Старший царь Иоанн Пятый, Книжка-передышка Опции

[MARHUZ]

Аннотация:

Люблю исторические исследования. Порой такое нароешь, чего специально не придумать. Месяц назад, сделал запрос через православную церквушку по соседству, они послали заказ в Москву, а те надыбали мне идеальный персонаж для попаданства. Княжич Михаил Алексеевич Вяземский (один из многочисленных затухших веточек славного и древнего рода). Парень был раздолбаем (отец умер рано, а двоюродный дед не мог удержать внука в рамках), бухал, гулял. В общем дед его "отрезал" от семейства в 1680 году, когда Михайле исполнилось 14 лет, чтобы тот родню не позорил. Выделил три деревеньки и право на использование куска земель на юго-восточном Урале (на 50 лет), которое было выдано Алексею, отцу Михаила, за воинские заслуги. Парень всё пропил и прогулял, включая своих оружных холопов и был убит в кабацкой драке в 1682 году. Хотя считался прекрасным бойцом-драчуном, был "крепок телом и изрядного росту".
(Идеальный РЕАЛЬНЫЙ персонаж!)
А его наследство вообще уникально. Про Урал и его возможности все знают, тем более что на землях Михайлы были, на тот момент, разведаны медная и оловянная горы и даже начато строительство завода. Но, посланные туда крепостные - частью померли от голода, частью разбежались и право так и не было толком использовано. Ещё одна составляющая: деревенька в землях к югу от Курска на Красном болоте. Там, впоследствии, судя по карте, было найдено одно из самых гематитных месторождений (недаром даже болото ржавое), входящее в состав Курской магнитной аномалии. И третья составляющая - две деревни в Архангельских землях. Одна - китобойная, другая - лесная, с добычей пушнины.
Ну и как не воспользоваться столь уникальным, чисто попаданским, наследством? Перенести в тело Михаила Вяземского личность нашего современника. Пусть использует столь уникальную базу для экономического старта. Ни от кого не зависит, земли не выпрашивает. Главное голову приложить и руки! А для усиления - дам ему ещё одну дерёвню, в нескольких верстах от Тверского тракта. Пусть, для начала картошку и маис начнёт выращивать, к земле привыкать, самодеятельным хозяином становиться. Не всё же воевать или втираться в доверие к Петру и прогрессорствовать за чужой счёт!

[MARHUZ]

Глава девятая


Делегацию в Курляндию и Швецию собрали солидную, поручив лидерство Дмитрию. Правой рукой стал безусловный Афанасий, а для понтов Михайла уговорил Бориса Голицына создать имидж. Тот и сам несказанно обрадовался возможности поучаствовать в забугорных деловых переговорах, тем паче, что приглашение пришло лично от Карла Одиннадцатого. Нью-повозки, успешно прошедшие испытания и степенно размножающиеся в количестве, загрузили всевозможными прибамбасами самого высококачественного пошиба. Первая рота "тигров", эффектная и грозная, отправилась эскортировать обоз, включивший в себя бочонки с золотом. Серебро лучше использовать на месте, чем таскать к чёрту на кулички. Кузьма, как всегда, должен был остаться в Смоленске с двумя взводами, на случай, если душ Сантуш и "душ Андреич" разминутся по времени. Торговля и бизнес - не политика и ни у какого ОВИРА не нужно спрашивать разрешение на встречи с высокотитулованными особами. Чай, не Англия с её дурацкими ограничениями на выезд за рубеж.
Глашка, помахав платочком отъезжантам, вернулась к Мишке, чтобы продолжить издевательства. В последнее время, она нещадно трясла ненаглядного, убеждая жениться пока не поздно.
- Вон сколько княжон на выданье, одна другой краше и родовитей, - настаивала полюбовница, - да за тебя кто хошь дочку отдаст и приданое отвалит немеряное.
- Отстань, шалопутное создание, нафига мне жена, - отбивался поселковый "царь и бог", - хватит одной пилы-красавицы!
- Я не пила, но не уймусь пока ты не согласишься. Али тебе иноземную принцессу нужно? - наконец-то дошло до Глафирьи, - Ох и дура я, что сразу такое не удумала. Може у герцога Кеттлера внучка есть?
Обсуждение велось втихаря, без свидетелей, в спаленке, поэтому Михайла прервал свою любимую тарахтелку-советчицу каскадом поцелуев.
- Ну, Миша, ну я же серьёзно, пора тебе наследников заводить, пока молодой. А я с детками нянькаться буду, дворовой тёткой им стану.
- А по ласковой заднице не хочешь получить, счастье ты моё чугундуристое?
Дурковать любили оба, но Глашка всё-таки не унималась.
- Ну хоть сам скажи на кого глаз положил, не верю, что ты о семье не думаешь. Жаль, царевен ноне нет для тебя, Софья Алексеевна - стара, а Наташка... - неожиданно заткнулась ходячая неугомошка.
Действительно, Наталье Алексеевне Романовой было лишь восемь лет, но ради такого союза можно и подождать несколько лет. Тем более, что это время Вяземский провёл бы со своей боевой подругой.

