Отталкиваясь ногами от ржавой поверхности планеты, Ян подпрыгивал на добрых три метра вверх. Каждый прыжок приближал его к Первополису на пять, а иногда и семь метров. Передвижение давалось ему так легко, что он был полностью уверен в своем лидерстве перед людьми, которые его преследовали. Не погружаясь в размышления о том, что рано или поздно местные власти все равно его схватят, он наслаждался высокими прыжками.

До цели оставались еще несколько километров пути. Ян решил, что для последнего рывка оставалось лишь собрать всю волю в кулак, чтобы достичь своей цели. Чего-то особенного на руинах Первополиса он делать не собирался. Важным для него сейчас было лишь побывать в самом знаменитом городе Солнечной системы. Все остальные мысли он отбрасывал, считая их не ко времени. Оказалось, что ему было проще перебирать в уме все произошедшее с ним начиная с самой посадки, чем размышлять о настоящем.

Через несколько минут Яну почудилось, что за ним наблюдают. В очередной раз коснувшись грунта, завершая прыжок, он посмотрел назад, через плечо. В нескольких сотнях метров позади был человек в планетарном скафандре. Преследовавший его не прыгал, а быстро бежал. Ян постарался несколько раз сильно оттолкнуться ногами, чтобы покрыть большее расстояние, но дистанция от преследователя не сократилась. Попробовав перейти на бег, Ян стал задыхаться, быстро устал. Осознав свою ошибку, он вновь начал прыгать. Но его все равно настигали.

Ян стал настолько энергично работать ногами, что дистанция между ним и преследователем стала сокращаться медленнее. Он вновь на мгновение посмотрел назад. Человек, который бежал за ним, был уже так близко, что уже были заметны детали его скафандра. Особенно Яна удивил керамический шлем, в котором не было ни герметичного стекла, ни каких-нибудь деталей, которые могли бы быть хоть как-то похожи на человеческое лицо. Человек без лица пугал Яна, поэтому он даже нашел в себе силы несколько увеличить темп прыжков. Через несколько, достаточно высоких подскоков, Ян вновь обернулся назад. Преследователь махал ему руками, показывая куда-то налево. Обернувшись через левое плечо, Ян увидел нагонявшую их обоих большую, красную, песчаную бурю.

После появления новой опасности Ян предположил, что возможно это не его преследуют, а спасают собственную шкуру от шквала из углекислого газа и песка ржавчины. Но обернувшись еще раз и присмотревшись внимательнее, Ян отлично увидел мимикрирующую с ландшафтом ткань скафандра своего оппонента. Не оставалось ни единой тени сомнения в том, что это был марсианский полицейский. Единственный, кто смог за ним угнаться так далеко. Это показалось Яну удивительным, ведь он считал свой энергокостюм преимуществом перед марсианами. Передвижение в УПС было сродни земной пробежке в спортивном костюме.

Наконец, полицейский оказался рядом с местом, куда после очередного прыжка ступили окруженные энергетическим полем стопы Яна.

— Уважаемый, вы бы остановились, мне необходимо с вами перекинуться несколькими словами. — прозвучали низким, приглушенным звуком слова преследователя откуда-то со стороны его абсолютно гладкого шлема. Ян ничего не отвечая постарался отталкиваться еще сильнее. Но марсианский служитель правопорядка передвигался быстрее него.



* * *



Перед тем как Ян оказался лежащим на грунте среди множества камней он успел подумать о том, как бы могла бы выглядеть драка между землянином и марсианином, если первый окружен энергетическим экраном, другой внутри прочного и комфортного скафандра. Все стало понятным сразу же, после того как полицейский на бегу толкнул плечом Яна, который был в нескольких десятках сантиметров от поверхности, заканчивая очередное подпрыгивание. Потеряв равновесие, Ян упал набок, поднимая клубы ржавой пыли. Он тут же постарался встать на ноги, но оказавшийся внезапно рядом с ним преследователь бросился на него, стараясь схватить за руки.

Извиваясь всем телом Яну удалось скинуть с себя полицейского. И уже было вставая, он почувствовал сильный толчок в спину, вновь оказавшись лицом в пыли. Чтобы Ян не старался предпринять, его оппонент постоянно оказывался на шаг впереди. Словно наперед зная, что тот будут делать. Но Ян и не думал сдаваться. Он принял тот факт, что вместо обычной драки будет лишь борьба, которая, как ему казалось, дает ему некоторый шанс перед человеком в классическом скафандре. Поэтому сейчас он изо всех сил старался вывернуться из захватов и вновь бежать к Первополису, до которого оставалось не больше километра.



