По-прежнему интересно.
В этот раз показалось, что легкий перебор с эпитетами в описаниях, вязковато.

По вычитке:


.....

внутри?

понятно, что вы имели в виду "прожигая кирасы и сшибая с ног", но вышло какое-то несогласование деепричастного оборота, имхо...

таки лучше просто беременных, а людей можно опустить)

Чуть погодя дочитаю)

Спасибо за замечания. Помучался я над этой частью. Уж и так и эдак переписывал, аж мозги вскипели. Раз 5 прополол, но вообще ничего не вижу - буквы плывут. Плюс жара, которую я плохо переношу.

Поправил все, кроме несогласованных деепричастных оборотов. Пребываю в тяжких думах, как переписать предложение))

По поводу эпитетов: если вы про внутренние миры, то это специально сделано. Просто с течением романа, они будут становится все сложнее и сложнее, безумнее и безумнее. Поэтому потихоньку наращиваю в них описание деталей и тем самым вывожу контраст с реальным миром. В идеале к середине произведения должно ощущаться, будто мир реальный и миры в головах описывают разные авторы.

Разделить стилистику безумия и реального - это правильно. И деталей должно быть много, согласна. Просто некоторые словесные конструкции показались тяжеловаты. Может быть, некоторые предложения перестроить... Хотя не обращайте внимания на мое ворчание, мне могло и показаться. Дочитала весь кусочек. Здорово) Или вы уже все сами вычитали и поправили, но ругать вроде и не за что.

Доброе слово и кошке приятно.
Впереди написание третьей истории. Мандраж бьет при этой мысли)))

У тебя получится)) мандраж оставь своему "серому змею"

- Просыпайся, Док! – рявкнул хриплый мужской голос.
Россерман уже несколько минут, как был в сознании. Глаз не открывал, пытаясь на слух сообразить, где находится. Но что-то выдало его притворство.
- Давай-давай, разувай зенки! Нечего тут комедию разыгрывать! – настаивал грубиян.
Карло открыл глаза. Перед ним был каменный потолок, по которому плясал свет от свечи или лампады. Россерман попытался подняться, но тело его не слушалось. Не было сил даже на поворот головы.
- Не пугайся! Тело твое на месте! Ты у нас парализованный нынче! В потолок смотришь, чтобы не навредить никому! Ясно? – голос прервался, послышалось копошение, чирканье зажигалки, громкий выдох. Запахло дешевым никотином. – А знаешь, Док, ты ведь нам чуть весь план не сорвал своей выходкой. Всё ж было просчитано, кто ж только знал, что ты чернокнижник хренов окажешься? Да еще и вспыльчивый такой. Но нам повезло, пердун твой старый был удивлен похлеще тебя, а остальным было до балды куда это ты так резво сорвался с нашей Амалией.
Незнакомец прервался. Снова послышался выдох. На потолке заиграли тени от никотинового дыма.
- Значит так, Док. Обрисовываю вам ситуацию. Если вы еще не догадались - мы вас похитили. Практически все уверены, что вы просто сбежали от позора, потому разыскивать «халтуру года» особо не торопятся. Ах да, ну и болван же вы, Док. Премия может и срамит обладателя, но она всё-таки премия. И благодаря вашему нраву вы лишили себя, ну или нас, добрых двух тысяч фунтов стерлингов и деревянного герба науки. Хотя знаете, герб мы вам оставили бы. Так о чем я?... Да, если вы надеетесь на вашего якобы друга Венгу, то он сейчас немного другим занят. Спасением репутации своей любимой «Контесты», ей вот-вот могут прикрыть финансирование. А на вас директору «гадить с высокой колокольни», как он любит сам выражаться. Дополнительно мы поработали в вашей квартире. Теперь в ней все выглядит так, будто вы быстро пришли, собрали все необходимое и уехали прочь. Потрудились мы и с наводкой для службы по внутреннему порядку. Они узнали, что вы обманным путем при помощи ордера с фальшивой сенатской печатью выкрали пациента из городской психиатрической лечебницы для личных нужд. И более того использовали его для запрещенных законом опытов. Ваш чокнутый профессор уже ожидает суда, как соучастник. Но думаю, ему скорее психушка светит. Ну как, Док, не устали еще? Как вам положение дел?
- В-воды, - прошептал Карло, едва шевеля губами.
- Правильные желания, Док. От дряни, которой мы вас накачали, дико хочется пить. Но тратить на вас воду я пока не собираюсь. Подходить к вам и тем более прикасаться, тоже. Черт вас знает, на что вы еще способны. Я и сейчас-то рискую, балакая с вами. Но пойми, Док, мое… Нет, наше отношение к вам может резко измениться. Вопрос только в какую сторону? Сейчас оно нейтральное. Если вы до конца поняли вашу ситуацию, то смекнули – вам или в бега, или утопиться. Но на ваше счастье есть мы. Те, чьи идеалы вы разделяете, сами того не зная. Хотите изменить империю? Да что там, весь мир? Мы тоже этого хотим. Мы умираем за эту цель. Подумайте сами. Вы были одиночкой в обществе и чего вы добились своими докладами и многолетней работой? Но будете работать в команде, и желаемое может стать действительностью. Я уж молчу про месть этим трупоедам науки, посмевшим указывать вам на нижний шесток и выставлять изгоем. Так какую воду выбираете, Док? Из кружки или речную в комплекте с камнем на шее?

