Захват (рабочее название) Опции

[Касторка]

Начала писать повесть, но пока остаётся открытым окончание. Есть ряд мыслей, но они мне все не очень нравятся. Если кто-то посоветует интересное, буду рада помощи. Ну и вообще, хотелось бы услашать ваше мнение. Возможно все это чушь и не стоит и продолжать дальше...
Буду выкладывать кусками.

[Касторка]

4

Как всё уже осточертело, постоянно вокруг кто-то топчется, пристаёт с расспросами и разговорами. Третий день пошёл, а перемен никаких. Народ потихоньку начинает беситься. Пару раз пришлось утихомиривать особо буйных. А ещё эта визгливая Лариска. Как она меня достала! Да, по-моему, не только меня. Наташа, добрая душа, ещё как-то её терпит, но я вижу, чего ей это стоит. Вот уж точно пелось: «таких не берут в космонавты». Ан нет, взяли. А чего собственно я ждал? За две недели отобрать и проверить на совместимость просто невозможно. Да и никто не ожидал, что нам придётся жить в таком тесном контакте друг с другом. У Бориса выдержки явно больше, чем у меня, умеет человек контролировать свои эмоции. Начинаю ему завидовать. Наверное, поэтому ему и в карты везёт.
Кстати, надо отдать должное нашим людям: нашлись карты, домино, шахматы, нарды и даже лото. Народ кучковался по интересам, переживал за других, болели, особо азартные спорили, как правило на что-то безобидное, типа «Ку-ка-реку!». А что ещё остаётся делать? Игральные страсти стихали к ночи, когда волевым решением выключался свет, и все ложились спать.
Ладно, надо идти умываться. По моим подсчётам, скоро должны привезти еду. Мы здесь установили земной распорядок, а вот барсы живут по-своему. Так что их вчерашний ужин для нас сегодняшний завтрак. Вон и Наталья встала.
– С добрым утром, – подхожу к матрасам, где копошилась Наташа. – Ты бы поторопилась, а то сейчас завтрак принесут.
–Ой, привет! – подняла она на меня свои всегда улыбающиеся глаза.– А откуда ты знаешь про завтрак? Для меня так всегда сюрприз их появление.
– Элементарно, – пожимаю я плечами. – Они просто живут по времени Барсата, а не Земли. Вот и происходит сдвиг. Сейчас как раз время ужина.
–Завтрака. Впрочем, не важно, – отмахнулась Наташа. – Надо встать у двери и попробовать опять наладить контакт. Ну, или хотя бы послушать, как они говорят между собой.
– Оптимистка! Всё ещё надеешься, что с тобой будут говорить?
Наталья только вздохнула и печально улыбнулась в ответ.
–Ладно, пойдём к двери караулить. Умыться можно и после завтрака.
Я взглянул на часы. Барсы не отличались пунктуальностью. Плюс – минус минут двадцать. Так что мы сели на ближайшие откидные стульчики и стали ждать.
– Наташ, ты хоть что-то уловила из их речи?
–Трудно сказать. Они здесь немногословны. Так что всего пару слов, значение которых могу только предполагать.
– Ничего. Выпустят же нас когда-нибудь из этого чёртового корабля…
Я не успел договорить, так как дверь стала отворяться и Наталья сорвалась со своего места прямиком к показавшимся барсам. Сегодня их было не трое, как обычно, а пятеро. Впрочем, всё остальное было как всегда: ёмкость с едой, которую у нас по не понятной мне логике, окрестили в «самовар», и молчаливые барсы, закатившие её в помещение. К «самовару» сразу подскочили несколько человек. Чтобы не было лишних склок и нареканий, мы установили дежурство по кухне. Так что, подоспевшие дежурные сразу принялись за свою работу.
Наташа стояла у самой двери и в очередной раз пыталась привлечь к себе внимание. Я встал у неё за спиной. Кто их знает, этих барсов. Тем более что сегодня явно пришло начальство. Я их спинным мозгом чувствую. Вон тот точно руководит ими.
– Господин начальник, – услышал я Наташин голос, – Здравствуйте. Я, Наташа, – она указала на себя, пытаясь завязать диалог. Затем протянула руку к барсу и слегка коснулась его пальцами, – а вы?
Барс свысока своего роста посмотрел на неё, что-то буркнул своему подчиненному и указал на Наташу рукой. Я непроизвольно обнял её за плечи, прижимаясь к ней. Барс ткнул рукой и в меня, а затем ещё на кого-то за моей спиной. Второй барс слегка подтолкнул Наташу, а затем и меня к выходу.
