Это уже куда как достовернее. Хотя сам бы диалог получше проработать. Драматичней сделать. А то как-то слишком отвлеченно вышло.

Оговорюсь. В этой части никакого экшна. Острая ситуация миновала, после неё всегда приходят в себя.
В общем, часть скучноватая, исключительно для связки слов. Возможно, она вообще не нужна.


Ещё через час все разъехались. Майор обменялся с Германом телефонами.
- Будешь рядом – звони, старшина. Да и вообще… десантники бывшими не бывают.
Уваров прошел мимо молча, Вейсман кивнул. Последовательно хлопнули двери автомобилей. Пожав Герману руку, сел в машину и майор.
Когда ворота закрылись, к Герману подошел Инженер.
- Ф-ф-у-у-у… - выдохнул Герман, Инженер засмеялся, - я хочу в отпуск.
- Так иди. Пойдем, с тобой Андрей хочет почирикать. Да и я тоже.
- Ни хач-у-у, - капризно скривился Герман.
- Пойдем, пойдем, тебе интересно будет, - смеялся Инженер.

Уфимцев ждал их в своем кабинете. Обсуждение действительно было радующим.
- Ну, что, мои дорогие друзья? Мы выходим на миллиардную прибыль в долларовом эквиваленте.
Экономист пояснил, что он считает не по итогам года, а делает мгновенный срез. Уровень рентабельности сильно поднялся в последнее время и если бы он был таким в течение всего года, то озвученная прибыль и нарисовалась бы.
- Надо думать, куда направим ресурсы, - заключил Уфимцев.
- Действительно, проблемы приятные, - согласился Герман, - а куда деньги девать, Равиль быстро придумает.
- Уже придумал, - улыбался Инженер. И увлеченно стал излагать свои проекты. Экономист поделился своими планами, и они стали оценивать возможные перспективы. Герман помалкивал, слушал вполуха. Через полчаса Уфимцев обиделся:
- Герман, ты совсем не слушаешь…
- Да, слушаю, слушаю… ты хочешь создать негосударственный пенсионный фонд и медстраховую компанию. Резоны понятные, деньги не утекают чужому дяде, а остаются в корпорации. Равиль хочет прибрать к рукам газовые поля под Оренбургом и истекает слюной на солнечные батареи из Дубны. Выращивание злаков под колпаком, чтобы влага бесполезно не улетучивалась в атмосферу, тоже интересно.
Герман сделал вялый жест рукой.
- Чего вы от меня хотите? Согласия? Я согласен. От себя добавлю: надо подумать о собственном медцентре. Многопрофильном.
Экономист кивнул. Герман был прав, для затей Равиля достаточно подвести бизнес-план, а это его забота, не управляющего. Для прожектов Уфимцева вообще ничьего экспертного заключения не требовалось. Тут экономисты сами были конечной экспертной инстанцией.

Герман не пропускал рассуждения друзей, но его занимала другая картинка, возникшая в голове совсем недавно. Строй хорошо вооруженных и готовых ко всему солдат… «я становлюсь похожим на Урфина Джюса, только мне деревянные солдаты не нужны» - иронизировал сам над собой Герман.
- Хорошо вам, ребята. Всё-то вы знаете, всё понимаете… я вот ума не приложу, как и что мне делать.
Друзья воззрились на него. Экономист, как хозяин, озадачил секретаршу сварить кофе на троих. Инженер попробовал возразить:
- Да почему? Тоже проблем хватает, - Герман сначала укоризненно посмотрел на него.
- Ты их видишь. Если не знаешь, как решить, то знаешь, кто может решить и нанять его.
- А ты чего хочешь?
- Армию.
Экономист с Инженером переглянулись. Герман безнадежно усмехнулся.
- А теперь пальцем у виска покрутите.
Секретарша принесла поднос с кофейником. Уфимцев рассеянно поблагодарил и принялся разливать. Инженер взял пахучую чашку, втянул носом воздух и отошел к окну. Экономист свой кофе поставил так, чтобы парок от неё не миновал его лица.
- Ребята, а ведь мы изменились. Несколько лет назад мы бы так и сказали. Долго б спорили. Я вот тоже почти ничего Равилю не сказал, когда он тут размахивал руками и утверждал, что руда в том месте есть. Надо же! Нашли ведь! А у меня до сих пор ощущение, что это авантюра.
- Угу. Ты ничего не сказал, - обличающе ткнул в него пальцем Инженер, - зато как смотрел. А руда нашлась. Да еще какая!
- Вот Германа понимаю. Представь, приходит ОМОН с автоматами, а против них танковая или десантно-штурмовая рота. Сильно! И очевидна фантастичность картинки.
Друзья порассуждали о собственной армии.
Инженер пожал плечами.
- А чего тут думать? Создадим для молодежи военно-патриотический клуб. Военно-спортивно-патриотический, - поправился Инженер, - всё законно. Обучаем всему, чему можно обучать. Потом завязываемся на какие-нибудь войсковые части, договариваемся с комиссариатами, чтобы члены клуба служили в каких-то определенных местах.
- Как бы их еще привязать после службы? – задумался Герман, - это только первый этап. Потом всё затухнет. С отслужившими вообще плохо в смысле психологии. После армии парни женятся и корни пускают.
- Пусть женятся. Лучших будем брать в СБ (службу безопасности), где всё у нас будет под контролем, - пожал плечами Экономист, - какие проблемы?
- Раздуть штат СБ? Это путь. И о ЧОПе можно подумать, - чуть посветлел Герман.

Разговор иссяк, как и бережно, маленькими глоточками, выпитый кофе. Время уже пересекло рубеж обеденного перерыва. Пятница, один из самых приятных дней недели, заканчивалась. После обеда разошлись по кабинетам. Герман долго разговаривал с руководством комбината. Заводоуправление приводилось в порядок, всё входило в норму.
В конце дня зашел Инженер.
- Ты надолго у нас?
- Дима приедет завтра, переночует, на следующий день можно ехать.
- В воскресенье? – поморщился Инженер. Герман пожал плечами.
- У меня предложение лучше. Поехали ко мне. У меня тут домик в деревне. Полчаса неторопливой езды. Я там и живу, только не всегда ночую. Мама там у меня хозяйничает. Дима прямо туда подъедет.
- Можно. Давно твоих дочек не видел.
- И не увидишь. Они в гостях у тещи.

