Сейчас не знаю, кажись, опять законы поменяли, но в 2012-13 было так - приходишь в местную администрацию и говоришь: Хачу пикет/демонстрацию/митинг. После этого оформлял заявление и в трёхдневный (вообще-то не помню, но быстро) срок получал уведомление-разрешение, где прописывалось место и время. Т.е. желаемое место и время могли поменять. Из своих соображений, типа интенсивного движения. Потом выделялся наряд полиции, который следил за порядком во время мероприятия. Если большое мероприятие, выделят заметные силы.
Се ту. Митингуй, пикетируй, демонстрируй, доминируй, унижай... и никакого нарушения закона.

Я про то что в тоже время законы США по отношению к неграм тоже не блистали разрешениями ( а скажем Израиле и сейчас... ) - а от в СССР такого ничего не было.

Как бы дальше на пути хотелок любого члена общества лежит Закон.

И пофиг ему на мнение тех чью свободу он ограничивает.

Вопрос в том, какую свободу закон ограничивает, а какую нет, и почему.

Вашу - относительно моей. И наоборот.

Я про то что в тоже время законы США по отношению к неграм тоже не блистали разрешениями ( а скажем Израиле и сейчас... ) - а от в СССР такого ничего не было.
Так что если желаете сравнивать - такие параллели и стройте.

А вот интересно - а если бы "Закон" по отношению ко мне Вас никак не ограничивал, то что бы Вы сделали?

У всех стран свои проблемы и беды, это только определенный сорт спорщиков такого мнения, что если указать на чужое пятно, это автоматически обеляет свое.

И вы это можете подтвердить документально - т.е. конкретными ссылками на материалы конкретных дел, в том числе в их процентном отношении к общему количеству судебных решений (см. термин "зачастую")?

Лариса очень уважала отчима, называла его папой. А он как мог заботился о семье. Не имея специального образования, работал счетоводом-бухгалтером в леспромхозе. Лес, древесина были очень нужны экономике новой власти, страна торговала лесом, поэтому леспромхозы имели некоторые привилегии. Николай Иванович получал продукты по первому списку. Но потом леспромхоз закрыли, и семье пришлось нелегко.
Когда Лариса окончила восемь классов, мама сказала, что они не могут ее дальше учить, надо идти работать. (В семье подрастали еще две сестренки, а папа в те годы чувствовал себя плохо.) «Будешь работать в школе учительницей, я уже договорилась с заведующим районо», – изрекла матушка. Эту весть Лариса встретила без восторга. Умная девочка, жадно читавшая горы книг, в 13 лет цитировавшая «Евгения Онегина», еще не определилась с выбором профессии.
– Мне было 17 лет, – вспоминает Лариса Николаевна.– Первые уроки мне давались тяжело. Ведь я совсем не знала методики, старалась подражать своим бывшим учителям. А потом поступила учиться заочно в Кунгурский педагогический техникум. Постепенно приходил опыт. Однако угнетало то, что на учителей возлагалось непомерно много обязанностей. Советская власть проводила коллективизацию, ликвидировала безграмотность, словом, «поднимала» деревню, всячески, прежде всего политически, просвещая сельское население, и все это было делом учителей. Времени на самообразование не хватало. А учитель должен быть «ходячей энциклопедией».
Так в жизни девушки преломлялась большая «история современности». Потом она в их семье обернулась трагедией.
16 февраля 1937 года Цыплякова арестовали. Из дому его увели ночью, а утром отправили в Орду. Все в Ашапе знали Николая Ивановича как порядочного и честного человека, поэтому были уверены, что вышла ошибка и скоро его отпустят домой. Но шло время, а он не возвращался. Удалось узнать, что его арестовали якобы за связь с меньшевиками: мол, был у них на собрании в школе в таком-то году и в такой-то день. Родственники подняли дома все документы, и оказалось, что в этот день и даже год Цыплякова в Ашапе не было: он находился в госпитале после контузии. Появилась надежда исправить «ошибку». Лидия Ивановна и Лариса стали писать прошения во все инстанции, даже самому Сталину.
– Мы хлопотали, а его в живых уже не было, – говорит Лариса Николаевна. – Папу расстреляли в мае того же года. Мы с сестрами узнали об этом уже во время перестройки, в 90-е годы. А мама не дожила, не узнала правды.
– Вы могли бы назвать свой самый счастливый день? – спрашиваю Ларису Николаевну.
– У меня не было счастливее дня, чем День Победы в 1945 году. В остальное время я тогда была счастлива, когда мои дети были радостны и здоровы. По природе я мать. Детей своих, внуков люблю беспредельно. Счастлива, что они выросли и растут добрыми, ласковыми, внимательными. У нас большая дружная семья. И если я в форме, то есть чувствую себя хорошо, то их дела и заботы – это мои. Как и проблемы страны. Я все знаю – и про Турцию, и про Америку, и про столетнюю дочку белого генерала, получившую недавно гражданство в России…
Она всегда была в курсе происходящих в стране событий, ее семья никогда не жила без газет и журналов, а «Звезде» отдавалось особое предпочтение на протяжении нескольких десятилетий. В 1990-е годы, когда государственная политика в СССР была подвергнута открытой официальной критике, Лариса Николаевна восприняла это с одобрением.
– У меня давно пошатнулась вера в справедливость общественного строя, который установился в стране после 1917 года. Почти на каждом шагу приходилось сталкиваться с неправдой и даже откровенной ложью, – признается моя собеседница. – Например, насаждалась мысль, что царское правительство притесняло национальные интересы, а у нас в Ашапе и соседнем Малом Ашапе были прекрасные типовые школы, где учились не только русские, но и татары. Или вслух говорилось о высоком нравственном облике коммуниста, а на деле среди партийцев было немало пьяниц и многоженцев.

