— Всё, дальше дороги нет! – маленький, сухощавый проводник воткнул посох в щель между камнями и присел на корточки.
Отряд, состоящий из нескольких вооруженных мужчин в камуфляжной форме и десятка тощих замученных чернокожих аборигенов, остановился.
— Ты хочешь сказать, что это и есть то место, куда мы должны были попасть? – Генри Гаррисон, предводитель отряда, вышел вперед и осмотрелся. Извилистая горная тропа, по которой этот чертов дикарь вел их несколько дней, кончилась. Перед ним расстилалась каменистая, ничем не примечательная поверхность горы.
— Это и есть Плато Дьявола? – удивленно спросил он, – Ты вообще понимаешь, чем тебе грозит обман?
Среди заложников послышались крики. Некоторые из людей Генри, не дожидаясь приказа, стали тыкать прикладами в измученных долгим переходом людей.
Старик поднял руки, – Не трогай их. Я привел вас правильно, просто дальше только твой путь.
Он достал из сумки, висящей на плече, большой нож и мешочек с каким-то порошком. – Ты уверен, что точно хочешь этого? - он пристально посмотрел в глаза Генри, и тому вдруг стало не по себе. Перед ним стоял не испуганный дикарь, всё немногочисленное племя которого было в руках его людей, а Проводник, именно тот, кого он искал все эти годы.
— Да! – Генри облизнул внезапно пересохшие губы. – Хочу!
— Твои слова. – сказал старик, и крикнул что-то гортанное на своем дикарском наречии. Из толпы выскочил человек, и, подбежав к старику, дал ему клетку. Внутри трепыхалось животное.
— Гиена,- понял Генри - Интересно, где они её прятали. Они шли по горам столько времени, и он ни разу не видел у дикарей ничего, кроме жалких пожитков.
Старик открыл клетку, животное спокойно, слегка кося желтым глазом в сторону отряда, вышло и легло в центре небольшой каменной площадки. Генри мог поклясться, что секунду назад этой площадки не было. Посыпав лежащую гиену порошком, старик снова посмотрел на Генри.
— Твой путь? Твой выбор? Твой ответ?
— Мой, мой – Генри раздраженно закивал головой. Он начал впервые верить, что его многолетние поиски именно здесь увенчаются успехом - Давай скорей.
— Ты сказал...– старик опустил нож на безмолвно лежащее животное. Кровь брызнула во все стороны, попав на порошок. Он вспыхнул, и на какие-то секунды всё небольшое плато полностью заволокло дымом.
— Сэр, где они? – дым рассеялся и к Генри подошел Стив, начальник охраны. Люди удивленно оглядывались, водя оружием по сторонам. Дикарей нигде не было - Сукины дети умудрились сбежать! – раздраженно сказал он.
Генри рассмеялся, – Черт с ними, с дикарями. Посмотри вперед!
Там, где была ровная каменная плита с жертвенной гиеной, теперь начиналась лестница, Массивные каменные ступени, вырубленные из скалы, вели внутрь образовавшегося провала.
— Всё сюда, – Стив замахал рукой, объявляя общее построение. Он слишком давно путешествовал с шефом в поисках его цели, чтобы смутится от подобной метаморфозы. — Группируемся в боевой порядок и вперед!
— Прости, Стив, – Генри с сожалением посмотрел на преданного вояку, прошедшего рядом с ним долгие годы.
— Сэр? – по тону сказанного, телохранитель уже все понял, но не мог поверить – Сэр, вы…
Генри нажал на кнопку спрятанного в кармане передатчика, и в головах его людей взорвались миниатюрные бомбы.
— Простите, парни, но шаман сказал, что дальше только мой путь. Он переступил через тело начальника охраны и начал спуск по лестнице.
Генри Гаррисон спускался вниз, смотрел на резной узор стен, сквозь который проскакивали золотистые искры. Узор гипнотизировал и затуманивал сознание. На секунду закружилась голова, и Генри увидел прошлое.
