Танцы на стёклах, Экшн. Опции

[Троян]

Приветствую уважаемых форумчан.
Переделал начало, убрал пояснялки.
Буду рад адекватной критике.

Аннотация.
Исследователи прибывают на недавно открытую планету. Жизнь там не особо отличается от нашей. Нет, там не людей, но есть колесуны -- как бы разумные хищники.
Ну а потом придут бирсиры)))

[Троян]

− Ладно, − Стеймор всю дорогу брал на себя роль лидера. – Я с Инисидой поищу пресной воды. Вэн, а ты разделай добычу.
Долго уговаривать не пришлось. Вместе с Лаей, вбив штыри в трещины стен, они подвесили пантеру за ноги, затем Вэн снял ножом с неё шкуру. И тут его осенила мысль. Лае меньше всех везло с поиском артефактов.
Он достал из ранца вибронож, ним вырезал здоровенные клыки хищника.
− Зачем ты это делаешь? –Лая с любопытством наблюдала.
− На, возьми, − сказал Вэн, протягивая клыки. − Сделаешь себе украшение. Такого ни у одной женщины на Горане нет.
− Спасибо, − Лая была растрогана таким отношением. Она благодарно взглянула в глаза Вэну.
Как готовить мясо − вопросов не возникало, несмотря на то, что вокруг не наблюдалось ни одного, хоть даже и чахленького, деревца. На такие случаи у харви есть термо-пруты, и очень скоро куски мяса, разложенные в тепло-пакеты, тушились в собственном соку.
Ах, как вкусно сочное мясо, когда ты усталый, голодный и уже давно думал о еде, пускал слюни, смотря, как в пакете скворчит сок, пуская такие аппетитные пузыри.
За день все вымотались и неохотно тянули жребий, кому первому стоять стражу. Вэн, отказался, сказав, что и так готов сторожить первым и, обхватив автомат, присел на ранец. Только усталость давила, отяжелевшие веки всё сползали, несмотря на отчаянные усилия их поднимать.
Дежурить выпало с Инисидой. Она тихо сопела, сидя на ранце. Стеймор с Лаей развалились на тёплых подстилках, и сразу задрыхли, как говорится, без задних ног.
Вэн боялся уснуть, подвести друзей, поэтому вышел из храма и бродил среди развалин, окружавших «храм». Разглядывал всё вокруг сквозь визор, и не мог понять одного: ему казалось, что кто-то его зовёт, откуда-то издалека. Слов не было, но Вэн знал, что ему нужно идти вперёд, ближе к озеру. Что-то манит туда, к этой тёмной зеркальной глади.
Тихо шуршали под сапогами камешки, нарушая .
− Стой, − раздался в голове отчётливый голос.
Вэн замер, увидев в стороне голову огромной змеи, наблюдавшую за ним из-за камней. Но у этой громадной рептилии, по бокам головы, красовались два рога, наклонённые вперёд. Жёлтые, крупные, продолговатые глаза с вертикальными зрачками не отрывали взгляда, казалось, буравя человека. Длину тела рептилии определить сложно, оно скрыто за камнями. А может, это и не змея… какой-нибудь ящер.
− Не бойся, − раздался тот же голос.
А Вэн не то, что боялся! Тело сковал паралич. Мысли, казалось, исчезли вовсе − в сознании только эти жуткие глаза, да странные, вертикальные ноздри.
Нет! были мысли, были. «Сейчас этот монстр собирает длинное тело кольцами за камнями, готовится к броску».
Надо что-то делать! Спасаться! Защищаться! Нож… он поможет. Если удастся повредить её тело, то эта гадина отступит. Она может вцепиться зубами в голову или плечо. А затем обовьётся вокруг тела, начнёт сдавливать и при каждом выдохе сжимать, сжимать. Воздуха будет становиться всё меньше. Если это змея… Но почему рука не тянется к ножу?»

