Территория, Ужасные ужасы Опции

[Трэш-кин]

Глава первая. Ягуар



До фермы Эльдар доехал к девяти утра, когда июньское солнце уже палило вовсю. Воздух дрожал от жары, а на капоте черной Волги можно было пожарить яичницу.
Он вышел из машины, чувствуя, как футболка неприятно липнет к вспотевшей спине. Проклятый зной! Сощурив глаза, Эльдар недовольно посмотрел на безоблачное небо и подумал, что к полудню жара сравнится с адским пеклом. Ну, ничего, к тому времени он уже будет дома, в своей двухкомнатной квартире в центре Тихой пади, где новенький кондиционер, два вентилятора и опреснитель воздуха создадут островок Рая в этом море летнего зноя.
Эльдару в марте исполнилось двадцать два, но выглядел он значительно моложе. «У тебя лицо мальчишки», - такие слова ему доводилось слышать не раз. Эльдару это нравилось – лицо мальчишки, как маска, скрывающая сущность хищника, ягуара, с которым он себя олицетворял. Черные, вечно всклокоченные волосы, по всей видимости, записавшие расческу в разряд злейших врагов, темные глаза, из глубин которых будто смотрели безумные чертенята – все это делало его внешность довольно примечательной. По поводу глаз одна молодая особа ему сказала так: «Когда я в них смотрю, то не знаю что от тебя ожидать в следующую секунду – то ли в морду дашь, то ли приласкаешь?» Тогда он ее приласкал, а в морду дал лишь спустя неделю.
Он взял с пассажирского сиденья небольшую спортивную сумку, захлопнул дверцу Волги и направился к дому. Туфли из змеиной кожи тут же покрылись слоем пыли. Чертовому фермеру следовало бы проложить дорожку к крыльцу, подумал Эльдар. Некоторые люди просто наплевательски относятся к собственному комфорту.
Справа, в сотнях шагов от дома находился свинарник, возле которого стояли синий трактор и какой-то ржавый агрегат. За свинарником начиналось картофельное поле. А вдалеке, в дрожащем мареве виднелись деревенские дома и водонапорная башня, похожая на причудливый гриб.
Эльдар поднялся на крыльцо и постучал. Дверь открыл невысокий жилистый мужчина в выцветшей зеленой рубахе и просторных штанах. Его кожа была коричневой от загара, в коротких каштановых волосах пробивалась седина, а в бледно-голубых глазах ощущалась тоска, будто в них поселилась частичка осеннего пасмурного неба.
- Эльдар? – с волнением в голосе проговорил он. – Я знал, что ты приедешь. Когда Черномор не захотел со мной говорить по телефону, я понял: жди гостя.
Эльдар изобразил на лице сочувствие и печально улыбнулся:
- Мне жаль, Иван Сергеевич, но ты сам во всем виноват.
- Входи, - фермер открыл дверь шире, пропуская гостя в дом.
Внутри было не намного прохладней, чем снаружи. Пахло земляникой и выпечкой. Из кухни, вытирая руки полотенцем, вышла хозяйка – полная румяная женщина с волосами пшеничного цвета.
- О, у нас гости? – радушно сказала она.
- Это ко мне, по делу, - ответил Иван Сергеевич.
Эльдар заметил, как быстро веселые искорки в глазах женщины погасли, сменились тревогой. Растерянно она спросила:
- Хотите квасу?
- Не откажусь, спасибо, - ответил Эльдар.
С опаской косясь на гостя, женщина ушла на кухню, а гость и фермер проследовали в гостиную и уселись за стол, над которым нависал старомодный желтый абажур.
- Пусть она уйдет, - тихо произнес Эльдар.
Иван Сергеевич вздрогнул, будто на него повеяло холодом.
- Что?
- Скажи жене, чтобы вышла из дома.
- А, да-да, хорошо, - кивнул фермер.
Хозяйка принесла кружку с квасом и поставила ее на стол рядом с гостем.
- Слушай, Зин, - Иван Сергеевич коснулся локтя жены, - у нас тут разговор будет серьезный. Нам бы наедине…
Женщина посмотрела на Эльдара, потом на мужа, уже открыла было рот, чтобы что-то сказать, но передумала. С поникшими плечами она покинула гостиную, взяла в коридоре ведро и вышла из дома.
Эльдар выпил полкружки кваса, вытер губы ладонью.
- Итак, Иван Сергеевич, мне нужен твой палец, - проговорил он.