– Сергей, что это? – голос у неё был испуганным.
– Долгожданная экскурсия, – улыбнулся я ей в ответ, пытаясь успокоить. – Так что нам первым выпала данная честь. Сбылась твоя мечта, пообщаешься с барсами.
– Не больно они хотят общаться, – покачала головой Наташа. – Но ты прав, это лучше, чем сидеть здесь взаперти без всякой информации.
Мы стояли в коридоре. Кроме нас с Наташей выбрали ещё двух парней и пухленькую Ольгу. Все были немного возбуждены. Я чувствовал, как холодные Наташкины руки вцепилась в меня мёртвой хваткой.
–Тебе страшно?
Она смущенно кивнула головой и немного разжала пальцы.
– Не бери дурного в голову. Всё будет нормально, – я положил свою руку на её ладошку и почувствовал, лёгкую дрожь.
Тем временем один барс пошёл вперёд, а остальные жестами пригласили следовать за ним. Начальник замыкал шествие. В руках одного сопровождающего был небольшой прибор. Что за прибор, разобрать не смог, так как аппарат был небольшой и практически полностью закрывался ладонью барса. Нас провели коридором, затем мы попали в тренажёрный зал. Там занимались барсы. При виде людей, многие бросили свои занятия и с любопытством нас разглядывали. Они переговаривались между собой и кивали в нашу сторону. Если честно, то мне всё это не понравилось, чувствовал себя как подопытный кролик.
– Чего они глазеют?
– Привыкай. Мы на Земле на них глазели, теперь на нас будут. Ты для них маленький страшненький инопланетянин.
– Кто ещё страшненький, – возмутился Михаил.
– Мишенька, не волнуйся, для нас ты красавчик, – усмехнулась Ольга, – они просто ничего в этом не смыслят. А чё, прикольные верзилы. Сергей, ты такой мускулисты, давай, покажи этим барсам, что и мы не лыком шиты.
Она кивнула в сторону инопланетных тренажёров. Наташа улыбнулась и слегка подтолкнула меня вперёд. Вот чёрт!
– Тоже мне нашли культуриста, – пытаюсь возмущаться я, но понимаю, что здесь это не прокатит.
Впрочем, ничего сложного нет. Я заметил, как барсы занимались на некоторых тренажёрах. Спрашиваю жестами барсов, можно ли подойти. В ответ те одобрительно подталкиваю меня и остальных к агрегатам. Девчонки пробовать не стали, а вот мы с парнями с удовольствием размялись. Под одобрительные возгласы Ольги и Наташи, выкладывались по полной. Зря, конечно. Завтра все мышцы будут болеть. Но чего не сделаешь, ради прекрасных дам!
После спортзала, нас провели в комнату отдыха, столовую, ещё ряд помещений. О назначении того или иного места мы только догадывались, так как нам даже не пытались что-то объяснить. Больше всего мне понравился отсек, где стояли шлюпки. Да чего они хороши! Так подмывало залезь туда, но нас не пустили. Правильно, конечно, я бы у себя в цехе, глупую деревенщину тоже близко к станкам не подпускал бы. Мало ли куда он свои пальцы засунет? А мне потом отвечай. Но во всех других комнатах и отсеках нам позволяли сидеть на их диванах, трогать всякие неизвестные штучки, показали небольшое кино, точнее, что-то музыкальное. Изображение возникло в небольшой нише, было объёмным и красочным. Очень интересно. Ольга визжала от восторга и даже пыталась потрогать изображение руками.
На всё-про-всё ушло около часа. Нашего часа. Я пытался запомнить месторасположение тех или иных помещений, в уме прикинуть план корабля, но окончательно запутался и заблудился. Поэтому когда нас подвели к очередной двери, и мы увидели наше жилище, то я несколько растерялся. Не хотелось заканчивать экскурсию, но с хозяевами не поспоришь. Только сейчас я почувствовал голод, ведь мы ушли, так и не позавтракав.
– Жаль, что всё так быстро закончилось, – вздохнула Наташа.
– Скажи спасибо, что нам выпало хоть это.
Не успели мы войти, как все бросились к нам с расспросами. Шум стоял такой, что разобрать хоть что-либо не было возможности.Чёрт, есть хочу. Сообразили нам хоть что-то оставить или всё подчистую съели? Первый не выдержал Мишка. Он, что есть силы, прокричал в толпу:
– Дайте пожрать сначала, изверги, а потом мы всё вам расскажем!
