Они свили гнездо под крышей. Всю зиму Шелесты тревожно вслушивались в шорохи: кто-то бегал по лагам и скреб когтями обшивку. Длинными ночами, когда ветер рвал шифер, становилось особенно жутко. Семилетняя Лиза Шелест сквозь вой метели различала хлопанье крыльев.
«Лиза, Лиза, Лиза, мы хотим с тобой играть!» – шептали голоса под потолком. – «Мы расскажем тебе сказку, как злые существа сломали дом».
Лиза замирала в постели. Вот-вот сосновые доски разлетятся под ударами могучих тел, и на нее обрушится пищащий ужас. Не выдержав, она выбегала на лестницу и кричала в темный пролет:
– Мама, мама! Они здесь!
– Это мыши, – успокаивала мать, забрав девочку в кровать.
– Это птицы, – сквозь сон говорил отец.
– Они хотят забрать наш дом, – бормотала девочка.
Снег стучал в окно. Под тревожный звук все трое засыпали. Под крышей становилось тихо. Там тоже спали.
Кончились метели. Почернел и растаял снег, у пернатых наступила пора гнездования. Солнечным весенним днем во двор к Шелестам въехала машина, груженая стальной черепицей. Рабочие в синих спецовках спрыгнули на землю и ловко забрались по лесам на крышу. Лиза смотрела, как вместе с отцом они снимают рифленые листы и, обвязав шпагатом, спускают вниз.
Береза радостно цвела желтыми сережками, в траве копошились букашки. Лиза со страхом ждала, когда дом ощетинится ребрами лаг. Под ними тоже была жизнь.
«Лиза…» – голоса окружали ее. – «Пришло время игры…»
Девочка прижалась к стволу и подумала: «Их больше ничего не отделяет от нас».
Рабочий сунул руку под листы пенопласта и удивленно воскликнул:
– Здесь что-то есть. Ветки! Под ними кто-то шевелится.
Рука до самого плеча ушла между досками. Лиза хотела крикнуть: не надо!
«Злые существа, злые существа…» – зашипели голоса возле Лизы.
Отец, надев голицу, отстранил рабочего и полез под скат крыши.
– Ну и тварь! Зрачки светятся красным светом, а зубы словно иглы, – сказал он. – А ну-ка, дайте мне молоток. У нее там кладка. Не хватало выводка!
В этот миг раздался истошный визг, и на белый свет вырвалось существо. Оно забило серыми перепончатыми крыльями. Чтобы не упасть, отец схватился за стойку. Цепляясь кривыми лапами, тварь забралась на конек и снова закричала. Лиза зажмурилась.
– Чёрт! Она распорола мне предплечье!
– Бей ее!
– Гнездо не забудьте!
Люди ругались и отвешивали удары. Слышалась возня. Существо билось, защищая дом.
«Лиза, помоги, помоги, помоги…» – голоса кружились вокруг девочки.
Кто-то взял ее за локоть, по голосу Лиза поняла, что это мама.
– Нечего здесь делать, – она повлекла ее за собой.
Только на кухне Лиза открыла глаза и спросила:
– Что там было?
– Очень большая птица.
– Неправда! – воскликнула Лиза. – Она никого не трогала. У нее там гнездо.
– Она мешала тебе спать.
Мать отвернулась, давая понять, что разговор закончен.
Яйцо было чуть больше куриного. Оно лежало в траве, среди веточек и перьев. Девочка подняла его и посмотрела наверх. Расстояние от земли до крыши метров пять. Она слышала, как отец называл эту цифру. Удивительно, что оно не разбилось.
«Возьми…» – услышала Лиза голос за спиной. – «Возьми последнее, больше нет… Ты сможешь играть, когда захочешь»
– Но оно лежало здесь всю ночь. Оно погибло, – сказала девочка и оглянулась.
Что-то серое ускользнуло от ее глаз, сместившись в сторону.
«Возьми, пожалуйста», – шепот все слабее и тише.
Лиза положила яйцо на ладонь. Девочка вспомнила зимние ночи, когда голоса пытались предупредить ее: «Мы расскажем тебе сказку, как злые существа сломали дом».
– Это мы сломали дом, – догадалась Лиза.
Яйцо качнулось, словно соглашаясь. Под скорлупой кто-то жил. Девочка почувствовала, как в душе рождается нежность.
«Я положу тебя под лампу», – сказала она. – «И буду заботиться, когда ты появишься на свет: кормить, гулять и воспитывать. Ты не можешь быть злым. Плохими не рождаются».
«Не волнуйся», – сказала она серой твари и осторожно понесла находку в дом.
Гарпия проводила ее хитрым взглядом.
«Злыми не рождаются, ими становятся», – хихикнула она.
Девочка не слышала. Она думала, в какую коробку ей положить яйцо.