Схватка закончилась, когда Яну все же удалось встать на ноги и он, попытавшись сильно оттолкнуться, чтобы прыгнуть, был обхвачен руками полицейского за грудь и повален на марсианский грунт. После чего на ногах и руках Яна оказались массивные магнитные наручники, бой был проигран. Он приподнял голову, чтобы осмотреться, но рядом, насколько Ян мог обозреть ржавую поверхность, никого не оказалось.

— Я позади. — раздался глухой, без высоких оттенков звука голос полицейского.

— А я и подумал: куда это ты делся. — ответил Ян, все еще чувствуя дискомфорт от непривычного звучания своего голоса в атмосфере Марса. Извиваясь, отталкиваясь ногами, он смог повернуться на четверть оборота, чтобы вновь увидеть своего недавнего преследователя и большую, напоминающую стену, марсианскую весеннюю бурю.

— Теперь видишь, что происходит? — не унимался полицейский.

— Вижу, даже ожидаю новых впечатлений. Не каждый день удается побывать в центре урагана. — ответил наигранно дерзким тоном Ян.

— Солов десять назад, вот такого же, как ты смельчака по всем окрестностям собирали. На Землю только потрепанный пояс от его УПСа отправили и кисть руки и то не факт, что его.

Ян ничего не ответил, просто не поверив в это. Все больше его мысли занимали размышления о том, как снять наручники. Попытка силой разжать сдерживаемые магнитами путы ни к чему не привели.

— Транспорта не будет, пока не стихнет буря. — сказал полицейский спустя несколько секунд наблюдений за попытками Яна высвободится. — Сколько ты весишь, килограммов двадцать пять?

— С чего ты взял? Я нормально вешу под семьдесят. — удивившись заниженным цифрам своего веса, парировал Ян.

— Весил.

— В смысле?

— В смысле на Марсе ты весишь в три раза меньше?

Полицейский легко поднял Яна над головой и перекинул через шею.

— Эй, ты? Ты, это, чего ты делаешь? Отпусти немедленно! — запротестовал Ян.

— Можешь звать меня Лют. Как ты уже понял, я местный, из полиции, и что теперь, тебе надо будет делать, буду рассказывать тебе я. Бежать сможешь?

— Смогу, а что? — ответил Ян и сразу же почувствовал, что Лют поднял его вверх, после чего Ян опять оказался лежащем на грунте.

— Ты что в Первополисе-то забыл? — уточнил Лют.

— Ну так, хотел до монумента пионерам добраться. А у вас это почему-то запрещено.

— Да — это осквернение памяти. Но на монумент, судя по всему, ты попадешь.

Лют, несколькими быстрыми движениями, снял с Яна наручники, после чего попросил его встать. Поднявшись на ноги тот с удивлением обнаружил, что абсолютно не чувствовавшийся у поверхности ветер на высоте его тела был уже достаточно сильным.

— Нам предстоит преодолеть около километра, вон до той торчащей горы, видишь? — пояснил Лют показывая на небольшую скалу, которая будто пронизав поверхность планеты своим острием была одиноким возвышением в округе. — Это как раз и есть монумент завоевателям Марса, точнее, его задняя часть. Но вход, вроде, был где-то сбоку. В общем, старайся не подпрыгивать, а именно бежать. Сильно не напрягайся, а то быстро устанешь. Экономь силы.

Ян кивнул.

— Ну вот и хорошо, беги вперед, я сразу же за тобой.



* * *



Добежали быстро. Ян несколько раз переходил на прыжки, но тут же нагоняющий его Лют жестами показывал, что надо вновь перейти на бег. Ветер усилился настолько, что некоторые его порывы словно толкали в спину, сбивая с ритма. Вокруг начинали кружиться песчинки ржавчины, поднятые с грунта. Небо на горизонте приобретало рыжеватый оттенок, сменяя серые оттенки. Лют остановился у скалы, оперся на нее рукой, чтобы отдышаться. Свободной рукой, он показал Яну, куда следовало двигаться. Через полсотни метров, куда указывал Лют, Ян увидел массивную дверь. Полицейский, подойдя, отворил ее. Она оказалась на петлях, расположенных по центру, и после открытия стояла ровно посередине, создавая два обширных прохода внутрь, куда они оба тут же вошли.