Его крик души не прошёл бесследно. Нам в руки быстро всучили миски с едой, и расчистили место у столов. Тут же появились и чашки с напитком. Еда, правда, остыла, но голод не тётка, съешь и холодное. Борька уже стоял возле меня. Он внимательно всматривался в мою жующую физиономию. Видно, ничего подозрительного там не увидел, облегченно хмыкнул и повернулся к народу.
– Граждане, путешественники! – раздался его громкий голос, – Сегодня через пол часа состоится пресс-конференция с первыми экскурсантами землянами по межгалактическому кораблю барсов. Желающие послушать располагаются на матрасах в центре зала. Попрошу занимать свои места согласно купленным билетам. Выступающих прошу поторопиться с едой, дабы не накалять страсти ожидающих и проследовать к столику шахматистов.
Борис подмигнул Наташе и стал подталкивать особо упрямых и любопытных подальше от нас, давая возможность нормально поесть.
– Ой, а можно я не буду выступать, – Оля виновато хлопала глазками. – Я не умею, и стесняюсь. Может лучше Миша?
Михаил безразлично пожал плечами, хотя весь его вид говорил: «Естественно, кто кроме меня…» Да и фиг с тобой. Звезди, на здоровье. Я не за этим сюда стремился. Доедали молча. Хотелось подумать и собраться с мыслями.
Импровизированная пресс-конференция прошла мирно. Говорил в основном Михаил и Наталья. Мы с Ольгой помалкивали. Нам задавали кучу вопросов, но что мы могли ответить? В сущности, нам показали мизер, а если быть совсем честными, то вообще ничего сверхъестественного.
Народ ещё долго гудел и обсуждал нашу экскурсию. Стали даже составлять очередь, кто пойдёт в следующий раз. Я завалился на матрас и закрыл глаза. Нет, спать не хотелось. Просто так легче отрешиться от здешней суеты и постоянного гама. Хотелось ещё раз вспомнить всё, что я видел у барсов.
– Спишь? – подсел ко мне Борис.
– Нет, просто лежу, – не открывая глаз, ответил я.
–Угм, – Борис лёг рядом на свой матрас. – Есть что ещё сказать?
– Вот я и сам сейчас об этом думаю.
– И? – Борис напрягся.
– Чёрт его знает. Надо ещё с Наташей поговорить, что она думает.
– А ты сам? Твои впечатления.
– Мои… Барсы, сопровождавшие нас во время демонстрации корабля, вели себя с нами немного странно. А те, кого мы встречали так вообще… Словом, мне не понравилась их реакция на наше появление.
– Интересно, – Борис задумался. – Хотя, всё вполне логично. Мы для них инопланетяне, к нашей внешности ещё не привыкли, вот и смотрят с неким опасением.
– Это была брезгливость.
– Тебе могло показаться. Чужие эмоции могут выражаться совсем не так как у нас. И заметь, это они нас пригласили к себе в гости. Мы не напрашивались.
Я пожал плечами и безразлично махнул рукой.
– Ты прав, ерунда всё это. Поживём – увидим.
– О, Наталья к нам идёт, – Борис призывно махнул ей рукой. – Вырвалась?
– Устала, – она присела на мой матрас. – По десять раз одно и тоже спрашивают.
– Всем скучно, а тут хоть какое-то развлечение, – оправдывался Борис. – Ну и интересно знать, про тех к кому мы летим.
– Ага, только им абсолютно не интересно налаживать с нами связь, – фыркнула она. – Вот скажи, почему они нас водили по кораблю без переводчика? Ведь он у них есть, на Земле они им прекрасно пользовались. А тут молча провели, показали неизвестно что и обратно в камеру. Не пойму я этих барсов.
– Хм, ну… – Борис пытался найти логическое объяснение и этой детали поведения барсов.
– Да не, Наташ, здесь как раз ничего странного, – встрял я. – На Земле вёл все переговоры один барс.
– Одна, – поправил меня Борис.
– Не важно, – отмахнулся я. – Просто полномочия на контакт с иными есть только у неё, а остальные на это права не имеют. Они просто выполняли миссию сопровождения и съёмки.
– Съёмки? – Борис заинтересовался. – Вы ничего про это не говорили.
– Потому что это не факт, что была съёмка, – возразила Наташа. – Это предположение Сергея. По мне так это может быть всем чем угодно, от оружия, до обычного термометра.