Самого Михайлу давили финансовые вопросы. Цены за ивняковый отвар были чересчур завышены, а как съехать пониже после задекларированных понтов, он пока не знал. Со всеми видами дёгтя получалось гораздо проще, поэтому затарка шла полным ходом. Теперь следовало определиться с технологией изготовления сахара из свекловицы. В основном, как выяснялось, сахар делали всё-таки тростниковый, тем более в колониях получали по два-три, а то и четыре урожая в год. Зато белый сахар гораздо слаще! Эх, втюхать бы рецепт каким-нибудь французам, да подороже. Раз имеются свои монопольные товары, то нечего подгребать всё, что мимо пробегает.
Списки потенциальных инноваций бессмысленно ждали своего часа - знаний не хватало, а порой и не было совсем. Дурацкий примитивный паровик никак не хотел работать толком и требовал постоянного контроля. Конечно, использование принципа эксцентрика, позволило создать вертикальную распиловку, переводя круговое движение в прямолинейное, через шатуны. Но всё требовало точности и балансировки, а спецов не хватало. Хоть колледжи открывай, где ни попадя!
Учебный гарнизон крепости тратил средства всеми доступными методами, более тысячи курсантов разного уровня дружно хотели жрать. Да ещё и каждый день по три раза! Порох и свинец для учебных стрельб закупался обозами, пока, слава богу, находились продавцы. Сапоги снашивались быстрее, чем приобретались. Вот и приходилось тратиться на высококачественное обмундирование и обувь, чтобы надолго хватало. Через первичный отбор прошли более трёх тысяч кандидатов и хотя многие отсеивались после первой же недели, но они тоже выходили в копеечку. И без дружинников нельзя - сегодня не подготовишь, завтра будешь локти кусать. Хотя жаловаться глупо, так как средний "тигрёнок" уже превосходил раза в три любого другого солдата, даже янычар. И по бронированию, и по вооружению, и по боевой и силовой подготовке, и по умениям и, даже, ментально. А постоянные рейды и бои с татями, оказались великолепной полевой подготовкой и закреплением навыков.

