Генму, решил немного повыкладывать главы Опции

[Кукольник]

вычитка была, но мало. Так что виллькоммен с конструктивной критикой



Генму



1 глава

Генерал Агласис Шибта вышел из вылизанного до блеска мувера, поправил жёсткий и неудобный воротничок, после чего размашисто, по-военному прошагал к кованым воротам пятиэтажного особняка. Камеры наблюдения с чувствительными датчиками движения повернулись к нему словно живые.
Нажав кнопку звонка, Агласис вытянулся в струнку по неистребимой привычке.
- Ну наконец-то! – раздался голос из маленького динамика чуть ниже кнопки. – Кофе уже инеем покрылся!
- Виноват, Мастер Ирон! – отчеканил генерал. Но тут же прыснул со смеху и слегка стукнул по динамику. – Открывай давай, и так сколько времени потерял из-за твоего моста. Градостроитель ты наш.
Ему ответил короткий смех, и створки ворот медленно разъехались в разные стороны.
Генерал прошагал к особняку по узкой, мощёной белым камнем тропинке, казавшейся в буйной зелени роскошного сада пробором в густых кудрях. Господин Шибта с наслаждением вдыхал свежий медвяный аромат самой настоящей, натуральной растительности.
Брокса – городишко крошечный, хорошо если наберётся миллион жителей. Всего два уровня. И даже на нулевом уровне есть жилые кварталы, чего никогда не увидишь ни в родном Нидрэде ни тем более в блистательной столице, где генерал служил вот уже восемь лет. Как хорошо иногда приехать в такую милую глушь к старинному приятелю, окунуться в размеренное, неспешное существование и отвлечься от суеты и жёсткого ритма больших городов. Конечно, старик Ирон из кожи вон лезет, чтобы превратить захолустье и сырьевой придаток столицы в город, который хоть чего-нибудь стоит. Вот и Академию построил двадцать лет назад. На празднование круглой даты организовал общегородские гуляния и пригласил старинного друга, с которым последний раз виделись на выпуске Нидрэдской Академии. Сколько воды утекло с тех пор! А Брокса почти не изменилась. Вряд ли она когда-нибудь сравнится с мегаполисами, Мастера которых лично целовали руку Императору. Но это и не плохо. Где ещё удастся дышать полной грудью и не кашлять при этом?
Впрочем, генерал уже забыл, что такое кашель. Благодаря многочисленным сложным «вшивкам» его лёгкие прекрасно фильтровались, работа рецепторов слизистой могла подвергаться сознательному контролю. Неоценимая польза в бою, когда страдает защитное обмундирование.
Господин Шибта уже поднялся на мраморное крыльцо, как вдруг заметил справа какое-то движение. Резко развернулся. Мелькнуло что-то белое. Медленно качались тяжёлые от сочно-зелёной листвы ветки ближайшего дерева.
- Я тебя вижу, - усмехнулся генерал. – Выходи, не бойся!
Он слукавил. Он видел лишь тепловой силуэт, перестроив визоры в режим инфракрасного зрения.
Из-за дерева робко выступило трогательное в своей болезненности и неправильности существо – мальчик-альбинос лет двенадцати. Длинный, тощий, с чуть косящими розоватыми глазами, которые он подслеповато щурил на ярком свету. Мальчик был одет в простые штаны и рубашку белого света. Казалось, он весь светится, как маленький ангел.
- Ты чей такой? – спросил генерал, улыбнувшись.
Мальчик судорожно ахнул и спрятался обратно за дерево.
- Не бойся, я не обижу! Выходи, - господин Шибта доверительно протянул руку и присел на корточки.
Мальчик с опаской приблизился.
- Привет! – подмигнул генерал.
- Зд…расьте, - неуверенно проговорил мальчик и смущённо улыбнулся.
- Тебя как зовут, ты чей?
- Я… Я Найт. Вот, - мальчику, судя по всему, сложно давались простые слова. Он весь пылал от смущения и часто хлопал белыми ресницами.
Генерал не мог удержаться от улыбки умиления и протянул руку, чтобы потрепать мальчишку по жиденьким волосам. Тот вдруг коротко вскрикнул от ужаса и бросился бегом прочь.
- Куда ты, дурень? – генерал поднялся и всплеснул руками. – Не укушу же!
Но мальчик уже скрылся из поля зрения, затерялся среди изумрудных пятен свежей зелени. Пожав плечами и вздохнув, генерал, наконец, нажал кнопку звонка.

***
Целого дня и части вечера едва хватило закадычным друзьям, чтобы обсудить хотя бы треть всего, произошедшего с ними за эти годы.