– Ну, ты и сказала! Какой нафиг термометр?! Нет, я уверен, что велась съёмка нашей так сказать экскурсии.
– Да ладно вам, – встрял Борис. – Съёмка или нет, не важно. Меня сейчас больше волнует вопрос: будут ли ещё кого выводить?
– Почему нет, вполне может быть, – улыбнулась Наталья.
У меня закрались на этот счёт некие сомнения, но я решил промолчать.

Я оказался не прав. На следующее утро, причём именно утро по времени Барсата, к нам пришли сразу восемь барсов. Люди оживленно столпились вокруг них, надеясь попасть в очередную партию счастливчиков, которых проведут по кораблю. Но барсы не торопились выбирать экскурсантов. Они выстроились вдоль стены, закрывая выход, и старший из них достал переводчик. Барс стал тихо говорить в него, а до нас уже доносились переведённые на русский язык слова.

Глава третья.

1.

Пополнение в виде людей оказалось очень кстати. Личного состава не хватало, лишние руки нужны везде, впрочем, не только руки, но и голова, но с этим уже ничего не поделаешь. Надо отдать должное землянам, они оказались более сообразительными, чем наши чао, но и менее покладисты. Увы, пришлось пожертвовать двумя особями, ради усмирения остальных. Тогда я впервые пожалела, что не прихватила на крейсер парочку земных детей, судя по их психологии, разговор был бы на много короче. Но, поздно, в следующий раз буду умнее. Жаль, так бездарно использовать расходный материал, они могли с большей пользой послужить барсам на корабле или в разведке на новых землях, которых, к сожалению, пока нет. Прочесываем шестой сектор, но всё либо пусто, либо такие условия, в которых не то что существовать, а просто выжить нельзя.
В дверях появилась чао, неся стопку чистой одежды. Она как обычно тихо, но неуклюже переваливаясь на своих косолапых ногах, прошла через каюту, разложила всё по полкам, затем засуетилась у стола, собирая грязную посуду. На ней сегодня не обычная темная юбка и кофта, а что-то яркое, цветастое, свободно облегающее нескладную фигуру чао. Земляне добрались и до них. Надо распорядиться, чтоб не расходовали зря материал на чао, нам и самим мало.
Прошло два месяца, как мы взяли людей на борт. Из их оборудования первым делом установили ткацкие и швейные машины. Военные комбинезоны хоть и прочные, но не вечные, я уже не говорю о белье и простынях и одежде для детей. Пока их только трое, но будут и ещё. Вот вижу, что они начали и чао одевать. Обувь. Худо бедно, что-то там такое делаю, но я пока обхожусь своей. А вот продукты смешались. Порой и не понимаю, что я ем и из чего. Иногда вкусно, иногда нет. Но, я солдат и могу терпеть. Впрочем, я ещё и вершитель и терпеть не хочу.
Пора совершить обход своих владений. Стараюсь делать это часто, но не регулярно, чтоб эти увальни не подгадали мой приход. Так, с чего начать сегодня? На кухню не пойду, там полно людей, а меня от них тошнит. Ладно, начну с рубки, а там потом решу.
Под ногами чувствую легкую привычную вибрацию. Ловлю себя на мысли, что уже начинаю забывать, как это идти по земле и не чувствовать вот этой дрожи. Устала ли я от нашего скитания? Нет, пожалуй. Меня не тяготит космос, замкнутое пространство и бытовые неудобства. А вот одни и те же лица – да, от этого хочеться выть и пристрелить первого попавшегося под руку. А никуда не деться, больше барсов нет, мы одни в этой вселенной.
В рубке привычно нет суеты и шума, все собраны и делают свое дело. Смена Чаво. Еще три барса сидят у пультов, и два человека. Чаво по-военному вытягивается в приветствии.
– Докладывай, – киваю ему.
– Полёт идёт нормально. Первый контур пришлось отключить, идём на втором и резервном.
– Знаю. Что с первым? Наладили?
– Ещё ремонтники работают.
– Эти как? – киваю на землян.
– Учатся. Крог приказал обучить несколько человек полёту в межпространстве, чтоб потом вахту мог нести один барс и эти, что даст нашим ребятам дополнительное время на отдых.
Хм, рискуем. Или нет? Навигацию они не знают, координаты места назначения вводит исключительно старший офицерский состав и по моему личному разрешению, доступа туда им никто не даст. Нет, всё правильно, пусть работают.
