Уже приносила на суд вот в этой темке (http://fantasts.ru/forum/index.php?showtopic=6307). Попыталась выправить. С удовольствие послушаю ругань и на тему грамотности в том числе. буду ещё вычитывать ибо есть несколько моментов, что мне не нравится, но пока не решила как их исправить. но наверное на 70% я текст сделала
по заявкам слушателей анотация (звездец какая корявая): В не самом далёком будущем на планете Земля случилась череда войн после чего образовалось Общество. Для некоторых жителей Общество - это рай. Но если б всё было так, то и произведения не было. Живёт себе милая, немая девушка Ася пока не приходит ей время замуж идти. Общество обязует её выйти замуж за хмурого и нелюдимого Германа. жила она в замужестве поживала, да добра наживала, пока в один из дней муж не исчез оставив записку... это нам с вами привычно разводы всякие, а в Обществе нельзя. создал ячейку и живи всю жизнь. ко всему прочему у Аси начало просыпаться чувство к этому странному мужчине. а тут ещё бандиты какие-то нагрянули и девушку напугали. вот и собрав все свои пожитки она рванула из дома искать мужа. во время пути она выясняет, что Общество собственно говоря ни на минуту не рай, а буйно кипящая клоака: и людей убивают почём зря - тех кто под стандарт не подходит, эксперименты над ними ставят, да на органы разбирают, и само Общество разваливается на запчасти, а запчасти друг с другом воюют, и повстанческое движение цветёт буйным цветом желая изничтожить Общество плодящее не полноценных людей. вот как-то так, модная нынче антиутопия, правда идея зародилась очень давно году эдак в 2000

1
Я подошла к зеркалу и завязала свои длинные густые волосы в тугой пучок. Тётушка любит говорить, что волосы – это моё богатство. Она конечно была права: длинные, завивающиеся локонами и то русые, то бронзовые, то золотые в зависимости от освещения были щедрым даром природы. Давным-давно у меня было ещё одно богатство – голос. Когда я была маленькой, я любила петь. Я помню как в детстве после ужина, вся наша семья рассаживалась у стола под раскидистой яблоней, а я взбиралась на пенёк в середине двора и пела. Пела так что у слушателей замирало сердце, так что люди, проходившие мимо нашего двора, останавливались, заслушавшись, а соседи, зная о нашем ежевечернем импровизированном концерте, рассаживались в своих дворах или приходили к нашему невысокому деревянному забору, тоже готовясь слушать. Тогда меня звали Соловушка. Это было давно.
Мне было девять лет, когда случилась беда, которая лишила меня радостного и беззаботного детства, а заодно и голоса. Мои родители поехали на конференцию в город и взяли с собой сестру, которая подумывала пойти, учиться на ветеринара, чтобы она разузнала какие надо пройти тесты и знания по каким предметам наиболее важны для поступления в институт. Но до города они так и не доехали. Как мне рассказала тётушка, поезд сошел с рельсов и случился взрыв.
Не помню, что со мной произошло, когда я узнала об их гибели. Кажется, упала в обморок. Не помню. Потом, говорят, неделю лежала с температурой сорок два, тётушка боялась, что сгорю. Но нет, оказалось, я сильная - выкарабкалась. Потом ещё несколько дней молча сидела, уставившись в окно. А однажды вечером я поняла, мне необходимо выплеснуть всю ту горечь, что плескалась во мне, жгла душу - как кислота. Уже было темно, ранние весенние сумерки тихо опускались на наше село окутывая его покрывалом тумана. Тетушка, стараясь не шуметь, домывала посуду на кухне думая, что я сплю, я же тем временем выскользнула на пустой, тёмный двор, залезла на свой пенёк, открыла рот и… и ничего, ничего не произошло, я не смогла вымолвить не звука. В шоке долго стояла я на пеньке, открывая рот, как рыба, силясь произнести хоть что-то. Затем побежала к тётушке, со слезами на глазах, трясла её за руку, прижималась мокрым от слёз лицом к её груди в фартуке, пытаясь показать, что не могу произнести ни звука. Только минут через пятнадцать, тётя поняла причину моих стенаний, и тут уже заплакала сама. Хотя я была хорошей доброй и послушной девочкой, наверное, всё же для многих моим главным достоинством был голос, его обожали все.
