Завтра ухожу в рейс на привычный маршрут Луна – Деймос – Марс. Повезу колонистам консервы, а учёным парням – деревянные ящики с приборами. Хотя меня нисколько не интересует, что я везу. Главное, чтоб не было претензий на приёмке грузов.
Я каботажник. Мои сокурсники кто в отставных адмиралах, кто на кладбище, кто пропал в космосе, а я всё летаю. Луна – Деймос – Марс. Тридцать лет.
Завтра со мной полетит стажёр из Космической Академии пилотов имени Фрэтра. Когда я там учился, это была просто полётная школа, а Фрэтр списывал у меня решения по навигации. Через десять лет после выпуска он исчез где-то на орбите Урана.
Стажёр презрительно посмотрел на меня при знакомстве. Мальчишка! Я не обижаюсь, каждый год такие приходят.
В их юных головах воображение рисует рискованные полёты, острые ситуации, а их самих – спасителями корабля, экипажа, и даже всей Земли. Они порой надеются, что встретят инопланетян.
Из кого эта дурь не вылетит, те станут похожи на Фрэтра, Миквано, Кралича и других. Кстати, премьер-адмирала Кралича, выпустившегося годом позже меня из полётной школы, я встретил неделю назад. Ног нет, полуслепой, но на парадном кителе, без которого он не появляется, нет свободного места – ордена, значки и прочая мишура. Вспомнили былое, я выпил немного рома, а ему нельзя, он водички хлебнул.
Вот так они и кончают, герои космоса. Кто в гробу, кто в инвалидном кресле.
А у меня свой трехэтажный дом в кедровой роще на ливанском берегу Средиземноморья, и женщин симпатичных я ещё не пропускаю мимо. Обойдусь и без памятника при таких раскладах.
А на вопрос стажёра: «Что я забыл в ближнем космосе?» я бы ответил: «Деньги. Деньги, сынок. Отличные деньги и без всякого риска».
Но он не поймёт. Мало кто из молодых понимает это. Они все герои. И не думают о том, что главная их миссия – это прокладывание трасс для нас, каботажников. И всё делим поровну. Героям ордена и почётное место на кладбище, а нам спокойная обеспеченная жизнь.

Оварркон, навигатор грузового транспортника, закончил свой рассказ, поставил опустевший стакан на стойку бара и, похлопав по плечу собеседника, вышел на улицу. Темнело. На востоке, над самым горизонтом, проклюнулись первые звезды. Каботажник взглянул на них и вздохнул. Из-за травмы легкого, пробитого при аварии в кольцах Сатурна, четверть века назад его списали из отряда первой линии.
- Хорошо, что хоть в каботаже оставили, - подумал Оварркон и неспешно зашагал домой. – А то, как бы я без космоса?

Ни убавить, ни прибавить.

Браво!

Лучше: не исчез, а пропал. Так трагичнее. Исчезают обычно жулики.
Да, в столь коротком рассказе уместился смысл, но чего здесь не хватает, так это атмосферности. Описаний нет, один монолог. Нет картинки, нет конфликта, по сути это не рассказ, а миниатюра.

Читал. Хорошо!

Занятно.

"Пропал" мне не очень глянулось, решил "исчез", хотя то же не очень.

А писал его на конкурс зарисовок, там граница 2 000 знаков. Решил в такой форме. Сейчас на конкурс миниатюр пошлю на ХиЖ.

Спасибо.

Спасибо.

Дублирующую тему удалил.

Спасибо!
Вчера сижу с температурой, думаю, а чего я этот рассказ не выложил до сих пор? А потом - дежа вю появилось.
В общем, больным нечего делать на сайте.

Это называется "жамевю"

замечательная миниатюра. Изящная, особенно конец неожиданный

блоха на мой вкус


Возможно вариант: "так что все делим поровну". Всё делим поровну

Спасибо. Но я старался как можно больше приблизиться к разговорной речи.

Не, у вас это получилось. Мне просто показалось, что вот это место не очень гладко вписывается. Но могу и ошибаться...

Лучше не скажешь!
Хоть и с опозданием, но присоединяюсь!

хорошая миниатюра. жизненно так получилось автору - браво!

Спасибо!!!