Выложил, чтобы разрыва не было между событиями прошлыми и объяснениями настоящего. Продолжение следует...

Россерман сидел за дубовым столом, читал «Ежедневного глашатая» недельной давности, привезенного ему Амалией, и разбавлял этот процесс крепким кофе без сахара. В новостях писали про назревающий конфликт между Кморфигонской империей и восточным союзом трех государств из-за случайно открытых месторождений угля на границе с… Сенатор Авдий ушел в отставку, и теперь планируются выборы на освободившееся место... Дело по некогда перспективной «Новой Контесте» будет пересматриваться, снова обнаружены улики…
Карло отбросил газету и погрузился в раздумья. Вот уже две недели как он поставлен на испытательный срок Хриплым - предводителем революционного движения. И уже две недели как - слоняется без дела, не зная чего ожидать и к чему готовиться. Из всех подпольщиков, доктор видел всего четверых: главаря, Амалию, которую здесь называли Плутовкой, Бугая по имени Барри, что был тем водителем во время похищения и кота по кличке Комендант. Прозвище он свое получил за любовь к обнюхиванию всего нового и за регулярный обход дома с видом хозяина, осматривающего свои владения.
Первые несколько дней Карло переживал интоксикацию. В эти дни ему было глубоко наплевать на свою дальнейшую судьбу и судьбу мира тем более, настолько все внутри скручивало. Он даже несколько раз просил убить его и избавить от мучений. Но этого никто не сделал. Док был нужен им. Очень нужен. Только для чего?
Сейчас же Карло немного окреп и уже был в состоянии сбежать из этого логова. Но куда? Где он вообще находится? Что творится вокруг? Амалия однажды намекнула, что в этих краях полно бандитов и встречаются каннибалы. Крупные хищники тоже не дремлют. Потому чем бежать - лучше сразу повеситься. Было время, Россермана посещали мысли об убийстве всей этой шайки. Но позже эмоции уступали здравому смыслу. Ведь, если он станет врагом империи и врагом подполья – ему точно конец. Он теперь никто. Даже хуже. Он разыскиваемый преступник. И хотя отчасти для этого подсуетились похитители, главной причиной были не они. Карло смотрел в корень всех своих бед и видел там гнилое правительство империи. То самое, которое возжелал проучить, как только вернулся с войны.
За окном послышался шум мотора. Комендант вскочил на стол, деловито сел и принялся наблюдать за дверью.
Через минуту она распахнулась, и в дом ввалился мешок с босыми ногами. Сразу за ним вошли Хриплый и Барри.
- Бугай, оттащи вниз этого жеребца. – Приказал главарь. – Док, ты говорил, тебе нужна специальная машина и препараты для «нырков»? Мы решили украсть ее для тебя. А вот с профессором будет сложнее. Но чего только не сделаешь ради благого дела, да? Кобеля твоего Амалия не нашла. У дома его нет. В квартире тоже. А где еще твой «опытный образец» может гулять, я не знаю. В общем, волей не волей, а придется вам, Док, со мной ехать в город, вызволять вашего сумасшедшего коллегу. Бугай останется здесь с нашим гостем…
- Кто он такой? – перебил предводителя Россерман.
- Как кто? Новый «опытный образец». Будешь в его мозгах копаться, если пса так и не найдем. Обычный босяк, никто его не хватится, а нам этого и надо.
- Я думал, вы стараетесь избегать жертв, среди обычных людей?
- Ты мне тут мораль вздумал читать? Не бывает революции без жертв. Считай, он добровольно отдает себя во благо радостного будущего. Хватит мне мозги парить, Док, пошли в пармуху (паромобиль – жарг.).

Хоть и помаленьку, а все так же занятно.






имхо, или смотреть на дверь, или наблюдать за дверью...



Что именно не нашла, кобеля или кабель?

Потому и по чуть-чуть, сразу косяки править. А то потом ищи в 15 тысячах знаков. Спасибо вам, Верба, огромнейшее.

Решил отдохнуть от писанины, набросал Россермана.

