Как Пашка сажал самолёт на облако, Фантастический рассказ о секретной базе, создан с помощью ИИ Опции

[TybeDour]

Четырнадцатилетний Пашка жил авиацией. Его отец работал пилотом в небольшой грузовой авиакомпании, и иногда, по большой благости, брал сына с собой. Пашка мечтал о небе, жадно впитывал каждое слово отца и больше всего на свете хотел подержать в руках настоящий штурвал.
Отец знал, что по уставу это строго запрещено. Но он знал, что другие пилоты иногда дают своим детям порулить на земле, и никто не доносил начальству. Правда, отец помнил и жуткую новость о том, как однажды подобное самоуправство привело к катастрофе. Но он был уверен: он рядом, он опытный, и в любую секунду перехватит управление.
Так Пашка освоил руление, подготовку к взлёту и даже несколько раз поднимал машину в воздух. Но посадку отец ему не доверял. Он лишь скрупулёзно объяснял теорию: когда убирать газ, когда выпускать закрылки и шасси. Пашка оказался способным учеником и вскоре научился условно «сажать» самолёт по приборам, даже не глядя в иллюминатор. Отец обучил его и радиосвязи. Диспетчеры, слыша в эфире полудетский голос, лишь усмехались, а Пашка серьёзно объяснял, что «просто помогает отцу, чтобы тот не отвлекался».
Однажды, перед вылетом порожнего грузовика, отец поручил Пашке подготовить кабину, а сам удалился в бортовой туалет. Вскоре он выругался: горел красный индикатор переполненного бака.
«Проклятье, опять забыл поручить механикам!» Отец спрыгнул из люка и побежал к кустам у ограждения аэродрома. Пашка, глядя в иллюминатор, увидел, как отец бежит, на ходу расстёгивая штаны, и искренне рассмеялся. Через несколько месяцев он и вовсе забыл об этом курьёзе.
Но однажды история повторилась. Снова порожний борт, снова отец ушёл в бортовой туалет. Пашка всё подготовил, а отца всё не было.
«Опять у него запор, ладно, поболтаю пока с диспетчером», — решил мальчишка.
— Борт 115 к взлёту готов, — доложил он.
— Принято, ждите окна… Есть окно, даю полосу!
Пашка включил двигатели и начал руление.
Отец в это время сидел в придорожных кустах и вдруг услышал нарастающий рёв турбин. Он выбежал, придерживая штаны, но самолёт уже катил по бетону. Отец сунул руку за телефоном, но тот предательски выпал из кармана, пока он бежал с полуспущенными штанами. Бросившись искать его в высокой траве, отец пропустил момент взлёта.
В кабине Пашка вывел машину на полосу. Включились взлётные огни, но отца не было.
«Ладно, пусть пока сидит на своём унитазе, взлечу сам», — решил он, добавил газ и отключил тормоза.
Набрав высоту, Пашка включил автопилот и пошёл искать отца. В туалете было пусто. Люк грузового отсека оказался не заперт. Вспомнив, как отец убегал в кусты в прошлый раз, Пашка испугался: теперь за самоуправство ему не поздоровится.
«Нужно немедленно вернуться», — решил он и сел за штурвал.
Связавшись с диспетчером, он объяснил ситуацию. Диспетчер в центре еле сдержался, чтобы не выругаться матом. Взяв себя в руки, он спросил:
— Ты вообще когда-нибудь сажал самолёт? Знаешь, что такое глиссада?
— Никогда не сажал, но теоретически знаю, — честно ответил Пашка.
— Слушай внимательно. Тебе нужно зайти на полосу и выровнять курс. Если не умеешь, потренируйся на облаках. Под тобой сейчас перистые облака. Выбери узкое, длинное и представь, что это полоса.
Пашка посмотрел вниз. Одно из облаков и правда казалось особенным, словно бетонная лента. Он зашёл на него, но не смог выровнять курс и ушёл на второй круг. Наконец курс был пойман, началось снижение. За окном замелькали клочья тумана, сгущаясь в молочную пелену. И вдруг Пашка увидел в тумане посадочную полосу. Она проступала всё отчётливее.
«Неужели я потерял высоту?» — мелькнула мысль. Высотомер показывал больше пяти тысяч метров. «Неужели сломался?» Но бортовой посадочный локатор при этом сообщал о пятистах метрах.
— Вижу полосу, — доложил Пашка.
— Ладно, — усмехнулся диспетчер, — представь, что я включил тебе посадочные огни.
— У меня отказал высотомер, но радар даёт 510 метров, — сообщил Пашка.
— У тебя высота 5200, — поправил диспетчер, глядя на свой экран. — Видимо, твой радар принял облако за полосу, пора отдавать его на поверку. Снижай газ и докладывай высоту.
Пашка видел на посадочной полосе огни, докладывал параметры, а диспетчер, глядя на экран, думал: «Хорошее у мальца воображение, такое ощущение, что он реально сажает самолёт».
Касание было жёстким. Пашку чуть не выбросило из кресла от страшного толчка. Аэродром оказался незнакомым и выглядел очень странно. Вырулив на запасную дорожку, Пашка доложил об успешной посадке.
— Отлично, — сказал диспетчер. — Давай отрепетируем ещё пару раз. Убирай шасси.
— Как убирать? Я же на земле! — удивился Пашка.
— Да ладно, я же вижу по радару, что ты в воздухе, высота 4700, — усмехнулся диспетчер.
Но тут отметка на радаре диспетчера исчезла. Замолчала и рация.
— Опять всё барахлит, — выругался он и вызвал механика. Вскоре выяснилось страшное: радар и рация исправны, но самолёт просто исчез где-то над морем.