Внутри, к удивлению Яна, оказалось светло. На стенах были расположены светильники, которые достаточно ярко освещали пол и стены. Потолок оказывался освещенным лишь отсветами от стен. Лют, легко толкнув входную дверь, закрыл ее. Яну вдруг почудилось, что ветер, который раньше подталкивал в спину, теперь дует из коридора ему в лицо. Вначале это был сильный поток, но спустя несколько секунд он ослаб до такой степени, что перестал ощущаться через энергетический экран УПСа.

— Добрались. — раздался голос Люта, который прозвучал для Яна неожиданно по земному, со всеми оттенками верхних и средних звуков.

— Это монумент? — спросил Ян, разворачиваясь к Люту, которого ожидал увидеть без шлема, но тот все еще стоял в полном обмундировании своего скафандра.

— Он самый. Только давай говорить потише, это все же склеп, могила. — предупредил полицейский.

— Да ладно? Неужели это не слухи? — обрадовался Ян.

— Слухами он стал лет сто назад, когда Первополис стер с лица Марса трехнедельный ураган. Кстати, Лендингярд тоже сравняло. Пришлось все строить заново. Теперь при любых бурях все прячется под грунт.

— Это как так? — заинтересовался Ян.

— Так. Все здания возведены на механизмах, которые спускают их в нужный момент вниз. В недрах планеты никакой ветер не страшен.

— А что было, когда мы вошли, мне показалось, что сюда тоже проникает ветер.

— Это герметизация. Все поселения на Марсе строятся только под поверхностью и, чтобы сохранить пригодную атмосферу внутри для дыхания используется старый добрый принцип избыточного давления. Достаточно приблизить его к земному, чтобы ни одна молекула углекислоты не проникла внутрь. — закончил, Лют, затем, выверенным движением, чуть повернув в сторону, снял свой шлем.

Перед Яном оказался темноволосый, с маленьким, чуть смуглым лицом человек. От неожиданности Ян улыбнулся Люту, тот улыбнулся в ответ.

— Пошли внутрь, там будет теплей. — сказал полицейский, смело направившийся вглубь длинного коридора.



Следуя за Лютом, Ян так и не смог понять, насколько действительно было теплее в глубине марсианских переходов, созданных под поверхностью планеты. Его устройство персонального сохранения, именуемое в просторечие, как аббревиатура УПС, поддерживала внутри энергетического поля, в котором находился человек, комфортные условия. Само устройство представляло собой широкий пояс, сделанный из графеновой керамики. Внутри были: генератор силового поля, система управления, устройства для газообмена и переработки жидкостей. Во всяком случае именно про эти системы в первую очередь узнавал любой человек, решивший воспользоваться УПСом. Все остальные многочисленные возможности заложенные инженерами в это чудо современной техники, знали разве что военные и производители.

Спустя несколько минут неспешной ходьбы, Ян оказался в тускло освещенном большом зале, у одной из стен которого стояли вакуумные камеры с погребенными там первопроходцами Марса. Не обращая больше внимания на Люта, Ян двинулся к могилам. Подойдя к которым он стал ходить от одной камеры к другой. Рассматривая и читая все, что только находил его взгляд, он иногда произносил слова: «ну и ну», «надо же», «да ладно, что, серьезно»...

Остановившись у самого большого саркофага, расположенного по центру, Ян встал как вкопанный. У этой камеры была необычная крышка, которая, к удивлению путешественника, была прозрачной. Но рассмотреть что-то внутри было невозможно. Ян старался напрячь зрение, но все было тщетно. От избытка чувств, которые у него усиливались из-за неудачи, он вслух сказал: «Ни шута не видать».

— Да ты свет включи. — раздался спокойный, тихий голос Люта позади Яна, который от испуга содрогнулся, повернувшись к полицейскому.

— Это ты... Ты напугал меня. — неуверенно выдавил из себя Ян.

— Вон там выключатель, смотри, — Лют показал рукой в сторону небольшой выпуклости, которая располагалась на какой-то табличке. — нажимай, смелее.