Россерман с остальными заговорщиками стояли вокруг стола, на котором расположились карты с планом и окрестностями городской психиатрической лечебницы. Хриплый, попыхивая сигаретой, рассказывал о нюансах предстоящего дела.
- Запомните, выглядеть все должно так, будто профессор просто испарился из палаты. Потому работаем чисто и гладко. Это простое правило до сих пор нам шкуру спасает. Всякие имперские шпики даже не подозревают о существовании нашего подполья. Хотелось бы, чтобы так было и впредь... Прошу внимание на стол. Мы узнали, что профессор находится в этой палате, - главарь показал пальцем на схему второго этажа. - Вокруг здания стена высотой почти в четыре метра, да еще и с пиками наверху. Перелезать опасно. Можно запросто наследить, переломаться или засветиться. Потому идем через единственные ворота. Охранников в ночь работает двое. Придется старых пердунов усыпить газом.
- Слишком велика вероятность летального исхода для пожилых людей. – Перебил Хриплого Док - Усыпляющий газ – это вы про боевой НП-52? Вы когда-нибудь видели последствия воздействия этого «снотворного» на детей, или голодных людей, или же на пожилых лиц? Это ведь нервно-паралитическое отравляющее вещество. Шанс выжить у, как вы сказали, «старых пердунов» крайне мал. И на утро персонал обнаружит два трупа на КПП. Это наш профессор так незаметно испарится?
- Хорошо Док, у тебя есть более умные идеи? Тогда может, поделишься?
- Я как-то несколько лет работал в этом заведении, - не обращая внимания на сарказм главаря, начал рассказывать Россерман – и ознакомился с историей этого строения. Раньше оно было обычным госпиталем. Но потом после войны в империи отметился рост душевнобольных. Здание обнесли высокой стеной и переоборудовали в психиатрическую лечебницу.
- Какого черта, Док? Это что еще за уроки истории? – огрызнулся Хриплый.
- Будьте любезны дослушать меня, гражданин предводитель ополчения. – Карло недобро посмотрел на главаря. Тот выдержал его взгляд и раздраженно цокнул языком.
- Ладно, валяй, только поменьше подробностей, а то мы тут уснем.
- Валяю. Раньше дорога прилегала почти вплотную к зданию. А на дороге, как известно, есть канализационные люки. Так вот после возведения стены – дорога сместилась. А вот старое ответвление канализации должно было остаться. Таким образом…
- Отлично, проберемся без шума, но с пылью. – Отомстил Россерману Хриплый, перебив его – Раз вы, Док, бывалый в тех местах, значит пойдете со мной внутрь. Что же нас там ждет? Поведаете?
- Внутри на ночь остаются два дежурных надзирателя. По крайне мере, так было раньше. Главный и запасной входы закрываются. Проникнуть через них незаметно – невозможно.
- Это почему же? А вскрыть замок? – спросил заговорщик азиатской наружности по кличке Чин-Кан. Карло видел его впервые.
- Если вы великий медвежатник, то сможете открыть замок, мистер Чин-Кан, но вот бесшумно – вряд ли. Лучше не рисковать.
- И что ж тогда делать?
- Предлагаю предоставить мне карт-бланш, господа. Можете себя не утруждать в составлении гениального сценария побега. Я могу один справиться, – Россерман перевел взгляд со схем на Хриплого - Вы же хотели пользоваться моими скрытыми возможностями, гражданин предводитель? Вот сейчас самое время это сделать.
- Ты думаешь, я отпущу тебя одного, психа ненормального?
- Можете пойти со мной, если вам не страшно идти с психом в ночную психушку?
Присутствующие удивленно переглянулись. Они впервые видели человека, который так в открытую дерзит главарю и до сих пор жив. Капитан впился глазами в Карло.
- Думаешь, напугать меня своими фокусами? Думаешь, ты бессмертен? Может, проверим так ли ты будешь дерзок и уверен в себе с дырой в башке?
- А может, хватит мне не доверять? Если бы я хотел, давно бы уже сбежал. Убивать вас тоже не резон. Мне потом только в лесники или бездомные податься. Хотя нет, есть еще вариант - в соседнюю империю нелегальным эмигрантом. Но что-то не тянет. Так что давайте перестанем мериться яйцами и перейдем к делу?
Все ожидали, что Хриплый сейчас выхватит нож и метнет его в Дока, но вместо этого главарь рассмеялся.
- А ты, оказывается, шаришь, чародей. Я все думал ты козни нам строишь и не понимаешь своего истинного положения. Или никак не смиришься с ним, даже если и понял. Ведь понимать и принимать – разные вещи, Док. Давайте излагайте то, что от нас требуется, и посмотрим на вашу волшебную работу.
Док улыбнулся в знак примирения.
- От вас потребуется только машина вот в этом месте. – и он указал пальцем на карту.



