– Думаешь, я верю в эти бредни? – Максим яростно стеганул палкой высокую траву и, обернувшись, заглянул мне в глаза.
– И что тогда прёмся? – я хотел сказать «прёшься», но Максим псих и к тому же – здоровенный бугай. Сухой, жилистый и за два мера ростом. Попробуй, скажи ему не то…
Он наверно высмотрел на моём лице каждую щербинку – такие вопросы его бесили.
– Чо! – Максим зло сплюнул и пошёл вперед, с удвоенной энергией сминая густую траву.
– Псих, – буркнул я и поплелся следом. До леса ещё далеко. Солнце палило неимоверно. Рюкзак за спиной весил, наверное, с тонну. Я чертовски устал, но был рад, что дорогу прокладывал кто-то другой. Я давно бы свалился…

Всё началось с того, что по селу пошли слухи о загадочном озере, на которое случайно набрел дед Митяй. Этот непоседа вечно слонялся по лесу, и вечно с ним приключалась какая-нибудь история. То он лешего встретит, то с медведем сцепится… Сельчане посмеивались и давно никто уже не верил ему. Но в этот раз Митяй совсем больной вернулся. А когда немного поправился – рассказал нам странную историю. Мы расселись на бревнах и от нечего делать слушали его байки.
– Далеко я в этот раз ушел. Леший попутал. Заблудился. Вижу озеро, а рядом избушка какая-то. Дай думаю, посмотрю, кто это в такой глуши живет. А дома нет никого. Но всё чистенько, прибрано везде. Значит, хозяева скоро будут. Ну, я поел своего, что из запасов оставалось – ихнего брать не стал. Да и в холодильнике одни банки странные какие-то. Стеклянные, а внутри словно шевелиться кто.
– Ну, ты дед даёшь! Холодильник в избушке. Во заливает, – засмеялся Олег. – Это в такой-то глуши?..
– А что, – спокойно отозвался Митяй. – У Генки вон, почитай два года как электричество отрезали. Да. А холодильник работает.
– Ну да, – сконфузился Олег. – Ворует как-то…
Ну, поел я, значит, – продолжил дед, – и спать завалился. Что на ночь глядя, в лес переться. Ночью слышу – шум какой-то. А-а, думаю, хозяева вернулись. Открыл глаза. А избушка маленькая – всё видно – а нет никого. Ну, думаю, может зверь, какой забрался или мыши. И тут вижу – рядом со мной две тени стоят. Прямо сквозь них всё видно. Я затаился, а они прям ко мне подходят и смотрят на меня чего-то. Струхнул я тут малость. Не видал я ещё такого и как бросился бежать. Да куда там. Он фонарик включил и чувствую я, как слабею сразу. Ноги сразу ватные сделались – тяжелые. И сам как чумной стал – как с похмелья. Уж не помню, что дальше было. Очнулся на поляне в лесу, а идти – сил никаких нету. Насилу выбрался. Ладно вот, хоть не убили. Вот такое дело со мной приключилось. До сих пор ноги еле двигаю.
– Привидение с фонариком… – хохотнул Олег, а Максим поднявшись, равнодушно бросил:
– Врет он всё. Пошли отсюда…
– Вот как на духу, – перекрестился дед Митяй.
– Да ладно. Пургу тут гонишь. Ты ещё скажи, что они инопланетяне. Пошли пацаны.
– Может и эти… – вздохнул дед. – Кто их там разберет. А не веришь – сам сходи. Проверь.
– Как же. Ты и дорогу пойди не помнишь, – усмехнулся Максим.
– Отчего же. Помню я дорогу. Могу показать. Далече правда. Да куда вам, немощным. Вы только водку пить мастера, да баб зажимать…
Максим аж взбеленился весь.
–Не зли меня дед! Я ведь специально схожу. Над тобой ведь всё село смеяться будет…
– Вот и сходи, а я посмеюсь опосля.
– И схожу. Кто со мной?
Мы, молча, потупили взгляды в надежде, что это лихо пройдет мимо, но тут черт меня дернул за язык и я даже сам удивился, что сказал это:
– Я пойду.

