Лучница, Повесть. Вступление. Опции

[viktor egorov]

Лучница

Истерзанное девичье тело, лежащее в приямке у лесополосы, обнаружил бомж собиравшийся устроить свой ночлег. Даже видавший виды бродяга ужаснулся. Лицо, бывшее, когда то прекрасным лицо покойницы было изуродовано. Глубокие надрезы покрывали лоб и щёки несчастной. Нагая, бесстыдно раскинувшая длинные, в багрово-синих пятнах гематом ноги, девушка казалось, прилегла отдохнуть после долгой пытки. Смерть ещё не изобразила свой пурпурный этюд на её исполосованном наверняка опасной бритвой лице.
« Ёлки-палки! Да что же это творится! Такую красоту трогать – святотатство» про себя закричал бомж, и, отбросив в сторону мешок с пустыми бутылками – дневную добычу, рысью пустился к бензоколонке, видневшейся в километре от места трагедии.

Патологоанатом, повязав клеёнчатый фартук и поправив защитные очки, подошел к прозекторскому столу. Потрогав упругий живот пациентки, он подумал «Странно. Не ощущаю смерти» и, взяв со столика стоящего рядом зеркальце, поднёс его ко рту усопшей – старый верный способ определения отсутствия жизненных функций организма. Подождав несколько минут, прозектор оторвал стекло от лица покойницы и внимательно осмотрел его. Зеркальная гладь была чиста. Патологоанатом поднял руку подопечной и отпустил её. С глухим стуком кисть вернулась в исходное положение. «Странно». Все тесты, и результаты сканирования электроникой подтверждали биологическую смерть. Но старый вивисектор испытывал необъяснимую тревогу. «Странно».

Ионика была, где то далеко. Но где? Это был не земной мир. Её сущность продиралась сквозь хитросплетения конструкций, существование которых в реальности было невозможно. Геометрия окружающего пространства напрягала, пугала своей чудовищной незавершённостью. «Мама. Мне страшно. Мамочка помоги мне».
Вспышка. Сначала совсем ничто. А потом Ионика увидела пляшущий мрак на стенах пещеры. Несколько горящих факелов в чашах стоящих на каменных глыбах создавали спектакль театра теней. Девушка помнила кто она, но не знала где она – чувствовала своё тело, но не видела его. Привкус крови на несуществующих губах и боль говорили, что она жива, но Ионика сомневалась - что это так. «Что же случилось? Что было перед этим?». Но память на отрезке ближайшего прошлого была стёрта.
Из тьмы глубин пещеры выплыло сиреневое облако. «Сиреневый туман над нами проплывает» вспомнила Ионика строки из старой песни – любимой песни её отца, музыканта играющего на клавишных в кабацком оркестре. Через несколько секунд призрачная дымка растаяла.
- С прибытием – услышала Ионика низкий ускользающий от слуха голос за спиной.
Резко обернувшись, девушка увидела незнакомца в чёрной мантии с капюшоном полностью закрывающем лицо примары.
- Что есть ты?! – в испуге закричала Ионика.
- Ты дала правильное определение. Не «кто» а «что». Скажем я – абсолютный делитель.
- Где я?
- По ту сторону добра и зла.
- Я не понимаю.
- Ты умерла девочка.
- Но я не помню!
- Ты вспомнишь, вспомнишь всё. Позже. А пока я буду делить твою жизнь, прожитую в миге, но ослепительную на две части, одна из которых есть добро, а другая – зло.
- Чистилище?
- Нет, девочка, считай, что это ад. Не тот где грешники вечно горят в огне, но тот, где неискупимые грехи будут терзать, и терзать душу пока Вселенная не исчезнет в других измерениях.
« Как моя стрела, попадающая в мишень. Летит, летит и вдруг – конец движению».
- Да чемпионка, где то так.
- Ты читаешь мысли?
- Я читаю всё, что пишется в книге бытия и небытия. Я взвешиваю хаос, из которого сотканы судьбы.
- Ты бог?
- Нет. Я всего лишь исполнитель.
В руке делителя появились весы. «Весы Фемиды». Одна чаша инструмента была выкрашена в чёрный цвет, другая в белый. Стрелка весов была до предела наклонена в сторону белой чаши.
- Тебе придётся вернуться. Ты должна устранить несоответствия.
- Но какие и как?
- Это - должна понять сама. Сейчас ты вспомнишь всё.