Тётя долго и упорно водила меня по врачам, даже в город возила, еле впихнув меня в поезд, которого я боялась больше чем огня. Врачи лишь разводили руками. Они не знали, почему я молчу, здоровье у меня было отменное. Один городской врач сказал тётке, что, скорее всего, это нервное, и есть надежда, что голос вернётся, но он так и не вернулся.
Но каждый вечер, не зависимо от вердиктов врачей, когда на село опускалась темнота, я выходила во двор, вставала на свой пенёк, закрывала глаза и пела. Конечно, из моего горла не вылетало ни звука, но я пела - пела душой, изливая по привычке все свои радости и горести в этой немой песне.
Именно из-за потери голоса сегодня я, Василиса Район Сол Виндзор или попросту Ася, образую семейную пару с абсолютно неизвестным мне человеком, назначенным Комитетом по образованию ячейки Общества.
Когда-то давно, более ста лет назад, люди устав от жесточайшей «Войны за территории» - именно так она называлась в учебниках, образовали сначала Совет, в котором участвовали представители всех стран, а затем создали Общество. С тех пор у нас нет стран - у нас есть Общество, оно помогает обустраивать жизнь на всей нашей многострадальной планете и в котором все равны. Да есть начальники и руководители, но их жизнь ничем не отличаются от жизни других граждан. Общество разделило все производство в зависимости от природных особенностей территорий, и каждый гражданин трудится на благо окружающих в меру своих сил и способностей. Чтобы механизм работал, как часы было создано множество комитетов для разных областей жизни, в том числе и для создания семейных отношений или как их принято называть - ячеек.
Есть правило как и когда создаётся ячейка. До двадцати пяти лет ты можешь создавать ячейку с кем тебе захочется, есть одно «но» прежде чем бежать в Комитет надо очень серьёзно подумать ведь ячейка создаётся один раз и на всю жизнь. Обычно юноши и девушки начинают встречаться в старших классах школы и потом, лет через пять, если они уверены в своих чувствах и друг в друге они оформляют свои отношения. Это обычно так бывает, но только не у меня. Я оказалась среди тех, кто является исключением из правил. Выглядят исключения так – если ты не выбрал себе пару до двадцати пяти лет, тебе в день двадцать пятого дня рождения её выбирает Комитет. А есть ещё те, кто не создают ячейку даже в этом возрасте потому, что человек серьёзно болен и лечится или несёт службу и не может отлучиться для образования ячейки, хотя я и не понимаю, какая ж эта служба может быть, но так написано в правилах. Они образуют семейную пару тогда, когда служба закончена или человек вылечился.
Когда я потеряла голос, тётя боялась, что я не смогу учится. Но она оказалась не права, я окончила школу вместе с ребятами, у которых не было изъянов. В старших классах, когда они начали строить отношения, я, хотя и симпатичная, не пользовалась спросом. Меня не чурались, но и друзей у меня не было. Наверное, они не понимали, да и думаю, сейчас не понимают, как можно дружить с немой. Что бы поболтать со мной, надо или знать язык жестов, или читать записки, коими я общаюсь с людьми, которые этот язык не знают. В общем, с личной жизнью у меня не сложилось. И сегодня, пятнадцатого октября, в мой дня рождения, я приду в комиссию к десяти часам и мне сообщат, с кем я свяжу свою жизнь.
Вообще к выбору спутника комиссия подходит очень серьёзно, последние несколько месяцев я прошла множество тестов, показывающих моё психическое и физическое состояние, и интересы и умственное развитие и, наверное, многое другое, на десятом тесте мне стало не интересно для чего они нужны.
Возможно, если бы у меня был другой характер, я бы не попала в такую ситуацию. Моя сестра Филька, она была боевая. Если б она оказалась на моём месте, она передружилась бы со всеми девчонками в школе, а уж от ухажеров отбоя бы не было.