Мигель Ирон закончил Академию Нидрэда с отличием, получив диплом высококлассного инженера и не опозорив имени своей весьма известной и старинной семьи. Тогда ещё молодой и амбициозный, но не слишком интеллектуально развитый киборг Агласис Шибта, напротив, еле дотянул до выпуска, бесконечно попадая в истории, связанные с нарушением дисциплины. Но зато в бою ему не было равных. Он намеревался взять от жизни всё и со временем перебраться в столицу. И уговаривал друга составить ему компанию на этом тернистом пути. Но вместо того, чтобы остаться в Нидрэде, Ирон решил попытать счастья на чужбине. И неплохо «попытал», как любил шутить его друг. Сумел расположить к себе старого Мастера так, что тот миром передал ему все полномочия, а сам с облегчением удалился на покой.
И Ирон, и Шибта, засучив рукава, принялись строить свою судьбу. Казалось, что впереди вся жизнь, но вот им обоим чуть за сорок, и теперь очевидно, что времени ни на что так и не хватило. Особенно киборгу, которому предстоит через каких-то три года встретиться лицом к лицу с неизвестностью, ожидающей всех киборгов без исключения.
Но грусти и унынию не было места в разговорах старинных приятелей. Мастер Ирон хвастался самым настоящим кофе, выращенным в личной оранжерее. Генерал, как мальчишка, демонстрировал свои воинские умения, с завязанными глазами подбивая подброшенные в воздух предметы.
- Ты жульничаешь, киборг! – хохотал Мастер Ирон, грозя приятелю пальцем. – Ты же можешь перестроить визоры в режим любого видения, даже рентгеновского!
Генерал лишь усмехался на это.
И вот, когда весь кофе был выпит, банки и стеклянные блюдца перебиты, сплетни переобсуждены по десять раз и былое вспомянуто, двое мужчин сидели в удобных плетёных креслах в тени натурального ливанского кедра, блаженно жмурясь на закатное солнце, похожее на апельсин. Многочисленные жёны хозяина Броксы сидели тут же на расшитых подушках. Одни пели нежную и чуть грустную песню, аккомпанируя себе на странных инструментах, другие разминали плечи мужчинам, третьи готовы были по первому намёку наполнить бокал вином или свежевыжатым соком.
- Чего же ты мне свои генетические лаборатории не показал, а то ведь мне ехать скоро, хотелось бы успеть глянуть, - проговорил генерал, чуть повернув голову к другу.
- Я пока не построил. Некогда мне всяческих уродцев создавать, - усмехнулся Ирон. – Думаешь, я бы не похвастался?
Одна из женщин замерла, как будто ей под лопатку вонзили спицу. Мастер Ирон этого не заметил, но от цепкого взгляда киборга это не укрылось.
- Пойдём-ка покурим, - генерал встал, мягко отстранив от себя двух молчаливых красавиц.
- А чем тебе тут не нравится? – Мастер Ирон развёл руками.
- Пойдём, пойдём. Поболтаем.
Киборг довольно бережно поднял Ирона с кресла и повёл с собой по белоснежной дорожке.

***
- Я… Я тотчас уничтожу этого выродка! – сбивчиво обещал Мастер Ирон, когда генерал рассказал ему о своих подозрениях. Точнее, логических выводах. Киборги лучше кого бы то ни было умели мыслить логически.
- Успокойся, Миги, ты что же думаешь, я донесу на тебя? Сдам лучшего друга только потому, что у него не поднялась рука на собственного сына?
Мастер Ирон нервно чиркал зажигалкой и тихонько ругался, потому что никак не удавалось добыть огня. Киборг мягко забрал зажигалку и сам помог другу прикурить.
- Спасибо, - глухо поблагодарил тот, несколько раз глубоко затянулся и буквально рухнул на скамеечку.
- Господи, и кто только выпустил этого уродца с женской половины дома!
- Ну ты же не думал, что его удастся скрывать вечно, - генерал сел рядом и сочувственно похлопал друга по плечу. – Если бы ты жил в столице или хотя бы в Нидрэде, то твоего генму уже давно бы вычислили, уничтожили, да и тебе бы досталось. Он ведь генму?
- Я не знаю, относится ли его отклонение к классу недопустимых, - пальцы Мастера Ирона ощутимо дрожали, тиская сигарету. – Он альбинос. Вопрос об альбиносах постоянно поднимается в генетических комиссиях, ты же знаешь. Их то причисляют к генетическому мусору, генму, или гемам, то снова убирают из списков. В год, когда он родился, альбиносы считались генму. Я должен был его уничтожить. Я должен был обнаружить отклонение ещё на стадии беременности Лилии, но так замотался… Эта Академия, и мосты новые… Чёрт…
Мастер Ирон обхватил лоб ладонью.
