Топор войны: как солдат Овчаренко двадцать немцев убил
Случай в местечке Песец

В июле 1941 года вблизи местечка Песец на подводу Овчаренко наткнулся прорвавшийся в тыл отряд из трех офицеров и 50 солдат противника. Из оружия у Овчаренко была только «Мосинка», которую у него тут же отобрали.

В начале войны немцы еще считали себя сверхлюдьми и рассчитывали за несколько недель закончить войну с советскими «недочеловеками». Они привыкли к тому, что неприятель в ужасе бежит перед армадой Вермахта, поэтому не придали значения, что рядом с перепуганным красноармейцем на телеге лежит топор. А зря. Судя по тому, что происходило дальше, топор у сына плотника был заточен очень хорошо.

Внезапно Овчаренко схватил его и одним ударом снес с плеч голову немецкому офицеру. Его тело медленно осело на землю. Отметим, что для палачей в средние века отрубить человеку голову с одного удара считалось признаком мастерства, и это при том, что шея подсудимого в этот момент лежала на плахе. Это говорит о том, что красноармеец Овчаренко обладал недюжинной силой, которая в экстремальной ситуации возросла в разы.

Вот как дальнейшие события описываются в наградных документах:

«Взяв из повозки топор, Овчаренко отрубил голову офицеру и бросил три гранаты в близи стоящие машины. 21 германский солдат был убит, а остальные в панике бежали. Раненого офицера Овчаренко преследовал с топором в руках, поймал его и тоже отрубил голову».

Вытерев пот и кровь с лица, Овчаренко собрал у убитых планшеты и отправился в расположение роты. Когда его спросили о том, где же он их добыл, Дима, как и положено простодушному крестьянскому парню, без прикрас рассказал о случившемся. Его подняли на смех, не поверив ни одному слову.

Но рассмотрев повнимательнее документы, политрук роты взял с собой несколько бойцов и отправился к месту событий. Там они наши обезображенные трупы 21 солдата противника и двух обезглавленных офицеров. Здесь уже всем стало не до смеха. Овчаренко был представлен к награде Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда». Соответствующий указ Президиума Верховного Совета СССР был выпущен 9 ноября 1941 года.

Грозными мастерами рукопашного боя были русские моряки – матросы и особенно морские пехотинцы. С первых лет существования русского ВМФ остро стояла необходимость побеждать в абордажном бою и в сухопутных десантных операциях. Со времен Петра Великого у моряков появилось излюбленное оружие, которым они пользовались в боях – кортик (позаимствованный в западноевропейских армиях). 20-30-сантиметровый клинок стал неизменным атрибутом амуниции военного моряка. Места на корабле мало – с длинными ружьями и штыками в абордажном бою неудобно, не развернуться. Поэтому кортик быстро полюбился воинам. Впрочем, кортики 18 в. можно было крепить и к ружьям. Таким образом, моряк, высаженный на сушу для сухопутной операции, имел полноценное и универсальное оружие и мог как стрелять, так и колоть врага. Исследователь Кулинский А.Н., подробно описавший историю русского холодного оружия, указывает, что лишь со временем кортики стали еще и эстетически важным элементом формы военных и некоторых гражданских служащих — например, военных летчиков и даже почтальонов Российский империи, пишет Кулинский А.Н. в книге «Русское холодное оружие военных, морских и гражданских чинов 1800-1917 г.». Некоторые морские пехотинцы во время Великой Отечественной войны стяжали славу именно рукопашными боями. Один из героев – Семен Агафонов, морпех – участвовал более чем в 50-ти успешных десантных операциях в тылу немцев, и однажды только в одном бою лично уничтожил 20 врагов. Подобных героев было немало. Не зря русские солдаты и моряки заслужили репутацию лучших бойцов рукопашного боя Второй мировой войны.