В начале ноября, в гости заглянул Василий Голицын. Вроде бы ненароком, но с некоторыми претензиями.
- Ты, Михайла Алексеич, вздул цены на дёготь так, что иноземные купцы жалуются, - завёл он стандартную пластинку, - не могут оне покупать его по старым ценам, никто не хочет продавать.
- Василь Васильич, ко мне какие претензии? Я же просто покупаю по своим ценам, разве это запрещено на Руси?
- Нет, можешь хоть золотом платить, но продацы дёгтя задёшево больше не хотят торговать. Говорят, мол, дождёмся Вяземского и ему отдадим выгодно. Но ты же не весь дёготь скупишь?
Голицын, в принципе, хотел лишь выяснить, когда Мишка закончит бум с ценами. Хотя и сам имел интерес к новым расценкам, так как его хозяйства тоже дёгтем торговали с иноземцами. Дурацкая ситуация, когда непонятно чего ожидать и где соломки подстелить. Брательник Борис уже изрядно наварился на своевременных перепродажах, так как вовремя затарился дешёвой смазкой. Часть заморских купцов начала закуп, смирившись с потерями части прибыли, но сообразив, что ещё хуже потерять время на оборот деньги-товар-деньги. Всё-таки Московия обеспечивала более четверти европейской потребности в дёгте, а может и поболе. Швеция и Польша, вместе взятые, столько не выставляли на общий рынок. Когда-то, Иван Грозный решил перекрыть Дегтярную Трубу, а потом приоткрыть по новым ценам. Его до сих пор весь мир помнит, как "кровавого и жестокого тирана"! Тем более, что он такой фортель выкинул с пушниной, оставив "немцев-торговцев" без огромнейших прибылей. И за что Европа будет любить сего монарха? Фантики и похвалы дают лишь тем, кто послушно продаёт всё по дешёвке Старшему Брату. Тогда и жвачками могут поделиться и даже джинсы завезти из Турции!

Абель Монтойя вовсю усиливал свою сотню за счёт военного ведомства. Он заказывал "вяземское" бронирование, пики, двуствольные пистоли, проводил ежедневные тренировки со своими бойцами, даже организовал строительство спорткомлекса. Попутно завёл магазин, где торговали русскими сувенирами. Последней каплей оказалось внимание придворных дам. Более родовитые хлыщи накатали на него ряд жалоб и военный министр посоветовал капитану выйти в почётную, хотя и несправедливую отставку. Пенсион назначили солидный, но порекомендовали убраться из Мадрида, желательно на несколько лет. Великолепно подготовленную сотню передали сыну одного из грандов, который нагнал из неё два десятка слишком преданных Монтойе кирасир. Оружие и обмундирование оставили уволенным, чтобы не злить родственников гвардейцев, но видеть больше не желали. И куда бывшим воякам деваться?
Обсудив создавшуюся ситуацию, элитники не удумали ничего лучшего, как пойти наёмничать, так как другого делать всё равно не умели, а идти на пенсию было рано. Подальше от Испании - поближе к кухне! А где самая лучшая кухня, да ещё и зимой?
Душ Сантуш, развезя моющие средства по потребителям, заодно перетёр насчёт отвара. Астрономические цены на "аспиринку" - радости у потенциальных покупателей не вызвали. Конечно, по несколько баррелей заказали оба двора, но лишь для сугубо внутренних, экстренных нужд. Педру Второй сказал, что дороже двух мальцев за галлон действительно целительной жидкости, он покупать не будет и это его последнее слово. Всё-таки, титулованные обладатели подагры нуждались в точечном обезболивании, как и прекрасные, фигуристые обладательницы регулярных мигреней. Сотня баррелей, то бишь четыре тысячи галлонов в год, могли обеспечить полностью все потребности двора и многочисленной родни.
Испанцы, точно так же отреагировали, видимо золото в закромах стало уменьшаться. Французы пока вообще не интересовались товарами из Московии, кроме пушнины и "срачи". Интадура их заинтриговала, так как постоянные войны требовали не только экспедиционных корпусов, но и сопутствующих обозов. Транспортировка смазки выгрызала часть бюджета любой кампании, причём ежедневно, как и еда. И если солдат можно иногда оставить без обеда, то оси долго скрипеть не будут. Сгорят от обиды за некорректное отношение! Цены французов не пугали - Людовик Четырнадцатый, будучи нищим во времена Мазарини, имел хорошую память. Поэтому, войдя в силу и дорвавшись до власти, поставил своему Кольберу задачу класса "ни дня без накоплений". Он оставался неумолим и ныне, даже сам не зная сколько деньжищ заныкано по разным кубышкам. Высвечивался лишь размер ежегодного бюджета, а всё остальное оставалось за кадром. Да и бюджет явно выпукливался, затмевая собой суммарную казну Польши, Швеции, Московии и ещё целого набора стран. Выражение "миллион луидоров" не вызывало королевского трепета или почтения - так себе, обиходный слэнг.
Даже Хуан Рикардо, дружище Абрантуш, был растерян... от милостей Педру Второго. Регент, на последней аудиенции, обласкал бедолагу бастарда Авейру так, что не оставил тому выхода. Просьба, кратная тройному требованию, заключалась в следующем. Независимо от того, будет Мигель Вяземски поставлять русское "чёрное золото" или нет, Ивану Рикардовичу следовало обеспечить поступление десяти тысяч бочек в год. Хоть просто дёгтя, хоть интадуры, хоть легендарной срачи! За это, Педру Второй, возвёл португальское имение Абрантуша в статус виконтства. Хотя оно состояло лишь из деревушки и замка на берегу малюсенькой бухточки под Сетубалом. Мало того, он разрешил обустроить целое будущее капитанство в Бразилии, начиная от небольшого форта семейства Авейру, расположенного в пятидесяти милях к западу от форта Сан-Жосе на Риу-Негру. Места отдалённые, глухие и необжитые, но потенциально богатые лесом и неизведанностями. Дальше, по Амазонке, бродили лишь иезуиты со своей миссией дружбы и заплывали различные авантюристы в поисках халявы.
Регент настолько расщедрился неосвоенными глухоманями, что разрешил своему эмиссару наобещать Вяземскому с три короба. То есть, дать возможность поставить независимый форт на месте впадения Риу-Пурус в саму матушку-Амазонку и даже пользоваться этим Пурусом всласть и надолго. Конечно, каждый хитрец готов поделиться тем, на что не хватает ни людей, ни денег, ни времени. Он бы ещё Антарктиду предложил, вместе со всеми пингвинами в придачу! Хотя, жаловаться грешно, такое добродушие позволяет, по крайней мере, беспрепятственно шлындать мимо освоенных территорий и никто дурного слова не скажет. Да и опасно это! Цивилизованный народ ведь ещё не знает, что медведь - птица резкая: сначала голову оторвёт и лишь потом задумывается над вопросом "а зачем?"
Хорошо, что Рикардыч, по молодости, не осознал до конца всех сложностей бытия и решился на шаг, обозванный родственниками "отчаянным". Эмиграция в Московию на несколько лет без права оставить Родину несмазанной вдосталь! Хотя, кто не рискует - всю жизнь будет придворным планктоном.