Филл Бато и Йорге Граурсэ остались сегодня дежурными надзирателями в ночную смену. В их обязанности входило патрулирование здания и поддержание спокойствия в палатах. Однако они предпочли скучной работе карточную игру «ведьма».
- Вот черт, - ругнулся Филл, в очередной раз, взяв у соперника даму пик. – Да у тебя там одни пиковые бабы что-ли? Уж третий раз достаю.
- А я два раза у тебя. В чем проблема-то? – усмехнулся Йорге.
- Задолбала эта игра, - досадливо крикнул Филл и бросил карты на стол. – Надо будет кости принести в следующий раз. Вот это я понимаю игра для мужиков.
- Да ты снова будешь ныть словно девочка с разбитой коленкой, как только проигрывать начнешь, – не удержался и поддел коллегу Граурсэ.
- Ах ты, черт приезжий! Думаешь…
Дзыньк… Дзыньк… Дзыньк…
К столу, за которым они играли, подкатилась железная кружка. Первые несколько секунд дежурные остолбенело смотрели на нее. Когда первая волна удивления прошла, Филл с Йорге в недоумении переглянулись, как бы задавая друг другу немой вопрос «откуда это тут взялось?». Наконец, не произнося ни слова, Йорге нагнулся и поднял незваный объект.
- Что за дьявольщина? – нарушил он тишину, осмотрев кружку с таким видом, будто держал сказочную вещь. Его собственный голос отозвался эхом в ушах. Или ему это показалось?
- Понятия не имею. Хотя… - Бато опасливо осмотрелся и, наклонившись к Граурсэ для пущей таинственности, прошептал – Поговаривают, в этих стенах обитает призрак замученного сумасшедшего солдата.
- Что за бредятина? Ты меня разыграть решил? – Йорге поставил кружку на стол и вышел в коридор. – Эй, кто здесь? Лучше сразу выходи! Если сам найду - так отделаю, что мать родная не узнает!
Граурсэ терпеть не мог подобных розыгрышей и потому сейчас весь кипел от гнева. Но в ответ ему было лишь молчание. Охранник продолжал стоять и смотреть в коридор.
- Буу!!! – попытался напугать его Бато, подкравшись со спины, но реакция коллеги оказалась для него неожиданной.
Йорге резко повернулся к нему, схватил за грудки и прижал к стене – Скажи своим дружкам, чтобы выходили, иначе я тебе морду набью!
От неожиданности, Филл потерял дар речи и молча вылупился на коллегу. Глаза держащего его Граурсэ пугали похлеще безумных маньяков с плакатов «Разыскивается! Особо опасен!»
– Ты что, Йорг? Совсем сбрендил? – наконец выдавил он из себя - Я тут вообще ни при чем. Кто здесь может быть в это время? Крысы, запертые психи, да мы с тобой.
- Тогда откуда долбанная кружка? Сама прикувыркалась?
- А я почем знаю? Сам очертеть, как удивился. Может из пациентов кто сбежал? Надо тогда идти искать его, а не друг дружке морды бить!
Йорге отпустил подозреваемого. Бато оправился, вошел в кабинет за связками ключей от палат и молча направился по коридору, думая о том, что Граурсэ самому надо сидеть в смирительной рубашке в отделении для буйных, а не ночным дежурным оставаться с такой-то психикой. За ним шел остывающий Йорге. Через несколько минут, проверив все замки, они добрались до лестницы на второй этаж.
- Шут его знает, - пробубнил вспыльчивый дежурный. Гнев его окончательно прошел, и сейчас нарастало чувство вины перед коллегой за глупую выходку – вроде все тихо. Что же это было?
- Идем на второй. – Коротко ответил Бато.
- Погоди, а откуда вообще взялась эта кружка? Никогда раньше здесь такой не видел.
- Я и сам без понятия. Идем.
Сделав резкий шаг к лестнице, Бато поскользнулся и неуклюже упал на правую руку, связка ключей отскочила в сторону, но внимания никто на это не обратил. Упавший дежурный взвыл от боли в запястье, на глазах его выступили слезы, лицо начало краснеть.
- Ах ты, черт! Тварь! Уыыы!!! Как же так? Только этого не хватало! – почти мычал Филл.
Наблюдая муки коллеги, Йорге принялся истерично смеяться. Он всегда не мог удержаться, если видел чью-то боль. Сам себя в такие моменты ненавидел, но поделать ничего не мог, как ни старался.
- Чего ты ржёшь, дебил? Беги за аптечкой, я кажется руку сломал.
Граурсэ спешно пошел в сторону кабинета. На весь коридор раздавался его гогот. Со стороны лестницы доносился крик пострадавшего.
- Черт как больно! Вызывай охрану! Скорую! Всех вызывай и тащи обезболивающее! Быстрее же, твою мать!
На этаже полностью погас свет. Стало темно как в гробу. Добежавший до кабинета Йорге, промахнулся мимо входа и ударился лбом о дверной косяк. Бато испугался внезапной тьмы, отчего боль в руке поутихла и теперь, закусив губу, вслушивался в тишину. Ему мерещилась толпа буйных психов, спускающихся по лестнице и жаждущих разорвать его на мелкие кусочки. Воображение даже дорисовало топот босых ног по ступенькам.
- Йорг! – прокричал покалеченный дежурный – Дружище, помоги! Забери меня отсюда!!!
- Заткнись, баран!!! – донеслось с той части коридора – Я, похоже, себе башку расшиб. Пойду к охране, пока мы тут оба окончательно не убились. Если вообще живым до входа доберусь.
- Не бросай меня здесь! – орал Филл – Тут кто-то есть, они спускаются!
- Сам иди, ты вроде руку сломал, а не ноги! А ноешь как маменькин сынок!
Забыв обо всем, Бато поднялся, нащупал здоровой рукой стену и, тяжело дыша, пошел вдоль нее к выходу.
Связка ключей лежала возле нижней ступеньки. Чьи-то руки взяли ее и уже через несколько минут вернули на прежнее место. Утром выяснилось, что пациент Герберт Вайнштейн бесследно пропал из лечебницы. Будто в воздухе растворился.
После этой ночной кошмарной смены Филл Бато уволился и вдобавок умудрился донести на Йорге Граурсэ, о его неуравновешенности. После нескольких проверок уволили и второго дежурного, как не подходящего по состоянию здоровья.