Вэн открыл в испуге глаза. Он находился в храме. Рогатый змей − это был всего лишь тяжёлый сон.
Лая и Стеймор спали, а вот Инисиды не было. Вэн осторожно вышел из храма. Снаружи уже светлело, если можно так сказать по отношению к этому миру. Больше подходит слово багровело. Прохлада обволокла, заставив поёжиться.
Поиски среди развалин ничего не дали. Никаких следов девушки.
− Инисида! – громко позвал Вэн, но ответа не было. Вместо этого из храма раздалось бурчание Стеймора.
− Чего разорался, болезный?
− Инисида пропала, − растерянно сказал Вэн.
− Оставь вас дежурить, − Стеймор появился на пороге с поисковиком в руках. Ввёл код Инисиды. Поисковик запищал, показывая на экране яркую точку.
− Она у озера, − удивлённо сказал Вэн.
− Ага, и мне очень интересно, что эта краля там делает, − Стеймор направился в здание. – Собираемся и идём искать!

Огромное красное солнце уже взошло. Когда смотришь на этот кровавый диск, похожий на гигантскую раскалённую сковороду − чувствуешь себя букашкой. Светило словно давит, нависает.
Из храма вышла сонная, встревоженная Лая.
− Что случилось? – спросила она, но взглянув на экран поисковика, всё поняла.
− Вэн, потащишь ранец Инисиды, распорядился Стеймор.
− А чего я, а не ты?
− А потому… Кто её проспал?
Как и везде, где они побывали на этой планете, вокруг водоёма не было ни кустов, ни деревьев. Из растительности – только колючая трава, которая сливалась с илистым берегом.
Поисковик указывал, что датчик Инисиды под водой, метрах в пятнадцати от берега.
− И что же её туда утащило? – растерянно произнесла Лая.
− Мне змей какой-то водяной во сне привиделся, − растерянно сказал Вэн, глядя на безмятежную гладь озера. – Наверное, он и забрал.
− Надо же! – Лая плакала, размазывая по лицу слёзы. − Я не могу больше! Мы все в этом чёрном мире сдохнем! Лучше возвратиться на ту болотную планету!
− Вэну приснился змей, а мне то, что элитаровцы сложили каменную стену, впритык к порталу, − задумчиво сказал Стеймор.
− И теперь, если попытаемся пройти, портал выдавит в стену, и получится фарш, − подытожил Вэн.
−А дальше, во сне, − Стеймор окинул беглым взглядом друзей, − мы остались с Лаей вдвоём, и через мир двенадцатого уровня попали домой.
− А я? – удивлённо спросил Вэн.
− О тебе не знаю, не снилось ничего. Но то, что ты уже грузнешь в землю и потихоньку к ней привыкаешь − это факт.
Вэн глянул вниз: сапоги по щиколотку утопли в вязкой грязи берега. Он вышел на траву и стал обчищать грязь с потяжелевшей обуви.
− Ну да, чёрная планета и сарказм у тебя такой же. Но я выживу, обязательно! − Вэн говорил, а сам смотрел на Лаю. Она затихла и не отрывала взгляда от воды, пытаясь что-нибудь разглядеть в тёмной глубине.
− Да кто спорит, выживешь… конечно, − с иронией сказал Стеймор.
Вэн вытряхнул содержимое ранца Инисиды на траву.
− Разбираем? – тихо спросил он.
Делили молча. В принципе, в вещах погибшей особо ценного ничего и не было. Кусок голубого металла, который светил во тьме не хуже свечки, десяток серебряных крупных монет с изображением львиной головы с обеих сторон. Вот и всё богатство. Каждому ещё досталось по обойме с сотней патронов.
Вэн со злостью зашвырнул пустой ранец подальше в воду.
− Ну, что, пока силёнки свежи, в путь? – предложил Стеймор.
Никто не ответил, и путники двинулись к новому миру − вратам двенадцатого уровня. Что там может встретиться? Они даже не представляли. Знали точно одно: простому человеку там выжить почти невозможно. Ещё было известно, что на двенадцатом уровне часто попадаются порталы с выходом на первый.
