Страшная сказка, Хоррор Опции

[Ломерт]

1.

Его дочь жестоко изнасиловали... Пять озверевших подонков... Она не смогла этого пережить... И её не стало в первый же день после всего случившегося... Ему было сорок, ей шестнадцать... Его жена не смогла справиться с таким ударом... И её сердце перестало биться... Он остался один... И он поклялся голыми руками перевернуть весь Ад, если придётся, но найти их всех.. Каждого... Они ответят... Ему. Лично. Он сделает всё...
Английские предки Дженнета наградили его достаточно редкой для его родины фамилией. Россия. В ней он появился на свет. И в ней же нашёл своё место в жизни. Уголовный розыск. Занятие для крепких духом. Десять лет безупречной службы. Отличнейшая характеристика. И это были не простые слова.
Труп тридцатидвухлетнего Самойлова сидел на стуле в собственной комнате у себя дома. Конечно комната принадлежала не трупу, но теперь её хозяин мог пребывать лишь в этом статусе. Тело Самойлова было надёжно примотано к спинке стула толстой рыболовной леской. Словно намотаной на какую-то огромную катушку. И у тела кое-чего недоставало... Самой малости. Верхней части черепа. Выглядело это так точно кто-то скальпировал покойника, прихватив вместе со скальпом и то, на чём последний рос. Обнажённый мозг представлял себя миру во всей своей красе. И у мозга имелось нечто, что явно не могло ему принадлежать. Что-то торчало между полушариями мозга. Что-то, что никак не могло появиться само. Дженнет осторожно протянул левую руку к голове покойника и аккуратно извлёк загадочный предмет. Это была маленькая металлическая фигурка. Выполненное в металле тело какого-то уродца с лысой головой. Уродливая рожица которого вся светилась каким-то запредельным весельем. Уродец смеялся над чем-то, известным лишь ему. И это было не всё. Стул с телом стоял за письменным столом со стоящим на нём компьютерным монитором, расположенным точно напротив тела покойного. Весь экран монитора был залит кровью... Но кто-то неизвестный протёр чем-то в крови "окошко" . Открывающее миру фрагмент некой переписки... Пошлые фотки есть? Всего одна фраза... Работающий компьютер наводил на мысль о том, что смерть настигла Самойлова в самый разгар некой жаркой интернет-переписки. Во всяком случае всё именно так и выглядело. Кто-то очень постарался над созданием такого впечатленния...
Так началась охота. Самая необычная охота на охотника. Охотник на троллей. Так позже назвали неведомого убийцу, ополчившегося на всю эту странную категорию обитателей интернета. И определение "достали" вряд ли можно было считать мотивацией... Тут было что-то ещё... Вот только что? Но ответ на вопрос знал лишь один... Менее всего заинтересованный в раскрытии тайны... Как и меньше всего заинтересованный в своей поимке...
Идея провести внеочередной праздничный флэшмоб... Впрочем слово "флэшмоб" мало подходило для того "мероприятия", которое решил провести Червь. Для этой его затеи вообще не существовало ни одного вразумительного названия... Идея сотворить "нечто такое" сама собой пришла ему в голову. Это должно было стать оригинальным подарком ко дню рождения Стержня. Его старого и лучшего кореша. Ну, и разумеется, "автор произведения" неминуемо станет звездой всего праздника. Если всё пройдёт как надо... Со списком участников затеянного им проблем не было. Тут даже думать ни о чём не приходилось... А вот кого выбрать на роль "королевы бала"... Над этим ещё предстояло поразмыслить...
Только что он закончил обсуждение всех организационных вопросов с Барабаном. Ещё одним одним отличным корешом, безоговорочно поддержавшим всё задуманное им. И сейчас, сразу же после их телефонной беседы, Червь собирался выйти во двор для того, чтоб встретить у подъезда машину Барабана с самим владельцем за рулём и с какой-то очередной шмарой, заменяющей собой дружескую компанию. Барабан должен был привезти кое-что, без чего весь замысел не имел смысла.
Зима. Темнеет рано. Но Червь темноты не боялся. Что может с ним случиться в его дворе? У самого подъезда? Даже зимним вечером... Быстро одевшись, Червь выскочил из своей квартиры. Шустро сбежав вниз по лестнице, Червь выскочил во двор. Какая-то сволочь вновь разбила очередную лампочку над входом в подъезд и Червь оказался в темноте, кое-как рассеиваемой светом из открытой подъездной двери.
