Отражение (Друг), рассказ в трех частях с эпилогом Опции

[coritsa]

Глава 1

Впервые это произошло с ним, когда он брился.
Наступил понедельник, и Олег, как всегда, поднялся по звонку будильника. Он знал, что будильник будет звонить еще два раза на всякий случай, и, игнорируя его сигналы, он прошел в ванную. Ему приснился яркий сон, и он будучи еще под впечатлением, задумчиво выдавливал зубную пасту на щетку. Ему часто снились сны. Разные, иногда красивые, иногда нелепые, иногда страшные. Но в этот раз сон был именно ярким. В этом сне не происходило практически ничего: он шел по дороге, вдоль которой росли деревья с начавшей золотится листвой. Небо было необычно голубым, лес казался изумрудным в солнечном свете. Но он шел вперед, не обращая внимания на окружавшую его природу. Вдалеке виднелся женский силуэт в черном, стройный и загадочный, и этот силуэт как-будто звал его и протягивал к нему руки. Олег шел к ней, и ему казалось, что он идет навстречу чему-то необычно новому, как-будто к новому миру. Но сколько бы он ни шел, силуэт не становился ближе. Как-будто он шел на месте, а вокруг него менялись декорации. Время от времени поднимался ветер и колыхал листву деревьев, трепал длинные волосы женщины, которая звала его впереди. Он не видел ее лица, но знал, что она небычайно красива. И ему непременно хотелось поскорее дойти до нее, чтобы заглянуть в глаза, прикоснуться к теплой ладони и сказать какие-то слова. Он как-будто знал, что ей скажет, несмотря на то, что в голове не вертелось ни одной фразы, ни одного слова.
Но силуэт не становился ближе. Ему казалось, что он может пройти целую вечность, лишь бы добраться до нее. Но неожиданно чья-то рука схватила его за плечо.
«Стой! Не ходи туда!»
Он не обернулся, но он знал, кто это. Поэтому он подернул плечом и продолжил свой путь к загадочной прекрасной незнакомке.
«Стой! Ты погибнешь! Погибнешь!!!», - голос сорвался на крик.
Он снова подернул плечом и ускорил шаг. И тут дорога под ним начала расползаться, но он как-будто не замечал этого. Ветер усилился, сдувая листву с деревьев, которая теперь летела ему в лицо, но он продолжал идти.
Голос позади него продолжал кричать, но сквозь шум ветра уже невозможно было разобрать слов. Небо заволокло тучами, оно стало тревожным и темным. Грянул гром, хлынул ливень, и дорога перед ним опрокинулась в бездну. Но он не остановился, и последнее, что он увидел, перед тем как проснуться, было искаженное болью лицо прекрасной незнакомки, которая звала его и протягивала к нему руки.
Итак, умываясь перед зеркалом, он думал о своей бывшей жене, которая иногда снилась ему. В этом сне она как-будто хотела уберечь его от чего-то или предупредить, или... Он терялся в догадках. Не то, чтобы он верил в сны, а тем более в вещие, но непонятная тревога поднималась в нем, когда он вспоминал ее образ. И эти слова «Не ходи туда, погибнешь»... Вспоминая свои институтские знания о психоанализе, он пытался как-то по-своему истолковать его, и какие-то глупые банальности лезли ему в голову. От чего он должен погибнуть? Кто эта незнакомая женщина во сне?
Но тут прозвенел третий звонок будильника, и он заставил себя очнуться, вспомнив, что сегодня понедельник и начало новой рабочей недели. Он выхватил бритву из стаканчика, который стоял перед зеркалом и потянулся за пеной для бритья, мельком глянув в зеркало. И замер, держа бритву у правой щеки.
Отражения не было. То есть не то, чтобы он не увидел там того, что он ожидал увидеть, но он не увидел ничего вообще. В смысле себя. Зеркало отражало противоположную стену ванной комнаты, полотенца, висящие на ней, но его зеркало не отражало. Он помотал головой, развернулся на 90 градусов, потер глаза. Затем рванул кран с холодной водой, зачерпнул ладонями воду и начал брызгать себе на лицо. На это ушло минута, и он снова решился посмотреть в зеркало. Вообще, он не на шутку испугался. Галлюцинации? У него галлюцинации? Он крепко зажмурился и снова открыл глаза. Отражение было на месте.
Что это было? Минуту он стоял, глядя на себя в зеркало, не понимая что происходит. Неужели у него и правда галюцинации? Все еще пребывая в шоке, он снова взял бритву, пенку для бритья и начал бриться, глядя на себя в зеркало с широко открытыми глазами, как-будто боясь, что оно снова исчезнет. Но больше ничего не происходило, и он, закончив бриться и умываться, наконец-то вышел из ванной и выключил свет.
