Не смотри им в глаза, Автор: Хрустальный Феникс Опции

[Каркун]

Автор: Хрустальный Феникс


Не смотри им в глаза




Эта невыносимая жара доконала ещё в дороге. Несколько часов тряслись по камням на развалюхе, в которой даже не работал кондиционер. Командир курил прямо в салоне, и никто не мог сказать, что от запаха дешёвых сигарет уже тошнит.
Мы ехали на задание в зону конфликта. В деревню, где рядом с мирными жителями обитают террористы. Туда, где я знал каждый дом и каждый камень, где я родился. Только поэтому вызвался обезвредить мину, которую нашли в поле.
Добрались ближе к полудню, а там уже собрались все, кому не лень. Чумазые дети, обгоревшие до красноты под горячим солнцем, сбились в тесный кружок и ковыряли «железяку» палками. Взрослые столпились в стороне, и что-то громко обсуждали. Увидев нас, они похватали детей и разошлись по домам.
Мы им не нравились, и я понимал, почему…
Мина оказалась самопальной – несколько спутанных проводков и взрыватель – сразу видно, что собирали наспех. Какие-нибудь местные бандиты-инженеры, которым надо бы руки оторвать. Такое добро на месте не разбирают, и мне стоило вывезти на полигон. Но, как говорится: «дома и стены помогают», поэтому решил пойти на риск.
Щипцы коснулись одного проводка, потом второго, и вдруг:
– Вали отсюда! – крикнул командир.
И дальше всё как в кошмаре – девушка с красной лентой в волосах. Она на другом конце поля, но слишком близко ко мне. Внезапный порыв ветра ударил в спину, я неосторожно взмахнул рукой, чтобы удержать равновесие, и задел проводок. Мина щёлкнула, не оставив времени на испуг.
Волна горячего воздуха обняла и утащила вверх, осколки дробью разорвали тело, смешали кровь с облаком пыли. Жизнь не пронеслась перед глазами, она просто закончилась, разлетевшись жирным пеплом по ветру.
Я спал, и время для меня исчезло. Тьма наполняла и создавала заново, собирала и сшивала словно куклу. Нигде не было ни одного источника света.
Пока я спал, мир менялся.
А потом я проснулся. Всё началось с нуля точно там, где и закончилось – на краю старой деревни. На обожжённом взрывом поле. Небо давило сверху тяжёлыми багровыми тучами. Собирался дождь, было холодно.
Я поднял руки к лицу – целы, ни одной царапины. Даже кожа чистая, без следов пепла. Ощупал грудь, живот, голову – всё на месте.
Под рёбрами бешено колотилось сердце. Глубоко вздохнул и чуть не закашлялся от едкого запаха гнили. Он был повсюду. Так пахла земля и камни – всё, до чего можно дотянуться. Так пахла одежда и чистые руки. Так пахло багровое небо.
Боковым зрением я уловил движение. Существо на длинных кривых ногах неуклюже приближалось, когтистые пальцы царапали воздух, а из пасти текла тёмная то ли кровь, то ли слюна. Оно внимательно смотрело на меня и словно ловило взгляд, но я так испугался, что мог только пятиться назад.
За спиной кто-то крикнул:
– Отвернись!
– Что? – прохрипел я.
Повернулся, и это оказалось спасением. Существо вдруг исчезло и появилось совсем близко, вспороло когтями воздух, но никого не зацепило.
Подоспевший спаситель оттолкнул меня в сторону, прицелился и прострелил монстру голову. Он тут же ссохся и рассыпался пеплом. С серым облаком на земле оказалась знакомая алая лента.
– Повезло тебе, – сказал мужчина в военной форме.
Крепкий, высокий. Рукава закатаны по локоть, штаны заправлены в ботинки. Волосы густые, хоть и седые. Во взгляде решительность, воля и строгость. Похож на командира нашего взвода.
– Я Маршал, – продолжил он. – Такое прозвище. А ты?
– Ч-что это б-было? – с трудом выговорил я.
– Ловец, – Маршал поднял горсть пепла и рассыпал по ветру, – охотник, зверь. Называй как хочешь, – он посмотрел на меня, я оцепенел от страха. – Да ты не бойся, как там тебя зовут, говоришь?
– Саша, – выплюнул я, словно ругательство. – Меня зовут – Саша.
– Ну что же, Саша, – Маршал развёл руками и слегка наклонил голову, – добро пожаловать в ад!
Ад. Это место не могло быть адом – слишком оно похоже на ту самую деревню, в которой меня угощали парным молоком. Слишком знакомые старые домики и тот же густой лес вокруг. Только земля сухая и тёмная, и небо странное – будто кровавая пена.
– Иди за мной, я отведу тебя в безопасное место, – скомандовал Маршал и зашагал вперёд.
Безопасным местом оказался старый бункер на опушке. Оттуда хорошо просматривалась деревня, а подземные ходы тянулись во все стороны. Внутри было темно и сыро. Бетонные стены влажные от конденсата и местами затянуты плесенью. Пахло как везде – гнилью. В углу на тумбочке шипел старый радиоприёмник. В бункере нас ждали двое:
– Макс и Егор, – познакомил Маршал.
– Привет, – кивнул Макс.
Он тоже в форме, они оба. Макс чуть выше нас всех, тёмный, нескладный. Лицо покрыто шрамами.
– Это звери меня украсили, – пояснил он, заметив, как я его рассматриваю.
– Это такие маленькие прыткие уродцы с острыми зубами, – вступил Егор. Он моего роста, но чуть моложе, с весёлым беззаботным взглядом. – Зазеваешься, и они откусят голову. Такое часто бывает, особенно с молодыми…
– Не пугай новичка! – прервал его Маршал.
Егор подкрался и прошептал на ухо:
– Не смотри им в глаза и проживёшь дольше.
Маршал заметил это и прогнал обоих. В комнате остались мы вдвоём.
– А ты, значит, подрывник?
Я не совсем понял, вопрос это был или утверждение, но сразу вспомнил мину, взрыв, девушку на другом конце поля. Алую ленту. Всё что случилось за последние час или два – этот странный мир – он не укладывался в сознании. Это чудовище. Этот тёмный бункер, с единственным узким окном, через которое видно деревню.
С трудом узнавались дома – настолько они облезли. Местами провалились крыши, местами обрушились стены. Окна без стёкол обнажали тёмное нутро пустых комнат. Деревня спала вечным сном мертвеца.
– Так выглядит ад? – шёпотом спросил я.
– Наш вчера устроил погром в местном баре, – вдруг раздался голос из радиоприёмника.
Это случилось так неожиданно, что я даже отпрянул в сторону.
– И что дальше? – спросил второй голос.
– Одну девку трахнул… И убил. Ну как всегда.
– А что родня? Есть кто-то, или сирота?
– Есть. Отец юрист или чиновник. Какая-то шишка.
– Тогда казнить ублюдка. И чтобы родня узнала. Нам скандал не нужен…
Радио замолкло. Маршал улыбнулся, с любовью погладил чёрный корпус приёмника.
– Весточка из мира живых. Смотри в окно!
Небо над деревней опустилось и потемнело. Я заметил, как в одном месте сквозь тучи к нам провалилось нечто и упало на крышу одного из домов. Издалека оно напоминало человека. К нему тут же сбежались какие-то тёмные существа. Я услышал крик, человека стащили с крыши, и всё стихло.
– Вот так всё устроено, – с улыбкой произнёс Маршал, – сражаешься за свою страну, а потом пуля в лоб, и ты в аду. О тебе мы тоже узнали из «новостей». Повезло, что были рядом.
– Я никогда не думал, что окажусь в таком месте…
– Ты думал, всё будет иначе, – Маршал уставился в треснувшее зеркало, длинная тёмная щель разделила его лицо на две равные части. – Здесь нет котлов, и земля не горит под ногами. Но что это, если не ад?
Внезапно с улицы донёсся хриплый, словно простуженный, женский голос. Она кричала, и в её словах было всё: боль, ненависть, отчаянье.
– Приведите! Приведите его ко мне!
– Опять она проснулась, – Маршал быстро глянул в окно. – Не к добру. Егор!
– Звали?
– Собери всех, закрывайте убежище! Она сегодня не в духе.
– Есть.
– Кто – она? – Нахмурившись, спросил я.
– Елена. Повешенная мать, – заметив моё удивление, он указал на окно. – Смотри туда.
Небольшой двухэтажный дом одиноко стоял на горе. В моём мире его место занимал памятник невинным жертвам войны – чёрный мраморный обелиск с именами погибших и пропавших без вести. Дом обнесён высоким кирпичным забором, но этот забор, как и всё в деревне, почти разрушен.
Из окна дома выполз какой-то зверь. Прыгнул с подоконника на забор, с забора на крышу соседнего дома. Сел на краю и завыл, подобно волку. В голосе его я слышал детский плач. Плач скорби и утраты.
И сердце сжалось.
– Там живёт мать всех несчастий, – продолжил Маршал. – Это по её воле ловцы охотятся за нами. Когда Елена просыпается, нам остаётся только ждать…
Маршал вдруг замолчал и отошёл вглубь комнаты.
Я непонимающе смотрел на него, он достал пистолет, а потом скомандовал:
– Ложись!
Я подчинился. В окне над головой появилась зубастая тёмная пасть. Существо быстро осмотрело комнату, заметило меня и попыталось проникнуть внутрь. Маршал выстрелил дважды. Одна пуля вошла в стену, осыпав меня мелким градом бетонных осколков. Вторая пробила монстру глаз, и он тоже обратился в пепел.
– Чёрт знает что, – сказал я, отползая от окна.
– Егор! – крикнул Маршал.
Никто не ответил.
– Егор!
Снаружи послышались выстрелы. Маршал выругался и выбежал на звук, оставив меня одного в комнате.
В окне мелькнули когтистые лапы. А мне совсем не хотелось оставаться наедине с ловцами и без оружия. Я пошёл следом.
На пороге убежища лежал Егор с разорванным горлом. Я осторожно обошёл его и выглянул на улицу. Маршал уже отстреливался от прыткого зверя, похожего на лысую обезьяну с тёмно-красной кожей, покрытой шипами. Зверь перемещался так быстро, что невозможно было прицелиться.
Из наших увидел ещё троих, но узнал только Макса. Он был ближе остальных и, хромая, двигался к нам. Двое ребят, оставшихся далеко от убежища, отстреливались от группы ловцов.
– Быстрее, Макс! – кричал Маршал.
Один из наших встретился взглядом с ловцом и замер, опустив оружие. Второй подбежал к нему, но не успел ничего сделать – его схватили и оттащили в сторону. Ловец склонился над первым, медленно обхватил пальцами его шею и одним резким движением оторвал голову.
Второй попытался вырваться, но врагов было слишком много, чтобы надеяться на спасение. Я отвернулся, когда его тело разорвали на части.
Зверь, с которым сражался Маршал, настиг Макса и повалил его на землю.
– Закрой глаза, – скомандовал Маршал, прицелился и выстрелил.
Зверь отлетел в сторону, взвизгнул, сжался в судороге и рассыпался.
Макс быстро поднялся, в два прыжка добрался до убежища, и мы втроём закрылись внутри.
– Остальные вернуться по тоннелям, – отдышавшись, сказал Макс. – Чёрт, до костей разорвали!
Макс задрал штанину и с ужасом смотрел на кровоточащую рану, в глубине которой была видна белая кость.
– Заживёт, – махнул рукой Маршал и ушёл.