Ну наконец-то процесс снова пошел!

Не нашла таких уж откровенных недочетов.
Как мне показалось, есть небольшие помарки стиля в разговоре Хриплого.
Он, чувствуется, не от сохи господин, но лексика у него разговорная, сочная, эмоциональная. Поэтому некоторые слова кажутся чужеродными, особенно когда он разговаривает со многими своими людьми сразу, а не только наедине с Доком, когда мог бы и поумничать.
Вот эта фраза:

Во-первых, я не поняла, "официально никто не подозревает" - это как? Вообще не подозревает? Это было бы логично, если у них все всегда чисто и гладко. Тогда пусть Хриплый так и скажет, мол, вообще.
Или на самом-то деле "официалы" все знают, но до общественности не доводят? Тогда он должен сказать нечто вроде "Делают вид, что не подозревают".
Во-вторых, вместо казенной фразы "отличительная черта нашего сопротивления" просится что-то вроде "это наш фирменный стиль".

Может быть, конечно, если бы не было такого перерыва в чтении, я бы и не прицепилась к этому кусочку. А так с голодухи в глаза бросилось.

У меня тут ремонт полным ходом. Вообще не до писанины. Вчера полностью комнату закончил, сегодня решил выходной взять )))

По поводу некоторых фразочек, надо будет поправить. Согласен. Не настроился видимо после перерыва, как надо.
Официально - в смысле их шпиЙоны не обнаружили до сих пор официального подтверждения существования их подполья в документации официальных органах правопорядка и внутренних дел. Хотел это довести до читателя, но придется видимо доработать.
..............................
Поправил. Оценивайте, уважаемая Верба

Набросал вариант Вайнштейна. Всего лишь вариант. Извиняюсь за надписи с обратной стороны листа.

С поправками читается лучше)

Про портреты: Россерман замечательный , и значительная часть женской аудитории со мной, наверняка, согласится.
Да и Вайнштейн неплох, вот только это он, видимо, в юности.

Чертовски похож, но уж больно молод))

Это я немного приоткрыл тайну продолжения. Вскоре будет соответствовать.