- Палец, - обреченно повторил фермер. – Черт возьми! Мне нужно поговорить с Черномором, - он с надеждой посмотрел на Эльдара. – Я объясню ему. Давай прямо сейчас поедем к нему…
- Мы никуда не поедем! – резко перебил его Эльдар. – Он не хочет с тобой говорить. Время вышло.
- Да у меня уже на следующей неделе будут деньги. К чему такие крайности? – у Ивана Сергеевича на лбу выступили крупные капли пота.
- Крайности?! – Эльдар хлопнул ладонью по столу. – Мать твою, фермер, я помню, как ты явился к Черномору и попросил в долг до пятнадцатого числа. До пятнадцатого! – он поднял палец вверх. – Он дал тебе эти десять штук без лишних разговоров, причем с копеечным процентом. Вот честное слово, не понимаю таких людей как ты. Божился, что отдашь деньги в срок, и на тебе – кинул!
- Обстоятельства, - поморщился Иван Сергеевич.
- Что?! Обстоятельства?! – выкрикнул Эльдар. Он чувствовал, как в нем пробуждается ягуар. Нужно взять себя в руки. Сейчас не время и не место. Он быстро допил квас и уже спокойно сказал: - Ты ведь знал что будет, если не отдашь долг в срок, верно?
- Знал, - мрачно подтвердил фермер.
- Мог бы трактор продать, или еще что. О чем ты вообще думал? Надеялся, что Черномор даст отсрочку? Войдет в положение? Да не такой он человек. Черномор не терпит, когда не держат обещания. И знаешь, я с ним согласен. Нет ничего хуже, чем подорванное доверие. Это сродни предательству.
- Какой палец заберешь? – Иван Сергеевич посмотрел в глаза Эльдара и тут же отвел взгляд, будто обжегся.
- Это тебе решать.
- Тогда – мизинец. Мизинец на левой руке.
Эльдар расстегнул свою сумку, вынул и положил на стол нож в чехле, шприц, бинт, бутылочку с перекисью водорода, ампулу с обезболивающим и небольшую разделочную доску. Ампула, перекись, бинт – Эльдар считал, что должник, конечно, должен быть наказан, но не обозлен до предела. Обозленный человек может наделать глупостей. А так фермер хоть и лишится пальца, но и почувствует толику благодарности из-за того, что с ним не обошлись как с последним ничтожеством, медицинскую помощь оказали. Психология.
- Не понимаю, - усмехнулся Эльдар, - почему все выбирают мизинец? Как по мне, так средний палец самый бесполезный, - он отколол ампулу и набрал в шприц обезболивающее.
Иван Сергеевич смотрел на его приготовления с ужасом, а потом собрался, взял себя в руки и ужас сменился суровостью.
- Ничего, - с вызовом произнес он, - палец не рука. Переживу.
- Правильно мыслишь, Иван Сергеевич. На жизнь нужно смотреть с оптимизмом, - Эльдар обошел стол и вколол обезболивающее в основание мизинца фермера. – Вот так. Отлично, - он положил шприц на стол и взял нож. – Сам себе отрежешь или я?
- Отрезай ты, я не смогу, - Иван Сергеевич положил ладонь на разделочную доску, и Эльдар ощутил, как в предвкушении крови внутри зашевелился ягуар.
Через десять минут он вышел из дома, а в сумке, в пластиковом пакетике лежал отрезанный палец. Дело сделано. Он знал, что фермер будет молчать. И его жена промолчит. Страх лучший стимул немоты, для возмущенных правдоискателей. Перед уходом Эльдар сказал Ивану Сергеевичу, что приедет через неделю, если тот не отдаст долг. Приедет и отрежет уже два пальца. Впрочем, он не сомневался: фермер найдет деньги. А теперь пора домой, пока солнце не превратило мир в раскаленный Ад.
Эльдар сел в машину и поехал прочь от дома фермера, поднимая колесами облака пыли.
До города он добрался за сорок минут. Проехал мимо поста ГИБДД, свернул на улицу Лесной бульвар, где вдоль дороги выстроились однообразные кирпичные пятиэтажки. Тихая падь был небольшим городом – двадцать минут пешком от северной окраины до южной. Маленькое королевство Черномора, как про себя называл его Эльдар. Он проехал мимо кинотеатра «Звездочка» и остановился возле единственного в городе супермаркета. Нужно было купить пару бутылок минералки.
Эльдар вышел из машины, и тут его внимание привлекла кошка. Рыжая, облезлая – она лежала на бетонном бордюре, в тени ветвистого тополя.
Он подошел к ней, присел на корточки и погладил. Кошка замурлыкала.