Ян, нажав на выключатель, тут же был очарован увиденным. В красноватом свете, одетый в стандартный полетный комбинезон, в вакуумном саркофаге лежало тело самого Илона. Того, кто открыл человечеству путь за пределы Земли. Всматриваясь в усталое лицо старого, высохшего человека, Ян сам, от чего-то почувствовал себя утомленным.



Лют не стал мешать Яну рассматривать склеп. Отошел к близлежащей скамейке, где присел и внимательно наблюдал за путешественником. Ян же, долго и скрупулезно изучив центральный саркофаг, больше не задерживался рядом с оставшимися, медленно проходя мимо них. У крайней погребальной камеры он остановился, размышляя о том свидетелем чему ему посчастливилось стать. Несколько раз обернувшись, озираясь в растерянности по сторонам, обнаружив сидящего на лавочке Люта, он направился к нему.

— Насмотрелся? — поинтересовался Лют, когда к нему подошел Ян.

Ян кивнул и присел рядом с полицейским.

— Что дальше? — задал вопрос Лют.

— Не знаю. Я даже не думал над тем, как поступить дальше, ну когда все получится. — сознался Ян.

— Так всегда и происходит, обычно. Человек не думает, что его ждет за следующим поворотом судьбы, а лишь целеустремлен этот изгиб преодолеть, во чтобы то не стало. А получив желаемое ничего, кроме каких-то внутренних ощущений, которые в следующий же миг становятся всего лишь воспоминаниями, не испытывает. Повидал я такого здесь немало. Да и на Земле такого хватает с избытком. — Лют, говоря, смотрел на склепы, закончив, еще раз осмотрел Яна, добавил, — Понимаешь, о чем толкую?

— Неа. — честно признался Ян.

— А если подумать? — улыбаясь спросил Лют.

Ян пожал плечами.

— Вот я и говорю, что так все и получается. Что ты добился, побывав здесь, увидев склеп из которого некоторые полудурки-политики сделали монумент?

— Ну я теперь буду знать, что я здесь побывал, это со мной на всю оставшуюся жизнь останется. — смело заявил путешественник.

— Вот я про то же и веду речь. — словно размышляя сказал вслух полицейский, после чего продолжил чуть более строгим, с оттенками некоторой официальности, тоном. — Как твое полное имя?

— Ян Рябов.

— Откуда? — продолжал дознаваться Лют.

— С Земли, откуда же я еще мог взяться. — отвечал Ян, не понимая, зачем было Люту выспрашивать и так понятные всем вещи.

— Ясно. В каких-нибудь организациях, партиях, религиях состоишь?

— В смысле, что такое состоишь?

Лют не стал уточнять, лишь махнул рукой, в знак, того, что можно не отвечать, но задал следующий вопрос.

— Ты чем занимаешься на Земле?

— А, ну, работаю иногда, когда есть задания. Частенько на Луне бываю, там кое-что выполняем, что скажут.

— А-а... — растягивая произнес Лют. — Теперь понятно откуда ты такой попрыгунчик взялся. Но на Марсе прыгать опасно, грунт достаточно неоднородный, можно скафандр легко порвать.

— У меня нет скафандра, а нарушить энергополе УПСа надо еще умудриться. — парировал Ян.

Лют усмехнулся.

— На подобии тебя парнишка, может, даже постарше, прилетел на той неделе, тоже в Первополис стремился. Вылез на поверхность да на демона, вихрь такой марсианский, нарвался. Тот его как тряпичную куклу мотал, то об камушки, то о торчащие скалы приложит, в итоге только его УПС и остался.

Ян смотрел на Люта удивленными глазами. У него в голове не укладывалось, как снаряжение такого уровня может вообще подвести. Но по лицу полицейского, строгого, с некоторой озабоченностью, было ясно, что разговор идет не в шутку и вся история правдива. В этот момент в шлеме Люта что-то забулькало, как это слышалось Яну. Полицейский быстрым, отточенным движением водрузил его на свою голову, вновь став безликим, но спустя несколько секунд снял его вновь.

— Транспорт уже в пути, скоро нас заберут, буря так себе, небольшая, уже на нет сходит. — сообщил он Яну последние известия.

— И что, куда нас повезут?

— В Лендингярд, куда еще-то. — пожав плечами удивился Лют. — Ты, кстати, УПС-то где приобрел, вещица не из дешевых?

— Особенные условия договора со страховой компанией. — ответил Лют.

