Моё время пришло. Незаметно и неотвратимо, сытные месяцы остались позади. Умчались вместе с поездом, в котором я оказался лишним вагоном.
А что делают с лишними вагонами? Их отцепляют. Вот и меня «отцепили». Бросили в агрессивной среде, украв будущее.
Печально, я бы даже взгрустнул, если бы мог. Увы, все мои чувства, желания, да любые позывы сейчас подчинены одной только цели: выбраться. Каждый из «отцеплённых» мечтает об этом. Совершить Великое Путешествие. Спасти «пассажиров», подарив им шанс на новую жизнь. Ведь именно от нас зависит столько судеб… Мы не имеем права на ошибку. Мы должны справиться. Я должен справиться. Преодолеть бесконечные пороги вязкой реки. Забуриться в самое сердце без пяти минут селевого потока и плыть, увлекаемый течением. Но сколько?..
Пару часов, дней? Лет?! По ощущениям, я уже целую вечность здесь болтаюсь. Будто в затопленной пещере – естественном лабиринте – мотаюсь из стороны в сторону. Чувствую себя желтком во власти блендера. Меня трясёт на ухабах, заносит на поворотах, куда-то тащит.
Проклятые изгибы дороги! Многочисленные извилины, не дающие отдохнуть. Туда-сюда, туда-сюда. Живу мечтою о прямом участке. Но нет! Тернистый путь снова виляет, и моё избитое тело впечатывает в стену. Хорошо ещё, она мягкая как бархатный ковёр, иначе давно бы расшибся. Позитив. Редкость в тягостном странствии.
Плыву дальше, барахтаясь то ли в разбавленной слизи, то ли в собственной беспомощности. Между тем, русло постепенно сужается. Поток начинает замедляться, пока совсем не останавливается. Наступает мучительно долгий период ожидания…
Он заканчивается землетрясением. В ту же секунду я струёй фонтана лечу к потолку. Мощнейший удар, после которого меня сносит на верхний уровень. По сравнению с нижним, движение идёт в обратном направлении, хотя, по-прежнему, независимо от моей воли.
Перемещаюсь урывками: стою, иду, стою, иду. Словно корабль, проходящий шлюзы. Причём, жидкости вокруг становиться всё меньше и меньше. Странно… Она куда-то испаряется? Или её кто-то высасывает, превращая огромную водянистую массу в кашицу? В поглощающие меня зыбучие пески.
Жалкие попытки выбраться оборачиваются крахом. Я не отступаю: поражение – недоступная роскошь. На кону тысячи жизней. Ради них нужно продолжать. Продолжать, когда сил почти не осталось. Когда руки опускаются. Когда хочется сдаться… так хочется сдаться…
Вперёд! Ты сможешь! Ты должен! Терпи!
Сквозь изнеможение и усталость к спасению.
И я держусь… до обрыва.
Скорость нарастает. Меня тянет к краю, выпихивает вниз. Свободное падение, оно прекращается также внезапно, как и началось. Мы вместе с липкой субстанцией зависаем над бездной. Отбросы, засорившие канализацию. Листья, забившие водосток. Наш недолгий полёт уступает место тошнотворно медленному сползанию в неизвестность.
Опять ждать. Ждать и верить, что всё не напрасно. Что вот-вот зажжётся свет в конце туннеля. Покажется выход. Ещё немного… совсем чуть-чуть… Стены дрожат, сжимаются. Это конец? Меня расплющит? Нет, напротив, выдавливает из органической тюрьмы. Наружу! На свободу! Ура!
Мы с кашеобразным веществом вырываемся из плена, летим, плюхаемся в воду, всплываем. Сверху обрушивается мощнейшая струя, увлекающая нас за собой на дно. Куда дальше? Уже неважно. Я победил, завершил Великое Путешествие. Осталось немного: разбросать яйца. Подарить будущее моему потомству, дав шанс найти хозяина. Продолжить род бычьих цепней…


***


– Но это же отвратительно, – скривился пятидесятилетний брюнет, жирное тело которого с трудом помещалось в дорогостоящем брючном костюме. – Побывать в шкуре червяка.
– Согласен, весьма любопытный выбор, – усмехнулся курносый старик в лабораторном халате. – Однако именно данная симуляция провоцировала наиболее интенсивную эмоциональную реакцию среди подопытной группы.
С тяжёлым вздохом толстяк поднялся на ноги и, опираясь на трость, заковылял вокруг овального стола конференц-зала. Его левая рука стала скользить по спинкам пустых кресел.
– Серьёзно?
– Абсолютно, – кивнул старик. – Если позволите, я считаю: любые проявления экстремального поведения и отклонения от нормы вызывают у большинства людей повышенный интерес. Хотя зачастую недолговременный.
Мясистые губы начальника расплылись в ухмылке:
– Ну, не знаю, профессор. Всякие гадости обычно запоминаются.
– Речь о другом…
– Неважно, – отмахнулся толстяк. – Главное, этот ваш «Передатчик эмоций» работает?
– Устройство готово. Загружаете базовую симуляцию, и мозг пользователя будет считать, что находится в чужом теле. Любые недостоверные моменты сгладит подсознание.
– Да-да, ясно… У вас три дня на подготовку. В понедельник презентация для совета директоров. И улыбнитесь, – он хлопнул старика по плечу. – Скоро мы с вами как следует тряханём всю индустрию развлечений. Миллионы заскучавших потребителей. Они уже ждут нас, готовые отдать свои кровные за пару минут сомнительного удовольствия… Побыть паразитом… хм… ну-ну…