Нам пришлось сойти с дороги и залечь возле приступка одного из домов.
- Такое впечатление, что вся местная живность собралась в одно большое стадо и ринулась прочь от какой-то опасности, – прошептал Денис, наблюдая, как вдалеке проносятся силуэты местных тварей.
- Действительно! Как массовый побег зверей из горящего леса, – я привстал, чтобы лучше рассмотреть любопытное явление, но тут же присел. Чуть в стороне, не обращая на нас никакого внимания, пробежали пять гигантских пауков бок о бок с парочкой «свистунов». Они не враждовали, не грызлись, а просто спасались бегством от общего и, вероятно, ужасного врага. Вся живность, словно сговорившись, двигалась в сторону промышленной зоны. Возможно, где-то там существовало спасительное убежище.
- Такое неадекватное поведение живых существ может быть вызвано только смертельной опасностью или грандиозным стихийным бедствием, – произнёс я и сам испугался своих слов.
- Это сигнал! – произнёс Денис, посмотрев на меня.
- Ты думаешь… ледяной поток?
- Разумеется! И, вероятно, он подобрался так близко, что это вызвало панику среди животных. Зверьё не обманешь! Другого объяснения этой суматохе я не нахожу, – приятель поднялся во весь рост, наблюдая, как иссякающая вереница беглецов растворяется в черноте переулка.
Снова стало тихо. Мы продолжили намеченный путь. Дышалось легко, несмотря на то что в воздухе витал едва уловимый запах жжёной резины. Всё вокруг оставалось прежним, и в то же время что-то изменилось. Только в очередной раз вдохнув прохладный воздух подземелья, Вася понял – пропал тошнотворный трупный смрад, точно как и его источники. Мёртвые тела исчезли!
- Эти ненасытные твари всё подчистили, – произнёс Василий, пнув ногой окровавленный ботинок, принадлежавший некогда одному из местных жителей. – Если бы вы видели, сколько здесь валялось трупов!!!
Дойдя до шоссе, мы осмотрелись по сторонам и двинулись в направлении оружейного склада. Вход оказался открытым, и нам без труда удалось проникнуть в здание. Мы обошли все помещения и остановились у решетчатых дверей, возле которых не так давно была истреблена кровожадная стая тигровых обезьян.
- Здесь творилось что-то ужасное? – произнёс я, брезгливо разглядывая сквозь решётку расплывчатые узоры из кровяных запёкшихся подтеков, размазанных по стенам и полу.
- Это трудно представить, но ещё труднее забыть, – сказал Василий, и в его сознании на миг вспыхнули ужасные эпизоды жестокой бойни.
- Дверь заперта с внутренней стороны, – Денис несколько раз повернул ключ и оставил в прежнем положении. – По всей видимости, твои друзья где-то в городе.
- Давайте придерживаться намеченного плана, – я отошёл немного в сторону и остановился на стояночной площадке возле жёлтого погрузчика. – А что если нам на этой технике прокатиться? – я посмотрел на спутников и заметил, как Вася ухмыльнулся.
- Тут один уже покатался, – саркастически произнёс парень, устремив взгляд в сторону разбитой машины, покоившейся у складской стены.
- А что! Это мысль! – Денис подошёл к погрузчику и, забравшись на водительское сиденье, принялся изучать назначение переключателей на приборной доске.
- Ты недавно уже побывал в роли машиниста. Только добром это не закончилось, – я не преминул напомнить приятелю о нашей роковой поездке на «подземном экспрессе».
- Это совсем другое дело, – недовольно огрызнулся он. – На погрузчиках я ездил. У нас на стоянке один ярус сдали в аренду под склады. Там-то меня мужики и научили управляться с этой техникой. Только бы с рычагами управления разобраться. Они здесь немного по-другому расположены, – он повернул синюю ручку. Стрелки приборов встрепенулись и застыли, словно настороженные заячьи уши.

Вскоре, устроившись на погрузчике, словно пехота на броне танка, мы ехали по шоссе к терминалу. Денис уверенно вёл транспорт, придерживаясь центра дороги. Расположившись по соседству с водителем и крепко вцепившись в стойки кабины, мы с Василием рассматривали незнакомый ландшафт. Небольшой фароискатель вполне справлялся со своим предназначением, и вся дорога была как на ладони. Когда я оглядывался назад, мне порой казалось, будто свора чёрных собак, ведомая свирепым вожаком, неустанно гонится за нами. Но зажмурившись и вновь открыв глаза, я понимал, что это всего лишь видение.
Наконец вдалеке показались редкие огоньки светящихся окон. В темноте всё отчётливее стали проявляться очертания серого трёхэтажного строения. Оно возвышалось угрюмым бастионом, обрывая шоссе и пожирая его беззубым ртом огромной арки, расположенной по центру здания.
Внезапно в одном из окон второго этажа погас свет, и тут же последовала череда слабых вспышек, сопровождаемых приглушёнными хлопками. Огненные пунктиры устремились в нашу сторону и застучали по корпусу погрузчика трассирующим свинцовым градом. По нам был открыт огонь на поражение. Стреляли из нескольких стволов. Мы ринулись к земле и спрятались за колёсами погрузчика. Одна из пуль попала в фароискатель, и дорога погрузилась во мрак. Мы оказались в темноте, что дало нам определённые преимущества. Теперь неприятель бил наугад, потеряв из виду освещённые мишени. Резиновые колёса погрузчика не могли служить надёжной защитой от шквального огня, и мы по-пластунски двинулись к обочине, чтобы укрыться за ненадежным бордюрным камнем. Денис первым добрался до края дороги и, перевалившись через железобетонный выступ, пропал из виду. Василий применил такую же тактику. Стараясь не отстать, я поспешил за друзьями. Внезапно моё плечо пронзила острая боль, которая быстро овладела всем телом. Я повалился на спину не в силах шевельнуться. Моё сознание стало затуманиваться, лоб покрыла испарина. За секунды в голове промелькнула вся моя недолгая жизнь. Последнее, что осталось в памяти, – это тёплая кровь, которая расползалась подо мной липкой лужей; оклики друзей, спешащих на помощь, и чёрная глубокая яма, в которую я провалился, казалось, безвозвратно.

Когда сознание ко мне вернулось, первое, что я сделал, – это попытался пошевелить руками и ногами. Тело подчинилось. Убедившись, что цел, я открыл глаза, стараясь определить своё местонахождение. Я лежал на койке в больничной палате. Пластиковые окна были прикрыты белыми жалюзи, а над входной дверью подрагивал фиолетовый огонёк дежурного освещения. Слева от меня кто-то постанывал. Повернув голову, я обнаружил, что рядом под капельницей мучается в бреду человек.
«Денис!» – промелькнула мысль.
Из-за двери доносились приглушённые голоса. Я приподнял голову и попытался встать с кровати. Левое плечо пронзила острая боль, и я рухнул на подушку. С третьей попытки мне всё же удалось подняться. Меня пошатывало. Босиком, с голым торсом и туго перебинтованным плечом, осторожно ступая, я подошёл к стонущему человеку и заглянул ему в лицо.
«Слава богу, это не Денис», – подумал я и, укрыв незнакомца одеялом, направился к выходу. Помещение напоминало скорее не больницу, а фельдшерский пункт или карантинный блок. Специальное медицинское оборудование здесь отсутствовало. Оказавшись в небольшом коридоре, я остановился. Одна из дверей была приоткрыта. Тонкая полоска света, падая на зеленый, выложенный глянцевой плиткой пол, отражалась на светлом потолке расплывчатыми белыми пятнами. Среди незнакомых голосов отчётливо слышался подростковый тембр Василия.
«Значит, я среди друзей», – подсказал мне разум и подтолкнул вперёд.
Открыв дверь, я оказался перед входом в небольшую столовую.
- Наконец-то ты очнулся! – сказал Вася, увидев меня на пороге. Он перекрестился и, заметив, что я с трудом держусь на ногах, нырнул под мою здоровую руку. Ощутив плечо товарища, я почувствовал себя гораздо легче. Он усадил меня на пружинистый стул из жёлтого пластика, а сам уселся на деревянный табурет возле небольшого стола в кругу трёх незнакомцев, среди которых была молодая женщина. Я находился в стороне от других и чувствовал себя словно обвиняемый под перекрёстными взглядами присяжных заседателей.
- Это и есть мои друзья, о которых я вам рассказывал, – произнёс Василий и, неподдельно радуясь, что я снова в строю, облегчённо вздохнул. – Костя, Алекс и Алёна, – он в порядке расположения представил своих товарищей и добавил: – А этой девушке ты обязан жизнью.
- Ничего особенного я не сделала, – произнесла Алена, немного смутившись, – просто обработала рану и перевязала плечевой сустав. Ранение неопасное. Пуля прошла навылет, но задела артерию. Ты потерял много крови.
- Спасибо! – поблагодарил я девушку и назвал своё имя. Слова мне давались с трудом, и я предпочёл больше слушать, чем говорить. Всё необходимое за меня сказал Вася.
В ходе беседы выяснилось, что обстреляли нас Васины друзья, приняв за неизвестных людей в спецназовском снаряжении, которые немногим раньше атаковали их.
- Ты уж извини нас за эту чудовищную ошибку, – произнёс Алекс, сконфуженно поглядывая на меня.
- На вашем месте мы поступили бы точно так же, – я натянуто улыбнулся, стараясь устранить чувство вины, которое тяготило и без того настрадавшихся людей. – Главное, что все живы, а рана… затянется, – я осторожно прикоснулся к своему многострадальному плечу. – Вы говорили о спецназовцах. Что с ними?
- Это случилось после того, как мы покинули местное кафе, служившее некоторое время нам убежищем, – Алёна налила крепкого чая в синюю керамическую чашку и, развернув плитку молочного шоколада, пригласила меня к столу. Вася помог мне перебраться поближе к компании, и девушка продолжила свой рассказ.
- В помещении кафе мы проторчали больше суток. За это время стая пауков успела очистить площадь от трупов, а нам удалось хорошенько выспаться и восстановить силы. Поразмыслив, мы решили пробираться в сторону завывающей время от времени сирены, решив, что Василий по логике поступит точно таким же образом. Конечно же, при условии, что он не болтается спелёнатой куколкой где-нибудь под потолком среди прочих паучьих трофеев.
Мы пробирались осторожно, обследуя попутные здания, но на удивление нам не встретилось ни одной живой души. Даже многоногие твари словно сквозь землю провалились. Город опустел, и складывалось впечатление, что во всей округе из живых существ остались только мы одни. Но это оказалось не так.
На подступах к зданию терминала, где мы сейчас спокойно сидим и пьём чай, нас обстреляла неизвестная группа людей. Они подпустили нас слишком близко и, вероятно, поэтому не рискнули применить гранаты. Я успела разглядеть их экипировку и с полной уверенностью могу сказать, что так снаряжают лишь специализированные отряды для особо важных операций. Но это ещё не всё! – Алёна положила в рот кусочек шоколада, сделала глоток из чашки и продолжила: – Когда мы открыли ответный огонь, незнакомцы, отстреливаясь, скрылись в тени большой арки здания терминала и какое-то время вели беспорядочную пальбу, словно провоцируя ответный огонь и преследование. Это походило на игру в кошки-мышки, когда сильный противник развлекается со слабым, чтобы потом прихлопнуть его каким-нибудь изощрённым способом. Зная не понаслышке, какую подготовку проходят бойцы подобных отрядов, я могу с уверенностью сказать, что эти люди не ставили перед собой задачу прикончить нас. Сделать это они могли легко. Скорее всего, основная их цель – направить нашу группу по определённому пути.
- Определённому – кем? – полюбопытствовал Вася, надоедливо теребя шуршащую фольгу от обёртки шоколада.
- Это пока загадка! – девушка обвела взглядом присутствующих. – В одном я уверенна: с первой минуты появления в этих краях мы подвергнуты непрерывной слежке. Об этом говорит наличие камер наблюдения, которыми здесь напичкана вся округа.
- И всё же вы пострадали… Как это произошло? – спросил я, упомянув о стонущем в соседней комнате человеке. – Это, наверно, Саша? Василий рассказывал, что вас было четверо. Ему, вероятно, очень плохо. Он не перестаёт бредить, но я не знал, чем ему помочь.
- К счастью, с Александром всё в порядке, – произнёс Константин, который, казалось, дремал, навалившись спиной на потёртую стену. – Он и твой друг несут вахту снаружи здания.
- Денис! – воскликнул я. – Он жив?
- О нём не беспокойся, – произнёс Алекс, – крепкий парень, а главное – смышлёный.
- Когда стрельба прекратилась, – продолжила Алёна, – мы пробрались к арке. Спецназовцы словно сквозь землю провалились! Нам пришлось долго обследовать территорию терминала, прочесать все этажи здания, но всё оказалось напрасным. В конечном итоге мы очутились у дверей главного лифта. Этот подъёмник оставался единственным средством, с помощью которого группа могла уйти от погони. Следовать за ними было безрассудно. Мы не имели чёткого плана, а рисковать понапрасну не хотелось.
Со стороны служебных помещений вдруг послышался слабый стон. Вскоре всё утихло. Обойдя окрестности, мы обнаружили в одном из закутков раненого мужчину. Человек лежал на полу в позе эмбриона, корчась от боли и временами постанывая. Чуть в стороне находилось тело паука с куском рифлёной арматуры в голове. На незнакомце был надет распространённый среди местных жителей оранжевый комбинезон, превратившийся в ходе стычки в грязные лохмотья. На правой лодыжке зияло небольшое отверстие, из которого сочилась кровь. Вероятно, в смертельной схватке с пауком человек был ужален в ногу. При обследовании терминала мы обнаружили карантинный блок, куда и доставили раненого.
Выпущенный пауком яд оказался не настолько сильным. Его хватило, чтобы парализовать незнакомца, но не убить. Мы проверили все шкафчики в карантинном блоке – искали подходящие лекарств. В холодильнике нашлось несколько флаконов с глюкозой. Я, как могла, обработала рану и поставила капельницу. Благо, что я умею это делать.