– Может перевязать? – неуверенно спросил я.
– Да хрен с ним, Маршал прав. Тут заживает быстро. К утру будет ещё один шрам.
– К утру? – удивился я.
– Да. Тем, что на лице, – Макс погладил себя по щекам, – не больше двух недель. Даже глаза восстановились.
– Как это вообще…
– Я даже обрадовался, – перебил Макс, – когда ослеп. Думал, нет глаз – живи спокойно. Они нас взглядом убивают. А если не смотреть, только покалечат.
Я оглянулся на Егора.
– Он тоже к утру очухается, – махнул рукой Максим. – Только говорить не сможет долго.
– Он же не дышит.
– Ну и что? Тут дышать не обязательно, – Макс улыбнулся. – Мне как-то раз лёгкие обожгло…
Заметив, что я становился мрачнее с каждым словом, Макс замолчал. Но когда и молчание стало в тягость, решил развлечь меня историей из жизни. Рассказом о последнем дне, после которого я даже порадовался, что Макс здесь, с нами.
Это случилось зимой. Макс с особым удовольствием описывал жёсткий рассыпчатый снег, который больше походил на мелкие осколки стекла. И то, как они выгнали на холод босых полуголых женщин, таскавших еду партизанам. И как расстреляли всех. Как снег напитался кровью. Как за ночь замёрзли тела, а утром их растащили собаки.
– А через день нас заперли в сарае и сожгли. Я даже проснуться не успел, – Макс тяжело вздохнул. – Я не хотел умирать, понимаешь?
– Ага, – кивнул я, но подумал – поделом.
В соседней комнате мерное шипение радиоприёмника прервалось. Мужской голос, заикаясь, говорил из динамиков:
– Мы …товы к обстрелу. Завтр… сне… к …ртям эту дерев…
– Хорош-ш-ш… – ответил второй голос.
– Все слышали? – Маршал заговорил, только когда стало понятно, что радио заглохло окончательно.
– Так точно, – отозвался Максим.
– Утром пойдём за головой Елены. Иначе нас всех здесь огнём накроет…
– О чём это он? – шёпотом спросил я.
Макс отмахнулся. Хромая, он прошёл в комнату к Маршалу. Тот стоял у окна и внимательно рассматривал дом на горе. Небо над ним опустилось, словно тянулось к разбитой крыше. Казалось, что оно вот-вот раскроется и освободит бесчисленную армию демонов.
Радио тихо шипело.
– Что нас там ждёт… – задумчиво пробормотал Маршал.
За ночь по тоннелям пришли остальные члены отряда. Все, кому удалось выжить.
В бункере стало тесно и душно. Бойцы обсуждали последнюю атаку ловцов, готовили оружие, перевязывали свежие раны. Егор очнулся ближе к рассвету, но никто этого не заметил. Будто не было смерти.
Утром Маршал выставил нас в шеренгу и пересчитал:
– Всего шестнадцать! – громко сказал он. – Нас всего шестнадцать, а эту ведьму охраняют десятки жадных до крови бесов!
Мы переглянулись, Маршал продолжил говорить:
– Нас мало, но это не значит, что мы проиграем, – он посмотрел на меня, – или сдадимся. Нет! Мы вырвем победу из мерзких лап нечисти, и пробьём себе дорогу в рай!
Маршал демонстративно загнал в пистолет обойму, вздёрнул затвор.
– За мной!
Мы шли больше часа по тёмному узкому тоннелю. Деревня над нами дышала зловонной гнилью и рождала новых ловцов. Новых охотников за нашими головами. Мне дали оружие, чтобы я мог сражаться наравне со всеми. Патронов хватало.
Макс шёл следом и по пути рассказал мне ещё одну историю.
Это случилось сразу после его смерти. Он очнулся в том же сарае, в котором сгорел. Всё вокруг было как новое, вернее такое, каким запомнилось до пожара. Рядом спали друзья, которых в ту ночь заперли вместе с ним. Пять или шесть человек – он не запомнил.
Ловцы появились сразу, но он заметил их раньше, и успел спрятаться за старой телегой.
– Это мерзко, – говорил Макс, меняясь в лице. – Они будили всех по одному, заглядывали прямо в душу, а потом разрывали на части. Они убили всех, и ушли. Я боялся выходить наружу, но утром за мной пришёл Маршал. Он для нас всех – ангел хранитель. Многих вырвал прямо из пасти ловцов.
– А он здесь давно?
– Чёрт его знает. Похоже, что он был здесь всегда. Как будто с него всё начиналось, – Макс рассмеялся.
– Мы на месте, – прозвучал голос командира. – Дом над нами ближе всех к дому Елены. Отсюда и начнём пробиваться.
– Все знают, что делать? – Маршал окинул нас беглым взглядом. – Новичок! Не смотри им в глаза.
– Есть! – уверенно ответил я.
Мы вошли в старый дом через подвал. Внутри темно и пыльно. Грязные окна едва пропускали и без того тусклый свет. По полу разбросаны старые вещи, разбитая посуда. Мебель сломана. В прихожей зверь разодрал коробку с цветными мелками. Оттуда яркие следы тянутся по всему дому.
Осмотрев дом, мы собрались в коридоре. Никто не решался заговорить первым, все ждали приказов от Маршала. Но он как будто оцепенел – встал напротив входной двери и замер. Напряжение нарастало.
– Идём? – неуверенно спросил Максим.
Маршал тряхнул головой, словно пытаясь сбросить воспоминания, пнул входную дверь и вышел из дома, не сказав ни слова.
На улице пусто. Мы подошли к покосившемуся двухэтажному домику с серой крышей и жёлтыми, потрескавшимися стенами. Тот самый дом на горе, к которому нельзя приближаться в одиночестве.
Пустые изломанные рамы поскрипывали на сквозняке. В окнах мелькали тени: то ближе к нам, то дальше – в глубине дома. И где-то там, в одной из тёмных комнат, звучал голос Елены:
– Приведите его ко мне! – хрипела она.
Маршал нахмурился, перехватил пистолет двумя руками и решительно направился к двери.
Мы двинулись следом, но быстро пожалели об этом.
Ловцы стерегли дом матери. Звери посыпались с крыши, отрезая нас от входа. Из-за углов показались уродливые вытянутые тела. Их было много. Гораздо больше, чем нас.
Мы даже не заметили, как исчез Маршал. Ловцы окружили и выхватывали одного бойца за другим. Пули летели в воздух, в стены, в землю. Макс кричал за спиной:
– Не смотрите в глаза!
И мы отворачивались, теряя врагов из виду. Нас становилось всё меньше…
Когда ловец схватил Макса, я попытался ему помочь, но от страха дрожали руки, и пули не попадали в цель. Ловец отшвырнул Макса к поленнице, где среди гнилых брёвен лежал большой топор. Макс схватил его, словно последнюю надежду на спасение, но слишком поздно. Его взяли в кольцо…
– Все в дом, за Маршал… – крикнул Макс, но голос оборвался.
Я посмотрел по сторонам, и понял, что остался один. Звери медленно оттесняли меня к дому.
– Ну где ты, сука! – прозвучал голос из дома.
Оглянувшись, я увидел, что дверь открыта, и нырнул туда.
В доме сильнее пахло гнилью. Запах стекал со второго этажа и расплывался по всем комнатам, по всем улицам. Стены тёмные, как после пожара, съедали тусклый свет и давили со всех сторон. Пол скрипел под ногами.
Звери внутри оказались крупнее и светлее тех, что встречались раньше. Они двигались медленно, словно чувствовали – здесь безопасно. Один стоял у окна, второй спускался по лестнице, третий отрезал мне путь к выходу.
Втроём они внимательно смотрели на меня, я прицелился…
Зверь с лестницы прыгнул и повалил меня на пол. Пистолет улетел в дальний угол комнаты.
Я зажмурился.
Морда зверя застыла возле моего лица, я чувствовал на коже его дыхание. Вдруг сверху послышался голос Елены:
– Посмотри на меня! – рычала она. – Смотри, что ты сделал!
– Посмотри на меня, – услышал я тихий голос над ухом. – Открой глаза.
Я подчинился. Тёмные глаза зверя блеснули, и мир растворился в них, поглотив меня, поглотив дом, деревню.
А потом всё вернулось обратно. Большой светлый дом с открытыми настежь окнами, куда без спроса врывается свежий летний ветер. Сладкий запах цветов и фруктов, яркие пятна солнца на стенах. И много игрушек повсюду…
Напротив меня стоял мальчик, которому нет и пяти лет. Бледный и худенький, похожий на приведение. С большими голубыми глазами, и тёмным отверстием во лбу. Мальчик взял меня за руку и потянул за собой.
Мы поднялись на второй этаж.
На большой кровати в спальне лежала женщина в разорванном платье. Над ней стоял Маршал. Он посмотрел сквозь меня, остановил взгляд на мальчике. Улыбнулся.
Женщина с трудом подняла голову и тихо шепнула:
– Сынок, спускайся вниз.
Маршал достал пистолет из-за пояса и выстрелил один раз. Я оглянулся, рядом с призраком малыша лежало мёртвое тельце. Из отверстия во лбу текла кровь.
Женщина вскочила с кровати и бросилась к ребёнку. Маршал поймал её за волосы, потянул к себе, ударил. Женщина обмякла и свалилась на пол. Маршал вышел из комнаты и спустился вниз, мы остались ждать наверху.
Я слышал ещё два выстрела.
Потом Маршал вернулся с верёвкой в руках.
– Будь ты проклят, ублюдок! – рыдала Елена, когда Маршал одевал ей петлю на шею. – Сволочь! Ты сдохнешь, и я достану тебя на том свете!
– Я и там тебя пристрелю, – сказал Маршал и пропустил верёвку сквозь кольцо для люстры.
Мальчик взглянул на меня, губы его шевельнулись:
– Ты не такой, как они, – звучал мягкий голос. – Ты тоже жертва, а не убийца. Будь с нами.
Я вернулся в старый разрушенный дом Елены. Но он больше не казался мне чужим. Я чувствовал всё, что происходило внутри, я видел всё, что происходило снаружи. Я стал частью этого крохотного мира. Звери стояли рядом и смотрели на меня.
Сверху звучал голос Елены:
– Это ты, ты во всём виноват! Стреляй! – кричала она. – Стреляй, ты ничего не изменишь!
Мне хватило одной мысли, чтобы оказаться наверху.
Елена тенью парила в воздухе над кроватью. Разорванная юбка чёрными лентами обвивала руки и шею Маршала. Он стоял на коленях и смотрел в глаза свой жертве. Она показывала всех, кто погиб по его вине, всех, кто сейчас заперт в этом мире. Всех, кто жаждет мести.
– Ты сама виновата, – Маршал дёрнул рукой и порвал ленты. – Кого ты притащила в дом? С кем ты делила хлеб? Они воевали против нас. И твои дети стали бы такими же.
– Они защищали нас, – прошипела Елена. – От таких, как ты! И до сих пор защищают!
– Плохо защищают.
Маршал поднялся на ноги, прицелился.
Я схватил его за руку, и мы в одно мгновение перенеслись во двор. Маршал отлетел в сторону и покатился к дому, а я встал рядом с поленницей, где всё ещё лежало тело Макса. Маршал рывком поднялся, направил пистолет на меня.
– Предатель, – выплюнул он.
Я вырвал топор из закоченевших пальцев Макса, и тут же переместился к Маршалу. Он потерял меня из виду, и благодаря этому я выиграл несколько мгновений. От души размахнулся и ударил по голове. Лезвие разделило лицо пополам. Маршал закатил глаза и медленно спустился на землю.
– Нет, – ответил я мальчику из мёртвого мира, – я не жертва, и не убийца. Я защитник.

