Просьба не судить строго, а высказаться, вкусно или нет...





-Дозорные вернулись? - спросил Дормиан, у одного из своих капитанов.
-Еще нет, мой господин...
-Сколько можно ждать, сигнальте марш, а то все пустится к демонам в пекло.
-Да мой господин, как пожелаете, и капитан поспешил сообщить указ Дормиана вестовым.
Вторая неделя как караван с небольшим войском хорадских наемников пересек границу Мессарии. Но Дормиан не мог отделаться от предчувствия, что вместе с ними границу пересекли не только они.
Во время последнего сеанса связи с Ямой, полог тишины который он мастерски наложил, был слегка подпорчен, все было обставлено так, будто у него при установки, попросту не хватило энергии. Но Дормиан знал, сколько нужно энергии для подобного заклинания, и осечки быть не могло, однако факт остается фактом, кто-то очень интересовался его секретами. Оглядываясь незаметно для стороннего наблюдателя, он скользнул внутрь своего шатра. Но тревожные мысли не покинули его, как только он оказался в относительно контролируемом пространстве, а, напротив, с еще большей силой в его мозгу вырисовывались параноидальные варианты возвращения в Черную Цитадель. Нужно было срочно вычислить шпионов, засланных владыкой следить за ставленником, а то, что наблюдатели были, в этом Дормиан был совершенно уверен благодаря случаю с пологом. Одно радовало, что следящий не относится к числу магов преуспевающих в своей профессии, так как не смог справиться с его плетением полога тишины. А это давало Дормиану шанс, шанс на уничтожение самого шпиона, как только тот будет обнаружен.
Подхватив седельную сумку, которая лежала у ложа из шкур, Дормиан проверил в потайном кармане, амулет связи. Затем собрав карту и письменные принадлежности, подпоясался перевязью с мечом. Сложив свои вещи в сумку, он так же осторожно вышел из шатра. Капитан тут же подвел коня, как только Дормиан махнул ему рукой. Сев в седло, он спросил у Своего капитана.
-Скажи мне Маруг, хорошо ли ты знаешь эти земли?
-Да мой господин, мы с прежним ат…, э… предводителем ходили на мессарийские земли в набеги много раз, и я хорошо знаю земли от границы до Великих песков…
-А что там, за Великими песками, знаешь?
-Э… нет мой господин, ни один воин западного мира, не ходил с мечем или без, за Великие пески, а те, кто пытался, никогда не возвращались.,
-Найди мне человека или разумного, из рабов, или из воинов, который знает путь через Великие пески.
-Э.. да мой господин… можно задать один вопрос?
-Задавай.
-Вы хотите пересечь Великие пески?
-Я думаю об этом, так как в приграничных землях, мы взяли слишком мало воинов, никто не хочет сражаться за Владыку. С рабами легче их никто не спрашивает, просто ставят клеймо и все, а вот с воинами сложнее. И если Великие пески не пересекали те, кто живет за ними, может быть для них нет существенной разницы, за кого держать меч?!
-Ваше предположение имеет смысл, только разрешите дать вам совет?!
-Давай, я охотно послушаю…
-Мессарийцы, вольный народ, поэтому те, кто живет в приграничье, мало по малу нахватались блох от западной цивилизации и нанимаются служить как наемники. А вот в самой Мессарии, нам маловероятно получится нанять нужное количество разумных, поэтому предлагаю идти на юг к океану, и брать все поселения вдоль границы.
-Твой совет не лишен логики Маруг, и как ты с такими мозгами до сих пор не правишь Хорадом, ума не приложу. Но опять же, с твоих слов никто не возвращался с той стороны Великих песков, поэтому стоит проверить что там, тем более что со времен Великого Газура, никто с таким войском не пытался пересечь великие пески, ходили лишь одиночки.
-Это то да, но мой господин, если вы изъявите желание идти через Великие пески, не многие из Хорадцев поддержат ваше решение, скорее всего все откажутся, и мы останемся без войска.