Чтобы добраться до ближайшего портала, понадобилось весь день топать по степи. Хотя у людей были подозрения, что время в мирах текло по-разному. Вэн в каждом мире подбрасывал вверх камень, засекая время, когда он упадёт на землю. Время часто разнилось так, что на одной из планет камень падал в два раза дольше, чем на первой, куда попали харви. Возможно, ещё дело в силе притяжения, но приборов её измерить нет, а физически особой разницы не чувствовалось.
Форсирование мелкой речушки, да два привала – вот и все события за день. Нет, ещё определитель Вэна подал сигнал, определив в почве артефакт. Но он был размером с человека, формой похожий на раструб старинного излучателя. Покрытый трёхметровым слоем почвы, неизвестно, сколько он там пролежал. Но и харви его тревожить не стали, поскольку, даже отрыв, не смогли бы его тащить.
Пирамида уже выросла на горизонте, осталось совсем немного, чтобы дойти до портала. Над головой безмятежное небо с белыми облаками. Казалось, что вокруг всё вымерло: ни птиц в небе, ни зверя в траве. Но люди знали: опасность может встретиться на каждом шагу. Ведь встретили в этом мире лопоухих чудиков и птичек. Это если не считать «пантеру» и громадных пауков.
Слева возвышался большой холм. Из-за него раздался громкий рык, ему вторил другой.
− О! Кажись, сейчас мы увидим ещё местных! − с сарказмом сказал Стеймор.
− Может, обойдётся, − в голосе Лаи было больше сомнения, чем надежды. – До пирамиды рукой подать.
Стеймор говорил, что в следующий мир войдут только двое. Вэн с тоской посмотрел на друзей, затем огляделся. Может, эта чёрная равнина − последнее, что он видит в жизни. Стало как-то не по себе. Неприятное чувство, что всё может сейчас прекратиться: это небо и тяжесть рюкзака на спине, красное солнце и эта неприветливая чёрная трава.
Вэн сжал рукояти оружия до боли в пальцах. В любом случае он так просто не сдастся!
На холме появилось стадо крупных животных, похожих на бегемотов, только шкура на них была ярко-красного цвета. И эта яркая шкура, рельефная от мощных мышц, отливала серебром. На головах животных красовались по три острых рога: один смотрел вверх, а два горизонтально в стороны. Бегущие «бегемоты» поднимали пыль в стаде, которая оставалась позади и медленно уплывала в сторону.
Стадо замедлилось, сбавило темп до шага. На ходу звери внимательно разглядывали людей, затем остановились, поводя мордами. Видно, втягивали ноздрями воздух
− Этих рогачей штук пятнадцать, − Вэн не отрывал взгляда от замершего стада.
Для того, чтобы добраться к порталу, надо уходить правее, избежать стычки с неизвестными, но на вид грозными животными.
− Я с магиса штук семь уложу, пока до нас добегут, а остальные ваши… − сказал Стеймор и указал рукой правее. – Обходим.
− Теперь ясно, почему лопоухие чудики бродят здесь только ночью − днём эти животные затопчут любого, − сказала Лая, с опаской поглядывая на стадо. Она старалась не отставать от мужчин, хотя было видно, что взятый группой темп для неё слишком высок.
Снова раздался грозный рык с холма, и животные пустились рысцой к путникам.
Вэн надел визор, установил десятикратное увеличение. Разглядел их страшные, все в буграх, морды. А ещё увидел ничего не выражающие, вселяющие липкий страх глаза, огромные острые зубы и выступающие клыки. Даже представилось, как они рвут мясо своими зазубренными краями.
− Стеймор, стреляй, − вскрикнул Вэн. Из автомата палить было рано, только зря тратить пули.
− Сам знаю, − процедил Стеймор свозь зубы. Он уже смотрел в экран магиса, приладив винтовку к плечу.