Теперь куда? В комнате отдыха почти никого не было. Мелькнула в дверях спина землянина, тащившего на чистку уборщика. Пара барсов играли в скир, и ещё двое наблюдали и давали советы игравшим.
Пропускаю, склад и шлюпочный отсек, краем глаза замечая, что всё закрыто и датчик спокойно горит оранжевым пятном. Отсек чао. Впрочем, сейчас там и половина людей. Пришлось немного потеснить, но первичный общий отсек занят под швейное производство и ремонтные станки.
Задорный детский смех раздается из приоткрытых дверей детской. Земная женщина сидит за столом, держа на руках моего сына, и что-то там с ним рисуют. Чао рядом на полу играет с еще одним малышом, который весело смеялся, ухватившись за ее нос. У стены младенец тихонько посапывает в детской кроватки. Что за ерунда, откуда она взялась? Да и странная какая-то. Краем глаза отмечаю, как вздрагивает землянка при моем появлении, а чао глупо улыбается и смотрит на меня своими преданно-покорными глазами.
– Что это, Юя? – киваю на стену всю увешанную яркими картинками.
– Дети рисуют и Оля, – Юя глупо довольно улыбается. – Она рисует, а малыш повторяет. Красиво. Ярко.
Действительно ярко. Рисунки разные, одни явно нарисованы слабой детской ручкой, на них толком и не разберешь, что нарисовано, а другие странные. Точнее виды и предметы изображены не Барсата, а Земли. Хорошо ли это? Впрочем, наши дети никогда больше не увидят Барсат, да и Землю тоже. Так что пусть будут. Никуда не деться, земные ростки и тут и там появляются на крейсере. Взять хотя бы одежду. Форменные кители и штаны они научились делать быстро по предоставленным им образцам, а вот детской одежды на корабле не было. Люди сами шили для детей то, что они умели и из их материалов. Вот и мой сын, одет в какой-то яркий синий комбинезон со смешными карманами в виде земного животного. Нда, хорошо, что у нас есть рабы, но плохо, что у нас нет своих специалистов.
– Она справляется? – Юя утвердительно кивает. – Хорошо. Следи за ней, чтоб детей не обижала, да чистоту соблюдала. А то кто их знает этих землян.
– Оля добрая, хорошая, – опять заулыбалась чао. – Она песни поет, рисует, играет.
Да уж! Дожили, детей барсов воспитывает инопланетянка! Но это временно, пока они совсем маленькие. Через годик приставлю к ним учителя, надо подобрать кого потолковее. Ох, всё я, всё сама. А где это мой муж? Бездельник, опять, небось, спит. Расслабился совсем, всё на Крога переложил и рад.
– Врачу подойти к пятому сектору, – раздался голос Крога по общей связи.
Что там случилось? Почему мне не доложили? Ускоряю шаг, предчувствуя, как закипает во мне кровь, подстёгивая ярость.
В коридоре уже топчется пару рядовых. Вынырнувший из лифта врач, оттолкнул их, и только тогда я увидела лежавшую на полу землянку, всё лицо и ноги который были в крови, платье на груди разорвано. Она тяжело дышала и с ужасом смотрела на окруживших её барсов. Так это из-за неё такой переполох?
– Крог, в чем дело? Что тут у вас?
Офицер зло кивнул на стоявшего в каюте барса.
– Да этот, второго человека портит. Паразит, у меня рук не хватает, а он… Через день выходим в сектор. А если там атмосферная планета? Надо на разведку людей гнать, а где я их возьму, если каждый солдафон будет раба портить!
На слово «солдафон» офицер поморщился, но не набрался смелости возразить Крогу.
– Что с ней? Жить будет?
– Да, генерал, – доктор брезгливо осматривал землянку, – но придётся повозиться, иначе можно потерять.
– Работай, – киваю доктору, и поднимаю глаза на провинившегося, тот бледнеет и усиленно моргает глазами, пытаясь скрыться от моего взгляда. – Теперь ты. За порчу имущества Барсата, лишаешься права иметь собственного раба и при высадки на новую планету идешь в разведку в первых рядах. Крог, зафиксируй мой приказ, проследи, чтоб здесь навели порядок, и потом жду тебя у себя.
Мало у меня проблем, так ещё и садисты на мою голову. Расслабились ребятки, разленились. Скорей бы новые планеты, так уже хочется осесть и зажить нормальной полноценной жизнью.