[Mikker]

Doom? Сайлент Хилл? S.T.A.L.K.E.R.? Или просто попаданец в мир, чем-то похожий на ад? Увы, где-то после середины читать не интересно. Но радует правильная концовка.

[zubr]

Понравилось. Атмосферка такая сумеречная, всякие эти ловцы - хорошо. Немного не по мне эти "поттерианско-сумеречные" баталии в финале, где герои от ударов друг друга улетают на сотни метров. Имхо, реалистичность в этих пунктах только добавила бы очков рассказу.

[Аlexa07]

Мрачная история. Защитник отечества в зоне конфликта после смерти попадает
ни куда нибудь, а опять в зону конфликта только теперь личного. Завершает не свою карму и утверждается защитником малых а не предеталем сильних. Концовка не радует. Что теперь? Расцветут сады и взойдет солнце? (вопрос риторический)

[bikeladykoenig]

Автор владеет словом, но впечатление после прочтения работы остается мерзкое.
Угроза нападения по радио, как я понимаю, не реализована?

[Евгений]

Веселое мочилово, я бы поиграл в такую игрушку, пол часика, но проиграл бы:)

[Эрин]

Рассказ серьезный и цельный. Мелкие ляпы изложения даже не замечаются по ходу.
Правда, это не абстрактный "загробный мир", а конкретно Та Сторона, которую еще называют Изнанкой. Оттуда очень хорошо видна суть "лицевой" стороны. Смею предположить, что автор ее видел.
Удачи!

[ktgun]

Эта..ну эта. Хорошо - во!
"Сайлент Хилл" пришел в гости к "Универсальному солдату" и они вдвоем пошли по "Лестнице Иакова" устроить разухабистую мазафаку с серьезным уклоном в лайт-версию "Спауна" и мистера Пэйна.
Чего хотелось бы видеть еще:
1) Истории Макса в виде живых диалогов.
2) Финальный массакр с Маршалом в оформлении битвы Дольфа и Жана-Клода в первой части, в декорациях вьетнамской деревушки под дождем.
3) Выпрямить кривую интереса. Пока скачет.
Ну и почистить текст неплохо было бы, от всяких там "каких-то" существ.

Впечатления сугубо положительные. Автор, судя по всему, не знал, что вдохновлялся отличнейшим комиксом "Glimmers Rats" и ван-шотами "Сайлент-Хилла". Настоятельно рекомендую ему (автору) с вышеуказанным ознакомиться. Есть вероятность, что он посмотрит на свое произведение другим взглядом.