Вот как раз по этому эпизоду у меня очень большие сомнения. У героя был обычный плотницкий топор, а полностью отрубить голову (снасти с плеч) у стоящего человека за один удар невозможно. Это же не меч, не секира, не сабля!
Тем более что немецкие солдаты были довольно физически сильны, шеи - вполне себе мускулистые, плюс шейные позвонки. Палачи не случайно рубили головы на плахах - удар сверху вниз, со сего размаха, плюс широкое лезвие. Скорее всего, шея была просто сильно надрублена. Кто не верит - попробуйте сами с одного удара перерубить горизонтальным (или косым ударом) шею овце (или молодому барану), посмотрим, как у вас получится.

Это не я придумал, вычитал в истории войны. Причём эпизод этот встречал на разных сайтах.

В любом случае: спасибо, что читаете эту рубрику.

Я знаю эту историю, по ней даже недавно был снят наш фильм. При общей реалистичности (да, вполне мог ухайдакать нескольких фрицев топором) именно этот эпизод вызвал у меня большие сомнения.

Ухайдакал, выражаясь Вашим языком, топором он двоих, остальных гранатами.

У меня претензии только по первому эпизоду, когда немецкий офицер стоял, у второго он, как я понял, оттяпал голову уже в лежачем положении. Как у барана - того сначала оглушают, перерезают артерию, сливают кровь, а потом уже спокойно рубят на части.

Женщины на фронте

Одной из особенностей Великой Отечественной войны было вовлечение в военный конфликт женщин. Они составляли большую часть медицинского персонала военных госпиталей, выполняли вспомогательные работы в регулярной армии, воевали наравне с мужчинами на передовой. По данным современной российской историографии, общее число женщин, вовлеченных в боевые действия на стороне СССР, составляло 800 тысяч человек. Все благодаря тому, что еще в начале войны возник незапланированный феномен – женское добровольчество.

Немцы, у которых в армии женщины несли только вспомогательную службу, были чрезвычайно удивлены столь активному участию советских женщин в боевых действиях. Если верить «Социологическому вестнику», немцы удивлялись: «Что это за страна и народ, который посылает своих жен и сестер на передовые позиции под самый огонь? У нас нет женщин на фронте, наши сестры работают только в тыловых лазаретах».

Гитлеровцы даже пытались разыграть «женскую карту» в своей пропаганде, говоря о бесчеловечности советской системы, которая бросала женщин в огонь войны. Подготовка и организация Конечно, многие советские женщины проходили службу в различных тыловых службах: хозяйственных, медицинских, штабных и т.д. Однако значительное их число принимало непосредственное участие в боевых действиях. При этом спектр деятельности женщин-воинов был достаточно широк: они участвовали в рейдах разведывательно-диверсионных групп и партизанских отрядов, были зенитчицами, снайперами, пулеметчицами, танкистками. Женщины служили и в авиации. Стоит отметить, что в период Великой Отечественной войны из женщин-добровольцев формировались авиационные полки.

В годы войны была организована и соответствующая подготовка женщин-воинов. Так, в издании «Великая Отечественная – известная и неизвестная» под редакцией Ю. Петрова указано, что Центральная женская школа снайперской подготовки дала фронту 1061 снайпера и 407 инструкторов снайперского дела. Выпускницы этой школы уничтожили в общей сложности более 11 тысяч вражеских солдат и офицеров. В молодежных подразделениях Всеобуча было подготовлено 220 тысяч девушек-снайперов и связисток. 1-й отдельный женский запасной полк готовил снайперов, автомобилистов, пулеметчиков.

Смелость и стойкость

Между тем одной подготовки было мало. Для того чтобы сражаться на фронте, женщинам необходимо было обладать и необычайной смелостью. Во время Великой Отечественной войны советские женщины доказали, что в смелости ничем не уступают мужчинам. Многие подвиги девушек-воинов были отмечены наградами. В числе первых женщин, удостоенных высокого звания Героя Советского Союза в годы войны, была партизанка Зоя Космодемьянская. А еще в 1938 году Героем стала и летчица Валентина Гризодубова. Но если говорить именно о Великой Отечественной, то с 1941 по 1945 годы звания Героев Советского Союза получили 90 женщин, причем больше половины посмертно.

