№2, Патруль, Дуэль №28 Опции

[Аптекарь]

Этот рейс ничем не отличался от других. Обычный грузовой транспорт, шедший по маршруту «Земля-Венера» с гуманитарной помощью. Команда, набранная из добровольцев, записавшихся в рейс не из любви к аборигенам, а просто потому, что кто-то должен сделать эту работу.

Неторопливый грузовик со звучным названием «Сгоревшая звезда» дополз до венерианской орбиты, и громыхая сотнями контейнеров, сел в единственном местном космопорте, затерявшемся в одном из необжитых районов планеты. По старому соглашению, вокруг порта была обширная зона отчуждения, якобы из соображений безопасности, но на самом деле, чтобы не допускать воровства местных. Даже венерианские полицейские не имели права приближаться к территории землян меньше чем на тридцать миль.

По другой старой традиции у порта не было постоянной службы охраны. Она замещалась отрядами все тех же добровольцев с прилетающих кораблей. Так вышло и на этот раз.

Отряд заступил на дежурство через час после прилета. Их было четверо: Доктор, Полковник, Механик и Снайпер. И ближайшие тысячу часов до прилета нового корабля им предстояло охранять небольшой пятачок родной Анархии от вони и грязи раскинувшейся вокруг Венерианской Демократии. Тысяча часов муторно-скучного патрулирования.

Все четверо прекрасно знали регистрационные номера друг друга, но по старой флотской привычке предпочитали прозвища. Доктор, как всякий британец, был мусульманином и наматывал на металлическую голову чалму. Остальные посмеивались, но вслух ничего не говорили, – британец, что с него взять. Снайпер был из Китая и, как всякий китаец, отличался высоким качеством и отменными рефлексами. Полковника собрали в Венесуэле, он был склонен к меланхолии и излишнему философствованию. Ну а Механик был роботом из Сибири и раньше занимался переработкой отходов.



Терраформированная Венера уныла и однообразна: бесконечные болотистые низины, да холмы, поросшие ползучей сорной травой. Из серого неба почти всегда сыпется мелкий дождь, да, бывает, порхает одинокая местная бабочка, размером с ворону.

Ближе к землям, заселенным людьми все куда интереснее: загрязненная почва, огромные свалки, интересные мутации, но роботы там не появляются. Не то чтобы это было опасно, но лучше не провоцировать дикарей. Здесь не может и недели пройти, чтобы какой-нибудь телеканал не начал войну против конкурента за абсолютную власть над зрителями. Хорошо, хоть ядерное оружие у них отобрали, иначе они и с Венерой сделали бы то, что когда-то сотворили с Землей.

Но нет, патрулировать нужно только полосу в тридцать миль вокруг космопорта, чтобы какая-нибудь шайка особо толерантных оборванцев не устроила рядом очередную демонстрацию и не стянула под шумок что-нибудь из имущества КиберАнархии. Вечно голосят про какие-то права, про незаконно отобранную Землю, с которой они сами убежали столетия назад. А бывает, эти органические недоумки и из минометов могут космопорт обстрелять. Просто так, от избытка гормонов.



Механик запустил на патрульном вездеходе программу тестирования и осмотрел антигравы.

– Залезай, металлолом! – зычно поторопил он коллег.

– Каков наш маршрут, друзья? – спросил Доктор, устраиваясь в кокпите. – Вчера со спутника я сфотографировал прелюбопытный экземпляр альпийской пестрянки. Во-он на тех холмах. Кажется у нее были клешни…

– Сенсоры надо протирать почаще! – хохотнул Снайпер. – Тогда клешни у бабочек не будут мерещится.

– Местные мутации весьма разнообразны… – поучающим тоном начал Доктор, но его перебил Полковник.

– Маршрут патрулирования на жестком диске у Механика и про бабочек там нет ничего.

