Нет такой книги о попаданцах, которая сейчас не могла бы быть издана.
Кстати, у человека на самлибе 300 000 просмотров по разделу, и его фамилия постоянно всплывает в литературных дискуссиях. В отличие от фамилий подавляющего числа опубликовавших авторов
Это тоже нужно уметь

автору на литресе ничего не заплатят - они договора с физиками не заключают.

Т.е. будут вашими книгами торговать - у вас будет положительный баланс - но раз договора нет - и соответственно - переводить деньги не имеют права.

Литрес работает через посредника, при этом отбираются те же 75%, что и при размещении через любой ПОД а-ля ридеро.

Сейчас - не в курсе. Раньше работали напрямую. У меня до сих пор договор действует.

Обращаться в редакторский отдел не пробовал, а SelfPub.ru поясняет четко:

Посмотрю позже. Сейчас, прямо на работе, с умным типа видом, типа занят работой, пишу этот ответ.

И вообще непонятно, в чем проблема-то? В том, что автору 50 романов пришлось таки в итоге искать работу, ибо с тиражей больше не проживешь? Вот ужас. Я плакал

И Мариам разбирали, с цитатами. Публикует сию даму некое частное издательство «Livebook / Гаятри». Так что вся информация о её сверхтиражах - из этого сверхнадежного источника. Восемь языков - чешский, латвийский, польский... на английский перевести почему-то забыли, если верить фантлабу
Кто ее знает, окромя армянской диаспоры, сказать затрудняюсь.

Роман «Дом, в котором…» Мариам Петросян писала почти 20 лет. Еще неизданная рукопись «одного из главных романов нулевых» попала в короткий список премии «Большая книга», а после публикации роман получил целый ряд литературных премий («Русская премия», «Студенческий букер», «Портал» и другие) и невероятный успех у читателей, растущий с каждым годом. Сегодня «Дом, в котором…» переведен на десяток европейских языков, его включают в школьную программу по внеклассному чтению, изучают в университетах, посвящают научные статьи и диссертации.

Я не знаю ни Казакова, ни эту Мариам, и никогда о них не слышал...

Монк, а зачем вы тогда живете?

Монк, а зачем вы тогда живете? Вы вроде пишете, то есть находитесь в литературном процессе, и ничего не знаете. Тут либо вы врете, либо вы обитаете среди маргиналов, которые кроме пивных этикеток ничего не читают.