Почти с час мы лежали в лесной прохладе, набираясь сил.
– Ладно. Пойдём, – поднялся Максим. – Нам ещё километров двадцать пёхать. Может, к вечеру доберёмся. Или перекусим?
Есть не хотелось. Я поднялся, и тягостно потянувшись, сбрасывая сладостную дремоту, ответил:
– Давай позже. Отдохнули уже.
Максим молча кивнул головой и пошел вперед.
К вечеру остановились на привал.
– Где-то здесь уже, – сказал Максим, доставая из рюкзака консервы. – Нужно ручей искать. Митяй сказал: «Сразу за пролеском ручей будет. По нему и пойдете». Сухую балку и пролесок прошли. Значит – ручей должен быть рядом. Но в ночь не пойдем. Тут покрутимся и заночуем.
Уминая тушенку, я согласно кивнул головой.

Ручей был рядом. Довольные – мы побродили ещё немного вокруг и завалились спать. Шутка ли. С четырех часов на ногах. Поди, километров пятьдесят отмахали – если не больше.

– Вот она – избушка, – прошептал Максим, когда я подошел на его таинственные знаки и присел рядом, прячась за кустами.
– Что шепчешь то, – спросил я тоже шепотом. – Пойдем. Что тут сидеть?
– Погоди. Осмотреться надо.
Ну надо – так надо. Я не возражал. Но торчать в кустах не хотелось, и я шепнул Максиму:
– Я пойду, с той стороны зайду.
Он недовольно посмотрел на меня и что-то буркнул. Приняв это за знак согласия, я двинулся в глубь леса, но тут же сердитое шипение остановило меня.
– Куда пошел! Сядь на место.
– Да что тут сидеть-то? – меня уже стала раздражать эта игра в прятки. – Встретим, так встретим кого, а нет – так и не было никого.
– Вот зануда, – продолжал шипеть Максим. – Ладно, пошли. Ну, если спугнём, этих… смотри тогда у меня.
– Ага. Не больно-то они пужливые. Митяй, вон, еле ноги унес…
Мы вышли на полянку и, озираясь, подошли к домику. Вроде никого. Я ступил на крыльцо и дверь, скрипнув, неожиданно открылась. От страха я отпрянул назад и налетел на Максима. Он как-то быстро сообразил и, отшвырнув меня в сторону, сгорбившись в стойке и сжав кулаки, заорал:
– Эй, кто там. А ну выходи…
Мы замерли в ожидании ответа. Дверь снова скрипнула, но никто не вышел.
– Вот нечисть поганая. Боится… Ну что разлегся? Пошли.
То ли от нервного напряжения, то ли ещё от чего, но я дико засмеялся, пытаясь унять нервную дрожь.
– Ты прям как Митяй заговорил…
– Станешь тут… Ладно, вставай давай. Может сама открылась?..
Осторожно, прислушиваясь к каждому шороху, мы вошли вовнутрь. Действительно – вид был такой, как будто здесь жили. А в углу стоял здоровенный холодильник. «Интересно. Как его втащили?», – удивился я, прикидывая размеры двери и габариты холодильника.
– Не врал Митяй, – сказал Максим открывая дверцу. Зажегся свет и внизу мы увидели четыре трехлитровых банки с диковинными, словно навитыми из красной медной проволоки крышками и какой-то мутной жидкостью внутри. Полок не было и если бы не поток холодного воздуха прянувшего из него – холодильником бы его назвать было трудно. Банки были плотно закупорены и Максим, повертев одну, поставил её на место. Ни понюхать, ни понять, что там было внутри – было невозможно.
– Ладно. Разберемся, – сказал Максим и присев на деревянный топчан, спросил:
– Ну что? Ждать будем? Или походим тут?
– Пойдем походим. Что до вечера делать-то, – согласился я.
– Я тут один ужастик недавно смотрел, – словно оправдываясь за недавнее, посетовал Максим. – Теперь всякая нечисть мерещится…
– Не. Я такое давно уже не смотрю. Муть одна. Особенно про вампиров. Целый фильм «а-а» – кусают друг друга, а смотреть нечего.

