Произвольная точка бифуркации Опции

[MARHUZ]

Пролог.

...Экспедиция Кена Натансона добралась-таки до пещеры. Пусть в неполном составе, но цель достигли, осталось всласть порыться внутри. Легенды о сокровищах инков мало интересовали босса, как и сами сокровища, которые всё равно конфискует правительство Перу. Зато тайны и прилагающиеся к ним артефакты вполне могли находиться в каких-нибудь схронах...

Его прапрадед, ещё в 1888 году уехал из белорусских земель Польши, но не в Палестину, как другие сябры, а в Америку. Причём добрался аж до тихоокеанского побережья, поближе к мечте. Откуда в заветном ларце, хранящемся в местечковой семье, взялись карты Земли Инков никто не знал. Предполагалось, что древние свитки были начертаны чуть ли не руками писцов Соломона. По крайней мере, все поколения Натанов верили в это, но лишь один решился проверить соответствие карты и местности.
Коллектив разнорабочих и охраны составили русские эмигранты во главе с неким Станиславом Клюевым. Бывший наёмник и невольный эмигрант, бежавший то ли от Перестройки, то ли от судебного преследования сам предложил услуги профессору UCLA (лос-анджелеского университета). Чего, мол, мексов набирать, когда есть набор людей с образованием, а порой и со степенями, но работающих на нижних ступенях общества: от водителей такси до грузчиков. Деклассифицированные элементы дешевле по оплате и удобны в пользовании. Профессора, ограниченного в расходах рамками гранта, сия инициатива вполне устроила. Так что Клюев собрал команду из истинных "американцев": русских и армян!
Сам Натансон пригласил несколько учёных и студентов, чтобы всё выглядело, как научное исследование, а не личное желание проверить родовую карту за счёт спонсоров. Охранников вооружили, так как в дебрях Перу, кроме неведомых животных и каких-то "бравьерос десалмада", имелись в наличие и герильяс, и коммунисты. Даже другие экспедиции вполне могли отобрать добытое - советской властью в тех краях даже не пахло.
Впрочем до гор добрались почти без проблем. В одной перестрелке, непонятно с кем, ранили троих, да "десалмада" украл одну студентку-понтовилу. Она, сдуру, решила прогуляться по кушарам, якобы свободная демократка и имеет право на идиотизм. В итоге, нашли лишь сумочку и следы лесного мутанта. Один из учёных раскудахтался на тему поисков, поэтому его отправили в ближайшее селение, сопровождать раненых. Предлагаешь - выполняй! Босс не являлся либералом и гуманистом, им двигало любопытство и родовой долг, да и не хотел он потерять ещё кого-нибудь, как и бесценное время. Кстати, за то что Стас прихватил ЛР-300, Кен посулил премию - очень толковая стрелялка оказалась!
На высотах от тысячи метров над уровнем моря до полутора тысяч ещё четверо не выдержали - пошла кровь носом. Ничего не поделаешь, бывает, оставили лагерем. Остатние триста метров подъёма двигались потихоньку, чтобы дойти, а не рухнуть второпях. Всё кончилось триумфом, дошли, мать-перемать! Клюев предложил переночевать возле входа, а с утра топать обратно, но шутку не приняли. Пообещали даже скинуть в пропасть, когда заснёт, хотя сон "надсмотрщика" перебить не удалось.