Дослушав рассказ, я задумался. Меня терзали слабость, холод и любопытство.
- А что произошло после того, как вы меня подстрелили? – поинтересовался я.
Мой голос подрагивал, ноги окоченели, и на коже выступили мурашки.
Вася хотел что-то ответить, но, заметив моё состояние, поднялся с табурета, подошел к соседнему шкафчику, где находились стопки выглаженного белья, предназначенного для медперсонала, и достал оттуда зелёные штаны и куртку. Среди обуви, аккуратно расставленной возле дальней стены, он выбрал пару бежевых тапочек и протянул мне.
- Прости, что я сразу не сообразил. Ты весь продрог! – он уселся на прежнее место, а я, облачившись в просторные одежды, с лёгкой руки сердобольного товарища превратился в стильного медбрата.
- Тебе идёт этот прикид, – сказала Алена, осмотрев меня с ног до головы, а затем добавила: – И в размерчик практически попали.
Я поблагодарил Васю за проявленное внимание и вернулся на свой стул. Мне не терпелось услышать историю своего спасения.
- Всё произошло довольно быстро, – произнёс Василий, – тут и рассказывать-то особенно не о чем. Когда тебя подстрелили, мы с Денисом поспешили на помощь. Обнаружив твоё тело и почувствовав на руках кровь, я пришёл в ужас. Со мной случилась истерика. Я принялся кричать, чтобы прекратили огонь, и стал молить о помощи. Неожиданно стрельба утихла – ребята узнали мой голос, и вскоре твоё обмякшее тело уже находилось внутри здания терминала. Здесь Алёна обработала твою рану, сделала пару уколов и оставила в палате рядом с парализованным незнакомцем. Вот, собственно, и всё!
- Здесь, конечно, хорошо, – поднимаясь с табурета, произнёс Алекс, – но пришла пора сменить ребят, – посмотрев на Константина, он кивнул головой в сторону выхода. Прихватив оружие, они вышли из комнаты.
Скоро в дверях появилась отдежурившая группа. Саша, поздоровавшись со мной, представился и, отложив в сторону автомат, устроился за столом.
- Наконец-то нам удалось отключить эту ужасную сирену, – произнёс он.
Денис, увидев меня, несказанно обрадовался. Взлохматив рукой мою шевелюру, он уселся рядом и с нескрываемой радостью пересказал своими словами историю моего спасения.
Алёна выключила закипающий чайник и, разлив кипяток по кружкам, бросила в них пакетики с чаем.
Внезапно откуда-то из коридора послышался грохот. Раздался хруст битого стекла. Алёна немедленно поспешила в больничный блок. Все последовали за ней.
Войдя в полутёмное помещение, мы обнаружили ещё недавно бредившего в беспамятстве незнакомца стоящим на ногах. Худощавый брюнет с зарождающейся проседью на висках молча смотрел на нас, держась за спинку кровати. Синие трусы и широкий бинт на лодыжке составляли весь его гардероб.
В стороне валялась опрокинутая стойка от капельницы, а пол поблёскивал крупинками стекла.
- Кто вы такие? – наконец произнёс он, разглядывая нас и пытаясь осознать, что происходит.
- Скорее этот вопрос должны задать мы, – Саша смотрел на незнакомца, пытаясь определить его физическое и психическое состояние.
Человек потупил голову, словно хотел что-то вспомнить. Это ему явно не удавалось.
- Мне необходимо в туалет, – немного помедлив, произнёс он.
- Я вас провожу, – Денис попытался взять пострадавшего под локоть.
- Не беспокойтесь, – мужчина отстранил предложенную руку, – я в состоянии передвигаться самостоятельно.
Мы расступились, и человек прихрамывая двинулся в направлении уборной. Несомненно, он хорошо знал расположение помещений карантинного блока, а возможно, и всего терминала. Немного постояв, мы отправились обратно в столовую.
Вскоре незнакомец присоединился к нашей компании. Он бесцеремонно уселся на свободное место и попросил чая. Обжигаясь, человек сделал несколько глотков и, поставив кружку, недоверчиво произнёс: – Вы ничего от меня не узнаете, пока я не пойму, что вам можно доверять. Для меня очевидно, что вы люди пришлые и попали в трудное положение. Словом, или я услышу исчерпывающее объяснение относительно вашего появления в этом месте, или… – он взглянул на Сашу воспалёнными глазами, – вы останетесь в неведении. Разговорить меня вам не удастся, даже под угрозой смерти.
- Судя по всему, вы мудрый человек и умеете направить заведомо проигрышную ситуацию в нужное вам русло, – уважительно произнёс Александр, восхищаясь хладнокровием и решительностью человека, оказавшегося в кругу незнакомых людей, но тем не менее сохранившего самообладание.
- Если можно, верните, пожалуйста, мою одежду. Мне холодно, – поежившись, попросил незнакомец.
- Ваши вещи находятся на тумбочке возле кровати. Но вряд ли вы захотите их надеть. После схватки с пауком всё превратилось в грязные лохмотья и перепачкано кровью. Практичнее было бы воспользоваться одеждой, предназначенной для медперсонала, – Алёна посмотрела на меня, и я на мгновение почувствовал себя топ-моделью, присевшей передохнуть на ступеньке подиума. Через пару минут за столом находились уже два медбрата в зелёных костюмах и бежевых тапочках.
- Вы узнаете историю нашего появления здесь. Нет смысла в дальнейших препирательствах, – произнёс Саша. – Взамен надеюсь получить некоторые прояснения ситуации с вашей стороны.
- Говорите, а решение я приму позже, – холодно заявил незнакомец.

Глава 9. Снежная кошка

Мы рассказывали наперебой, поправляя друг друга в неточностях и заполняя пробелы в повествовании. История получалась нелепой, фантастической, а местами даже курьёзной. Со стороны могло показаться, что разговаривает кучка сумасшедших, собравшихся в столовой одного из домов для душевнобольных.
Но, как ни странно, незнакомец слушал, не показывая эмоций, словно нацепив маску равнодушия. Он даже не отреагировал на мой рассказ о возникновении ледяного потока. Казалось, что все, о чём мы тут говорили, ему хорошо известно и ничего нового он не услышал. В завершении Саша рассказал, как они нашли незнакомца возле лифта, и упомянул о пауке, который лежал неподалёку, сражённый куском арматуры.
Услышав последние слова, мужчина наморщил лоб. Создалось впечатление, что он стал припоминать последние секунды трагических событий, произошедших с ним, перед тем как отключилась память. Наступило молчание.
- Я вам верю, – тихо произнёс он, словно очнувшись от сна. – Этот рассказ очень похож на правду. Придумать такое невозможно, – он потрогал свою раненую ногу, словно хотел почесать травмированное место. Сквозь бинт просочилось красное пятно величиной с вишню. – Значит, «снежная кошка» всё же вырвалась на свободу…
- О чём вы говорите? – спросил я, все еще не осознавая глубинного смысла столь загадочной фразы.
- Чтобы вы смогли полнее понять суть происходящих событий, я расскажу предысторию этой катастрофы и о том, к чему привели безрассудные действия отдельных безответственных лиц, – мужчина немного расслабился, навалившись на стену, а на его щеках стал проглядывать едва заметный румянец. Это говорило о том, что его организм, справившись с последствиями ядовитого укуса, шёл на поправку.