Переговоры Дмитрия, одного из первых кавалеров "медали татеборца" (дающей право на статус "витязя ордена Юрия Боголюбского") с Якобом фон Кеттлером свелись к оплате аренды Тобаго. На большее, герцог Курляндии уже не тянул, старость сделала своё дело. Договор с королём Швеции, Андреич отправился подписывать вместе с Фридрихом Казимиром фон Кеттлером. Понятно, что наследник больше любопытствовал весёлым времяпровождением, доверив серьёзные дела секретарю. Впрочем, Карл Одиннадцатый был даже рад такому: "Дайте денег, а я сам всё наворочу!" Сын оружейника отнёсся к поручению более серьёзно, хотя бы в благодарность судьбе, вознёсшей его столь высоко. Все детали русского соучастия в "лапландском проекте" согласовывались по мельчайшим деталям, чтобы потом ни у кого претензий не возникало. Как говорится: "Справедливость - всего лишь доскональное исполнение договоренностей!"
Король даже задумался о том, чтобы переманить к себе деятельного и вразумительного юношу, но не захотел портить отношений с инвестором. Лучше уж выждать время (для большего апломба) и втулить московитам болотный Хельсингфорс. Оперативный капитал, в данный момент, важнее транзитной бухты!
В любом случае, Дмитрий опоздал в Смоленск, но сделал важное дело. Забрав изготовленные мушкеты и пистоли, а так же прикупив всяких полезных мелочей - он отправился восвояси.