Родился он на маленькой, захолустной ферме в Оклахоме. Убежав из дома в пятнадцать, он стал коммивояжером. Начинал Генри с обычного торговца пылесосами, но спустя несколько лет уже смог сколотить первый капитал, удачно вложил его - и вот, он уже преуспевающий владелец крупной фирмы. Когда ты зарабатываешь первый миллион – это круто. Когда первый миллиард – уже не так. Наступает пресыщение. Когда же у тебя их больше сотни, становится скучно. Генри играл на бирже, покупал политиков и президентов, развязал пару войн, одна из которых чуть было не стала третьей мировой, но ничто не приносило ему уже удовольствия. Деньги, женщины, наркотики - всё это было неинтересно. Он понял, что есть на свете единственный наркотик, который ему по душе – власть. А настоящую власть ему может дать только одно. Он должен найти Дьявола.
Когда он нашел новую цель, вновь почувствовал себя в своей тарелке. Вернулся интерес к жизни. Он вышел на охоту. Пять лет его люди ездили по всему миру, воровали редкие манускрипты, грабили библиотеки и музеи. Несколько раз он уже, казалось, был близок к цели, но всё было не то. И вот, наконец-то, в центральной Африке нашлось это племя. Названия его не было ни в одном справочнике, но он сразу понял – оно! Каким-то шестым чувством, он знал, это было не очередное, пудрившее туристам головы ради пары долларов племя, а действительно - Хранители Прохода. Про Проход он вычитал в одном, чудом выкраденным его людьми из библиотеки Ватикана, документе. Туман перед глазами рассеялся. Генри с некоторым удивлением замер.
Лестница кончилась обычной офисной дверью с бронзовой табличкой на ней: «Люцифер К.Т., приём по предварительной записи. Перед дверью лежал коврик для ног. Генри нерешительно потоптался на месте, потом встал на коврик, тщательно вытер ноги и постучал.
— Заходите, мистер Гаррисон! – раздался голос.
Генри открыл дверь. Внутри оказался стандартный офис. Большое светлое помещение, разделенное полупрозрачной, стеклянной перегородкой. В дальней половине стояла куча столов, мелькали фигуры, трещали телефоны. С той стороны, откуда зашел Генри, был лишь массивный стол красного дерева со стоящим на нем монитором , за которым сидел вполне себе обычного вида мужчина в костюме.
— Присаживайтесь, – мужчина улыбнулся и указал рукой на возникший из воздуха стул, – вы же хотели меня видеть?
— Вы… - Генри замялся – А там? – он показал рукой за перегородку.
— Там отдел общей юрисдикции, – мужчина улыбнулся, – но вы - ВИП клиент. Вы же самостоятельно дошли сюда? Значит, имеете чуть больше прав.
Генри собрался и сел на стул. Он наконец-то почувствовал то самое, давно потерянное им томление в чреслах. Вот он, тот самый момент, ради которого он сюда шел.
— Рад, что вы это понимаете. – Голос не дрожал, он больше не мялся. – Если я все сделал правильно, то вы должны мне любое желание. А ведь я, – он огляделся, откинулся на спинку стула и с улыбкой продолжил, – судя по всему, сделал все правильно.
— И что же хочет знаменитый мистер Гаррисон? – Мужчина вышел из-за стола, и Генри увидел небольшой красный хвост оканчивающийся треугольником, торчащий из брюк. — Вряд ли вы пришли продать душу? Они обычно все туда, – он кивнул за перегородку. — Чего вы хотите? Вечную молодость? Здоровье?
Генри рассмеялся. — Неужели за многие сотни лет, что вы на этом рынке, всё так банально? В таком случае я понимаю, почему ваше ведомство не пользуется особой популярностью. Нет, я хочу вам сделать предложение.
Мужчина с интересом взглянул на Генри. — Слушаю вас.