-Даже под страхом смерти? Я думаю, идти против моего решения, равносильно тому что, идти против решения Владыки…
-Но многие выберут смерть в Хораде, чем смерть в Мессарийских Великих песках, здесь вам следует поступить чуточку тоньше, разрешите воинам брать себе рабов на выбор не более трех на человека, и повысьте жалование на половину от имеющегося. Думаю на таких условиях мои соплеменники, согласятся идти даже в логово демонов.
-А в этом есть смысл… Хорошо, но фураж и кормежка дополнительных рабов, будет за счет их хозяев. Пусти слух меж воинов, что такой вариант возможен, пусть прикинут за то время пока ты не найдешь мне проводника через пески.
-Как пожелаете, мой господин.- Маруг хотел было уйти.
-Что там у нас происходит?
-Там обоз с рабами, мой господин…
-А что за шум, ни ужели твои воины не могут справиться с рабами?!
Дормиан направил своего коня в сторону обоза с рабами, дабы самому увидеть причину столь громкого представления. Подъехав ближе, он увидел такую картину. Шесть наемников, пытались копьями загнать в клетку старую морану в клеть с тремя такими же, как и она. Но старая морана не хотела идти в клеть, вместо этого она размахивала руками и била в бубен, воя на своем моранском наречии, и мотая головой, которая была увешана сотней маленьких бубенцов, звенящих при каждом повороте головы.
-Что здесь происходит? – Спросил Дориан у двух воинов, которые наблюдали это представление.
-Ничего такого, мой господин, - ответил один из них,- просто старая Нья-на обожралась какой-то травы, и заходит в своих шаманских припадках.
-Так она шаман?! Женщина шаман?!
-Ну, доподлинно не понятно, у этих мессарийцев несколько каст жрецов, а кто из них кто не разберешь, но вот ее бубенцы на голове, говорят о принадлежности к шаманам, поэтому ее не убили, при последнем набеге взяв в плен, чтоб остальные не бунтовались.
-И что мешает, прикончить ее сейчас?!
-Ничего мой господин, только убить шамана в момент «прозрения», это чревато бунтом, поэтому мы и пытаемся всего лишь загнать ее в клетку.
Дормиан соскочил со своего коня, и взял у охранников обоза дубину. Затем медленно стал подходить к моране сзади, дабы успокоить ее одним ударом. Вместо этого он заметил, как шерсть мораны на загривке встала дыбом, и за тем в один удар сердца, перед его лицом уже был не загривок, а дьявольский оскал, увенчанный взглядом с закатившимися белками. Дормиан лишь на секунду оторопев, с силой опустил на голову моране дубину, выронив бубен и колотушку, она вскинула руки с пяти сантиметровыми когтями в его сторону но, так и не дотянувшись, упала лицом о землю, тонкая струйка крови сочилась в пыль, превращая ее в кровавую грязь.
-Ну, вот и все, а то устроили тут зрелище, на будущее, успокаивайте всех, таким образом, а не ждите когда взбесившийся раб, пусть даже в трансе, призовет к бунту остальных. Ее привести в чувство, и привязать вон к тому дереву на бугре, приказ ясен? Выполнять…
Наемники подхватили бесчувственное тело и понесли к дереву, кто-то из них подхватил веревку и кувшин воды, и поспешил следом. Дормиан бросил дубину в пыль, где черным пятном виднелась пролитая кровь. Бросив взгляд на Маруга, кивком головы подозвал его.
-Маруг ты понимаешь диалект моранов?!
-Немного мой господин…
-Пойдем со мной, допросим эту старую, может, что и узнаем полезного…
-Мой господин, не хотите ли вы сказать, что верите в предсказания какой-то старой мораны, так она же в наркотическом угаре билась…
-Может быть ты и прав, но глаза врать не могут, а я увидел в ее глазах такое, что очень даже похоже на зов ее предков.
Дормиан направился к дереву, где наемники приводили в чувство морану, предварительно крепко привязав ее к нему. Отдав поводья обоих коней охранникам, Маруг поспешил за ним.
