Олег маячил в дверях детской, как статуя Командора, которая, придя по приглашению, внезапно обнаружила, что Дон Жуан сожрал весь ужин и бесследно исчез. Его волосы стояли дыбом, словно пытаясь покинуть голову, на лице выступили красные пятна, а губы слегка подрагивали и кривились, как у обиженного ребенка.
Полугодовалый Мишка хихикал, указывая пальцем на отца. Кира – вся терпение, сдержанность и материнская любовь – терпеливо меняла сыну подгузник. Рыжий кот Басурман с презрительным подозрением наблюдал за всеми с подоконника.
– З-з-зачем? – прошипел Олег, вымученно улыбаясь Мишке. Шипение превратило улыбку в людоедскую гримасу – и Мишка засмеялся еще громче. Кот, подумав, отодвинулся вглубь подоконника, под прикрытие занавески.
– Что зачем? – с ледяным спокойствием уточнила Кира. – Он обкакался – и я меняю на новые. Не веришь? Вот.
Она развернула старый подгузник со всем содержимым в сторону Олега. Тот судорожно сглотнул и побледнел. На подоконнике громко чихнули.
– Выкинешь его, когда пойдешь, ладно? – полу-попросила, полу-констатировала факт Кира.
– А ты разве не сфотографируешь и его тоже? – ехидно спросил Олег. – Не выложишь у себя на страничке? Чтобы все еще раз увидели, как у моей жены медленно разлагается мозг?
– Ах вот ты про что, – Кира улыбнулась мужу своей самой обезоруживающей улыбкой. – Но ведь та блю-блю на передничке была так похожа на смайлик! Мне поставили несколько лайков – значит, людям тоже понравилось.
– Не людям! – покачал головой Олег. – Не людям! А таким же сумасшедшим мамашам, как и ты! Ну кому придет в голову выкладывать на всеобщее обозрение какашки и прочее! А? Зачем?
Кира ничего не ответила, наклонилась к Мишке и громко подула тому в пупок. Малыш зашелся в заливистом смехе. На подоконнике зашуршали и уронили горшок.
– А эти слова! – в отчаянии вскричал Олег, трагически заламывая руки. На секунду Кире показалось, что она смотрит дурной фильм, в которой женскую роль штатной истерички по какому-то недоразумению доверили ее мужу. Нет, Олег всегда любил пафос и красивые позы, но сейчас он явно переигрывал. – Эти слова! – с болью в голосе повторил он. – Покакуси! Пропердольки! Тугосеря! Откуда они? Из каких глубин ада ты их выудила?
Кира пожала плечами. Вопрос был действительно занимательным, но сейчас ей не хотелось вдаваться в его исследование.
– Так все говорят, – коротко ответила она.
– Кто все? – ядовито осведомился Олег. – Я так не говорю. У меня на работе так не говорят. По телевизору так не говорят. И где они, твои «все»?
Кира обиженно засопела. Отвлекшись на минуту от Мишки, она потянулась к стоящему тут же, на соседнем столике, ноутбуку и остервенело застучала по клавишам.
– Вот! – торжествующе воскликнула, разворачивая ноутбук к Олегу. – Вот, смотри!
На экране мерцала интернет-страничка – судя по характерному оформлению, какой-то форум.
– Вот! – повторила Кира, ткнув пальцем в список тем. – Смотри! И ведь я просто набрала в гугле «пропельдольки тугосери» – и мне выпал он. А сколько таких еще в сети?
«Что делать с тугосерей?», «У нас жидкие пропердольки. Паниковать?», «Чем поить тугосерю-годовасика?» – темы шли одна за другой.
– Ну и что ты теперь скажешь? – в голосе Киры звучали нотки победителя. – Видишь, есть такие слова! И их говорят! И не только говорят, но еще и пишут!
– Ничего, – холодно ответил Олег. – Я всегда считал, что папа Дяди Федора в мультфильме был неправ.
– Что? – не поняла Кира.
– Когда говорил, что только гриппом все вместе болеют, а с ума поодиночке сходят, – пояснил Олег. – Сходят вместе, да. Сначала полусумасшедшие в кучку сбиваются, а потом вместе до кондиции и доходят.
Кира задохнулась от возмущения. Мишка восторженно взвигнул. Кот, пригибаясь к полу, в стелс-режиме покинул комнату.
– Не надо так, – сокрушенно покачал головой Олег. В его голосе звучало сочувствие к неразумной жене, которая балуется какими-то глупостями. – Ты же кандидат наук, как так можно, в конце-то концов.
Он подошел к ней, наклонился и поцеловал ее в макушку.
– Заканчивай это. Мишуня, пока!
Мишка, получив свою порцию отеческих поцелуев, радостно гукнул.
– Я ушел! – через минуту донеслось из коридора. – Вернусь поздно, сегодня проект сдаем. И никаких пропердолек!
Хлопнула входная дверь.

