Чёрный ветер, жёсткое эпическое фэнтези Опции

[devastator squad]

Жозе подцепил последний камень, напрягся и выдернул валун из кладки. Несколько соседних тут же рухнули внутрь, в непроглядную темноту. Симон уронил кайло на сухую землю и вытер пот с морщинистого лица, оставив на щеках грязные разводы. Дыхание его стало совсем сиплым, свистящим, как у порванного кузнечного меха.
– Я уж думал, она никогда не поддастся, – выдохнул он, опершись об наклонную стену гробницы. – В следующий раз деревянную найдём. Или глиняную. Покойники, они везде покойники, а я уже не молод для таких занятий.
– Если здесь до нас никто не побывал, то следующего раза не будет, старина. – Жозе достал крохотный фонарь, отрегулировал фитиль, зажёг и шагнул внутрь. – Тот, кто навёл меня на это место, мелко не плавает.
Слабый огонёк заплясал множеством отсветов по голым стенам. Внутри было пусто, даже старая паутина в углах не висела. Только гладкий, словно отполированный, камень, в одинаковых по размерам блоках. Это же сколько труда надо, чтобы их из обычных булыжников вытесать? – подумал Жозе, подняв фонарь над головой и поведя рукой из стороны в сторону.
Помещение, в котором они оказались, было не больше обычной кладовой, десять на десять футов. В противоположной стене проход. Жозе двинулся туда, старательно прислушиваясь. Узкий коридор шёл прямо, не отворачивая и не разветвляясь, тишину нарушало лишь шарканье ботинок и надсадные вздохи Симона. Никто, вопреки опасениям, не восстал из мёртвых и не пытался прогнать грабителей. Если и были когда-то у этого места стражи, то теперь они стали прахом, мелкой пылью, разлетающейся из-под ботинок. Жозе не был суеверен, к тому же профессор Феран из университета Орфи, снабдивший его указаниями о том, где в Западном море можно найти острова со старыми захоронениями, уверял, что дело совершенно безопасное. Но когда влезаешь в гости к мертвякам, всегда не по себе. Кто знает, что за сюрприз оставлен для непрошенных гостей? Жозе вытащил из-за пазухи медальон и поцеловал наудачу.
Коридор кончился, выйдя в обширный зал. Тусклый свет не доставал до потолка и дальних стен, большая часть зала осталась во мраке. Но Жозе и так увидел то, за чем пришёл.
Ближе к центру широким кругом расположился ряд приземистых постаментов. Не очень похожие на обычные гробницы, если только мертвецов здесь не замуровывали в цельный камень. Не знай Жозе заранее куда попал, то принял бы это место за святилище древних богов. Он провёл ладонью по холодной поверхности, стирая пыль, и крупный красный камень сверкнул в центре плиты. Симон наклонился, прикоснулся кончиками пальцев к камню.
– Похож на рубин, – пробормотал он. – Не меньше четырёх дюймов в поперечнике. Даже представить не могу, сколько он стоит, и кому мы его продадим.
– Это уже моя забота, – с трудом подавив дрожь в голосе, откликнулся Жозе. – Твоё дело – упрятать это богатство на корабле, да так, чтобы ни одна крыса не пронюхала. А вернёмся домой – я покупателей сыщу.
Симон разогнулся и обвёл взглядом постаменты. Огонь фонаря освещал не меньше двух десятков. Если они на самом деле идут по кругу, то ещё столько же остались в темноте.
– Больше десятка мы на корабль незаметно не пронесём, – сказал Симон. – Остальные придётся оставить здесь.
Жозе нетерпеливо отмахнулся. Им уже овладел азарт от предвкушения невиданной раньше добычи.
– Нам этого десятка хватит, чтобы всю оставшуюся жизнь в роскоши купаться! – Он вытащил из-за пазухи небольшой нож с тонким лезвием и придвинулся к камню.
– А что там дальше? – спросил Симон, вглядываясь во мрак. – Кажется в самом центре ещё что-то стоит. Настоящий памятник, побольше этих будет.
– И пускай себе стоит, – резонно ответил Жозе. – Нам этих рубинов за глаза хватит.