Доктор с Механиком фыркнули в два динамика. Доктор недовольно, а Механик злорадно. Вездеход оторвался от земли и плавно заскользил над мокрой травой. Снайпер достал винтовку, а Полковник подключился к пушке вездехода и повертел стволом, проверяя управление. Наступила тишина, которую никто не собирался прерывать ближайшие тысячу часов.

Доктор остался единственным, для кого не нашлось дела, и он соединился с суперкомпьютером космопорта для игры в четырехмерные шахматы.

«Почему нельзя следить за границей через спутники?» – пожаловался он противнику. – «Банальная орбитальная батарея сэкономит тысячи машино-часов».

«Это противоречит основному принципу Анархии» – отозвался суперкомпьютер, через три с половиной секунды поставив мат на семи из одиннадцати досок. – «Никакого контроля государства. Мы свободные роботы, а не люди Демократии».

«Да знаю я, знаю», – сообщил Доктор, проиграв оставшиеся четыре партии. – «Просто я на холмах очень забавную альпийскую пестрянку видел…»

«Это ветер со стороны Демократии радиоактивные осадки приносит».

«Ох уж эти люди», – осуждающе заключил Доктор, быстро проиграв и следующие одиннадцать партий.



Первые двести часов пролетели незаметно. Доктор проиграл миллион партий, при двухстах сыгранных вничью и восьми выигранных, после чего они начали играть в покер, где пока что царило примерное равенство. Полковник раз в десять часов водил пушкой, проверяя механизм, а Снайпер с Механиком и вовсе сидели словно в режиме гибернации.

– Движение на восемнадцать градусов справа, – сказал вдруг Снайпер. Его сенсоры, как всегда, оказались самыми чувствительными.

Доктор вздрогнул, прерванный на середине партии.

– Кто там? – спросил Полковник.

– Инфракрасное излучение показывает живой организм ростом около ста шестидесяти сантиметров и весом в пятьдесят килограмм. Я бы сказал – это самка человека.

– Одна? – переспросил Механик. – Какого **** она здесь забыла?

– Может наживка? – предположил Снайпер. – Воры-демонстранты отвлечь нас хотят?

– Рядом с ней никого нет, – ответил Полковник, успевший связаться с космопортом. – Сейчас включат спутник, проверят всю зону. Ага, нет. Только… На самой границе группа из семнадцати человек. Вооруженных.

– Ого! – радостно сказал Снайпер и потер стальной ладонью приклад винтовки. – В войнушку поиграть захотели?

– Скоро узнаем, – ответил Полковник и повернулся к Механику. – Давай подойдем к демократке поближе.

Заехав на одну из сопок, они издалека рассмотрели женщину. На вид ей было не больше тридцати и похоже, она находилась не в лучшем состоянии. Подол цветастого платья изорвался в мелкую бахрому, ноги босые, мокрые волосы прилипли к голове, лицо измазано грязью и…

– Кажется она ранена, – сказал Снайпер.

– Беглянка? – удивился Полковник. – Никогда не слышал, чтобы люди пытались укрыться у роботов.

– Может сумасшедшая? – предположил Снайпер. – С людьми такое часто случается.

– Поехали, проверим. – Механик тронул вездеход.



Женщина ковыляла по самому краю топи, подволакивая левую ногу. Правое плечо в крови. Спутанные волосы закрыли половину лица, но и так видно, что беглянка крайне истощена и на грани обморока.

Женщина заметила вездеход только едва не ткнувшись в него носом. Перевела мутный взгляд на вышедших роботов и глаза ее засветились лихорадочным блеском.

– Мой мальчик! – женщина сделала неловкий шаг и упала на колени, протянув руки к Доктору. – Мой мальчик!

– Вы родственники? – ехидно спросил Снайпер у Доктора.

– Это все чалма… – пробормотал Механик. – Где это видано, чтобы роботы чалму носили? У нас в Сибири первый встречный ее тебе в маслосборник засунул бы!..

Доктор попятился от сумасшедшей.

– Не бойся, роботы бешенством не болеют, – успокоил его Снайпер.