[NatashaKasher]

Ничего боевичёк! Зачла с удовольствием.

Действительно, можно ещё почистить.

Например:

– Я никогда не думал, что окажусь в таком месте…
– Ты думал, всё будет иначе, – Маршал уставился в треснувшее зеркало, длинная тёмная щель разделила его лицо на две равные части. – Здесь нет котлов, и земля не горит под ногами. Но что это, если не ад?

Совершенно лишний диалог, тормозит.

Или вот:

– Кто – она? – Нахмурившись, спросил я.
– Елена. Повешенная мать, – заметив моё удивление, он указал на окно. – Смотри туда.

Зачем "заметив моё удивление" ? Разве что, "недоумение".
А лучше и вообще без него

– Елена. Повешенная мать, – он указал на окно. – Смотри туда.

[Ра солнценосный]

Просто писать сложно, но упрощать преступно! Что за школярская схематичность: мы ехали в деревню, командир курил... Увяжите ниточки предложений в узелки фабулы. Жара, тряска, командир курит одну за одной - следом пояснение, причина волнения - разминирование, что-то он знает, чувствует, намекнуть читателю... ведь готовая закладка для саспенса, тайны, и даже сюжетного вопроса. Дальше - сплошные таблички, террористы, например. Торопились отделаться от пояснений? Скорее перейти к сладкому - помер максим и хрен с ним, а теперь монстры, стрельба, трэш, угар и содомия...

[viktor egorov]

Ну хоть как то получше.

[ktgun]

Ну хоть как то получше.

То-то!

[Andrey-Chechako]

То-то!

ХФ написал?

[ktgun]

ХФ написал?

[Тафано]

То-то!

Хоть вы-то алую ленточку заметили? Или только IDDQD сплошное?

[ktgun]

Хоть вы-то алую ленточку заметили?

Обижаааааааете!

[karpa]

Для любителей стрелялок - наверное рассказ то, что надо.

Удачи автору,

[Лилэнд Гонт]

Что-то есть от Сталкериады.
Вроде и текст красивый и саспенс есть, а во читается скучно.
Почему? Не могу понять.
Может у истори нет сюжета.
Ну, попал в ад или куда там, ну и что? Ловцы? Да, хорошие протагонисты.
Но вот чего-то не хватает и всё тут.
Интриги быть может.

А кстати, кто им патроны в ад поставляет? Не Березовский ли?

[tequiller]

Девушка с лентой хороша необыкновенно - яркое и инородное тело, как специя, подчёркивающая вкус. И потом все закручивается как пружина, интересно, интересно, а потом - бац! и размазанный финал, невнятная история с маршалом и Еленой, летающие призраки... Ну как так можно?

[techtonica]

Мрачно так, что даже дух захватило.
Атмосфера передана выше всяких похвал.

Претензии:
Я привыкла к тому, что каждый элемент текста должен отражать изменения в персонаже. Мочиловке в рассказе уделено большое внимание, но она не обусловлена ничем. Поэтому, да, похоже на фанфик по шутеру: "а зачем здесь махач? - а куда ж без этого???"
Причем, драки описаны неконкретно, лично я так и не поняла, куда все бойцы подевались? Одному оторвали голову - она потом приросла?

И важный момент, даже вынесенный в название, мало обыгран и объяснен в тексте. То есть, как это не смотреть? Когда дерешься, надо видеть, что противник делает, иначе кранты. Либо сесть и медитировать, реально не смотреть и победить исключительно непоколебимостью духа. А тут предполагается парадоксально сочетать оба способа. Как это возможно?
Как вариант, можно оговорить, что ловцы своим взглядом либо убивают, либо (что хуже на тот момент для героя) превращают в себе подобных. Тогда читатель будет подготовлен к финальному преображению героя.
Еще один момент - локальность данного ада. Такое ощущение, что эта "зона" создалась после преступления Маршала, выстроена согласно его представлениям и правилам и на всех остальных не распространяется. Но тогда почему в его личный ад попадают другие люди, по какому критерию? В то же время, нет ни одного упоминания про невоенных людей, которые туда попадают. Так что фильтрация "личного состава" происходит по неизвестным показателям.

Мне кажется, если доработки внести, произведение получится исключительное.

[tequiller]

Такое ощущение, что эта "зона" создалась после преступления Маршала,

Вот-вот. Мне тоже так показалось, и захотелось развития это истории, но она дана как-то невнятно.

[Dante]

Первая половина, несмотря на схематичность повествования и персонажей понравилась. Была в этом интрига, что сказать.
А потом все понеслось вскачь, смазалось - в общем, механик уснул во время просмотра, и лента пошла вкривь и вкось.
И вроде бы все понятно, но главное дано вскользь и едва-едва, а акценты на том, без чего прекрасно можно было бы обойтись.
В итоге, несмотря на то, что смысл концовки ясен, художественно она не раскрыта.
Очень жаль.

[Лёд]

Хороший рассказ, мне понравился, но такое чувство, что отсутствуют ориентиры. Словно внезапно попал на чужую войну и не можешь понять, кто прав, кто виноват. Словно правых нет вообще. Эскалация мести мне не близка, но написано хорошо. Реально.

[Neko-san]

Кстати, о чужой войне - почему герой попал именно в это место?

[ktgun]

Кстати, о чужой войне - почему герой попал именно в это место?

Эта..гм. А в какое он еще должен был попасть?
По-сути, попал он в это место по вине Елены. Вы обратили внимание на девушку с красной лентой, кстати? Плюс к этому, это еще и отчий дом ГГ, где он выполнял свое последние задание. Т.е. фактически, его война закончилась (а потом снова началась) именно здесь.

[Ну типа Я]

Для любителей строить сюжет по классической линии "мужчина - защитник женщины", как вариант еще и снабженец.
По статистике и мужчины и женщины совершают примерно одинаковое количество преступлений. По тяжести преступлений тоже расхождений почти нет. Но вот по жестокости и бессмысленности преступлений мужикам до женщин ой как далеко.

[Andrey-Chechako]

Эта невыносимая жара доконала ещё в дороге. Несколько часов тряслись по камням на развалюхе, в которой даже не работал кондиционер. Командир курил прямо в салоне, и никто не мог сказать, что от запаха дешёвых сигарет уже тошнит.
Мы ехали на задание в зону конфликта. В деревню, где рядом с мирными жителями обитают террористы. Туда, где я знал каждый дом и каждый камень, где я родился. Только поэтому вызвался обезвредить мину, которую нашли в поле.
Добрались ближе к полудню, а там уже собрались все, кому не лень. Чумазые дети, обгоревшие до красноты под горячим солнцем, сбились в тесный кружок и ковыряли «железяку» палками. Взрослые столпились в стороне, и что-то громко обсуждали. Увидев нас, они похватали детей и разошлись по домам.

Это просто праздник какой-то!

Такое добро на месте не разбирают, и мне стоило вывезти на полигон

не "стоило", а "стояло", и не "мне", "мине"! Мине стояло - так правильно вроде? Уже?

Я спал, и время для меня исчезло

Два времени в одном предложении - здесь должно быть два предложения или согласование времен: Я спал. Время для меня исчезло.

Крепкий, высокий. Рукава закатаны по локоть, штаны заправлены в ботинки.

угу, рукава штанов

На улице пусто. Мы подошли

автор весь текст издевается над настоящим, длящимся и прошедшим

– Предатель, – выплюнул он.
Я вырвал топор из закоченевших пальцев Макса, и тут же переместился к Маршалу. Он потерял меня из виду, и благодаря этому я выиграл несколько мгновений. От души размахнулся и ударил по голове. Лезвие разделило лицо пополам. Маршал закатил глаза и медленно спустился на землю.
– Нет, – ответил я мальчику из мёртвого мира, – я не жертва, и не убийца. Я защитник.

чье лицо, кто ударил?

Кто-то, болея гриппом,записал свой сон
Да, ктган - разочаровали вы меня! А я то думал!..
Коряво написано, неправильно простроенно. Лаконичный стиль вестерна подразумевает строгое согласование времен! - Это главное!
Сравните:

Это была земля, принадлежащая индейцам, и поэтому, когда сломалось колесо нашего фургона, никто не остановился, чтобы помочь моему отцу и мне.
В ту пору мне было почти тринадцать, и я мог ругаться не хуже отца, что мы и делали, пока остальные фургоны шли мимо. Даже Бэгли, которому отец спас жизнь, и тот не остановился.
Обычно люди помогали друг другу, но этот караван строго подчинялся выбранному капитану. Им был Большой Джек Макгэрри. Он всегда недолюбливал отца, потому что мой отец был человек суровый и независимый. Впрочем, думаю, что основной причиной была Мэри Тэтум. Макгэрри давно на нее облизывался, но она, казалось, не замечала его. Ей нравился мой отец.
Продолжая ругаться, мы с отцом снимали поврежденное колесо, когда подскакал Макгэрри на красивом черном жеребце.
— Не повезло тебе, Тайлер. Ты ведь знаешь мой приказ: караван не останавливается на переходе. Здесь слишком опасно. Впрочем, у источников мы заночуем, так что попробуйте догнать нас там.
Он повернул коня и поскакал вслед за караваном.