- Я не смог бы… Я хотел этого ребёнка. Я люблю его любым. Пусть даже он имел бы более серьёзное отклонение. Пусть даже в нём проявились бы рецессивные признаки изначальной мутации…
Он поднял глаза на Шибту, и в глазах его стояли слёзы.
- Это же мой сын… Как можно убить собственное дитя?
Киборг ничего не ответил. Генетическими комиссиями киборгам было запрещено иметь детей. Слишком тяжёлые приобретённые хромосомные нарушения, которые ни в коем случае нельзя передавать по наследству. Поэтому все подобные сантименты были слишком далеки от генерала. Но он счёл нужным снова доверительно похлопать друга по плечу.
- Ты не можешь его больше прятать. И не потому, что я не стану молчать. Нет. Вам обоим стоит перестать жить в постоянном страхе. Сейчас ситуация с альбиносами, включая таких стопроцентных, как Найт, смягчена. Их даже принимают в Академию. Я, конечно, не всемогущ, но кое-чем могу помочь. Тем более, по возрасту он как раз подходит.
- Я… я больше никогда его не увижу? – тихо пробормотал Мастер Ирон, меланхолично разглядывая окурок.
- Если захочешь, я могу устроить вашу встречу. Но ты же понимаешь, что генму может здорово подпортить твою репродуктивную репутацию. Ты хочешь, чтобы тебя лишили права на дальнейшую репродукцию и обязали вернуть половину жён в Оазисы? Не говоря уж о весьма немалом штрафе.
Мастер Ирон молчал, глядя на свои руки.
- Разве тебе не будет достаточно того, что твой сын жив и даже неплохо устроился? – нарушил тишину господин Шибта.
Молчание.
Генерал ещё некоторое время посидел рядом. Закурил в молчании. Когда тонкая, как спица, сигарета истлела полностью, он встал. Мастер Ирон подскочил следом.
- Не бойся, - крепкие руки киборга легли на поникшие плечи хозяина города. – Пока я жив, хотя бы в оставшиеся три года, мальчику ничего не будет угрожать. Он воспитан хорошо, не проболтается, кто его отец. Завтра же устрою его в Академию. Правда, мои полномочия распространяются только на Боевое отделение.
Мастер Ирон нервно расхохотался.
- Да какой из него киборг, что ты! Он почти слепой, глуховат, болеет часто, тщедушный, как… как генму! Ха-ха-ха!
Генерал терпеливо дождался окончания этой тщательно контролируемой, сдержанной истерики. Потом крепко обнял друга и похлопал его по спине.

***
Найт лежал, свернувшись клубочком, на коленях своей матери. Его остренькие плечи чуть дрожали, тонкие ноздри трепетали, словно он пытался надышаться перед смертью.
Мать не спала, всё гладила и гладился мягкой тёплой ладонью шелковистые, похожие на пух, белоснежные волосы сына - болезненного, диковинного уродца, но самого любимого создания на земле. Как бы не исказили правила и законы нового мира отношение к женщине и отношение женщин к собственным детям, всегда останется то, что не подвластно искусственному порядку вещей. Материнское сердце. Оно тоскливо сжималось и замирало, холодея от неопределённого, неприятного предчувствия.
А когда в увитую шелками и полупрозрачными драпировками общую комнату вошли двое – муж и его гость, женщина горестно взвыла, перебудив половину товарок, прижала к себе затихшего мальчика и закричала:
- Не убивайте его! Он не виноват! Это я виновата, что родила его, я! Убейте меня лучше!
- Тихо ты, глупая самка! – проговорил Мастер Ирон без злобы, лишь с недовольством. – Никто его не собирается убивать. Зря только шум подняла.
- Не убивайте! – словно не слыша никого, завывала Лилия. Найт в ужасе вращал влажными прозрачными глазами, по его белым щекам катились слёзы.
- Всё в порядке, - приблизился к ней генерал. Он взял Найта за руку.
И тут мальчишка, коротко рявкнув, рванулся изо всех сил. И даже стукнул генерала по плечу.
Господин Шибта невольно отпустил его.
Потом повернулся к отцу Найта и усмехнулся:
- И ты говоришь, из него не получится киборга? – он снова глянул на мальчика и подмигнул ему. – Ну чего ты ноешь, как самка? Ты уже большой. Давай, вытирай сопли и пошли. Боец.
Лилия ровным счётом ничего не понимала, да и не пыталась. Генерал повёл Найта к выходу. Мальчик оглянулся на пороге.
- Мама… - пробормотал он.