– Хватит, хватит, – ворчливо согласился Симон. – Я только одним глазом взгляну…
Жозе лишь пожал плечами в ответ и попытался всунуть остриё ножа в щель между постаментом и рубином. Но камень сидел плотно, словно одно целое с плитой, в которую вмурован. Жозе придвинул фонарь ближе, и внутри камня заплясали огоньки. Настоящее сокровище, с восторгом подумал Жозе. Ради такого стоило два месяца болтаться в трюме проклятого корабля, постоянно блюя от непрекращающейся качки. Жрать солонину, постоянно врать, выдавая себя за другого. И то, если бы не старый знакомый Симон, бывший на корабле помощником капитана, Жозе отправился бы за борт недели через две после отплытия. Трудно быть матросом, если ты всю жизнь был вором. Но этот камешек стоит любых лишений. Как отражается в нём огонь фонаря… Будто с той стороны, внутри постамента, горит другой огонь, ярче и сильнее.
Жозе приставил лезвие и ударил по рукояти основанием ладони. Симон что-то сказал издалека, но Жозе не расслышал – так увлёкся. Рубин начал наконец поддаваться, ещё несколько ударов и острие зацепилось за край камня. С каждым движением отражение фонаря внутри словно разгоралось сильнее.
– Эй Жозе!
Вор поднял голову. Симон стоял на границе освещённого круга. Что-то было за ним, что-то большое, но очертания скрыл сумрак.
– Слушай Жозе, здесь кажется тоже есть камень, только странный и раза в два больше!
– Сейчас подойду! – крикнул в ответ Жозе и со всей силы нажал на нож.
Камень со вспышкой вылетел из гнезда, ударив Жозе в грудь. Облако пыли и дыма окутало постамент. Жозе упал на спину, скорчился на мгновение в нелепой позе, словно окоченевший труп, потом закашлялся и отполз в сторону.
– Эй Жозе, всё в порядке? – спросил Симон.
Жозе похлопал себя по бёдрам, потом по бокам, ощупал лицо и ту его взгляд упал на лежащий рядом рубин.
– Опаньки! – произнёс он с таким безмерным удивлением, словно драгоценный камень был последним, что он ожидал увидеть.
– Эй Жозе, ты как? – обеспокоенно повторил Симон.
– Жозе?.. Это я – Жозе? – ошалело пробормотал вор. Он поднял камень, перевёл взгляд на изувеченную гробницу. – Что ж, неплохое имя… Пускай буду Жозе. – И заливисто рассмеялся. – Со мной всё прекрасно! – воскликнул он и тут же понизил голос почти до шёпота. – Я даже не знаю сколько веков со мной всё не было так хорошо.
В голове Жозе происходило странное, прежнюю память теснили новые образы, спутанные, отрывочные и порой откровенно бредовые. Но Жозе это не удивляло. Прежнего Жозе больше не было.
Он встал и огляделся. Незнакомое место. Как он здесь оказался? Сколько столетий спал в саркофаге? Кто его туда заключил и почему так легко позволил выбраться? И вообще, тот ли это мир, в котором он прожил прежнюю жизнь? Память неспешно разматывала столетия воспоминаний, и кто его знает, все ли они принадлежали одному и тому же человеку? Нет, даже и не человеку, а… ну, скажем, существу. Жозе облокотился на постамент, который раньше был его тюрьмой, бросил взгляд на другие гробницы. Стоят кругом, словно охрана… кого? Жозе посмотрел в центр, туда, где возился его товарищ. Сторожат того, кто заключён в большом камне. Видимо из-за этого Жозе и выбрался так легко – если он здесь в качестве охранника, то должен проснуться моментально. А рубин – что-то вроде сигнализации, которая сработает при попытке вырваться того, кто заключен в центре. Только прежний хозяин этого прекрасного тела, такого энергичного, такого… м-м-м… живого… включил сигнализация с помощью обычного ножа. Довольно глупо с его стороны. И вообще странно, что эти двое так легко проникли сюда. Толку с охраны, если два глупых существа могут прийти и расковырять ножом столь сложные механизмы.