Впереди перед домом, спиной к нему, кто-то стоял. Этот кто-то был одет в длинную чёрную куртку с чёрным капюшоном, натянутым на голову. На Червя он не произвёл впечатлиния. Не таких кренделей Червь видел... Червь вытащил из левого кармана своей куртки пачку сигарет и извлёк одну из неё.
- Закурить не будет? - Немедленно раздался усталый мужской голос.
Червь тут же перевёл свой взгляд с сигаретной пачки на стоящего перед ним кренделя в чёрном. Теперь этот тип стоял лицом к нему и смотрел прямо в глаза Червя.
- Бери, братан, - дружески предложил Червь, протянув в сторону незнакомца левую руку с раскрытой сигаретной пачкой.
Быстро шагнув к Червю, незнакомец на удивление ловко вытащил левой рукой в чёрной кожаной перчатке сигарету из раскрытой пачки. Сразу же вслед за этим подняв правую руку в такой же перчатке с зажатой в кулаке удивительно длинной узкой зажигалкой.
- Я прикурю? - Спросил Червь, нагибаясь к зажигалке в руке незнакомца.
То, что это не зажигалка, он понял когда уже было поздно... Когда из "зажигалки" вместо огня вверх выскочил узкий длинный клинок ножа. Произошедшее вслед за этим Червь даже не успел осознать... Адская боль от вонзившего под его челюсть лезвия стилета атомным взрывом рванула мозг Червя, полностью лишая его способности реагировать хоть на что-то... Абсолютно не соображая ничего от боли, Червь даже не сделал ни одной попытки сопротивления... Да он даже и не понял что произошло когда стальной клинок вдруг вонзился в его левый глаз, немедленно достигнув мозга... Сильный толчок в грудь обрушил Червя на землю... Упав, Червь увидел правым глазом нечто упавшее откуда-то сверху и приземлившееся рядом с его головой... Какая-то игрушка... Фигурка... Ставшая последним, что Червь увидел в своей жизни.
- Передавай привет Аду, - устало произнёс чей-то мужской голос одновременно с падением фигурки.
Ужасная смерть Червя напрочь отбила у всей его компании все желания воплощения в жизнь хоть каких планов...
Она нашла эту фигурку случайно... У себя во дворе. Когда ей было всего пять лет. И с тех пор практически не расставалась с этим бронзовым лысым уродцем, смеющимся от чего-то известного лишь ему. Считая эту вещицу, размером не более японских нэцке, чем-то волшебным... Чем-то вроде своего счастливого талисмана. Когда же случилось непоправимое... Её так и нашли наглотавшейся бабушкиного снотворного в собственной комнате с зажатым в правом кулаке "счастливым талисманом", ничем помогшим ей в самую тяжёлую минуту...
Он сам положил эту фигурку, значившую что-то такое для неё, к ней в гроб... Предварительно попросив одного друга сделать ему форму для отливки с этой уже совсем не забавной вещицы... И уже тогда у него в голове родился весь его безумный план...
С Законом всё вышло не просто плохо, а очень плохо... Преступление есть, а пострадавшей уже нет... Кто? Где? Когда? Почему обязательно местные? Его заявление приняли и немедленно спустили в архив...
Миллер был тем, кого принято называть не иначе как мастером от бога. Ювелир. Чьи творения были известны не только в России, но довольно хорошо за рубежом. Неоднократный успех на различных выставках. Его работы украшали собой не одну высокосветскую особу. К успеху он шёл долго... Но теперь заказать себе что-нибудь особо оригинальное, эксклюзивное, считали своим долгом многие из тех, чьи объёмы кошелька могли позволить и не такое приобретение. Миллер любил золото. Всей душой. Но не за его цену, а за ту красоту, которую оно дарило людям. А начиналось всё... Начиналось всё очень давно. С одной юношеской затеи. С нескольких оригинальных шахматных наборов. Фигурки которых словно воплотили в себе все мифы и легенды мира. И выглядели точно живые. Практически сразу же эти сказочные шахматы нашли своих ценителей и счастливых обладателей, немедленно став коллекционной редкостью. При всём этом сейчас у Миллера здесь в России, на его родине, было всего два предприятия, вполне устраивающих его: ювелирный салон и бижютерная мастерская по производству высокохудожественной бижютерии. Яркие, красочные украшения, производимые его мастерской были настоящими произведениями искусства. И хотя никакой суровой необходимости лично контролировать всё касающееся его ювелирного салона, Миллеру всё же нравилось периодически одаривать всех работавших в нём своими визитами.