«Лада-приора» ехала, действительно, недолго. Времени ушло бы еще меньше, если б Герман не попросил его высадить на выбранном ровном участке дороги. Он решил пробежаться.
- Ага. Вот зачем ты спортивный костюм одел, - Герман кивнул.
- Застоялся, понимаешь? Всё сижу и сижу, аж тошно.
«Лада» уехала вперед. Инженер уезжал и останавливался в пределах видимости. Дорога пошла через небольшой лесок. Герман порезвился и там, повисев и подтянувшись на подходящей ветке.
Через 5 км и поворота на грунтовку прибыли на место. Инженер смотрел на слегка вспотевшего и довольного Германа немного с завистью.
- Маловато, но ничего, - Герман уже во дворе выбрал место и принялся отжиматься. Инженер покачал головой и пошел в дом. Кобель Пират, встретивший незнакомца из своего угла приветливым лаем, наклонил голову вбок. Кажется, он улыбался, таких гостей пёс еще не видел.
Ужинали вместе с Зинаидой Петровной. О работе не говорили. И желания такого не возникало после маринованных грибочков, дурманяще пахучей наливки, молодой картошки, аккуратно обжаренной с кусочками мяса и щедро засыпанной зеленым луком. И много ещё чего.
- Боже, как кучеряво жить с такой матушкой, - отваливаясь от разоренного стола простонал Герман.
- А вы переезжайте сюда, вместе работаете, рядом жить будете, - зауговаривала Зинаида Петровна. Про что-то она и потом долго трещала, но Герман, сказав «Не, Наташка у меня городская. Не согласится», отключился. Не заснул, а просто слушал речи мамы Инженера, как услаждающее слух пение певчих птиц. Равиль её тоже не прерывал, пребывая в таком же блаженном состоянии.

Дмитрий приехал на следующий день. К обеду не поспел, но уничтожить всё заготовленное теть Зиной было невозможно. Его так же жизнерадостно облаял Пират, так же обильно накормили и он отправился в сад к начальству. Начальство в лице Германа выслушало краткий доклад, попросило чуть помочь и отправило отдыхать. Герман сооружал из досок и сетки просторный цыплятник. Зинаида Петровна упустила одну из куриц. И та нелегально и не вовремя, - не успеют вырасти до зимы, - вывела цыплят. Инженер заканчивал печь шашлыки.
Конечно, Герман этого не видел, но в светлой Инженерной голове что-то созрело. И когда они сели за столик в саду под сенью развесистой вишни, Инженер решил, что идеи дошли до готовности. Параллельно шашлыкам.
- Тебе, значит, армию хочется? – Герман кивнул.
- И с госзаказами проблемы? – Герман согласился.
- Можно решить всё одним махом. И не такая уж далекая и сложная цель. На несколько лет всего.
- …
- Стратегические и оборонные технологии. Авиакосмические, ядерные, ракетные, новейшие типы вооружений. Мы, естественным образом, входим в ВПК. Получаем выход на Совет Безопасности. Появиться возможность нашу СБ преобразовать в спецслужбу. У нас же будут стратегические объекты. Вот тебе и армия. С госзаказом проблемы решатся сами собой.
Герман подумал.
- Есть нюансы. Можем потерять контроль над созданными нами объектами и структурами - Инженер кивнул.
- Запросто. Но не потеряем.
- Почему?
- Потому, что ты с нами! – Инженер хлопнул его по плечу, - давай, жуй, а то остынет.
Он увидел возвращающегося с купания Дмитрия и зазвал за стол.
- Иди, помогай! Без тебя не справимся.

До воскресного вечера двое здоровых мужчин хорошо помогли хозяину по хозяйству. Отдохнули. О делах больше не говорили. Только раз Герман, поймав момент, когда их не мог услышать никто, выразил своё мнение.
- Вот тебе моё начальственное указание, товарищ Верховный Инженер. Идем в этом направлении. Действуй.
В понедельник Герман уехал в Питер, где пока находился головной офис корпорации.

«Верховный Инженер» пошел в «этом направлении». До разговора с управляющим думал бросить филиал на своего заместителя Баландина Олега Васильевича и самому заняться супертепличным хозяйством. Но новое дело грозило поглотить целиком, да и Телепат отсоветовал. Телепатом нарекли главу кадровой службы профессора психологии Левина. За способность быстро и полно понимать любого человека, конкурирующую с экстрасенсорными способностями. Левин осадил Инженера резонным доводом, что не только ему надо расти и уметь поднимать проекты с нуля. Поэтому теплицами в оренбургских степях занялся Двойник. Так Баландина, пока про себя, окрестил Инженер.

Герман стал пропадать в сибирском филиале. То отделение корпорации носило военизированный характер, но что и как там происходило и даже само наличие филиала, управляющий держал в секрете. Кое-что знал Экономист, самолично ставящий там бизнес-дела, и по настоянию Германа держащий рот на замке. В Сибири находилась тренировочная база службы безопасности, вот и все, что знали даже члены высшего совета корпорации.

Следующей весной Германа неожиданно пригласили в гости. В часть, где он проходил срочную службу. Позвонил сам комдив и попросил прибыть через два дня. Не тот, бывший при Германе, но знакомый офицер. Тогда, почти десяток лет назад, он командовал соседним полком.
И вот рядом с офицерами Герман в полевой форме в погонах с длинной желтой полосой стоял перед строем полка. Гремел голос комдива в честь Германа:
- За образцовое выполнение воинского долга… награждается медалью «За отвагу»!
Потом Герман чеканил шаг, подходил к командиру, говорил «Служу России!». Уже с медалью на груди рядом с давно полученным орденом Мужества отдавал честь проходящему мимо полку.
Особенно приятным было общение со своей ротой, где не осталось ни одного знакомого лица.
Перед отъездом Герман зашел в штаб попрощаться с командиром. В коридоре навстречу прошел хмурый офицер, чуть задев его плечом. Герман, оглянувшись, упер долгий взгляд ему в спину, но тот ничего не заметил. Генерал был приветлив и благосклонно принял предложение Германа о целевой, именно для дивизии, подготовке новобранцев.
- Новобранцев от Сталкера примем на ура. В любое время приходи, старшина. Кстати, почему старшина? Давай, как-нибудь на переподготовку. Ты ж говоришь, у тебя высшее образование? Вот и звание получишь. Ты давно его достоин.
Герман подумал и согласился.

