Когда провалился пол Опции

[Юджин]

Пол провалился….

Темнота…

Глаза открыты, но ничего не видно….

Что- то мешает дышать.

Внутренности переворачивает панический страх и чувство незащищенности.

Он ощущает себя зависшим в воздухе. Вдохнуть становится всё трудней. Ужас скручивает желудок в тугой узел, и от этого хочется кричать...

Ослепительными вспышками проносятся воспоминания: мать в окне первого этажа на кухне о чем- то болтающая с соседкой, которая пришла с рынка и принесла им -детям, гостинцы.

А они- юные сорванцы, носятся по двору и гоняют курей по всей некошеной лужайке.

И снова давящая темнота заполняет все...

Только бы глотнуть воздуха, хотя бы еще только один единственный раз, последний раз...

Страшно хочется расширить грудную клетку до предела и заполнить легкие до отказа... Но что- то давит и мешает…

Снова взрыв воспоминаний, таких цветных и отчетливых: он с отцом идет на рыбалку. Отец несет удочки, а он большую корзину для рыбы и сачок.

Необходимо, просто необходимо вдохнуть, но кажется что рёбра зажаты в железные тиски, а внутри лёгких полыхает пламя.

Его свадьба с Анжелиной и вкусный свадебный пирог. Много вина и шампанского.

Больница, сломанная нога и куча родственников в палате... На тумбочке букеты благоухающих цветов и подарки, подарки. Он знает что его любят…

Cтановится невыносимо больно, до тошноты, до рефлекторных конвульсий.

Ему пять. Он стоит на табурете и читает стишок. Много народу и все аплодируют...

Снова его отец. Огромный жеребец несет их по каменистой равнине, выбивая искры из под копыт. Ветер хлещет в лицо и счастье, много счастья...

Все, нет сил... Нужно вдохнуть но это невозможно. Адская боль, серной кислотой расползается по всему телу, заполняя все вены и артерии, проникая в каждую клеточку, сжигая на своем пути каждый, даже самый незначительный нерв. Что-то сдавливает горло, и собственный вопль ужаса и боли обращается вовнутрь, вызывая мучительную агонию последних воспоминаний.

Кабак, этот чертов кабак. Он вспомнил как напился и началась драка. Кто то ударил его кулаком по лицу, а он схватил кухонный нож и всадил его по самую рукоятку...
Кровь на руках, на одежде. Море, океан крови.

Полицейские надевают наручники...

Священник поднял брови и с жалостливым видом бормочет молитву...

Решетка, черная, бесконечная решетка и серые, потрескавшиеся стены.

Его ведут на деревянный помост. Надевают на голову черный мешок и затягивают петлю...

Чувство незащищенности и неизбежности, неверие и страх переплелись в один жесткий и колючий клубок. Он помнит как под ним провалился пол и успевает услышать приглушенный хруст где-то внутри себя...

[NatashaKasher]

Внутренности переворачивает панический страх и чувство незащищенности.

Ужас скручивает желудок в тугой узел, и от этого хочется кричать...

То же самое разными словами, перебор.

Вдохнуть становится всё трудней.

Довольно странно, что вися в петле, он ещё вообще был способен вздыхать.

а внутри лёгких полыхает пламя

В лёгких.

Священник поднял брови и с жалостливым видом бормочет молитву...

Подниимает. Несогласование времени.