«Марсианские войны - 1 (хроники Марса Сандерса)», хроники наемного убийцы Опции

[Михаил Позолотин]

Предисловие

Действие книги происходит в мире, похожем на Соединенные Штаты Америки, Украину, Бразилию и другие реальные страны. Все события в книге являются художественным вымыслом. Любое совпадение с реальными личностями или событиями является случайным и непреднамеренным.
Автор ни в коей мере не ставил перед собой задач оценки реальных исторических или политических событий, а также поступков, решений, поведения и позиций отдельных лиц, национальных, политических или иных групп, в том числе государств.
Автор книги не несет ответственности за восприятие и трактовку содержания книги отдельно взятыми читателями. Книга содержит сцены насилия и жестокости, ненормативную лексику, а также сцены употребления алкоголя и табака. Автор просит вас воздержаться от продолжения чтения книги, если вы считаете, что ее содержание может противоречить вашим религиозным, политическим или иным взглядам и убеждениям, восприниматься вами как оскорбительное или унижающее ваше достоинство, либо способно вызвать у вас страх или другие нежелательные эмоции.
Автор оставляет за собой право вносить в текст книги любые изменения и редактировать его по своему усмотрению в будущих версиях рукописи.
Автор также должен упомянуть, что в книге присутствует некоторое количество цитат, отсылок и аллюзий к разнообразным фильмам, литературным и музыкальным произведениям, компьютерным играм и прочее в том же духе. Если кто-либо из правообладателей в связи с этим захочет изменить соответствующий фрагмент текста, просьба связаться с автором.
Автор также должен поблагодарить всех тех режиссеров, писателей, музыкантов и других творческих людей, чьи произведения так или иначе упоминаются в книге, потому что тем самым они – пусть и невольно – поучаствовали в ее создании.
Отдельная благодарность обращена к замечательным фотографам, мастерам своего дела, чьи работы помогали автору лучше узнавать Нью-Йорк. Это господа – Андреас Фейнингер, Джон Муллер и Самуэль Готтско. К сожалению, эти мэтры находятся уже в лучшем из миров, поэтому благодарность получается с оттенком печали.




Пролог

- Солдат, не спрашивай…
Д.Хеллер, «Уловка-22»

«Поступай со своим врагом так,
Как ты не хотел бы, чтоб он поступил с тобой»
Первая заповедь.

«Самый важный вопрос – Зачем»
Вторая заповедь.

«Добивай – всегда.
За исключением случаев,
когда на это просто нет времени»
Третья заповедь.

«Никогда не имей дел с идиотами»
Четвертая заповедь.


Странное ремесло я выбрал. Хотя, с другой стороны, не в охранники же мне подаваться. Нет, конечно, телохранителем я могу быть тоже, вот только редко соглашаюсь. Потому что мне не нравятся тела, которые хотят, чтоб я их охранял.
В сущности, я очень мирный человек. Я не маньяк, я не тащусь от запаха крови, от выстрелов, от взрывов. Я не религиозен и у меня все дома. Да, несмотря на всю мою чертову биографию, у меня по-прежнему все дома. Не всем так везет.
Все, что мне надо, это свой домик где-нибудь в лесу. Может быть, высоко в горах. Скажем, у озера. Не смейтесь. Я правда очень ценю покой. Уединение. Что-то я слишком устал от людей за последние пять лет. И не людей тоже.
Первые пять лет я работал в команде, затем какие-то твари выследили нас и команды не стало. До сих пор не знаю, что с ними случилось. Следующие пять лет я работал сам на себя. Последний год выдался очень шумным и я решил отойти от дел. И подумывал купить тот самый домик в горах. Обычная бревенчатая хижина, ничего особенного. Надо было сразу покупать и не брать последнего дела. В итоге пришлось спешно сматываться и оставить все накопления, как ящерице хвост. Но, правда, я поджарил этих сволочей. Они сунулись ко мне в заначку, думая поживиться, а нарвались на осколочную гранату в растяжке. Людей губит жадность. Как и всегда.
Нет, кое-что, конечно, я с собой прихватил. Запросы у меня скромные, поэтому мне немного надо. Семь месяцев назад я выполнил работу для одного гринфильдского золотопромышленника с Катара и почувствовал, что подустал. Нужен отпуск. И, мать его, этот чертов дом. А то, мало ли что может случиться, верно? Проснусь с пулей в голове и не успею ни о чем пожалеть. Что день грядущий нам готовит?..
Я – Марс Сандерс. Я наемный убийца и я очень хорош. Вот только слегка подустал. Вам не нужен наемный убийца?..
В сущности, я очень мирный человек…

