Многие из нас видят сны, почти каждый. У некоторых сны сразу стираются в сознании, оставляя лишь, даже не эпизоды, туманные образы. Бывает, проснёшься взволнованный, а толком и не можешь сказать почему. Но что-то же было?
Марина сны словно проживала, настолько ярки и реалистичны они были. Временами, она даже путала происшествия из обычной жизни с теми, что отметились лишь в её воображении.
Как-то приснилась Марине зима. Дома одна и тревожно ей. И вот, в окно стала стучаться женщина летающая, похожая наружностью на Снежную королеву, только была это Царица времени. Марина не знала, откуда, а знала наверняка. И хотела та женщина отобрать время у девушки, не всё, но приличный кусок. Долго стучалась. Жуть. Пробудилась Марина, натурально, в холодном поту и совсем не от жары – наяву тоже была зима. В это же утро она видит такую шапку, как у Царицы времени, - копия – на вредной начальнице своего отдела. Или в другой раз дело было. Зал. Огромный что стен не видно. Но зал, потому что колонны и люстры, и лепнина на потолке. Весь сон она танцевала не с теми. Ей хотелось с принцем, но с ним всегда кто-то кружился, не подступишься. Принц, кстати, был подозрительно похож на Диму, но одет смешно: лосины, рейтузы дутые, полосатые. Всё-таки прорвалась к нему, белый танец объявили, а он сказал, что ногу подвернул и ему нужно присесть. В такие моменты сны заканчиваются обычно. Утром по дороге на работу Марина зачиталась в троллейбусе. А сверху…
- Ногу подвернул, нужно присесть. Милая дама, вы не могли бы уступить?
Быстро вскочила от неожиданного совпадения так, что просившего дедушку напугала. Старик засмущался, но место занял. Пусть и не принц повторил неприятную фразу, а Марина ясно поняла о связи двух миров. Такие параллели проявлялись, едва, не каждый день, и девушка начала было привыкать к такому стерео существованию.
Вечер накануне судьбоносного дня не обещал ничего сверх обыкновенного. Марина, придя с работы, поужинала, вымыла посуду, проделала ежедневные процедуры в ванной и улеглась в постель с популярной книжкой. Сработал условный рефлекс, и через несколько страниц она уснула, успев перед этим погасить ночник.
Сегодняшнее виртуальное приключение происходило на фоне самых заурядных декораций. Она сидела в своём отделе исследовательского института, наблюдала за галкой через окно, а та в ответ разглядывала Марину одним глазом, чуть наклонив и повернув голову. Сначала – ничего, но постепенно эти гляделки стали нервировать и, далее, напугали девушку. Очень кстати закончился рабочий день, и сослуживцы по очереди стали расходиться. Марина вышла последняя. Про галку она и забыла думать, не смотря на то, что недавно ещё ту боялась. Для снов такие перемены не удивительны. Так же сразу, вдруг Марина оказалась на улице у здания института. Впереди вдоль дороги шёл Дима. Молодой мужчина, чуть старше её, он трудился в соседнем отделе. Они друг другу кивали при встрече, если издалека, или дежурно желали здоровья, когда сталкивались в коридорах. Ещё в столовой виделись. На самом деле в столовую в одно время они попадали не совсем случайно – Марина подстроилась. Но даже себя она убедила, что именно в двенадцать сорок пять здесь самая короткая очередь на раздаче. Может, и так.
Свист тормозов. Тонированная наглухо иномарка. Двое в секунду затаскивают Диму на заднее сиденье. Тот же свист резко разгоняющегося автомобиля. Марина лишь успела заметить через открытую дверь, что у водителя голова галки, но размером с человеческую.
- Дима! – закричала она, с тем и пробудилась.
Дело принимало серьёзный оборот. Здесь не шапка какая-то. В первый раз предзнаменование касалось не её – другой человек под ударом. Впервые она не просто смотрела кино – нужно было действовать.
Целое утро до работы и на ней Марина изобретала план Диминого спасения, но так, чтобы дурой не показаться и честь сохранить.
- У меня есть ненужный билет в «Ленком». Там «Дядя Ваня» сегодня, а маму попросили подежурить, - Марина решилась начать разговор в столовой.
- Почём?
- Так. Чтобы не одной. Обсудить потом. Не подумай только.
- Я не думаю. С меня буфет тогда, - неожиданно сразу согласился Дима.
Отлегло временно.
Марина афишу посмотрела в интернете, а билета у неё, конечно, не было. Зато Дима теперь под присмотром и, вроде как, не подумал, что она навязывается. Уж точно, виду не подал. А то некоторые, знаете, начинают улыбаться с превосходством? А скорее, ухмыляться половиной рта.
«Театрал? Или жадный? А может, всё-таки решил, что я доступная, раз сама? Но ведь человек в опасности, с мыслями его потом как-нибудь разберёмся, или нет. Как же с театром-то быть?» - одни вопросы.
Когда выходили из института, внятного решения о продолжении у Марины ещё не было. И когда подходили к метро.
- Стой! – на дороге что-то клевала та самая галка из сна, так ей показалось, или захотелось подумать.
Она действительно испугалась. Развернулась и прижалась к Диме. А летом «прижалась», это совсем не то «прижалась», чем зимой, или поздней осенью, тут вся поверхность другого туловища ощущается. Он обнял её, зафиксировал в приятном положении, хотя внешне это выглядело так, будто успокаивает.
- Давай, не пойдём никуда. У тебя ведь мама на дежурстве? – перехватил инициативу Дима.
- А билеты? – спросила она.
- Ну, их. Какой пустяк. Я тут тебе всё собирался сказать кое-что, но для этого нужно купить сыворотку смелости, и закусить.
- Тогда, ко мне.
- Через магазин, - ещё раз уточнил Дима, он всё ещё обнимал Марину, она позволяла.
До её квартиры добрались без происшествий. Так Дима был спасён.
- А билеты? – спросит не слишком внимательный читатель.
Но они и, правда, - такая деталь несущественная, что и вспоминать неловко.