- Хорошая, - ласково произнес Эльдар, и это так не сочеталось с безумными чертиками в его глазах. – Хорошая. Голодная, наверное? Подожди меня здесь.
Он поднялся и быстрым шагом направился в супермаркет. Вышел через пять минут с минералкой и колечком дорогой копченой колбасы.
Кошка набросилась на колбасу с жадностью, с урчанием, а Эльдар с довольным видом смотрел на ее трапезу и думал, что кошкам в Тихой пади живется не плохо. Ведь в городе почти не осталось бродячих собак – он, Эльдар, их всех перебил. Ночная охота на мерзких псин было для него делом привычным и приятным. Ягуар терпеть не мог собак.
Зазвонил телефон.
Эльдар вынул из кармана сотовый и, не отрывая взгляда от кошки, произнес:
- Слушаю, Черномор.
- Уже вернулся?
- Да, все сделано.
- Отлично. У меня к тебе будет еще одно задание, - Черномор говорил ровно, неторопливо. – Разыщи мне Воя. Привези этого урода ко мне к вечеру. Скажи, я хочу с ним всего лишь поговорить.
- Привезу, - ответил Эльдар.
Единственно, кого он опасался в Тихой пади, так это Воя, Семена Войнова. Вой – человек резкий, если что, мог и в морду дать, к тому же, у него была собака.

[Трэш-кин]

Глава пятая. Поляна


«Какой же я идиот!» - злился на себя Вой. Ему хотелось кричать от бессилия. Это надо же самому, по доброй воле, сунуться в ловушку? Что теперь делать? Он судорожно пытался найти выход из положения. Хоть какой-то вариант. Нет, Черномор не остановится, осуществит задуманное. Оставалось только смотреть, как белобрысые ублюдки закладывают у основания каменного дерева взрывчатку. И откуда Черномор ее достал? Хотя, для таких как он, ничего невозможного нет. Все ведь продумал, скотина. Заранее подготовился.
Вой сидел на земле, на окраине поляны, почти в том самом месте, где еще утром наслаждался лесным спокойствием. Руки и ноги были обмотаны скотчем. Ноги связали после того, как пришли на поляну и Вой вдарил мысом кроссовки в пах белобрысому парню, а потом попытался убежать.
Рядом стоял Черномор в штанах цвета хаки и белой рубахе с коротким рукавом. Эльдар с недовольным видом сидел на бревне и вытирал платком с туфли грязь, которую можно было разглядеть только под лупой. Как только выехали из особняка, Эльдар заявил, что хорошо бы заехать к нему домой, чтобы он смог переобуться. Жалко ведь туфли. Но Черномор был против: «Времени не будем терять», - сказал, как отрезал.
Джип оставили на лесной дороге, в полукилометре от поляны, так что оставшийся путь Кириллу и Эдику – белобрысым парням – пришлось тащить ящик со взрывчаткой. По дороге Вой пытался вырваться, ему даже удалось двинуть плечом Эльдара и пихнуть Кирилла и Эдика так, что те уронили ящик. Но Черномор опять проявил чудеса ловкости: подскочил сзади, сделал удушающий захват, а тут уж и остальные опомнились, завалили, скрутили и надавали тумаков.
Сейчас, сидя связанным на краю поляны, Вой с отчаянием думал, что еще в машине нужно было устроить потасовку. Вдарить головой по затылку Кириллу, который сидел за рулем. Кто знает, может, тот крутанул бы руль, съехал бы в кювет, врезался в дерево. А теперь, когда шанс упущен…
- Вы скоро там? – крикнул Черномор. Он стоял, скрестив руки на груди.
- Уже скоро, - весело откликнулся Кирилл. Эдик, который ему помогал укладывать взрывчатку, был не столь радостным – давала знать боль в паху.
- Смотрите, ничего там не перепутайте.
- Все будет как надо.
Вой напрягся, пытаясь разорвать путы и наперед зная: ничего не получится. Его лицо стало пунцовым.
Черномор усмехнулся, заметив его старания.
- Ни как, да? Ты бы лучше расслабился. Наслаждайся природой. Смотри, какой тут воздух, - он прикрыл глаза, раскинул руки и сделал глубокий вдох. – Красота! Просто чудо какое-то. Всегда мечтал жить в лесу, в избушке. Знаешь, Семен, я, наверное, так и сделаю. Брошу все к чертовой матери, и уеду в глухую тайгу жить. Эй, Эльдар, не хочешь поехать в тайгу?