- Началось всё в далёкие послевоенные годы. Прямо над местом, где мы сейчас находимся, – рассказчик направил указательный палец вверх и посмотрел на потолок, – некогда был развернут гигантский песчаный карьер. Голод, разруха, восстановление. Огромная крепнущая родина нуждалась в строительных материалах. Карьер находился в глуши, среди лесов, и, просуществовав продолжительное время, был заброшен. Виной тому стала каменистая порода, в которую уткнулись ковши карьерных экскаваторов. Когда одна из машин провалилась в бездонную яму внезапно открывшихся подземных пустот, всю технику моментально эвакуировали, а этим обстоятельством заинтересовались компетентные органы. Чуть позже местность в районе карьера перекрыли кордонами, а контроль над подступами вверили особым подразделениям внутренних войск.
Эти пустоты оказались исполинскими пещерами, спускавшимися глубоко под землю природной многоярусной системой. Заброшенный карьер очень быстро превратился в огромный котлован. Несколько лет там велись скрытые от любопытных глаз работы. Впоследствии туда были подведены две независимые железнодорожные ветки. Они прошли глубоко под землёй, соединяясь с московским метро особыми секретными терминалами. Наконец котлован сравняли в соответствии с особенностями ландшафта, засадили подращёнными деревьями, а на поверхности осталось только небольшое егерское подворье, в подвале которого находился замаскированный вход в секретный бункер.
Строительство объекта на этом не завершилось. Ещё многие годы по подземным магистралям сновали грузовые составы, доставляя к сердцу гигантской стройки оборудование и материалы, а на обратном пути забирая многочисленный мусор и тонны разрабатываемой породы.
Но самое неожиданное было обнаружено позже, уже в процессе освоения подземных территорий, – незнакомец прервал рассказ и неторопливо обвёл взглядом наши сосредоточенные и в то же время чуть растерянные лица. – Вы позволите кусочек шоколада? – он взглянул на Алёну и, получив одобрение, принялся смачно пережёвывать затвердевшее лакомство, запивая остатками остывшего чая. Немного подкрепившись, он продолжил.
- А теперь небольшой экскурс к истокам формирования структуры земной коры и её геологических преобразований.
На месте современной Москвы миллионы лет назад простиралось Девонское море. Как утверждают некоторые учёные, существуй оно теперь, под водой оказалась бы немалая часть современной России. Водная гладь тянулась от нынешнего Смоленска и вплотную подбиралась к Уральскому хребту. В связи с геологическими изменениями море покинуло прежние берега. Однако оно не отступило, как происходило в подобных случаях, к океану. Воды его ушли в недра и были остановлены твёрдой кристаллической платформой, которая и стала дном этого нового водного образования.
- Хотите сказать, что сейчас под нашими ногами плещется море, а об этом знает лишь небольшая горстка людей? – недоверчиво произнёс Василий, глядя незнакомцу в глаза. – Если бы это было в действительности, дотошные учёные давно бы разнесли подобную сенсацию по всему свету.
- Ну… слово «плещется» здесь вряд ли подойдёт, так как под землёй отсутствует ветер, а вот море, действительно, существует. Скажу вам больше! Я сам много раз по нему плавал, и отчасти это стало моей работой. Кстати, я не представился – ведущий инженер-испытатель, а также помощник начальника верфи капитан третьего ранга Старостин. Для подчинённых Максим Игоревич. В кругу друзей Максим или Макс. Я ещё достаточно молод, так что вне работы вполне могу обходиться без отчества. Надеюсь, с вами мы подружимся, – он искренне улыбнулся. – У нас просто нет другого выхода. Если мы хотим выжить в сложившейся ситуации, нам необходимо держаться вместе и поддерживать добрые отношения.
- Вы это серьёзно? – я смотрел на Максима с удивлением, не в силах справиться со своим разумом, который упорно отторгал мысли о самой вероятности существования подземного моря, а тем более возможности по нему плавать. – Если я правильно понял… – мне пришлось выдержать некоторую паузу, чтобы точнее сформулировать вопрос. – Вы пытаетесь убедить нас в том, что глубоко под землёй существует верфь, где на стапелях стоят гигантские военные корабли: крейсеры, эсминцы, корветы, – которые затем спускают на воду?!
- В точку! – Макс привстал и наклонился через стол, так что его нос оказался на уровне моих глаз, и я ощутил тёплое дыхание, в котором улавливались тонкие нотки молочного шоколада. – Только есть небольшое уточнение: не крейсеры и эсминцы, а подводные лодки, – он завершил фразу и опустился на своё место.
В ту же секунду я почувствовал на себе изумлённый взгляд Дениса. Казалось, приятель готов был присвистнуть от удивления, но сдержался. Вероятно, он вспомнил мой рассказ о субмаринах, услышанный во время нашей поездки в секретном поезде.
- Но для чего нужен подземный флот? – недоумевая, выпалил Саша. – У нас что, и под землёй есть враги?
- Никакого подземного флота не существует, – словно оправдываясь, ответил Максим. – Здесь происходит лишь строительство этой чудо-техники. Затем по гигантским шлюзам, расположенным за многие мили отсюда, её доставляют на поверхность земли. Это место находится далеко на севере. У самого океана!
- Верится с трудом! – ухмыльнувшись, произнёс Денис.
- Не спешите обвинять меня во лжи! Лучше дослушайте рассказ до конца, а уж потом делайте выводы, – казалось, Максим немного обиделся. Но, собравшись с мыслями и отбросив эмоции, он продолжил повествование.
- При обследовании подземных пустот обнаружилось пять уровней каскадных пещер, расположенных друг над другом, словно этажи многоярусной автостоянки. Все уровни со временем соединили железнодорожным пандусом и скоростными лифтами.
От поверхности земли до нижних пещер, где и был открыт выход к подземному морю, расстояние составило пять тысяч метров.
Теперь об уровнях и что там разместилось.
Многоэтажное здание, возникшее на месте гигантского карьера, а затем умело скрытое под толщей земли, стало первым уровнем. Там расположился центр управления глубинным комплексом, и если хотите, – его мозг! В его стенах создавались различные проекты и разрабатывались технологии производств. Именно тут находился и ныне здравствует главный процессор обширной компьютерной сети, которая целиком охватила все центры и периферию подземного колосса.
Множество хитроумно переплетающихся офисных помещений, коридоров и обширных аудиторий легко разместились внутри всеобъемлющего здания.
Второй уровень, где мы сейчас находимся, вместил в себя промышленный комплекс и жилые кварталы с хорошо продуманной инфраструктурой, а также железнодорожную станцию.
Ниже, на третьем уровне, расположился энергетический комплекс. Сердце и лёгкие всего сооружения. Атомная электростанция заняла основную площадь этого яруса. По соседству разместился компрессорный блок и уникальная система распределения и управления воздушными потоками. С её помощью контролировалась вся сеть вытяжек и воздуховодов, без чего само существование на многокилометровой глубине становилось затруднительным.
Следующий уровень заняли научно-исследовательские лаборатории. По сути четвёртый уровень являлся подземным наукоградом. Тут проводились исследования в области молекулярной биофизики и генной инженерии. Здесь же разрабатывалось биологическое и химическое оружие, а также многое другое.
Наконец изюминка и стратегическая удача, которую приобрела страна в результате случайно сделанного открытия, – это море, обосновавшееся здесь с самого конца девонского периода. Просторная верфь стала основой пятого уровня и самой нижней точкой глубинного комплекса, ниже которой была только магма.
Величайшее водное образование получило название «Стеклянное море», и вот почему!
Некогда в этих местах находились гигантские залежи кварцевого песка и кремнезёма. Под воздействием высоких температур и термических выбросов земного ядра образовался обширный глубинный слой, который состоял из чистейшего стекла.
А вот что увидели первые исследователи, оказавшись на берегу этого подземного великолепия, и что отразили в своих отчётах.
Добравшись до нижних пещер и преодолев каменистые галереи, первопроходцы очутились в преддверии сказочной страны. Внезапно перед ними возник мир иллюминаций и цветовых контрастов. Если представить гигантскую линзу толщиной в несколько километров, размещённую над исполинским костром, роль которого в данном случае играла раскалённая магма, это отдалённо отобразит сияние дна Стеклянного моря. Вода здесь оказалась настолько прозрачной и незыблемой, что её присутствие определялось не сразу. Множество необычных рыб и диковинных морских животных непрерывно сновали в водных просторах, подчиняясь природным инстинктам, временами меняя тактику – добычи и охотника. В сияющих глубинах шла непрерывная борьба за существование, выстраиваемая по беспристрастным звеньям экологической цепочки.
Донные водоросли отсутствовали. Вероятно, температура поверхности стеклянного пласта оказалась велика для закрепления на ней воспроизводящих клеток живых организмов. Но всё же растения существовали. Они научились обходиться без почвы, зависнув в подводном пространстве, словно висячие сады Семирамиды. Донный ил собирался узкими грядами в складках рельефного дна, оттого большая часть подводной линзы оставалась незатронутой осадочными отложениями.
Цвет морской поверхности менялся на глазах. Казалось, словно облака, временами заслоняя полуденное солнце, оставляют на водной глади тенистые разводы своих очертаний. Это происходило от того, что поверхность магмы была нестабильной. Она находилась в непрерывном движении, будто исполинская огненная река. Стихия иногда темнела, покрываясь багровыми угасающими пятнами, но затем, будто спохватившись, снова вспыхивала, словно раскалённый добела металл.
Высокие своды, нависшие над поверхностью моря, были усеяны кристаллическими образованиями. Они торчали причудливыми призмами, расщепляя направленный свет и заполняя подземный мир всеми цветами спектра, менявшимися в зависимости от поведения огненной реки.