Женщина кинулась в ноги киборгу, заливаясь слезами. Мастер Ирон едва смог её оттащить. Мальчик попытался вырваться, забился, как зверёк, даже попытался кусаться, но всё тщетно. Руки, которые перехватили его поперёк туловища и оторвали от матери и от привычной жизни, способны были оторвать и башню у танка.
Найт боролся молча, и лишь когда его запихали в дорогой, начищенный до блеска мувер, истошно, хрипло завопил – «Мамааа!»
Генерал дрогнул. Он успел забыть значение этого слова. И уж точно не мог вспомнить чувств, которые оно вызывало. Но оно что-то надорвало в нём, где-то очень глубоко в душе.
Найт рвался наружу и плакал, пока не получил увесистую затрещину. После чего вдруг осознал целиком и полностью неотвратимые изменения, произошедшие в его судьбе. Сел на скрипучем кожаном сидении напротив генерала и лишь робко хлопал тонкими белыми ресницами.
- Вот и молодец, - кивнул генерал. – Надеюсь, ты не заставишь ни меня, ни твоих родителей жалеть о том, что случилось. Генму.
С этими словами он улыбнулся – искренне и ласково. И потрепал мальчика по голове.

[Кукольник]

3 глава

В этом году в Академию поступило в три раза больше курсантов, чем в прошлом. Несколько десятков тысяч мальчишек из разных семей, с разными способностями, поступали на то или иное отделение в разном возрасте, в зависимости от будущей профессии. Здесь были и аутичные восьмилетки, которым предстояло посвятить свою жизнь наукам Синтеза – будущие генные инженеры, кибертроники, роботроники и прочая «элита». И ехидные девятилетки с внимательными, цепкими глазами – будущие координаторы, программисты, операторы различных сложных машин. И десятилетние мальчишки, которым суждено вступить во взрослую жизнь уже не вполне людьми, а наполовину машинами – будущие киборги. И деловитые, плутоватые одиннадцатилетки, только что поступившие на отделение наук Управления – будущие политики и бизнесмены. И бесчисленное множество двенадцатилетних мальчиков, которым удалось пристроиться на все остальные, менее престижные отделения.
Большинство было сразу после Интернатов, но попадались и «безродные», подобранные добрыми людьми на улицах, а то и пришедшие в Академию добровольно и успешно сдавшие тесты.
Генерал Агласис Шибта научил Найта правдоподобной легенде, в которой никто не сомневался. Альбинос без биокарты и без диплома об окончании Интерната не вызвал подозрений. Наверняка какая-нибудь не слишком породистая женщина родила его по недосмотру да и выбросила, словно мусор, пока её оплошность не заметил хозяин. Альбинос каким-то образом смог выжить на улицах и, наконец, решил «стать человеком».
Никто не понимал, почему двенадцатилетнего мальчика, да ещё не самых выдающихся физических и умственных качеств, приняли на Боевое отделение, а не определили на какой-нибудь малозначимый курс, по окончании которого ему светила бы разве что грязная, монотонная и низкооплачиваемая работа. Слухи поползли сразу. И подозрения зародились в головах тех, кто умел внимательно смотреть и делать логические выводы.
Бофи Талофф заинтересовался альбиносом как забавной зверушкой. Найт производил впечатление слегка отсталого, но преподносил сюрприз за сюрпризом.
На обязательном медосмотре перед тренировкой Найт очень быстро, «по-солдатски» снял робу, аккуратно и ловко сложил её ровным прямоугольничком и повесил на спинку стула. На тренировке беспрекословно подчинялся приказам инструктора, хотя толком не мог выполнить ни одного упражнения, в то время как прочие курсанты постоянно норовили побезобразничать. А когда все курсы отправились в столовый блок Академии, Бофи окончательно утвердился в мысли, что Найт – никакой не подзаборный найдёныш. Многие мальчишки его возраста держали ложку в кулаке, а этот альбинос – как надлежит, пальцами, аккуратно обхватывал губами, не открывая рта слишком широко и не втягивая жидкую протеиновую смесь с шумом и бульканьем. Где же мог генму научиться таким манерам и дисциплине?
Мальчишки из пятого блока, к которому относилась казарма Найта, с хихиканьем и шепотками поглядывали на альбиноса и Бофи.
Но не стоило терять время на ерунду, надо было всё съесть, ведь следующий и последний за день приём пищи только через восемь часов, а никаких кусочков припрятать никто не позволит – на выходе стоят дежурные и проверяют. Впрочем, унести с собой что-либо и тихонько слопать потом под одеялом в принципе невозможно. Всё выдаётся в уже открытых тюбиках и легко может оттуда вытечь, выдав запасливого курсанта.