Даже после того, как советские женщины попадали в плен, они продолжали вести себя мужественно. Так, Арон Шнеер в своей книге «Плен: советские военнопленные в Германии, 1941-1945» приводит воспоминания узницы Равенсбрюка. Она рассказывала, как женщины-красноармейцы, которых в наказание за провинность заставили маршировать, продемонстрировали свою силу. Около 500 пленных женщин шагали, чеканя шаг и распевая: «Вставай, страна огромная...». Другая узница Жермена Тильон так охарактеризовала русских женщин в лагере: «...их спаянность объяснялась тем, что они прошли армейскую школу еще до пленения... Нам нравились их непокорность, нежелание подчиняться немцам».

СМЕКАЛКА РУССКИХ СОЛДАТ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ

1. В отличие от немецкой армии советские солдаты были не очень хорошо обучены военному делу к началу войны, а иногда и вовсе не имели никаких знаний. Поэтому в бою иногда принимались неправильные, роковые решения. Однако...

Экипаж танка КВ-1:
— старший лейтенант Зиновий Григорьевич Колобанов,
— механик-водитель старшина Н.Никифоров,
— командир орудия старший сержант А.Усов,
— радист-пулеметчик старший сержант П.Кисельников
— и младший механик-водитель Н.Родников

19 августа 1941 года за три часа боя уничтожил 22 танка противника. Это абсолютный рекорд ВОВ, да и последующих войн.

После подробного рассмотрения боя выяснилось, что он проводился по всем правилам военного искусства того времени. Экипаж КВ-1, увидев на ближайшей дороге колонну немецких танков, недолго думая подстрелил “голову” и “хвост” самой колонны и после этого спокойно, как в тире начал отстреливать вражеские машины попавшие в плен собственных танков. Немцы сопротивлялись и танк наших бойцов получил 135 попаданий немецких снарядов, но несмотря на это все равно оставался в строю и продолжал бой.

2. Смекалка наших советских снайперов во время боев на Верхнем Дону, позволила без потерь уничтожить все минометное немецкое подразделение. Немцы оборудовали хорошо защищенную позицию в овраге, пространство вокруг которого было полностью открыто и хорошо простреливалось.

Но несмотря на это, ночью, два советских снайпера пробрались на близлежащий к оврагу разрушенный хутор. Для того что бы не быть замеченными немцами, снайперы подожгли развалины хутора и разместились в старой печке разрушенного дома. Утром под их меткими выстрелами погибло все немецкое подразделение, так и не поняв, что обстрел по ним велся из старой печки находящейся в центре догорающей деревни.

3. Во время ВОВ на Крестовском острове в Ленинграде работала советская радиостанция, которая вещала на одной частоте с официальным финским радио. Как известно Финляндия была тогда заодно с Гитлером. И вот представьте, во время вещания финского официального радио бесцеремонно встревал в передачи советский диктор говорящий на чистом финском языке. Он блистал остроумием, например когда финский диктор говорил фразу “прослушайте пожалуйста новости”, советский тут же добавлял: “Ну, то есть не новости, а свежее геббельсовское вранье”, добавлял к выпуску новостей точку зрения советской стороны и рассказывал анекдоты про Гитлера.

Среди финнов новости с советским диктором были очень популярны, а вот у финского и немецкого руководства наоборот — вызывали приступы агрессии. Всю войну немцы стреляли из артиллерии по лесному массиву на Крестовском острове, где, как они предполагали находилась передающая антенна. На самом деле антенной служил трос одного из 15 аэростатов заграждения над островом. Но немцы так и не поняли где находится антенна, а может быть и поняли, но уничтожить ее так и не смогли.

4. Во время блокады Ленинграда в этот город немецкое командование отправляло толпы шпионов. Их оснащали по первому классу: документами, паролями, адресами. Но всех их ловили после первой же проверки документов.