Покинув КПП, Герман пересек дорогу и в скверике присел на лавочку. На противоположной сидел тот самый офицер, толкнувший его в штабе. Не свой, другого рода войск, какого, Герман не разглядел. Пока Герман звонил телохранителю, офицер пошел к нему. Невозмутимо, свободной походкой приближался сквозь отстраненный расфокусированный взгляд Германа. Сел рядом, дождался, пока он отложил телефон. Любопытно посмотрел на награды.
- А что, старшина, ты из этой части? – Герман холодно оглядел его и так же холодно кивнул. На незнакомце были погоны старшего лейтенанта, форму на сильной, грузноватой фигуре так и не распознал.
- Я, как видишь, не из этой. И уже не буду. Опять прокатили… - офицер витиевато ругнулся. Герман посмотрел с пробуждающимся интересом.
- Тихоокеанский флот, морская пехота, - представился офицер, - слушай, старшина, а давай накатим?
Поодаль, на дороге остановилась машина Германа.
- Пошли, - Герман встал и пошел к машине. Оглянулся. Офицер продолжал сидеть.
- Куда?
- Ты ж сам предложил. Пошли, накатим.
Герман привез старлея в гостиницу, по пути заскочив в магазин и рынок. Накатили они мощно. Офицер, которого звали Тимуром, рассказал, как его турнули из армии. Он обложил нецензурно, сильно и цветисто очередного паркетного генерала, приехавшего с очередной бюрократической проверкой в его часть. Боевой опыт приобрел в первой чеченской. Немного поспорили, в какой войне, первой или второй, было больше бардака. Побаловались армреслингом. Тимур с большим трудом, но одолел Германа. При этом чуть не сломали истерично скрипящий стул.
- Я не одобряю, что ты генерала в ж… послал, - прямо в пьяное лицо старлею заявил Герман, - я те прямо скажу: ты анархист и это, как его… синдикалист.
Тимур задумался, не оскорбительное ли это слово «синдикалист»? Пришел к выводу, что нет, и сообщил Герману, что иначе б… перед лицом Германа замаячил мощный кулак.
- Не выйдет, - не согласился тот, - мой охранник не позволит. И я не позволю.
Офицер оценивающе покосился на Дмитрия, тот сидел поодаль на диване. Он махнул рукой и представился:
- Гвардии старший сержант запаса ВДВ.
- А чего ты в нашу дивизию сунулся? – полюбопытствовал Герман.
- Это третий и последний раз, - отрубил Тимур, - Третий раз меня прокатывают. Видать, в самые главные черные списки внесли. Никуда не берут, а на гражданке тоска забирает. Думаю, одно остается – спиться.
- Пошли ко мне? – предложил Герман. Старший лейтенант вдруг наткнулся на внимательный и совершенно трезвый взгляд. Обладатель взгляда одним кивком отослал Диму на этаж: «На 5 минут, Дима», а потом кратко изложил суть дела. Старшему лейтенанту предлагалось возглавить роту, потом батальон и выше. Но создать всё с нуля. Тимур сначала согласился, а потом спросил:
- Нелегальную армию хочешь заполучить?
- Нет. Сначала готовишь личный состав. Допризывную молодежь, потом они возвращаются после службы в Псковской дивизии. Дальнейший статус зависит от многого. Как минимум, подразделения службы безопасности в нашей корпорации. Полноценная армия – хрустальная мечта. Но каким путем мы к этому придем, пока не знаю.
- Если возьмешь меня, я буду делать Советскую Армию, - упрямо заявил Тимур.
Герман поинтересовался, что это значит, и согласился.

Последний фрагмент получился каким-то пресным. Видимо, надо переделывать. Но продолжу дальше с полным старанием избежать скучнейшей преснятины.

Прошел год. Корпорация разрасталась и укреплялась. Кижменский филиал корпорации «Союз» фактически подмял под себя небольшую Кижму. Население городка стало увеличиваться, перевалив доперестроечную численность. Энергоузел настолько усилился, что взял на себя электроснабжение всего городка. Филиал, как асфальтовый каток, подминал под себя коммунальные службы, управляющие компании, местные власти, мелкий бизнес.
Инженер пребывал в состоянии почти непрерывного энтузиазма, доходящего до эйфории. Как страстно любящий технику подросток, которому вручили ключи от огромной и могучей машины. Как средневековый алхимик, дорвавшийся до философского камня. Племя русских мечтателей, таких, как Циолковский и Королев со своей когортой, не истребимо. Королеву, в отличие от Архимеда, повезло. Ему дали «точку опоры», т.е. поддержку и ресурсы и он смог вывести всё человечество в космос. Инженер тоже получил в руки огромные возможности и теперь чувствовал себя водителем асфальтового катка, размером с БЕЛАЗ. Можно ехать по дороге и ничего не бояться. Кто-то рискованно подрезал – крак! Сам виноват. Кто-то въехал в зад – бумс! Капот в гармошку, водитель катка ничего не заметил.
- 35% жилфонда Кижмы под контролем конкурирующей управляющей компании, держащейся за него с цепкостью не умеющего плавать человека, попавшего в глубокую воду? Крак! Филиал снижает тарифы на тепло и электричество на 40% от разрешенного законом максимума. Жилфонд, контролируемый конкурентами, утекает в филиал со скоростью кота, бегущего на кухню на зов доброй хозяйки.
- Шеф конкурентов Борисов очень дружит с городским прокурором, и тот начинает донимать филиал своими запросами и предписаниями? Асфальтовый каток говорит «Крак!». На приеме у городского прокурора Инженер звонит Юристу. Яков Самуилович спрашивает:
- Кто-кто прокурор? Ну-ка дай ему трубочку? – Прокурор Уренин берет телефон и после нескольких фраз совершает могучее волевое усилие, чтобы подобрать челюсть. В процессе разговора Инженер понимает, что когда-то прокурор был студентом Юриста. Только его присутствие заставило прокурора прервать начавшееся движение, имевшее целью встать по стойке «смирно».
- Губернатор области вознамерился заменить мэра начавшего процветать города на импозантного и представительного молодого человека. Который оказался, - конечно же, по чистой случайности, а на самом деле являющегося владельцем непревзойденных деловых качеств, - мужем его племянницы. Крак! Инженер заявил губернатору, что на следующий день, как только действующий мэр будет заменен, для некоторых категорий граждан и организаций, - а именно, бюджетных, - тарифы ЖКХ будут подняты до максимума. И области придется увеличивать субвенции городу. Спонсорские отчисления в бюджет города тоже прекратятся. Непревзойденному деловыми качествами молодому человеку пришлось искать другое теплое место.

(Добавлю для кое-каких своих оппонентов: у меня сильные подозрения, что упомянутый молодой племянник был юристом или экономистом, гы-гы-гы)

Эта часть повеселее и поживее. Не в основную, но тем не менее животрепещущую тему.


