Бенедикт. Астральные нити (рабочее название), фэнтези. Советы и критика приветствуются Опции

[DenisF]

Пролог. Воспоминания

Бенедикт стоял перед воротами Школы Магии, что расположена в Аклизиуме, и сердце его бешено колотилось. Как тогда, семь лет назад…
В тот год ему исполнилось девять. А ещё в тот год случилась засуха, которую помнят все, чьё благосостояние зависит от урожая. Дожди тогда словно позабыли о южных равнинах Валкании, - растрескавшаяся почва и пожухлая трава – такое унылое и непривычное зрелище в тех благодатных краях, откуда Бенедикт родом. В его родном городке Хиллборе все без исключения жили благодаря земле, - отборные овощи и зерновые всегда высоко ценились на рынках. Когда земледельцы Хиллбора уже приготовились затягивать пояса потуже, в городок пришёл маг-погодник, дабы предложить свои услуги и вызвать дождь. Мастер Воллардин имел вид настоящего мага, - почтенный возраст, длинная аккуратная седая борода, внушительных размеров деревянный посох с навершием из хрусталя, под походным плащом - зелёная мантия. Во взгляде этого человека читалась мудрость и опыт. Разумеется, староста Хиллбора принял предложение мастера, ибо ситуация для урожая складывалась просто ужасающая, но хороший ливень мог спасти положение. Когда Воллардин вышел в центр Хиллбора и занялся приготовлениями к волшбе, - вокруг него собрались едва ли не все жители городка, - всё ж когда ещё доведётся поглядеть на живого мастера магии! Похоже, последний привык к толпам зевак, ибо не обращал на толпу никакого внимания. Он начертил на земле круг основанием посоха, расположил на этом контуре несколько пучков засушенной травы, которые затем поджёг. Тлеющие травы источали тонкий насыщенный аромат. Сам Воллардин расположился в центре круга, закрыл глаза и начал тихо шептать слова заклинания. Руки его крепко сжимали посох, держа его вертикально и уперев в землю. Постепенно монотонный шёпот мага становился всё громче. Наконец, выкрикнув последние слова, мастер Воллардин резко стукнул посохом по земле, по-прежнему держа его вертикально хрустальной сферой вверх. На мгновение хрусталь посоха полыхнул ярким чистым светом, и почти сразу же подул ветер.
- Всё, уважаемые, - ночью будет ливень, которого вы все так ждёте, - молвил мастер, обращаясь к жителям Хиллбора.
Толпа разразилась радостными возгласами и фразами благодарности. Мастер Воллардин тем временем направился к дому старосты. Бенедикт, наблюдавший за действом издалека, как раз оказался на его пути. Маг остановился и пристально посмотрел на мальчонку, затем, словно повинуясь наитию, достал из котомки небольшой прозрачный кристалл и поднёс ко лбу Бенедикта. Сам Бенедикт в это время словно оцепенел, боясь пошевелиться, словно мастер Воллардин - наваждение, и мог исчезнуть в любой момент. Кристалл, поднесённый к лицу Бенедикта, помутнел, по нему пошли фиолетовые росчерки. Воллардин одобрительно кивнул:
- Как тебя зовут, парень? – молвил маг, убирая кристалл.
- Бенедикт, мастер, - отозвался он.
- Бенедикт, я хочу поговорить с твоими родителями, - где ваш дом?
Мальчик указал рукой на дом отца, что находился недалеко от дома старосты.
- Я наведаюсь к вам сразу, как только закончу с делами, а теперь ступай, сообщи родителям, - напутственно закончил мастер Воллардин.