Вообще сестру звали Фелисидат Любовь Хоуп Виндзор. Наша мама была мастак придумывать необычные имена. В селе у всех имена были простые: Иван, Фатима, Дженни или Луис. Но наша мама хотела имена со значением, в её понимании моё имя значит – царица луча солнца, а имя сестры – счастье, любовь и надежда. А ещё она утверждала, что когда-то давно до того как начались войны, наши предки были то ли царями, то ли королями, в общем именитыми особами, а таким не дело носить обычные имена, выдумщица она была, наша мама. Ну, конечно же, полными именами нас никто не называл, сестрица за свою непоседливость, активность и горячий нрав быстро обзавелась именем Филька, а я, практически полная её противоположность, стала Асей.
Я осмотрела с ног до головы своё отражение в зеркале. Кремовое прямое платье до середины бедра плотно облегала фигуру - «песочные часы», не скрывая длинные и прямые ноги. Лицо с лёгким макияжем, выглядело свежо. Вообще мне повезло, я имею достаточно яркие черты лица и в повседневной жизни, необходимости пользоваться косметикой, у меня нет. Я одолжила её ради сегодняшнего «торжества» у соседской дочки. И теперь из зеркала на меня смотрела молодая женщина с большими зелёными глазами, плавными чертами лица, немного вздёрнутым носом и аккуратным меленьким ртом. Осталось одеть бежевые лакированные лодочки на высокой шпильке, и я была готова. В комнату вошла тётушка:
- Асенька, зачем же ты собрала свои волосы? Они же такие красивые!
- Это серьёзное мероприятие, и не хорошо на нём появляться лохматой, - жестами ответила я ей. Тётушка ещё в начале всей этой истории с моей немотой специально обучила ему меня и выучилась сама. Так было значительно удобнее, нежели написание записок.
2
Дом, где проводилось мероприятие по созданию ячейки находился немного на отшибе села и практически всегда пустовал. Лишь несколько дней в году из города приезжала регистратор комитета, это случалось, когда кому-то из жителей села исполнялось двадцать пять лет и у него не было пары. Если таковых не оказывалось, то регистраторша приезжала лишь в декабре. Сегодняшнее мероприятие было назначено благодаря моему дню рождения. В этот день ячейку могли создать все желающие, а не только я.
В нашем селе редко назначают такие мероприятия создания ячейки как в этот раз, потому что хотя село большое, редко кто не находит сам себе пару. Обычно все желающие приходят в конце декабря в день создания ячейки, он един во всём Обществе, и регистратор оформляет отношения. Сегодня у дверей стояло десять пар и я. Все пришли заранее и у меня была возможность оглядеть присутствующих. Их лица были мне знакомыми, кого-то я знала даже по именам, девушки стояли рядом со своими молодыми людьми, одна была только я, а это значило, что моего будущего супруга здесь нет.
Ну что же, возможно, мой спутник будет не из нашего села. С одной стороны меня это расстраивало, абсолютно не хотелось уезжать и оставлять свой дом и тётушку. А с другой я не знала никого в селе, кто мог бы подходить на роль моей пары. Пара выбирается из тех людей, которые живут в твоей местности и им уже исполнилось двадцать четыре года, но они не с кем не строят отношения или из тех, кому в этот же день исполняется двадцать пять, но они живут в других местах, есть ещё конечно вариант что Общество выберет тебе в спутники жизни тех кто не успел до двадцати пяти лет создать ячейку, но у нас такие союзу были очень редки, поэтому я и забыла о них. Комитет выбирает наиболее подходящую по результатам теста пару, они встречаются там, где живёт невеста и создают ячейку. Часто такие пары, образовав ячейку, уезжали к жениху. В моём случае меня, по документам, здесь не держит ничего. Моя профессия подсобный рабочий, а с этой профессией можно работать везде.