— Понятно, раб значит. — заключил Лют.

Ян посмотрел с большим удивлением на него, не понимая, что хотел выразить полицейский своим заявлением, тем более что, он не раз слышал про себя подобные заявления и на Земле и на Луне, от совершенно разных людей.

— Видимо, марсиане самые свободные люди во всей солнечной системе. Даже учитывая, что две трети жизни мы проводим на той же Земле. — продолжал Лют. — Вы все стремитесь сюда, побывать в этом склепе, а ты знаешь, что на Марсе терпеть не могут эту всю команду, которая сделала по тем временам невозможное, непросто прилетев сюда, но и создав первое поселение, построив его на поверхности. Первополис не должен был находиться на поверхности, они недооценили всех опасностей планеты, которая, если для чего-то и создана, то точно не для людей. Во всяком случае не для комфортного времяпрепровождения. Земляне считают, что прилетев сюда, могут продолжать вести себя так же, как привыкли в своих удобных городах. Но тут приходится в буквальном смысле выживать. Тебя не удивляет, что в давно оставленном строение есть все условия для жизни? — Ян, внимательно выслушивающий монолог полицейского пожал плечами. — Конечно, даже не догадываешься. На Земле нет такого места, куда бы ты ни попал и невозможно было сделать хотя бы одного вздоха. Здесь вся планета такая. Высунь на поверхность руку, и твой пот тут же вскипит, ошпарив тебя, потому что ты в три раза горячее для этой планеты.



Слушая Люта, путешественник то терял, то вновь находил нить его рассуждений. Иногда, задумываясь о чем-то своем, Ян вообще переставал слышать монолог полицейского. Но когда начинал прислушиваться вновь, приходил к выводу, что Лют в очередной раз рассказывает и возмущается одними и теми же вещами мироустройства. Когда же марсианин запнулся, подыскивая слова, Ян перехватил инициативу:

— Да, тут сложно не согласиться с тобой. Вы все люди героические. Слышал про древних стоиков?

— Нет, это еще что за шуты гороховые?

— Не то религия какая, не то какие-то философы, короче я читал что-то такое мельком, в общем, у них смысл жизни был выдерживать все беды и невзгоды, отсюда и название такое.

— Ну? — с недоверием уточнил Лют.

— На Земле марсиан сравнивают с ними. Мол вы так же стойкие и выносливые люди. Но и на Земле хватает сильных людей. — Ян хотел было сказать о том, что марсиане завышают свою силу духа и тела, но вдруг интуитивно понял, что в подобной ситуации это было бы излишним.

Повисло молчание. Яну, в ответ на откровение Люта, хотелось так много рассказать, что он не мог решить, с чего ему стоило начать. Наконец, собравшись, он прервал воцарившуюся в склепе тишину:

— Когда я был еще ребенком, мои родители куда-то исчезли. Я слонялся в их поисках, но никто не хотел даже разговаривать со мной об этом. Всем было плевать на меня. Мы тогда жили в социальном районе, жилья и пропитания было в изобилии, но в один миг обо мне стало некому заботиться. Я даже с трудом помню, как так вышло, что спустя несколько недель поисков я ушел из этого района, познакомился с разными людьми, которым стал помогать переправлять в разные части города всевозможные вещи. Оказалось, что это были какие-то токсичные или радиоактивные предметы для продажи на сером рынке. Когда меня задержали с каким-то из этих веществ, то потом держали около месяца на дезактивации и лечении. После чего передали в Христианский приют.

— Зачем ты мне все это рассказываешь? — поинтересовался Лют.

— Откровенность за откровенность. — ответил Ян.

— А, ну хорошо, что еще горького и печального было в твоей судьбе? — словно насмехаясь над путешественником, спросил полицейский.

— Особенно ничего, ровно как и самой судьбы могло не случиться. Ближе к совершеннолетию, в пятнадцать лет, я стал сильно терять в весе. Оказалось, что ошибки молодости, когда я связался не с той компанией, привели меня к многочисленным злокачественным опухолям...

— Так это же элементарно лечится. — перебил Лют.

— Ага, проще простого, но стоит это баснословных денег. На Земле, конечно, есть и социальное лечение, правда, очередь, в пару десятков тысяч человек, делает исцеление, для большинства, недосягаемым. Люди умирают так и не дождавшись спасения.