- У вашего сына – дар, господин Бран, - молвил Воллардин, сидя за столом с родителями Бенедикта. На столе стояли тарелки с жареной свининой, отварным картофелем и свежеиспеченным хлебом, а также стояла бутыль с местным вином, что жители Хиллбора готовили из собственного винограда.
- Бенедикт может стать магом, - продолжал мастер Воллардин после того, как прожевал очередной кусок картофеля и запил его глотком сладкого ароматного вина.
- Альвазир всемогущий, - только и выдохнул отец Бенедикта, - о такой судьбе для своего младшего сына Бран не мог и мечтать.
- Слушайте внимательно, господа, - продолжал Воллардин, - отдайте мальчика сейчас в лучшую школу, какую возможно, а через семь лет, когда ему исполнится шестнадцать, пусть прибудет в Аклизиумскую Школу Магии. Я сейчас напишу рекомендательное письмо, которое Бенедикту надлежит иметь при себе, когда он придёт в Школу Магии.
- А по карману ли нам будет обучение сына в Школе Магии, - заволновалась Альяна – мать Бенедикта.
- Не беспокойтесь, почтенная, - люди, в коих разглядели искру дара, обучаются бесплатно, - успокоил её мастер, отправляя в рот очередной кусок сочной свинины.
Когда с обедом было покончено, Воллардин достал перо, походную чернильницу, аккуратно сложенный лист бумаги и принялся писать рекомендательное письмо, которое обретёт силу лишь через семь лет. Закончив писать, маг достал брусок воска, щёлкнул пальцами левой руки, и на кончике указательного затрепетал маленький огонёк. Расплавив брусок воска с одной стороны, Воллардин запечатал им письмо, после чего ткнул горячую восковую бляху перстнем, что украшал его правый указательный палец.
- Прошу, - улыбнулся маг, протягивая письмо Брану.
- Благодарю, мастер Воллардин, желаете ещё чего-нибудь? – учтиво поинтересовался глава семейства.
- С вашего позволения, буду отправляться в путь, - отказался маг, упаковывая перо с чернильницей обратно в походный мешок, - погода скоро испортится окончательно, а мне не хотелось бы промокнуть под вызванным мной же дождём, - закончил он.
Простившись с семьёй Бенедикта, мастер погоды ушёл. А ночью пошёл сильнейший ливень, что напоил изголодавшуюся по влаге землю и возродил надежды жителей на неплохой урожай.


Родители в точности исполнили рекомендации Воллардина, - Бран заплатил за обучение Бенедикта в школе Блавейна. Это ближайший к Хиллбору вольный город, - один из семи вольных городов, входящих в Валканию. Достаточно крупный город, Блавейн, тем не менее, ориентирован на земледелие и скотоводство. Благодатные края, в которых располагался Блавейн и окрестные городки поменьше, сами определили направленность города. Так или иначе, но в Блавейне имелась неплохая школа. Слишком провинциальная, чтобы быть пропитанной насквозь божественными учениями, но в то же время достаточно хорошая, чтобы дать Бенедикту знания по географии, чтению, письму, грамоте, арифметике, геометрии, истории и литературе. Хотя и обязательный курс богословия, где учеников знакомили с учением о Едином боге - Альвазире, никто не отменял. Блавейн находился в дне пути от Хиллбора. Потому дома Бенедикт бывал лишь на каникулах. Возвращаясь домой с отцом, который заботливо забирал сынишку из школы на месяц дважды в году, Бенедикт понимал, насколько повезло ему с семьёй. Родители, равно как и два старших брата, и младшая сестрёнка искренне радовались успехам Бенедикта и всячески его поддерживали напутствием или советом. Роб – старший сын Брана, как-то вырезал из ветки старого дуба талисман в виде маленькой книги и подарил его Бенедикту.
- Вот, братец, чтоб науку впитывал, как губка, значит! – не слишком изысканно, но очень искренне пожелал тогда Роб Бенедикту…