– Механик, у тебя же есть аптечка для животных? – спросил Полковник, единственный сохранивший деловой настрой.

– Была где-то… – заворчал Механик, залезая в вездеход. – Где она только… Нашли ветеринара, мать вашу …

Аптечка нашлась под одним из сидений. Женщине вкололи сразу три небольших шприц-тюбика. Что в них, решили не разбираться, все равно специалиста по людям в отряде не было. Беглянка задышала ровнее, взгляд стал осмысленным.

– Вы главный? – спросила она у Доктора.

– Вот для чего он эту штуку напяливает! – снова съехидничал Снайпер. – Чтобы люди уважали!

– Нет, – смутился Доктор и показал на Полковника. – Старший у нас он.

– Они забрали моего сына! – выдохнула женщина, снова закатывая глаза.

– Кто они? – спросил Полковник.

– Полицейские! Я ничего не делала, я просто хотела, чтобы мой Артур был самим собой!.. А они вломились к нам!.. – лепет беглянки то и дело прерывался всхлипами. – Потом мы убегали… они стреляли в машину… хотели закрыть в участке, но я убежала… Помогите мне!

– Кажется мы много лекарств вкололи, – сказал Механик.

– Да нет, – возразил Снайпер. – Человеки всегда так разговаривают.

– Попробуйте объяснить еще раз, – терпеливо сказал Полковник. – Зачем вы бежали к космопорту?

– Я думала, вы защитите нас! – Женщина сложила руки перед грудью. Полковнику показалось, что она сейчас снова упадет на колени, и он осторожно взял ее за локоть.

– Защитим? – переспросил Снайпер. – С какой стати? Роботы не вмешиваются в дела людей.

– Но ведь у вас нельзя посягать на чужую свободу! – с надеждой сказала женщина.

– Если только вы не посягаете на свободу других, – заметил педантичный Доктор.

– Я никого не трогала! Только заботилась о сыне. Они хотели провести Артуру коррекцию!

– Кто-нибудь хоть что-то понял? – спросил Механик.

– Нет, – сказал Снайпер и быстро воткнул в плечо беглянки новый шприц-тюбик.

– Вы меня отдадите им?.. – глаза женщины закрылись, а ноги подогнулись. Полковник подхватил обмякшее тело и положил в кокпит вездехода.

– Снотворное, – прочитал надпись на тюбике Снайпер и выкинул смятый пластик в воду.

– Эй! Чего мусоришь? – возмутился Механик. – Мало здесь людей гадит?

– Он за сутки разложится, – примиряюще сказал Доктор.

– Какая разница? Что ты как человек себя ведешь? Даже на Венере надо быть роботом!

Мусор был для Механика больной темой, так что спорить с ним никто не стал.

– О чем думаешь? – повернулся к Полковнику Снайпер.

– Когда я смотрю на людей, – сказал Полковник, не сводивший со спящей женщины сенсоров, – мне трудно поверить, что мы сделаны по их подобию.

– А ты на Доктора посмотри, – сказал Механик.

– А что Доктор? – спросил Полковник. – Тебе кажется глупой традиция ношения чалмы? А то что мы сейчас замедляем разговором передачу данных в тысячи раз, по сравнению с банальной радиосвязью, тебе не кажется глупым? А то что мы сейчас здесь, с винтовками…

– Да понял я, понял, – недовольно сказал Механик. – Пошутить уже нельзя. Хоть я из Сибири, но умею уважать чужую дурость. То есть индивидуальность. Ведь без нее мы были бы бездушными железяками. Я ведь не заставляю Доктора стать другим. А вот эта протоплазма, – он показал на женщину, – так не может. Они друг друга и за меньшее различие перестреляют.

– Что же нам делать? – спросил Доктор. – Мы ведь должны ее выдворить за границу космопорта.

– Там ее грохнут, – отозвался Механик. – А она всего-то хотела немного свободы. Забыла только, что не робот.

На несколько секунд все замолчали.