- Вот в таком, на первый взгляд, чудесном мире мне пришлось проработать много лет вплоть до недавних событий.
И что же произошло? – я неуютно заёрзал на стуле, предчувствуя трагическую развязку этой истории.
- Случилась катастрофа, которая привела к гибели практически всех людей, находившихся здесь на положении рабов.
- Ты хочешь сказать, что находишься здесь не по своей воле? – Алёна взглянула на Макса, не скрывая удивления, граничащего с недоверием.
- Да. Я один из многих пленников, потерявших всякую надежду выбраться из этого каменного мешка и смирившихся с мыслью провести остаток дней в ожидании трагического конца своим мытарствам, который на деле оказался не таким далёким, – Максим тяжело вздохнул и умолк.
- Но каким образом здесь оказались эти люди? – произнёс Денис. Он представил себе огромную армию рабочих и служащих, которые, судя по рассказу Макса, должна была здесь обитать. – Сам-то ты как здесь очутился?
- Моя судьба не более трагична, чем участь большинства здешних невольников, – сказал Максим, выдержав небольшую паузу. – Я военный моряк. До того как попасть в эти края, служил на флоте под Северодвинском. Испытание атомных субмарин – вот моя работа. Если точнее, я руководил процессами отладки навигационного оборудования и других бортовых систем. Случилось так, что во время одного из походов по вине безалаберного матроса на испытуемой лодке возник сильный пожар. Выгорела немалая часть служебных отсеков, и погибло несколько человек личного состава. В ходе расследования причин возникновения пожара виновником, а точнее «козлом отпущения», в этой аварии представили меня. Формулировка обвинения звучала угрожающе: «В связи с халатным отношением к служебным обязанностям, приведшим к гибели людей и уничтожению дорогостоящего оборудования». В итоге – трибунал и пять лет заключения.
По стечению обстоятельств меня как высококлассного специалиста поместили в этот секретный рай. Жилось здесь прекрасно по сравнению с наземными острогами. С годами я занял приличную должность. Но, несмотря на всевозможные блага, которыми меня окружили, в глубине души я всё же надеялся на амнистию. Время шло. Я не раз обращался к руководству по поводу моего освобождения. Наконец меня доставили на первый уровень, в один из кабинетов главного офиса, где произошла нелицеприятная беседа с неким полковником. Разговор был длинным и фатальным для моего будущего. В конечном итоге мне дали понять, что данное предприятие относится к разряду секретнейших и во избежание утечки информации люди, задействованные внутри него, считаются «невыездными». Проще говоря, меня приговорили – пожизненно!

- Получается, что все здешние специалисты на самом деле являются опасными уголовниками? – спросил Вася и тут же осёкся, постеснявшись своей неучтивости.
- Всё правильно! – с досадой произнёс Максим. – Вещи нужно называть своими именами. Но скажу вам откровенно: невиновных и людей с богатой духовной культурой среди нас находилось гораздо больше, чем неисправимых отморозков.
- А как же твои родственники? – пытаясь добраться до истины, поинтересовался Саша. – Им разве безразлична твоя судьба?
- Всё оказалось чудовищно просто, – произнёс Макс. – Так получилось, что на воле я не успел жениться, а из близких людей у меня остались только престарелые родители. Во время нашей беседы всё тот же полковник показал мне ксерокопию документа, оригинал которого отправили моим родным. В нём уведомлялось, что я трагически погиб на зоне во время пожара, а от моего тела осталась кучка пепла.
- Ну и дела! – Вася в недоумении почесал затылок. – Никогда бы не подумал, что в наше время так могут поступить с человеком.
- Нечто похожее произошло и с другими узниками, – Максим закончил рассказ, и наступила пауза, которая продлилась несколько секунд.
- Теперь начинает проясняться ситуация с пропавшими учёными, – задумчиво произнёс Саша, прокручивая в голове последовательность событий и вспоминая нюансы нераскрытого дела. – Судя по всему, эти нерядовые сотрудники института были элементарно похищены для работ в гигантском подземелье! – он посмотрел на Алену, которая в ответ неуверенно пожала плечами.
- Я думаю, об этом мне кое-что известно, – снова вступил в разговор Максим. – В лабораториях обособленно существовала группа сотрудников, которая занимала привилегированное положение. Эти люди редко покидали своё место работы. Но иногда их удавалось увидеть. Не раз я сталкивался с некоторыми из них в лифте. Они имели особый статус и уровень допуска к секретным помещениям. Им даже разрешалось посещать места, куда, например мне, несанкционированный вход был «заказан».
- Трудно поверить, что такая масса невольников безропотно сносила своё заточение и изоляцию от всего общества, зная, что обречены на пожизненное рабство! – сказал я. – Доведись мне раньше узнать об этой гигантской тюрьме, я написал бы такую разгромную статью!
- Только кто бы тебе позволил?! – вставил Денис. – Будь реалистом! Ты же знаешь, как у нас умеют затыкать рты. И твои добрые отношения с главным редактором вряд ли бы здесь пригодились.
- Что касается недовольных… – сказал Максим, посмотрев на меня. – У нас случались своего рода заговоры и бунты. Но они немедленно подавлялись особыми отрядами, которые, кстати говоря, состояли из таких же невольников, что и мы.
- А как же машинисты и группы сопровождения железнодорожных составов? Они, вероятно, должны быть в курсе, куда доставляются охраняемые ими грузы? – поинтересовался Василий.
- Вовсе необязательно! Они сопровождали вагоны до очередного секретного склада, которых под землёй великое множество. А вникать в подробности их не приучали, да и не давали возможности, – ответил Макс. – Доставили груз, местные рабочие разгрузили – и в обратный путь.
- И что же нарушило существование этой хорошо отлаженной тюремной машины? Где произошёл сбой в её безупречной структуре? – спросил я в надежде, наконец, услышать ответ на главный вопрос: – В чём причина кризиса?
- А здесь, как это нередко бывает, всему виной человеческий фактор! – произнёс Максим. – Инициаторы – те самые ученые, а точнее один из них. Этот ублюдок совершил побег, последствия которого и привели к этой непоправимой трагедии. Его действия были тщательно спланированы. Проделать такую работу в одиночку невозможно. Бесспорно, у него имелись сообщники, которые в итоге и поплатились за необдуманно предоставленные услуги коварному беглецу. Используя налаженные связи, он смог обзавестись дрезиной, что стало главным звеном в цепочке необходимых приготовлений, без которых данное мероприятие считалось неосуществимым. Как выяснилось позже, в одном из вверенных мне отделов, который занимался глубинными работами, пропал комплект водолазного снаряжения.
И вот, когда к побегу всё было готово, в часы отдыха сотрудников беглец решил осуществить задуманное, при этом не поставив в известность своих же подельников. Обозлившись на весь мир, он раскрыл все двери вольеров, где за прочными решётками находилось множество подопытных животных и другой экспериментальной нечисти, после чего забрался в лифт и направился к железнодорожной станции. Его дальнейшая судьба, исходя из ваших рассказов, нам теперь известна. Но в тот момент трагедия только разворачивалась. Выбравшиеся на свободу кровожадные твари моментально разбрелись по всем помещениям. Они принялись убивать беззащитных людей, превращая спящий город и все доступные уровни в смердящий саркофаг.
- Но откуда появились эти ужасные создания? – с дрожью в голосе произнёс Вася. – Неужели всё это – плоды биологических экспериментов, проводимых в подземных лабораториях? И почему этих тварей так много?
- Бесспорно, некоторая часть этих машин для убийств была выведена искусственным путём в рамках разработок новейших технологий по созданию биологического оружия на основе достижений генной инженерии. Но истоки данных разработок берут начало из далёкой послевоенной поры двадцатого столетия. Тогда-то и начиналось освоение многочисленных островов Стеклянного моря.

Девонский период оставил людям не только скрытое, до поры обширное водное образование, но и бесчисленное количество образцов неведомой нам флоры и фауны, которые сохранились в заповедных краях нетронутыми цивилизацией и другими внешними потрясениями. Этот скрытый мир существовал по своим законам, эволюционируя и процветая. Исследуя поросшие экзотической растительностью острова, первопроходцы столкнулись с большим количеством агрессивных животных и гигантских насекомых. Эти существа сумели выжить и закрепиться в конкурентной среде. Они оказались умны и коварны.
Много храбрецов нашли последнее пристанище, осваивая неведомые территории. Насекомые, животные и рептилии упорно нападали на пришельцев, не желая делить с ними свои исконные владения. Некоторые острова выжигали напалмом, травили смертоносными газами, но всё оказалось тщетно. «Аборигены» ловко укрывались в бесчисленных пещерах, а спустя некоторое время выбирались обратно. Эта бессмысленная война с непокорными тварями людям вскоре надоела. Острова как таковые не имели стратегического значения и не стоили принесённых во имя них человеческих жертв. В итоге их объявили заповедными территориями, о существовании которых впоследствии вспоминали лишь по мере необходимости. А необходимость посещения островов всё же возникала. Для проведения опытов учёным требовались особи определённых видов существ, чтобы использовать их в качестве генетического материала. Разрабатывался безумный проект по созданию подконтрольных убийц. В случае удачи их предполагалось использовать в спецоперациях и военных конфликтах.
Оснащённые ловушками и хитроумными приспособлениями, отряды доставляли требуемую живность в лаборатории. Там для них создавалась благоприятная среда обитания, выстраивались обширные вольеры, где пленники вольготно жили и размножались. Первое время их численность приходилось контролировать, но затем учёные решили провести эксперимент на выживание. Подопытных тварей перестали кормить. Снабжали исключительно водой. В итоге расцвёл каннибализм. Вопреки ожиданиям подопытные существа начали размножаться гораздо быстрее. Включился механизм самосохранения. Они стали производить несметное потомство, часть которого служила им пищевым ресурсом. Численность популяций с годами стабилизировалась и состояла теперь из сильнейших и наиболее свирепых особей.
Вот такая армада голодных насекомых и зверей неожиданно вырвалась на свободу.
- Но как они смогли проникнуть сюда? – этот вопрос меня интересовал особенно. – Неужели они научились пользоваться лифтами?
Максим, словно не заметив моей иронии, ответил: – Все уровни связаны между собой железной дорогой. Она спускается многокилометровой спиралью вплоть до разгрузочных площадок верфи. Чтобы открыть проход к рельсовым путям, достаточно нажать пару кнопок. Что собственно беглец и сделал. Последствия, с которыми вы и сами столкнулись, не заставили себя ждать.
- Первый уровень тоже захвачен? – спросил Саша, пытаясь составить в голове полную карту местонахождения неприятеля, чтобы в дальнейшем выработать подходящий план для организации спасения группы.
- Административный уровень не связан с железной дорогой, и это нашествие его миновало. Кстати, служащие офисов первого уровня не являются невольниками. Эти люди работают по найму, и многие из них даже не догадываются о существовании подземного производства. Они уверены, что трудятся на одном из военных объектов, что-то вроде «почтового ящика», и не более. Все служащие бункера имеют возможность покидать секретный объект и работают здесь вахтенным методом по несколько месяцев.
- Тогда с какой стати потребовалось похищать бедных учёных? Разлучать их с семьями и содержать, словно провинившихся заключенных, если существовала возможность работать, как и прочие служащие, не теряя связи с внешним миром? Не вижу логики, – с нотками недоумения в голосе произнесла Алёна.
- Вероятно, на это были причины, – Макс поежился, словно превозмогая приступ лихорадки. По его лицу скользнула тень усталости. Сказывались последствия перенесённой травмы.
- Для заключённого ты слишком много знаешь, – Денис недоверчиво посмотрел на рассказчика, сопоставляя услышанные факты и пытаясь на их основе выстроить в логический ряд объективные выводы.
- Вы можете мне не верить, – Максим окинул взглядом собеседников, – но утечка секретной информации существует в любом обществе и при любом строе. Это свойственно человеческой натуре. Взять, к примеру, времена застоя, когда официально объявленная новость оказывалась давно перемолота рядовыми обывателями на какой-нибудь прокуренной кухне.
- В начале нашей беседы ты упомянул о «снежной кошке». Вероятно, подразумевался ледяной поток? – я взглянул на Макса и обратил внимание, как насторожились лица друзей. Каждого из нас волновал этот вопрос, и любая информация на сей счёт могла оказаться жизненно важной.
- Ледяная смерть… – Максим облокотился на стол и на секунду прикрыл ладонями глаза. В его сознании возродилась ужасная картина, где белая масса, расползаясь по коридорам и помещениям подземной тюрьмы, беспощадно пожирает всё живое, оставляя за собой сверкающую ледяными кристаллами ползущую гладь.