[ktgun]

Да, ктган - разочаровали вы меня! А я то думал!..

Видимо, есть разница между читательским восприятием и писательским: читателю более интересен ритм, динамика повествования, загадка, мистические образы мстительного духа..

[Andrey-Chechako]

Видимо, есть разница между читательским восприятием и писательским: читателю более интересен ритм, динамика повествования, загадка, мистические образы мстительного духа..

Я в Стопе (на который вы ссылаетесь в своем ерничаньи) вижу только две вещи, которые необходимы автору - и эти вещи не затрагивают ни единой буквы написанного: надо изменить название и писать дальше.
Этот текст надо переписать. Практически каждый абзац.

[ktgun]

Этот текст надо переписать. Практически каждый абзац.

Могу абсолютно то же самое сказать и про "Стоп". Абсолютно. То же. Самое. И что теперь?

[Andrey-Chechako]

Могу абсолютно то же самое сказать и про "Стоп". Абсолютно. То же. Самое. И что теперь?

разница в том, что в Стопе нет таких провалов стиля и подражание Хайнлайну полностью соблюдено. Нет простых ошибок, сорных определений и паразитных рифм, на которые я указал.
Вы, кстати, разбор текста в Стопе не сделали, а сейчас - попросту хамите мне. Записать вас в "сапоги"?

[ktgun]

разница в том, что в Стопе нет таких провалов стиля и подражание Хайнлайну полностью соблюдено. Нет простых ошибок, сорных определений и паразитных рифм, на которые я указал.
Вы, кстати, разбор текста в Стопе не сделали, а сейчас - попросту хамите мне. Записать вас в "сапоги"?

1) В вашем рассказе таких провалов не видите вы. И про незатрагивание ни одной из букв написанного, тоже ваше мнение. Зато я эти провалы вижу. И указал на них. Причем не один раз.
2) Не делал разбора. И здесь не делал. Да почти нигде не делал. А это должно что-то значить? По-моему я предлагал вам уйти уже из плоскости личной вендетты.
3) Я? Хамил? Мне это не свойственно, вы же знаете. А что такое "сапоги"?

[kxmep]

Этот текст надо переписать. Практически каждый абзац.

Тоже так думаю.
И очень желательно "изучить вопрос". У меня зять сапер, воевал вторую чеченскую, дал ему почитать зачин - плевался веером.

[Andrey-Chechako]

3) Я? Хамил? Мне это не свойственно, вы же знаете. А что такое "сапоги"?

ваше, ниже, и каждое второе сообщение сильверрэт - грубое и прямолинейное общение

Могу абсолютно то же самое сказать и про "Стоп". Абсолютно. То же. Самое. И что теперь?

"сапогами" офицеры называют тех военнослужащих, которые считают, что кроме Устава не существует иных правил поведения, поэтому и вежливым и обходительным обращением к собеседнику можно пренебречь

Грубо говоря - ничего не радует глаз, кроме хорошо начищенных сапог

[ktgun]

"сапогами" офицеры называют тех военнослужащих, которые считают, что кроме Устава не существует иных правил поведения, поэтому и вежливым и обходительным обращением к собеседнику можно пренебречь

Хм, не слыхал.

[Тафано]

Это просто праздник какой-то!

О, я так рада, что и у вас это бывает.

не "стоило", а "стояло", и не "мне", "мине"! Мине стояло - так правильно вроде? Уже?

Вернемся к оригиналу: "Такое добро на месте не разбирают, и мне стоило вывезти на полигон". Вывезти - что? Правильно - "такое добро". Понимаете, там такая штука была, взрывчатая и ее стОило (слово такое есть) вывезти, ну, на полигон. Вас отсутствие слова "его" смутило, чи що?

Два времени в одном предложении - здесь должно быть два предложения или согласование времен: Я спал. Время для меня исчезло.

Вернемся к оригиналу: "Я спал, и время для меня исчезло". Это для эмоционального усиления, понимаете? Это звучит поэтически, наличествует ритм, которого нет в вашем варианте. Уравниваются "я" и "время". Человек на какое-то время проникается ритмом времени, они как два приятеля становятся. Автор сам строит свои предложения и в ваших вариантах не нуждается.

угу, рукава штанов

Вернемся к оригиналу: "Крепкий, высокий. Рукава закатаны по локоть, штаны заправлены в ботинки". А ви не знали, що рукави - це на сорочці? Упс.

чье лицо, кто ударил?

Вернемся к оригиналу: "Я вырвал топор из закоченевших пальцев Макса, и тут же переместился к Маршалу. Он потерял меня из виду, и благодаря этому я выиграл несколько мгновений. От души размахнулся и ударил по голове. Лезвие разделило лицо пополам. Маршал закатил глаза и медленно спустился на землю". Лицо - Маршала. Ударил - я (жалко мало).

Кто-то, болея гриппом,записал свой сон
Да, ктган - разочаровали вы меня! А я то думал!..

Не переходите на личности, обсуждайте текст (этот, а не другой, этот, без а сравни-ка ты, бро, свою писанину с Френсисом Майн Фенимором). А то я пожалуюсь модератору.

И, да, а по сути, по идее рассказа вам сказать нечего?

[Andrey-Chechako]

И, да, а по сути, по идее рассказа вам сказать нечего?

нечего, это не идея - это клип!
а стиль вестерна полностью потерян за большим количеством шероховатостей и просто - неаккуратностей, образец вестерна я привел в ремесле

[Тафано]

нечего, это не идея - это клип!
а стиль вестерна полностью потерян за большим количеством шероховатостей и просто - неаккуратностей, образец вестерна я привел в ремесле

Ну, вообще-то тут не вестерн, если вы не заметили, тут про другое. А в чем "клип", по-вашему? В том, что есть плохие и хорошие?

[ktgun]

нечего, это не идея - это клип!
а стиль вестерна полностью потерян за большим количеством шероховатостей и просто - неаккуратностей, образец вестерна я привел в ремесле

Да причем здесь стиль вестерна-то? Опять это идея только от вас исходит! С чего, ну с чего вы взяли этот вестерн?
А если я скажу, что этот рассказ прекрасно вписывается в концепцию софт-хоррора, образцом которого является "Сайлент" во всех медиа-проявлениях?

[Тафано]

Да причем здесь стиль вестерна-то? Опять это идея только от вас исходит! С чего, ну с чего вы взяли этот вестерн?
А если я скажу, что этот рассказ прекрасно вписывается в концепцию софт-хоррора, образцом которого является "Сайлент" во всех медиа-проявлениях?

"Молодец, Васкес!"(с)

[ktgun]

"Молодец, Васкес!"(с)

Ага

[Andrey-Chechako]

угу, и мидл-попа! образцом которого является сериал "менты"...
и рядом не лежали - получился "Круз, в багровых штанах"

[Тафано]

угу, и мидл-попа! образцом которого является сериал "менты"...
и рядом не лежали - получился "Круз, в багровых штанах"

Это вы сейчас с кем и про чего разговаривали?

[ktgun]

угу, и мидл-попа! образцом которого является сериал "менты"...
и рядом не лежали - получился "Круз, в багровых штанах"

Абсолютно ничего не понял из ваших слов. Вот ничегошеньки

[Andrey-Chechako]

мне кажется, что вы поменялись рассказами (или отдавали друг другу на редактирование)

[ktgun]

мне кажется, что вы поменялись рассказами (или отдавали друг другу на редактирование)

А вот и не угадали совсем!

[Тафано]

мне кажется, что вы поменялись рассказами (или отдавали друг другу на редактирование)

А вот и не угадали совсем!

[Andrey-Chechako]

точно!

[Тафано]

точно!

По сути рассказа вам нечего больше сказать?

[Andrey-Chechako]

По сути рассказа вам нечего больше сказать?

повторяю - в основе рассказа - клип, а не идея, а клип, снят в разрешении 64 на 64

[ktgun]

точно!

Из "Хагакурэ":
Говорят, что где-то живет священник, который своей проницательностью может добиться чего угодно, и во всей Японии никто не сравнится с ним. В этом нет ничего удивительного. Среди нас есть очень мало людей, которые видят подлинную природу вещей.