Нет худа без добра. И наоборот. Набирающая обороты экономика Кижмы втягивала в город не только возвращающихся коренных жителей или знакомых и родственников горожан. На рынке появились сначала поодиночке, потом кучками, нерусского вида торговый люд с характерным акцентом. Такое всегда происходит незаметно, просто в один прекрасный предновогодний день Инженер забрел на городской рынок и поразился обилию чернооких, часто небритых продавцов в кепках. Купил продукты, подарки семье и вышел, чуть потолкавшись на выходе. Рынок клубился множеством роев покупателей, запасающихся к празднику. Улицы украшал лениво падающий снег, приятно хрупающий под ногами. Пройдясь по городку, Инженер осмотрелся. Концентрация «гостей столицы» ниспадала от рынка по мере удаления. Но не до нуля. Зимой южные гости специализировались на цветах и фруктах. «А что? Это идея. Что-то мы про цветочный бизнес не подумали».
Новый год омрачился стычками между городским молодняком и южными гостями. Не в первый раз. Кто-то из юных горожан оказался в больнице с ножевыми ранениями. Тоже не в первый раз. Виновных на этот раз нашли и даже арестовали. Что было необычным. Но милицейские власти быстро «исправились» и вскоре арестованных выпустили «за отсутствием улик». Зато начали таскать на допросы местных.
Инженер задумался. Вспомнил и начал с этих пор замечать случайные реплики, обрывки разговоров. Народ окрестил пришлых «грачами». Те поначалу вели себя прилично, потом начались всё учащающиеся эксцессы.
Инженер вызвал Виктора, начальника кижменского отделения СБ. Виктор был из «гаповцев» (ГАП – группа активного противодействия), которых интеллектуальная прослойка СБ, - компьютерщики, информационщики, аналитики, - вышучивала по-разному. До сих пор не могли определиться, какое групповое прозвище дать своим коллегам, представляющим силовую часть службы. Варианты были разные: гапоновцы, гестаповцы, джи-ап. Самые радикальные, стараясь, чтобы силовики их не услышали, предлагали переименовать их в группу активных действий. И на основе исправленной аббревиатуры дать им общее имя. Надо отметить, что такие крайние и рискованные варианты никогда не использовались и отмирали сразу после рождения. Системщики и силовики вышучивали и разыгрывали друг друга неустанно, но относились другу к другу с уважением. Любой нормальный человек испытывает пиетет к людям, которые умеют нечто для него абсолютно недоступное. Виктор тоже прилепил коллегам-шутникам прозвище «мутанты-головастики». А еще силовики вволю отыгрывались на системщиках на обязательной для всех стрелковой и вообще боевой подготовке. И вот теперь он рассказывал шефу, что происходит в городе.
- У нас была с «грачами» пара стычек. После этого они нас обходят. - Виктор ухмыльнулся, - Я знаю, что они пробовали, как всегда, милицию подкупить. Только парни в погонах фишку рубят. Сразу их послали, не по себе сук рубите, ребята. А в городе пошаливают. Сильные подозрения, что они шефу горотдела отстегивают. Вот он их и прикрывает.
- Сколько их всего? Где живут?
- Мужиков, взрослых и молодежи, около сотни. Точно не установить, всё время кто-то приезжает, кто-то уезжает. Что значит «где живут»? Вообще-то, они азербайджанцы.
- В городе где живут?
- А-а-а… на восточной окраине есть заброшенная общага. Там поначалу только окна оставались, вот там они потихоньку и обустроились.
Инженер чуть подумал. Дыры в учете потребителей тепла и электричества еще могли быть.
- Я так понимаю, за свет и тепло они не платят… - Виктор пожал плечами: «Не могу знать».
После этого разговора был другой. В другом месте и в более широком составе. Инженер вынудил начальника горотдела милиции вызвать к себе старшего из южных торговцев. И пришел сам, взяв с собой Виктора.
Беседа началась взрывом доброжелательности и радушия, исходившим от гостя, чувствующего себя крайне вольготно. Представился Гамидом. Отчество назвать отказался:
- Ай, зачем так официально? Я хочу, чтобы мы говорили, как друзья.
Инженер терпеливо переждал, когда прилив благодушия иссякнет, вежливо улыбаясь. Разглядывал немного полноватого человека, сияющего выбритой синевой круглого лица. Волосы Гамида подернулись сединой, но были густыми и крепкими. Глаза приветливые, лицо открытое… Инженер вспомнил уроки Телепата. «Калачик тертый и бывалый. В кабинете Варги (фамилия начальника милиции) держит себя свободно» - Инженер решил, что этого ему достаточно.
А Гамид меж тем уже рассуждал о том, что уважаемые люди должны держаться вместе, предлагал дружбу. «Щас в гости пригласит» - предположил Инженер. Гамид не разочаровал.
- Почему в гости не приходишь, хорошим людям мы всегда рады…
«Ага. Вот теперь пора» - решил Инженер.
- А вы ведь живете по адресу Советская 124? – Подполковник Варга кивнул, видя, что Гамид задумался. Адреса своей вороньей слободки он не помнил. Инженер вытащил из папочки две бумажки и положил перед Гамидом.
- Вы очень хорошие слова говорите, уважаемый Гамид. Но у нас говорят и по-другому: дружба дружбой, а денежки врозь.
- Шито это? – от удивления пробился наружу почти незаметный до этого акцент.
- Счета. За тепло и электричество, которыми мы вас снабжаем, - Гамид изумленно покосился на Варгу. Тот подтверждающе развел руками. Суммы, несмотря на щадящие тарифы филиала, перевалили рубеж пятизначных чисел. И пока Гамид не пришел в себя, Инженер устроил выволочку Варге. Очень вежливо, мягко, улыбаясь чуть не виновато. Варга изо всех сил старался не меняться в лице.
- Владимир Семенович, я по поводу недавних новогодних эксцессов. И других. Как-то очень нехорошо получается, не находите? Всё время виновата одна сторона. Вы уж, пожалуйста, лично проследите за всеми этими делами. Мне очень не хочется беспокоить юротдел корпорации, они люди очень занятые (Крак!). Народ-то волнуется…
Инженер и Виктор направились к выходу. Попрощавшись, по видимости очень сердечно, Инженер напоследок высказал надежду:
- Мы очень надеемся на вас, Владимир Семенович.