– Эй, ты там! – крикнул Жозе своему товарищу. – Поосторожнее с этой штукой, не вздумай её сломать!
Мысли, тем временем, перескочили на развернувшиеся перспективы. Он ведь теперь свободен! Может идти куда угодно. Если это тело испортится, он найдёт новое, лучше прежнего. Сколько перспектив сразу открылось ему в этом мире! Можно стать королём или императором, или как здесь называют самого главного? Исполнять любую свою прихоть, наслаждаться жизнью, нет, множеством жизней!
Раздавшийся шум вырвал Жозе из власти грёз. Его напарник, пытался раскачать монумент, весящий не меньше тысячи стоунов. И это у него, как ни странно, почти получалось. Массивное сооружение скрипело, с хрустом врезалось углами в плиты пола, но большие размеры не давали опрокинуться. Обычный человек не смог бы даже пошевелить каменную громадину, а память прежнего Жозе ничего не знала об исключительных способностях Симона.
– Эй, друг, прекрати! – крикнул Жозе. – Не трожь эту штуку, он опасна!
– Не могу… выбраться… – прохрипел Симон таким жутким голосом, что до Жозе не сразу дошел смысл сказанного.
А когда дошёл, Жозе по-настоящему испугался. На миг он остолбенел, а потом бросился бежать. Сзади раздался новый, непонятный шум, что-то упало с потолка перед входом в коридор. Жозе затормозил, не сразу сообразив, что это что-то у входа – Симон, который сделал гигантский прыжок, которому любой кузнечик позавидует.
– Куда это ты собрался? – с издевательским тоном спросило нечто в теле старпома. – Я думал, твоя работа – охранять меня.
– Я в отпуске, – пятясь, пробормотал Жозе.
– Ну, я не против, – недобро ухмыльнулся Симон. – Поможешь только мне выбраться и гуляй, где хочешь.
– Да пошёл ты! – огрызнулся Жозе.
– Неправильный ответ, – улыбка Симона стала ещё шире. – Я сильнее тебя. В одиночку ты немного стоишь, тем более в таком хилом и глупом теле.
– Убьёшь это – найду другое, – пообещал Жозе. – Их там целый корабль.
– А если я раздавлю это? – Симон показал рубин, который прежний Жозе выковырял из гробницы.
– Тогда проснутся все остальные. И тебе не поздоровится.
– Хуже мне уже не будет, я и так выбраться не могу. А вот тебя после этого заново упрячут в камень. Может на века, а может и навсегда. В небытие, которое ничем не отличается от смерти. Ты умрёшь, а я останусь. И буду ждать. Так ради чего ты пожертвуешь своим существованием? Ты даже не знаешь, кто я. Попробуй вспомнить, разве мы были врагами?
Старая память ещё не вполне приклеилась к новому телу, но Жозе помнил, что стражем стал не совсем по своей воле. Нет, конечно, он должен… он обязан… Но там лежит целый мир, а здесь заточение в камне.
– Чего ты хочешь? – спросил он.
– Я не могу, как ты, уместиться в одном человеке. Мне нужны другие… Ты оставишь часть себя в камне, чтобы я был уверен, что ты вернёшься и приведёшь мне людей.
– На корабле их несколько десятков, – заметил Жозе. – Разве этого мало?
– Нет. Но они все одинаково примитивны. Ты приведёшь ко мне особенного человека. Такого, в котором я смогу реализовать все свои способности.
Жозе понимал, о чём речь. Сам-то он на такое не решился бы, но этот…
– Что с тем, кто был в твоём теле до тебя? – спросил Жозе. – Он был старпомом на корабле.
– Я верну его на место, – сказал Симон. – Немного исправленным. Лишних вопросов он задавать не будет.

Через четверть часа Жозе выбрался наружу. За ним вывалился Симон, всё ещё похожий на ожившую куклу, но с каждым шагом становившийся прежним. Ну или почти прежним.
Жозе огляделся. В полумиле от гробницы, на безжизненный берег плескал солёной волной океан. Далеко за холмом справа виднелись мачты их корабля. Не самое радостное место, решил Жозе. Что ж, не стоит тогда здесь задерживаться.