- Нет, спасибо, мне и здесь хорошо, - угрюмо ответил тот. Он закончил чистить туфли и теперь, приставив козырьком ладонь ко лбу, смотрел на небо поверх деревьев. – Кажется, дождь будет. Вон тучи ползут.
- Дождь, это хорошо, - заметил Черномор.
Отчаяние Воя достигло предела.
- На кой черт тебе дерево-то взрывать?! – заорал он. – Ну, хочешь меня наказать – накажи, но дерево-то тут причем?!
Уголки губ Черномора поползли вверх. Некоторое время он с умилением смотрел на Воя, а потом изобразил ногами что-то вроде чечетки и нараспев проговорил:
- Де-рево, де-ре-во. Что за чудо-де-ре-во. Мы его сажа-ли, мы его расти-ли, - отплясывая он повернулся на месте. – Выросло оно большое и краси-во-е. Де-рево, де-ре-во, - Черномор хлопнул в ладоши и остановился.
- Да ты псих! – выдавил Вой. – Тебе место в психушке!
- Был я там, - продолжая улыбаться, ответил Черномор. – По молодости. Э-эх, моя молодость! – он тряхнул головой. – Как вспоминаю, так содрогаюсь.
Эльдар невесело усмехнулся, а Вой постарался взять себя в руки и успокоиться. Нужно во что бы то ни стало убедить Черномора не взрывать дерево. Но как?
- Послушай меня, - торопливо заговорил он. – Ну, зачем тебе это? Сам посуди, люди в Тихой пади и деревнях вокруг относятся к дереву как к святыне. А когда они узнают, что именно ты его уничтожил? Зачем тебе портить репутацию?
- Резонно, - буркнул Эльдар.
- Ты-то помолчи, - осек его Черномор и обратился к Вою: - А с чего ты взял, что люди узнают? Я никому не скажу, Эльдар не скажет, олухи белобрысые – тоже. Ты расскажешь? Вряд ли, ведь за это твои друзья поплатятся.
Вой поморщился, словно раскусил жгучий перец, и натужно проговорил:
- Но зачем? Это же все бессмысленно, - его гнев начал уступать место страху. Перед глазами встала фотография, на которой каменное дерево разрушалось, а обломки ветвей и ствола падали в стелющуюся по земле мглу. Это же было предупреждение! Никакой не симптом начинающейся болезни, а мистическое предупреждение. Знак. Каменное дерево, которое простояло многие века, пережило тысячи ураганов и студеных зим, будет разрушено. Оберег будет уничтожен. Морбесты! Слово ворвалось в сознание Воя, причинив боль. Он застонал.
Черномор склонился над ним и шепотом, будто доверяя тайну, произнес:
- Это не бессмысленно. Я еще в жизни ни делал ничего более важного. Ты ведь все понимаешь, верно? Все понимаешь, - Вой видел, как блестят его глаза. – Но я знаю, почему ты так дрожишь над этим деревом. Знаю правду.
- Что ты несешь?! – прошипел Вой. – Ты хоть сам понимаешь, мать твою, что ты несешь?!
Черномор выпрямился и приставил палец к губам.
- Тс-с-с… Помолчи, Сема. Помолчи. Скоро все закончится, - он повернулся и посмотрел на приближающиеся тучи. Иссиня-черные, подсвеченные в авангарде солнцем, они с мрачной неумолимостью пожирали синеву неба. – Будет гроза, - тихо проговорил Черномор.
Подтверждая его слова, раздался далекий рокот грома, будто утробно заурчал огромный зверь. Начал подниматься ветер.
Вой с надеждой посмотрел на каменное дерево, прошелся взглядом по его ветвям. Этот дуб для него всегда олицетворял вечность, то, что было и будет всегда. Как звезды. Как время. Может, он выстоит? Может, дуб бережет какое-то волшебство, и нет на земле силы, способной разрушить его? Вой понимал, что цепляется за соломинку, но больше ведь ничего не оставалось, как надеяться на чудо.
- Все готово! – с довольным видом выкрикнул Кирилл, и похлопал ладонью по каменному стволу. Эдик раскручивал небольшую катушку с запальным шнуром.
- Наконец-то, проворчал Черномор.
Эльдар вздохнул. Ягуар внутри тревожился. Что-то давило на сознание, и это было не ощущение грозового фронта, не приближение бури, а нечто иное. Подобное он испытывал два года назад, когда убил ту светловолосую девушку в Москве. Девушку, которая разозлила ягуара. Свидетелей убийства не было и по всему выходило, что Эльдара никто не заподозрит, но ягуар тревожился, он чувствовал: нужно бежать из Москвы! Эльдар помнил ту тяжесть, давящую на сознание, будто могильная плита. Тогда ему казалось, что некое вселенское око шарит своим взором по поверхности планеты Земля, выискивая его и ягуара. Тяжелое было ощущение, почти как сейчас. Но почему? Чем вызвана тяжесть на душе? Что в этот раз тревожит ягуара?