«Надежды» оправдались. Частично. Южных «друзей» к ответственности так и не привлекли, но и от местных отстали. Счета не оплатили, но драки прекратились. До весны.
Весной, как только сошел снег, некоторыми днями стало по-летнему тепло. Девчонки сняли пальто и шубки, начали укорачивать юбки, украшая собой все улицы. Началось ли всё из-за очередной прекрасной Елены или по другому поводу, но по городку опять прокатилась серия драк, нарастающей интенсивности и массовости. Новеньким было то, что гости применили травматические пистолеты.
Инженер не успел вмешаться. Он был в недельной командировке, ездил на юг к Двойнику. Когда приехал, всё уже кончилось.
Всё кончилось за два дня до его возвращения. Сначала у города кончилось терпение, к «грачиной слободке» подошла всё время увеличивающаяся толпа. По рынку с утра уже прошлась буйная молодежь, снесшая все торговые точки южан и смешавшая их самих с их товаром. В толпе каждый четвертый был вооружен. В окна полетели булыжники, начали грохотать ружья. Толпа орала, скандировала хором нецензурные лозунги. Её грозный рев приливной волной бил в здание, через разбитые окна прокатывался по зданию, отражался эхом. Подошедший милицейский патруль был окружён десятком мужчин. Кто-то из них оказался родственником кому-то из людей в форме.
- Паша, вы идите куда-нибудь патрулировать отсюда подальше, - втолковывал он своему кузену, - мы тут без вас как-нибудь разберемся.
Когда патруль ретировался, к толпе с лихим разворотом и визгом тормозом подлетели два микроавтобуса. Стрельба утихла, народ с подозрением глядел на выпрыгивающих из машин дюжих молодых мужчин в гражданской одежде. Вроде гражданской, но уж больно однообразной. Все были вооружены помповыми ружьями. Впереди шел Виктор с переговорником.
- Общий привет! – поздоровался он с ближайшими мужчинами, - ну, и как тут у вас? Не выкурили еще?
Подозрительность в глазах исчезла, народ загомонил вразнобой. Виктор пересек толпу и неожиданно заорал в рупор:
- Эй, вы! Придурки! Быстро отошли от машин!!! – невдалеке от здания несколько парней уже начали крушить автомобили «грачей».
- Они на чем с…вать отсюда будут, обормоты?! Вы на своих тачках их отсюда повезете?! До самых гор?! – разорялся Виктор.
Его люди, сориентировавшись, утихомирили молодежь, увлекшуюся веселым вандализмом. Виктор, впрочем, заменил их мужчинами постарше и рассудительнее. Потом начал орать уже на здание, слепо таращившееся выбитыми окнами.
- Эй, Гамид!!! Выходи! Поговорить надо! Даю вам 10 минут! Через 10 минут будем брать вас штурмом!
Народ охотно принял его за старшего, «ну, хоть кто-то нашелся». Через 5 минут из верхнего окна показалась палка с белой простыней. Виктор затребовал из толпы представителей, велел остальным стоять на месте. Из здания, поглядывая с опаской, вышел Гамид с двумя мужчинами, подошел к группе Виктора. Толпа сзади угрожающе загудела, Виктор поднял руку.
- Давай без ненужных слов, Гамид. Вам полчаса на сборы. Через полчаса вы отсюда сваливаете. Все.
- Слюшай, зачем так горячиться, Виктор… - его тут же прервали злые выкрики из придвинувшейся толпы. «Надо же, имя моё запомнил» - вслух Виктор сказал:
- Гамид, это самое лучшее, что я могу предложить. Либо вы быстро уезжаете сами. Целые и невредимые. Либо вас увозят, но уже не целых.
Виктор поглядел на часы.
- Время без пяти три. 25 минут четвертого вас здесь нет. Время пошло, - Гамид снова открыл было рот, Виктор постучал пальцем по часам, помрачневший Гамид развернулся и ушел.

Прощание было шумным и не ласковым. Хорошо хоть камни не летели. Безопасники Виктора огородили кучу машин от толпы цепью. Южане грузились молча и быстро, только их женщины осторожно причитали.
Группа Виктора же и проводила их до выезда из города. Еще несколько машин присоединились к ним. Они остановились у стеллы с большими металлическими буквами «КИЖМА», вышли из машин. Безопасники и горожане стояли вперемешку. Провожали взглядом удаляющуюся вереницу разнородных машин.
- Лето наступает, а грачи улетают, - задумчиво произнес кто-то, остальные грохнули дружным хохотом. Виктор не смеялся, он подошел к водителю.
- Ну, как? – тот смотрел на небольшой экран какого-то прибора. К последней машине Виктор незаметно прицепил «маячок».
- Всё нормально. Удаляются.

Когда Инженер приехал, всё кончилось. Хотя отголоски были. На административных междусобойчиках у мэра Инженер не всегда присутствовал, но в этот раз его настоятельно приглашали.
- Бить будут, - хихикая, предположил Экономист.
- Слава Богу, до наших мест профессиональные правозащитники не добрались ещё.

Что за атрибуция такая?

Да он не пресный в принципе, но в плане структуры какой-то несвязный. Первая половина идёт от лица Германа, потом она резко обрывается, фокал перемещается на Инженера, потом снова Герман, но через большой промежуток времени. И это всё в одной главе. Я в принципе не сторонник жёсткого соблюдения фокала, но здесь, имхо, это необоснованно. Я бы посоветовал привести всё к общему знаменателю.

И ещё по поводу динамичности. Она всё таки не количеством экшна определяется, а темпом развития сюжета. В этом плане гораздо больше вопросов вызывают всякие тёрки с азерами на рынке. Насколько это необходимая сцена в НФ-произведении? С какой целью её автор писал и что она по его замыслу должна дать читателю?

Да так, для полноты жизни. Которая не всегда радужная и веселая.

Вынужден согласиться и с прискорбием выбросить изрядные куски (включая терки с азерами) и переделать остальное. Вываливать сюда не стоит, изменить уже нельзя. пусть остается, как есть, а то путаница будет.

Переделывать надо и дальше. Экстраполируя полученные замечания на всю сюжетную линию.

Переделанного немного, но уж, что есть.


В Кижменском филиале заправляли двое из высшего совета корпорации: Инженер и Экономист. Герман и Юрист курировали подмосковный и ленинградский филиалы. Распределение управленцев было условным. Инженер и Экономист часто ездили в подмосковье, в моменты, когда требовалось поднимать какое-то производство с нуля. Юрист создал свою разветвленную службу. Герман с бульдожьим упорством пробивал и ставил каналы связи в обеих столицах. На нем же была и безопасность. Уговоренный им Телепат вошел в высший совет сразу. И сразу начал реформировать кадровую службу. К тем сведениям, что хранятся на каждого работника на любом предприятии, добавилось многое. Почти всё засекреченное. Телепат обучал своих людей оценивать и характеризовать работников по собственным методикам. К результатам его тестов и характеристик имел доступ только высший совет. Своих коллег очень быстро научил многому. Уфимцев вспомнил один семинар-беседу:
- Товарищи, самое главное: будьте наблюдательны, ничего не пропускайте. Человек всегда выдает себя по мелочам, особенно, когда считает, что его никто не видит.
- Подглядывать предлагаете? – нахмурился сидящий рядом Инженер. Телепат подозвал всех к окну.
- Вы про тайную слежку? Не моя епархия, этим пусть СБ занимается. Посмотрите на улицу. Улица, как улица, вот тротуар для пешеходов, дорога, цветочные и газонные клумбы, уходящие в сквер. Видите вон ту клумбу?
Телепат обратил внимание присутствующих, - а был весь высший совет и их замы, - на неудачно расположенный круглый цветник. По краям обсаженного растениями с высокими стеблями и с выложенным по площади цветочным рисунком звезды. Неудачное расположение было в том, что с противоположных сторон подходили пешеходные дорожки. Народ впадал в соблазн спрямить несколько метров и варварски пройти прямо по клумбе и цветам. Впрочем, не так уж и варварски, тропинка уже наметилась и цветы на концах диаметральной тропинки были затоптаны.
- А теперь просто смотрите. Так… этот пошел по тропинке, парень с девушкой обошли. Но это ни о чем не говорит, девушка боится, что каблучки провалятся, а парень может строить из себя денди.
Все наблюдали. Наконец средних лет мужчина обошел клумбу по дорожке неудобной дугой.
- Вот! – воскликнул Телепат, - Если вам нужен человек для работы, где важно соблюдать регламенты и правила, вы нашли его. И заметьте. Никаких подглядываний, просто смотрим, как человек идет по улице. Никакого вторжения в личную жизнь и нарушения конфиденциальности. И еще один момент. Вам повезло, я довольно редко наблюдаю таких людей. Он ведь видел, что перед ним потопали прямо по клумбе, но все равно пошел в обход. Способность противостоять мнению окружающих тоже не часто встречается.
Телепат рассказывал ещё много. А под конец, парень из админотдела Германа, нахмурившись, пробурчал:
- Ну, вот. Вы только начали, а я уже столько недостатков в своей жене обнаружил. Вы наговорили, а мне теперь что, разводиться?
Подождав, когда стихнет веселье, Телепат успокоил:
- В отношениях с женщинами всё усложняется кратно, - многие согласно закивали, - Во-первых, ваша жена готовит вам, родила вам детей и ухаживает за ними. Но самое главное, она вас выбрала. Значит, признала вас достойным продолжить себя в потомстве. Чем при этом женщина красивее, тем серьезнее соревнование, которое вы выиграли. В женщинах биологически рациональное поведение часто недооценивается.
Закончил тот семинар Телепат так:
- Эти сведения секретны. Секретность не по высшему разряду, а для удобства. Если проверяемые будут знать, по каким методикам вы их проверяете, то запросто вас обманут. Поэтому лучше всего иметь личную методику, которая известна только вам. И никогда не выдавайте своего отношения. Внешне вы должны приветствовать ЛЮБУЮ реакцию вашего визави. Добиться этого просто. Ждите реакции и радуйтесь самому факту её получения.
Если у кого-то были сомнения по поводу мгновенного включения Телепата в высший совет, то после таких занятий они должны были испариться без следа.

