ЗАРИСОВКИ

***
Темно. В темноте только я и два огонька. Один – яркий, живой, прямо под носом, а другой чуть дальше, передо мной, туманный,
расплывчатый – отраженье в двери туалета. И оба разгораются, вспыхивают одновременно, и одновременно же притухают, когда затяжка оканчивается. И ощущения… Вкус дорогого табака, вкус одиночества, вкус несделанного дела, вкус возможной обиды, вкус тревоги за…, вкус усталости. Страшный коктейль. И печальный…

***
Уже давно в голове выскакивают картинки. Из прошлой жизни. Но… Как из кино, которое посмотрел тогда же, когда и «Чучело». И я знаю, что это кино мое, что все это было со мной; и ощущение такое, что это лишь фильм, в котором я снимался, а не моя жизнь. Потерялась связь с реальностью. Осуществлен переход в другую. И нет сил оставаться в прежней реальности. Оставаться там, в настоящей – умереть в нынешней, и, как итог, исчезнуть для них обеих, и из них обеих. А возможен ли потом обратный переход?…

***
Я еду в троллейбусе. Ночь. Сиденье поставлено так, что, то, что впереди, я вижу только тогда, когда оно остается позади. Освещенный салон, для того, чтобы видеть что-то за окном, вынуждает приблизить лицо к самому стеклу. И тогда чувствуется его
холод. Лбом, носом. Я как будто в аквариуме. А там, снаружи – огни, белые, туманные, и красные, вспыхивающие и гаснущие,
желто-оранжевые, мигающие. И еще: красный, желтый, зеленый, красный, желтый, зеленый: стой, жди, иди, стой, жди, иди. И огни за стеклом размываются. Симметрично вверх и вниз. Выбирай. А еще они отражаются в воде. В черной. Но там – только вниз. А еще люди. Как не живые. Не видно их лиц за запотевшим окном. И возникают сомнения в их реальности, в том, что они способны мыслить и чувствовать, выражать эмоции. И тени за спиной, кажется, тоже нереальны. И остается только чувство одиночества, и огни: красный, желтый, зеленый, красный, желтый, зеленый: стой, жди, иди, стой, жди, иди…