Проснувшееся солнышко разбудило исследователей, некоторые решились на вторжение в пещеру, даже не позавтракав. А потом, долго и упорно кричали, призывая им помочь с какой-то дверью. Однако этих пестрожопых чижиков никто не поддержал - дверь подождёт, коли она имеется в наличие. Столько веков стояла и ещё постоит, хотя, конечно, маразм иметь двери там, где некому ходить в гости. Один из пергаментов имел план пещер и непонятные обозначения. Плотно поев, народ внедрился под каменные своды и офонарел, то бишь включили фонарики.
Дверью оказался кусок плиты, ровный и аккуратно обработанный, заткнувший какой-то ход в самом конце пещеры-вестибюля. Рашенки быстро разломали каменюгу на части - заходи, кто смелый, авось уцелеешь. Впрочем, ловушки, если они и были, давно сгнили, хотя на полу валялись скелеты каких-то первопроходимцев и заржавевшие доспехи.
На пятый день изучения всевозможных ходов и переходов, нашлось то, за чем пришли - ещё один ход, приведший во вполне нормальную залу скального происхождения, но качественно отделанную каменотёсами древности. На каменных стульях, типа тронов, сидели какие-то металлические толстяки, расфуфыренные каменьями. Одежда, наверное, сгнила, хотя сами статуи сохранили тускло-жёлтый цвет. На двух каменных постаментах, типа столов, лежали непонятные механизмы, странным образом не испорченные временем. Они состояли из каменных и бронзовых составляющих, часть из которых была вообще-то... шестернями. Мало того, куда-то наружу вели медные "кабели" (по крайней мере они так выглядели).
Неуёмный Клюев не поленился перебраться наружу и исследовать место на склоне, куда вели медные "провода". Через день нашлись какие-то панели, похожие на зеркала из непонятного материала. Стас с помощниками аккуратно демонтировал их, а заодно исхитрился и кабели вытащить. Детали механизмов, провода и панели уложили в мешки-рюкзаки, а статуи выволокли наружу. Крупные драгоценные камни начали сыпаться при транспортировке тяжеленных золотых фигур и профессор распорядился выковырять все, поместив в отдельный мешочек. Станислав лично взялся нести столь бесценный груз, никому не доверяя.
Больше искать ничего не довелось - никаких потайных ходов, никаких схронов в стенах, ни фига. Впрочем и найденного оказалось вполне достаточно для самосозерцания пупков до конца жизни. Скроллы Соломона, пусть даже не его, оказались верными!

Возвращаться обратно через джунгли, да ещё и с тяжеленным грузом, Натансон не собирался. Учёному нужна слава первооткрывателя, а не караванщика. Поэтому он попытался связаться с руководством Музея Ларко и договориться о вывозе будущих экспонатов и членов экспедиции. Именно, попытался, так как, испортив аппаратуру связи, Стас сбежал вместе с другими русскими, прихватив "приборы и оборудование" древних. И, естественно, мешочек с драгоценными камнями! Профессору пришлось спускаться с гор и добираться до ближайшего поселения, где есть связь с Большой Землёй. Университетский умник, радовавшийся когда-то развалу СССР, теперь почему-то возмущался беспардонностью его бывших жителей. Что не помешало сообщить местному покровителю о произошедшем.
Спонсором сделки между музеем и американским учёным выступил некий Хесус Магейян, сверхдальний потомок знаменитого мореплавателя. А, заодно, высокопоставленный член компартии Перу и негласный правитель одного из горных районов. У мецената вполне хватало средств не только на школы и больницы для горцев-селян, но и на другие виды спонсорства. Всё-таки, производство наркоты достаточно прибыльно, а с американским военизированным контролем над производством наркотиков существовали договоренности. Те, для отчёта, раз в год сжигали какую-нибудь из плантаций в горах, согласованную с наркобароном, и вывозили готовую продукцию своим транспортом. Оплата шла через банки на Каймановых островах.
Транспортные вертолёты Магейяна доставили почти двенадцать тонн золота, переплавленного когда-то в статуи, а также фото- и видеоматериалы в Лиму. Кену, за проявленное усердие, заплатили премию в несколько миллионов долларов и обеспечили всемирные аплодисменты. Сами золотые фигуры, после двухнедельных показов, отправили в замок наркобарона, а в Музее Ларко выставили копии из бериллиевой бронзы, для пущей сохранности.