Глава 1. Новичок

Бенедикт достал из кармана отполированную за пять лет маленькую деревянную книжечку. «Вот и пролетели семь лет», - подумал он, поглаживая дерево талисмана большим пальцем, после чего книжечка снова исчезла в кармане. Подняв голову, Бенедикт решительно постучал тяжёлым бронзовым кольцом по массивным воротам. Некоторое время ничего не происходило, потом отворилось маленькое смотровое окошко, через которое его несколько секунд изучали, вот окошко вновь закрылось, что-то щёлкнуло, лязгнуло, и ворота стали отворяться.
- Вы по какому вопросу, сударь? – поинтересовался пожилой привратник, едва ворота распахнулись.
- Обучаться магическим наукам, - просто ответил Бенедикт, - у меня есть рекомендательное письмо, - добавил юноша.
- Одну минуту – сейчас за вами придут, - произнёс привратник. Бенедикт, похоже, перестал интересовать его.
Несколько минут спустя к воротам вышла девушка лет двадцати пяти, облачённая в мантию голубого цвета. Её каштановые волосы были сплетены в косу.
- Добрый день, сударь! Я Милония. Могу я взглянуть на ваше письмо?
- Прошу, - протянул доселе запечатанное письмо Бенедикт.
Милония лишь мельком глянула на письмо, на печать, после чего произнесла:
- Пойдём, я покажу тебе, где тут что, - похоже, какой-то барьер, рухнул после того, как девушка взглянула на рекомендательное письмо. Теперь её настороженность сменилась какой-то заботливостью.
Милония повела Бенедикта по мощёным аллеям, мимо цветочных клумб и беседок, утопающих в зелени. Похоже, сперва полагалась экскурсия по территории. Когда они проходили мимо какого-либо здания, Милония сообщала Бенедикту о том, для каких целей служит то или иное сооружение. В остальное время его спутница рассказывала о местных порядках, преподавателях, традициях. Бенедикт узнал, что Милония учится в Школе уже семь лет, но впереди ещё три. Узнал, что Школа Магии Аклизиума имеет два здания общежитий для студентов, таверну на территории для посетителей (впрочем, студенты и преподаватели также захаживали туда – пропустить кружечку эля или устроить праздничный ужин), главный корпус, часовню Альвазира, библиотеку, городок преподавателей, отдельно стоящий алхимический корпус и ещё несколько совсем старых зданий, о назначении которых Милония не знала. На вопросы Милонии Бенедикт отвечал охотно, но довольно скупо. Так сложилось, что с самого детства он не отличался многословием. Наконец, они вышли к главному корпусу. Бенедикт предполагал, что сейчас его направят к кому-то из преподавателей или в канцелярию.
Как раз у ступеней они встретили первого человека за всё время экскурсии. Это оказался мужчина, годами примерно равный Милонии, он носил красную мантию. Коротко стриженные чёрные волосы, широкие скулы, волевой подбородок – облик, достойный воина.
- Привет, Милония, - низким баритоном произнёс незнакомец, - И…, - он сделал паузу, очевидно ожидая, пока Бенедикт назовётся.
- Бенедикт, - произнёс юноша.
- Я Марвэйн, - протянул руку парень. Бенедикт пожал её.
- Привет, Марвэйн, - ответила Милония.
- Проводишь экскурсию новоприбывшим? – поинтересовался Марвэйн.
- Он всего один, - с грустной улыбкой ответила девушка.
- Зато какой! – подбодрил всех Марвэйн, - освоился? – этот вопрос явно адресовался Бенедикту.
- Да, Милония мне всё подробно разъяснила. Только вот ещё вопрос какой возник. Отчего зависит цвет мантии?
- Наблюдательный новобранец, - кивнул Марвэйн, - всё просто: цвет мантии зависит от того, в какой области магии ты специализируешься. Милония у нас – маг водной стихии, я – огневик, - с этими словами Марвэйн поднял ладонь, и на ней тотчас вспыхнул огонь.
- Позёр, - засмеялась Милония, махнув рукой.
- А какие ещё есть специальности? – с живым интересом спросил Бенедикт.
- Ректор тебе сам всё расскажет, - ответила Милония, - он уже тебя ждёт.
После этого следовала инструкция, как найти ректора, и прощание с пожеланиями удачи.


Роденвер Сияющий - ректор Школы Магии развернул рекомендательное письмо и неторопливо прочёл его.
- Итак, Бенедикт… Мастер Воллардин пишет, что Кристалл Акруза пошёл фиолетовыми жилами и помутнел, когда оказался рядом с тобой. Исходя из этого, он рекомендовал для тебя специализацию астрального мага. Мага-менталиста, если угодно. Правда, способности твои к магии, судя по кристаллу, так, на троечку из десяти. Но дар в любом своём проявлении редок, потому это не имеет значения. Твоё обучение будет оплачено из казны Аклизиума, а если будешь показывать себя способным студентом, будешь получать стипендию, впрочем, все истинные маги получают стипендию, - ректор Роденвер улыбнулся, - Вопросы?
- Мастер Роденвер, а я могу выбрать специализацию, или обязан обучаться на астрального мага? - поинтересовался Бенедикт из чистого любопытства.
- Ты можешь выбрать любую специальность, однако твой дар предрасположен к астральным наукам, это значит, что наивысших успехов в магии ты сможешь достичь именно здесь. Я бы посоветовал не упускать такую возможность. Но, если душа лежит к чему-то другому, то я расскажу тебе о наших специальностях. Понимаю, что астральные маги в основном – фокусники, иллюзионисты, потому и отношение к специальности несколько… гм… предвзятое.
И ректор поведал юноше обо всех семи возможных направлениях. Так Бенедикт узнал, что белые одежды носят адепты воздушной стихии, красные – огненной, синие – водной, коричневые мантии достались магам земли. Зелёные одежды, какую носил мастер Воллардин, носят маги природы, которых ещё называют погодными магами. Жёлтые мантии носили маги, постигшие тайны магии Альвазира, - они могли исцелять недуги, изгонять злых духов (впрочем, очень похоже на умения жрецов Альвазира, что и понятно, - и те, и другие черпали силу в вере и получали благодать от единого бога). И, наконец, астральные маги должны носить фиолетовые одеяния. Сам ректор расхаживал в белоснежной мантии с расшитыми золотом манжетами, что означало его принадлежность к воздушной стихии.
- Кстати, Бенедикт. Астральных магов мы не обучали уже лет десять. Был лишь один, кому кристалл пророчил стать на этот путь, но ученик отказался… Если не ошибаюсь, он избрал своим направлением Святую магию. Весьма посредственный маг из него вышел, должен сказать… а жаль, дар у него был… - с некоторой тоской произнес глава Школы, - ну, какую мантию наденешь, студент? – поднял густую бровь ректор.
- Фиолетовую, Мастер, - без задержки ответил юноша. Он успел обдумать всё, пока ректор рассказывал ему о специальностях. Роденвер сказал, что дар у него так себе, «на троечку из десяти», а если избрать не рекомендованную специальность, то успеха с его «троечкой» ждать не придётся. Лучше использовать все возможности и достичь чего-то, нося фиолетовую мантию, чем стать ещё одним «весьма посредственным» магом.