Зимой, вернувшись из отпуска, - в зимнее время посещать теплые страны намного веселей, а полевой, не конторской работы меньше, - к Экономисту сунулся Инженер. Тот его выгнал, у экономических и бухгалтерских служб перед Новым годом и сразу после как раз самая горячая пора. Декларации и налоговые платежи. Обычного человека окружают воздух, улицы, люди… в общем, природа и техносфера. Однако любой экономист видит вокруг налогосферу. Даже те, кто не знает не только порядка и сроков деклараций, но даже не подозревает о существовании таких нужных любому государству учреждений, как федеральная налоговая служба, тоже окружены налогами. Купил бутылку водку или пачку сигарет – в государственные закрома утекли несколько десятков или сотен рублей. Автомобилисты платят на каждом шагу, не только при покупке горючего, но и при любом заходе в двери госучреждений с правами и техталоном наперевес. Купить-продать, техосмотреться, поставить на учет, сменить номера. При каждой процедуре, связанной с автомобилем, покупке подакцизного товара, да просто товара с НДС, начислении-получении зарплаты, физическое или юридическое лицо платит, платит, платит…
Неправда, что в России ничего не растет и не развивается, а только рушится с разной скоростью. Образование? Да, конечно. Медицина? Безусловно. Семья? И под неё затевается подкоп. С целью защиты, разумеется. Но зато как выросла и расцвела налоговая система! Существуют огромный и постоянно обновляющийся ассортимент податей и многообразие систем налогообложения. Многостраничные списки налогов разного сорта сложным и запутанным способом коррелируют с ёмким списком технологий и производств, имеющих право на льготы.
По финансовому обороту ни одна самая могучая корпорация страны, в том числе из «голубых фишек», не стоит и рядом с налоговой суперимперией. Да что там налоги! Догнать пенсионный фонд, собирающий на порядок меньше, тоже никому не удается.
Каждый из высшего совета корпорации был единоличным капитаном в своем океане. Инженер ставил производства и собирал коллекцию технологий, управляющий пробивал внешние заказы, а Уфимцев старался провести корабль под именем «Союз» самыми глубокими местами. Так, чтобы максимально ослабить налоговую удавку. В итоге корпорация представляла собой сложный конгломерат предприятий и организаций самых разных форм собственности.

Экономист с руководителем группы автоматизированного учета, спортивным парнем 30 лет, своим тезкой, заканчивали обсуждать ежегодную реорганизацию финансовых потоков. Регулировались они с помощью внутренних цен. Реже изменением формы собственности отдельных подразделений. Перед ними на столе лежала большая карта-схема с множеством значков разной формы.
- Вроде всё, что мы можем сделать, - вздохнул Экономист, Андрей не согласился.
- А почему не используем оффшорные схемы? Там вообще можно очень просто деньги прятать.
- Найти бы ещё безопасные оффшоры, - снова вздохнул Экономист, - не сегодня-завтра их начнут потрошить. Ты обновления программы с новыми формами всем разослал?
- На неделе закончу, - страдальчески сморщился помощник, - Скажите, Андрей Васильевич, когда всё это кончится?
Начался традиционный ежегодный разговор. Каждый год неуемное российское правительство меняло тарифы сборов, пределы налоговых ставок, размеры вычетов, формы отчетности. Формы отчетности менялись каждый квартал. Не иначе, как экономические кремлевские гуру видели главный смысл жизни в том, чтобы максимально усложнить жизнь бухгалтерам всей России.
Вот Андрей и затеял ритуальное ежегодное бухтение по этому поводу. Уфимцев прервал его поток экстремистской идеей:
- Только один выход вижу. Сменить власть в стране. Или хотя наших коллег в правительстве.
- Революцию бухгалтеров устроить? – заулыбался Андрей.
- Есть еще задумка. Если поднимут отчисления в пенсионный, то у меня лопнет терпение, и мы сделаем так, что отчисления сильно уменьшаться.
Экономист объяснил заинтересованному Андрею схему. По мере того, как до него доходило, лицо растягивала злорадная усмешка. А то ж… нашего человека даже дустом не возьмешь.
- Заодно и обдумай всё подробно, как это можно организовать.

За пару дней до Нового года Уфимцев закончил одновременно приятные и неприятные сезонные хлопоты. В основном, потому что год, квартал и месяц формально не закончились. А неприятные потому, что, как любого финансиста, его душила жаба при виде отчуждаемых многозначных сумм. Приятное случалось, когда удавалось подсократить удручающие своими размерами поборы. Экономист вздыхал о несбыточном: «Как хорошо б было совсем без налогов».
Экономист позвонил Инженеру.
- Как у тебя дела, Равиль? Я наконец-то могу сказать «Уф-ф-ф». Заходи.

Дык я только спросил, насколько она нужна, чё резать-то сразу? Может ЦА такое нравится?

Да действительно выпадает из канвы. Там нет ничего, связанного с дальнейшим. Показать, на что способна СБ, что "народ и армия едины"? Только это.

А что такое ЦА?