Кира вздохнула. С определенной точки зрения Олег, конечно, был прав. Субкультура молодых мам, которую она постепенно постигала, окружала себя кучей странных ритуалов, сомнительных традиций и сдабривала все несколько жутковатым псевдодетским языком. Однако, это было так… мило? И все мамы были так… едины? Да, именно. Кире было грустно и одиноко. Нет, конечно, Мишка не давал заскучать, да и на заботливость Олега грех жаловаться – но ей не хватало кого-то, кто бы мог ее понять. С кем бы можно было поделиться простыми житейскими радостями и глупостями, пожаловаться, поныть и пошутить…
Кира снова вздохнула и задумчиво покрутила колесико мышки, гоняя страницу форума туда-сюда. Розово-голубая гамма успокаивала и создавала ощущение уюта.
А почему бы, собственно, и нет?
«Лавиния» – ее постоянный ник по имени любимой героини Шекспира был никем не занят. Ну что же, значит, судьба.
Подтвердив регистрацию – немного удивил домен, с которого пришло письмо с ссылкой, .dl – Кира, обнаружила, что у новичков нет никаких ограничений ни по количеству сообщений, ни по созданию тем. Ну что же…
Она помахала пальцами над клавиатурой, разминая их. Ну что же…
«Мужу не нравится, когда я выкладываю в интернет фото покакунь и говорю про пропердольки. Как быть?»

Лавиния
Девочки, проблема, что в названии. Муж ругается, что я фотографирую подгузники малыша и выкладываю к себе на страничку. Еще ему не нравится, что я использую такие слова, как «тугосеря», «козюльки», «кака», «масик», «укакиш» и другие. Как быть?

И через минуту замерцало окошко личных сообщений. Кира робко улыбнулась, сердце замерло от предвкушения – неужели у нее теперь будет… подруга? Неужели она теперь не останется одна?

Тули
Привет! Ты новенькая? Сколько твоим?

Руки зависли над клавиатурой. Главное – не поторопиться. Не отпугнуть. Не вывалить сразу все переживания, мысли и истории.

Лавиния
Привет!
Да, случайно на этот форум наткнулась. Моему полгодика.

Тули
Ой, у тебя всего один? Как так получилось-то?

Кира задумалась. Кажется, она попала на адепта многомамочек, которые считают, что чем больше детей, тем лучше. Охохох… Надо быть осторожной в словах, чтобы не обидеть старожила, а то так просто испортить первое впечатление о себе. А это совсем не в интересах Киры.

Лавиния
Ну вот так вот. Мы хотим еще, но пока не можем.

По поводу «мы хотим еще» она, конечно, покривила душой. В плане «мы». Сама-то она, кажется, была бы и не против родить Мишке брата или сестричку – причем именно сейчас, когда она уже втянулась в младенческо-пеленочные проблемы. Но вот Олег… Он настолько ошарашен тем, как изменился их мир с появлением одного-единственного ребенка, что возможность увеличить количество детей попросту не укладывается в его голове.

Тули
Ну ничего, главное, чтобы здоровенький рос. Так кому это там не нравятся фоточки малышуни?