Ничуть.

Это очень просто доказывается. Полностью разрушенная во время гражданской войны государственная вертикаль неизбежно подразумевала и разрушение структуры институтов уголовной полиции, разведки и контрразведки. Неужели вы думаете, что сопредельные "партнеры" были настолько тупы, чтобы не воспользоваться этим на долгосрочную перспективу?
Поэтому все шуточки про "шпиёноманию" происходят от полной неосведомленности.

Например, почему начались т.н. "репрессии"

А те, кто в плен попал вместо героической гибели, тоже все сидели потом заслуженно?

Вы так говорите, будто все пленные сидели.

Смоктуновский вон, после немецкого плена, побега, войны до конца и двух медалей "За отвагу" получил всего лишь запрет на проживание в 39 крупнейших городах СССР.

В общем-то, зря: может, он просто хорошо залегендирован был? Стоило перестраховаться!

А вот интересно - а если бы "Закон" по отношению ко мне Вас никак не ограничивал, то что бы Вы сделали?

А я и не сравнивал. У всех стран свои проблемы и беды, это только определенный сорт спорщиков такого мнения, что если указать на чужое пятно, это автоматически обеляет свое.

Еще большим недостатком является отрицать развитие как таковое и говорить о "пятнах" прошлого с позиции сегодняшнего дня.

Более того - по не которым объективным показателям и правда превосходило нас сегодняшних. Как не смешно - в том числе и по количеству осужденных к общему числу населения.
Что как бы говорит само за себя.

Сталинская конституция и на самом деле была самой демократичной для того времени - страна развивалась и действительно строила свое будущее. И на фоне соседей действитено выделялась.

Еще большим недостатком является отрицать развитие как таковое и говорить о "пятнах" прошлого с позиции сегодняшнего дня.
Сталинская конституция и на самом деле была самой демократичной для того времени - страна развивалась и действительно строила свое будущее. И на фоне соседей действитено выделялась.
Более того - по не которым объективным показателям и правда превосходило нас сегодняшних. Как не смешно - в том числе и по количеству осужденных к общему числу населения.
Что как бы говорит само за себя.

Например давайте сравним 1937 год - за решеткой 0,71 % населения и "демократичный" 1999- за решеткой 0,7186 % населения
Не хило так...

Цифра по 37 году, конечно, хорошая. Особенно. если учесть, что перепись населения. проведенная в том самом 1937 году, была объявлена «вредительской», результаты её засекречены, а проводившие её статистики — репрессированы.

Помилуйте, так ведь все материалы в интернетах вроде не выложены, никто их не оцифровывал массово.

Вот, например, ссылка на статистику

приговоренные судебными или квазисудебными (ОСО, «тройки», «двойки» и т.п.) инстанциями

3. В заседаниях Особого Совещания обязательно участвует Прокурор Союза ССР или его заместитель, который в случае несогласия как с самим решением Особого Совещания, так и с направлением дела на рассмотрение Особого Совещания, имеет право протеста в Президиум Центрального Исполнительного Комитета Союза ССР.

В этих случаях исполнение решения Особого Совещания приостанавливается впредь до постановления по данному вопросу Президиума Центрального Исполнительного Комитета Союза ССР.

Общее число лиц, подвергшихся репрессиям не в судебном (или квазисудебном), а в административном порядке, составляет 6,5–7 миллионов человек.
В публикуемые списки включены справки приблизительно на миллион из них.

Сравнивая 2,6 миллиона справок, собранных нами сегодня, с осторожными и умеренными общими статистическими оценками, мы приходим к печальному выводу: по самым оптимистическим расчетам получается, что нам удалось объединить имена примерно 20 процентов от общего числа жертв государственного террора в СССР.

1 - По различным предварительным оценкам, за период с 1921 по 1985 г. в эту категорию попадает от 5 до 5,5 миллиона человек.
2 - Всего за 1930–1933 гг., по разным оценкам, вынужденно покинули родные деревни от 3 до 4,5 миллиона человек.
3 - Общее число высланных и мобилизованных в «трудовую армию» составило до 2,5 миллиона человек .

– сведения о жертвах административных репрессий, полученные от информационных центров Управлений внутренних дел по всей России через отдел реабилитации ГИАЦ МВД РФ – более 750 тысяч новых имен из 60 субъектов Федерации;
– данные о разных категориях жертв репрессий из регионов, где Книг памяти еще нет: Бурятии, Дагестана, Ингушетии, Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкесии, Чувашии, из Приморского края, Вологодской, Воронежской, Калининградской, Камчатской, Пензенской, Саратовской, Тамбовской, Челябинской областей;
– материалы еще не вышедших очередных томов Книг памяти из Белгородской, Астраханской, Тверской областей и из Санкт-Петербурга,
– материалы реабилитационного производства Прокуратуры Москвы за последние десять лет (около 20 тыс. имен);
– данные о репрессированных москвичах, переданную нам газетой «Московская правда» (около 15 тыс. имен):
– сведения о жертвах репрессий, предоставленные Белорусским «Мемориалом» (около 80 тысяч справок);
– 6,5 тысяч справок о немцах-трудармейцах от проекта «Возвращенные имена» (Нижний Тагил);
– более 25 тысяч имен спецпоселенцев от Одесского Академического центра

только с 1941 по 1956 г. осуждено не менее 36,2 миллиона человек, из них 11 миллионов – за «прогулы»!

Вы так говорите, будто все пленные сидели

Итого - 920 000 подтвержденных справок.