Щёлк… Урановая пуля своё дело знает: голова первого рогача разлетелась красными лохмотьями, тело чуть повернуло и боком завалилось под ноги бегущим сородичам. Двое зарылись мордами в землю, перекувыркнулись, поднимая ещё больше пыли. А в визор хорошо было видно, как два оторванных рога с разлетевшейся головы рогача эпично падают над этой неудержимой, несущейся массой.
Щёлк… Второму рогачу разворотило бок, его сразу сбили бегущие сзади сородичи.
Прикинув на глаз расстояние, Вэн начал стрелять короткими очередями. Лая тоже палила, автомат прыгал в её руках, и пули улетали в пустоту. От винтовки Стеймора был толк − уже четвёртый рогач остался лежать, скрытый клубящейся пылью.
И тут стадо развернулось как по команде и, отбежав метров тридцать, остановилось.
− Не стреляйте, − скомандовал Стеймор, − обходим, обходим.
Быстрые шаги, тяжёлое дыхание. Харви спешили, до пирамиды оставалось километра три, а там портал и другой мир, где будет что-нибудь другое, но не эта неудержимая рогатая масса, которая снесёт, затопчет, насадит на рога.
− У них, наверное, мягкая поступь, топота не слышно почти, когда бегут, − сбивая дыхание, сказала Лая.
− Да какая разница, они и такими лапами раздавят, − ответил Стеймор. − Прибавьте шагу.
Стадо теперь двигалось медленно, заставляя путников уходить правее. Они внимательно наблюдали за людьми.
− Странно, − Вэн остановился, огляделся. – У меня такое чувство, что эти твари нас куда-то загоняют.
− Куда? – Стеймор горько усмехнулся. – Степь да холмики кругом. Ты уже, кажись, бредить начинаешь.
− Это животины другого мира, как ты их логику можешь понять? – вставила своё слово Лая.
− О! Зашевелились! Опять бегут! – Стеймор перешёл на крик, прижал приклад винтовки к плечу.
Дрожащими пальцами Вэн быстро поменял обойму. Стеймор за это время выстрелил трижды – но только два зверя нашли свою смерть. Стадо ответило громкими рыками, которые теперь не затихали. Щелчки выстрелов в них тонули, только топот примешивался к гортанным звукам.
Сосредоточив огонь на ближайшем несущемся рогаче, Вэн не видел, что делали его друзья. Автомат – не магис с его урано-углеродными крупнокалиберными пулями. Но всё равно, град зарядов заставил зверя замедлиться, затем оступиться на переднюю ногу. Ещё два хищника неслись на Вэна, парализуя бессмысленным взглядом.
Вэн понял, что успеет остановить только одного. А второй добежит и проткнёт слабое человеческое тело длинными рогами, либо просто сшибёт – конец один. У Стеймора ситуация не лучше, сейчас его две туши снесут, как ураган сухое дерево. Лая со стороны остервенело палила, вопя своё любимое: «твари».
В тот миг, когда автомат замолчал, Вэн остался один на один с приближающимся врагом. Красная бугристая морда уже метрах в пяти, приближается, как в замедленном кино. Рой мыслей пролетает в один миг, разум выбирает единственно верную: уйти, увернуться с траектории атаки.
Вэн сгруппировался, чуть согнул ноги в коленях. Когда расстояние сократилось до двух метров, рванул влево. Но рогач оказался ловок. Он повернул голову, поддев Вэна боковым рогом.
На такой скорости рог должен был проткнуть, разорвать бок и руку. Но ничего не случилось, рогач пронёсся мимо, а рог… прошёл сквозь тело, не причинив вреда!
– Ха! – раздался изумлённый голос Стеймора. – Что за дела! Он сквозь меня прошёл! Голограмма такая, что ли?
Три рогача замедляли бег для разворота и медленно таяли в воздухе! Исчезали их бугристые зловещие морды, тела становились прозрачными.
Вэн в горячке судорожно менял обойму, сознание ещё противилось воспринять, что опасность миновала.