Немцы не могли смириться с такими неудачами и на подделку советских документов отправляли лучшие умы: подбирали фактуру бумаги, оттенки краски, выявляли секретные значки, но все напрасно. Обычные советские патрули, которые могли состоять из полуграмотных азиатских крестьян выявляли поддельные документы с первого взгляда. И только после войны немцы узнали секрет “неподдельных” советских документов.

Оказалось все очень просто. Немецкие скрепки для документов тогда делали из нержавейки. В то время как настоящие советские скрепки были ржавыми.

Почему одни на фронте погибали, а других как будто пуля не брала

Однажды командир штрафного батальона М.И. Сукнев ловко расстрелял из немецкого пулемёта МГ-34 расчёт баварских артиллеристов и заставил их пушку замолчать. Вскоре немцы нашлись чем ответить, и вот в связи с этим советский офицер, дважды награждённый орденом Александра Невского, задумался о жизни и смерти на войне... Однако обо всём по порядку.

Главная военная академия
"Война для командира - вторая и главная военная академия". С этих строк комбат Сукнев продолжил рассказ о том, что произошло на следующий день после того, как он своей меткой стрельбой по немцам обнаружил местонахождения командного пункта (КП) батальона. Утром, аккурат на праздник Первомая, не успели бойцы чокнуться своими наркомовскими ста граммами, в окрестностях КП раздался взрыв немецкой сверхтяжёлой мортиры.

Только сейчас до Сукнева стало доходить, что нужно было ещё ночью сворачивать КП и уходить на другое место. Пока эта мысль вертелась у нег в голове, около блиндажа "ухнул" второй снаряд. Земля задрожала. Светильник на КП погас. В землянку влетел взъерошенный старшина роты - оглохший и весь извалянный в соломе. Взрывной волной его выбросило из окопа в том месте, где трое наших пулемётчиков примостились на завтрак. На свою беду они нарушили приказ - разместились около бывшего немецкого блиндажа, а они были все пристреляны...

Третий снаряд "кривой пушки", как прозвали бойцы немецкую мортиру, пришёлся почти в КП - недолёт составил 10 м от края воронки. От взрыва блиндаж принял ромбовидную форму. Земля посыпалась на красноармейцев "мешками". Нужно было бежать, но ноги не слушались. В это время вдогонку за третьим просвистел над головами четвёртый снаряд. Теперь был перелёт на те же 10 метров. Дверь и переднюю стену КП вынесло словно пушинку. Накат блиндажа вздыбился, и перебраться через него было невозможно. Все замерли - ведь ясно было как божий день, что пятый снаряд ляжет точно в цель.

Гигантская воронка
Однако немцы пятого выстрела не сделали. Увидев взлетевшие вверх доски, они решили, что живых в блиндаже никого не осталось. На какое-то время на передовой воцарилась тишина. Сукнев и его "коллеги по несчастью" раскидали брёвна и выскочили наверх. Взору открылась воронка, в которую легко мог поместиться пятистенный деревенский дом. Не долго думая, командир и его подчинённые низиной и укромными тропами спустились к Волхову, под укрытие обрыва.

Страсти лейтенанта Молчанова
В то же самое время та же самая, а, может быть, другая немецкая мортира обрабатывала позицию лейтенанта Молчанова. Накануне, после того, как Сукнев вывел из строя баварскую пушку, Молчанов приказал выкатить на передний план свою "сорокапятку" и сделал из неё несколько выстрелов по разбитому орудию. При каждом выстреле он взмахивал белой парадной перчаткой. Выглядело очень эффектно. Но этим глупым лихачеством он тоже обнаружил свою позицию.

И вот теперь артрасчёт Молчанова с бледно-зелёными лицами выбирался из подпола, оставшегося от избы, разобранной на блиндажи. Снаряд мортиры пробил землю, прошёл через боковую подпольную доску, завертелся на глазах у солдат, весь в дыму от горящего дерева... но, к счастью для них, не взорвался.