После обеда мальчишки разошлись по классам, на лекции, видео- и мнемокурсы согласно направленности своего отделения и возрасту.
Перед ужином, на малой вечерней тренировке, курсанты разных отделений и возрастных групп, но до четырнадцати лет, снова оказались вместе. Нагрузка, впрочем, не была одинаковой для всех. Если будущие программисты и прочие химики с нейрохирургами всего лишь слегка размялись, то будущие киборги пахали вовсю. От них не отставали мальчики с Армейского отделения, которым предстояло пополнить ряды государственной армии, но при этом сохранить тело почти человеческим.
Старшие курсанты Боевого и Армейского отделений занимались на специальных полигонах. Для прочих «физкультура» после четырнадцати лет заканчивалась в пользу увеличивающейся интеллектуальной нагрузки, и они посещали тренировочные залы исключительно по желанию и в личное время.
К концу дня у Найта разболелась голова. Слишком много впечатлений, шума, незнакомых людей, информации, да ещё и недавно вшитая биокарта даёт о себе знать. Мальчик не чуял под собой ног от усталости. Всё, что он хотел, это упасть сейчас на свою казённую кровать и уснуть мёртвым сном.
Но как только он вместе с остальными вошёл в общую спальню, сон как рукой сняло. Делейта никто не отвязал, хотя Найт был уверен, что в их отсутствие кто-нибудь обязательно сделает это.
Когда зажёгся автоматический свет, Делейт пошевелился на кровати и радостно воскликнул:
- Чёрт, я так рад вас видеть! Думал, обоссусь!
- А тебе никто не мешает это сделать, - меланхолично заметил Бофи, доставая из шкафчика полотенце.
- Э! То есть как?! Отвяжите меня уже кто-нибудь, а то мочевой пузырь лопнет!
- Писай, писай, все свои. Ничего страшного. Тем более, ты и так весь грязный и мокрый, заметно не будет, - улыбнулся Бофи, и несколько мальчишек заржало.
Делейт попунцовел, принялся рваться из крепких пут и орать благим матом, удивительно цветастым для его нежного возраста.
- Все оперативненько в душ, - распорядился Бофи, не обращая на буйство Делейта никакого внимания.
Одни мальчишки проходили мимо молча, понурив голову, другие хихикали или даже откровенно дразнили беспомощную жертву местного лидера, третьи не выказывали своих чувств. Найт замер в нерешительности.
- Ну, чего встал? Не задерживай движение, - сказал Бофи.
- Нельзя так. Наверное, - сбивчиво произнёс Найт, посмотрев на кровать Делейта. – Ему же плохо.
Бофи вздохнул, положил руки на плечи Найта и произнёс почти ласково:
- Эх, Мыш, вокруг тебя ещё стольким людям будет плохо, и в миллион раз хуже, чем ему. Ты же будущий киборг. Привыкай к чужим страданиям.
Он рассмеялся и прошёл мимо, в душевую.

***
Найт вошёл через какое-то время, неловко прикрываясь полотенцем. В душевой всё было белым – пол, стены, потолок, яркий свет, клубы пара. Найт осторожно двинулся вперёд, но упал, сбитый с ног налетевшим на него Тодом. Это был тот самый мальчишка, что первым стал задираться к новеньким.
- Вот чёрт! – ругнулся он. – Не заметил! Чего под ноги кидаешься, мышь лабораторная?
- Я… я не…
- Ха-ха! Да ладно, ты просто здорово умеешь маскироваться под кафель! – Тод пошлёпал Найта по макушке ладонью и, хохоча, проследовал мимо. И вдруг его самого отпихнул с дороги Делейт Лебэн, как ни в чём ни бывало прошагавший к ближайшей свободной кабинке.
Тод кинулся к Бофи ябедничать.
- Так. Кто его отвязал? – сурово спросил старший мальчик, выходя из кабинки и хлопая стеклопластиковой дверцей.
Постепенно шум пара стих – ребята один за другим выключали душ. В конце концов, в полной тишине остался только шум воды в одной кабинке и весёлое насвистывание Делейта.
- Кто отвязал, я спрашиваю?! – грозно рявкнул Бофи.
- Я! – Найт вскочил на ноги. – Я его отвязал!
Бофи посмотрел на него как на приготовленную к препарированию лягушку.
- Хм… Вот так воспитанный мальчик!
Он подошёл к Найту вплотную. Тот опустил голову и смиренно молчал. Но вдруг сам, без позволения, поднял лицо, заглянул Бофи прямо в глаза и проговорил хоть и тихим, но вполне твёрдым голосом:
- Он и так всё понял, наказан достаточно.
