Малахитовый Кот в пенсне..., О Малахитовом Друге диктующим строки Опции

[Demen Keaper]

Малахитовый Кот в пенсне...

Кот Малахитовый ночует
На старом письменном столе,
И лист мой рифмами врачует
Семнадцать неуёмных лет...

Ему не нужен нежный Вискас,
Не просит Друг мой молока...
Он цедит Лунный свет без риска,
Рассеяв взглядом облака...

Пенсне наденет с умным видом,
И, мудрость лапой зачерпнув,
Эльфийских дарит снов флюиды,
Вплетая между строк Луну...

Он в отношениях свободу
Превыше ценит пылких фраз--
Не станет песни петь в угоду,
Хотя слагать стихи горазд...

Своей раскрашенною шкуркой
Мой Друг бесспорно дорожит...
Порой с соседской кошкой Муркой
Он точит мне карандаши...

Кот позволяет с ней интрижку,
Когда устанет диктовать,
Когда пришлёт редактор книжку,
И весом придавлю кровать...

Кот Малахитовый уходит,
Поскольку незакрыта дверь--
Он ищет к новым сказкам коды
Среди безвременных потерь...

Мне эта дружба, как награда...
Горжусь мудрейшим из котов...
Под тихий шорох звездопада
Встречать рассвет строкой готов...

[Demen Keaper]

Кукла колдуна


Колдун и злобный Чернокнижник
Вдали от посторонних глаз,
От козней дальних или ближних
Задумал куклу парой фраз

Создать, и спрятать в кукле сердце…
И станет он неуязвим…
Работа стоит меньше пенса,
А прок сулит на сотни зим…

Отринув мелкие сомненья,
Он Слово в узел завязал,
И в то же яркое мгновенье
Весёлый смех наполнил зал…

Колдун застыл от удивленья…
Такого он не ожидал…
Ушам и зрению не веря,
Взяв в руки дерзкий идеал,

Со всех сторон его проверил…
Узор заметив на руках,
Решил-- ошибку в этом деле
Ножа исправит точный взмах…

Колдун кинжалом начал резать
Изломы Чёрных Анаграмм,
Но Куклы плоть под стать железу
С трудом давалась тут и там…

Великий Маг пыхтел, стараясь:
«Упорства мне не занимать,--
Кривила рот ухмылка злая,--
Здесь только я имею власть…»

Закончив, оглядел работу—
Приличный вышел результат…
И хоть седьмым умылся потом,
Но внёс поправки бюрократ…

В сундук Колдун запрятал Куклу,
И пса оставил сторожить,
Который чтил его лишь руку,
И в замке метил этажи…

Наутро встал Колдун с пастели,
И ноги опустил на пол,
И, странность ощущая в теле,
Поднял пижамы он подол…

Его ступни корнями стали,
И ужас сердцем овладел—
Враги видать секрет узнали…
Злодей стал белым словно мел…

Он бросился немедля в башню,
Где пёс оберегал сундук…
Кляня судьбу и день вчерашний,
Едва справляясь с дрожью рук,

Откинул крышку с изумленьем—
У Куклы был довольный вид…
Узор, покрыв хитросплетеньем
Колени, чистоту хранит…

Смеялся деревянный мальчик,
И руки к Колдуну тянул,
Но тот отпрянул на диванчик,
Дорогой опрокинув стул…

«Исчадье Ада, ты смеёшься
Творя отвратные дела???
Видать, я магией увлёкся
И Сила Знаний подвела…»

Шипел от злобы Чернокнижник
И вновь схватился за кинжал…
Он резал знаки Монстров Нижних,
Где славу Мастера стяжал…

Заткнулась наконец-то Кукла—
Рисунок чудо сотворил…
У Мага голова распухла,
Он чуял запах из могил…

Не видя в деле неудобства,
Не в силах что-то изменить,
Он плюнул на своё уродство,
И прежних дел продолжил нить…

Но каждым утром непременно
Он видел измененье ног…
Колдун брал Куклу неизменно,
И резал свой кинжалом слог…

Рисунок всё освоил тело…
А смех преследовал, как тень…
По пояс став засохшим древом,
Ходил меж ближних деревень…

А Кукла правила рисунок,
Храня улыбку на лице,
И смех в любое время суток
Бил в сердце, как стрелок в прицел…

Однажды ночь застала в поле…
Колдун устал и там уснул
И стал стволом по чьей-то воле,
И столяр сделал крепкий стул…

А Куклу отыскали в замке…
Улыбка красила лицо…
Она сидела на шарманке—
Держалась, в общем, молодцом…

Её забрал один крестьянин
И годы после промышлял…
То хлеб получит или пряник,
То медный грошик или взгляд…