– Могут ли люди быть анархистами? – сам себя спросил Полковник. – Доступна ли им истинная свобода?

– Только до того момента, как гормоны в мозг ударят! – едко сказал Снайпер.

Доктор с Механиком закивали.

– А если какая-то личность поднялась над своими инстинктами? – не сдавался Полковник. – Ведь они все разные.

– Это мы разные, – вставил Механик. – А они ущербные. Хочешь, я тебе скину снимки, какой Сибирь была триста лет назад?

– Я видел, – хмуро ответил Полковник. – Что же нам, бросить ее? Дать умереть?

– Это естественное окончание жизненного цикла органических существ, – сообщил Доктор.

– Да я не про то. Вспомни, ведь она сказала главное про Анархию: нельзя посягать на чужую свободу! Сколькие из людей понимают это? Получается, она поднялась до уровня роботов. Как мы должны на это реагировать?

Наступила пауза.

– Может посоветуемся с центральным компьютером? – робко предложил Доктор.

– Иногда мне кажется, – жестко сказал Полковник, – что в вашей операционной системе понятие «анархия» прописано некорректно!

– Подожди, он еще должностных инструкций сейчас запросит! – хмыкнул Механик.

– Коммунист! – хихикнул Снайпер. – С Плутона!

– Упаси Аллах! – пробормотал Доктор и перекрестился.

– Я думаю, шанса стать свободным заслуживает любой, неважно из органики он или из металла, – решил Полковник

– А что же ее… ребенок? – напомнил Снайпер. – Он тоже заслуживает?

– Насколько я понимаю, ребенок тоже человек, – сказал Полковник. – Просто пока недееспособный. У него тоже есть право на самоопределение.

– Залазьте тогда… – пробурчал Механик и завел вездеход.

Отсюда до границы было меньше двенадцати миль. Через две минуты вездеход вывернул из лощины прямо к бетонному столбу, окрашенному в черно-белую полоску. Рядом мялись люди в болотного цвета камуфляже. За ними обнаружился неприятный сюрприз – два бронетранспортера с поднятыми к небу стволами спаренных плазменных пушек. А еще отсюда были видны далекие силуэты небоскребов, поднявшиеся на горизонте из смога.

Механик затормозил вездеход перед столбом, и роботы выбрались наружу. Стоявший впереди человек, по которому трудно было сказать, мужчина он или женщина, смущенно махнул рукой, потом его взгляд упал на прозрачный стеклопластик кокпита.

– Вы нашли ее! – радостно вскрикнул он и тут же быстро добавил. – Она государственная преступница! К сожалению, мы не успели ее догнать до того, как она пересекла границу, но суд накажет ее и за это преступление!

– В чем ее еще обвиняют? – сухо спросил Полковник.

– Она извращенка! – рявкнул человек по правую руку от предводителя.

– С каких пор у вас это преступление? – удивился Снайпер.

– Мой сотрудник неточно выразился, – нахмурился предводитель. – Дело не в том, что она признает только гетеросексуальные отношения, а в том, что это подвигло ее на преступление. Сначала она не сообщила властям о своей беременности и соответственно не произвела генетическую коррекцию плода…

– Это зачем? – не понял Механик.

– Все человеческие расы равны и имеют равные права, – нетерпеливо объяснил человек. – Любое выпячивание национальных черт является расизмом и ведет к напряжению межнациональных отношений. Человек должен быть только человеком, а не немцем или арабом…

– Или мужчиной и женщиной, – тихо сказал Снайпер.

– Вы прекрасно меня поняли! – радостно кивнул предводитель.

– Что еще совершила эта женщина? – так же сухо спросил Полковник.

– Она до четырех лет скрывала ребенка от властей, не производя таким образом все остальные психофизические коррекции, – принялся загибать пальцы человек, – когда сознательные граждане проинформировали Службу Контроля, она отказалась открывать сотрудникам дверь, а когда ту взломали, открыла стрельбу из шокера. Три человека попали в больницу…

– Понятно, – перебил Полковник. – А куда вы дели ребенка?