- Это произошло много лет назад. Нашим учёным удалось создать некую материю, которая по физическим свойствам напоминала замёрзшую воду. По сути это был лед – но не совсем! Синтезированное на молекулярном уровне вещество совершенно не реагировало на повышение температуры внешней среды. Проще говоря, кристаллическая масса не таяла. Она оставалась в первозданном виде, словно ископаемый лед, пролежавший миллионы лет под толщей земли, не утративший изначальных свойств.
При проведении опытов по нетермическому опреснению морской воды учёные добились структурных изменений в расположении атомов кристаллической решётки льда. Но состояние новоявленного вещества оставалось нестабильным. Материя спустя несколько дней вновь превращалась в обычный лед, а затем и в воду. В конечном итоге опыты завершились успехом, и человечество получило новое химическое соединение под названием «Plerumque pardus», что в переводе с латыни означает «Снежный барс».
Несмотря на уникальность открытия, явной стратегической пользы для военной промышленности оно не имело. Всё же область применения этому веществу определилась без труда. На одном из предприятий Москвы выпустили пробную партию холодильников, где вместо фреоновой системы охлаждения с надоедливо жужжащим компрессором установили заправленные новым веществом морозильные блоки. Аппарат работал бесшумно, а температура в холодильных камерах регулировалась простейшими термостойкими заслонками.
Вскоре произошло событие, в результате которого вся пробная партия была немедленно изъята из продажи, равно как и реализованные машины.
В хранилище лаборатории, где находились экспериментальные образцы «Снежного барса», возникла нештатная ситуация. Вещество вновь проявило нестабильность. Только теперь оно не таяло, а неконтролируемо разрасталось в окружающем пространстве, словно прогрессирующая раковая опухоль. Вместе с тем «Снежный барс» неожиданно приобрёл свойства сверхпроводника. Помимо всего прочего, материал проявил неведомые современной науке особенности. В его поведении обнаружилась диффузионная агрессия, выражавшаяся в молекулярных атаках вещества.
Проще говоря, если вы прикоснётесь к нему незащищённой поверхностью тела, то мгновенно станете частью этого ледяного монстра и застынете навечно в виде сверкающего монумента.
- Но я все же дотронулся до этого льда! – мне пришлось перебить рассказчика, так как оставались вопросы, на которые самостоятельно я ответить не мог. – Правда, это была длинная металлическая трубка.
- И что ты почувствовал? – Максим посмотрел на меня с любопытством, немного приподняв чёрные дуги бровей.
- Мои руки едва не примёрзли! И потом какое-то время я ощущал неприятное покалывание во всём теле.
- А теперь представь, что ты дотронулся до этого голой рукой... Уверяю, наш сегодняшний разговор мог и не состояться, – Макс натянуто улыбнулся. Он в очередной раз ощупал свою перебинтованную ногу, затем продолжил рассказ.
- Разрастание материи происходило за счёт быстрой кристаллизации соприкасающейся с ней влаги, в том числе находящейся в окружающем воздухе. По сути, возникла угроза апокалипсиса. За короткий срок «белая смерть» могла охватить нашу прекрасную планету и уничтожить на ней всё живое. Остро встала необходимость поиска нейтрализатора, некого противоядия от этого ледяного вируса. И вскоре антидот был найден.
«Создавая яд, не забудь о противоядии», – такого принципа придерживались ученые, работая над «Снежным барсом». Некоторые из них предполагали подобное поведение вещества и приняли упреждающие меры, чтобы подстраховаться. Спасительное средство на тот период находилось в заключительной стадии разработки, и требовалось лишь некоторое время для завершения начатых опытов. Но чёрные стрелки лабораторных часов продолжали отчаянно бежать по кругу, пока «снежная кошка» леденящим дыханием не остановила их ретивый ход.
Часть оборудования, необходимого для завершения работ, пришлось срочно эвакуировать в недосягаемое для ледяной стихии место. «Снежный барс» свирепствовал. Он успел захватить большую часть лабораторий и, вырвавшись за её пределы по вентиляционным коробам, принялся осваивать просторные территории подземелья.
Когда спасительное средство наконец изобрели, оказалось достаточно всего одной капли вещества, чтобы обезвредить ледяного хищника. При его соприкосновении с ледяной массой возникала цепная реакция замещения, при которой атомы антидота немедленно вытесняли опасные частицы в кристаллической решётке «Снежного барса», преобразуя их в безвредный газ, после чего «белая смерть» немедленно превращалась в обычный тающий лёд. Цепная реакция протекала настолько быстро, что, стоило воздействовать на агрессивную массу в одном месте, молекулы антидота стремительно овладевали всем веществом без остатка, словно капля лакмуса, добавленная в пробирку с серной кислотой.
Затем всё вернулось на круги своя. Подземный гигант снова ожил, и вновь запущенные лабораторные часы принялись отсчитывать секунды в привычном для себя ритме.
- Неужели «Снежный барс» оказался невостребованным? – спросил Саша, – ведь это мощнейшее оружие! Я думаю, вряд ли военные просто так скинули его со счетов.
- Почему же скинули! Все формулы и необходимая информация надёжно хранятся в бездонных мозгах главного компьютера. При необходимости это вещество можно легко произвести в течение часа.
- А что случилось с антидотом? Его уничтожили? – Вася задал самый важный вопрос.
- Яд, как и противоядие, существует теперь только в электронном виде, во всяком случае, так считалось до недавнего времени, – ответил Макс, – но по логике вещей некоторое количество антидота всё же произвели! Вряд ли его уничтожили. А если так, то он находится в одном из здешних хранилищ. Чтобы определить, где именно, необходимо добраться до пульта управления главным компьютером и покопаться в его базе данных. А это непросто!
- Наконец всё прояснилось! – оживился я. – По-видимому, мой холодильник был одним из тех агрегатов, которые выпустили в качестве экспериментальной партии. Вероятно, когда изымали проданные машины, он каким-то образом затерялся.
- А как он оказался у тебя? – спросила Алена, устремив на меня любопытный взгляд.
- Ничего особенного, – произнёс я, – но, чтобы стало понятно, придётся сделать небольшое отступление. Родом я из Владивостока. Окончив школу, подался в столицу. Меня влекла журналистика. После окончания института подвернулась работа, и я решил остаться в Москве. В этом немалую роль сыграла помощь родителей. Если бы не квартира – «однокомнатные хоромы», – которую они приобрели мне на скопленные деньги, возможно, я и не рискнул бы остаться в этом многоликом мегаполисе.
Жильё подобрали довольно быстро. Одна из риелторских компаний честно отработала свои деньги, и через месяц после обращения к ним я имел свой угол в уютном спальном районе.
Прежде здесь жили какие-то старики. После их смерти квартиру вместе с её содержимым выставили на продажу.
Старую мебель и другую утварь я выбросил, сразу оставив себе на первое время кухонный стол, диван и холодильник. Вскоре я избавился и от этих вещей. Единственный предмет, который остался в квартире от прошлых хозяев, – это холодильник. Понравился мне он тем, что работал бесшумно, а морозил при этом словно недавно купленный агрегат. Не раз я намеревался поменять и его, находясь не в восторге от устаревшего дизайна, но всё как-то не срасталось.
Совсем недавно, возвращаясь с работы, я купил несколько замороженных кур. Запихивая их в холодильник, я в очередной раз посылал проклятия, возмущаясь недальновидностью производителей, оборудовавших такой громоздкий аппарат столь маленькой морозильной камерой.
На следующее утро произошло то, о чём я вам уже рассказывал.
- Получается, всему виной мороженые птицы, – Максим иронично улыбнулся, – которых ты так усердно пытался определить в морозилку. Да! Твои старания вышли боком для всего человечества. Вероятно, был повреждён один из холодильных блоков, и высвободившееся вещество, почувствовав влажную среду, стало активно разрастаться.
- И что теперь делать? – произнёс я с таким чувством, словно действительно по моей вине мог погибнуть весь мир.
- Рано или поздно это произошло бы и без твоей помощи, – «успокоил» меня Максим. – Теперь наша задача – отыскать антидот и нейтрализовать активное вещество. Времени у нас мало. Необходимо быстро собраться и попробовать проникнуть в офисы первого уровня.
- А в чём сложность? – спросил Денис, взглянув на Макса.
- Первое и основное препятствие – бронированная пневматическая дверь, преграждающая путь в главный бункер. Форсировать эту преграду можно только двумя способами: первый – это воспользоваться электронным ключом, что нереально, так как подобные вещи на дороге не валяются, и второй – подорвать эту чёртову дверь, правда, для этого потребуется большое количество взрывчатки.
- Может, это подойдёт, – Алёна достала из кармана жёлтую пластиковую карту, которую выронил беглый учёный, и протянула ее Максиму.
- Откуда у тебя эта вещь? – с изумлением произнёс он.
- Она как раз валялась на дороге! Точнее на путях! А принадлежала, судя по фотографии, именно тому человеку, который и заварил всю эту кашу.
- Действительно, люди с такой степенью доступа могли беспрепятственно посещать верхний уровень. Возможно, данная карта поможет нам проникнуть на территорию офисов управления. Но всё же нужно подстраховаться. Необходимо срочно разыскать взрывчатку.
- Это сгодится? – спросил Денис, достав из стоявшей в уголке сумки две осколочные гранаты, позаимствованные у погибшего охранника.
- Таких игрушек потребуется не меньше ящика! – Максим задумался, подперев рукой подбородок. – Но этого вполне достаточно, чтобы подорвать входную дверь в оружейную комнату, которая находится здесь же, на третьем этаже! Вот там как раз можно найти и ящик гранат, и другое вооружение, и средства защиты. Только велика опасность детонации всего арсенала.
- Другого выхода у нас всё равно нет! – Денис поднялся с табурета, потирая руки. – Бездействие смерти подобно, – изрёк он, намекая остальным, что пора бы заняться делом.
- А как же наши раненые? – Алёна посмотрела на меня, затем перевела взгляд на Максима.
- Со мной проблем не будет, – произнёс я. Плечо болело, но терпимо. – Другое дело – он, – я покосился на Макса.
- Держаться на ногах мне нетрудно, – Максим отошёл от стола и сделал несколько шагов в сторону двери и обратно. – Чувствуется слабость, но главное, что действие яда пошло на убыль. Как бы то ни было, не останусь же я здесь дожидаться ледяной смерти!