Тишину спящей столицы разрезал шум парового двигателя. Свет фар старенького паромобиля выхватывал из темноты влажную мощеную дорогу. На черном корпусе мелькали отражения проносящихся мимо фонарей. В салоне, на передних сиденьях разговаривали Хриплый и Карло. Позади на диване, умудрялся беседовать сам с собой заспанный профессор.
- Следующий наш ход, Док - до утра надо выкрасть это устройство. А обставить все так, будто это профессор его спер. Сможешь устроить?
- В последний раз, когда я был в «Новой Контесте», ее секреты охраняли крупные ребята, вооруженные паровыми мушкетами, а в свете последних событий, надо полагать, дежурит целая армия. Я всего лишь безобидный фокусник, а не волшебник-самоубийца. Как ты себе это представляешь?
- Видел я, какой ты фокусник. Людей одним взглядом убиваешь. Ладно, не дрейфь. Мы - были бы не мы, если не продумали все как следует. Сейчас познакомлю тебя еще с одним профессором, тогда и поймешь в чем суть.
- Еще профессором? Жду с нетерпением. А от избытка ума в салоне не станет тесно? – Не удержал сарказма Россерман – И я не убиваю людей взглядом. Вам всем показалось.
Главарь лишь усмехнулся краем рта и прибавил газу. Недовольный молчаливой реакцией Хриплого, Карло принялся разглядывать проносящийся за окном город, пытаясь догадаться, куда же они направляются. Но сосредоточиться на этом не получалось, все время не давала покоя одна мысль.
- Моя персона все мучается догадками, – решился, наконец, спросить Карло - для чего вам потребовался специалист по мозгам? Смотрю, вы все силы бросаете, на то, чтобы у вас была возможность «окунуть» меня в чужой разум, а вот цели вашей не улавливаю. Собрать коллекцию паразитов? Хмм… Потом продать ее на аукционе, а все деньги отдать нуждающимся?
- В свое время узнаешь, Док. Всему свое время.
Остаток пути прошел в молчании, лишь непонятный моно-диалог профессора и шипение поршней нарушали тишину. Паромобиль свернул на Сламстрит и остановился у второго дома по правую сторону от улицы.
- Выходим, – гаркнул Хриплый, но двигатель не заглушил. Тут же подбежал какой-то юноша в лохмотьях, занял место водителя и уехал в темноту окраин.
- Шагайте за мной, - сказал главарь. Все трое направились к дверям покосившегося здания.
Внутри пахло сыростью и вяленой рыбой, стены и потолок были покрыты слоем копоти, обувь неприятно прилипала к дощатому полу. Электрического освещения не было, лишь лампады тускло светили на прогнивших тумбах. Они прошли вглубь по коридору и вошли на кухню. В центре помещения за столом играли в кости трое мужчин, увидев Хриплого, они подскочили, ловко убрали стол и стулья в свободный угол и отдернули ковер, после чего сразу удалились на улицу. Предводитель встал на колено и постучал костяшками пальцев о пол. Похоже, стук являлся сигнальной комбинацией. Снизу донеслось едва слышимое поскрипывание.
- Интегер, - снизу раздался тихий голос.
- Аэквалитас, - ответил главарь.
Послышался звук отпираемого засова. Оказалось в полу был огромный люк, по контуру повторяющий рисунок вагонки и совсем незаметный в полумраке.
- Сколько же у вас убежищ? – задал риторический вопрос Россерман.
Подвал оказался куда более приятным местом. В нем было сухо, светло и прохладно. В воздухе ощущался легкий аромат хмеля. Этот запах мгновенно взбодрил профессора и он, изголодавшийся по выпивке, стал бесцеремонно искать источник.
- Что это с ним? – насторожился Хриплый.
- Расслабьтесь, почуял пиво видимо. Он ценитель этого напитка, – ответил Карло, с улыбкой глядя на Вайнштейна, который как пес-ищейка рыскал по комнате и дергал носом, пытаясь определить незаконную химию. Но в случае профессора о законе речь точно не шла. Россерман сомневался, что Герберту вообще было известно это слово.
- Дай ему пива и усади вон туда, – обратился к сторожу предводитель и указал на табурет. – А ты, Док, идем со мной. Попробую тебя удивить.
- Меня переполняет интрига, мой главарь.
- Ты смотри, как бы твой сарказм не отрикошетил тебе в зубы, умник.
Подвал оказался разделен на два помещения. Пройдя во вторую комнату, Россерман увидел сидящего за столом Герберта. Быстро вернувшись обратно, он обнаружил все того же профессора, сидящего на табурете и жадно приложившегося к пинтовой кружке с пивом. Карло обернулся на ухмыляющегося предводителя, медленно подошел к Вайнштейну, расположившемуся за столом, и принялся его внимательно изучать. Нет, это был не его друг, а совершенно чужой человек с мастерски наложенным гримом.
- Неплохо. – Признал Россерман – Чувствуется работа дарования. Неужели привели гримера из театра и под угрозой пыток заставили превзойти себя? Даже я вычислил подделку лишь с расстояния пары метров. Надо полагать, этот профессор и пойдет в доживающую свои последние дни «Контесту»? Тем самым вы его, как в свое время и меня, повяжете намертво.
- А ты начинаешь шарить в нашей тактике, Док. Чем больше ты знаешь, тем более ты для нас опасен. – Недвусмысленно намекнул ему Хриплый.
- Надо думать, для верности лже-Вайнштейн еще и убьет пару людей? Как всегда во благо революции.
- Может и больше, эта частная организация слишком поощрялась верховной властью. На многое сенат закрывал глаза, лишь бы извлечь выгоду и усилить свои личные позиции. А как только один из них прокалывается, на этот раз не повезло сенатору Авдию, они сразу выкидывают его с позором, а в добавок повесят на несчастного и свои прегрешения. Козел отпущения выбран – остальные члена сената чисты перед народом, как младенцы перед Богом. Потому-то «Контеста» особенно опасна для нас. Многие ваши разработки, Док, могут перейти и, скорее всего, перейдут в другие засекреченные научные центры. По-прежнему, будут активно финансироваться, укрепляя верховную власть и повергая в ужас союзы государств. Мы решили спалить к чертям всю «Новую Контесту», пока еще не поздно. Только вот заберем сувенир из нее, на память и для благого дела.
Карло дослушал фанатичный выплеск Хриплого и окончательно убедился в том, что этот бездушный человек ни перед чем не остановится, пробиваясь к своей цели. А сам Док, лишь временный инструмент в его руках, который будет ликвидирован, как только исполнит свою роль.
- Неужели этот загримированный коротышка справится со всем один?
- На этот раз, Док, твоя помощь точно не потребуется. Ты ошибался, думая, что на опечатанной территории ночует целая армия. Правление не учло всю важность объекта, не знает о нашем подполье, до утра не узнает о побеге профессора и потому поставило лишь легкую охрану на КПП и внутри здания. Наш Рошинг настоящий мастер своего дела. Более талантливого актера и хладнокровного убийцы я еще не встречал. Шансы на провал – минимальны.
Россерман вновь с интересом посмотрел в глаза лже-профессора. Сейчас он вышел из роли придурковатого ученого и был самим собой. Во взгляде было полное отсутствие чувств и эмоций, лишь холодный расчет убийцы. Рошинг в мгновенье буквально выпорхнул из-за стола. В его движениях не было ни единого лишнего жеста, а позади, казалось, тянется шлейф смерти. Лишь Карло замечал все эти мелочи. Во времена последней войны он видел подобных людей и сейчас был одним из немногих, кто остался после увиденного жив.
Вторая половина ночи обещала быть жаркой.