... Примерно через месяц, яхта олигарха Беловича направлялась вдоль побережья Перу на север и легла в дрейф на траверсе перуанско-эквадорской границы. В одну из ночей, с неё снялись оба вертолёта и улетели куда-то в джунгли. Обратно вернулись с грузом и людьми, после чего стопятидесятиметровое судно ушло в сторону Галапагосских островов...

[MARHUZ]

За кадрами для милиции Терехов отбыл в Бойл, к славянам, чтобы заняться первичным отбором. Любого можно накачать, научить подвижности и пользованию оружием. Важно, чтобы человек подходил психологически - не каждый способен усваивать технологию уничтожения себе подобных. Соблюдение зазора между разумной жёсткостью и немереной жестокостью тоже не каждому дано. Бойцами, в первую очередь, рождаются и лишь потом становятся. Предпочтение отдавалось тем, из кого могут получиться со временем сержанты-инструкторы. На своих плечах много не унесёшь, так чего бы сразу не начать выборку, благо кандидатов в Лос Анджелес каунти немерено. Безработица - естественный результат безудержной иммиграции!
Шевченко руководил строительством базы на берегу небольшого заливчика-марины к северу от Санта Моники. Удобное местоположение, отдалённое от цивилизации и косых взглядов, прекрасный климат. И мили к востоку, пустынные и болотистые - шикарное место для марш-бросков и рядовых тренировок. Когда десятники начали сами справляться с руководством строительства базы, с ними оставили одного из бывших офицеров. Сам Шевченко отправился закупать "ремингтоны" и патроны к ним, чтобы стрелковая подготовка была полноценной.
Лабораторию стрелкового оружия поставили на "пятне Матвеева", а рядом - жильё для будущих разработчиков и технарей-исполнителей. Оборудование для неё обещали биржевики, следящие за падением цен на акции "Окленд ганс". Сия корпорация имела и цех по выпуску ружей и пистолетов и лабораторию, изучающую различные виды пороха и взрывчатки. И даже обещание некоего ушлого типа о том, что армии страны нужны новые вооружения и госзаказы скоро посыплются всем. Сколько таких бродило по стране, в эпоху великих афёр - и ведь толком не проверишь. Вот и начинали дела на свой страх и риск, следуя формуле: "Кто не рискует - тот не американец!" Совет директоров, из трёх основных совладельцев, искал средства, чтобы продержаться до светлого будущего. А обещалкин исчез, якобы уехал в Вашингтон на переговоры.
Строительство базиса для будущего растягивалось - попаданцы постепенно мрачнели. 21-ый век, с его скоростью поступления инфомации и раскручивания бизнесов, казался сверхстремительным в эти замедленные времена. Только те, кто был непосредственно занят, ещё не реагировали на эффект "сонной деревни". Зато исполнители и помощники начинали думы думать. Кто знает, может в другом месте мёдом намазано и многое по-другому? В конце концов, у каждого есть свой набор знаний и, вполне возможно, что его удастся удачно продать на стороне!