Вскоре Александр с Максимом стояли перед взорванным дверным проёмом у входа в оружейную комнату. Через несколько минут подтянулись и остальные, включая находившихся в неведении часовых.
- Что это вы здесь устроили? – воскликнул Костя, всматриваясь в пыльную брешь.
Саша в общих чертах объяснил друзьям суть происходящего и коротко посвятил их в дальнейшие планы группы.
Разыскав на стене выключатель, я включил свет. Задымлённое помещение состояло из двух комнат. Ближняя напоминала гардеробную, где в открытых шкафах аккуратно висели оранжевые комбинезоны и другая спецодежда. Широкие полки оказались забиты бронежилетами, зелёными сумками с противогазами и другими предметами неизвестного назначения.
Стеллажи второй комнаты прогибались от оружия. Здесь имелось всё необходимое, чтобы провести крупную спецоперацию или сдерживать осаду терминала как минимум несколько дней.
В дальнем углу возвышалось несколько ящиков с боеприпасами, среди которых мы отыскали и гранаты.
- Я давно хотела спросить, – Алёна обратилась к Максиму. – Почему большинство местных жителей предпочитали одеваться в эти оранжевые комбинезоны? – она сняла с вешалки один из комплектов и приложила к себе, словно примеряя в бутике понравившееся вечернее платье.
- Здесь так заведено, – произнёс он, отвечая на вопрос девушки. – Существуют строгие инструкции. Из них следует, что передвигаться по межуровневому пространству, к которому относятся лифты и другие вспомогательные помещения, необходимо исключительно в защитных костюмах.
- К чему такая строгость? – поинтересовался Василий. – Разве здесь есть заражённые места?
- Как таковых заражённых зон не существует. Но временами возникали вспышки различных инфекций, приводивших к гибели людей. Ходили слухи, что виной тому лаборатории, где проводились опыты над смертельными вирусами и ещё бог весть какие эксперименты, о результатах которых можно только догадываться. Мало того, известны случаи, когда оттуда убегали подопытные животные. И, вообще, то, что творилось в этих застенках, где издевались над беззащитной живностью, покрыто пеленой тайн и загадок.
- Славный «скафандр», – произнёс Денис, успевший примерить новое оранжевое обмундирование. К нему недоставало только пучеглазого противогаза, который приятель безуспешно пытался натянуть на голову.
- Явно не твой размер, – заметил я и принялся среди прочих образцов подбирать подходящий.
- Советую всем поступить так же, – сказал Максим, откладывая для себя комбинезон. – А ещё рекомендую прикрыться бронежилетом. Так. На всякий случай.
Вскоре экипированная и вооруженная до зубов группа столпилась у дезактивационной камеры перед входом в главный лифт. Почти у всех имелось какое-нибудь личное имущество. У Василия и его друзей – красивые серебристые кейсы. Денис не расставался со своей брезентовой сумкой. Только я и Макс отправились налегке, не обременяя себя лишней ношей. Даже ящики с гранатами в связи с временной инвалидностью нам нести не доверили.

Первый уровень находился относительно недалеко. За несколько минут скоростной лифт доставил нас до верхней точки своего маршрута. Жёлтые створки раздвижных дверей отошли в стороны, и перед нами возник просторный, хорошо освещённый коридор.
Проследовав сквозь очередную дезактивационную камеру и завернув за угол, мы очутились возле бронированных дверей у входа в бункер.
Справа, на стене, находилась панель системы доступа, где пульсировала красная надпись – «Вход заблокирован».
- Так я и предполагал, – с досадой произнёс Максим, безуспешно пытаясь вставить пластиковый ключ в узкую прорезь картоприёмника.
- Пожалуй, два ящика взрывчатки – как раз то, что нужно, – сказал Алекс, осматривая мощное препятствие.
- Таким зарядом можно разнести всю стену, – размышляя вслух, произнёс Саша. – Для этой двери будет достаточно и одного ящика. Переусердствовав, мы можем спровоцировать обвал породы.
- Хорошо. Пусть будет по-твоему, – Макс ещё раз осмотрел дверь и попросил ребят поставить ящик с взрывчаткой как можно плотнее к преграде. – А теперь убираемся отсюда.
- Денис! Ты справишься? – спросил Саша, заметив, как приятель достаёт из сумки осколочную гранату. – Действие запала – три секунды. За это время ты должен успеть бросить её и отбежать на безопасное расстояние. От взрыва одной гранаты должны сдетонировать и остальные.
- Обо мне не беспокойтесь. Всё сделаю как надо! – приятель встал возле угла и, выждав, когда остальные укроются в лифте, метнул приготовленный снаряд.
От мощного взрыва, казалось, содрогнулась вселенная. С потолка заструились многочисленные песчаные ручейки. Весь коридор на время скрылся за пеленой из дыма и пыли. На некоторое время нам пришлось надеть противогазы, чтобы не задохнуться в этом аду. Когда гарь немного рассеялась, появился Денис.
- Вы в порядке? – поинтересовался он, снимая резиновую маску.
- Похоже, никто не пострадал, – отряхиваясь и разглядывая остальных, я поднялся с пола.
- Там такая дыра! – приятель очертил в воздухе гигантскую окружность. – На танке можно проехать, – Денис, конечно, утрировал.

Оказавшись в запретной зоне, в первую очередь мы осмотрелись. Отделанный светлым материалом вестибюль, где по периметру расположились удобные пластиковые кресла, напоминал приёмную высокого начальника. На стенах висели небольшие репродукции известных картин и горшки с цветами. В стороны разбегались коридоры с множеством дверей. Из настенных светильников струился мягкий ультрафиолет. Не покидало ощущение, что мы оказались в крупном офисе солидной компании, где в современных кабинетах кипит работа, протекает жизнь. Временами слышались звуки принимающих факсов, поскрипывание принтеров и беспристрастные голоса автоответчиков.
Все близлежащие кабинеты оказались пусты. Помещения словно вымерли. Складывалось впечатление, что служащие в срочном порядке покинули свои места, хотя вся офисная инфраструктура находилась в рабочем состоянии. Вероятно, людей эвакуировали.
Обойдя незначительную часть нижнего этажа, мы решили разделиться на несколько групп, чтобы быстрее обследовать эту многоэтажную махину.
- Наша основная задача – отыскать командный пункт, откуда происходит управление подземным гигантом, – сказал Максим, проводя короткий инструктаж. – Если обнаружим главный компьютер, то появится возможность определить место хранения антидота. Необходимо собрать как можно больше информации. И, конечно же, нужно найти выход на поверхность! Хотя без ликвидации ледяной угрозы освобождение из подземного плена послужит лишь отсрочкой нашей гибели.
- Хочу напомнить о группе спецназа, обстрелявшей нас на подступах к терминалу, – добавил Саша. – Они могут находиться где-то поблизости, и существует вероятность, что их гораздо больше, чем встретилось нам. Так что в случае опасности в бой не ввязываться, а пытаться укрыться в безопасном месте. После обследования бункера встречаемся в вестибюле у взорванного прохода.
Мы разделились на три отряда. Саша, Алёна и Василий направились к лифту. Судя по кнопкам, бункер имел пять этажей. Ребятам предстояло осмотреть верхний ярус, а на обратном пути проверить боковые лестничные проёмы и подсобные помещения.
Мне и Денису было поручено осмотреть оставшиеся кабинеты нижнего этажа, а затем пробираться выше, навстречу третьему отряду, отправившемуся на четвёртый ярус по парадной лестнице.