- Может, все-таки оставить дерево в покое? – спросил Эльдар. Он знал, каков будет ответ, но не мог ни сделать попытку.
- Все будет, как я решил, - с недовольством посмотрел на него Черномор. – А если и дальше станешь сомневаться в моих решениях, уволю к чертовой матери. Понял?
- Понял, - хмуро проговорил Эльдар.
- Вот то-то.
Подошли Кирилл с Эдиком.
- Ну что, остается только фитиль поджечь, - улыбнулся Кирилл. – Мы сделали так, чтобы взрывчатка рванула одновременно во всех местах.
- Ничего не напутали? – строго спросил Черномор.
- Все четко, - всплеснул руками Кирилл. – Все по инструкции, как знающие люди рассказали.
Над лесом прокатился рокот грома. Ветер усилился. Тень от плывущих по небу туч двигалась по поляне, накрывая каменное дерево мрачным саваном.
- Тогда не будем медлить, - Черномор вытер ладонью испарину со лба. – Только отойдем подальше. Кирилл, Эльдар, оттащите Воя.
Через минуту Черномор, Эльдар, Вой и Кирилл были в достаточной безопасности, метрах в пятидесяти от каменного дуба и под прикрытием древесных стволов. А Эдик стоял возле запального шнура, ожидая команды.
- Поджигай! – крикнул Черномор, и когда уже Эдик чиркнул зажигалкой, замахал руками: - Нет, постой! Погоди пока!
Он быстрым шагом направился к каменному дереву.
- Будь ты проклят, урод! – бросил ему вслед Вой.
- Лучше не зли его, - буркнул Эльдар. – Мало ли что.
- Пошел ты, гнида!
Черномор подошел к дубу и помочился. А когда вернулся, снова скомандовал:
- Поджигай!
Эдик запалил шнур, секунду смотрел, как он горит, после чего со всех ног бросился к остальным.
Из груди Воя вырвался стон. А Черномор задрожал от возбуждения. Скорчив гримасу, он с пылом произнес:
- Эх, щас рванет!
Задрожал и Эльдар, но по другой причине: тревога нарастала с каждым ударом сердца. Ягуар внутри издал рев…
- Убью вас, твари! – сквозь стиснутые зубы выдавил Вой.
Раздался взрыв, еще один и еще - алые вспышки, пронзенные каменным крошевом. Грохот поглотил тишину леса, устремляясь волной в разные стороны, взметнув слой земли и сорвав с растущих вокруг поляны деревьев листву. Заклубилась серая пыльная мгла, сквозь которую проступал силуэт оседающего, будто уходящего в недра дуба. Эхо взрыва словно застыло на одной гудящей ноте, в которую вплетался скрежет ломаемого камня. Дерево рухнуло, врезалось в землю осколками ветвей и, подняв еще одно облако каменной пыли.
Эхо растворилось в лесной дали, и теперь только ветер шумел листвой. Под его порывами пыльная мгла над поляной начала быстро рассеиваться.

Все долго молчали, глядя на каменные обломки, которые походили на разрушенный скелет древнего чудища. Вой не мог поверить своим глазам: вот только что дуб стоял, как вечный незыблемый монолит, и вот его нет! Останки, хаос. Это зрелище казалось нереальным, миражом, который скоро рассеется. В голове гудело после взрыва, в отличие от остальных, у Воя не было возможности закрыть уши. «Дерево больше нет! - сквозь колокольный звон ворвалось в сознание. – Я не смог его уберечь. Не смог!»
- Вот это да! – захлопал в ладоши Черномор. – Как рвануло, а? Это было что-то!
Он пошел к поляне, а за ним двинулись Кирилл и Эдик. Кроны деревьев озарила вспышка молнии, и через несколько секунд пророкотал гром.
Вой поднялся на ноги, в два прыжка добрался до клена и прислонился к нему плечом.
- Разрежь скотч, - мрачно обратился он к Эльдару, который ссутулившись, задумчиво смотрел на землю перед собой. – Хотя бы на ногах.
Эльдар посмотрел на Воя и нахмурился.
- Не стоило мне сегодня эти туфли надевать, - тихо проговорил он, после чего поджал губы и тоже направился к поляне.