Хочу сделать каминг аут. До меня только что дошло, что я ненавидела свою работу последние 14 лет. С очень короткими перерывами. Один раз я её любила, когда писала заявку "Крема" и один раз, когда случайно узнала историю фальшивомонетчика Баранова. Я любила то, что делала, когда даже не думала, что это может быть моей основной деятельностью - когда писала книги, чтобы порадовать одного вполне конкретного человека, ну еще может пару-тройку друзей. Любила переодеваться в несуществующего автора и писать от ее имени детективы - просто потому что это было весело. Когда я первый раз пришла в гриме и парике - меня не узнал ни один человек в родном издательстве. А когда стала говорить людям и они по голосу медленно понимали что перед ними я - о! какие это были лица! Как было здорово провести встречу с читателями на ММКЯ в гриме, как Воронцова, а потом все смыть переодеться и проводить встречу как Лиля Ким. На Воронцову гораздо больше народу приходило :-)
Сегодня я точно вспомнила момент, когда все это веселье кончилось. Наше уютное издательство было вертикально интегрировано большим московским. И к нам приехал учредитель, "наш владелец". И рассказал нам, что специально для нас, недостойных, приобретен "бумагоделательный комбинат" и еще что-то. И хватит херней страдать - давайте быть жесткими профессионалами. Тогда я первый раз услышала про пельмени. Что "наш читатель это работник ЧОПа", "женщинки хотят хотя бы почитать про настоящих мужиков", человек в костюме в полоску, рубашке в клетку и галстуке в горошек сказал, что каждую обложку он будет утверждать лично. Фокус-группам, которые хорошо себя зарекомендовали на выборе вкуса и упаковок пельменей стали давать на читку рукописи. И потом присылать список замечаний. Какой должна быть героиня, что хорошо бы добавить пару интересных рецептов. Короче за год съебались до мышей - то есть главной героиней стала пенсионерка, которая сидит на лавочке у подъезда и расследует преступления жильцов. Тут я не выдержала и хотела начать голодать, в качестве автора современной прозы. Но меня пригласили на ТВ. Вот некоторые цитаты: "Наш зритель это охранник ЧОПа", "люди приходят домой с работы им нужно что-то под пельмени", "зачем нам консультант - зритель все равно в этом не разбирается", "женщинам не нужно как в жизни, им нужна сказка", "Лиля, то что вы принесли - это какая то черная икра. А людям нужны пельмени". "Героиня не любит мужа - аудитория это не примет", "Главный герой ученый - аудитория не любит ученых"... - тысячи реплик от людей, которые каким-то образом, под дружный вой и стон этой самой аудитории "почему ваши сериалы и фильмы такое?....", каким-то непостижимым образом умудрялись сохранить уверенность, что они то точно знают, что нужно этой самой аудитории. И если я "крепкий профессионал своего дела", то моя задача взять аванс и вернуться с форматным сценарием. И как мне тогда казалось - я приняла это как данность, как реальность, как гравитацию, которую можно конечно пытаться игнорировать, но...
И я работала. Годами сидела на антидепрессантах. Создавала себе ситуации, когда деньги нужны ну так, что нет даже шанса задуматься "а стоит ли за это браться?". Лицо мое превратилось в суровый покер фейс, мышцы в камень. И на этих же дрожжах я и в Америку приехала. Что надо быть профессионалом. Но с пониманием, что это значит у нас. Как-то угадать, что от тебя хотят и прогнуться так, как можно прогнуться, только если зазомбировать самого себя, что ты сам этого хочешь. Поэтому я два года не могла написать простое creative statement - что мне интересно. Этот фонтан был засыпан и заложен кирпичом очень давно и больше того - стыдно если он вообще есть. Потому что некоторые люди лучше знают, что ты должен писать, аудитория смотреть, кинотеатры показывать. И мне казалось, что это естественно. Потому что кто ты такой вообще, есть такое слово надо и если все будут делать, что хотят - что тогда вообще будет.
В итоге я нарастила нужной толщины броню, чтобы "быть эффективной". И задохнулась в ней. Когда у меня уже сил вообще не осталось ни на что - она отвалилась, просто потому что не было уже сил ее поддерживать. И пару месяцев без нее была растерянность - как же я теперь буду жить и работать?
С удовольствием!

Монка же что не спросишь, он ничего не знает. Какой из вас писатель если вы ничего не знаете? Как можно быть писателем и ничего не знать? Вы Мурзилку только читаете?

Я не читал, но знаю. У Пелевина читал один роман, давний, но в курсе всех его последних новинок. Как не быть, если о них на каждом углу говорят? Не читал "Цветочный крест" Колядиной, но в курсе, что она есть, что она взяла "Русского Букера" за свою веселую галиматью.

Лиля Ким -бывший российский писатель и сценарист о наболевшем.

А в США дела со сценарным делом обстоят как-то иначе? Что-то не замечаю последние годы никакой разницы.
В массе своей такой же безумно вторичный, постоянно копирующий друг дружку, напрочь безликий и бездарный продукт.
Это я говорю как потребитель, совершенно не зацикленный на "интеллектуальном" кино, и ещё недавно с удовольствием употреблявший американскую сериально-киношную продукцию.

Ну а книжный бизнес поставлен совершенно по другому.
Без пельменной фокусгруппы.

Колядина написала хорошую книгу, довольно многогранную.
К сожалению многие не увидели там ничего кроме афедрона.

Лиля Ким -бывший российский писатель и сценарист о наболевшем.