Контакт, пришельцы бывают разные Опции

[karpa]

Рассказ участвовал в литературном конкурсе фантастических миниатюр
на тему: "Секс" на сайте "Квазар"



Туннелирование прошло штатно и завершилось удачной сборкой всех молекулярных структур моего восхитительного двойного тела, а энергопакет личности восстановился без потерь памяти и привычек, что вселяло большую уверенность в успехе операции по обезвреживанию резидента. Земное притяжение совпало с расчетным. Ощутив твердую почву под ногами, я позаботилась об имидже, – ближайшая афишная мордашка стала моей аватаркой.


Огни чужого города радовали неоновым разноцветьем, шпили высоток терялись в ночном небе, а фешенебельные клубы услужливо зазывали отдохнуть с комфортом. Но большинство прохожих игнорировали их призывы. Я огляделась. Гордо неся флаги невысказанных жалоб, мимо прошла группа «эмо», – канареечно-желтые блузоны и розовые шарфы чувственно трепетали на ветру. По обрывкам фраз я догадалась, – они направляются в дансинг.


За ними мрачно плыли, едва скрывающие шнуровку виниловых топов, черные длиннополые плащи «фетиш-готов» и «готесс». Иссиня черные волосы и выбритые виски служили им визитной карточкой. Пропирсингованные лица, размалеванные в стиле масок кладбищенских теней в лунную ночь, натурально живописали гримасы аморфной депрессии, – маргиналы оценивающе всматривались в прохожих, жадно ища приключений на «пятую» точку опоры. Кажется, я им понравилась.


– Привет, королева! Не холодно в шубке? – лидер компании, меланхоличный акселерат в военных ботинках на высоких каблуках, поблескивая египетским «анкхом» на серебряной цепи, картинно склонился к моему запястью.
– Привет потомкам Ойума! Норд-ост был попутным! – я кокетливо погладила енотовый хвост на воротнике.
– На сцене сегодня «химазники», поэстетствуем?
– Можно.


***


Я проснулась от того, что кто-то лихорадочно елозил по мне, отчаянно содрогаясь ритмичными фриками, – он дико рычал и издавал хриплые истошные звуки, выражающие то ли сладострастие, то ли боль. В свете уличного фонаря, лежа на мягкой траве под лиственницей, я разглядела его макушку, покрытую засаленными волосами, заплетенными в мелкие косички. Мужик пыхтел, сопел, извивался, распространяя адскую смесь запахов дешевого виски, лука и селедки, но приличная доза алкоголя боролась с апофеозом гармонии.


Я потянулась лениво, не слишком напрягая онемевшие от неудобной позы мышцы, и громко расхохоталась. Небольшого напряжения хватило, чтобы эпидермис моего биокомбинезона, плотно обтягивающего первое тело, с оглушительным треском лопнул по сварному шву за ушами. Мужчина, прекратив рефлексию, неожиданно замер. Он поднял голову и впервые посмотрел на партнершу.


Толстый слой старой кожи на затылке разверзся, завернулся валиком и пополз к животу, обнажая мою мягкую, зеленоватую с синими пульсирующими прожилками плоть. Там, где кожа выворачивалась наизнанку, сочилась кроваво розовая сукровица, и виднелись белесые паутинистые волокна. Не сводя с меня взгляда, дамский угодник сполз на траву, руками вслепую нашаривая брошенные в страсти пожитки, и в ужасе отшатнулся.


И я тоже, – это был другой землянин. «Куда делся милый гот? Говорил мне наставник, привычка, Хари, – вторая натура». Где-то там, в глубине, шевельнулся червячок совести. «Неужели я опять съела контактера? Ничего не помню».


Когда моя старая кожа облезла полностью, то по многолетней привычке, смяв ее в тугой комок, я немедленно принялась это жевать, с удовольствием вгрызаясь жвалами в сочную мякоть бывшей плоти. Кавалер судорожно обнимал ворох одежды и не двигался с места. Его розовые бедра были поцарапаны о торчащие кругом сучья, но он не замечал этого. Я улыбнулась ему настолько сексуально, насколько рекомендовали светские журналы, показав зубы – все четыре боковых саблевидных клыка, с которых капала слюна. Сначала я чувствовала сильный голод и поэтому откровенно рассматривала землянина в качестве десерта к позднему ужину.


Затем по мере насыщения я согласилась с природными позывами для передачи генной информации и, высунув длинный раздвоенный язык, охватила его рефлексор, ставший неожиданно мягким и податливым. Странный ухажер впал в ступор. Чтобы распалить его желания, я подняла складку на верхней губе и продемонстрировала узкий, загнутый внутрь, ядовитый зуб, – обычно такой призыв на наших мужчин действует безотказно. Но этот, же экземпляр, вместо сладострастия трясся мелкой дрожью. «Дикарь»!


Мой язычок тем временем заглянул и понюхал все его природные расщелины:
– Помылся бы ты, кечонесороп! – ласково заключила я, подражая голосу столичной телеведущей и выдавив из жаберной щели под грудью каплю желтого феромонного желе, смазала ему нос. – Займись-ка делом!
– А? А-аа, помогите! – закричал он и стремглав побежал прочь, теряя по пути части гардероба.


***


Я вспомнила о задании. Врага я нашла утром на пляже. Внезапно весенняя рефлексия накрыла нас обоих. Ему не повезло, женщины мышан не получают молекулы ДНК, а передают их мужчинам, – теперь он наш и …вкусно пахнет! Я облизнулась. Почуяв опасность, резидент скрылся в морской пучине. На песке валялись его биокмбинезон и поводок с ошейником для домашнего питомца.


Ожил мобильник, звонил милашка гот:
– Утро, Хари, потусуемся?
– Конечно, – я подобрала поводок.

[Юрий Табашников]

Урсулу не читали(классика, взяла наград ого-го), зато прочли "Эффект терминатора", ну, что ж, прогресс хоть какой-то налицо.

[karpa]

Урсулу не читали(классика, взяла наград ого-го), зато прочли "Эффект терминатора", ну, что ж, прогресс хоть какой-то налицо.

Вы полагаете, что ваше произведение в том же ряду?
Классик классику рознь.
Из фантастики предпочитаю Станислава Лема, Ивана Ефремова, обоих Стругацких, Александра Беляева, Рэя Бредбери, Роберта Сильверберга, Артура Кларка, Саймака Клиффорда, Роберта Хайнлайна, Пола Андерсона, Роберт Шекли, Андрэ Нортон.
Из любопытства читала Лукьяненко, молодое поколение настоятельно рекомендовало познакомиться. Ранний лучше, чем поздний, на мой взгляд.