"Это тебе за белые перчатки. Моли Всевышнего, что обошлось!" - крикнул Сукнев лейтенанту.
Звериное чутье
В батальоне, которым командовал Сукнев, был молодой политрук, который постоянно напрашивался идти с ним проверять огневые точки. Но комбат его не брал. Ходил один напрямую по открытому месту, где можно было запросто схлопотать свои "девять граммов в сердце". Объяснял он свои одиночные походы тем, что многие не умели чувствовать опасность. А тут нужно было иметь едва ли не звериное чутьё. Иначе или ранит, или ещё хуже, убьёт.

Сукнев успевал реагировать на любую пулемётную трассу. Он мог уклониться или даже подпрыгнуть, пропустив под собой пули от бьющего по сектору пулемёта. Однажды он взял-таки политрука в обход, и когда послышались пулемётные выстрелы с той стороны, крикнул политруку: "Прыгай вверх!". И сам подпрыгнул. А политрук проявил упрямство, лёг на землю и был ранен в обе ноги. Одну из них в госпитале ампутировали ниже колена.

Постскриптум
Рассуждая на эту тему, будучи уже ветераном, Сукнев пришёл к выводу, что есть такой тип людей, которые сначала сделаю, а потом уже думают. На полях сражений такое свойство натуры спасает жизнь. В мирное время толку от него гораздо меньше. Можно даже попасть впросак.

"Видно, - писал Сукнев, - я из таких - неведомым чутьём осязал смертельную опасность".
Видно, добавим мы от себя, такие люди и доживали до конца войны. А остальные... Что же, остальным вечная память, и пусть никогда больше не будет войны.

Взято с яндексдзен у автора ИстПросвет ©

Этот комбат даже пехотинцем не был, а командовал штрафниками-артиллеристами, в атаку под пулями они не шли. И комбат штрафбата почему-то поминает не товарища Сталина, а Всевышнего. Т.е. явно текст написан не ранее 90-х годов, когда про Всевышнего вспомнили и ломанулись в церкви. Надо было бы этому автору, сочинившему эту историю, написать, что комбат пригласил на позиции попа, чтобы тот освятил батареи - да не додумался бедняга-автор, да. А жаль, было бы еще горячей и смотрелось значительней. "Выживали те, кто верил во Всевышнего - их пуля не брала".

Не надо брать такое и людям головы засорять. Неправда, которую г-н аноним с ником ИстПросвет откуда-то выкопал, либо это повторение вранья начальства, которое выжило не потому, что от пуль уворачивалось и подпрыгивало, а потому что сидело в землянках, из которых приказывало, пока другие шли в атаку.

О, всё - таки читают люди мою страничку. Это хорошо. Что касается байки... Байки и на войне случались. Может, кто помнит кадры из фильма "Они сражались за Родину", когда герой Шукшина упросил рассказать героя Никулина о ночном происшествии с бабкой и печкой.
И всё - таки не понятно, почему одни на тех же самых позициях погибали, а кто-то целёхонек оставался...
Например, оба моих деда воевали. Но один вернулся без глаза, второй лишь легко раненый. Хотя у второго боевого опыта поболее. Две медали "За Отвагу" и "За взятие Будапешта", а у первого исключительно юбилейки. Первый - сапёр, второй - морской десант.

Анатолий Папанов

В первый же день войны 22 июня 1941 года он ушел на фронт. Дослужился до старшего сержанта. В 1942-м был направлен на Юго-Западный фронт. Там готовилось большое наступление советских войск. Под Харьков были стянули несколько советских дивизий, которые попали в «котел». Немцы перешли в контрнаступление, и советские войска были вынуждены отступать до самого Сталинграда. Двадцатилетний Анатолий Папанов командовал тогда зенитной батареей. В этих боях, он роль солдата, которому некуда отступать – прожил сполна. Под Харьковом Папанов узнал, что значит служить в батальоне, который просит и не получает огня. Там он был тяжело ранен в ногу, попал в госпиталь и, в 21 год от роду, вышел из него инвалидом. «Разве можно забыть, как после двух с половиной часов боя, из сорока двух человек осталось тринадцать?» – вспоминал Папанов. Об этом времени – одна из самых ярких и значительных ролей актера – роль генерала Серпилина в экранизации романа Симонова «Живые и мертвые». Возможно, не будь Серпилина в творческой биографии Папанова, не было бы и другой военной роли – бывшего радиста-десантника, бухгалтера Дубинского, в фильме «Белорусский вокзал».

