Капитан прислушался: в двигателе явно стучало. В новейшем гамма- модулирующем супер-пупер двигателе снова что-то стучало!
– Семён, – капитан сурово посмотрел на спешно вызванного механика, – почему снова этот стук? Ты же обещал мне всё устранить.
– Так я и устранил, – непонимающе пожал плечами молодой человек. – Ведь не было же!
Капитан задумался – действительно не было. Стук возобновился недавно.
– Ничего не знаю, – упрямо поджал губы капитан, – чтоб по прибытии на Лиру всё исправил раз и навсегда. Учти, услышу стук ещё раз – уволю, к чёртовой бабушке.

Вся команда в увольнении, а Семён, как последний лох, вынужден копаться в двигателе. Он уже три раза чинил пятый узел, но снова и снова тот в конце полёта начинал стучать. Парень разобрал его, смазал, протянул, сменил все прокладки, прозвонил все детали, но где-то в подкорке головного мозга он уже понимал, что это не поможет. Вздохнув, Семён опустился на пол, привалился спиной к стене, отхлебнул холодного пива и задумался. Надо было подходить к проблеме с другой стороны. Но как?!
Когда банка опустела в голову пришла мысль…

– Василий Львович, докладываю, – Семён светился от гордости, – поломка устранена, двигатель работает как часы.
– Уверен?
– Сами понимаете, проверял на холостых, но тестер подтверждает полную готовность к полёту.
– Хм, спасибо, свободен.
Гордой походкой Семён вернулся в машинное отделение, довольно потирая руки, краем глаза косясь на валяющийся в углу злополучный пятый узел. «Нафиг ты там не нужен», – он злорадно пнул его ногой и плюхнулся на замызганный диванчик, блаженно закрывая глаза.

Старт. Корабль привычно заурчал, прорываясь в межпространство. Через несколько дней они благополучно вынырнули у Земли, и автоматика плавно посадила корабль.
Дверь люка тихо ушла в сторону, и первые, измученные полётом, члены экипажа выскочили наружу. Дикая растительность мелового периода сразу поглотила их с головой, а в небе зашуршали крылья птеродактиля…
– Семён! Мать твою…