- Здесь я решаю, кто наказан достаточно, а кто нет! – заорал Бофи ему в лицо, Найт прищурился, но не отступил и не съёжился.
- Хм. А я думал, это в ведении устава Академии и кураторов, - послышался вдруг хрипловатый голос.
- Тебя вообще не спрашивают, Тэо! – буркнул в сторону Бофи.
К нему подошёл высокий парень примерно одного с ним возраста, бледный и веснушчатый, с медно-рыжими волосами, заплетёнными в тонкую косичку. На его нижней губе тоже имелась чёрная вертикальная полоска, как у Бофи.
Парень примирительно сказал:
- Слушай, салаги и так поняли, что с тобой лучше не шутить. Но зачем тебе, чтобы кто-то и правда обоссался, а потом вонял на всю спальню? Наш маленький боец с системой уже сделал правильные выводы. Правда, Делейт?
Вместо ответа черноволосый мальчишка выключил воду, обмотал бёдра полотенцем и, показав средний палец, гордо покинул душевую.
- Сделал, - утвердительно кивнул Тэо. – Ну, всё, инцидент исчерпан?
Он улыбнулся Бофи очень дипломатичной улыбкой. Тот угрюмо насупился и прошёл мимо, на выход.
Постепенно в душевой никого не осталось.
- Вообще-то Бофи не плохой, - негромко сказал Тэо на ухо Найту. – Просто его лучше слушаться.
- Ты-то вот не слушаешься, - буркнул Найт.
- С чего это ты взял? Слушаюсь! – Тэо сделал невинное лицо и прыснул со смеху. – Главное не наступать ему на хвост. Мне с ним делить нечего. Он всё равно знает, кто я и кто он.
- А кто ты?
Тэо лукаво прищурил свои медовые глаза и сказал не без хвастовства:
- Я-то? Матэо Лекси. Слыхал?
Найт сконфуженно помотал головой.
- Ах, ну да, откуда генму знать такие тонкости! – добродушно усмехнулся Тэо. – Ладно, пошли спать. Завтра вставать рано.
Когда Найт вернулся в спальню, он увидел, что Делейт скинул грязные, всё ещё чуть влажные простыни вместе с тонким матрасом на пол и свернулся в клубок на твёрдой основе. Спать на решётке наверняка невозможно, но Делейт старательно делал вид, что заснул.
За два часа до отбоя мальчишки занимались своими делами. Кто-то решил уснуть пораньше, не обращая внимание на тихие разговоры, звуки, доносящиеся с чужих ноутов, или смех. Несколько коек пустовало – наверняка их хозяева сейчас тренируются, сидят в компьютерном зале или в мнемотеке.
Солнце уже зашло и уже не докучало Найту, который лежал на своей кровати. Сон не шёл, хотя всего полчаса назад он готов был уснуть хоть стоя. Мальчик совершенно не представлял, чем можно сейчас заняться. Он решил понаблюдать за соседями по комнате на ближайшие шесть лет.
Академия Броксы была построена по общегосударственным стандартам, но до сих пор принимала гораздо меньше курсантов, чем была рассчитана. В каждой общей спальне стояло тридцать коек, и они должны быть заполнены все, либо спальня должна быть опечатана как нежилая. Поэтому блоки подчас уплотнялись мальчиками разных возрастов, но с расхождением не более чем в три года. По причине этого публика в спальне подобралась весьма разношёрстная и занятная.
- Чего пялишься? – рявкнул вдруг Тод.
Найт сел на кровати.
- Я вовсе не…
- Чего надо, а? Проблем, да? – Тод уже подошёл к нему, альбинос попятился и едва не свалился с кровати.
Но тут к ним обоим приблизился Тэо и положил руку на плечо маленького задиры.
- Всё в порядке? – спросил он.
Тод что-то невнятно буркнул, съёжился и очень быстро вернулся на своё место.
Кивнув с довольным видом, Тэо взял Найта под локоть и сказал:
- Пойдём, поговорим.
Найт безропотно последовал за старшим мальчиком, мельком заметив, что Бофи провожает их очень внимательным взглядом.
Они вышли в коридор, погружённый в синеватый полумрак – автоматическое освещение переключилось в ночной режим. В длинных коридорах не было никого. Тэо остановился перед длинным затемнённым окном, и в нём Найт увидел их спальню. А, так вот, значит, что это за серебристая панель на одной из стен! Замаскированное окно.
Тэо прислонился плечом к стенке и с будничным видом закурил.
Найт округлил глаза.
- Ты куришь?!
- А ты что, нет? – фыркнул Тэо, выпуская дым ему в лицо.