Запомнилась роль. Впрочем, все роли Папанова запоминались...

18 января - День прорыва блокады Ленинграда

Операция по прорыву блокады Ленинграда под названием «Искра» началась 12 января 1943 года.

По планам Ставки Верховного главнокомандующего, советские войска ударами двух фронтов – Ленинградского с запада и Волховского с востока – должны были разгромить вражескую группировку, удерживавшую Шлиссельбургско-Синявинский выступ. Командование фронтами было поручено генерал-лейтенанту Леониду Говорову и генералу армии Кириллу Мерецкову. Координировали взаимодействие представители Ставки – генерал армии Георгий Жуков и маршал Климент Ворошилов.

В ночь перед наступлением советская авиация нанесла массированные удары по огневым позициям артиллерии, пунктам управления, аэродромам и узлам коммуникаций врага. Утром на Волховском и Ленинградском фронтах началась мощная артиллерийская и авиационная подготовка, уничтожавшая живую силу и разрушающая оборонительные сооружения противника. После этого пехота и лёгкие танки устремились по льду к левому берегу Невы и, поддерживаемые шквальным огнём артиллерии, успешно атаковали врага.

Несмотря на упорное сопротивление противника, к исходу 13 января расстояние между армиями сократилось до 5-6 километров, а 14 января – до 2 километров.

18 января на окраине рабочего посёлка № 1 под Шлиссельбургом части 123-й стрелковой бригады Ленинградского фронта соединились с частями 372-й дивизии Волховского фронта. В этот же день был полностью освобождён Шлиссельбург и всё южное побережье Ладожского озера.

В это время в городе оставалось примерно 800 тысяч человек. Около полуночи по радио было передано сообщение о прорыве блокады. Горожане стали выходить на улицы, крича и ликуя. Весь Ленинград был украшен флагами. Появилась надежда на то, что родной город будет освобождён.

В результате прорыва кольца блокады был отвоёван лишь узкий коридор – полоска торфяного болота, значение этого дня для дальнейшей судьбы Ленинграда трудно переоценить.

Пробитый вдоль берега коридор от Волховского фронта к Шлиссельбургу шириной 8-11 километров восстановил сухопутную связь Ленинграда со страной. По южному берегу Ладожского озера развернулось строительство железной дороги Шлиссельбург – Поляны протяжённостью 36 километров. 6 февраля по «дороге жизни» в Ленинград пошли поезда. Первый, главный шаг к освобождению Ленинграда был сделан.

Оборона Ленинграда имела также моральное значение. Подвиг ленинградцев, отстоявших свой город в условиях тяжелейших испытаний, вдохновлял всю армию и страну, заслужил глубокое уважение и признательность государств антигитлеровской коалиции.

За массовый героизм и мужество в защите Родины в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов, проявленные защитниками блокадного Ленинграда, согласно указу Президиума Верховного Совета СССР 8 мая 1965 года городу присвоена высшая степень отличия – звание Город-герой.

Добавлю карту к вашему посту, о Дон Рэба.

А почему это "неизвестные страницы"? Бой давно известен и хорошо изучен. КВ дрался против легких немецких танков (Pz.Kpfw.35(t) и благополучно их расстрелял. Это как боксер-тяжеловес против "мухачей".
Pz.Kpfw.35(t) - легкий чешский танк, броня - всего 16 и 25 мм, пушка - 37 мм. Пробить советскую броню она не могла физически.
У КВ-1 - 75 и 60 мм (плюс угол наклона), пушка - 76,2 мм. Пробивала чешскую броню с первого попадания (неважно, куда).

Огромное спасибо, Генрих, за поддержку.

Это, Граф, для Вас известно. Есть люди, которые о прошедшей войне ни сном, ни духом...
Некоторые факты, например, я и сам впервые узнавал, когда искал материалы.