Целевая аудитория

Есть такая фигня, кажется у одного редактора (или ещё у кого-то, не помню) они назывались "зацепками". Упрощённо это выглядит примерно так:
Едет себе какой-нибудь попаданец в эльфийский мир, бороться со злом или просто так, люлей кому-нибудь вломить. А тут раз -сисястая эльфийка в беду попала. Ну наш герой рубит негодяев мечом и сажает эльфийку к себе в седло. Та жмётся к герою упругой грудью и манящим взглядом как бы говорит: возьми меня с собой! Ну герой берёт красавицу разок-другой, да и едет дальше по своим делам. Смысла в такой сцене никакого, на сюжет не работает, зато выступает этаким эмоциональным маркером - кому из читателей про попаданцев не хочется, чтобы к нему сисятая эльфийка поприжималась? А когда читателю приятно, то и автору хорошо.
Сцена с азерами вполне может играть подобную роль, но тут важно попадать в ЦА книги. ЕСли вы, скажем строите в романе православную космоимперию, то читатель может сцену и благосклонно оценит. Только её надо тогда эмоционально сильнее окрашивать, дескать русский мир встаёт с колен и т.д. и т. п. А если у вас мультикультурализм, то за что торговцы пострадали? Хотя тогда можно подать как победу над над коррупцией или ещё чем-нибудь.
Просто лично мне интересны в первую очередь НФ-подробности: как они построят, что построят, какие будут последствия. А какова по-вашему ЦА? Под какой формат текст попадает? Что-то вроде альтернативной истории, только в настоящем?

Как ни странно ЦА - прежде всего я. С большой надеждой, каэшно, что я не один.
Попробую идентифицировать понятнее. ЦА - сочувствующие коммунизму + космисты + русские националисты (в какой-то степени).

Альтернативная история? Ну да, есть такие мотивы. Я же обозначил в сабже: альтернативное настоящее, альтернативное будущее.

P.S. Добавлю. Мой самый главный мотив: я вижу очень мало стоящего для себя в смысле чтения. Нравится "Сеть Нанотех" и "Повелитель Марса" (Лазаревич), но это практически единственное в НФ из современного, что по вкусу. Я прежде всего читатель, но если никто не готовит желаемого блюда, приходится идти в повара.

Тогда нужно слушать только себя. Потому что всем остальным угодить никогда не получится. Нужно или быть готовым вписываться в определённый формат или выслушивать многочисленные упрёки. Зачастую противоречащие друг другу.
Я туда когда последний раз смотрел? На главной странице только "Трамплин" высвечивается.

Слушать только себя не прокатывает. Всё-таки не только для себя. Тут такое дело, написанное мной мне нравится, а спустя время не очень. И я не могу на себя со стороны посмотреть. Я может и сам себе не понравлюсь, увидев себя со стороны.
Тут очень интересный эффект шуточки свои выдает. Не смотрел маленький фильм "Медведь" по Чехову? Там Жаров и Андровская за главных персонажей играют. Ольга Андровская просто прелесть, играет - блеск. Как посмотрела фильм с собой в главной роли, чуть в обморок от огорчения не упала. Так сама себе не понравилась. А публика в восторге, фильм - в золотой фонд.
Чаще бывает наоборот. Любой графоман от себя в восторге, а публика носы морщит.

Вот потому и. Слушать только себя не получится.

Продолжу.
Начало перекрывается с предыдущей частью, чтоб было легче для связки частей.

За пару дней до Нового года Уфимцев закончил одновременно приятные и неприятные сезонные хлопоты. Неприятные потому, что, как любого финансиста, его душила жаба при виде отчуждаемых многозначных сумм. Приятное случалось, когда удавалось подсократить удручающие своими размерами поборы. Экономист вздыхал о несбыточном: «Как хорошо б было совсем без налогов».
Экономист позвонил Инженеру.
- Как у тебя дела, Равиль? Я наконец-то могу сказать «Уф-ф-ф». Заходи.

Через 10 минут Инженер делился с ним новостями и советовался. Среди неизвестного Экономисту были дела с Дубной. Подмосковный филиал начал производство солнечных батарей. Группу дубненских ученых, «повинных» в этом изобретении, посадили на грант.
- А газовые дела как? Поле скважин мы купили, я знаю. Деньги через меня проходили.
- К следующей зиме ждем первую партию сжиженного газа. Форсунки в топках ТЭЦ уже сделаны. А у тебя как с медицинским фондом? – Экономист вздохнул.
- Только неделю, как пробили в области его создание. Пенсионный создали, теперь втягиваем туда наших работников. С НПФ проще, а с медициной пришлось побиться. Как рыба об лед. Ты тот раз губернатору нос прищемил, пришлось целую осаду организовывать.
- Нам область бы приручить. Через полтора года будут выборы в областное собрание. Надо своих людей туда пропихнуть.
- Или самим…
- Чур меня! – замахал руками Инженер, - Пусть Герман и Апостол своих людей готовят. Не царское это дело…
- Кстати, ты в курсе? – Уфимцев рассказал о новом приобретении «Союза», металлургическом комбинате на среднем Урале.
- Интересно, почему меня не позвали?
- Нашли спецов-металлургов. Младший нашего Юриста недавно МИСиС закончил. Тоже там отирается.
Рабочий день подходил к концу, Экономист зазвал его в буфет. Инженер размышлял. Корпорация стала расширяться как-то чересчур стремительно, численность сильно перевалила за 20 тысяч. Как бы не споткнуться. Даже большая и мощная машина, даже асфальтовый каток может перевернуться.