[Михаил Позолотин]

Глава 22

Пять часов спустя я открыл глаза и первым делом позвонил Йоргену – рассказал о событиях ночи и о планах на день, обещав держать его в курсе. Затем разбудил Харпера. Отец с дочерью спали, утомленные обилием переживаний, поэтому позавтракали мы в одиночестве. Маффины с черникой, свежие сливки, желе из винограда с тимьяном, бриоши – все очень скромно и буднично.
Потом я усадил Харпера в «додж» и повез через мост Верразано прямиком на Манхэттен, землю древних ирокезов, некогда проданную голландским поселенцам всего-навсего за шестьдесят два гульдена, о чем красноречиво свидетельствовало ее название .
Харпер выглядел более чем прилично – Пинкус знал свое дело, вернув его с того света в кратчайшие сроки. Он улыбался легко и радостно, ему явно нравилось жить и он уже не помышлял о карьере утопленника.
- С чего начнем?
В его тоне слышалось нетерпение, как у хорошей гончей от избытка сил. Он желал действовать.
- С одежды. Перво-наперво мы должны с тобой прилично выглядеть.
И мы поехали по магазинам.
… Часа через два на каждом из нас был костюм-тройка, в котором не стыдно было бы заявиться в лучший бордель Лас-Вегаса, шеи дополняли тщательно подобранные галстуки, а туфли следовало завещать внукам в качестве ценной семейной реликвии. Я уже молчу за часы. В общем, мы делали вид и нам это таки удавалось.
- О’кей, надо чтобы ты сыграл свою роль так, как делал это раньше, в своей прошлой жизни. Просто будь Мэнхартом, хорошо?
Харпер кивнул. И мы отправились на Уолл-стрит.
Финансовые джунгли жили своей жизнью, прекрасно вписываясь во всеобщий муравейник из стекла и бетона. Уличная суета, ругань таксистов, вечно спещащие клерки, разноцветье окон и вывесок – вся эта пестрота ни затихала ни на минуту, пребывая в вечном движении и отчасти замолкала лишь ночью. Котировки росли, цены падали, фирмы становились банкротами, а люди учились летать, бросаясь из окон, как спелые яблоки в августе. Жизнь шла своим чередом.
Мы медленно ехали по каньону из небоскребов, высматривая нужный. Он обнаружился почти в самом конце, неподалеку от Церкви Троицы. Харпер засмотрелся на картинки на бронзовых дверях, я же окинул взглядом здание банка.
Первый Национальный Трастовый Банк Америки обладал не только громким названием, но и внушительным зданием в самом сердце квартала. Семнадцать этажей поднимались вверх величием хрома и стали, разглядывая наш суетный мир с некоторым пренебрежением, как будто выросли здесь сами по себе, а не творением рук ничтожных людей.
Я оставил «додж» метров за сто от входа, так как он несколько контрастировал с нашим внешним видом. Пропустив Харпера на полшага вперед, я держался за его правым плечом, спокойно осматриваясь по сторонам. Два джентльмена в приятных нарядах решили зайти в банк чудным субботним утром. Ничего необычного, все в порядке вещей.
Охранник у входа по чопорности не уступил бы английскому дворецкому старых времен. Он бесстрастно впустил нас внутрь, не поведя даже бровью, что, видимо, следовало считать признанием.
Внутри все было ничуть не хуже – каждый сантиметр кормил вас своей респектабельностью, начиная с обшитых темным деревом стен и заканчивая белой кожаной мебелью с неброской серебряной окантовкой. Лица у клерков светились предупредительностью и благожелательностью, словно вы были их очень богатым родственником, который вот-вот должен сдохнуть, но они слишком тактичны и терпеливы, чтоб поднимать сейчас эту тему.