А через несколько секунд произошла странная вещь: у Черномора, Эльдара, Кирилла и Эдика одновременно затрещали сотовые. У кого в кармане, у кого в чехле на поясе, они начали издавать резкий звук, похожий на приглушенные автоматные выстрелы.
- Что за черт? – Черномор настороженно взглянул на парней, и первым вынул из кармана рубашки телефон. Его примеру последовали остальные.
У всех на экране сотовых было одно и то же: серая рябь, на которой мелькали белые и черные точки. Треск то становился сильнее, то почти стихал, будто внутри телефонов шла отчаянная перестрелка с паузами на перезарядку оружия.
- Странно, - уставившись в экран, произнес Черномор.
- Это, должно быть, из-за грозы, - предположил Кирилл.
- Возможно.
Тучи вспыхнули грозовыми всполохами.
Эльдар полностью отключил свой сотовый и сунул обратно в карман. Потом оглянулся и посмотрел на Воя, который скачками приближался к поляне. Ягуар внутри все еще тревожился. Что-то было не так. Он чувствовал в воздухе напряжение. Телефоны трещали из-за грозы? Чушь! Дело не в грозе. Ягуар чуял опасность. «Оно приближается», - Эльдар содрогнулся от этой неожиданной мысли. Но что «оно»? Словно отвечая на его вопрос, ягуар заставил его резко повернуться и уставиться в центр поляны. «Оно уже близко! Уже здесь!» Волосы на затылке Эльдара зашевелились, от лица отхлынула кровь…
«Уже здесь!»
В следующую секунду из земли, заваленной обломками каменного дерева, взметнулось что-то фиолетовое, полупрозрачное, похожее на лепесток гигантского цветка.
Эльдар попятился. Вой споткнулся и упал. Черномор, Кирилл и Эдик застыли как вкопанные, ошарашено глядя, как из-под земли один за другим вытягиваются, будто сотканные из жидкого стекла, испускающие бледные фиолетовый свет, лепестки. Раздался звук похожий на стон, воздух задрожал.
- Что это?! – выдохнул Черномор. Он с такой силой стиснул в руке мобильник, что тот хрустнул.
Лепестки медленно извивались, с меланхоличной грацией поднимаясь все выше и выше. Они образовывали конструкцию, напоминающую бутон громадного тюльпана. Сквозь лепестки просвечивалась черная сердцевина – она шевелилась, пульсировала. Тяжелый вздох повторился, и лепестки завибрировали, на их поверхности как на фотопленке проявились темно-синие нити, похожие на вены. Бутон стал вышиной с деревья, что росли вокруг поляны.
Эльдар чувствовал, как по спине текут струйки пота. Ноги, словно сами по себе, делали шажок за шажком, отступая. Взгляд был прикован к черной сердцевине в бутоне. Вспышка молнии отразилась в глазах Эльдара, заставив его вздрогнуть.
- Нужно убираться отсюда, - услышал он хриплый голос Воя.
Бутон поднимался и оседал, вздымался и оседал – казалось, что он дышит. Воздух наполнился сладковатым запахом, какой бывает от подгнивших фруктов.
Вой поднялся на колени и с трудом отвел взгляд от бутона. «Эта штука невероятно красива, - подумал он. – Но опасна!» Лепестки ему напомнили фосфоресцирующих глубоководных существ, плывущих во мраке океана, которых он видел в документальных фильмах. Те существа всегда вызывали в нем страх.
- Боже мой! – в глазах Черномора горело восхищение. – Это… это чудо! – он выронил телефон и начал медленно приближаться к бутону. – Боже мой, Боже мой… - его голос дрожал.
- Не приближайся, - еле слышно произнес Эльдар, даже не понимая, что его никто не услышал.
Кирилл и Эдик так и стояли в оцепенении. Ветер теребил их светлые волосы и гонял возле ног каменную пыль. По небу ползли тяжелые тучи, шумел лес, но они ничего этого не замечали, заворожено глядя на испускающий фиолетовый неоновый свет бутон.
Раздался очередной вздох и по лепесткам, снизу вверх прошла рябь, а потом они начали медленно опускаться, раскрываясь. Черномор отступил, освобождая им место.
- Боже мой, - ему казалось, что он уже видел этот цветок в своих детских снах. Частичка грез, которая стала реальностью. Вот что держало в заточении проклятое каменное дерево, вот что он освободил. Чудо. И теперь это прекрасное вселенское чудо расцветает на его глазах.