В этот день Миллер появился в салоне значительно позже, чем делал это обычно. Войдя в салон как обычный рядовой покупатель. Так он поступал всегда. Ему нравилось получать наслаждение от вида всей этой блестящей и сверкающей красоты, находящейся в его салоне. Но сегодня привычный порядок вещей был изменён. Нет, с дорогой красотой всё было в порядке. Дело было в другом. Все четыре его молоденькие продавщицы, сойдясь вместе за прилавком слева от входной двери, заинтересованно разглядывали что-то, находящееся в руках одной из них.
- Добрый день, - мягко поприветствовал Миллер всю четвёрку, подойдя к ним.
- Ой, здрасьте, - пискнула одна из них за всех, только теперь увидев Миллера и вместе с остальными уставившись на него.
- Что разглядываем? - Вежливо поинтересовался у них Миллер.
- Светка, покажи, - тут сказала поздоровавшаяся с ним держащей в правой руке загадочный предмет.
- Смотрите, - хмыкнула та, протягивая к Миллеру раскрытую правую ладонь на которой стояла....
Миллер узнал эту вещицу сразу же. Пешка. Пешка из одного сказочного шахмотного набора, сделанного им много лет назад. Он уже и забыл давно о тех шахматах.. И вот...
- Взять можно? - Попросил Миллер, глядя на фигурку.
- Берите, - согласилась Светка, разрешая.
Миллер протянул правую руку к фигурке и, осторожно взяв её двумя пальцами, поднёс к лицу. Подделка. Это он понял сразу же как только увидел фигурку вблизи. Копия. Но очень хорошая копия смеющегося лысого тролля, какими он их всегда представлял себе.
- Ерунда, - спокойно произнёс Миллер, возвращая Светке эту металлическую фигурку.
- Светке подарили, - как-то разочарованно произнесла всё та же, что поздоровалась с ним. - Только что. За её красоту.
- Кто подарил? - Также спокойно спросил Миллер.
- Тип какой-то, - ответила Светка, пожав плечами. - Так и сказал: вам за вашу красоту.
- Как выглядел? - Поинтересовался Миллер.
- Никак, - ответила Светка. - Чёрная куртка, чёрный капюшон на голове, патлы, очки, борода... И всё, - Светка опять пожала плечами.
- Подробнее описать его не можете? - Спросил Миллер.
Все четверо одновременно отрицательно мотнули головами.
Интересно... Очень интересно... Миллер был абсолютно уверен в том, что такие вещи сами по себе просто так не появляются. Он развернулся спиной к четвёрке и чуть не налетел на стоящего сзади охранника.
- Лица тоже не видел, - сообщил Миллеру тот. - Он вошёл опустив голову. И крутился всё время спиной ко мне.
- Очень интересно, - ответил Миллер.
- Думаю и на записях с камер лица не будет, - произнёс охранник. - И ещё. Так одетому, как он, незамеченным в толпе не пройти. Он словно специально привлекает к себе внимание.
- Забавно, - тем же спокойным голосом закончил разговор Миллер, направившись через весь салон к служебному ходу.
Через пять минут, уже стоя посреди своего кабинета, Миллер поднёс к правому уху свой мобильник.
- Привет, - поздоровался Миллер с ответившим на его вызов. - Кажется у нас назревает проблема.
- Серьёзная? - Осведомился мужской голос в мобильнике.
- Не знаю, - честно признался Миллер. - Но думаю есть смысл за кое-кем присмотреть. Только сделать это надо правильно и аккуратно.
- Сделаем, - вздохнул голос в ответ. - Говори...

[Ломерт]

14.