— Да, правда жизни такова, что среди двадцати с лишним миллиардов, на десятки тысяч, да думаю, и на миллионы-то, никто внимания обращать не будет. — поддержал Яна Лют. — Ты знаешь, что этот, — Лют небрежно махнул рукой на склеп Илона. — в свое время чуть ли не все свое состояние пустил на изучение технологии превращения углекислого газа в кислород и углерод. Теперь на этом вся земная цивилизация держится.

— Это как так? — уточнил Ян, отчего Лют ухмыльнулся.

— Ну ты даешь землянин. Ты про станции газогенерации слышал? — спросил полицейский, на что Ян отрицательно повертел головой. — Так на них весь атмосферный газообмен крутится. Смотри, лет сто назад, когда за десяток миллиардов людей стало, кислорода в атмосфере стало не хватать, еще бы через двадцать лет, ну или чуть больше, человечество начало бы просто задыхаться. Но вспомнили про технологию, которую мы здесь на Марсе используем, ну и начали, как грибы после пропарки, появляться эти станции. Кислород в атмосферу или в баллоны, углерод на заводы.

— Да, постой, я что-то слышал такое. — согласился Ян. После чего Лют разразился долгой речью о том, что ему, Яну, как землянину, который даже не знает как устроено его общество, и от чего зависит жизнь на Земле, должно быть стыдно, . Но Ян, словно не заметив наставлений полицейского, после его монолога, продолжил:

— Мне тоже особо не светило ничего. Даже номер не присваивали, чтобы в очереди место отслеживать можно было. Но однажды меня пригласили в соцклинику. Я думал, что какое-то изменение будет в моем ожидании, а оказалось, что это была страховая корпорация...

— Кроме страховых, в нашей системе, других корпораций не бывает! — перебил Лют.

— Меня тогда, да и сейчас тоже, мало все это волнует. Они предложили перманентный договор на обслуживание моей жизни. И я ухватился за этот шанс. — Лют, слушая Яна, начал крутить головой, закатывая глаза, пытаясь выразить все свое неприятие такого положения вещей. Ян же, не обращая на него внимания, продолжал. — Они вылечили меня, обучили нескольким профессиям, у меня вновь появился дом, мой собственный дом, понимаешь?

— Не твой, а принадлежащий компании. — с важным видом знающего толк в жизни поправил Яна Лют. После чего решил перевести разговор на другую тему спросив: — Родителей нашел?

— Да, нашел, как только узнал, что можно разыскать их через корпоративную службу безопасности. Они погибли в транспорте, возвращаясь домой. Там было такое месиво, что всех отправили на переработку. Смогли найти только по соответствию ДНК. Ребята даже мне потом соболезнование выражали несколько дней, будто они вчера только погибли. Для меня это, знаешь, как дорого было... — Ян замолчал, его горло перехватил спазм, а на глазах навернулись слезы.

— Сочувствую тебе. — сказал Лют. Ян лишь пожал плечами. Вновь повисла тишина, в которой каждый из них размышлял о своем.

— Честно не понимаю, почему многие это рабством считают. Я сейчас счастлив так, как никогда не был в прежней жизни, а там, поверь мне, свободы мне хватило аж за самые края.

В шлеме Люта вновь забулькало и заклокотало.



* * *



Марсианский транспортер был на колесах. Это были большие резиновые шины обтянутые армирующей металлической сеткой по протектору колеса, закрепленные железными полосами к ободу. Ян видел несколько раз в жизни технику, передвигающуюся на колесах, но так близко ни разу. Поэтому сейчас, пока внутри монумента все проверяли и задраивали дверь, он с интересом разглядывал машину, которая, спустя несколько часов, доставил его с Лютом в Лендингярд.

Как бы Ян впоследствии не пытался найти Люта на космодроме, сделать ему это не удалось. Он не особо обращал внимание на других полицейских, которые зачитывали ему решение о депортации. Легко, не читая документов, ставил подпись подо всем, что ему предлагали. И спустя еще несколько часов он уже седел пристегнутым в пассажирском ложементе корабля, уносящего его с Марса. В голове он еще раз вспомнил свой разговор с Лютом. Усмехнулся депортации с Марса, который больше ему был неинтересен. И начал представлять себя рядом с гейзерами Энцелада, который собирался посетить в следующем году, чтобы добавить в свой личный зачет еще одно уникальное для любого путешественника место.