...Золотопромышленник Лукодьянов, вообще-то, выглядел очень крепким человеком, чуть ли не медведем низкого роста. И заразу он подцепил не в тайге, а на отдыхе в Бадене, куда его потащила супруга, ныне покойная. Знакомство с музыкантом-итальянцем, с горящими глазами и пылающими щеками, закончилось плачевно. Корить, в принципе, некого, поэтому Гавриил Николаевич просто отдался природе и отдыху, не веря ни в какие чудеса. Детей у него не было, из родственников только недостойные крохоборы, так что грустно, если придётся оставить им капиталы и прииски. Эти шельмы даже у самих себя будут воровать - другой жизни они просто не понимают.
- Вот так и получается, милостивый государь, что треть миллиона незачем жалеть. И хотя не верю, но хочу попробовать, всяко бывает в жизни.
Беседы с пациентами сближали, особенно, когда к ним присоединился Стас. Вилли представил его, как американского инноватора и коллекционера древнего оружия. Русские россияне знали, что немало единоверцев переехали в Америку ещё в начале века. Так что, вполне понятен интерес их потомков к родным землям.
- Вот, недавно отправили экспедицию на Аляску, за золотом, - откровенничал Клюев, - там добудешь, тут откопаешь, потихоньку и запасец складывается. Скоро за алмазами поеду.
- И где вы их собираетесь добывать, Станислав Михайлович?
- Хочу южную часть африканской земли Конго исследовать. Вы же на Вилюй, небось, никого не пускаете? - рассмеялся авантюрист, - вот и приходиться совсем в дебри лезть.
- Так откуда же на Вилюе алмазы, дорогой друг, - удивился банкир, - Гаврила Николаевич, подтверди, разве могут быть в Сибири алмазы?
Лукодьянов даже не нашёлся что ответить сразу, кто его знает, уж слишком уверен в своих знаниях господин коллекционер.
- Ну, не на самом Вилюе, конечно, но в верховьях его притока речки Махры есть кимберлитовая трубка, - увидев неполное понимание, уточнил, - месторождение, где прииск можно поставить. Также и на другом притоке тоже место есть, а точнее на притоке притока. Название сложное, но потом могу в записях посмотреть, если интересно.
- Ох, герр Кессель, излечишь меня, пойду в экспедицию за алмазами, слово даю, - посерьёзнел промышленник, - и для вас долю буду добывать, коли правда это.
- Я, пожалуй, к вам присоединюсь, - удивился сам себе Найдёнов, - денег дам партию организовать и снабдить всем, чем нужно!
- Тогда, друзья, с меня координаты обоих мест, чтобы зазря плутать не пришлось, - подытожил Стас.
Случайная компания ожидала прибытия ещё одного чахоточного миллионера, которого вызвал письмом банкир. А, заодно, пытался ненароком узнать, не возьмётся ли лекарь помочь цесаревичу? Всё-таки это такие возможности открывает! Главное, самому предложение сделать великому князю, пока тот не узнал о сей панацее через третьи руки. Верный секретарь отбыл со срочным письмом в Аббастуман.

Цесаревич читал письмо в присутствии посланца, чтобы уточнять необходимые места, а не гадать самому.
- Это что же за "милейший доктор", коли он такие огромные суммы требует?
- Ваше высочество, так господин Найдёнов готов самолично оплатить курс вашего лечения.
- А ежели "милейший доктор" сбежит с деньгами или ничего не добьётся?
- Этого не произойдёт, деньги платим по договору лишь после излечения.
Второе лицо империи вчитывался и бурчал, но надежда всё больше усиливалась. Излечиться - означало вернуться в общество и к любимому флоту. Не столь важно присутствие при дворе, сколько возможность жить, активно жить! Участвовать в делах, чего-нибудь организовывать, ходить на кораблях...
- Ну, и как мне с лекарем встретиться и всё обсудить? Небось он с самого начала затребует привилегий и придворной должности?
- Не могу знать, Георгий Александрович. Да и не уполномочен высказать собственное мнение.
- А ты выскажи, мил человек, коли я прошу.
Секретарь банкира поделился сведениями о герре Кесселе, о любительском врачевании и об интересе к воздухоплаванию и авиации. А также рассказал о друге лекаря, который больше алмазами и золотом увлечён. Что возьмёшь с американцев, которые от наследственной монархии добровольно отказались, чтобы посадить на свою шею выборную. Цесаревич не стал пенять собеседнику за оговорку "на шею" - ему сделалось любопытно познакомиться с двумя заезжими.
- И как долго они собираются практиковать в России?
- Не могу знать, но вроде недолго. Хотят затем в Европу переехать, чтобы тамошних мильёнеров излечить и побольше денег заработать.
Великий князь отпустил секретаря и задумался. Была бы рядом матушка Мария Фёдоровна - дала бы здравый совет. Ну нужно ждать два месяца, пока она приедет. Да и в Данию они собирались ближе к осени. С другой стороны, уедет лекарь и где его потом искать? Или вдруг случится с ним что, пока в пути? Другого уже не найдёшь, разве что в Америке. Хотя, нет гарантий, что и на другом конце света с исцелением всё просто. Уж слишком цены велики за лечение! Жаль, что примеров пока нет, когда ещё банкира и золотопромышленника на ноги поставят? Самому в Поти съездить - невместно, урон достоинству. Врача вызвать - означает выказать заинтересованность, потом с шеи не слезет, даже ничего не сделав. Может изобразить интерес к авиации и пригласить на несколько дней друга господина Кесселя? Конечно, сиё будет шито белыми нитками, но культурные люди наверняка соблюдут приличия...