Как ни старались пиренейцы подсократить размеры караванов - ничего не помогало. Бог схизматиков, каждый раз увеличивал общий карго, заодно добавляя и сопровождение. Так что, дружинники Хованского и Милославского, действующие уже под Вязьмой, даже подьезжать не стали. Разве что попросили продать чуток заморских вяленых фруктов ради пробы. Флаги Португалии, Испании, ведомые "тигриным" баннером, вполне защищали длиннющий обоз.
Беспутинцы заблаговременно знали о приезде, так как молва, имеющая волновую природу, опережала материальные ценности. Кирасиры и мушкетёры, словно завсегдатаи, разъезжались по избам, так как в гостиничный комплекс теперь явно не вмещались. Вяземский лично принял душ Сантуша и Абрантуша, как драгоценные подарки. Всё-таки оружие, сладости и вкусности, а особенно бочки с заветными кругляшами грели душу даже зимой. Спекуляция дёгтем наконец-то была оплачена - его запасли столько, что обеспечили и Саргиса, и португезов и всё равно осталось немало. Да и шампуня с мылом вдосталь наварили, чтобы годовой заказ закрыть и на полгода вперёд поставки осуществить.
На сниженные цены по отвару Михайла согласился, изобразив уступку в благодарность за весть о правах на колонизацию, где-то на заднем дворе далёкой Бразилии.
- Благодарю, ваше сиятельство, думал совсем торговать не доведётся, - разоткровенничался купец, - я летом оплату привезу обязательно.
- Привези, конечно, уважаемый Карлуш, а мы к тому времени ещё наварим.
Вяземский вздохнул с облегчением, договор по "аспирину" давал небольшой финансовый резерв для его бесконечных трат. Попутно, в течение недели, согласовали дополнительные поставки по смазке, введя три разных наименования, чтобы различать качество. Дёготь, интадура, срача! Переезд в Архангельск был запланирован на лето или зиму следующего года, а торговля, соответственно, переносилась на южное побережье. Белого моря! Всё-таки морские перевозки в сотню раз дешевле гужевых, что устраивало португальцев и ничем не мешало русским.
Теперь следовало уточнить детали ещё одной операции. Дело в том, что в колониях можно обменивать монеты на золото по коэффициенту 1:2, а торговать развлекательными сувенирами вообще втридорого. Развлечений-то особых нет на краю цивилизации!
- А как же пираты, Михайла Алексеич, - запереживал Абрантуш, - как только они узнают о монетах, сразу начнут нападать, а у меня лишь четыре корабля.
- Если укрепим Тобаго, то можно будет отправлять корабль в колонии вместе с королевским "золотым флотом". А обратно возбращаться с ними же. Неужели Педру Второй откажет в такой малости?
Действительно, о Тобаго как-то не подумалось. Хотя и укреплять базовый порт придётся всерьёз, иначе любители колобашек быстренько доберутся до сладкого. Впрочем, до таких операций ещё многое предстояло сделать и в первую очередь убедиться, что возможностей ограбить больше, чем шансов защитить. Иначе, все умники уже занимались бы такими простыми операциями. Мишкины хотелки, время от времени, отличались от Мишкиных и немишкиных зналок и умелок. Ах, как хочется, чтобы все задумки легко реализовывались! Одна мелочь - миллионы зарабатываются тяжким трудом, навроде заката Солнца вручную. И, порой, лучше их отложить на потом, чтобы не въехать в косяк сейчас. Да и торговлю сувенирами и играми проще вести через третьих лиц, пусть даже с недостачей в прибылях. Пока!