– Что там за шум? – Трош стоял у моей каюты, то ли специально поджидая, то ли только-только подошёл.
– А, – отмахиваюсь я, открывая дверь. – Крог сейчас придёт и всё доложит. Ты где был? Что-то я тебя давненько не видела? Спишь? Вон брюхо отъел.
– Вот ты злыдня! Нет у меня никакого брюха, я себя умею в форме держать. А не видела, потому что в машинном торчу, слежу за ремонтом контура.
– Успешно? – хмыкаю я, хотя понимаю, что контур – дело нужное.
– Справляемся. Сама зашла бы посмотрела.
– Да надо, всё никак не доберусь.
Трош как всегда развалился в кресле. Действительно, про брюшко я пошутила, он всё в той же прекрасной форме, чего нельзя сказать о себе.
Крог заглянул в приоткрытую дверь, и, уловив мой кивок, присоединился к нам.
– Рассказывай в чём проблема.
– Да, бесятся немного, – Крог угрюмо сморщился и сел на предложенный стул.
– Опять Саво начудил? – Трош вглядывался в лицо офицера, пытаясь понять тяжесть произошедшего.
– Да, он, – кивнул тот в ответ. – Кровь молодая, женщин мало, вот и тянет на экзотику.
–Хм, – Трош похотливо улыбнулся и закатил глаза, – есть такое… Как насмотришься их эротических фильмов самому хочется залезть на такую маленькую бестию.
– Самцы, – меня аж затошнило от отвращения. – Фильмы все изъять. Ослушавшемуся – лишение личного раба и разведка вне очереди. Кстати, Крог, ты сказал, что он уже двоих людей испортил. Почему мне сразу не доложил? Почему не наказал виновного?
– Хм, в первый раз была, скорее самооборона, я решил, что для людей это пойдёт на пользу.
– Что значит самооборона? Люди начали нападать на барсов? – начинаю вскипать от его тупости и самоуверенности. – И ты считаешь, что я не должна об этом знать?
– Не горячись, это я приказал не беспокоить тебя по ерунде, – Трош демонстративно зевнул и почесал себя за ухом. – Там всё обстояло так: Саво решил поразвлечься со своей землянкой, а та давай брыкаться и орать во всё горло. Ну, один из её соплеменников к своему несчастью проходил мимо, услышал крики женщины и решил вмешаться. Впрочем, его слабые попытки отбить девчонку только ещё больше раззадорили Саво, вот он и не рассчитал силы, приложился к дохляку кулаком, тот и умер. Я распорядился для усмирения землян выставить тело погибшего на общем вечернем сборе землян, и сказал, что раб наказан за неповиновение представителю высшей расы. А Саво попросил впредь воздерживаться от насилия и не допускать смерти землян.
– Попросил он, – фыркаю я, а в глубине души готова убить и одного и другого и третьего в придачу! Безмозглые животные! Впрочем, что я хочу от мужчин, их мозгами рулят инстинкты, не более. – Ладно. Довести до сведения каждого барса, о наказании Саво, чтоб другие в следующий раз подумали, прежде чем решаться убить раба. Нас слишком мало, и без людей нам не выжить.
– Тут ты права, – Трош одобрительно кивнул. – Мне б ещё пару человек в машинное, а то барсы и так с ног валятся, работая по пять-шесть часов в день.
– Посмотрим. Только ума не приложу, откуда можно снять. Впрочем, если чао освоились с земной кухней, то можно оттуда снять пару человек, да с пошивочного цеха. Крог, на сегодняшний день все получили новое обмундирование?
Тот на минуту задумался, что-то то ли считая, то ли вспоминая.
– Завтра последние комплекты должны поступить из цеха. Но нужен и запас, плюс хотелось бы не только форму, но и домашнее, повседневное…
– Где ты здесь дом видел? Пока у нас у всех только служба. Оставь пару швей на срочные нужды, а остальных направляй в машинное и в рубку.
Крог и Трош переглянулись, понимая, что из швей и поваров помощники ещё те, следовательно, нужно проработать ещё раз над специализацией землян и перераспределить обязанности. Исполнитель воли, вздохнув, поднялся со стула и вышел из кабинета. Трош попыхтел немного, потом поднялся к кувшину с водой и налив себе стакан, залпом осушил половину.
– Надеюсь, Маргыш, твой указ по поводу эротических земных фильмов на меня не распространяется?
Удивлённо вскидываю брови, но понимаю, что возражать не стоит. Мы пока ещё с ним здесь на равных и ссоры мне не нужны.