[Тафано]

повторяю - в основе рассказа - клип, а не идея, а клип, снят в разрешении 64 на 64

Да что ж из вас клещами надо вытаскивать-то все? Я спросила, в чем здесь "клиповость"? Ну в чем? В убийстве мирных людей, которые превратились в зверей? В том, что палачи не смеют взглянуть в глаза своим жертвам? Может, в стареньком радио? В чем ж, наконец?

[kxmep]

палачи не смеют взглянуть в глаза своим жертвам

Там нет палачей. Т.е. вина не доказана художественными средствами, но заявлена автором: вот это - палачи и подлецы, а это - жертвы и полуголые босые женщины.
Нет конфликта.

[Тафано]

Там нет палачей. Т.е. вина не доказана художественными средствами, но заявлена автором: вот это - палачи и подлецы, а это - жертвы и полуголые босые женщины.
Нет конфликта.

"Заявлено автором", да. Но как заявлено? Диалогами, прежде всего. Описаниями. Контрастами: мне вот не сразу стало ясно, что звери - это жертвы... Это можно делать по-разному, с той или иной степенью мастерства, но так или иначе это в рассказе делается.

[kxmep]

Но как заявлено? Диалогами, прежде всего. Описаниями. Контрастами: мне вот не сразу стало ясно, что звери - это жертвы... Это можно делать по-разному, с той или иной степенью мастерства, но так или иначе это в рассказе делается.

Дело немного не в этом.
Автор накручивает этическую пружину, но - однополюсно. Что за партизаны, которым вышепомянутые ПБЖ "таскали еду"? А может, эти партизаны методически вырезают мирное население в прочих, неугодных деревнях?
Ну и полуголость женщин, отсутствие обуви на их (несомненно!) нежных и израненных ногах - суть нарочитая слезодавилка.
Не верю.

Нельзя в так в лоб, надо - исподволь.

[luizaifer]

В целом неплохой рассказ. Идея понравилась. Но сыровато получилось и непродуманно.

Взять, к примеру, небольшой кусок из начала.

Мы ехали на задание в зону конфликта. В деревню, где рядом с мирными жителями обитают террористы. Туда, где я знал каждый дом и каждый камень, где я родился.Только поэтому вызвался обезвредить мину, которую нашли в поле.
Добрались ближе к полудню, а там уже собрались все, кому не лень. Чумазые дети, обгоревшие до красноты под горячим солнцем, сбились в тесный кружок и ковыряли «железяку» палками. Взрослые столпились в стороне, и что-то громко обсуждали. Увидев нас, они похватали детей и разошлись по домам.
Мы им не нравились, и я понимал, почему…
Мина оказалась самопальной... Какие-нибудь местные бандиты-инженеры, которым надо бы руки оторвать... Но, как говорится: «дома и стены помогают»...

Получается: Бандиты заложили мину у деревни где сами и живут. Их дети, или дети их родственников и друзей ковыряют её палками, а взрослые обсуждают - чем это ковыряние может закончится?
ГГ в этой деревне родился и, как минимум, провёл в ней своё детство. И для местных, если они его узнали, он хуже чем "Мы им не нравились". ГГ для них предатель. Или, если он давний и вынужденный переселенец-выселенец, то они ему хуже врага, но несмотря на всё это - «дома и стены помогают».

Или вот:

Волна горячего воздуха обняла и утащила вверх, осколки дробью разорвали тело, смешали кровь с облаком пыли. Жизнь не пронеслась перед глазами, она просто закончилась, разлетевшись жирным пеплом по ветру.

Как то очень красиво получилось для описания собственной смерти.

Ещё следом:

Я спал, и время для меня исчезло. Тьма наполняла и создавала заново, собирала и сшивала словно куклу. Нигде не было ни одного источника света.

Я так и не понял, что наполняла и создавала тьма? Какая кукла если кругом ничего не видно?

Тут же:

Пока я спал, мир менялся.

Если ты спишь, откуда знаешь что вокруг происходит? Потом увидел, что мир изменился - это другое. Может мир в один миг изменился, а не менялся.

Боковым зрением я уловил движение. Существо на длинных кривых ногах неуклюже приближалось, когтистые пальцы царапали воздух, а из пасти текла тёмная то ли кровь, то ли слюна.

Не слишком ли много подробностей уловил гг боковым зрением?

Оно внимательно смотрело на меня и словно ловило взгляд

Разве они уже не смотрят друг другу в глаза?

– Это такие маленькие прыткие уродцы с острыми зубами... Зазеваешься, и они откусят голову.

Уродцы маленькие, а головы у бойцов совсем малюсенькие - с грецкий орех?

[kxmep]

головы у бойцов совсем малюсенькие - с грецкий орех?

Голова бойца должна иметь минимальный размер. Чем она меньше - тем лучше боец.
Голова - уязвимое место, а в маленькую голову труднее попасть.

[silverrat]

Голова бойца должна иметь минимальный размер. Чем она меньше - тем лучше боец.
Голова - уязвимое место, а в маленькую голову труднее попасть.

Сложнее всего попасть в голову, если она не маленькая, а тонкая. Скажем с лист бумаги.

[kxmep]

Сложнее всего попасть в голову, если она не маленькая, а тонкая. Скажем с лист бумаги.

Если развить эту идею до максимума, то голова вообще не нужна.
Плюс экономия на фуражках, пилотках и прочих касках!

[FamilyGhost]

олова бойца должна иметь минимальный размер. Чем она меньше - тем лучше боец.
Голова - уязвимое место, а в маленькую голову труднее попасть.

[silverrat]

Если развить эту идею до максимума, то голова вообще не нужна.
Плюс экономия на фуражках, пилотках и прочих касках!

- Пани Моника, а зачем вам голова?
- Как зачем? А чем же я буду есть?

Вы хотели сказать - до минимума.

[NatashaKasher]

- Пани Моника, а зачем вам голова?
- Как зачем? А чем же я буду есть?

Вы хотели сказать - до минимума.

[kxmep]

Вы хотели сказать - до минимума.

Идею до максимума, голову до минимума.
В большой голове - большие тараканы!

[Герда]

[Тафано]

Это в Праге, да?

[Герда]

Это в Праге, да?

да)))) Шикарный памятник,да?

У меня от него странный ощущения, вот к рассказу возник этот образ. Тех.кому нельзя смотреть как раз))

[Тафано]

да)))) Шикарный памятник,да?

У меня от него странный ощущения, вот к рассказу возник этот образ. Тех.кому нельзя смотреть как раз))

Он жуткий очень. Слово "шикарный" как-то, мне кажется, не очень уместно. "Шикарный газенваген", так что ли, по-вашему? Сильнее действует, чем табличка на Освенциме.

[Герда]

Он жуткий очень. Слово "шикарный" как-то, мне кажется, не очень уместно. "Шикарный газенваген", так что ли, по-вашему? Сильнее действует, чем табличка на Освенциме.

ага,это придает образу совсем другую окраску.
Как у Горького в детсве говорила его пьяная родня" Страшно красивая"" Вот так же.

[Евгений]

А ночью этот памятник наверное не просто шикарный, а капец как шикарный.
Шикарный капец!

[Usimov]

Смотрел я как-то анимэ. Называлось оно "Ангельские ритмы".
Оно почти полностью повторяет рассказ. Конечно, сюжет анимэ закручен на порядок лучше, чем сюжет сего рассказа, но смысл все тот же:
боремся против ангелов в загробном мире, когда тебя убивают - ты оживаешь на следующее утро.

Рассказ утяжелен очень банальной пацифистской антивоенной тематикой, а учитывая нашу российскую Чечню, очевиден намек.

И этот намек мне не нравится. Например, вспомним дело нашего героя чеченской компании полковника Буданова.
Он убил 18-ти летнюю чеченскую снайпершу. А его вместо представления к награде осудили и лишили званий и наград.
Вот такие вот горе-пацифисты, как автор этого грошового рассказа.
Точнее, Буданова осудили по политическими причинам, чтобы удовлетворить всю ту же кровожадность чеченцев...

Что же? Давайте теперь и генерала Ермолова осудим за то, что он (в 19 веке) уничтожал деревни чеченцев - бандитов, которые грабили и убивали наших граждан на южных границах Российской Империи. Почему бы и нет? - Мы же такие гуманисты!