Католическое Рождество, как уже повелось, схизматки встречали у испанского посла, после чего душ Сантуш с охраной и бочкотарой отправился в обратный путь. В Беспутине остался Монтойя со своими гвардейцами и Абрантуш, тоже с нечужими, включая помощников и доверенных людей. Капитан в отставке, создав сводный отряд из своих и португальских бойцов, подключился к операциям против татей. Мастер от Альвареша, получивший запас самшитовых заготовок, продолжил изготовление арбалетных лож. Хуан Рикардо и Вяземский засели за разработку плана освоения морей и океанов. Чего же королевским милостям зазря пропадать, коли можно ими воспользоваться. Да ещё и в свой карман!
Оба "покорителя" прекрасно понимали, что четыре торговых корабля много не наторгуют сами по себе. Чего уж говорить об освоении бразильянской целины и амазонской тайги? Зато, если их вооружить получше, да сделать матросами "тигрят"...
- Дальнобойные пушки мы изготовим, дон Абрантуш, - обнадёжил Дмитрий, - только время на это уйдёт. Зато и дальность в два раза больше, чем то, что есть у других.
Компаньона уже ознакомили с новыми нарезными пушками и различными гранатами к ним. Жаль, что такое оружие требовало качественного металла и тщательной обработки изделий.
- А вот коммандос придётся готовить на море, - добавил Вяземский, - всё что нужно для боёв на земле они уже изучили.
В принципе, предварительный план включал в себя простую схему действий. Как только Ларион начнёт поставлять железо, сначала в Москву, потом в Архангельск, можно создать оружейное производство на четыре линии. Две займутся изготовлением нарезных дальнобоек и гладкоствольных картечниц. Попутно, ещё две линии будут производить антипушкарские пищали и нарезные мушкеты. Технологии, слава богу, уже отладили и требовалось лишь время. Да и поставки металла из-под Курска намного облегчали гонку вооружений. Своё - не чужое, покупное и, порой, дефицитное. Оснастить каждый корабль десятком чудо-пушек и можно ходить по морям гораздо спокойнее. Мишка и ракеты бы применил, но не имел никакого понятия в этой сфере, а "на пальцах или коленках" только ботаники такие проекты воплощают.
Кроме того, имело смысл организовать верфь в своей китобойной бухте.
- Твой батюшка Алексей, бывал там и сказывал, что четыре стапеля на берегу можно поставить, - поделился Афанасий.
Мастеров обязался подыскать, уговорить и привезти на Север, личный помощник Абрантуша. За большие деньги, что хошь можно сделать. Свой лес находился не так далеко, возле охотничьей деревни Вяземского. А чтобы проще было с транспортировкой - решили купить сразу табун у башкир, благо они серебро любят, как все нормальные люди.
Подготовка морской пехоты решили начать в Белом море, чтобы бойцы вообще к морю привыкали. Ну и, заодно, Михайла поделился планом создать факторию у северных самоедов и использовать специально заказанный в Португалии корабль для этого. Осталось лишь дожить до светлого будущего!

Мальцев не посвящал никого в своё прошлое, хотя и дёргался по поводу стрелецкого бунта 1682 года. Он понимал, что вызвал определённые изменения в расстановке сил и непонятно стало, чем бунт закончится. Даже удрать досрочно не получится, при нынешнем раскладе Иоанн останется, в его отсутствие, без царского титула, а оставить царевича здесь одного, слишком опасно. Кроме того, смущало то, что государыня-матушка Наталья Кирилловна и патриарх Иоаким всё более находили общий язык. Силовая пара Хованский-Милославский, сблизившаяся благодаря войне с татями, тоже не очень радовала. Было так в истории или нет, Вяземский не знал, поэтому решил пройти кризисный момент до конца, плечом к плечу с потенциальным Иваном Пятым. В конце концов, можно попробовать отсидеться в лесной крепости, в надежде что бунт быстро закончится. Эх, угораздило же попасть так не вовремя! Нет, чтобы какой-нибудь вселенский разум (или кто там ещё?), отправил бы его лет на пять пораньше. Или подальше?
Мама дорогая!...