В последних классах школы проводятся тесты на проф. пригодность. Тебя усаживают на кресло, крепят огромное количество датчиков и регистрируют ответы на вопросы, которые, как кажется, не имеют никакого отношения к профессии. Конечно, можно выбрать любую специальность, но в обучающих заведениях внимательно смотрят, что бы твои склонности и способности подходили к выбранной профессии. Например, ты не мог, учится на танцора, если тесты не выявили у тебя чувства ритма. Обществу не выгодно затрачивать силы на обучение того кого невозможно выучить. Результаты моего теста были печальными – певица, педагог по пению и подсобный рабочий. Я не стала пытаться придумать что-то особенное, ведь никаких других выдающихся показателей у меня больше было, и пошла на ферму подсобным рабочим.
Ровно в десять часов утра двери здания "Создания ячейки "открыла молодая девушка и впустила всех страждущих внутрь. Мы прошли по небольшому коридору, и попали в просторную залу. У самой дальней стены стоял обычный письменный стол, за ним восседала, представитель комитета, справа и слева вдоль стен тянулся ряд стульев, оббитых кремовым бархатом.
- Присаживайтесь, - обратилась к пришедшим девушка, - регистратор будет вызывать тех, кто подал заявления и тех, у кого сегодня назначен день создания ячейки.
Молодые люди и девушки принялись рассаживаться на стулья небольшими группками, кто-то садился поближе к регистраторше, кто-то, наоборот подальше. Я, немного постояв у дверей, решительно направилась к этой женщине, сидящей за столом. В конце концов, из-за меня назначен сегодняшний день, да и фамилия моя одна из первых в списке, это точно.
Дойдя до стола, я озадаченно остановилась, внешность регистраторши вызвала у меня удивление. Волосы всех цветов радуги были начёсаны и собраны в невообразимо высокую причёску, из-за длинных ресниц, украшенных стразами, было не видно глаз, а её одежда чёрно-лилового цвета мерцала и переливалась. Собравшись с мыслями и отойдя от шока вызванного внешним видом регистраторши, всё-таки в селе люди выглядят как люди, а не как дикие попугаи, я протянула ей заготовленную записку: «Добрый день, меня зовут Василиса Район Сол Виндзор, вы не могли бы провести первой мою процедуру создания ячейки»
Регистраторша непонимающе подняла на меня глаза, ну или мне так показалось из-за её взмаха ресницами:
- А почему ты мне записки даёшь? Ты что сказать не можешь?
Я отрицательно помотала головой и дала ей ещё одну записку: «Я немая»
- О! извини! – она покопалась в своём самопишущем планшете, - нет, твоя процедура чуть позже. Присядь, - тон стал повелительным.
Я, вздохнув, потащилась на стул где-то в середине зала. Регистраторша вызвала первую пару, она сверилась со списками, побеседовала с молодыми людьми, они подписали бумаги и удалилась. Она вызвала следующих. От нечего делать я начала осматривать присутствующих. Девушки были в своих лучших платьях, кто-то был ярко накрашен, пытаясь подражать модникам из главных городов, но стоило взглянуть на регистраторшу, как становилось понятно, насколько их попытка была жалка. Жители села редко выбирались в такие города. Это нам было без надобности. Все службы, которых не было в селе, обязательно приезжали или по вызову или раз в полгода. Да и здесь многое было. Я уже говорила, что село у нас большое, более двухсот человек. Я, вздохнув ещё раз, обвела взглядом зал краем глаза заметив, что в дверях кто-то появился. Когда я повернулась, по моей спине пробежал холодок.
3
В дверях стоял Герман. Единственный холостяк в нашем селе кому было больше двадцати пяти. Герман был старше меня на три года. Когда мы учились в школе Герман был мечтой всех девушек. Голубоглазый красавец с волосами цвета спелой пшеницы и идеальной фигурой, он ко всему прочему был весельчаком, балагуром и душой компании. Девушки мечтали, чтобы он хотя бы взглянул на них, а парни хотели быть похожими на него, статного, с литыми мышцами, обаятельного юношу.