Выставление военных однозначными бесчеловечными убийцами мне не нравится. Это не просто упрощение ситуации, но и ее искажение.
Нет даже потуг на то, чтобы исследовать, почему военные уничтожают мирных жителей. А иногда последнее бывает необходимо ради выполнения военной операции. Бесчеловечно, но необходимо. Вспомним известный фильм, когда Юлий Цезарь окружил варваров в городе, и те выставили на смерть своих женщин и детей. Это было необходимо, чтобы выжили защитники города.

Другой пример. В России недавно приняли закон, согласно которому родственники террористов несут уголовную ответственность.
Казалось бы - как это возможно? Почему родственники должны нести ответственность?
На самом деле если ты укрываешь террористов и врагов - ты сам террорист и враг. Более того, если ты закрываешь глаза на своего родственника-террориста, то ты сам - террорист. Мы берем пример с Израиля, в котором подобный закон действует уже многие годы и очень эффективен для борьбы с террором.

Что касается финала рассказа и изнасилования. Все эти фокусы на издержках мужских гормонов, которые свойственны всем мужчинам, рассказы о том, как военные насилуют женщин - зачем вообще нужно описывать такое?
Женщин насилуют не только военные, но и гражданские. Давайте посмотрим статистику. А если этот так, то есть между военными и невоенными в этом аспекте нет никакой разницы - зачем же тогда вообще выделять этот аспект?
Эта странная фокусировка меня удивляет и раздражает не только в этом рассказе, но и в многочисленных фильмах, особенно американских. Этот рассказ во многом и повторяет американские фильмы. Что, конечно, огромный минус для рассказа.

Конечно, все это обычная спекуляция на нашем щепетильном отношении к детям и женщинам, на нашей ненависти к насильникам и убийцам - что же еще? Спекуляция, поясню, - это излишне прямолинейная апелляция к общепринятым культурным стереотипам. Рассказ не имеет права быть прямолинейным, чтобы не скатиться к нравоучению.

Дело в том, что насильников и убийц полно везде. Почему именно военных обязательно показывать с этой стороны? Я не понимаю причину.
Я вижу в этом большой смысловой недостаток рассказа.
Военные защищают нас от врагов. Их профессия имеет некоторые издержки. В армии служат все те же мужчины, которые годами не имеют возможности видеть своих жен, встречаться с девушками. Вы это понимаете? Их можно понять. Мужчине нужен секс.
Вместо того, чтобы пожалеть солдат, которые нас защищают, мы жалеем врага, который взрывает наше метро и наши школы. Троллейбусы.
Хорошенькое дело получается. Я вижу в этом некоторое нарушение инстинкта самосохранения нации.

Что касается рассказа. Где-то со второй его трети, когда однозначно вырисовывается структура описываемого мира, он превращается в скучную тавтологию. А концовка, которую кто-то выше назвал "правильной", очень стереотипна и не может претендовать на статус "неожиданной развязки".
Злобный вояка изнасиловал мамашу и убил ее сынка, и теперь мамаша мстит ему на том свете. Это очень скучно.
Главное, весь рассказ вызывает неприятные ощущения.
Рассказ - пропагандистский. Пропаганда проста: война и военные - это плохо, а вот женщины, дети и мир - это хорошо.
Все это мы и без вас знаем, милый автор. Суть в том, что без войны мы не можем решать спорные политические вопросы.
Потому что мы - мужчины. И если надо решить спор, мы выйдем в чистое поле и набьем друг другу морды.
А потом уничтожим семью врага, изнасилуем его жену и убьем его детей.
Так было, так есть и так будем.

Потому что дети врага - это будущие мстители. Их нельзя оставлять в живых.
Вот откуда надо плясать. И строить любые гуманные рассуждения из этих координат.
Из мужских координат, раз вы пишете о людях войны и мужчинах.
После осмысления подобной мужской стратегии поведения герою можно уже "меняться" и принимать "гуманные" решения, типа тех, что описаны в рассказе.
Так развивался мир, начиная с древних веков. И так должен развиваться сюжет подобных рассказов.
Иначе очень скучно читать. Мы все любим детишек и не любим дядей, которые этих детишек убивают.
Тогда в чем смысл рассказа? - Еще раз напомнить нам об этом банальном чувстве? Нет в этом рассказе никакого смысла.
Смысл скрылся за гуманистической риторикой...

Самое главное, что я должен отметить. Я не выступаю против гуманизма. Я выступаю против литературной спекуляции на гуманизме.
Многие не замечают этой литературной спекуляции и голосуют за подобного рода рассказы (см. "Мясной бор").
Но вы должны понять: автор - совсем не гуманист, он обычный спекулянт.
Если хотите, популист и оппортунист.

[Andrey-Chechako]

Но вы должны понять: автор - совсем не гуманист, он обычный спекулянт.
Если хотите, популист и оппортунист.

Во-первых, не думаю, что спекулянт может быть глубок до оппортунизма - на популизме надо был остановится. То есть - клип!

[NatashaKasher]

В армии служат все те же мужчины, которые годами не имеют возможности видеть своих жен, встречаться с девушками. Вы это понимаете? Их можно понять. Мужчине нужен секс.

Даже не знаю, как откомментировать.

[zubr]

Но вы должны понять: автор - совсем не гуманист, он обычный спекулянт.
Если хотите, популист и оппортунист.

Ваша главная проблема - это то, что вы путаете литературный вымысел и жизненные реалии. Я, когда читал, понял, что речь идёт о некой тотальной войне в будущем. То, что вы усмотрели параллель с Чечнёй - исключительно ваша проблема, не автора. Разумеется, у всех войн есть схожие точки. Что теперь, вообще ни о чём писать нельзя? Только хвалебные оды для любимой правящей партии? Про чиновников - не пишите, они хорошие. Про военных - тоже. Про бандитов нельзя, т.к. каждый может оступиться. И так далее. Вы обвинили автора в спекуляции, а сами спекулируете на именах Буданова, Ермолова, о которых в рассказе ни сном ни духом. Не надо искать чёрную кошку в тёмной комнате, если её там и нет. Вон, ktgunу рассказ понравился, а он кадровый военный - его как-то рассказ не обидел ни разу. Просто не надо путать жёлтое с мокрым.

В армии служат все те же мужчины, которые годами не имеют возможности видеть своих жен, встречаться с девушками. Вы это понимаете? Их можно понять. Мужчине нужен секс.

Ощущение, что вы пишете нам из параллельной вселенной. Армия - ни разу не монастырь. Вы, кстати, служили? Можете не отвечать, и так по контексту понятно, что нет.

[Andrey-Chechako]

Вы обвинили автора в спекуляции, а сами спекулируете на именах Буданова, Ермолова, о которых в рассказе ни сном ни духом

согласен, я, правда, пытался об этом мягче сказать

[Dante]

Например, вспомним дело нашего героя чеченской компании полковника Буданова.

Давайте не обобщать, ага?
Или хотя бы конкретизируйте, кто для Вас "наши".

P.S. "Чеченская компания" - это компания, в которой, в основном, чеченцы.
А если вы про военную кампанию, то пишется это иначе.

[Ра солнценосный]

Ощущение, что вы пишете нам из параллельной вселенной. Армия - ни разу не монастырь. Вы, кстати, служили? Можете не отвечать, и так по контексту понятно, что нет.

Но раз мы теперь буржуазная страна армии нужны профессиональные служительницы Кибелы, дабы упорядочить стихийные сношения. Прям огорчение берет - у всех есть, а нам нельзя. Попадалась пронзительная статейка, как затопили целую баржу девушек в Мурманске, когда прекратились арктические конвои. Стали ненужны. Жуткое зрелище, как в песне: "Плыл по океану рыжий остров, в синем море остров плыл гнедой..." Местное НКГБ наградили за экономию патронов. Хоть прежде, они специально вербовали девушек для отдыха и досуга иностранных моряков. Агентессы, комсомолки. Утопили в море, как скот...

[silverrat]

Но раз мы теперь буржуазная страна армии нужны профессиональные служительницы Кибелы, дабы упорядочить стихийные сношения. Прям огорчение берет - у всех есть, а нам нельзя. Попадалась пронзительная статейка, как затопили целую баржу девушек в Мурманске, когда прекратились арктические конвои. Стали ненужны. Жуткое зрелище, как в песне: "Плыл по океану рыжий остров, в синем море остров плыл гнедой..." Местное НКГБ наградили за экономию патронов. Хоть прежде, они специально вербовали девушек для отдыха и досуга иностранных моряков. Агентессы, комсомолки. Утопили в море, как скот...

Ра, ну вот на кой вы это приплели? Вы бы лучше высказались бы о рассказе.