Отец, узнав о пропаже, не мог найти себе места от отчаяния, требуя немедленно начать поиски. А Пашка тем временем закончил руление по дорожке, заглушил двигатели и увидел, что к самолёту едет автомобиль. Из него вышли двое военных в форме без опознавательных знаков и жестом велели покинуть борт.
Командир секретной военной базы выслушал сбивчивый рассказ мальчишки. Он давно умел «видеть людей насквозь» и понял: ребёнок не лжёт. Но по уставу базы посторонний свидетель подлежал нейтрализации. Вариантов было много, вплоть до физического устранения.
«Ладно, объект не выглядит опасным, вернусь к вопросу после обеда», — решил командир, поручив присмотреть за Пашкой рассеянному сержанту, а сам передал базу заместителю.
Но сержант проморгал — и мальчишки рядом не оказалось.
«Если подниму тревогу, меня накажут. Догоню сам, от меня ещё никто не убегал», — подумал он и тихо снялся с места.
Пашка тоже заметил, что отбился от конвоира. Бродя по базе, он вышел на площадку со странными одноместными капсулами. Площадку охранял караульный с автоматом невиданной формы. Заметив мальчишку, караульный хотел его задержать, но расслабленный вид Пашки выдал в нём «сынка какого-то командира».
— Дяденька, дайте посмотреть автомат, — наивно попросил Пашка.
— Да ты спятил, он заряжен! — огрызнулся караульный. Но Пашка не отставал, расспрашивая про диковинное оружие. Караульный нехотя снял автомат с плеча и начал хвастаться. Он уже хотел отстегнуть магазин, чтобы дать мальчишке подержать, но Пашка вдруг переключился на капсулы. Опомнившись, что его чуть не разоружили, караульный предложил Пашке просто посидеть в одной из них.
— Только ничего не трогай! Батареи всё равно сняты на обслуживание! — крикнул он вслед.
Пашка сел в кресло и положил руки на джойстики.
— Готов к исполнению команды, — раздался механический голос.
— Команда на взлёт, — не задумываясь бросил Пашка.
Его тут же вжало в кресло от бешеной перегрузки. Караульный машинально вскинул автомат:
— Стоять, стрелять буду!
Но было поздно. Капсула бесшумно скрылась в клубах тумана. Караульный бросился к соседней капсуле, но в ней не оказалось батареи. Он тщетно бегал от одной к другой, понимая, что его ждёт трибунал.
Пашка уже вышел из тумана и увидел внизу море.
«Надо скорее вернуться, пока не объявили тревогу», — подумал он. Но море было так близко, и Пашка давно там не был.
— Команда на приводнение, — сказал он. Капсула камнем пошла вниз, даря ощущение невесомости, затем резко выровнялась и зависла в полуметре над волнами. Пашка открыл люк, снял штаны и рубашку, опустил ноги в воду, ощутив приятную прохладу, и нырнул.
В это время на базе заместитель командира, узнав о несанкционированном вылете, запросил координаты всех служащих. Убедившись, что все на месте, он решил, что это сбой автоматики. Но тут его пронзила мысль:
«А если отказала маскировка? База будет рассекречена!» Не долго думая, он отправил команду на самоуничтожение капсулы. Вскоре донёсся гул отдалённого взрыва.
«Что за насыщенный день… То самолёт с мальчишкой, то самозапуск», — подумал замкомандира. Вспомнив про Пашку, он позвонил сержанту. Выяснив, что мальчишка сбежал, он выдал сержанту три наряда вне очереди. Затем позвонил караульному. Узнав про угон капсулы, заместитель почувствовал, как по спине бежит ледяной холодок.
— Да я же его только что сам убил! — чуть не заплакал он, представляя разговор с командиром базы о «строгом следовании инструкции».
Пашка, услышав под водой сильный удар, не сразу решился высунуться из воды. В нос ударил резкий запах гари, над водой стелился коричневый дым. Капсулы нигде не было.
«Неужели улетела или нырнула?» — подумал он. Телефона нет, одежды нет, до берега не доплыть.
Всматриваясь вдаль, он увидел корабль. Пашка стал махать руками и кричать, хотя понимал, что его не слышно. Но корабль подал гудок, сбавил ход и спустил шлюпку. Капитан судна, выслушав историю про секретные базы и летающие капсулы, лишь крутил пальцем у виска.
— Ладно, высажу в порту и отдам полиции, — решил он.
Отец, когда Пашку всё-таки доставили домой, так обрадовался, что сын жив, что даже не стал спрашивать, нашли ли пропавший самолёт. Рассказ Пашки звучал как фантастика, но отец знал: сын не врёт. А значит, это военная тайна, и болтать об этом нельзя.
Руководство авиакомпании, чтобы не портить репутацию из-за пропажи борта, тоже предпочло замять инцидент, так что в новостях не сказали ни слова.
— Сорванца нужно наказать, заберу у него смартфон, — ворчал себе под нос отец, глядя как Пашка учит за столом школьные задания. — Ах да, смартфон уже и так забрали на военной базе… Ладно. Но за штурвал его точно больше не пущу. Хотя… приземлять самолёт я его научу. Хотя бы на тренажёре.

[Леостат]

Строгий отец. Провинился - держи наказание. Всё правильно. Но пацанчик молодой, полегче бы с ним )

[TybeDour]

Строгий отец. Провинился - держи наказание. Всё правильно. Но пацанчик молодой, полегче бы с ним )

Вот картинка к рассказу, нарисованная этой же нейросетью chat.qwen.ai



Вот моя страница на author.today
https://author.today/u/jansmitt/works

[Леостат]

Картинка зачёт :-))