Dct gbcfnm hfp,t;fkbcm xnj kb& Все писать разбежались что ли?

как сказано=то!!!

Да это у меня еще личное всплывает.. год 1980.. как-то шли мы с другом по бульвару в Новополоцке, а ветерок такой после дождя... Ну я остановился, упал отжаться, да из лужи попил.. Прохожие в шоке.. и тут нам дорогу перебегает черный лифчик седьмого размера... Нашествие...

маразм крепчал...

- Ну, ну… - сказал шериф Пинкердринкер и пошел в бар.
В баре как обычно командовал китаец Ливер Су. А чего бы ему и не командовать? Во-первых, он был бедным, ну просто жуть каким бедным, а во-вторых, владельцем бара. А ещё он владел всеми зданиями в городишке Дряньвилл (кстати дело происходило как раз там) и всеми землями в городе и на 100 километров вокруг, кроме фермы Блин Да Гуталина. Дело в том, что Блин Да Гуталин говорил с жутким франко-африканским акцентом, а Ливер Су кроме китайского никаких акцентов не знал, и они никак не могли договориться, поскольку не понимали друг друга. Ещё Ливер Су формально принадлежала половина Белого Дома в Вашингтоне, купленная по случаю у какого-то пройдохи еврея, но это доставляло больше головную боль, чем выгоду. Суд, рассматривавший дело, не мог не признать правомочность сделки, но и оставить президента без последней крыши над головой не решался. Дело легло в долгий ящик и окончание его в ближайшем будущем не предвиделось.
Войдя в бар, Пинкердринкер взгромоздился на табурет у стойки и сказал:
- Как обычно.
Ливер прекрасно знал привычки всех местных алкоголиков, поэтому немедленно отозвался:
- Как обычно не будет.
- Почему? – удивился Пинкердринкер.
- Потому что овечье молоко закончилось, самогон гнать не из чего.
- Ну давай что есть…
Ливер плеснул в стакан простокваши на два пальца.
Пинкердринкер выпил, поморщился и откинулся на спинку табурета. Спинки у табурета не было, и Пинкердринкер грохнулся на пол.
- Шеф, вы думаете, что так удобнее вести расследование? – спросил Хрендисон.
- Я никогда не думаю, - проворчал Пинкердринкер, поднялся и сел на стул за столом. У стула спинка была, и Пинкердринкер наконец смог откинуться.
В бар вошел кот миссис Флоридуси, жившей напротив. Кот посмотрел на Пинкердринкера и сказал:
- Мяу!
- А ты знаешь, что бывает за дачу ложных показаний? - грозно спросил Пинкердринкер.
Кот подумал и пошёл ловить мышей в кладовке.
- Сообщников ищет, - недовольно проговорил Пинкердринкер, глядя на задранный хвост кота. – Ох, доберусь я до него!

Люди пишут чего-то...

А ещё меня в котовьих расссказах обвиняют Ну типа я, если найду на конкурсе котов, буду знать чей это

Ну должен же в этом расследовании быть хоть один нормальный)

Подскажите, если я сделаю шрифт 8-рочку, то смогу поместить 12000 знаков в восемь?

Ну типа Я
Умеете Вы ржачно писать!

ЁЛКИНЫ ДЕТИ

Пришёл папа – и не проходит, в дверях топчется.
– Ты чего это, отец? – спрашивает мама.
– Да, чего, чего? – подхватывают Ёла и Ёка. Эти сестрички-двойняшки ни в чём друг от друга не отстают, хоть по характеру они и совсем, совсем разные. Ёла спокойнее, тише. А Ёка... Ёку зовут егозой, капризулей, шкодой!
Вид у папы какой-то таинственный.
– Праздник скоро... – улыбается он.
Папа – крепкая тёмно-зелёная ёлка с ровной корой и мощными-премощными корнями. Когда он улыбается, вся его хвоя едва заметно светлеет.
– Знаем, праздник, – радостно кивает Ёла.
– Знаем-знаем, что праздник! – подхватывает, подпрыгивая, Ёка.
– Дом-то – будем украшать?
– Так дорого это, – опускает ветки мама.
– Ну – кому дорого, а кому и нет... – сказав эту загадочную фразу, папа зачем-то приоткрывает двери.
– Хату выстудишь! – волнуется мама.
– Не успею. Ну, смотреть-то будете? Кто первый?
Ёла и Ёка наперегонки несутся к дверям.
– Ах! – радостно выдыхает, едва высунувшись, Ёла.
– Мамочки! – всплёскивает ветками выглянувшая вслед за ней Ёка.
– Что там? – вопросительно наклоняет тоненькую верхушку мама.
Папа открывает двери настежь. На ледяном пороге стоит крупный румяный мальчик. А как он наряжен!
Золотистая курточка, серебристые сапожки, белая меховая шапочка – а что за рукавички! Голубые – в зелёный и оранжевый горох!
– Вы кто? – спрашивает мальчик, изумлённо хлопая глазами.
– Выкто! Выкто! – счастливо кивают макушками ёлки. На их языке это значит – «С НОВЫМ ГОДОМ! С НОВЫМ ГОДОМ!».

Тут главное - вовремя подсунуть Аптекарю свои условия, шрифтом не больше шестого, и дождаться, когда эти условия будут приняты.

Я думала, там мужик с топором!

Кста, регламент конкурса позволяет легко определить авторов, по крайней мере, к концу конкурса. Сравниваем список участников и список отзывов, определяем, кто не отметился под тем или иным текстом. Не отметившиеся - они и есть авторы.
Будь я организатором, ввел бы "правило пятерки": каждый рецензент обязывается выделить пять лучших, по его мнению, рассказов, проранжировав их по баллам от 1 до 5. Сумма баллов по всем рецензиям определяет победителя. Количество отзывов в целом не регламентируется, но не менее 5 от участника. В случае того регламента, который принят, приходится вымучивать отзывы на рассказы, которые заведомо не нравятся и которые не хочется дочитывать.

Если Вы просматривали все рассказы недавно закончившегося конкурса, то могли видеть, что некоторые участники в открытую оставляли отзывы к своим рассказам, не раскрывая при этом авторства.

Александр Басов,
я и не призываю из-за такой чепухи менять регламент. Определять автора чисто комбинаторными средствами неинтересно. Гораздо интереснее выловить его по стилистическим особенностям письма, сюжету и т.д. Но все же "принцип пятерки" (шестерки - не суть важно) кажется мне заслуживающим внимания.

До сих пор не получил ответа.
Надо бы разъяснить - во избежание.

И тут мальчика рубят под корень, обламывают лишние ручки-ножки, на голову водружают блестящую фиговину, приколачивают ножками к крестовине и на месяц обездвиживают. Вокруг мальчика ходят хороводом и поют:

"Родился мальчик в городе,
он в городе подрос,
он в лес приперся к елочкам
в рождественский мороз.

Теперь он улыбается,
а спросишь - он молчок.
За ним приедет в дровенках
печальный старичок"

А потом про мальчика забудут и позже выкинут на помойку. Праздник есть праздник!

Я, конечно, не Аптекарь, но вы, Граф, при любых ограничениях будете действовать в присущем вам стиле. Это - судьба. Так что не парьтесь, не насилуйте нежную свою психику лишними раздумьями и режьте правду-матку. И у остальных появится возможность не только узнать о себе интересное, но и ополчиться и излить желчь на вас, что равносильно облегчающему сеансу у психоаналитика. В свою очередь, вы в очередной раз приобретете лавры великомученика и страдальца за убеждения.
Как видите, всем будет хорошо.

Если это высказано в качестве пожелания к организатору, то поддерживаю.