В гороскопе было сказано, что сегодня его ждут неожиданные встречи и интересные повороты судьбы. Андрей улыбнулся, внутренне соглашаясь, еще раз проверил настройки порта и шагнул внутрь.
И в который раз отметил, что мода на дизайнерские квартиры-студии сильно экономила время. Телепорт был предусмотрительно смонтирован посередине жилого сектора, и спальню искать не пришлось.
Первой завизжала блондинка. Потом брюнетка. Потом валианский разумный осьминог. А следом заорал благим матом, одновременно пытаясь прикрыть и лицо, и причинные места, господин председатель парламентского комитета по этике и морали. Женат. Четверо детей. Ксенофоб.
- Ой, батюшки, извините, бога ради! - затараторил Андрей из кабинки телепорта, уворачиваясь от летящих в него элементов постельного белья и интерьера, пока оптика глаз делала фото групповых забав. - Код города, наверное, спутал!
- Охрана, мать вашу, охранааа! – выл господин председатель, натягивая белье. Через секунду откуда-то из прихожей выломились два здоровенных амбала и рванули к Андрею.
- Всех благ! – воскликнул тот и нажал кнопку порта. Рандомайзер за долю мгновения выбрал случайные координаты, еще пикасекунда ушла на взлом телепорта назначения. Хлоп, и вот Андрей уже смотрит на облака из окна чьего-то пентхауса. Хлоп, и перед ним зашумел океан. Хлоп, и пьянящий воздух осеннего парка наполнил грудь. Несколько прыжков и его уже не выследить. Что говорить, правильные вложения – долгосрочные вложения. А самые долгосрочные из них – вложения в себя. Если в школе любить физику, а в университете радиотехнику, то при должном старании смастеришь штучку, которая будет кормить до конца дней.
Еще прыжок и Андрей был на месте. Работа папарацци была веселой, но не слишком прибыльной. Совсем по-иному обстояли дела в сфере профессионального медвежатничества.
- Эге-гей! – крикнул Андрей, выходя из телепорта в огромный мраморный зал. - Хозяева, есть кто дома? Никого? Какая досада.
Он быстро просканировал комнату на предмет охранных систем, с удовольствием отметил их простоту, как и поведал информатор, и начал осмотр.
Куш Андрей сорвал солидный. Картины на стенах гостиной, древний фарфор в шкафу столовой, бриллиантовые украшения в спальне. Коллекция старинного огнестрельного оружия в кабинете и винный зал. Даже краны в ванной, вроде, были из золота.
- Совсем с ума сошли, - пробормотал Андрей, пытаясь прикинуть, сколько ходок надо сделать, чтобы унести хотя бы часть всего добра. - А народ ведь голодает. Эх.
От этих тягостных мыслей ему даже захотелось перекусить. Он забрел на кухню в поисках холодильника и застыл на пороге. В правом углу, перед шкафом с посудой он заметил миску. Точнее, две огромных миски для еды и воды, закрепленных на высокой стальной ножке. На одной из них было выгравировано «Бубсик». И тут до Андрея, наконец, дошло, почему в этом шикарном местечке была такая хлипкая система охраны.
- Нет, только не он, боже, - прошептал Андрей, - Пусть это будет Адов зверь или Акулий зубр. Только бы Акулий зубр, мамочки.
Он осторожно развернулся на каблуках по направлению к выходу и тут в дальнем конце коридора увидел то, чего так опасался.
Из полумрака на него пристально глядел Ротвейлер-плюс. Его внимательные глаза подсвечивали желтым, а лоснящаяся темная шерсть на загривке поднялась. Он несколько мгновений оценивал гостя, а потом медленно лег на землю, готовясь к прыжку. Все внутри у Андрея мерзко сжалось. Он досчитал до одного и рванул в зал. В два прыжка оказался в порте и ударил кнопку. Хлопок, и вот он уже бежит под палящим солнцем, перепрыгивая через ящики с сухофруктами, пытаясь не запутаться в пестроте ковров и отчаянно выискивая глазами общественный телепорт. А в спину ему несется грозный собачий рык. Ротвейлер-плюс никогда не теряет следа. Даже сквозь пространство. Хлоп, и Андрей скачет по бесконечной каменной лестнице вниз, потом вверх, продирается сквозь дикие заросли, вязнет в болоте, уворачивается от летящих навстречу машин, спотыкается и падает, кричит, поднимается и снова бежит, петляет, ныряет, катится и снова и снова слышит позади тяжелое сопение и размеренный, словно механический, топот собачьих лап.
Рандомайзер визжал от натуги, система вопила о перегрузке, а Андрей все прыгал и прыгал, декорации менялись так стремительно, что мозг даже не успевал их понять. Хлоп, хлоп, хлоп, хлоп. И тут все прекратилось.
Никакого собачьего рыка, никаких стремительных картинок, никакого пространства, ничего. Он стоял, или парил, или висел где-то в бесконечной белой пустоте, без начала, конца и края.
- Я оторвался, - счастливо выдохнул Андрей, ощупывая свое тело, - Я действительно от него ушел.
- Впечатляет, - уважительно ответила ему молчащая белая бесконечность, - И что теперь?
Андрей растерянно пожал плечами, отгоняя тяжелое осознание.
- Не знаю. Черт, наверное, нужно домой. Куда-то.
- Ааа, - сказала молчащая бесконечность. - Ну, это вон туда. Налево и вверх.
Андрей обвел глазами белое ничто и вздрогнул. Кажется, дорога домой предстояла долгая. А еще гороскопы не врут.