- Твое приятное чувство неуязвимости не исчезает? – Будто прочел его мысли Экономист. Он поставил перед ним минералку, бутерброды и салат. Инженер пожал плечами.
- Мы сейчас в интересном периоде находимся, - продолжал Экономист, - переходим в клуб тяжеловесов, опасных противников пока не ощущаем, но они появятся.
- Не знаю, тоже никого не вижу. Не можем трепать особ, приближенных к императору, но и без них дел хватает. Немного пугает стремительность нашего роста. А кто противники?
Экономист прикончил салат.
- Да мало ли… мы пока не знаем. ТНК, какие-нибудь финансово-промышленные группы, тесно завязанные на государство. Наше или другое, не важно. Надо понимать, что мы выходим на новый уровень, который нам не знаком.
Инженер опустошил свою посуду.
- Чего ты вокруг да около ходишь? Есть мысли – выкладывай, - Экономист допивал свой сок.
- Пошли ко мне, - через пару минут они входили в кабинет Экономиста. Рабочий день заканчивался, секретарша вопросительно хлопнула ресницами на шефа. Тот махнул рукой: «Иди».
- Как думаешь, почему у нас здесь в Кижме всё хорошо? – начал Экономист, - наши проблемы стали заканчиваться тогда, когда мы, по наитию, не иначе, сделали власти нашими партнерами. Не замечаешь кое-каких особенностей нашего развития?
Экономист расхаживал по кабинету, Инженер ждал. С возрастом он научился определять моменты, когда надо говорить, а когда слушать.
- Мы зацикливаем товарно-денежные потоки на себя. Наш консервный завод и мясокомбинат снабжают, прежде всего, наших работников. Наши строители строят жилье, цеха и другое первым делом для нас. Служба безопасности у нас есть, банк есть… и вдруг Герман заговорил об армии. На мысли не наводит?
Инженер пожал плечами.
- Мы приобретаем облик государства, - Экономист сделал паузу, выделив главную мысль, - Государство - наш следующий уровень. И мы там неизбежно проиграем.
- Почему же сразу проиграем?
- Может и не сразу. Может, и не проиграем. Но точно не выиграем…
- Погоди, погоди… ты что хочешь? Трансформировать корпорацию в государство? – Уфимцев задумался.
- …вообще-то транснациональные корпорации давно занимаются тем, что подминают под себя целые страны.
- Мы не ТНК…
- Да не в этом дело. Может, ты не замечаешь, но наше государство в какой-то мере является инструментом в руках наших «голубых фишек». Газпрома, Роснефти и других. Я не знаю, как назвать то, во что мы превращаемся. И как назвать, не знаю и сути не понимаю. Только вижу, что мы переходим в следующую весовую категорию. А там свои чемпионы и свои правила.
- Финансово не переходим. Мы к тем же «голубым фишкам» только подбираемся.
- Ошибаешься. Если высший совет даст команду, через месяц-два станем «фишкой». Голубой, прости господи. Только зачем?
- Разве плохо?
Уфимцев встал напротив Инженера, упершись в него взглядом и неприятно улыбаясь.
- Равиль, хочешь миллион долларов? А что такого? Ты знаешь, филиал дает до 5 миллиардов рублей прибыли, ты – шеф. Хочешь миллион? Только кивни, завтра будет. Тарелочки с каемочкой не хватит, поэтому чемодан неси. Если кэшем хочешь…
Ошеломленный Инженер тряхнул головой, отгоняя морок. Невольно почувствовал себя бандерлогом под гипнозом немигающих глаз всезнающего и безжалостного Каа.
- Ну, ты даешь! Да Герман тебе махом голову отвинтит. И мне…
Уфимцев усмехнулся еще неприятнее. Смотрел на друга с усталостью взрослого, умученного наивностью подрастающего поколения.
- Он узнает, если я скажу, - Инженер открыл рот, чтобы возразить «Герман знает всё», и закрыл. Вовремя вспомнил о наличии отдела технического обеспечения в той же службе безопасности, который сам курировал. За этим цеплялась следующая мысль: «почему бы СБ не иметь структуры, завязанной на Экономиста?». Да, такая была. Инженер покопался в памяти и в дальних, редко используемых чуланах нашел – финансовая разведка.
- Ну, хорошо… ты можешь негласно подбросить мне миллион. Во-первых, зачем? Во-вторых, и что?
- Берешь или нет? – снова уставился на него Экономист, - знать никто не будет. Лично я считаю, что ты и большего достоин…
- Чего ты привязался?! – Инженер вскочил и заметался по кабинету, - Чего ты пристал, идиот?! Да я даже не знаю, что с ним делать, с твоим сраным миллионом! А надо будет, я и 100 миллионов оприходую!
В ответ Уфимцев успокоился, будто скинул гложащее его беспокойство на приятеля. Возмущение Инженера, не встречая никакого ответа, быстро выкипало. Ругнувшись напоследок, он упал на самый дальний кожаный стул. Потом спокойно сказал:
- Андрей, я и так огромными деньгами командую. Сколько весит контракт с Дубной? Сколько будет вбухано в газовые дела? Это ж мои инициативы, верно?
Инженеру удалось смыть с лица Уфимцева неприятное выражение превосходства.
- Хорошо, Равиль. Незачем. Остается другое – что это значит? – Инженер смотрел на Уфимцева тяжелым взглядом и молчал, - Я тебе объясню. Нам не позволяет хапать наш личный кодекс…
- Идеология, - хмуро поправил Инженер.
- Нет. В рамках корпорации только высший и отчасти средний руководящий слой придерживается такой идеологии. Потому правильнее вести речь о кодексе. Спрашиваешь, что это значит? Если ты хапнешь миллион, тебя осудит очень узкий круг лиц. Внимательно подумай, кто из твоих подчиненных заклеймит тебя позором? Да просто косо посмотрит? Наши рабочие, токари, слесари, строители, те просто плечами пожмут.
- Да ну! – скепсис буквально сочился из коротких междометий. Экономист снова посмотрел на приятеля, как на наивного дурачка. Вздохнул.
- Не хочешь, не верь. Только ты пойми, если завтра высший совет сделает себе зарплаты по миллиону долларов в год, ничего не изменится. Как работала корпорация, так же и будет работать. Небо на землю не упадет, никто ничего не скажет, - отчетливо рисовал тусклую картину Уфимцев, - даже скажут, что мало. В курсе, сколько получают топ-менеджеры госкорпораций? От одного до пяти миллионов. Долларов. В месяц.
Инженер этого не знал. Однако упрямо молчал. Напряженно думал. А Уфимцев добивал.
- Самое неприятное, что наши люди, простые работники, промолчат. Всё в корпорации зависит от тонкого слоя управленцев. Как только мы выйдем в первый ряд открыто, нас начнут прессовать по всем направлениям. Мы чужие. В собственной стране мы чужие. Нас постараются растоптать. Знаешь, как эта ссучившаяся белогвардейская сволочь обрадуется, когда мы миллионные зарплаты себе сделаем? На ура примут, к главным пирогам допустят, будут радостно по плечам хлопать, как своих…
Инженер поморщился от отвратительной картинки. И от необычной для Уфимцева грубости. После длинной паузы хмуро спросил:
- От меня-то чего хочешь?
- У тебя своя сфера, у меня – своя. Если я не вижу решения, то может у тебя найдется. Нет, я знаю, есть политический путь. Мы набираем вес, финансовую мощь, проводим своих людей к власти. Конституционным, законным способом и всё такое. И все проблемы решаются к всеобщему счастью.
Скептический и скрыто глумливый тон последней фразы Инженеру не понравился. Уфимцев явно не верил в такую возможность. Сомневался в главной стратегической линии даже не корпорации, а всей их политической группировки. Началась она в момент, когда руководящее партийное ядро поняло, что без мощной промышленно-финансовой структуры ловить в современной России нечего. Можно было возразить, вышутить Экономиста, не желающего «колебаться вместе с линией партии». Можно было, конечно. Только Инженер сам кое-что видел. Цепкость присосавшихся к власти производила впечатление. Инженер понимал и тоже не верил. Хотел верить, но не верилось. Какой бы влиятельной ни стала корпорация, к реальной власти её не допустят.
- Остров, - вдруг мечтательно сказал Уфимцев, - остров средних размеров. Скажем, с японское Хоккайдо величиной. Где только мы и никого больше. Только где взять такой остров?

Это хто у нас во власти белогвардеец?

Большинство. Не все ссучившиеся, но большинство - белогвардейцы. Тот же Путин и Медведев, например. Цветочки на могилу Деникина, Маннергейма таскали. Николашку канонизировать позволили. Айфончик вообче от него тащится.
Об остальных и говорить нечего.