— Я хочу, чтобы вы работали на меня.
Мужчина согнулся, схватившись за стол, и начал издавать какие-то страшные булькающие звуки. На какую-то секунду Генри стало страшно. Вдруг сейчас произойдет превращение, как в голливудских фильмах, и его просто напросто сожрут? Но спустя пару секунд он понял - Люцифер смеялся. Отсмеявшись и вытерев выступившие слезы, он посмотрел на Генри.
— Вы думаете, это оригинально? – он издал еще несколько хрюкающих звуков. – Хорошо. Я согласен. Но взамен…
— Я знаю, – быстро ответил Генри, – моя душа.
— Не смешите меня!, - сатана серьезно взглянул на Генри, и тот замолчал, прерванный на полуслове. – Ваша душа принадлежит мне ещё со времен вашей молодости. Вы же понимаете, о чем я говорю.
Генри опустил глаза. Он, конечно, знал, что в подобных ведомствах вся его подноготная известна, но как-то всё равно стало не по себе.
— Вы сюда пришли из-за скуки. Так вот, представьте себе, если вам стало скучно за неполные сорок лет жизни, как страдаю от этого я. Я приму ваше предложение, но взамен вы мне кое-что отдадите.
— И что же вы хотите? – Генри множество раз выигрывал самые жесткие переговоры, и был уверен, что здесь будет сложный торг, но всё-таки он получит свое.
— Очень просто. Я хочу повеселиться. Поэтому вы отдадите мне первое, что увидите дома.
— И всё? Так просто?
Генри прикинул - ну что может быть дома? Жена – двадцатилетняя меркантильная мисс Бразилия? Купит новую. Дети? Тоже не жалко. Всё равно они ждут, не дождутся его смерти.
Он рассмеялся. — Я согласен. Там ничего не может быть из того, что я боялся бы потерять. Я читал эту русскую сказку. Как она называется, Zolotoy Petushok, кажется? Итак, я отдаю вам то, что увижу первым, когда приду домой, а вы за это соглашаетесь работать на меня?
— До скончания веков, – рассмеялся мужчина, протягивая ему руку, – ну или до вашего попадания ко мне.
От последней фразы повеяло холодом, Генри дёрнулся пытаясь выдернуть руку, но её словно зажало в куске льда.
— До скорой встречи, мистер Гаррисон.
Комната пропала, и Генри оказался на асфальтированной дорожке. Оглядевшись, он понял, что попал в Генривилль, свое поместье во Флориде. Рука еще немого болела, после ледяного рукопожатия, но теплое солнце и знакомые пейзажи вокруг быстро прогнали прочь дурные мысли.
Что может быть страшного в этой сделке? Подумаешь, кого я могу отдать? Генри рассмеялся. Этот контрагент, привык работать с нищими, у которых ничего нет, кроме их жалкой душонки. А здесь…
Генри уже почти подошел к дому. В утреннем тумане, со ступенек, на него двигался какой-то силуэт. – А вот, кажется, и плата за мою сделку. Генри остановился. Силуэт в тумане замер.
— Эй, кто там? Выходи, хозяин вернулся! – Генри со смехом пошел вперед. Легкий ветерок разогнал остатки тумана.
Генри схватился за голову. Нет!!! Этого не может быть!!!
Видимо не ожидая его столь раннего возвращения, рабочие, готовившие дом к его приезду, оставили у входа огромное зеркало в резной раме. Генри с ужасом увидел свое отражение, бьющееся по ту сторону стекла. Лицо его исказила нечеловеческая мука. Отражение из всех сил колотило по стеклу, словно пытаясь выбраться наружу. Генри подбежал к зеркалу и со всех сил ударил кулаком, стекло со звоном разлетелось. Один из осколков попал точно в сонную артерию мистера Гаррисона.
— Скучно, мистер Гаррисон, как же скучно, - успел услышать Генри, проваливаясь вниз.