– Пойдём, кукла, – сказал он телу, которое было когда-то старпомом, и зашагал к кораблю.

[devastator squad]

Море бежало навстречу, волны подкатывались к самым ногам, а едва выглянувшее солнце красило белые буруны багровым оттенком. Олег сошел к самой воде, пытаясь вглядеться в далёкий горизонт. Он не впервые видел море, но его, выросшего в лесах и привыкшего глядеть максимум на пару миль, каждый раз завораживал этот невероятный простор.
– Пойдём, – позвал Отто. – Опаздывать нельзя.
Они шли к порту, или к гавани, или чёрт знает, как это место называется. На порт это не похоже, просто стоянка для дюжины кораблей. Здесь, на Зубе, торговых кораблей нет, хотя некоторые из стоявших у причалов когда-то ими были. Только теперь ходили под пиратскими флагами. Для любого торгаша оказаться в этом месте – самая страшная участь. Потеря всего нажитого, кандалы на ногах и продажа в рабство. Впрочем, если ты очень богат, можешь и выкупиться – за золото для любого сделают исключение.
К гавани примыкал обширный квартал, на фоне обычных кабаков и приземистых складов в нём выделялись крупные здания грозного вида, почти что маленькие крепости. Отто поведал, что это вроде как штаб-квартиры для самых уважаемых и солидных команд. Там зачастую хранится то, что не удалось сбагрить перекупщикам, или то, что может пригодится в будущем. Но Олег не понял, кто же охраняет богатства, пока команда в море? Может пираты просто не грабят друг друга? Это ему показалось забавным. Презревшие законы и выкинутые из общества люди вынуждены заново устанавливать между собой те же правила и запреты, чтобы ужиться друг с другом. Задумываются ли они об этом? Наверняка нет, просто называют это каким-нибудь пиратским братством.
Олегу не нравилось здесь. Городок был вполне чист и ухожен для пиратского пристанища, но что-то отталкивающее было в самой атмосфере. И дело не в пьянице храпевшим под стеной, косых взглядах, бросаемых на Олега и товарищей, или шлюхах, таких страшных, что они могли бы сами подрядиться на корабль и захватывать купцов не используя оружие, справляясь одной своей внешностью. Из этого места, казалось, нет выхода. Попав сюда, ты как бы оказывался на дне. Вне закона. Лучше уж бить деревенщин за гроши, чтобы к старости дослужится до десятника или даже сотника, если повезёт.
Они подошли к одному из зданий-крепостей. Отто грохнул пару раз кулаком по двери и обернулся к товарищам.
– Говорить буду я. Брух нормальный парень, но малость вспыльчивый. Так что вы двое придержите языки.
– Обижаешь, – поморщился Марко. – Я человек добрый и воспитанный, культуре всякой обучен…
– Я даже ругаться не умею, – поддержал Олег. – Не хуже любого дипломата разговариваю.
Отто грозно сдвинул брови, но промолчал, только смачно сплюнул. Но дверь уже открылась и ему пришлось отвлечься, объясняя, кто он и зачем явился. Открывший дверь был стариком, не то что бы древним, но изрядно потрёпанным жизнью. Не хватало половины зубов, редкие седые волосы свисали до плеч, и на левой руке отсутствовали три пальца, от мизинца до большого. Сразу видно – человек прожил насыщенную жизнь, подумал Олег, уже идя за стариком по коридору. Когда-нибудь и я таким буду.
Они вышли в большую комнату, с застоявшимся запахом алкоголя, свернули направо, где-то недалеко раздались преувеличено жизнерадостные возгласы, потом открылась дверь, и они оказались в подобии кабинета, каким его, наверное, может представлять только моряк. Штурвал, прибитый к дощатой стене, вокруг него медные таблички с названиями кораблей, видимо захваченных этой командой. Ещё дальше пара абордажных палашей, на соседней стене стоящие в ряд глефы, пики и алебарды. Дрек вместо люстры. Наверное, морякам это казалось ужасно остроумным.