Занятия начинались с осенью, поэтому у Бенедикта оставалось ещё три недели свободного времени. Он уже числился учеником школы, а потому располагал всеми привилегиями. Сразу после беседы с ректором, Бенедикта отвели в общежитие и выделили там для него отдельную комнату. Мужское общежитие – один из двух корпусов, имело два этажа в высоту и чудовищную длину. Так, в этом здании юноша насчитал целых четыре входа. Как понял Бенедикт, по сути, это четыре здания, только слепленные в единую громадину. Как позже узнал Бенедикт, общежитие имеет сто комнат. Каждый факультет имел тут свой сектор. Факультет менталистов располагал всего тремя комнатами на втором этаже здания. Ключ от одной из них Бенедикту и вручил пожилой служка. Когда юноша остался один в своей комнате, он осмотрелся. Маленькая комнатёнка, в которой находились кровать, небольшой письменный стол, тумбочка, один стул да несколько книжных полок. Несмотря на более чем скромную обстановку, комната оказалась уютной. Вечером солнце светило прямо в окно, наполняя комнату тёплым и немного таинственным светом. Мебель хоть и являлась довольно простой, но сработана добротно, на совесть. В ящике стола Бенедикт обнаружил несколько перьев да стопку бумаги. На кровати уже лежала подушка, одеяло и чистое постельное бельё. На столе стояла солидная серебряная чернильница, тут же находились несколько пузырьков с чернилами. Посредине стола располагался массивный подсвечник с тремя толстыми новыми свечами. «Надо же, как быстро всё подготовили…» - поразился про себя Бенедикт. Книжные полки так же не пустовали. Бенедикт с интересом прочёл названия четырёх книг, что размещались на одной из полок: «Искусство приготовления зелий», «Крепость разума», «Астральный мир» и «Волшебство иллюзий». Похоже, это те учебники, что ему будут нужны при обучении в первое время. В Бенедикте проснулось рвение, скорее даже азарт, он с трудом поборол желание схватить первую же книгу и читать её, пока не стемнеет. Вместо этого остаток дня Бенедикт решил провести, прогуливаясь по территории Школы. За несколько часов юноша обошёл всю территорию трижды и уже хорошо ориентировался во владениях Школы. Вечером он зашёл к Лумсию – так звали пожилого служку, что показывал Бенедикту комнату. У Лумсия ему надлежало забрать свою мантию.
- А, вот и вы, молодой человек, - проскрипел Лумсий, - как же, ваша мантия уже вас ждёт… да. Одну минутку, - и старик скрылся в каморке, находившейся в дальнем углу его комнаты. Впрочем, вернулся он сразу же, - в руках служка нёс сложенную мантию фиолетового цвета.

[DenisF]

Я подумал по поводу возможных попыток Бенедикта разузнать больше о магии, пока он обучался в обычной школе. Считаю, что это неплохо можно ввернуть в беседу Бенедикта с ректором или первыми учениками-магами, которых он встретил. Так он сможет не только задавать вопросы, но и кое-что знать, сослаться на пару научных трудов, которые ему довелось почитать. При этом распинаться и описывать его учёбу в школе Блавейна не придётся.