Из раны на голове мораны, текла кровь разбавленная водой, из кувшина которой окатили ее охранники. Стекая по покрытому шерстью лицу, она окрашивала белоснежную шерсть в розовый цвет. Дормиан подошел к моране, и спросил у Маруга.
-Маруг переведи этой старой бестии, чтобы она поведала мне о своем видении.
-Нья-на старая, но не глупая, Ньяна знать ваш язык, темные собаки, - совершенно неожиданно сказала, привязанная к дереву морана, и попыталась плюнуть Дормиану в лицо. У нее не получилось, вместо этого ее густая пенная слюна повисла в углу рта со стертыми временем клыками.
-Маруг ты погляди, она может говорить по нашему, значит не все так безнадежно. Ты иди, погуляй в сторонке, а я сам поговорю с этой старой бестией.
-Как угодно господин. – Маруг спрятал в ножны меч, которым намеревался наказать морану, плюющую в лицо господину, и отошел шагов на десять.
-Итак, значит, тебя зовут Нья-на?! Кто ты, у твоего народа, Нья-на?!
-Нья-на мое имя… все знать я кхатург, собака…
-Кхатург, это шаман по вашему?!
-Шаман это вашему… Мы говорить, - кхатург.
-Меня интересует, что ты видела там, - и Дормиан указал рукой в сторону обоза с рабами.
-Голос мудрости говорить со мной, голос нашим предков, твоя не знать собака, твоя только смеяться… развязать Нья-на, я показать как убивать кхатург.
-Никто, ты слышишь меня, никто не будет над тобой смеяться впредь, если прикажу не смеяться, я тень Владыки, мое слово закон для этих людей. Теперь расскажи мне, что ты увидела…?
-Нья-на не верить тебе собака, Нья-на молчать, тазур таг говхаар…
-Тише милая тише, я даю тебе слово, что никто впредь не будет над тобой смеяться, и если ты шаман, тебе будет позволено под охраной, помогать больным и раненым соплеменникам, ну что теперь, скажешь?
-Нья-на старая, не глупая, ты обманывать, твоя люди обманывать всегда, приходить торговать, а затем убивать наши мужчин, брать в рабы наши люди, Нья-на не верить тебе собака. - Она смотрела мне прямо в глаза, как хищник на жертву перед прыжком, и только кончик ее хвоста нервно дергался, выдавая ее нетерпение. - Ты обещать мне, дать моя помощник обратно, Нья-на старая, Нья-на не мочь ходить помогать, Кья-ра молодая, Кья-ра мочь…
-Кья-ра, твоя помощница?! Где она, вместе с тобой?!
-Нет, ее забрать, вождь охранники, Кья-ра молодой, маленький как человек, она красивый…он ее забрать к себе близко.
-Маруг?!
-Да мой господин…
-Сходи к начальнику обоза и спроси, куда он спрятал помощницу этой мораны. Кья-ра ее имя, и напомни, что брать рабов в личное услужение, я разрешения не давал. Приведи ее ко мне.
-Все сделаю мой господин…
Дормиан присел на камень и погрузился в свои мысли. Как-то в детстве, в трущобах столицы, он попытался обшарить карманы валявшегося в пьяном угаре мессарийца, с такими же бубенцами в волосах. Вместо этого, он получил шрамы на запястье и предсказание возвыситься при дворе одного из господ этого мира. И сейчас нельзя было упускать, возможность заглянуть в тайну мессарийских шаманов, тем более что сам Дормиан знал, что их предсказания имеют привычку сбываться, если бы не так, он кормил бы крыс своим телом в трущобах столицы.
Старая Нья-на тем временем слизывала кровь с лица своим кошачьим языком, такие фокусы могут исполнять только мессарийцы. Дормиан наблюдая за ней вспомнил, что дал приказ одному из своих капитанов поднимать караван на марш, нужно было поторопиться, времени оставалось не так много, до того как караван тронется в путь.
Тем временем в стороне каравана показался Маруг, ведущий впереди себя месарийку, ростом чуть ниже его самого.