Как только мы вошли, к нам поспешил было розовощекий молодой человек с голубыми глазами, но на полпути его перехватила светловолосая девушка в строгом темном костюме, что-то шепнула, расстроив, и сама направилась к нам. Смотреть на нее было приятно со всех сторон и я упорно не понимал, почему в Лувре видел Венеру Милосскую, а не ее.
- Мистер Конли, рада снова вас видеть, - сказала она Харперу, протягивая для рукопожатия ладошку сперва Леону, а после мне. – Как поживает мистер Бедфорд?
- Отлично, благодарю вас. – Ли пожал руку и вернул ей улыбку. – Слегка простудился, но ничего страшного.
Девушка покачала головой, сожалея о том, как простуда косит людей и сделала приглашающий жест внутрь зала.
- Вы, вероятно, хотели бы, как обычно, пройти к вашей личной ячейке?
Харпер кивнул, не особо размениваясь на слова и мы последовали через холл за богиней. Пройдя по двум лестницам и одному коридору, мы оказались в подземном хранилище чуть побольше того сарая, в котором мой дядя Томас на зиму держал цыплят. Стены были такой толщины, что в них запросто можно было бы замуровать по трупу, а может, и по два, если б они как следует обнялись напоследок. По периметру стен с трех сторон расположились стеллажи, сплошь состоящие из небольших глубоких сейфов, уходящих в стены хранилища. Посередине стоял длинный овальный стол серебристого металла, привинченный к полу, а больше в комнате ничего не было.
Я краем глаза наблюдал за Харпером. Перевоплощение в Мэнхарта ему удалось – лицо стало жестким, закрытым, челюсти сжались, глаза чуть прищурились, будто отыскивая цель в густой листве где-нибудь в джунглях Шри-Ланки. Обычный человек – более впечатлительный, чем мы с богиней – непременно встал бы по стойке смирно, застегнул воротничок на все пуговицы и отдал бы честь.
- Прошу вас, - девушка подвела нас к левой стене, в середине которой пряталась нужная нам ячейка. Нажала пальчиком кнопку и к Харперу выехал небольшой планшет с контурами всех десяти отпечатков пальцев. Тот невозмутимо положил обе ладони на экран, как будто проделывал это тысячу раз и сбоку раздался щелчок – выскочил нужный ящик. Экран осветился зеленым, признавая Леона своим, и уехал обратно в стену.
- Не стану мешать вам, сэр. – Богиня направилась к выходу, улыбнувшись нам от дверей. – Как только закончите – кнопка звонка на стене. Как всегда.
И мы остались одни. Не считая открытого ящика, в который мы оба и заглянули. Дно закрывали мешочки из темно-синей и черной замши, - небольшие, размером с табачный кисет. Я взялся за ручку ящика и, придерживая за дно, вынул его и перенес для удобства на стол. Харпер взял темно-синий мешочек, я – черный. Ослабив тесемки, мы глянули внутрь. Показали друг другу. Мешочек Харпера был наполовину заполнен небольшими мутными кристаллами, напоминавшими весенний лед. У меня же в руках кристаллы были прозрачными и более правильной формы.
- Ты знаешь, что это? – одними губами спросил меня он.
Я знал. Это были алмазы – в руках у Леона необработанные, у меня – шлифованные и ограненные.
Мы выложили мешочки на стол – семь темно-синих, восемь черных – бюджет небольшого государства с блэкджеком и шлюхами. Очень умно – сундуки с золотом тяжелы, бумага легка, но объемна, безналичные деньги почти идеальны, но… Счета, случается, арестовывают, а банки - разоряются… В данном же случае все состояние можно легко унести в пределах картонной коробки.