В кресле, больше похожем на трон, сидел массивный, можно даже сказать – мясистый человек лет сорока-сорока пяти. Видимо тот самый Брух. На стол у него фантазии уже не хватило, карты и бумаги лежали на скособоченном убожестве, которое и для кухни вряд ли сгодится.
– А, старина Отто, – сквозь неухоженную рыжую бороду Брух ощерился редкими зубами – это он расплылся в самой приветливой улыбке, на которую был способен. Будь здесь дети, наверняка бы разревелись от такого зрелища. – Давно я тебя не видел. Думал уже – убили тебя где-нибудь. Ну как тебе жизнь сухопутной крысы?
– Такая же дерьмовая, как у морской, – невозмутимо парировал Отто.
– Да ты садись, поговорим, – Брух кивнул в сторону стены, где стояли несколько табуретов, в красоте своей недалеко ушедших от стола.
Отто подхватил один из них, придвинул к столу. Олег последовал его примеру и уселся левее. Добродушный до этого Брух тут же нахмурился.
– Я только Отто разрешил сесть, – с угрозой сказал он.
Олег молча посмотрел в глаза капитану, давая понять, что плевать он хотел, кто там кому чего разрешил. Справа от Отто сел Марко, и Брух перевел налившиеся кровью глаза на второго наглеца.
– У меня ноги слабые! – нагло заявил Марко и завертелся, удобнее устраиваясь на колченогом сооружении.
– Где ты с такими недоумками связался, Отто? – проворчал Брух. – Если они о дисциплине не слышали?
Отто открыл рот для ответа, но Олег опередил его.
– Мы ещё на тебя не работаем, не торопись командовать.
Брух тут же взвился:
– Закрой рот сопляк!
– Подожди, подожди, капитан, – заторопился Отто. – Парень просто неправильно выразился…
– Выкинь их отсюда, если хочешь со мной говорить! – закричал Брух. – Или вас выкинут всех, только дохлых!

Трое товарищей вывалились из здания, и минута ушла на то чтобы Отто витиевато выругался.
– Я же сказал вам помалкивать! – нашёл он наконец цензурные слова. – Что вы за люди такие, никогда промолчать не можете? Не понимаете, что ли, что нельзя каждому начальнику дерзить?
– Ладно извини, – примирительно сказал Олег, хотя сказать хотел совсем другое и другим тоном. – Буду молчать впредь. Иди, разговаривай.
Отто грозно поглядел на Марко, но тот своей натуре не изменил и скорчил невинную физиономию.
– Я всё равно с тобой пойду, – заявил бывший вор. – За дверью постою.
– Зачем это? – опешил Отто.
– Вдруг он снова выкамариваться начнёт? Отделают тебя там, потом и нам достанется. А так я запрыгну внутрь, прирежем его по-быстрому, да ограбим.
– Пиратского капитана? – не веря своим ушам переспросил Отто.
– А чего такого? Уйдём обратно в леса. Не будут же моряки за нами по суше гонятся?
Отто перевёл взгляд на Олега, потом снова на Марко:
– Как я с вами умудрился связаться?
Олег и Марко одновременно пожали плечами.
– Я пошел, а вы здесь ждите! – рявкнул Отто и хлопнул дверью.
Марко выждал минуту, потом сказал неопределённо:
– На всякий случай, – и исчез в здании.
Олег тяжко вздохнул. Мысль о том, что придётся подчинятся рыжебородому уроду, его убивала. Как он вляпался в такое дерьмо? Занимаясь самобичеванием, он не сразу заметил, что его окликнули.
Рядом стояла проститутка. На удивление, не страшная и не запущенная. Больше тридцати лет на вид не дашь.
– Пойдём? – просто сказала она.
Олег прошёлся взглядом по её выпуклостям.
– У меня с деньгами неважно, – сказал он с сожалением. – Если только ты благотворительностью не занимаешься…
Шлюха покачала головой. Теперь уже она придирчиво рассматривала Олега.
– Как тебя зовут?
– Олег.
– Странное имя. Меня Фернандой кличут. Откуда ты?
– С севера.
– Из нордов что ли? А почему не белобрысый?