– Смотри уж, старый развратник, только землянок не порть. Я вообще не понимаю, что вы в них нашли? Мелкие, бледные и волосы жидкие, никакие. Это как иметь связь с недоразвитым барсом-карликом. Бррр.
– Не скажи. У карликов тело неправильное, пропорции не соблюдены, а эти точно такие же, как мы, только миниатюрнее. А цвет кожи придает некую пикантность, и добавляет эротичности всему происходящему, – глаза Троша похотливо заблестели, а руки слегка стали подрагивать. – Она как кукла, вся вот тут, у тебя под рукой, и всё, что должна иметь самка у неё есть, только узенькое, маленькое, но такое…
Он уже весь дрожал и возбужденно дышал. Надо сказать честно, что и меня несколько распалили его речи, заныло в пояснице и пересохло во рту. И стоило только его рукам прикоснуться к моей спине, я поняла, что сдержаться не могу, да и не хочу. К тому же секс может заменить тренажерный зал на сегодня.
– Маргыш, ты такая восхитительная, такая сексуальная, желанная, – его голос обволакивает меня, заставляя урчать в ответ и откликаться на его ласки. – Здесь или в спальне?
– Лучше в спальне, – улыбаюсь в ответ. – Сегодня тебе придёться поработать на полную, так просто ты от меня не уйдешь.
– Гммм, – довольно хрюкает Трош и, легко подхватив меня на руки, несёт на кровать. – Может, для затравки посмотрим филь?
– К неонцам людей и их фильмы! Не томи! Иначе я перегрызу тебе горло!
– О! Давно не видел свою Маргыш в таком возбуждении. Сладкая моя…

Нега всё ещё холодит моё тело. Как хорошо вот так лежать на удобной кровати и ничего не делать и ни о чём не думать. Только я и моё тело. Вот только этот ещё рядом лежит. Смотрю на него и каждый раз удивляюсь откуда он силы берёт, в его-то возрасте? Да, не удивляюсь теперь, что у него была куча детей, жена, небось, из постели и не вылезала. Эх, а вот мне пора. Корабль уже минут двадцать как вышел в сектор. Надо идти к Бронгу и как обычно подгонять его с исследованиями. Хоть бы нам на этот раз повезло!

2.

Какой день мы здесь? Совсем сбился, да и не знаешь, как считать по-нашему или уже по барсатовскому. Склоняюсь ко второму. Если честно, то уже привык к новому, удлиненному распорядку дня. А в первые дни было тяжело. Хотя, тяжело было скорее морально, когда поняли, что мы здесь не мирная делегация, а просто рабочий скот, которого в любую минуту можно пристрелить или выкинуть за борт. Жаль ребят. Нет, сколько раз говорил себе: не вспоминать, не думать, но глупая голова всё помнит и ничего не прощает. Благодарю бога, что здесь собрались умные люди, иначе жертв было бы гораздо больше. Ничего, человек существо хитрое, мы что-то придумаем, я в этом уверен. Надо только набраться терпения и смотреть в оба.
Хотя, мне грех жаловаться, я же изначально хотел покопаться в их двигателях да в шлюпках, вот я это и имею. Физику процесса пока не понял, но принцип устройства некоторых узлов уже уловил. Мне интересно, и поэтому скудное питание и спартанский образ жизни меня не так тяготит, как других. Девчонок жалко. Им, конечно, не хватает комфорта, да и работа у них потяжелей.
– Серега! – оборачиваюсь на Борькин голос. Он ускорил шаг, догоняя меня. – Ты освободился? И меня отпустили. Слышал, сегодня опят тот урод на Сару напал. Живая, но в тяжёлом состоянии. Больше информации нет. Придём, у Пьера всё узнаем.
– Я вот думаю, а не подкараулить нам этого садиста, да не придушить потихоньку?
– Мысль хорошая, но плохая. Барсы так этого не оставят и наши люди обязательно поплатятся за это. Ты хочешь репрессий? – Борис сверлил меня взглядом, и мне ничего не оставалось, как отрицательно покачать головой.
– Ты прав, глупость сказал.
Мы подошли к нашему отсеку. Точнее эти каюты предназначались для чао, но их потеснили и людям выделили два помещения, по десять человек в каждом. Остальные жили там же, где мы провели первые дни. Так получилось, что и Борис и Наташа так и остались рядом, а вот Олег остался там. Я его с тех пор видел всего один раз и то мельком, мы почти не пересекаемся со второй группой. Только девчонки с кухни поддерживают связь и передают нам новости.
