1. Случайность. Не совсем далёкое прошлое.


- Алиска-редиска, Алиска-редиска! – донеслось из-за кустов сирени.

От обиды подрагивали губы, но девочка вздёрнула подбородок и гордо прошла мимо. В дальнем углу двора она уселась под навесом на скамеечку спиной ко всему миру. Кусты ещё немного пошуршали и затихли. Покосившуюся беседку недавно отремонтировали и обшили фанерками от старых посылок. Дети играли в слова, читая полустёршиеся адреса, написанные химическим карандашом. Улица Победа, не дали вам обеда, случится ли беда, хорошая еда, а ты сказала да, осталась буква а. Но это только днём. К вечеру со всего дома после работы подтягивались мужики и оккупировали беседку для нескончаемого доминошного турнира.

Алиса оглянулась и положила на колени коробочку. В цветастой жестянке из-под чая было устроено спальное место для маленькой куколки. Таких на пять килограммов тряпья менял старьёвщик. Приезжал он раз в месяц, но насобирать подобную кучу за этот срок было невозможно. Столько даже за год не накопишь. Куколки поэтому ценились. У маленьких девочек. Алисе зимой исполнилось тринадцать. Ей давно было пора вертеться перед зеркалом и засматриваться на соседских мальчиков, а она… Она ничего не могла с собой поделать и тайком продолжала вязать из маминой штопки малюсенькие одёжки и доверять своей подружке самые сокровенные тайны, хотя размером та была чуть больше двух спичечных коробков.

- Что за имя у меня?! Всё дразнят и дразнят… Буду через три года паспорт получать – обязательно сменю! Тёзками будем. Виктория – это звучит гордо! Ты уже проснулась, дорогая моя? Вот и хорошо. Давай примерим новое платьице. Я старалась – смотри, какой узор ажурный получился и рукава фонариком. Сейчас модно.

У куколки двигались только руки, и Алиса высунула язык от усердия, натягивая обновку, и совсем не обращала внимания на подозрительное шуршание в кустах.

- А на зиму я тебе обязательно шерстяной костюмчик сделаю – в таком точно не замёрзнешь. И одеяло из лоскутков сошью.

Девочка перестелила кроватку, устроенную для куклы, и положила сверху самую великую ценность – кусочек настоящего меха, утром торжественно вручённый мамой для школьных поделок. Квадратный лоскуток из остатков от шитья «тигровой» шубы из кролика Алиса выпрашивала у мамы уже давно. Получилось такое классное покрывало! В кино про индейцев показывали.

- Вчера в «Очевидном-невероятном» говорили о пустыне Наска. Там огромные рисунки – их смогли увидеть только сверху, когда пролетали над Перу. Географы... геогла… Геоглифы! Если бы ты только видела! И рыбы, и пауки, и ящерицы. А ещё там много таинственных линий. Папа сказал, что на печатные платы похоже для микросхем, у них на работе такие собирают. Рисунки с самолёта снимали, но расшифровать никто не смог. И знаешь что? – Алиса быстро оглянулась и понизила голос до шёпота. – Я думаю, что это были инопланетяне! А линии на плато – взлетно-посадочные полосы. Точно-точно. Больше просто некому. Вот только зачем было их разрисовывать?... Как дети прямо. А что? Они же инопланетяне, и дети у них тоже инопланетные. Прилетели, увидели наш конкурс рисунков на асфальте и устроили себе такой же, только покрупнее. Показали нам, как сами умеют. Ну, или нарисовали то, что им в жизни дорого. Поделились самым сокровенным, совсем как я с тобой…

- Алиса! Обедать! – крикнула мама в окно и прервала рассказ на самом интересном месте. – Папа приехал, скорее давай!

- Вот, блин… – девочка быстро сложила своё хозяйство, захлопнула коробочку и заметалась.
Куда же спрятать? Там в сирени наверняка кто-то сидит – вон кусты опять шевелятся, а дома папа засмеёт. На глаза попался лопух, который вырос в углу беседки развесистым букетом. Алиса сунула туда своё сокровище и прикрыла листом. Теперь – бегом домой, и как можно быстрее обратно. Авось не заметил никто.

По дороге она наткнулась на соседа с верхнего этажа. Белобрысый Вовка был на год старше и уже солидно басил в разговоре, изредка срываясь на фальцет, отчего краснел и старательно откашливался. Мальчишка будто не замечал Алису и озадаченно высматривал густые сиреневые заросли.

Её так и подмывало ответить ему тем же и крикнуть: «Вовка-морковка», но это было бы так по-детски, да и времени терять не хотелось – Алиса вихрем промчалась мимо, и только тяжёлая коса моталась из стороны в сторону.


***


Жестянки под лопухом не оказалось. До вечера Алиса безуспешно разыскивала пропажу по всему двору, расспрашивала малышей в песочнице, бабушек на скамеечке возле подъезда и даже всплакнула ненароком в укромном уголке за сараями. Потом поняла: Вовка подсматривал. Недаром кусты всё время шелестели. Вот же гадство!

Ночью Алисе приснился сон. Ей сделали очень щедрый и поистине внеземной подарок, и она жила долго и увлекательно. Так долго, что эпохи на её планете сменяли одна другую, и каждая была интереснее предыдущей.

А в это время её любимая куколка улетала на космическом корабле в необъятные просторы вселенной, и снизу ей прощально махали крыльями огромные птицы.


2. Неслучайность. Совсем недалёкое будущее.


