Теплокровный, Эльфы - теплокровные? Это еще как сказать... Опции

[Ну типа Я]

Она появилась ровно в 11 часов 34 минуты 17 секунд плюс минус 0,5 секунды.

Безо всяких переходов, вспышек, громов и молний посередине комнаты возникла прелестная девушка с веселыми серыми глазами.

- Я пришла! – громко заявила она, радостно улыбаясь.

- Это я вижу прекрасная незнакомка, - сказал я, откровенно любуясь ее фигурой.

Ее улыбка стала еще шире.

- Кто ты? – спросил я.

- Я эльф, - ответила она.

- Хм… эльфы маленькие, со стрекозиными крыльями и острыми ушами.

- Неправда! – она даже раскраснелась от возмущения. – Эльфы большие, такие же, как и все. Маленькие они бывают от искривления пространства при переходе. А крылья и уши отращивают по желанию, мода такая.

- Хорошо, - согласился я, - уши у тебя замечательные, впрочем как и все остальное… А как тебя зовут?

- Эля, - она опустила глаза.

- Логично… и красиво. Правда, красиво! – поспешно добавил я, видя, что она опять готова вспылить.

Она успокоилась и закрутила головой, рассматривая комнату.

- Ты тут живешь? – спросила Эля.

- Можно и так сказать, - ответил я.

Она, пританцовывая, прошлась по комнате, заглядывая в шкафы и двигая предметы на столах. Я машинально отметил про себя, что пластика ее движений превышает 90% от эталонной модели. Это было что-то!

Она подошла ко мне вплотную и тихо сказала:

- Я пришла к тебе.

Я ждал этого.

- Какая приятная неожиданность, - сказал я, стараясь скрыть неискренность, но она заметила ее.

- Я тебе не нравлюсь?

- Нравишься, даже очень, - это было правдой, она могла бы завести и телеграфный столб. – Только… я тебе не верю.

- Почему? Потому что я эльф?

- Да, - это прозвучало жестко, но отступать мне было некуда.

- Разве эльфы не такие же, как другие? Разве они не нуждаются в заботе и душевном тепле?

- Именно в тепле они и нуждаются, - я незаметно активировал защитное поле. – Ради тепла ты и явилась сюда. Эльфы хладнокровные.

Ее лицо исказилось гримасой. Она взвизгнула, потом зарычала и бросилась на меня. Защитное поле отбросило ее на пол. Она ударила кулаком по полу и злобно посмотрела на меня.

Я взял из вазы цветок, снял на секунду защитное поле, и бросил цветок Эле. Она машинально поймала его. Цветок мгновенно покрылся инеем, и она отбросила его в сторону. Цветок со звоном упал и разлетелся сверкающими осколками.

- Вот видишь, меня трудно обмануть, - сказал я. – Но когда я назвал тебя прекрасной, я не кривил душой. Может быть, когда-нибудь… но не сейчас! Теплокровные не могут существовать с хладнокровными.

Она сверкнула ледяными глазами и исчезла.

Я посмотрел на осколки разбитого цветка. Они уже оттаивали и плавали обрывками листьев и лепестков и маленьких лужицах воды. Мне почему-то показалось, что сегодняшняя гостья была не столь холодна, как ее предшественницы. Я теплокровный, но чем черт не шутит, может и она могла бы… Мне хотелось, чтобы она вернулась.

Мне показалось, что у меня сбилась температура тела. Я взял отвертку, открутил панель у себя на правом боку и вставил в разъем кабель контроллера. Нет, померещилось, температура и уровень охлаждающей жидкости в норме.

Интересно, что будет, когда эльфы узнают что людей уже нет и их давно заменили роботы? И по иронии судьбы последнего человека убил эльф. Наверное, подкинут вирусную программу любви к эльфам, хотя я бы и не возражал, если программистом будет Эля.