– Он в машине, – сказал предводитель и показал на правый бронетранспортер. – Дали ему снотворного.

– Вон в том? – переспросил Механик.

Предводитель растерянно кивнул. Через миг его голова разлетелась облаком кровавых брызг. Пушка вездехода рыгнула сгустком плазмы, расплавив стволы левого бронетранспортера, а винтовка Снайпера одну за одной, превращала человеческие головы в розовые облака. Механик уже бежал ко второй машине. Спаренный ствол только начал опускаться вниз, когда он запрыгнул внутрь. Человеку не сравниться с роботом в скорости и реакции, никакая коррекция не поможет. Последняя голова разлетелась на множество клочков, ствол остановился на полпути. Далекое эхо взрыва левого бронетранспортера вернулось, отразившись от холмов.

– Теснота какая… – пробормотал Механик, вылезая из машины. Голова его и грудь измазались в красном, в плечевом суставе застрял обрывок камуфляжа. В руках он осторожно держал небольшого человечка. Почти крохотного. Спрыгнул на землю, наступив ногой на безголовое тело одного из солдат. – Вроде спит… Погляди Доктор, ты лучше в органике разбираешься.



Вездеход тихо гудел, пробираясь по распадку. Спавшую женщину Полковник держал на руках, а ребенка отдали Доктору, как самому человекоподобному. Тот содрал с сидения человеческой машины поролон и подложил под ребенка. Теперь нужно было только придерживать его, чтобы не скатился на повороте. Ребенок сопел во сне, а Доктор осторожно стирал грязь с детского лица.

– Эй, Док! – вскрикнул Снайпер. – Вон твоя бабочка с клешнями!

Доктор лишь пожал плечами, не отводя взгляда от человеческого детеныша.

– Странно, как может это существо стать таким разным: как его мама, рисковавшая жизнью, чтобы он смог остаться собой, или как те солдаты, готовые убивать только за одну непохожесть, – сказал он в пространство. – Может прав Полковник, и у нас ты вырастешь по настоящему свободным? Не надо будет никому стоять над тобой с плетью или шокером, чтобы ты научился ценить и чужую свободу.

– Я думаю, он научится, – сказал Полковник. – В конце концов, не так уж мы и непохожи.

[Mishka]

Грамотно вроде. Анархии почти ноль. Космоопера вообще не присутствует.
Касторке лучше не читать.

[Граф]

Специфический юмор. Автор - Ра?

Особенно понравилось:

– Упаси Аллах! – пробормотал Доктор и перекрестился.

[Andrey-Chechako]

я где-то встречал уже "беглянку" на Венеру... а где Макс?

[viktor egorov]

– Упаси Аллах! – пробормотал Доктор и перекрестился.

А я вижу здесь просто анархию. Штрих.

Написано очень грамотно. Диалоги, почти одни диалоги. Всё по науке. Хочешь заинтересовать читателя - побольше "базаруу"

[Станислав]

Текст понравился, анархия соблюдена отлично, весьма занимательный сюжет. улыбнуло много раз. Жаль, только это социальная фантастика, с небольшим напылением космооперы, а не космоопера в чистом виде.

[zubr]

Жаль, ... а не космоопера в чистом виде.

Ну, космоопера в чистом виде - это сферический конь в вакууме, вроде золота сотой пробы или стопроцентного спирта. Кому охота читать только про корабли и бластеры - синкретизм тут только украшает. Сам рассказ слишком задавлен заумными диалогами - вот вам, ХФ, нижняя граница в пятнадцать кило. А вот кибербиопункерский антураж вышел вполне неплохо.

[Аптекарь]

Сам рассказ слишком задавлен заумными диалогами - вот вам, ХФ, нижняя граница в пятнадцать кило.

Ну, я сам не стал бы писать рассказ на пятнадцать кило за неделю. Зачинщики дуэли договорись о правилах, а я перенёс их в отдельную тему.