К первой официальной встрече двух цивилизаций на Земле готовились целый год, и весь этот год Виктория моталась с планеты на планету как угорелая. Шуточное ли дело – организовать полноценную ответную миссию, да ещё на чужой территории. И ведь никому не важно, что первая встреча состоялась на Земле ещё до нашей эры. И земляне, шагнув в своём развитии за это время далеко вперёд, так и не сумели понять, что же хотели в тот раз их гости.

За это время люди наконец-то узнали, кому принадлежат перуанские рисунки, и основательно подзабытая пустыня Наска снова стала самым посещаемым местом на планете. Для туристов порой даже не хватало флаеров – от желающих сделать селфи с высоты птичьего полёта на фоне таинственных рисунков представителей иной цивилизации не было отбоя.

Виктории не хватило времени ни на селфи, ни на посещение Перу – что она там могла увидеть нового? – перед отлётом оставался один свободный день, и она решила провести это время в семейном конгломерате. Кроме бабушки дома никого не оказалось. На самом деле та была пра-пра, а некоторым родственникам даже и больше, но все называли её просто бабулей.

- И обязательно проследи за своим гардеробом!

- Бабуля, дорогая, с тех пор, как ты дала мне это имя, я уже основательно подросла… Да и кому сейчас это нужно? Двадцать третий век скоро будем встречать!

- Не возражай. Ты ответственное лицо. Ты будешь представлять Землю на другой планете!

- Хорошо-хорошо, я займусь, – Виктория вздохнула, спорить было бесполезно.

Как организатор межгалактической встречи она была решительна и собрана, умело руководила людьми, твёрдо настаивала на правильном решении. Терялась только при виде этой старушки, с виду непреклонной и строгой, но такой родной и любимой.

- Вот и займись, – бабуля чопорно поджала губы и гордо вздёрнула подбородок.
Правнучка еле сдержалась, чтобы не рассмеяться.

- Ой, совсем упустила из виду – я же переформатировала тебе старинные фотографии в голограмму. Помнишь, ты просила? – Виктория настроила стену для просмотра и устроилась прямо на полу, рядом с бабушкиным креслом. Этаким мастодонтом в мире мебели. Старушка не признавала никакой новомодной трансформации и пользовалась им по-старинке.

Изображение подёрнулось рябью, и будто лёгкий ветерок ворвался в комнату, принеся с собой свежесть тихого осеннего вечера.

Листва лишь кое-где пожелтела, но ещё крепко держится на ветках, густые заросли сирени всё ещё зелены, а на клумбе буйно цветут астры. Возле беседки стоит девочка в голубой кофточке поверх летнего сарафана. Ветер теребит выбившиеся из толстой русой косы волосы. Руки сложены на груди в немой мольбе, а из глаз готовы сорваться нескончаемым потоком обида и непонимание.

Вика с удивлением наблюдала за бабулей, на лице которой сменилась целая гамма чувств. Сейчас та откинулась на услужливо подстроившуюся спинку кресла, даже не обратив на это внимания, и сидела с закрытыми глазами. В уголках морщинистых глаз блестели слезинки.

- Вовка-морковка, – сказала она чуть слышно.

- Кто-кто?

- Твой прапрадед. До конца жизни так и не признался.

- В чём, бабуля?

- Он забрал мою куклу. И не сказал…


***


Уставшая за сегодняшнее утро от многочисленных церемоний Виктория медленно брела вместе с остальными по незнакомому городу чужой планеты. Из запланированной на этот день программы осталось последнее посещение. Она так и не поняла назначение этого места, но переводчик упорно называл его «храмом детства».

Дома перед ними внезапно расступились. Будто небольшая расписная коробочка уютно утроилась между остроконечными строениями, заполонившими городское пространство. На фоне остальных выглядело это необычно. Как они могли не заметить это здание раньше? Ведь над центром пролетали не один раз...

Внутри царила тишина. Полумрак мягко окутывал помещение, оставляя едва различимыми углы. Освещался лишь постамент посередине. Виктория подошла ближе. Ступени, поднимающиеся к постаменту со всех сторон, были выложены кусочками меха, такими разнообразными по цвету и фактуре, что в глазах зарябило. То, что стояло под прозрачным саркофагом на самой вершине поразило Викторию ещё больше. Бабуля столько раз описывала своё сокровище, что это крепко врезалось в память. В жестяной коробочке, как в кроватке, застеленной жёлто-коричневым мехом, лежала маленькая куколка в вязаном платьице.

- Как это могло сюда попасть?! – произнесла Виктория вслух, а гид-переводчик, закреплённый на воротнике куртки, быстро адаптировал фразу к местному наречию.

- Это Храм Детства, госпожа, – сзади незаметно подошёл местный служитель.

- Храм? Но кто же… – Виктория осеклась. Официальный представитель иной цивилизации должен осторожнее проявлять свои эмоции.

- Они привезли это с собой. С вашей планеты. Там это тоже было кому-то дорого. А теперь они приходят сюда поделиться сокровенным, попрощаться со своим детством и повзрослеть.

- Но этого просто не может быть! Две тысячи лет назад просто не было… – Виктория снова запнулась.

- Госпожа не знает. Они были у вас дважды. В первый раз они привезли вам рисунки нашего мира, а во второй произвели важный обмен, – сухие слова переводчика не способны были передать ту гамму чувств, которые отражались на лице служителя.

- Но кто, кто же тогда прилетал на Землю?!

- Наши дети.

Виктория некоторое время обдумывала сказанное, потом вздохнула и улыбнулась. Теперь бабуля успокоится – её дорогому Вовке просто не в чем было признаваться.

В храме незаметно появился ребёнок. В вытянутых руках он держал маленький клочок, отдалённо напоминающий мех тигра.