********
Наверное, ей стоило зарегистрироваться на этом форуме только для того, чтобы познакомиться с Тули. Нет, конечно, на ее крик души отозвалось несколько десятков мамочек – кто-то утешал ее, кто-то делился своими переживаниями и жаловался на «таких же, грубых и нечутких» мужей, кто-то советовал приберегать «мамочкин лексикон» только для своих – но Тули оказалась светом в окошке и подарила Кире то, чего той так отчаянно не хватало – общение. Они не очень много рассказывали о себе друг другу – так, по скупым намекам Кира догадалась, что Тули действительно многодетная мама, причем у нее то ли тройняшки, то ли четверняшки; и лишь только задав прямой вопрос, с радостью узнала, что они с новой подругой живут в одном городе. Приглашение в гости висело в воздухе – но, кажется, никто не решался стать первой. Это было и понятно – каждая боялась показаться в чужих глазах неряхой, неаккуратисткой или просто свинюшкой и поэтому ждала, что другая рискнет своей честью домохозяйки.
Олегу, кажется, тоже нравился новый этап в жизни Киры. Она забросила свою страничку в контакте, перестав делиться с подписчиками каждым чихом и каком из жизни Мишки, да и мужа уже не посвящала в проблемы пучепузенья и рыг-рыга. Они даже несколько раз выбрались в город, на встречу с общими друзьями из до-Мишкиной жизни: Олег поглядывал на Киру настороженно, точно ожидая какого-то подвоха – словно она вот-вот вскочит на барную стойку и со зловещим хохотом начнет размахивать над головой использованным подгузником – но это недоверие уже не задевало ее.
Даже кот Басурман смотрел на Киру с большим… уважением? Будто увидел в ней не раба для кормежки и смены лотка, а… ну, предположим, слугу для почесывания пуза и выстригания катышков. Какой-никакой, а карьерный рост, да.

********
Тули позвала ее в гости, когда в городе уже вторые сутки шел дождь. Киру удивил такой неожиданный выбор времени – не лучшая погода, чтобы таскаться с грудничком туда-сюда – но слишком велика была радость от будущей встречи с подругой, чтобы портить ее такими мелочами.
Название улицы, где жила Тули, Кире ничего не говорило. Ну, собственно, она и не настолько хорошо знала город, чтобы быть в курсе всех улочек и переулков – тем более, что за последнюю пару лет отстроилось несколько новых микрорайонов со своими топонимами и инфраструктурой.
Подумав, Кира открыла он-лайн карту, вбила название. Ну правильно, так оно и есть – точнее, нет. Нет такой улицы. Может быть, Тули неправильно написала? Но все другие варианты – в том числе и подставление «о» вместо «а», замена одинарной «н» на двойную и прочее – ни к чему не привели. Карта выдавала лишь какие-то подобия – и те в других городах. И как назло, самой подруги, чтобы уточнить адрес, онлайн не было.
Кира задумчиво потерла мочку уха. Ну как же так-то? Ведь они с Тули выяснили, что живут в одном городе. Может быть, карта устарела?
Она снова вбила первое название улицы. Страница зависла на несколько секунд, а потом выдала сообщение:
«Требуется обновить слои»
Кира пожала плечами и нажала на «ОК». Обновить так обновить, почему бы и нет?

Ей показалось, что что-то неуловимо изменилось в очертании улиц и расположении домов. Разве вот тут, куда она минуту назад смотрела, пока не обновила слой, не было пустыря? Зеленый многоугольник неправильной формы, это же пустырь, разве нет? Или сквер, или парк… Но чем бы он ни был – почему сменился на серый овал с расходящимися во все стороны лучами улиц? Площадь? Новая площадь, о появлении которой не было ни сюжета в новостях, ни очередного бурчания в сети «куда-деньги-опять-тратят»? Это невозможно!
Кира растерянно прикусила ноготь большого пальца. Что-то было во всем этом не то…
Но тут радостно загулил Мишка, истошно завопил Басурман, вырываясь из цепких детских ручонок – и Кира тут же забыла обо всех «не то».

********
Кира, крепко вцепившись в руль, осторожно пробиралась вперед. Под колесами хрустели осколки кирпича, тренькало битое стекло и то и дело, подрагивая, выскакивала ржавая проволока. Мишка задумчиво гулил в детском кресле, вглядываясь в мокрые потеки на окнах. Как только они въехали в этот район, где, судя по «новой» карте, жила Тули, дождь зарядил сильнее – хотя казалось, куда уж больше! – и скрыл окружающий мир за мутной, пульсирующей пеленой. Пришлось поднять стекла – те тут же, впридачу, запотели – и включить дворники, которые совершенно не справлялись с потоками воды.
Кира, прищурившись, крутила головой по сторонам. Странно… это игра света и тени? обман зрения? Ей казалось, что там, за слоями стекла и воды, дрожат во влажном мареве причудливые очертания изогнутых, причудливых зданий. Зданий, которые не могли появиться в воображении ни одного из человеческих архитекторов. Зданий, которых здесь нет и не может быть вообще нигде.
Несколько раз она протянула руку, чтобы открыть дверь и выглянуть – но так и не решилась.
– Нет, – наконец, сказала Кира. – Хватит. Не судьба. Возвращаемся домой.