Лепестки плавно опустились на землю, открыв сердцевину – сгусток мглы, в которой извивались толстые лоснящиеся жгуты.
- Развяжи меня! – крикнул Вой.
Эльдар медленно, не моргая, перевел на него взгляд:
- Здесь… здесь плохо пахнет, - отстраненным голосом прошептал он.
Вой дернулся, попытался встать, но не удержался и упал на бок.
- Черт бы тебя побрал! – резко выпалил он. – Возьми себя в руки и перережь скотч! Достань паскудный нож и перережь…
Грохот грома заглушил его голос.
А затем произошло то, что заставило Воя на время позабыть все слова на свете…
Из сгустка мглы вырвалось множество черных жгутов. Как бичи, со свистом рассекая воздух, они заметались над поляной.
Черномор вскрикнул, когда несколько жгутов с ошеломляющей скоростью обвились вокруг его тела, подняли вверх и втянули в темную сердцевину. Лепестки всколыхнулись над землей, подняв волну пыли. Раздался чудовищный рев, будто мощный поток ветра мчался по огромной трубе.
Эдик и Кирилл бросились прочь, но не успели пробежать и нескольких метров, как жгуты оплели их и потащили к цветку. На мгновение Вой увидел полные ужаса глаза Кирилла, а потом обоих парней затянуло в сгусток мглы.
Черный бич летел прямо на Эльдара, но ягуар отреагировал, заставил отпрыгнуть – жгут врезался и вспорол землю
Вой вскочил, сделал несколько прыжков – бич просвистел над головой, - упал и покатился.
Цветок ревел будто зверь, лепестки колыхались. Небо озарила вспышка молнии.
Эльдар побежал. Справа мелькнула тень. Он бросился влево и пригнулся. Жгут захлестнул молодое деревце и вырвал его с корнем.
- Сука! – заорал Вой, заметив убегающего Эльдара. В следующий миг он увидел два беснующихся черных хлыста. Не найдя жертвы, они подхватили бревно, на котором лежала кожаная сумка Кирилла, и бросили его через всю поляну с такой легкостью, будто оно было из пенопласта. Сумка же отлетела в сторону Воя, упав в кустарник совсем рядом. Он точно знал: в ней лежит перочинный ножик, которым Кирилл нарезал шнур для взрывчатки.
Эльдар споткнулся, но удержался на ногах. Жгут ударил в плечо, прожужжал как пчела возле уха. Ягуар бросил тело вперед, заставил сделать кувырок. Вовремя. Жгут, яростно вращаясь как штопор, пролетел в сантиметре от Эльдара и врезался в дерево, выбив чешуйки коры.
Вой вскочил на ноги, сделал несколько прыжков и спрятался за толстым стволом клена. Над головой зашумело, раздался треск. Вой посмотрел вверх, увидел жгуты, извивающиеся среди ветвей, будто черные змеи. Он сделал три глубоких вздоха, чувствуя себя на краю пропасти, и запрыгал к кустам ежевики, в которых лежала сумка. Перед ним упала обломанная ветка. Перепрыгнул. Паника нарастала. Краем зрения заметил несколько жгутов справа – они кружились в воздухе, скручиваясь в единый толстый лоснящийся бич. Небо прорезала молния, и цветок отозвался на вспышку протяжным ревом.
Эльдар бежал, опасаясь оглядываться. Он затылком чувствовал, как за ним, огибая деревья, движутся жгуты. Вокруг шумел лес, позади ревело фиолетовое, похожее на цветок нечто. Эльдар перепрыгнул через кустарник, пробежал десяток шагов и, почувствовав, как неведение разрывает его изнутри, оглянулся. Он судорожно всматривался в лесной сумрак. Жгутов не видно, за ним никто не гнался. Эльдар почувствовал дрожь в ногах и опустился на колени. Он тяжело дышал, лицо блестело от пота, а в глазах плескался страх.
Толстый скрученный бич обрушился на землю в том месте, где секунду назад находился Вой. В воздух подлетели куски дерна, обломки веток и листва. Паника готова была прорваться, вспыхнуть в сознании, еще немного и конец! Вой взревел, бросая вызов самому себе, сделал большой прыжок, упал на колени и схватил ручку черной сумки зубами. Шипы на ветках ежевики вонзились в лицо. От громового раската задрожала земля. Вой увидел, как с треском падает опутанное жгутами дерево. Сжимая челюстями ручку сумки, он запрыгал вправо, прочь от цветка. Над головой промелькнула тень. Вой споткнулся и покатился, на мгновение, увидев черные извивающиеся хлысты. «Мне конец!» - ворвалось в сознание. А потом он покатился вниз, в овраг. Ударился головой о трухлявое бревно, но сумки не выпустил. Упираясь в землю ногами, Вой пополз. К расцарапанному лицу прилипли листья, футболка порвалась. Он заметил, как сверху над оврагом пролетел толстый жгут, а через секунду раздался треск ломаемых ветвей.