Когда Саша задержался возле очередной двери, которых на пятом этаже оказалось гораздо меньше, чем на первом, его сердце ёкнуло. Он вдруг ощутил неукротимую тоску. Предчувствие чего-то недоброго заставило его замереть возле этой раздвижной обособленной двери. Казалось, за ней находилось нечто родное, любимое с детства, но, в то же время, пугающее, источающее неприязнь.
Он словно в забытьи нажал на зелёную мигающую кнопку и вошёл в небольшую проходную камеру, напоминавшую флюорографическую кабину. Василий, находившийся рядом, шагнул за ним. Прочные створки сомкнулись, и ребята оказались в замкнутом пространстве между двух заблокированных дверей.
Алена в это время просматривала документы в соседнем офисе. Услышав странные звуки, доносившиеся из коридора, она отложила в сторону бумаги и поспешила к друзьям. Заметив красную кнопку, которая судорожно пульсировала на серебристой панели возле раздвижных дверей, девушка догадалась, что произошло.
- Попали! – произнёс Александр, пытаясь руками раздвинуть неподдающиеся створки. – Так глупо загнать себя в мышеловку я не рассчитывал. А ты зачем сюда пошёл? – он с укором посмотрел на перепуганное лицо товарища и с досадой ударил кулаком по прочной стене.
- Как зачем?! – возмутился парень. – Мы же вместе были. Откуда мне знать, что это ловушка!
Неожиданно раздался механический женский голос: «Внимание! Стойте неподвижно. Проводится сканирование».
Эта фраза повторялась снова и снова, до тех пор пока под потолком не перестала мигать синяя табличка с надписью «Дождаться завершения процедуры».
Вскоре снизу выдвинулся металлический ящик, и тот же голос произнёс: «Положите оружие и металлические предметы в контейнер».
Вася посмотрел на товарища – тот пожал плечами.
- Ничего другого не остаётся. Если не подчинимся, могут возникнуть проблемы, – произнёс Саша и положил автомат и боеприпасы в предложенное место. Затем они сняли закреплённые на спине кейсы и также отправили их в объёмный контейнер.
«Внимание! Стойте неподвижно. Повторное сканирование», – снова задребезжал голос, и вновь замигала синяя табличка.
Во время этой процедуры ребят не покидало ощущение, что их кто-то ощупывает невидимыми пальцами, в том числе забираясь в самые интимные места.
Вскоре одна из дверей открылась, и они очутились в просторном помещении, напоминавшем ходовую рубку большого круизного лайнера. Вместо окон на стене мерцало множество цветных мониторов, на которых отражались виды с камер наблюдения, размещённых в различных местах подземного сооружения. В глубине помещения, расположившись спиной к друзьям, в высоком кожаном кресле находился седоватый человек в генеральской форме. Он сидел, пощёлкивая кнопками на чёрной клавиатуре, не обращая внимания на вошедших людей, словно игнорируя их появление. Затем он повернулся на вращающемся кресле лицом к друзьям и, устремив на них неприветливый взгляд, произнёс: – Добро пожаловать в преисподнюю!

- Валентин Трофимович?! – недоумённо вырвалось у Александра.
(За этими дверями парень предполагал увидеть всё что угодно, но обнаружить здесь человека, который был ему, по сути, вторым отцом, он не ожидал).
- Я смотрю, ты очень удивлён, – сказал генерал, обращаясь к Саше. В его взгляде чувствовалась нервозность и некоторая озабоченность. Он смотрел то на парня, то на один из широких мониторов. – Наконец она добралась и сюда. Эта чёртова «снежная кошка»! Вернулась домой. К родным пенатам.
Ребята успели заметить, как на подрагивающем экране, где возле платформы стоял секретный состав, происходит что-то необычное. Коричневые вагоны начали покрываться серебристым налетом, сверкающим под лучами прожекторов, словно свежевыпавший снег. Вскоре поезд покрылся толстой коркой льда, который, перебравшись на платформу, поспешил на знакомые ему территории.
-Товарищ генерал! Что происходит? Я требую объяснений, – Сашин голос предательски срывался, словно у подростка во время мутации.
- Ты не можешь ничего требовать! – огрызнулся военный. – Ты никто! Клоп! Пшик!
- Но почему вы со мной так разговариваете? В чём я провинился? – парень был потрясён и обескуражен резким и необоснованным тоном своего начальника. Он не мог понять причины такого поведения лучшего друга своего отца и от этого почувствовал себя изгоем.
- Я и предположить не мог, что ты способен добраться до этих мест, – немного смягчившись, произнёс генерал. – Хотя, как говорится, яблоко от яблоньки… Отец твой тоже был дотошный. Всё правду искал. Я предупреждал его: «Не копай глубоко – завалит. В итоге я оказался прав».
- Получается, что вы и есть тот «кукловод», который заправляет этими грязными делами? Значит, это по вашей команде убили моего отца? – Александр, сжав кулаки, направился в сторону охамевшего начальника.
- Стой, где стоишь, – произнёс тот и, достав из кобуры пистолет, положил рядом с клавиатурой. – Если ты сделаешь ещё шаг, он будет последним.
Вася окликнул товарища, и Александр, помедлив несколько секунд, вернулся на прежнее место.
- Вот и хорошо, – злорадно произнёс генерал и, услышав писклявый сигнал зуммера, нажал на одну из кнопок, расположенных на панели управления.
Распахнулась входная дверь – и появилась Алёна.
- Здравствуйте, Валентин Трофимович! – она прошла вглубь помещения и встала у стены между ребятами и генералом.
Александра поразило её поведение. Казалось, девушка ничему не удивилась и восприняла всё происходящее как должное. Мало того – она осталась вооружена в отличие от своих спутников. Её рука сжимала рукоять пистолета, а на плече, касаясь белого металла кейса, висел автомат.
- Алёна! – в изумлении произнёс Саша. – Ты оказалась предателем?! Выходит, ты обо всём знала и молчала!
- Я выполняла свою работу, – холодно заявила девушка. Она направила ствол в сторону недавних друзей и замерла, словно робот в ожидании дальнейших команд.
- Но как это возможно, Алёна?! – Василий с досадой посмотрел на спутницу. – Получается, что всё это время ты лгала? Строила из себя благородную и бескомпромиссную к несправедливости особу!
Девушка продолжала молчать, немного потупив взгляд, но не переставая контролировать ситуацию.
- Если тебя это утешит, – генерал исподлобья посмотрел на Александра, – она знает не больше твоего. Эта девушка – хороший исполнитель, – он поощрительно взглянул на Алёну и добавил: – Ей было поручено следовать за тобой и обо всём докладывать. Но внезапно ситуация вышла из-под контроля. Ваша группа пропала из поля зрения. Я находился в неведении до тех пор, пока камеры наблюдения не зафиксировали ваше появление у чугунных ворот старой платформы, возле оружейного цеха. С той минуты мне стал известен каждый ваш шаг. Я мог уничтожить вас ещё тогда. Но мне стало интересно, что вы предпримете, оказавшись в этом аду.
- Не пойму одного, – с досадой сказал Саша. – К чему было возобновлять расследование, поднимать архивы, задействовать людей? Не проще было спустить всё на тормозах? Кому нужен весь этот спектакль?
- Не всё так просто, – генерал вновь посмотрел на экран монитора – ледяной поток уже занял разгрузочную площадку и подбирался к зданию станционной администрации. Валентин Трофимович заметно нервничал и часто поглядывал на красные цифры электронных часов, расположенных поверх мониторов. – Я не «кукловод», как ты изволил выразиться. Скорее, я крестовина, от которой отходят нити, приводящие в движение марионеток. Поступила команда сверху: «Возобновить расследование по делу о пропавших ученых. Исключить положительный результат. Задействованных в операции сотрудников убрать как нежелательных свидетелей». Что, собственно, я и собирался сделать. Видимо, я недооценил твои профессиональные способности. Но ничто не помешает мне сделать это теперь.
Саша заметил, как взгляд Алёны на мгновение ожил, но снова остекленел.
- У меня к вам одна просьба, – произнёс Александр, осознав наконец, что перед ним находится не старый и доброжелательный друг, а настоящий враг и убийца его отца. – Объясните, в чём виновата моя семья? Мы всегда были дружны! Я не помню ни одной ссоры между вами и моим отцом.
- Ты многого не знаешь, – негромко сказал Валентин Трофимович. – Камнем преткновения в наших отношениях с твоим отцом, как это ни банально звучит, стала женщина. Твоя мать!
В юности я познакомился с девушкой. Со временем моя увлечённость переросла в нечто большее. Мы встречались довольно долго. Дело подходило к свадьбе. Но тут возник твой отец – красивый молодой офицер. Он поступил на работу в наш отдел сразу после окончания военного училища. Моя любимая без зазрения совести переметнулась к нему, сказав мне на прощание: «Извини!».
Я сильно страдал. Мир для меня поблек, и жизнь потеряла смысл. Многолетняя привязанность к любимому человеку ещё долго не отпускала моё сжатое в тисках предательства и несправедливости сердце. Когда родился ты, душевная боль начала утихать, но подспудно стали прорастать всходы ненависти и скрытой жажды мести. Я подружился с твоим отцом, сделав вид, что мои чувства к любимой женщине перегорели, и я давно всё простил. Мне так и не удалось жениться. Оказалось, что я однолюб.
Но теперь всё встало на свои места. Мое самолюбие удовлетворено. Обидчики наказаны. А что касается твоей судьбы, то она предрешена. Книга жизни для тебя захлопнется гораздо быстрее, чем ты думаешь. Сейчас меня волнует другое, – генерал повернулся к мониторам и, сосредоточившись на одном из них, взял в руки находившуюся неподалёку рацию. Нажав на выпуклую кнопку, он произнёс: – Что происходит? Почему не докладываете?
- Товарищ генерал! Возникли трудности. Лаборатории кишат этими тварями, – картинка на экране стала увеличиваться, и вскоре возникло перепачканное лицо человека в чёрном камуфляже с широким белым шрамом вдоль левой щеки. – Мы делаем всё возможное, но силы не равны. Животные словно с цепи сорвались. Их с каждой минутой становится всё больше. Сначала, чего-то испугавшись, они метнулись по железнодорожному пандусу в направлении нижнего уровня. Но теперь они возвращаются обратно. У вас есть возможность каким-либо способом перекрыть им путь?
- Мне нужно подумать, – генерал ненадолго замолчал.

Отрезать дорогу прибывающим монстрам можно было только одним способом – взорвать участок железнодорожного тоннеля в районе перегона между четвёртым и пятым уровнями. Это средство считалось радикальным и могло быть применено только в крайнем случае – как ядерная кнопка в чемоданчике президента.
Некоторые участки дорог и важные узлы подземного сооружения были предусмотрительно заминированы перед сдачей их в эксплуатацию. Это было сделано в стратегических целях – для предотвращения ситуаций, связанных с захватом объекта посторонними лицами или в случаях острой необходимости. Неудобство заключалось в том, что после взрыва подступы к морю, а соответственно и верфи, где у причала находилось несколько готовых к сдаче субмарин, будут отрезаны. Вместе с тоннелем выйдет из строя и дальний лифт – единственное средство быстрого сообщения с нижним уровнем. Что касается людей, то согласно информации, полученной с камер наблюдения, выживших после биологической атаки, на нижних уровнях не осталось.
Но, с другой стороны, если не раздобыть антидот, за которым и отправилась внушительная группа спецназа, наличие сообщения с морским терминалом теряет всякий смысл. «Снежный барс» беспощаден. Он уничтожит всё живое на планете и будет царствовать на ней вечно.