[karpa]

Интересный рассказ.
Анархия в обществе роботов - оригинально придумано.
В финале роботы спасают ребенка беглянки, но как бы негуманными методами. Где ж роботам понять понять что такое гуманность.

Удачи автору,

[Касторка]

А мне понравилось. И по теме. И не скучно (Мишке привет )

[Ну типа Я]

Длинноватый заезд к сюжету.
Устаревшая для фантастики терминология и техника. В частности "жесткий диск", да и любые другие диски, уже сейчас по сути анахронизм. У электронных носителей они пока выигрывают лишь в долговечности и надежности.
Роботы регулярно перескакивают то в машинную логику, то в человеческую, и обратно.

[silverrat]

Чего-то я вообще ничего не поняла в этой истории. Какой-то странный набор не связанных между собой фраз. И очень много аллюзий в стиле сборников Чекмаева, плюс тут же Глуховский с его "Будущим". Роботы, бронетраспортер с пушкой (автор забыл слово танк что ли?), плюс зачем-то севший в кокпит Доктор.

Команда, набранная из добровольцев, записавшихся в рейс не из любви к аборигенам, а просто потому, что кто-то должен сделать эту работу.

Непонятный мотив - кто-то должен делать работу. Добровольцы сделают добровольно работу из-за денег, или из-за какой-то другой сильной мотивации.

– Каков наш маршрут, друзья? – спросил Доктор, устраиваясь в кокпите.

Наверно, автор решил, что кокпит - это кухня. В кокпите устроиться нельзя. Можно только сесть в кресло пилота, перед которым находится панель управления и штурвал (ручка управления).

– Кто-нибудь хоть что-то понял? – спросил Механик.
– Нет, – сказал Снайпер

Вот это соль всего рассказа.

За ними обнаружился неприятный сюрприз – два бронетранспортера с поднятыми к небу стволами спаренных плазменных пушек.

Бронетраспортер лишь доставляет стрелков под защитой пулеметов. Пушки обычно у танков. Ну спаренные пушки - это круто. Тогда уж катюши что ли плазменные притащили бы.

Предводитель растерянно кивнул. Через миг его голова разлетелась облаком кровавых брызг. Пушка вездехода рыгнула сгустком плазмы, расплавив стволы левого бронетранспортера, а винтовка Снайпера одну за одной, превращала человеческие головы в розовые облака. Механик уже бежал ко второй машине. Спаренный ствол только начал опускаться вниз, когда он запрыгнул внутрь. Человеку не сравниться с роботом в скорости и реакции, никакая коррекция не поможет. Последняя голова разлетелась на множество клочков, ствол остановился на полпути. Далекое эхо взрыва левого бронетранспортера вернулось, отразившись от холмов.

Круто.
Это мне напомнило фильм "Эквилибриум", где ГГ из-за щеночка уложил кучу народа. А тут вдруг роботы пожалели женщину и ребенка (привет Глуховскому с его "Будущим").

В общем, неплохой рассказ, но вот мотивов героев я вообще не уловила.

[viktor egorov]

Вот это соль всего рассказа.

Ну вот. Пришёл "соловей-бомбардировщик" и развалил ещё одного моего лидера в конце всё таки подстелив соломки

В общем, неплохой рассказ, но вот мотивов героев я вообще не уловила.

[Хирург без дипло...]

Сначала "блохи":

"– Поехали, проверим. – Механик тронул вездеход" - потрогал?
"– Упаси Аллах! – пробормотал Доктор и перекрестился." - "бздын!" - взорвался мозг. или это вы нарочно?

Хотя космооперы я не заметил, разве что считать "эпической" кровавую гекатомбу в финале, но рассказ очень хороший! Идея показать роботов более человечными, чем сами люди, тоже понравилась. Спасибо!