Таким он был, пока не выбрал профессию. Его тест показал, что ему стоит стать военным, и он с радостью отправился служить, и правда, было бы странно, если бы он выбрал другую профессию, он был храбрым, но справедливым. Он уехал. Честно говоря, я никогда не понимала, зачем нам армия, если мир это одно большое Общество и воевать нам, по сути, не с кем. А через два года его привезли, точнее, привезли то, что от него осталось. Тетушке Ирме сообщили, что произошел несчастный случай и взорвалась машина, в которой Герман вёз боеприпасы на учения. На то, что привезли, смотреть было страшно. Его в прямом смысле собрали по кусочкам, единственное, что почти не пострадало, было его красивое лицо, на нём был только один шрам, который тянулся от уха до подбородка по контуру лица. Врачи сказали, что жить ему месяц или два, ну максимум год. Но они не знали его мать! Милая и добрая старушка была сельской знахаркой.
Знахарей почти не осталось, а официально их и не было, но в старых больших сёлах, как наше, обычно были потомственные знахари или шаманы. Пять лет тётушка Ирма выхаживала своего сына, не раз по селу шел слух, что Герман умер, но вопреки всему два года назад он вышел из дому. Его мать казалось только и жила ради того, что бы выхаживать сына, потому что через месяц она тихо умерла ночью во сне. Герман устроился работать на ферму шофёром, но от того приятного парня каким он был не осталось и следа. Он стал угрюмым и не разговорчивым, на всех смотрел исподлобья. Когда он шел по улице, прихрамывая на левую ногу, люди старались перейти на другую сторону, настолько он него веяло негативом и даже злом.
И вот сейчас он стоял в дверях зала, единственный мужчина без пары. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять - именно его Комиссия подобрала мне в спутники жизни. Правильно, ведь надо же было нас, куда-то девать. Одинокими в нашем Обществе были только вдовы и вдовцы. Ведь одинокий человек не счастлив, а несчастливый человек не может хорошо трудится на благо Обществу. Я глубоко вздохнула. Ну что ж, если судьба уготовила его в мои спутники жизни, значит, так тому и быть. Я оправила платье и ещё раз взглянула на него.
Герман окинул взглядом весь зал, осталось несколько пар не соединённых в ячейки, потом взглянул на меня, от чего показалось что мне за шиворот посыпались муравьи, не могу даже точно сказать что почувствовала, то ли восхищение от этого человека, то ли страх. Оглядев меня с ног до головы, он подошел, прихрамывая и сел на стул рядом. Мы молча дожидались, когда назовут наши фамилии, он не стремился говорить, а мне как-то не с руки было.
- Виндзор, Рокотов. Подойдите.
Мы встали и подошли к регистраторше, честно говоря, ноги мои подгибались от переживаний.
- Присаживайтесь, - жеманно указав на стулья, обранила она, - Василиса Район Сол Виндзор, Герман Рокотов! Сегодня знаменательный день в вашей жизни. Комиссия выбрала вас для создания ячейки, я надеюсь, вы понимаете, какая на вас лежит ответственность. Вы призваны создать ячейку из двух счастливых людей, и создать счастливое и полноценное потомство! Распишитесь, - она пододвинула ко мне планшетку и дала электронную ручку, я расписалась, - теперь вы, - она пододвинула планшетку Герману, а я протянула ручку, взглянув на меня пронзительными синими глазами, он взял её и расписался, - поздравляю вас с созданием ячейки! До свидания.
Кивнув мы встали и пошли к дверям
- Сегодня, после рабочего дня я приду к тебе, за тобой и вещами, - на крыльце бросил мне Герман и пошел к ферме. А я так и осталась стоять на крыльце.
4
- Асенка как ты сказала? Герман? Господи! – тётушка всплеснула руками и осела на стул. Она была женщиной пятидесяти пяти лет, с простым, деревенским лицом и натруженными руками. Она осталась со мной, когда погибли родители. Тётин муж погиб на пять лет раньше, его придавило бревном, когда валили деревья в лесу. Детей у них не случилось. Тётушка перебралась после его смерти к нам и посвятила всю себя мне и Федьке, а потом только мне. Конечно, для неё было шоком, что моим спутником стал Герман, - это бирюк! Как же ты теперь будешь деточка моя! Что же он с тобой сделает?