Живём тесно, всё на тех же матрасах и откидных столах и стульях. Появились только встроенные шкафы с полками, куда распихали свой нехитрый скарб.
Борис уже сидит за столом. Ну да, ему всего и надо, что вымыть руки, а мне, после машинного отделения, приходиться мытья с ног до головы. Нет, там нет привычного для нас мазута и смазки, у барсов все детали все узлы пересыпаны серым порошком, который забивается везде и въедается в кожу. Первые дни от него ужасно чесался нос и хотелось чихать, но потом ничего, привык.
Привычно подсаживаюсь к Борису. Мы стараемся держаться вместе, когда наши часы отдыха совпадают.
– Наташу не видел? – я оглядываюсь по сторонам, пытаясь высмотреть её среди чао и людей.
– Нет. Что нового в машинном отделении?
– Да так, – пожимаю я плечами и наваливаюсь на еду. – Если я всё правильно понимаю, то контур практически починили, осталось собрать и откалибровать и настроить в унисон с другим.Тогда займёмся профилактикой другого. Словом, работы не початый край. А у тебя?
– Я смотрю, ты уже неплохо разбираешься в их двигателе.
– Контуре, – на автомате поправляю его. – Это не двигатель, это нечто совсем другое. Я не физик и до сих пор не понимаю, для чего нужны те или иные узлы. Но уже понял некую закономерность, принцип общей работы механизмов.
– Это всё отлично, только давай без фанатизма. Точнее, я хочу чтоб ты и дальше по максимуму изучал эти контуры, но делай это осторожно, чтоб барсы не заподозрили, что ты много знаешь. Тупи, делай из себя идиота, пусть они как можно больше тебе объясняют и считают простачком. Понятна задача?
– У тебя есть план?
– Нет, пока нет, – Борис вздохнул и уставился в тарелку. – Но он будет, надо только ждать и готовиться к нему. Кстати, ты их язык учишь?
– Нет. А как? Они же с переводчиком всегда.
– Ты же не глухой, слушай, запоминай, пообщайся с чао. Они кстати, очень охотно идут на контакт и девчонки уже почти все хоть немного, но понимают по барсатски.
– В машинном нет чао.
Чёрт, он прав, но до чего же я не люблю учить иностранный язык!
– Ладно, – смилостивился Борис, увидав мою кислую физиономию. – Попрошу Наташу, чтоб лично с тобой позанималась. По моим данным мы вот-вот выходим из межпространства. Надеюсь, что нас с тобой не пошлют на разведку. Да и неизвестно, будет ли что стоящее.
– А жаль. Так хочется пройтись по травке, подставить лицо ветру.
– Я, смотрю, ты романтик, – Борька хмыкнул и толкнул меня в бок. – А как же твои железяки?
Ага, можно подумать он сам не скучает по Земле. Просто мы все стараемся помалкивать на эту тему, не травим себе зря душу. Только по ночам слышны тихие всхлипывания или вой в подушку.
¬– Привет, ребята, – Наташа, как всегда улыбалась и хорошо выглядела. – Похоже, меня отсюда забирают и переводят в рубку. Так что, буду работать с Борисом, правда, не факт, что в одной смене.
– Ты знал? – с подозрением смотрю на друга.
– Нет. Слышал, что хотят к нам ещё людей добавить, но откуда мне знать, кого они пришлют.
– Ой, а я рада, что меня забирают с кухни, – Наталья подсела к нам и налила себе компот. – Не люблю готовить, такая скукота, что выть хочется. Одна радость была – язык учить у чао. Но они немногословны и туповаты. Словарный запас мал и однозначен. Хотя добрые и отзывчивые. Удивляюсь, как они уживаются с грубыми и спесивыми барсами. Те ведь относятся к ним, как к рабам, то есть так же как и к нам. Но мы их просто терпим, а в силу сложившихся обстоятельств вынуждены подчинятся. А чао? Не понятно.
– Наташ, а они откуда на корабле? Может, и их барсы захватили обманом, как и нас?
– Нет, они все с Барсата, – вмешался Борис, – я разговаривал с несколькими чао, и все говорят одно и то же. Два разумных вида на одной планете, вот тебе и результат. Кто-то стал доминирующим, кто-то остался в подчинении. Закон природы.
– Закон джунглей, скорее, – возражаю я.