[silverrat]

Самое главное, что я должен отметить. Я не выступаю против гуманизма. Я выступаю против литературной спекуляции на гуманизме.
Многие не замечают этой литературной спекуляции и голосуют за подобного рода рассказы (см. "Мясной бор").
Но вы должны понять: автор - совсем не гуманист, он обычный спекулянт.
Если хотите, популист и оппортунист.

Узимов, вас по-моему уже заносить стало. Вы простите написали такую чудовищную чепуху, что я даже возражать не хочу. У меня просто сил нет. Мне лично этот рассказ понравился и никакой спекуляции на теме войны я здесь не увидела.

[Mishka]

Что-то не то. Что-то мешало читать рассказ, не дочитал.

Эта
***ужас начинать с этого...
невыносимая жара
***тысячелетний штамп...
доконала
***в тюркских языках означает сексакт..
ещё в дороге.
***предложение полностью пустое...

Несколько часов тряслись по камням на развалюхе, в которой даже не работал кондиционер.
***пару часов или три-четыре - информации не дало... сначала по камням, а потом на развалюхе... тряслись на этой развалюхе... почему по камням?.. бредовое построение. короче... зачем развалюхе кондиционер?...

Командир курил прямо в салоне,
***курил непрямо?.. в каком салоне?..

и никто не мог сказать, что от запаха дешёвых сигарет уже тошнит.
***кро такой "никто"?.. кого тошнит?..

Мы ехали на задание в зону конфликта. В деревню, где рядом с мирными жителями обитают террористы.
***террористы - это птички, зверюшки?.. обитают - смешное слово для террористов...

Туда, где я знал каждый дом и каждый камень, где я родился. Только поэтому вызвался обезвредить мину, которую нашли в поле.
***двойка с минусом, но ладно, пройдет...

Добрались ближе к полудню, а там уже собрались все, кому не лень.
***кто собрались все?.. кому не лень... мне тоже не лень...

Чумазые дети, обгоревшие до красноты под горячим солнцем, сбились в тесный кружок и ковыряли «железяку» палками. Взрослые столпились в стороне, и что-то громко обсуждали. Увидев нас, они похватали детей и разошлись по домам.
***дальше читать просто страшно...

[rasst]

Это просто праздник какой-то!

Мечта - чтобы автором оказался Чечако.

Я даже афоризм заготовил: "Сам себя не покритикуешь - никто не покритикует".

[NatashaKasher]

Я спал, и время для меня исчезло

Два времени в одном предложении - здесь должно быть два предложения или согласование времен: Я спал. Время для меня исчезло.

Андрей, вы можете пояснить, в каком смысле в предложении "Я спал, и время для меня исчезло" - есть "несогласование времён"?
И почему это "несогласование" пропадает, если предложение разбить на два ?

[rasst]

Андрей, вы можете пояснить, в каком смысле в предложении "Я спал, и время для меня исчезло" - есть "несогласование времён"?
И почему это "несогласование" пропадает, если предложение разбить на два ?

Тут ничего сложного. Спал - несовершенный глагол, исчезло - совершенный. Они соединены союзом "и", поэтому подразумевают некую связь, которая рушится разной формой глаголов. Если разбить точкой,связь пропадет.

[Тафано]

NatashaKasher
А почему вы решили, что девушка с красной лентой обязательно снайперша?

[Andrey-Chechako]

Тут ничего сложного. Спал - несовершенный глагол, исчезло - совершенный. Они соединены союзом "и", поэтому подразумевают некую связь, которая рушится разной формой глаголов.

Ну, и не забываем о том, что ничего не мешает разбить: у обоих частей есть и подлежащее - и сказуемое. Я -спал. Время - исчезло.
Я спал при постоянно исчезающем времени... как бы пафос получится не "боевичковый"

[Mishka]

Мечта - чтобы автором оказался Чечако.

Неужто я Чечаку выпорол?
Ай да Мишка, ай да сукин сын!

[bikeladykoenig]

Это в Праге, да?

Как называется памятник? И в какой части Праги находится?

[Andrey-Chechako]

Ай да Мишка, ай да сукин сын!

опять вы не правильно русские слова употребляете! Не сукин, а сучкин! Правильно:
Ай да Мишка, ай да сучкин сын!

[zubr]

опять вы не правильно русские слова употребляете! Не сукин, а сучкин! Правильно:
Ай да Мишка, ай да сучкин сын!

Чему вы иностранца учите! Правильно он написал, как у Пушкина.

[Mishka]

Вам так смешнее?
(Это я Чечаке писал.)

[Andrey-Chechako]

Ну, вы Мишку с Пушкиным сравниваете!

[zubr]

Ну, вы Мишку с Пушкиным сравниваете!

Так ведь неисповедимы пути...

[Mishka]

Ну, вы Мишку с Пушкиным сравниваете!

Вай нот?
Уж не Чечаку с Пушкиным :-)

[Andrey-Chechako]

Ну, конечно! При вашем литературном вкусе, проницательности и тонком юморе! Мастерстве самоперсифляции!..
Только сукин! Только так!

[Andrey-Chechako]

Уж не Чечаку с Пушкиным :-)

да не дай Бог! я традиционным способом, так сказать

[bikeladykoenig]

Так ведь неисповедимы пути...

Зазнается ведь

[ktgun]

Усимов, наверное, не могу говорить от лица всего офицерского корпуса ВС РФ, но от своего скажу точно.
Ключевые тезисы Вашей рецензии к этому рассказу - полный бред и ахинея, извините.
Чтобы разглядеть в этом рассказе то, что разглядели Вы, нужно не то что на голову встать, нужно сделать ТАКОЙ мысленный финт, название которому еще не придумала наука.
Очень, очень печально, что синдром поиска глубинного смысла порой доводит до таких удручающих выводов.

[Odyssey Ektos]

Полностью согласен с Усимовым. Слёзы и сопли по поводу пособников террористов льют те, кого пока не коснулась "справедливая месть" тех самых террористов. Где сейчас та пресловутая Масюк, прославлявшая "чеченских борцов за свободу"? Как она теперь к ним относится? Ну, а ГГ сначала предал своих соотечественников по селу, а потом соотечественников по стране и братьев по оружию.

[Тафано]

Полностью согласен с Усимовым. Слёзы и сопли по поводу пособников террористов льют те, кого пока не коснулась "справедливая месть" тех самых террористов. Где сейчас та пресловутая Масюк, прославлявшая "чеченских борцов за свободу"? Как она теперь к ним относится? Ну, а ГГ сначала предал своих соотечественников по селу, а потом соотечественников по стране и братьев по оружию.

Я уже один раз здесь спросила, но как-то в пустоту или "впросак", выражаясь термином, близким "Гоше" и Усимову.

При чем здесь пособники террористов? Где вы их увидели? Где сказано, что местные жители - пособники террористов?

[ktgun]

Ну, а ГГ сначала предал своих соотечественников по селу, а потом соотечественников по стране и братьев по оружию.

Характерный признак "внимательного" и "вдумчивого" чтения, да
1) Не сказано, в каком возрасте ГГ уехал из своей деревни. Может в раннем-раннем детстве. Да и не суть.
Если человек проходящий службу, по прошествии большого количества времени вдруг слетает с катушек, и начинает крошить окружающих во имя светлой любви к гипотетическому отчему дому, против которого воюют, вы назовете это признаком патриотизма?
Я думаю, расстрелянные на своих ближневосточных базах американские военные с вами совершенно не согласятся
Да и наши тоже, уж поверьте. За примерами далеко ходить не надо.
2) Те люди, с которыми ГГ воюет после смерти - не его прижизненные сослуживцы. Он видит их впервые, после того как со свистом разложился на маленьких саперов по окрестному полю. Какие соотечественники? Какие братья по оружию, о чем вы, вообще?
Так что воюет он против загробных мясников в военной форме, на стороне жертв этих мясников, которые таковыми стали задолго до появления ГГ на свет.

[Odyssey Ektos]

При чем здесь пособники террористов? Где вы их увидели? Где сказано, что местные жители - пособники террористов?

В тексте:

Мы ехали на задание в зону конфликта. В деревню, где рядом с мирными жителями обитают террористы. Туда, где я знал каждый дом и каждый камень, где я родился. Только поэтому вызвался обезвредить мину, которую нашли в поле.

Мина оказалась самопальной – несколько спутанных проводков и взрыватель – сразу видно, что собирали наспех. Какие-нибудь местные бандиты-инженеры, которым надо бы руки оторвать.

– Ты сама виновата, – Маршал дёрнул рукой и порвал ленты. – Кого ты притащила в дом? С кем ты делила хлеб? Они воевали против нас. И твои дети стали бы такими же.
– Они защищали нас, – прошипела Елена. – От таких, как ты! И до сих пор защищают!