********
«Я ждала вас» , – в сообщении Тули сквозил упрек.
«Мы заблудились» , – призналась Кира.
Подумав, добавила:
«Сильный ливень, ничего не видно. А я в первый раз в этом районе».

Тули
Странно. В дождь, наоборот, к нам легче добраться, все очень хорошо видно. Ну да ладно, всякое бывает.
Что будем делать?

Кира задумалась. Нет, Олег этого совершенно не одобрит… Да и к черту его неодобрение!
И быстро набрала, даже не глядя на клавиатуру, пока не успела передумать:
«Призежацте к нам»

********
Мишка весело гукал, колотя игрушкой по стульчику. Он уже успел напускать слюней на нарядный – специально для приема гостей – комбинезончик, загрузить – хорошо, от души – два подгузника и пожевать кошачий хвост. Теперь кот укоризненно взирал на мир со шкафа, а на Мишкиных щеках красовались рыжие шерстяные бакенбарды.
Вытирая сыну лицо, Кира рассеяно размышляла о том, что она опять – как, впрочем и всегда! – сглупила. Не спросила у гостей, что те предпочитают из еды. А вдруг у кого-то из Тулиных детей аллергия на печенье и фрукты? Или кому-то нельзя пить сок или молоко? Нехорошо как-то будет, если бедняжкам придется завидовать другим…
Оставив Мишку в покое, Кира присела за компьютер и задумалась. Она же толком-то и не изучила этот форум – сразу познакомилась с Тули и общалась только с ней, лишь изредка почитывая ответы в своей теме. Может, пробежаться по Тулиным сообщениям у других? Вдруг узнает что-то полезное?
Она открыла форум, скользнула вниз – туда, где находилась ссылка на список пользователей – механически пробегая глазами список тем.
«Какой прикорм лучше подойдет годовасику?», «Всю ночь плачет и куксится, как успокоить?», «Помогите! Аллергия на морскую капусту!», «Младшенький никак не вылупится, что делать?», «Как часто нужно менять пеленки?»… Что?
Кира вздрогнула и заморгала. «Младшенький никак не вылупится, что делать?». Это… какой-то сленг? Шутка?
Она нажала на название темы.

Рлема35
Девочки, помогите, младшенький никак не вылупится. По всем срокам еще неделю назад должен был. Я уже и помогаю ему, по скорлупе стучу, чтобы на звук шел. Но все-таки боюсь сильно бить – а если поврежу что малышу? Как быть, скажите? Или все-таки разбить, а его потом в полотенце довести?

Кира икнула.

Глюра
Рлемочка, не паникуй. У меня такое два раза было. Один даже на целый месяц задержался – и ничего, вон, плавает так, что не угонишься. Каждому свое. Может быть, малышок боится выходить – в яйце ему тепло, темно, уютно, а снаружи страшная неизвестность.

Багуся
Поддерживаю Глюру. Все так. Положи яйцо на животик и разговаривай с ними. Скажи, что мамочка его ждет, что братики и сестрички его любят, что ничего страшного не случится – наоборот, он увидит красивый и яркий мир. Спой ему что-то нежное и красивое.

Руки у Киры дрожали так, что она никак не могла попасть мышкой на ссылку, чтобы вернуться обратно на темы форума.
«Девочка хромает на пятое щупальце, как быть?», «Во сколько ваши детки самостоятельно поплыли?», «Какие сказки читаем?», «Как мы ложимся спать?», «Малышок, когда играем в ладушки, левыми щупальцами промахивается, что это?», «Я планер, мечтаю стать пузом, поделитесь опытом»…
В тему «Фотографии малышаток» она зайти так и не рискнула.

В дверь зазвонили.
Кира замерла. Сердце бешено забилось, а потом ухнуло куда-то вниз.
– Лавиночка! – мелодично пропели из-за двери. – Это я, Тулечка, пришла, открывай.