Я отвел взгляд от стола - это, конечно, здорово, но пора бы и честь знать. Сложил все мешочки обратно, подошел к стене и нажал на большую серебристую кнопку.
Минут через пять вошла девушка в униформе банка – не та, что в первый раз, но тоже очень приятная.
- Мадемуазель, могу ли я попросить вас принести нам небольшую коробку?..
Я жестами показал размеры, она кивнула и вышла. Через минуту вернулась и отдала мне коробку из жесткого серого картона размером со шкатулку для сигар. Я поблагодарил, попросив подождать пару минут за дверью и она удалилась. Тут же содержимое ящика перекочевало в коробку, а сам ящик был возвращен на место. Я нажал кнопку повторно и та же самая девушка сопроводила нас наверх в главный зал, сдав с рук на руки уже знакомой богине.
- Могу ли я еще что-нибудь сделать для вас, джентльмены?..
Да, милая, можешь, но в стенах банка это прозвучит неприлично. Или, как минимум, неуместно. Поэтому я оставил свои фантазии при себе.
- Операции со счетами, сэр?.. – она вопросительно изогнула изящные брови.
Я выступил чуть вперед.
- А каково состояние счетов на сегодня?
Богиня посмотрела на Харпера и тот разрешающе кивнул. Она повернулась ко мне.
- Я могу предоставить подробный отчет по всем счетам, если вы пожелаете.
- Да, пожалуйста.
- Пару минут, сэр.
Богиня исчезла, как будто ее и не было, а нам с Харпером принесли чай в фарфоровых чашках, таких тонких, что их было видно на просвет. Не иначе, одолжили у какой-нибудь монаршей династии прошлого.
Не успел я освоиться в белом кресле, появилась наша блондинка, протягивая мне стопку листов.
- Все операции за последний месяц, сэр.
Я кивнул и быстро просмотрел колонки цифр. И чем больше я вчитывался, тем сильнее было мое удивление. Но, конечно, не внешне. Да и удивление было приятным – суммы счетов значительно превосходили содержимое коробки, которая стояла сейчас на столике у моего левого локтя.
Это мы удачно зашли.
Я отдал листки Афродите со словами:
- Мы хотели бы вывести все имеющиеся средства со всех счетов, а сами счета закрыть.
Это ее пробило – на секунду, но все же, на ее хорошеньком личике промелькнуло нечто, сильно напоминавшее замешательство, но профессионализм быстро взял вверх. Она опять взглянула на Харпера.
Тот кивнул.
- Делайте, как он говорит.
И она опять повернулась ко мне.
- Каким образом вы желаете вывести средства, сэр?
- Переправить в другие банки в той же самой валюте, в которой они хранились у вас. Реквизиты я сейчас дам.
Минут через пять я протянул ей лист, сплошь изрисованный буквами и цифрами, которые я хранил исключительно в голове, не доверяя бумаге. Это были европейские банки, в которых мы с Йоргеном копили себе трудовую копеечку на черный день. Эти банки были не конечным звеном в цепочке, а лишь одним из первоначальных. Так сказать, парадная дверь или даже калитка. В течении суток стараниями Ларса деньги поступят в следующий ряд банков, затем еще и еще, так что отследить конечного получателя будет непросто.
Через десять минут все было кончено. Все счета обнулены и закрыты. Не думаю, что Хиделл хранил все яйца в одной корзине, но все же это была значительная часть лукошка. Весьма значительная, я бы сказал.
Я забрал коробку с алмазами и блондинка проводила нас до дверей. В зеленых глазах все еще читалась растерянность. Я наклонился, быстро поцеловал ее в щеку и мы ушли.