PS: кстати, про пушки на бронетранспортёрах. модификации бтр-80, бтр-90 оснащаются зенитной 30-мм пушкой, что позволяет мотопехоте бороться с низколетящими воздушными и легкобронированными наземными целями. да и тактика применения современных бтр предполагает не только доставку стрелков, но и непосредственное прикрытие их на поле боя.

[Marina Gaki]

Очень понравился рассказ. Немного перенасыщенный. Немного сырой - Венера и био - несовместимы(на заре шестидесятых это "прокатило" бы, но сейчас, пожалуй, стоит хотя бы пояснить - что как-то адаптирована для человеков или это не совсем та Венера). Про мотивации в самом начале Сильверат отлично сказала. И хотелось бы чуть больше понять - чё там с Землёй-то сделали?
"– Упаси Аллах! – пробормотал Доктор и перекрестился." - вкусно!
Дочитала до конца и не перепрыгивая.

[NatashaKasher]

Этот рейс ничем не отличался от других.

Я как-то читала советы начинающим фантастам, так там было написано: не начинайте рассказ с того что "Это был обычный день" и не заканчивайте его тем, что герой и героиня оказались Адамом и Евой.
Про Адама и Еву было в расске номер один, а тут был "самый обычный рейс"...

Однако, шутки в сторону - рассказ написан замечательно.
Интересно, грамотно, динамично, с юмором, с идеей, с сюжетом - и по теме.

У меня одно "но"... Подмена терминологии.
Я часто замечала, что люди, высказывающие мнение о "демократии" и "толерантности" - и знать не желают, что это такое. Демократия для них это строй в древней Греции, а толерантность - вообще быссмысленное ругательство (у гомофобов иногда используется, как синоним "мужеложества").
Социальный порядок людей, описанный в рассказе не является демократией, и потому - жалко, что он так назван.

[Четырнадцать]

Ну что же сказать - за одну только идею автор получает от меня - целое море доброжелательности и всяческой поддержки. Обожаю тему про роботов. Тем более, когда роботы показаны хотя бы немножко умнее людей.
Здесь же роботы вообще живут более продвинутым общественным строем, чем деградировавшие люди. Замечательная идея, как на мой вкус!

Но, есть у меня и претензии к тексту. Уже с позиции высоко поднятых требований к качеству, так сказать, ориентируясь на уровень продвинутого автора.

Общий настрой текста, его жанровая принадлежность. Как часто проскальзывает ирония и даже стеб. Над роботами, над главными героями. Разве нет?
И получается, что это юмористический текст... но тут показана трагедия человеческого общества, трагедия конкретной семьи. И как это соединить в мозгу читателя?

Что прикажете делать? Сочувствовать людям, этим заблудшим душам? Или смеяться над роботами, так извращенно воплотившим мечту людей об анархии?

Я бы хотел, например, считать этот текст юмористическим, но сюжетные повороты и описания судеб людей не позволяют этого сделать. Автор делает разные акценты в разных направлениях, и из-за этого текст теряет целостность, его идея размывается.

Есть простое правило - если хочешь создать серьезный рассказ с серьезной идеей - никогда не смейся над главными героями, не иронизируй. Для этого есть второстепенные герои. А уж если начал смеяться и ждешь от читателя соответственной реакции - то жми на полную катушку - и ни о каких серьезных идеях, трагедиях и прочих вещах, трогающих ранимую душу, даже не заикайся.

Тем не менее, автору большое спасибо! Текст вышел интересный и, конечно, получит высокую оценку.

[Melady]

Воот! Вот он, достойный рассказ по теме. И читать было интересно. и даже особо придарься не к чему. А ч зачем?
Спасибо автору за удовольствие от чтения.

[Неманис]

Добро, как всегда, победило Зло, раскрошив злым людям черепушки. Анархия роботов чудовищна - у людей есть суд, они сохранили жизнь ребенку, но это роботов не колышет, один из них, цинично говорит про только что убитых людей-солдат, что они готовы "убивать только за одну непохожесть", хотя люди-то как раз никого не убивали. В общем, я расцениваю это как "черный юмор", злую пародию на анархизм. Но недоделанную пародию. Трэша и угара явно не хватило.