********
В подъезде было сыро, пахло рыбой и водорослями. Олег даже несколько раз с подозрением взглянул под ноги – но нет, трубу не прорвало и ни из-под одной двери не вытекали мутные потоки. Может быть, просто кто-то вернулся с рыбалки и слишком долго стоял около квартиры, пытаясь уговорить жену, что он действительно был на рыбалке? Тряс уловом в глазок, звонил друзьям, чтобы подтвердили…
В лифте запах усилился, а когда двери открылись на этаже Олега, густая, терпкая вонь чуть не сбила его с ног. На полу поблескивали черные лужи, в воздухе подрагивало влажное марево.
– Ну что за черт! – буркнул он, разглядывая потолок. Неужели что-то с отоплением? Это же все обои от стен отойдут и линолеум вспучится! А книги, ох, что будет с книгами-то!
– Добрый вечер, – мягко донеслось из полумрака площадки.
От стены отделилось что-то бесформенное. Оно походило на человека так, как на него походит криво и неуклюже висящее на вешалке пальто. Да это и было практически одно пальто – натянутое на что-то, колыхающееся и пульсирующее.
– Олег Малькевин, я полагаю? – пробулькало существо.
– Ик, – подтвердил Олег, оцепенев от ужаса.
– Муж Киры Малькевиной, известной в Интернете как Лавиния? – уточнило существо.
– Н-ну да…
– Покорнейше прошу прощения за то, что беспокою вас в неурочный час, – существо вздохнуло. К запаху рыбы и водорослей прибавился едва ощутимый аромат мокрого дерева. – Но, видите ли… дело в том, что моя супруга – как я понял из оставленной ею записки – решила по предварительно договоренности нанести визит вашей жене. Вместе с детьми.
– Ну да… – пролепетал Олег, сам не понимая, зачем он разговаривает – а не бежит вниз по лестнице с воплями ужаса. – У нас ребенок, Мишка. Наверное, они на своем этом форуме познакомились… пропердольки, тугосери, все такое…
– Да-да! – с жаром закивало существо. – Этот ужасный, о этот ужасный сленг! Как они только понимают друг друга? Признаюсь, я честно пытался поддерживать тамошнюю беседу, но… – оно с тоской развело рукавами. – Потерпел неудачу. Полный крах. А вы?
– Что я?
– Ну вы пытались понять новые потребности вашей супруги? Проникнуть, так сказать, в ее новый менталитет?
– Ну… я…. – Олег смутился и полез в карман за ключами. «Что ты делаешь?! – орали жалкие остатки сознания. – Беги! Ползи! Прочь!». Он отмахнулся от них, вставил ключ в замок и провернул. – Прошу.

В квартире тоже пахло сыростью – но не так резко. Казалось, что к запаху моря примешивается аромат свежего хлеба и каких-то трав.
Осторожно ступая, чуть ли не на цыпочках, Олег прошел к гостиной и приоткрыл дверь.
И чуть не упал.

Прямо перед ним, на ковре, аккуратно орудуя десятком щупалец, строило башню из кубиков что-то нежно-сиреневое, склизкое и глазастое, подозрительно напоминающее кальмара.
Еще два таких же сиреневых кальмарчика катались по кругу в кузове самосвала. Один из них медленно зеленел – и Олег понял, что вот-вот на полу комнаты появится блю-блю.
Сразу три кальмарчика самозабвенно жевали хвост кота, а тот обреченно вылизывал вырывающегося – и, кажется, мелко хихикающего? – четвертого.
Еще с одним кальмаром упоенно сражался погремушкой Мишка. Олег не без гордости отметил, что сын побеждал, оттеснив врага к кадке с фикусом. Правда, за кадкой притаилась еще одна сиреневая группа поддержки – но пока она только махала щупальцами и пускала пузыри.
И на все это совершенно спокойно и с каким-то умиротворением взирала Кира, прихлебывая из чашки. А рядом с ней, колыхалось и пульсировало нечто…

Олег притворил дверь и беспомощно взглянул на гостя.
– Семнадцать, – почему-то шепотом сообщил он. – Все ваши?
– Ага, – с гордостью кивнул тот. – И это уже третья кладка!
– А жена ваша… такая… такая… – Олег покрутил было рукой в воздухе, но тут же сообразил, что этот жест может быть расценен и как неуважение. – Выдающаяся во всех отношениях.
– Не без этого, – снова кивнул гость. – А ваша такая… – он слегка сдулся, словно из него выпустили воздух. – Такая… компактная.
- О да! – развел руками Олег. – Есть такое.
Он внимательно посмотрел на собеседника и поманил его в дальний конец коридора.
- Пойдемте. Пойдемте-пойдемте, не стесняйтесь.
- А тапочки? – растерянно спросило существо.

********
На кухне Олег достал из холодильника бутылку водки, поставил на стол два грюкнувших стаканчика и налил – щедро, от души.
– Олег, – протянул он руку гостю.
Тот выпростал из склизкого мокрого рубища – или то были всего лишь складки кожи? – трехпалое щупальце.
– Ктулху, – скромно представился.
И они оба немедленно выпили.