Офицер внутренней безопасности отдела расследований Джордж Эртон не любил больниц. Вдвойне он недолюбливал подобные бесплатные заведения, где всегда чрезмерно сильно пахло антисептиками, удручали облезлые стены, со всех сторон доносился безудержный гомон бедного сословия, постоянно и непонятно зачем слонялись туда-сюда неопрятные медсестры. Однако долг службы призывал Эртона не придавать значения этим мелким раздражителям. Он представился в регистратуре и там же попытался дознаться, где содержат поступившего поздней ночью некого Родни Солсбури.
- Да, есть такой, – ответила ему дежурная медсестра – где-то на первом этаже.
- А нельзя точнее, мэм?
- К сожалению, нет. У нас в данный момент дефицит мест, потому он, скорее всего, лежит на одной из коридорных коек.
- И как мне его узнать?
- На нем должна быть бирка с именем. Идите и поищите сами, не создавайте очереди.
«Вот она, цена бесплатного лечения» - подумал про себя Джордж, направляясь в коридор, но внезапно путь преградила карликовая бабка с бородавкой на подбородке и грозно посмотрела на офицера из-под густых бровей.
- Красавчик, у нас тут вход только в сменной обуви, - прокряхтела она – а ну-ка вон, переобувайси.
Старушка ткнула в него парой тапок и кивнула в сторону деревянной скамьи.
- Мадам, думаю ваш гадюшник, почтет за честь, если я пройдусь по нему своими уличными начищенными туфлями. – С этими словами, Эртон отстранил стражницу и размашистой походкой пошел по коридору, по пути изучая бирки на пациентах. Офицеру повезло, уже с пятой попытки он нашел своего клиента. Им оказался сморщенный мужичок, возраст перевалил за 45, по внешнему виду никогда не скажешь, что он был охранником такой маститой организации.
«Ну и подбор кадров у них… не удивительно, что здание спалили» - сокрушенно подумал Джордж, а вслух сказал – мистер Солсбури, я из отдела безопасности. Понимаю, вы возможно пережили серьезное потрясение, но мне необходимо задать вам несколько вопросов, по поводу случившегося.
Мистер Солсбури испуганно посмотрел на представителя власти и смертельно побледнел.
«Под впечатлением от случившегося или соучастник преступления» - пронеслась молниеносная мысль в голове Эртона.
- Не стоит так переживать, мистер Солсбури – постарался успокоить его офицер – мне просто нужно снять с вас показания о происшествиях на «Новой Контесте». Вы знаете…
- Я ни в чем не виноват! – вдруг взмолился пациент – Я не знаю никакого мистера Солсбури!
Джордж опешил от такого заявления. – Не пытайтесь косить под дурачка! Вам известно, что вы единственный выживший в той трагедии?
Родни вцепился в руку офицера и продолжал истерично кричать о том, что он ни в чем не виноват и никого не знает.
«Или спятил окончательно, или не мой клиент» - заключил Эртон и сразу решил проверить вторую теорию – с каким диагнозом вы сюда поступили?
- А? Что? Д-дизентерия. – пациент всхлипнул и утер рукавом сопли.
Джордж в ужасе отстранился от него.
– И вы так просто сидите в коридоре? Чертова бесплатная медицина! – профессиональное спокойствие, натренированное долгом службы, оказалось подорванным – Родни Солсбури! Есть такой?!! – крикнул уже на весь коридор Эртон, посчитав это самым быстрым способом поиска.
- Здесь, сэр! – раздался голос в глубине коридора.
Офицер подошел к ошибочному клиенту, сорвал с него бирку, поймал за рукав пробегающую медсестру, высказал ей все, что думает о их больнице, настойчиво посоветовал выяснить личность дизентерийщика и по возможности изолировать его, пока он всех тут не перезаражал. Сбросив тягость с души и восстановив внутреннее равновесие, Эртон направился к настоящему Родни Солсбури.
Этот человек больше походил на серьезного охранника. Рост выше среднего, короткая стрижка, конституция крупная, возраст в районе тридцати лет.