Мы побродили вдоль озера. Хотели искупаться, но отпугнула иссиня-черная вода. Жутко было даже умыться. Долго сидели на берегу, в надежде, что плеснет рыба – но так и не дождались. Потом набрали грибов и обобрали малинник. Так и незаметно прошёл день. Под вечер похолодало, но в дом заходить не стали – сели на крылечке. Озеро затянуло туманом и в жуткой тишине казалось, что с бездонных глубин озера поднимаются страшные призраки и потихоньку подкрадываются к нам. Как-то быстро и незаметно туман выполз из озера и накрыл поляну. Зябко поёживаясь от вечерней прохлады я невольно вздрагивал от всякого шума и с беспокойством вглядывался в белёсые клубы облаков. Может, кто подкрался уже и готов схватить меня за ноги?
Максим дико заорал, и я подпрыгнул как ошпаренный.
– Ты чего орешь?
– Да тварь какая-то прыгнула. Не-е. Пошли в дом. Я тут точно чокнусь. Крышу рвет капитально…
– Смотри, – сказал я, заметив на озере какое-то движение. Клубы тумана затрудняли видимость, но вроде, как лодка и человек в ней.
– К нам плывут, – присмотревшись, уверенно заявил Максим. – Двое.
Клубы тумана всколыхнулись и лодка исчезла. Мы напряженно всматривались вдаль и не сразу заметили, что с берега, к нам направляются ещё двое.
«Чуть не прозевали!». Я метнулся за угол дома в одну сторону – Максим в другую. Осторожно выглянув, я облегченно вздохнул: «Не заметили» и стал наблюдать.
Когда они подошли поближе – стало ясно, почему мы не сразу заметили их. Серебристые костюмы сливались с туманом, и только черные как головешки головы, выделялись на призрачном фоне. Позже я подумал, что это могли быть противогазы или какие-то маски, но тогда я был точно уверен, что это пришельцы с далеких планет.
Пришельцы вошли в дом и я, подобравшись на четвереньках, осторожно заглянул внутрь. Один из них копался в холодильнике, а второй стоял ко мне спиной. Буквально на секунду я отвлекся, чтобы посмотреть, нет ли кого сзади, и когда повернулся – в комнате никого уже не было. Было жутко страшно, но я рискнул вползти на четвереньках и с ужасом заметил, что мокрые следы ведут в холодильник.
«Черт. Что они там делают? Греются что ли?», – я пытался шутить, но мне было совсем не до смеха и я напряженно ждал, что дверца вот вот откроется и я попадусь, как кур во щи. Но было всё тихо, и я рискнул приоткрыть дверцу холодильника. Сердце бешено колотилось, но в узкую щелочку видны были только банки и… – никого. Дверь медленно открылась, и на меня дохнуло холодом далеких миров. Я, молча, смотрел на заднюю стенку, которая чуть колыхалась, как сгустившийся морозный воздух и потихоньку начинал понимать, что передо мной – вселенский портал.
«Может рискнуть?» – мелькнула сумасшедшая мысль. – «Нет. Надо предупредить Максима. Кто знает, что меня там ждет. Да и одеться надо потеплей. Там явно не лето…».
Я направился к выходу и чуть не столкнулся с очередным пришельцем.
«Во блин. Попался!». Как в замедленном кино, я смотрел, как его рука тянется к пристегнутому на поясе фонарику и… заорал. Пнув ногой по фонарю, я что было сил, оттолкнул пришельца и во всю прыть помчался к лесу. Забежав за деревья, я остановился, чтобы передохнуть, но раздавшийся сзади шорох придал мне прыти. Пожалуй, я никогда ещё так быстро не бегал. Как молодой лось, я ломился сквозь кусты и с хрустом сносил ветки деревьев. Сколько это продолжалось я уже не помню, но где-то запнувшись, я растянулся на земле и затаился, сдерживая рвущийся воздух в легкие, прислушиваясь – нет ли погони. Вроде тихо. Я перевернулся на спину и блаженно улыбнулся. Ещё натужно хрипя, пытаясь унять пульсирующую боль в висках, я видел себя входящим в другие миры…