- Нет, мне двенадц…
Найт закашлялся, Тэо даже похлопал его между остреньких лопаток.
- Тогда тебе просто необходимо начать! На, держи. Всасывай дым, старайся проглотить.
Найт попытался вернуть сигарету, мямля что-то вроде «мне нельзя».
Но Тэо настойчиво пихал сигарету ему в губы. Найт сделал затяжку. Кашлял до выступивших слёз.
- Да что ты, в самом деле! – скривился Тэо. – Ну ладно, я тебя не за этим сюда приволок. Знаешь, я люблю животных – мышек там, крысок, прочую беспомощную шушеру. На уроках биологии каждый раз слёзы на глаза наворачивались, как скальпель поднимал над очередной тушкой… Да прекрати ты кашлять, мать твою!
Найт зажал себе рот ладошкой и вздрагивал от сдерживаемых приступов кашля.
Тэо продолжал.
- Так вот. И по причине своей излишней сентиментальности я решил тебе немного помочь освоиться. Итак, - он ещё раз затянулся. – Бофи и правда тут главный, но если он начнёт слишком уж наглеть – смело иди ко мне жаловаться. Но не переусердствуй с жалобами, я ябед не люблю. Вот отвернусь от тебя, будешь сам с ним разбираться. Но тогда тебе точно крышка. Усёк, Мыш?
Найт быстро закивал.
- Далее. Не становись ему поперёк дороги, не играй в благородство, как с этим Делейтом. У тебя силёнок не хватит. Но и слишком не позволяй собой помыкать. Как только чувствуешь, что он начинает вытирать об тебя ноги, сразу говори «нет».Усёк?
- Угу…
- Далее. Ты будущий киборг, ты солдат. А мямлишь, как сучка какая, которой по мордам надавали. Говори чётко, внятно, громко. Понял? И осанку держи. Ну-ка выпрями спину, плечи расправь, ну! Вот!... Чёрт… Ну ты и дылда!
Найт и правда сразу же стал на полголовы выше Тэо. Смутившись, он мигом сжался, но Тэо шлёпнул его по плечу.
- Стой как стоишь, по стойке смирно. Молодца, вот так держать! Далее. Ты не боись, до серьёзных проблем у тебя всё равно не дойдёт. Тут с этим строго. Избивать до полусмерти, калечить и тем более насиловать никто не станет. Никому не хочется в карцер и на перевоспитание. Видал я таких – им мозги так встряхнули мнемокоррекцией, что у одного эпилепсия началась, а у другого мигрени постоянные. Но зато в Академии за попку можешь не опасаться.
Найт покраснел и поднял брови. Тэо усмехнулся:
- Эх ты, святая наивность! Ну в смысле, никому тут твоя девичья честь без твоего согласия нафиг не сдалась, и даже учителям и кураторам, понял?
Найт неуверенно кивнул.
- Далее. Немного о нашей милой компании. К пятому блоку относятся несколько спален, пацаны от десяти до тринадцати, то есть, курсы с первого по четвёртый. В нашей спальне в основном все первый и второй, есть двое с третьего и двое с четвёртого – я и Бофи. Просто в соседней спальне коек не хватило, а в этой как раз лишние оказались. Вечно тут какой-то бардак с комплектацией… Короче. Жить надо со всеми дружно, но рассчитывать только на себя. Дружбу заводи ненавязчиво, а то посчитают тебя подхалимом. Здесь этого не любят. Если просят о какой-то серьёзной помощи, не отказывай. Жлобов здесь тоже не любят. Если видят, что тебе хреново и предлагают помощь, не отказывай. Одиночки тоже не в почёте. Сам особенно помощь не навязывай. Инициатива наказуема. Сильно не стучи кураторам, только если что-то действительно ужасное будет происходить. Но ты не боись, не будет, мы с Бофи проследим. Пацанов из других блоков и более старших курсов не бойся, у них своя территория, у нас своя. Ну только разве что не особенно-то вертись перед теми, кто старше пятого курса. Ты, конечно, чучело жуткое, но какому-нибудь извращенцу сгодишься.
Найт снова в недоумении хлопнул белыми ресницами:
- Но… ведь ты же сказал…
Тэо захихикал:
- Я сказал, насиловать никто не будет. А ты знаешь, как они на уши умеют припадать? Соблазнят тебя, дурачка дикого, в два счёта! Потом пойдёт про тебя слава по всем курсам, а то и отделениям. Хотя, тут есть и парочки, про которые все знают, и ничего. Вот, к примеру, Тайгир с пятого и Олаф с седьмого. А ещё болтают, будто наш историк пацанов молодых того…
Найт стоял, как истукан. Тэо похлопал его по плечу:
- Расслабься. Просто слухи. Мало ли, что болтают! Болтают, что Император взял в жёны какую-то дикарку с запада и сына её черномазого усыновил. Так, что там дальше… Ах, да! Про разные отделения. Сразу говорю, брат, начинай дружить с теми, кто учится на координаторов. Очень полезные знакомства для киборгов. Можешь ещё завести знакомства с теми, кто на Синтезе учится. Обзаведёшься связями среди кибертроников – будешь вшиваться всегда по последнему слову техники. А вот с «управленцами» не связывайся, они все скоты двуличные.