[Ну типа Я]

Пробуждение было тяжелым. Меня мучили и жар и холод одновременно. Хотелось вытереть пот ледяной рукой, но не хватало сил поднять ее. Потом к этому добавилась ноющая боль в спине, которая постепенно расползлась во все суставы. Казалось, даже кости болят. Наверное, опыт не удался, подумал я, и меня пытают черти в аду. Вон, один уже зовет на новые процедуры… Только голос у него какой-то странный. Ненормальный какой-то черт, с ангельским голосом и вроде как переживает за меня… Посмотреть что ли, что ему нужно? Наверное, надо… и я очнулся.

Легче не стало, но как-то не так мучительно. Моя голова болталась из стороны в сторону, мешая рассмотреть окружающий мир. Понемногу, помимо боли, стали возвращались другие ощущения. Я сообразил, что кто-то трясет меня, хлопает по щекам, и настойчиво говорит, пытаясь пробиться к моему сознанию.

- Ну просыпайся… Давай, Жень, просыпайся, ты можешь. Я чувствую, что ты сможешь, только постарайся, ты же сильный. У меня яблоки кончились…

Яблоки меня как-то задели. Что-то очень важное было связано с ними. Такие большие и красные яблоки… Я шевельнул рукой и прохрипел:

- Хватит меня трясти. Хотя бы не так сильно…

- Наконец-то! Я уже все руки об тебя отбила…

Понемногу я разглядел говорившую. Красивая. И похоже меня знает. Интересно, а я ее знаю? Мысли вяло тащились в голове, как замерзшие путники. Замерзшие? Это слово сработало как ключ, направляя в нужном направлении.

- Эли, ты?

- Я, я, а кто же еще… Ты живой?

- Как тебе сказать, - пробормотал я, - местами… - боль утихала, меня уже не трясло в лихорадке.

- Надеюсь это важные места, - сказала эльфийка, протягивая мне чашку. – Это бульон, попробуй выпить.

Я послушно выпил. Вернее попробовал. Почти вся чашка вылилась мне на подбородок, но немного попало и в рот. Я с трудом сделал глоток. Это невинное движение породило бурную реакцию, меня будто включили. Кровь побежала в сосудах, в руки и ноги хлынуло тепло. Я зашевелился и попытался сесть. Эля помогла, и, оперевшись спиной на стену, я смог оглядеться.

Аппаратура выключена, дверь холодильника полуоткрыта, возле стола столбом стоит манекен, удивительно похожий на меня.

- Это робот? – спросил я, с трудом вспоминая события.

- Да. Ты что не знаешь?

- Я его никогда со стороны не видел… - ответил я, ворочаясь и устраиваясь поудобнее.

Я сидел на полу, застеленном сбившимися тряпками. Одежды на мне не было, если не считать наброшенного полотенца. Я вспомнил прибытие эльфийки и подумал, что являться сюда в полотенце скоро станет нормой.

- Как ты себя чувствуешь? – спросила Эли.

- Хотелось бы лучше, - ответил я и снова заворочался, стараясь унять боль в спине. – Что-то пошло не так? Таких пост-эффектов не должно было быть… по крайней мере не планировалось.

- Холодильник дал сбой. Отключилась энергия и нарушился режим разморозки. Хорошо еще, что это случилось в самом конце, но я боялась, что ты не выкарабкаешься.

- Я выкарабкался, - сказал я, и попытался принять горделивый вид, но вместо этого только закашлялся. – И еще я хочу есть.

- Да, да, конечно, - засуетилась Эли. – Вот еще бульон.

Эту чашку я выпил почти полностью. Стало тепло и уютно. Боль почти прошла, а глаза сами закрывались от усталости. Жестко, наверное, будет спать на полу, подумал я, сползая по стене. Но пола я не дополз, уперевшись во что-то теплое. Это оказалось плечо Эли. Вот и ладно, подумал я, устраиваясь поудобнее, и провалился в сон.