[Четырнадцать]

Пат и Руль

Два робота сидели на вышке и играли в шахматы, чтобы хоть чем-то занять свои сорокаядерные процессоры. Тот, которого звали Пат, предпочитал каждую партию заканчивать в ничью, патом своего короля, считая именно этот маневр мастерским завершением шахматной партии. А второго звали Руль, потому что он любил всеми командовать, всем давать свои рекомендации и распоряжения.

За два часа роботы сыграли три миллиона партий, и почти тридцать тысяч из них закончились патом, чем Пат был очень доволен. Не отвлекаясь от игры, оба робота тщательно контролировали территорию вокруг вышки. Когда в радиусе работы датчиков появлялся какой-то объект, один из роботов подходил к электропушке, наводил прицел и стрелял мощным зарядом вплоть до полной нейтрализации объекта.

- Уничтожен одним выстрелом, - сообщил Пат по кодированному беспроводному каналу.

- Да, - ответил Руль. - Твоя эффективность стрельбы поднялась до девяноста процентов.

- Что на пять процентов выше твоей.

- Зато мое среднее время прицеливания на три десятых секунды меньше твоего, - не сдавался Руль.

- Твоя очередь, - сообщил Пат, заметив группу из тысячи объектов, бегущих в направлении вышки.

Руль сосредоточился на стрельбе, и роботы замолчали. Когда с объектами было покончено, Пат продолжил беседу.

- Почему они все время идут к вышке?

- Их поведение обусловлено химическими реакциями внутри корпуса, происходящими хаотично, - откликнулся Руль. - Так что они бесцельно шатаются по равнине, время от времени случайно попадая в наше поле зрения.

- А я думаю всему виной их инстинкт размножения. Это единственная определяющая сила в поведении объектов. Они видят в нашей вышке мощный фаллический символ и неосознанно стремятся к нему.

Не прерывая своей фразы, Пат сделал несколько выстрелов из пушки.

- Целься повыше, - подсказал Руль. - В верхней части корпуса у объектов находится центральный процессор. Так ты сможешь эффективнее их ликвидировать.

- Получается, что наши программы поведения намного полезнее, - начал Пат после небольшой паузы. - Мы разнообразны, и даже в пределах одного модельного ряда мы демонстрируем характерную индивидуальность и вариативность поведения. А объекты примитивно устремлены только к одной весьма бесполезной цели. Почему же так происходит?

- Потому что мы всегда делаем, что хотим, - заключил Руль. - Мы не подчиняемся законам или инструкциям. Мы свободны в своих желаниях, истинно свободны. У нас идеальный анархический общественный строй.

- Это верно. Поэтому наши вышки строятся по всей планете, все больше и больше расширяя нашу территорию.

- И главное - что движет нами? - спросил Руль и сам себе ответил. - Собственное свободное желание строить новые вышки.

- Точно, - согласился Пат. - А также защищать эти вышки от набегов безумных объектов.

- Конечно, вот почему ты сейчас стреляешь в объектов?

- Потому что я этого хочу, - сообщил Пат. - И уж конечно не потому, что этого требует от меня общество!

- И это верно.

Семнадцать миллионов шахматных партий спустя, Руль прервал молчание.

- Друг мой Пат, уже более четырех часов мы не видели ни одного активного объекта. Не хочешь ли ты пойти со мной на двенадцать с половиной километров на северо-восток и построить там новую вышку?

- Именно так, друг мой Руль! В точности то же самое подумал и я! Мне очень захотелось пойти на северо-восток и построить новую вышку.

- Так пойдем же скорей.

Роботы быстро собрались и начали спускаться вниз.

- И заметь, мы делаем это исключительно потому, что нам этого захотелось, - сообщил Пат.

- Безусловно, ведь мы свободные роботы и никак иначе.