Конопля даже не сомневался в том, кого он видит перед собой. Но сейчас ему было не до них... От полученного удара в живот весь поздний обед, съеденный им незадолго до всего случившегося с ним, взлетел вверх и он до сих пор таскал всё это дерьмо у себя во рту... Можно было только догадываться о том, какое впечатление своим "Вы..." с полным ртом дерьма он произвёл на всех присутствующих здесь... Но ему до этого сейчас не было дела... В его организме бушевала настоящая революция: низы не хотели жить по-старому, а верхи были совсем непрочь предоставить полную свободу низам. Андрей рывком вскочил на ноги и, нагнувшись рванул к тому, что уже успел заметить здесь... К ведру, стоящему на полу примерно посреди этой дьявольской комнаты, в которой он теперь находился. Его вывернуло как только он добрался до ведра... Однако не совсем так, как он хотел... Всё, что находилось внутри него оказалось не в ведре, а рядом с последним на полу... Словно специально он точно попал на лежащий рядом с ведром рулончик розовой туалетной бумаги... Не промахнулся. Как будто специально целился в него... И лишь после своего "извержения", когда его отпустило и он обтёр губы правой рукой, Андрей наконец смог мыслить... И первым, на что он обратил своё внимание, была полнейшая тишина... Он загадил единственный запас туалетной бумаги и пол, но эти двое, находящиеся тут вместе с ним, не издали ни звука... Распрямившись во весь рост, Андрей решил осмотреться... И от увиденного волосы на его голове сами зашевелились... Он понял почему остальные молчали... Вот это жесть... Так оказаться в одной комнате с целой компанией... Пусть даже компания всего из двух человек... Не в этом дело... Вот так, в запертой комнате без окон, с одной кроватью на всех и с видеокамерами, торчащими в каждом углу... И наверняка кто-то где-то сидит и смотрит весь этот панорамный обзор... И всё это только начало... Те, кто притащили их сюда несомненно знают о них всё... И очень даже скоро здесь будут и все остальные, связанные с ним и остальными, уже находящимися здесь, одной цепью... А что потом? Лучше сейчас об этом не думать... И ясно уже почему эти двое, стоящие перед ним прижавшись спинами к стене напротив со сложенными на груди руками и опущенными головами, угрюмо молчат... Только молчанием вряд ли себе поможешь... Особенно после такого его феерического появления... И ещё кое-что Андрей заметил... Девушку, стоящую под стенкой перед ним, трясло... Мелкой дрожью... Нервы? А что ещё? Здесь не холодно... Совсем не холодно... Он не успел найти никакого логичного объяснения её дрожи, как за единственной тут металлической дверью за его спиной раздались шаги. Андрей быстро оглянулся назад... Правая рука кого-то, находящегося по ту сторону двери, просунула в широкую щель под дверью маленький пятидесятиграммовый пластиковый стаканчик... С водой? С лежащим на нём маленьким листочком бумаги, на котором... Невероятно! На бумажке лежали две небольшие белые таблетки... Доставивший им этот "подарок Деда Мороза", выполнив свою миссию, быстро ушёл куда-то влево от двери, если судить по звуку его шагов. Девушка, стоявшая напротив, тоже наблюдала за этим явлением стаканчика, подняв голову... И как только стихли шаги принесшего "посылочку" она сорвалась с места и бросилась к двери... Подбежав к двери, она буквально упала на колени перед той, быстро схватила дрожащими пальцами правой руки таблетки с бумажки поверх стаканчика, засунула их в рот и проглатила, запив водой из стаканчика, взятого в левую руку, и запрокинув назад голову... Мама дорогая... Андрей судорожно сглотнул... Матерь божья... Святые угодники...
Гатин своей жизнью был полностью доволен. Более того он гордился собой. Ещё бы! Сын настоящего авторитета. Самого что ни на есть настоящего. И совсем не такого, каких-то показывают в кино. А такого, который смог добиться всего, что только смог пожелать. И сейчас Гатин-старший был владельцем совершенно реального банка. Каким-то образом числившегося за абсолютно другим типом, исполняющим овеянную легендами роль зиц-председателя Фукса из "Золотого телёнка". Сколько себя Гатин помнил он никогда и ни в чём не имел отказа. У него было всё, что только он мог захотеть. А потому верил в своего отца больше и сильнее, чем кто-либо в бога. Разве что не молился ему. И, как только достиг своего совершеннолетия, отправился не в армию службу служить, а в далёкую Англию ума набираться. А что ещё делать всегда сытому и довольному породистому мажору, никогда не знавшему сколько стоит простой пакет молока? И уже здесь, в туманном Альбионе, Гатин нашёл собственное дело, достойное его. Да какое дело! Нет, разумеется, весь это бизнес не принадлежал ему. Он был лишь частью общего дела. Но зато какой частью!