...Первая разведка и привязка к местности дали результаты - хорошие результаты. Золото нетрудно найти, когда есть карта с координатами и пояснениями по поводу самых богатых участков. Бонанза-Крик, Эльдорадо (пока безымянный ручей) и самое главное - холм с которого стекал тот же Рэббит-Крик. Саму реку Клондайк оставили другим, как не очень золотую. Вернувшись в посёлок, изыскатели пополнили запасы, отдали намытый песок и самородки и поехали дальше сопоставлять желаемое с действительным. Саркисян отправил на Сороковую милю представителей для регистрации участков на всех членов экспедиции. Всё равно никто раньше них столбики не вкопает, где нужно!
Местный контингент, конечно, послушал россказни о найденном золоте, но уж очень много его привезли для убеждения. Люди из Калифорнии могли и с собой притащить презренный металл, чтобы создать лихорадку и сбывать свои товары и овощи. Мало ли какие деловые операции бывают - надо бы самим убедиться.
- Ладу искал на Клондайке и ничего не нашёл. А чечако сразу нашли и много.
- Говорят они оранжерею привезли и хотят город построить.
- Вот-вот, а мы будем их фрукты и овощи покупать за те крохи которые найдём.
Руководство регистрационной конторы послало на всякий случай сообщение в Сёркл-Сити. Всё-таки основная старательская масса там околачивалась, вдруг кто захочет попробовать свою удачу? Никто на Аляске ещё не знал, что Белович дал своё интервью и сообщил об успехах, переданных по радио. А так как представители Первого Калифорнийского не только поддержали информацию, но и зафрахтовали три парохода на четыре навигации вперёд, сразу последовала реакция. Калифорнийцы засобирались в дорогу, скупая по-быстрому всё, что считали нужным. Включая билеты до Дайи! Морем!
К сожалению, нет добра без худа - Рудольф Дизель, которого вовсю давили инвесторы, доводил до ума очередной вариант двигателя. Изобретатель не реагировал ни на что извне, хотя черногорцы предложили ему даже погашение долгов. Он упёрся в свой вариант с поджигом угольной пыли и, честно говоря, был близок к положительному результату. А вот приехать и посмотреть на более продвинутые варианты не захотел - ослепление процессом творения, однако. Можно, конечно, и без Рудика создать то, что надо, но Дизель запатентовал процесс, а не движок. Пришлось нанять юриста, заказать копию патента, патентное законодательство и погрузиться в раздумья.
Информация о золоте дошла и в Коннектикут, где Хайрем Перси Максим, сын Максима, раздумывал над приглашением из Калифорнии. С одной стороны, он предполагал съездить в отпуск к отцу, но уж очень качественными были фотографии красавицы яхты, хеликоптера и автомобилей. Решающей каплей, сломавшей хребет верблюду сомнений, явилось известие о том, что информация из Аляски получена по радио. Это же насколько мощное устройство имеют черногорцы! Посетить столь интересную выставку инженерных достижений стало идеей-фикс. Молодой Максим начал считать дни до отпуска...