Вспышка.
Ионика возвращалась домой с тренировки. «Олимпик» - спортивный лук болтался за спиной в бирюзовом чехле с надписью «вперёд к горизонту»

[viktor egorov]

Лучница, войдя в квартиру, включила свет в прихожей. Нереальность происходящего угнетала. Ведь она мертва – это чемпионка помнила точно. Устало прислонившись к стене – она сняла кроссовки. «Отдохнуть. А зачем? Мёртвые сраму не имут – вернее усталости. Нужно работать». Подойдя к небольшой нише в коридорчике, связывающем прихожую с кухней, чемпионка выполнила некие манипуляции. Часть стены помещения сдвинулась в сторону, открыв проход. Лучница уверенно ступила в темноту тайника. Вспыхнули лампы дневного света – сработала автоматика. И такая картина акварелью. В углу небольшой комнаты был оборудован компьютерный терминал и. На всю стену – застеклённый стенд. Там были луки – много луков всевозможных конструкций. Ионика коллекционировала луки. Каких только модификаций здесь не было. И старинные тисовые всевозможных конфигураций, и современные блочные - охотничьи, боевые. Лучница подошла к компьютеру и запустила машину. Она начала работу по устранению несоответствий. К концу дня ей удалось собрать некоторое количество информации. Но основную информацию чемпионка собиралась купить. План дачи, маршруты движения, основной распорядок – и главное подробный план действий Юрчика на какой то определённый день – день гнева. Чемпионка решила – орудием коррекции реальности будет её оружие, оружие с которым она себя отождествляла – лук. Подойдя к пирамиде, Ионика с любовью осмотрела коллекцию. Её взгляд остановился на «Единороге». Это был штучный лук – оружие для навесной стрельбы тяжёлыми стрелами, боевая машина лесовиков - славян. Для выстрела из этого лука нужно было приложить усилие более чем в 60 килограмм. Естественно традиционно стрелять из этого боевого приспособления было невозможно. Обычно стреляли, упираясь в луку ногами, и натягивая тетиву сразу двумя руками. Для ступней ног в рабочей дуге «Единорога» существовали гнёзда. И вообще это оружие было в своём роде уникально. Начальная скорость стрелы составляла - более 150 м/сек. С расстояния в 100 м полу килограммовая стрела пробивала двух миллиметровую сталь. Ионика долго думала и наконец, решила - Монстра будет убивать из «Единорога». Шестёрок депутата из «Шороха» с усиленной рабочей пружиной. «Шорох» - компактная модель блочного лука, который можно спрятать под полой плаща.

Ионика выписала несколько номеров телефонов из интернета, взяла из сейфа, вмонтированного в стену над терминалом пачку «зелёных» и вышла из тайника. Едва чемпионка прошла в прихожую – стена бесшумно встала на место. Лучница сделала несколько телефонных звонков и через некоторое время вышла из квартиры.

- Ну, здравствуй Потап. Не думала, что когда ни - будь, придётся к тебе обращаться. Но обстоятельства. Так встала мишень.
- Чемпионка, какие дела. Ты в своё время помогла мне. Теперь моя очередь. Говори.
- Мне нужен план дачи Монстра, технические характеристики его автомобилей – в частности броня. Больше не прошу – и так много.
Потап с удивлением посмотрел на Лучницу
- Подруга, зачем тебе всё это? – и, покачав головой сам же и ответил – Почему? По качану!
- Сделать будет нелегко. На когда нужна информация?
- На вчера.
- Понятно. Завтра вечером я позвоню. Всё чемпионка – давай.

Потап – властелин информационных баз, экстрахакер и с недавних пор совладелец «Эпсилон Тукана» - экономического образования с миллиардными оборотами. Три года назад этот господин был совсем у порога – имея в активе лишь долги. Ионика познакомилась с ним в Лондоне – где Потап прятался от судьбы, которая представляла собой российское правосудие. Ионика помогла тогда Потапу не только деньгами. Но это уже другая история.
Информацию по шестеркам Монстра Лучница достала совсем влёгкую расставшись с парой тысяч долларов.