Вчера Гатин вернулся домой. Как солдат. На побывку. По случаю грядущего дня рождения своего нежно любимого папочки. И сразу же по прибытию озаботился организацией дружеской пирушки в честь своего нежданного возвращения в родные пенаты. Ну да. Сделал всем сюрприз, не предупредив никого о своём приезде.
Время и место проведения вечеринки уже были определены, все организационные вопросы решены... Когда ему позвонил некто Стромин, его самый закадычный друг, и попросил его заехать к нему домой. В гости. За жизнь поговорить. Вечерушка вечерушкой, а встреча с верным другом нечто совершенно иное. И Гатин поехал... Не мог же он другу отказать?
Машину свою Гатин поставил прямо у подъезда Стромина, живущего в элитной многэтажке для совсем не бедных. Что с ней тут может статься? Здесь всё под охраной. И двор, и каждый подъезд...
Выйдя из машины, Гатин подошёл к металлической двери, подмигнув охране в камеру наблюдения, расположенную прямо над дверью, и потянул дверь на себя за необычно крупную ручку. Дверь на удивление легко и бесшумно открылась. И Гатин оказался на пороге довольно просторного пустого фойе, в центре которого стоял, широко расставив ноги, охранник в чёрной форме какого-то ЧОПа. В правой руке охранника была достаточно длинная, такая же чёрная, как его форма, пластиковая дубинка. Гатин дружески улыбнулся мрачному охраннику, входя в фойе и закрывая за собой дверь. Войдя, Гатин бодро зашагал прямо кохраннику... И, подойдя к тому, протянул ему правую руку для дружеского рукопожатия, продолжая всё также улыбаться... Что прозошло дальше Гатин не понял... Вместо того, чтоб перекинуть дубинку в левую руку, мрачный охранник ничуть не меняясь в лице вдруг... Удар дубинкой по голове был страшен... Словно подкошенный Гатин рухнул вниз... Но был немедленно подхвачен сильными руками охранника...
Очнувшись Гатин не сразу понял что происходит и где он находится... Голова болела дьявольски... И первое, что он ощутил, было какой-то дрянью, находящейся у него во рту... Что-то металлическое... И тут же он понял что выплюнуть это дерьмо не может... Его рот заклеен... Скотчем? Скотчем, вашу мать... Всё остальное... Всё остальное пришло потом. И осознание того, что вокруг сплошная тьма... И осознание того, что он стоит распятый как Иисус Христос с руками и ногами надёжно прикрученными к какому-то гадскому кресту колючей проволкой. А на земле у его ног стоит дешёвый аккумуляторный фонарь, освещающий что-то во тьме перед ним. Гатин поднял голову и обомлел.
Прямо перед ним, широко расставив ноги стояли двое. Похожие друг на друга как два клона. В одинаковых чёрных куртках с чёрными капюшонами на головах, в чёрных брюках...
- Ожил, - произнёс вдруг левый клон.
- Он не понимает что происходит, - тем же голосом сказал правый.
- У него в глазах двоится, - безразлично выдал левый.
- Такое бывает, - вздохнул правый.
- Мы тут... - Начал левый.
- Для того, чтоб... - Продолжил правый.
- Сообщить тебе... - Подхватил левый.
- О том, что твоя конторка закрыта, - закончил мысль правый.
- А весь ваш штат... - Вновь начал левый, шагнув к Гатину и поднимая правую руку в чёрной кожаной перчатке с чем-то узким и длинным в кулаке.
- Распущен в связи... - Опять продолжил правый.
- Со смертью всех сотрудников, - холодно закончил левый, подойдя к Гатину и...
Одновременно со своими последними словами левый вонзил в живот Гатина удивительно узкий и длинный клинок своего ножа. Да, это был нож у него в руке. Гатин это понял, когда из той штуки в кулаке выскочило лезвие, словно им выстрелили. Только сейчас Гатину на это было плевать... Для него теперь не было ничего в мире, кроме всё поглащающей адской боли... И ещё кое-чего тёплого, струящегося по правой ноге под штаниной... (Продолжение следует)