«Нужно бежать к джипу», - подумал Эльдар, а потом вспомнил, что ключи были у Кирилла. Проклятье! Черномор мертв, Кирилл мертв, Эдик мертв, Вой… он не мог выжить, у него не было шансов. Ни единого. Надо было развязать его раньше. Они с Воем, мягко говоря, недолюбливали друг друга, но такой смерти язычник не заслужил. Эльдар застонал и тряхнул головой, ощутив редкое для него чувство вины. Долбанный Черномор! Все из-за его глупости. Взбрело ему, видите ли, поразвлечься, взорвать каменное дерево. А Вой был прав, он ведь предупреждал. Дуб действительно оказался оберегом. Но от чего он оберегал?
- Что вообще это было? – прошептал Эльдар. Перед глазами встал образ фиолетового цветка. Да, это нечто было красиво. На какое-то время оно зачаровало не только его, но и ягуара.
Он слышал, как ревет цветок – словно далекий гудок тепловоза. Этот звук сливался с шумом ветра и вибрировал в нервах Эльдара.

Вой, упираясь ногами, полз вдоль оврага, с ужасом ожидая, что в его ненадежное убежище вот-вот ворвутся жгуты. Он слышал, как они со свистом рассекали воздух совсем рядом. Вой с хрипом дышал, по подбородку текла слюна. Он так сжимал в зубах ручку сумки, что почти перекусил ее. Наверху метнулась тень. Вой застыл, чувствуя, как сердце грохочет, словно паровой молот. Пополз дальше и уперся спиной в корягу. «Нужно перерезать путы прямо сейчас», - решил он.
Разжал челюсти, и сумка упала на ноги. Он сбросил ее на землю, а потом немного отполз, развернулся, нащупал пальцами замок на сумке. Полыхнула молния, заставив нервы стянуться в тугой клубок. Ветер швырнул в овраг ворох листьев, ветки и сор. Вой зажмурился, пальцы уже судорожно шарили внутри сумки. Связка ключей, маленькая книжечка, изолента. Ага, нож! Вой вынул его из сумки. Открыть лезвие даже в таком положении не составило труда.
Сверху раздался треск. Вой вскинул голову и от увиденного у него перехватило дыхание…
По нависающим над оврагом ветвям ползали черные толстые черви. Они извивались среди трепещущей на ветру листвы и маслянисто блестели. Некоторые вытягивались, делая волнообразные движения, будто пробуя воздух на ощупь.
Вой не решался пошевелиться. Цветок перестал реветь и теперь снова издавал тяжелые вздохи. Загрохотал гром, черви в ветвях задергались, листва зашуршала, будто плеснули воду на раскаленную сковороду. Вой повернул в ладонях нож и начал резать скотч. Запястья напряглись, взгляд был прикован к черным хлыстам наверху. Все, руки свободны. Стараясь не делать резких движений, он перерезал путы на ногах. «Проклятый Эльдар, - подумал Вой. – Этот урод даже не попытался помочь, а ведь делов-то – полоснуть ножом по скотчу!»
Капелька пота попала в глаз, и Вой зажмурился, увидев сквозь веки грозовую вспышку. Нужно убираться отсюда, решил он. Открыл глаза. Жгуты продолжали ползать среди ветвей, но один свесился вниз, как лиана. Его острый конец извивался. Он был совсем рядом. С ветки начал сползать еще один жгут.
Вой чувствовал, как внутри разливается холод. Тень паники опять коснулась сознания. Он стиснул зубы, тело напряглось. Грянул гром. Жгуты дернулись. Вой как черт из табакерки выскочил из оврага и побежал. За спиной раздался треск, шелест, цветок взревел. Вой перескочил через поваленное дерево и тут же услышал грохот позади. «Только бы не споткнуться!» - мелькнуло в голове. Он поднырнул под ветвью, полыхнула молния, на мгновение залив лес серебром. Прорвался через молодую поросль, выскочил на узкую тропу, за долю секунды сориентировался и помчался по тропе сквозь ветреный сумрак. Он чувствовал, что спасся. Невероятно, но спасся! Из груди Воя вырвался крик – нервное напряжение нашло выход.