– Нет с другого севера. Не с западного, а с восточного. Там у нас моря нет.
– Да? И как там? – заинтересовалась Фернанда.
– Да также, как и здесь. Только немного по-другому.
Шлюха кивнула:
– Везде одинаково. А чего ушел оттуда?
– Да я не ушёл, меня продали.
Фернанда вздёрнула бровь.
– О как! Суровые у вас там нравы.
– На самом деле не очень. Просто семья большая, я самый младший, в наследство всё равно ничего не получу. Меня ведь не в рабство продали, бароны с юга у нас нередко мальчишек берут. Растят, обучают, потом вроде как своей гвардией делают, личной охраной. У нас порода подходящая для этого, выносливая, крупная.
– Да уж, заметно, – покосилась на него шлюха. – Что же ты не остался у своего барона? Лучшей жизни думал найти?
– Скорее интересной. У тамошнего священника книги не только церковные были, я в одной про разные страны читал. Вот и захотел сам увидеть.
Фернанда изумлённо вытаращилась на него:
– Ты что, читать умеешь?
– Выучился в детстве. Святой отец постарался.
– Как же ты, такой смышлёный засранец, в этой дыре оказался?
– Само собой вышло, – пожал плечами Олег. – Наверное, где-то не туда свернул на жизненном пути.
– Это мне знакомо, – вздохнула Фернанда. – Помниться сама лет десять назад решила, что хватит с меня на поле гнуться. Оказалось – гнуться везде приходиться.
Олег хмыкнул.
– Да, не мне перед тобой плакаться, – сказал он. – Жаль, помочь ничем не могу.
Фернанда развела руками и изобразила виноватую улыбку. Потом глянула себе за спину и запустила пальцы в гриву тёмных волос.
– Слушай, а зачем тебе к этому рыжему ублюдку идти? Здесь есть ребята получше. Всякое отребье они не берут, но к тебе-то это не относится. Хочешь познакомлю с одним? Его Ригом зовут, он тебя оценит.
Олег посмотрел на дверь, за которой его ждала служба у Бруха. Выбор небольшой.
– Пошли, – сказал он.
Через пять минут они подошли к другому зданию-крепости, ничем не отличающемся от других. Фернанда повела его мимо главного входа и постучала в боковую дверь. Пошепталась с открывшим. Дверь снова закрылась, через минуту вышел другой человек, в черной кожаной безрукавке и таких же чёрных штанах. Высокий, ростом с Олега, но жилистый. Волосы почти чёрные, на руках от локтей до кистей тоже темная поросль. Первый же взгляд на худое лицо со строгими внимательными глазами, позволил Олегу понять, почему Фернанда привела его к этому человеку. Этот капитан даже не думал принимать грозный вид, но вряд ли кто-то решился бы ему дерзить. Даже Марко. Пират прищурился и через мгновение протянул руку.
– Риг.
Олег ответил на рукопожатие и назвался. После серии коротких вопросов и быстрых ответов Риг удовлетворённо кивнул – Олег с двенадцати лет учился военному делу и мог в равной степени как показать это на практике, так и блеснуть познаниями в тактической подготовке. Отсутствие мореходческого опыта капитана не смутило, по его словам, сносного моряка найти здесь куда легче, чем хорошего воина. Конечно Олегу в случае абордажа придётся идти в первых рядах, но это его точно не смущало.
– Он ещё и грамотный, – добавила под конец Фернанда, желая показать, какого ценного рекрута она нашла.
– Да ну? – удивился Риг. – Что, и карты читать умеешь?
– Морские видеть не приходилось, – уклончиво сказал Олег. – А для тех, на которых суша, много ума не требуется.
Риг задумчиво поскрёб щетину.
– Люди с хорошими мозгами ещё большая редкость, чем люди с хорошими руками. А найти таких, чтоб и то и другое имелось – совсем удача. Зови своих друзей, если они тебе хоть в чём-то под стать – то день у меня сегодня определённо удачный, – капитан перевёл взгляд на Фернанду, едва достававшую ему до плеча и легонько подтолкнул её к двери. – А ты внутрь заходи, чего стесняешься?