- Ничего он со мной не сделает. Человек как человек, что ты причитаешь? – языком жестов я ответила тёте. Я храбрилась, у самой же в голове бродили мысли на тему: «Что-то со мной теперь будет?»
- Он, небось, тебя и из дому-то выпускать не будет!
- Тётя! Ну зачем ты говоришь глупости! Наоборот хорошо, что он из нашего села - мы видеться сможем! – тётя была дояркой на ферме, а в последнее время в доярки шло мало девушек и если бы мне пришлось уезжать, тёте не разрешили бы ехать со мной.
Не захотев слушать её причитания, я пошла в свою комнату. Пожитков то у меня не много - пара платьев, несколько фотографий, да и так мелочёвка. Сложив всё за пятнадцать минут, я села, на кровати раздумывая: «Что же мне теперь делать?». Нет не в глобальном плане, а чем занять день. У меня в отличие от Германа сегодня был выходной, если бы не день создания ячейки, конечно, я бы занималась домашними делами, а сейчас сижу и думаю, что их-то много и хочется кинуться и все сделать, что бы тёте полегче было. А всего-то и не успеешь. Я потёрла подбородок. Пожалуй, стоит напечь пирогов, праздник всё-таки. Я пошла на кухню и завела тесто, за работой время летело, тётушка только изредка заходила на кухню, вздыхала и уходила, ничего не сказав. Да и что тут скажешь? Сначала я напекла пирогов, потом вымыла весь большой дом, потом поштопала тёткины вещи, потому что у неё стало ухудшаться зрение и ей теперь это делать тяжело…
Я как раз сидела в гостиной и зашивала последний носок, когда в дверь деликатно постучались. «Наверное это соседская дочка пришла за косметикой, которую мне одолжила, я совсем забыла её отдать» - подумалось мне, но когда тётушка открыла дверь, на пороге стоял Герман:
- Ну что готова?
- Может, чаю с пирогами попьём? – сказала я знаками,- тётя переведи ему.
- Асенька предлагает чай с пирогами попить, - пискнула тётя, стараясь не смотреть на Германа.
Он поскрёб подбородок заросший щетиной глядя в пол, взглянул на тётю, потом на меня, и снова на пол.
- Ну что ж, если ты хочешь, давай попьём, - он зашел в дом, заняв собой сразу всю прихожую, стянул сапоги и осмотрелся в поисках кухни.
Я отложив заштопанный носок, махнула рукой, зовя за собой и пошла впереди. Зайдя в кухню, я обернулась посмотреть идёт ли он за мной и упёлась носом прямо в грудь Германа, он шел так бесшумно, как кот и я даже не заметила, что он догнал меня. Моё лицо тут же залило краской, отвернувшись, я принялась хлопотать, надеясь, что он не заметил моих красных щёк.
Поставив на стол чашки с чаем и блюдо с пирогами, я присоединилась к Герману и тётушке уже сидящими за столом. Чаепитие прошло в гнетуще тишине. Тётя боялась Германа и почти не притронулась ни к пирогам, ни к чаю. Герман же спокойно пил чай, ел пироги, но ни на кого не смотрел.
- Пошли? – спросил он, как только я отставила чашку, я кивнула. Встав он вышел в гостиную, я поплелась за ним. Мне так не хотелось уходить из моего дома, на душе скреблись кошки. Хотелось, бросится в комнату, залезть под одеяло и сказать: «я в домике», как я говорила когда мы с сестрой играли в прятки, – это твоё? - он указал на небольшую сумку в углу. Я снова кивнула. Он обулся, закинул сумку на плечо и выжидательное посмотрел на меня. Обняв тётушку, которая начала шмыгать носом, стараясь проглотить слёзы, я последний раз обвела глазами свой дом и вышла вслед за Германом.