- Я принял решение, – наконец произнёс генерал, продолжая прерванный со спецназовцем разговор. – Тоннель будет перекрыт немедленно, – он склонился над клавиатурой, и его пальцы ловко забегали по подсвеченным кнопкам. Через несколько секунд бункер содрогнулся. – Дело сделано. Продолжайте выполнять задачу, – произнёс Валентин Трофимович. Он положил рацию на прежнее место и устало откинулся на спинку кресла.
- И что теперь? – с тревогой в голосе спросил Василий. – Вы нас отпустите?
- Наивный молодой человек! – генерал вновь взялся за клавиатуру. – Посмотрите лучше сюда.
На одном из экранов сменилась картинка. Монитор отобразил расплывчатое изображение Земли с высоты орбитального спутника. Затем планета начала стремительно увеличиваться в размерах, и вот уже стали различимы города, зелёные массивы и синеватые островки крупных водоёмов. Картинка замерла, когда на ней чётко отобразилась Москва, схваченная серым транспортным кольцом, и окрестности в пределах области с некоторым смещением на восток. Увиденное не внушало оптимизма. Небольшая часть города превратилась в гигантский айсберг, отсекаемый от незатронутых ледяной стихией участков мерцающей огненной лентой. Люди при помощи огнемётов пытались минимизировать влажность окружающего воздуха непосредственно на границе продвижения ледяного потока. Это им удавалось с трудом.
Загородные просторы оказались беззащитны. При всём желании у военных не нашлось бы столько огнемётной техники, чтобы сдерживать неведомую стихию в кольце. «Снежный барс» беспрепятственно шествовал по провинции. Переступив границы Московской области, он подбирался к Мещёре, прикрывшись искрящимся белым саваном.
- Вы по-прежнему желаете, чтобы я вас отпустил? – съязвил Валентин Трофимович, повернувшись к растерянным ребятам. – Даже если бы я проявил великодушие и решил открыть для вас наружную дверь, то не смог бы этого сделать физически. Вся местность над нами давно покрыта многометровой коркой агрессивного льда. Мы запечатаны, словно в саркофаге, и выйти наружу, даже при удачном стечении обстоятельств, в обозримом будущем просто невозможно!
Несколько минут назад ещё существовала призрачная надежда убраться отсюда по морю. Взрыв уничтожил и её. Теперь этот путь заказан, как и любой другой.
- Но ведь вы каким-то образом попали сюда! – Вася решил воспользоваться словоохотливостью генерала.
- У меня нет причин откровенничать с вами, – Валентин Трофимович на секунду задумался. – Хотя… теперь это не имеет значения. Всё равно все секреты останутся в этом бункере навсегда. Впрочем, как и вы сами, – добавил он.
Фокус состоит в том, что я оказался здесь раньше, чем лёд. Этот объект находится под моим кураторством, и я довольно часто посещаю его. В связи с исключительной важностью этого дела руководство поручило мне лично возглавить операцию по изъятию антидота из хранилища и деактивировать опасное вещество. В силу известных вам обстоятельств данная миссия затянулась. Теперь всё зависит от людей, которые по моему приказу отправились в этот ад. Это третья по счёту группа, пытающаяся извлечь антидот из лабораторных хранилищ. Две предыдущих не смогли прорваться сквозь легионы разъярённых тварей и погибли.
- Но что вы собираетесь делать, если антидот всё же окажется у вас? – не унимался Василий. Ведь, нейтрализовав лёд, он не пропадет в одно мгновение. В горах сошедшие ледники годами лежат на поверхности земли и даже под южным солнцем исчезают неохотно.
- Вы не так прозорливы, молодой человек! В случае удачно проведённой операции заинтересованные люди предпримут все, чтобы как можно быстрее восстановить и вновь запустить в работу этот объект. Конечно, сначала устранят последствия стихии на поверхности. Приведут в порядок пострадавшие города. Но не в последнюю очередь доберутся и сюда. Полгода... Максимум год – и я выберусь из этого подземелья. А всё это время я смогу комфортно существовать в «Эдеме».
- Где? – словно не расслышав последнее слово, переспросил Василий.
- Есть такое место на территории бункера, в котором можно прожить несколько лет без контактов с цивилизацией. Это помещение предназначено для лиц, требующих к себе особого отношения. Оно устроено так, чтобы в случае ядерной атаки или пандемии эти люди могли находиться здесь несколько лет, не испытывая особых трудностей. Я думаю, там мне будет уютно.
- Вы так говорите, словно антидот уже у вас в руках, и остаётся лишь разбить хрупкую ампулу о ледяной хребет этой, как вы выражаетесь, «снежной кошки», – ухмыльнувшись, произнёс Саша.
Генерал хотел продолжить дискуссию, но её прервал скрипучий голос, едва пробивающийся из динамика рации сквозь шуршащие помехи в эфире: «Валентин Трофимович, вы на связи?».
- Да, Юра! Докладывай! – начальник поднёс переговорное устройство к уху. Его лицо от внезапного прилива крови покраснело, а правое веко стало едва заметно вздрагивать. В кресле перед ребятами сидел человек на гране нервного срыва. Ничего удивительного! От сообщения, которое он намеревался услышать, без преувеличения зависело всё.
- Контейнер с антидотом у меня! – обнадеживающе заявил спецназовец. – От вверенного мне взвода в живых остались только я и ещё двое ребят. Часть тварей уничтожена. Многое решил взрыв. Если бы не он…
- Спасибо, дорогой! Спасибо… – перебил подчинённого генерал (казалось, он сейчас прослезится). – Следуйте к «Эдему». Я скоро буду.
Начальник поднялся с кресла, поправил задравшийся китель и водрузил на голову вздёрнутую генеральскую фуражку с золотым двуглавым орлом.
- Ну, вот и ответ на твою реплику, – произнёс Валентин Трофимович, припомнив последние слова Александра. – Так что, Сашок, прощай, – он взял в руку пистолет и… немного помедлив, убрал его в кобуру. – Толку от тебя теперь никакого, а кровные враги мне ни к чему. Равно как и лишние свидетели, – генерал перевёл усталый взгляд на Василия.
Парень стоял, словно тень, втянув голову в плечи, и в очередной раз собирался отдать богу душу.
- Алёна! Сделай свою работу, – начальник осмотрел картинки на мониторах, затем взглянул на часы. – Нам пора!
- Простите, ребята! Я не могла поступить иначе, – произнесла девушка и взвела курок.

Начал читать роман. Впечатления от прочтения первой главы - положительное. Посмотрим, что будет дальше!

Спасибо, didu! Заглядывайте почаще.

С каждой новой главой роман захватывает всё больше и больше! Читаю дальше!

Ок!

Ледяное безумие – поразило неисчерпаемой фантазией. Вообразив такое - становится не по себе. Читаю дальше!

Так делают как-раз журналисты, - так что все логично. Только начала читать, - нравится. Подробнее - по окончании процесса.

Благодарю, Мария! Мне будет интересно узнать Ваше мнение.

Ну а как же иначе, – у журналистов один из принципов работы, – солидарность с коллегами.
Мое мнение: идея , хоть и не нова , но в неплохой интерпретации. И философские мысли присутствуют, и даже мыли животных… А за фразу «В студенческие годы он даже пытался соорудить машину времени. И ему это почти удалось! Жаль подвели законы физики» -вообще пять баллов!

Но по форме есть замечания, если Вам интересно, конечно…
1. Начало затянуто, - слишком долго про бар и электричку. Понимаю, роман надо натягивать на размер. Но лучше это сделать где-то в середине. В начале важна интрига и динамика. Я начала читать только из-за того, что привлекло название главы- «Загадочная штольня». Вот сразу и надо мрака навести, чтоб прикормить читателя. Я же из принципа продиралась сквозь начало к сути. Читатель так делать не будет.
2. Некоторые фразы неуклюжие стилистически. Все не перечислю, – одна цитата и пример, как ее поправить: « От бесхозности дом слегка покосился на прогнившем фундаменте», - « Бесхозный дом покосился на прогнившем фундаменте» . Итак понятно, что дом ПОкосился, а не слег и произошло это от бесхозности. Вообще этого «покосился-покосившееся» как-то многовато – и дом, и калитка. Надо искать синонимы.
Есть проблемы и с согласованием. «Покрасневшее от усилий, моё лицо, вероятно, выглядело очень глупо» - «Мое лицо, покрасневшее от усилий, вероятно, выглядело глупо»- так будет правильно.
3. Согласна с предыдущими цензорами, – некоторые диалоги кажутся пластмассовыми. А именно – диалоги Стаса и Ника. Я понимаю, - друзья детства, то да се. Думаю, будет лучше, если их сдобрить хорошей порцией юмора.
4. Над драматическими эпизодами надо серьезно поработать. Например, несчастный случай с Жорой: собака в след за хозяином – в тему , но грустные лица товарищей мигом осушают навернувшуюся слезу.
Ну и не по существу: чудище, напугавшее профессора – ну уж очень сильно Вия напомнило. Конечно, это дело автора,– так задумал.
И уж совсем не по существу. Для поездки в глушь Рассказову лучше было бы предложить гражданскую Ниву или военного УАЗика, - все-таки сельская местность - бездорожье, нету там асфальта, грунтовка одна да грейдер. Волга застрянет, - как пить дать! Ну это так - совет бывалого трофи-рейдиста

Мария, большое спасибо за комментарий и советы. С уважением, Сергей.

Автор старался

Ваш Парадиз – истинный рай! Вот туда бы попасть. Читаю дальше…

Благодарю, didu! Мне хочется, чтобы Вы указали на недостатки текста. Над чем нужно ещё поработать?
С уважением...

Скажу прямо - серьёзных ошибок я не обнаружил. Разве что местами чересчур пафосно, но это не беда. Продолжайте в том же духе. С уважением, didu.