- Черт, - начал первым бывший охранник, не дожидаясь расспросов – когда нанимался на работу, обещали огромную страховку и отличное медицинское обслуживание. И вот сначала эта «Контеста» начала разваливаться, а ныне и вовсе, говорят, сгорела. И теперь я обязан ждать второсортной помощи в этих трущобах.
- Я понимаю ваше негодование, мистер Солсбури…
- А, бросьте. Зовите меня Род, офицер. Вы, наверное, пришли узнать, что же там произошло? Скажу вот чего – не знаю. Не имею ни малейшего понятия. Но знаю, что к этому приложил руку профессор Вайнштейн.
- Прошу уточнить, Род, почему вы ничего не знаете и почему обвиняете профессора Вайнштейна?
- Так ведь я видел его, перед тем как он меня того… ну прыснул гадостью какой-то в лицо. Спросите лучше тех, кто не проспал весь пожар.
- В том и дело, Род, спрашивать больше некого. Вы единственный выживший. И у меня есть все основания подозревать вас в соучастии.
Глаза Солсбури округлились, рот открывался и закрывался, но слова с губ так и не срывались, правая рука начала периодически потирать затылок. Наметанный глаз офицера заметил выступившие мурашки и легкое побледнение кожи пострадавшего.
- Вот так-так… - отстраненно произнес шокированный пациент. Он потупил взгляд и начал что-то бормотать себе под нос, но, наконец, смог перевести внимание на наблюдающего за его реакцией Эртона – И Донни? Донни тоже погиб, офицер? Сгорел?
- Убит человеком, а не пожаром. Значит, говорите, на вас напал профессор Вайнштейн? В каком часу это было? Во что он был одет? Говорил ли он чего?
- Как же его жена, детишки? Они же теперь с голоду помрут. Норе уже никуда не устроиться с тремя-то спиногрызами за плечами.
- Род, ответьте на вопросы, я уйду, и потом переживайте сколько хотите.
- Пошел ты в жопу, черствый хрен! – выпалил Солсбури и злобно уставился на офицера – тебе лишь бы дело раскрыть, а то, что семья моего друга с голоду помрет – наплевать, то, что я загнусь в этой больнице скорее, чем дома – тоже наплевать. Иди у покойников спроси, может они более сговорчивыми ребятами окажутся!
Высказав все это на одном дыхании, Род внезапно заплакал. Сам не знал от чего. От того, что судьба ему одному дала выжить? Или может из-за потери друга? Или жалости к себе, что он теперь без работы, которую нынче так сложно найти? Или из-за того, что вдова Донни и его любовница Нора, потребует с него стать кормильцем?
- Должен вас предупредить, что за оскорбление представителя власти, я мог бы вас арестовать. Но не стану этого делать, если вы ответите на мои вопросы. Второго шанса не будет, Род.
Солсбури взял себя в руки. В тюрьму ему совсем не хотелось. Уж лучше быть отчимом троих детей и жить в бедности, но лишь бы не гнить в темнице – Я все скажу, что знаю. Примерно в четыре утра на КПП напал профессор Вайнштейн. Одет был в такую белую хлопковую пижаму с голубыми полосками. Ничего не говорил, вошел каким-то образом к нам в кабинку и прыснул в меня этой гадостью. Потом я потерял сознание. Очнулся уже в больнице с диагнозом отравление угарным газом. Какие еще могут быть вопросы?
- Никаких. Спасибо за сотрудничество. Выздоравливайте, Род.
И офицер спешно удалился из ненавистного места. Профессиональное чутье подсказывало ему, что здесь он большего не дознается.

Похоже, у меня начинается такой этап, когда я не замечаю ляпов, или замечаю вскользь, но тут же о них забываю, потому что все внимание уходит на содержание. Так что скоро от меня, как от критика, помощи много не будет.

тогда уж "вдобавок"

"расположившемуся".
Плюс местами многовато причастий, особенно причастий с щипящими. Абзац, в котором находится вышеприведенная фраза, вообще весь шипит. Глазами-то оно еще съедается, но вот прочитать вслух будет трудно.

А вообще, мне уже тоже, как и Россерману, очень хочется узнать, для чего же заварена вся эта каша. И кто такой этот Хриплый на самом деле...