На этих словах он слегка нервно затянулся, раздувая ноздри и глядя куда-то в тёмную даль пустынного коридора. Найт терпеливо ждал. Тэо продолжил:
- Так, с общими постулатами закончили. Теперь конкретно по нашей спальне.
Он повернулся к окну и кивнул.
- В основном тебе следует опасаться Грайда. Вон тот. Он с крышей не дружит, может побить сильно. Просто не попадайся ему на пути. Если что, зови меня или Бофи. Вон те двое близнецов, Генрих и Штэф – сыночки одного генерала из простых, ну то есть, не кибер-войск. Прям все из себя такие! Вообще они нормальные парни. Просто малышню не любят, но ты как раз их возраста вроде бы. Тебе же одиннадцать?
- Двенадцать, - промямлил Найт и тут же сказал твёрдо и чётко, - двенадцать.
Тэо глянул на него лукаво.
- Во, молодец, всё на лету схватываешь! Так… Дальше. Вон тот, налысо бритый, Чейз, всегда тебе поможет с любой информацией. У него родной брат, старший, в этом году заканчивает координаторское. А у них есть доступ практически ко всей Сети. Всё достанет, что угодно. Вот этот, Долори, с виду мягкая тряпочка, но сядет на шею и ножки свесит, не скинешь. Сразу посылай его, даже если очень будет ныть. Ну и двое с третьего курса, Натаниэль и Ка. Ка умеет договориться с любым учителем, он у них любимчик. Не знаю, может даже трахается с кем-то из них. Не моё дело. Главное, если вдруг надо откосить или там чего – обращайся к нему. Натаниэль сын крупного промышленника, кого-то из корпоратов в мегаполисе моего отца, так что подружишься с ним – тёплое местечко после выпуска тебе обеспечено. Правда, мы с ним не очень-то дружим. Ну, просто папаша его что-то вечно мутит…
- Постой, ты сказал, в городе твоего отца?
Тэо горделиво улыбнулся. Найт восхищённо сцепил пальцы.
- Правда?! А что за город?
- Тетраполис. Я сын Мастера Теодониуса. Вообще, на нашем отделении все знают. Я один такой, чтобы сын Мастера - и вдруг киборг. Остальные «мастерята» учатся на Управлении, Синтезе или Оперировании.
- А я тоже… - начал было Найт срывающимся голосом, но вдруг замер и сдавленно проговорил, - х-хотел пойти на Оперирование, но тестов не сдал…
- Ещё бы! Ты же, наверное, недавно из подвала вылез, а сунулся к программистам. Ха-ха. Я вообще не понимаю, как тебя на Боевое взяли.
Найт пожал плечами, скромно и чуть сконфуженно улыбаясь. И вдруг спросил:
- А Тод?
- Что Тод? – не понял Тэо, - Ах, Тод! Это такой низенький, тёмный, который вас сразу строить начал? Тадеуш Мазур, из Келамы. Там всякое отребье как поселилось лет сто назад, так до сих пор и не превратилось в приличных людей. Не обращай внимания, Тод - пустое место.
Найт послушно кивнул.
- Ну ладно, - Тэо стряхнул пепел на пол, спрятал окурок в карман робы, предварительно затушив его смоченными слюной пальцами. – Краткий ликбез окончен. Со своими однокурсниками сам разберёшься, я думаю. Но небольшой совет. Не позволяй никому из ровесников садиться тебе на шею. Это место зарезервировано для старших. Хе-хе-хе… Ах да, и не связывайся с этим чёрненьким, как его там… Делейтом. Он полный крышелёт, сразу видно. С ним проблем не оберёшься. Он, наверное, вообще курса со второго-третьего вылетит со свистом, попомни мои слова! А вот я лично намереваюсь закончить с отличием. Потом вернусь домой, поступлю к отцу на службу. Буду надирать задницы его врагам. А хочешь, и за тебя замолвлю словечко. А? Хочешь?
Найт быстро закивал. Тэо с барским видом потрепал его по тонким, жидким волосам и сказал:
- Ну что ж, на сей оптимистической ноте пошли-ка спать!