Затем прошел на кухню, включил радио и начал заваривать кофе, подпевая в такт какой-то песенке. Он не любил серьезные новости по утрам. Утром, как он сам рассуждал, мозг только просыпается и не работает в полную силу. Поэтому восприятие может поверхностным и сбивчивым. Он может пропустить что-то важное из информации, которую он слышит, поэтому, готовя себе завтрак, он предпочитал не получать серьезную информацию вообще. Обычно, за чашкой кофе, он залезал в социальную сеть и просматривал картинки, ролики, почитывал какие-нибудь интересные истории. Но сейчас ни радио, ни социальная сеть не смогли его отвлечь. Из головы никак не выходила пропажа его отражения в зеркале. Он где-то слышал, что симптомы шизофрении начинаются внезапно и помаленьку.
«Уж не шизофрения ли это?» - раздумывал он, автоматически листая ленту новостей. Но, наконец, здоровая природа взяла верх над опасениями.
«В конце концов, это могла быть просто оптическая иллюзия. Напряжение упало, от этого изменилось освещение, и я не увидел в зеркале себя. А противоположная стена в ванной — тоже оптическая иллюзия. Свет сфокусировался на ней, а отражение размыло».
«Какая к черту оптическая иллюзия, - продолжал он сам себя опровергать по дороге на работу, - Как может размыть отражение в зеркале?» - терзал он себя, спускаясь по лестнице в метро, привычно лавируя между людьми в разноцветной толпе.
«Ну, значит это была разовая галлюцинация, - этой мыслью он себя наконец-то успокоил, - вроде чувствую себя нормально, никаких странностей за собой не замечал, да и в роду тоже психически больных не было».
Но тревожное чувство его не покидало. Метро сглотнуло его в свою утробу и сделало частью безликой разноцветной толпы. Он шел, поглядывая на девушек в шубках, на парней своего возраста и гаджеты в их руках, и уже практически не думал о том, что случилось с ним утром. И вдруг его поразило, как от удара током. В вагоне, напротив него сидела женщина. Ее лицо как две капли воды было похоже на лицо женщины, которое он видел во сне. Она сидела, прижав к себе большую серую сумку. Сразу было видно, что она очень напряжена. Ее красивое лицо с резко очерченными скулами, было искажено гримасой боли, глаза смотрели вглубь себя. Из-под полы черного пальто выбивался край зеленого платья, но она этого не замечала.
Он ошарашенно смотрел на нее, и на него как-будто повеяло тем самым ветром из сна. Стук вагона превратился в грозовые раскаты, и вот уже желтый опавший лист прикоснулся к его щеке.
Но вот поезд начал тормозить, и женский голос объявил его остановку. Он вскочил и начал пробиваться сквозь толпу к выходу, чтобы убежать от этого наваждения. И тут кто-то схватил его за плечо. Его обдало ледяной волной ужаса, и он резко развернулся, ожидая увидеть лицо женщины или даже лицо своей бывшей жены. Но это была всего-лишь какая-то девушка,
«Вы зацепили молнию моей сумки», - сказала она быстро.
«Простите», - ответил он, и, отцепив молнию, вылетел из вагона. Он еле успел протиснуться в двери, и, уже на перроне, оглянулся на отъезжающий поезд. Женщины он там уже не увидел.
«Нервы ни к черту», - твердил он себе, выходя из метро, двигаясь по направлению к большому серому зданию, где располагался его офис. Он подумал о том, что давно уже не отдыхал по-настоящему.
«Надо набрать народ и устроить вечеринку, а то от работы и однообразия совсем скоро крыша поедет», - нашел он способ избавиться от мучивших его мыслей. Но чувство одиночества снова давало о себе знать.
После развода с женой, которая ушла от него пять месяцев назд, он переехал в свою старую квартиру, которая досталась ему от бабки. «Моя холостяцкая берлога», - так он в шутку обзывал свое жилище, приводя туда друзей или очередную пассию. С тех пор, как он стал жить один, в первое время он часто приглашал к себе гостей, так как вечера в пустой квартире казались ему невыносимыми. Приходя с работы один, он разогревал себе ужин в микроволновке, потом включал телевизор, по которому редко показывали что-нибудь интересное, или просто убивал время за компьютерными играми. В такие вечера он рано ложился спать, но лежа в кровати, он таращился в потолок с открытыми глазами или ворочался с боку на бок, тщетно призывая Морфея. В голове крутились беспокойные мысли, и он, склонный к самоанализу, думал о своей бывшей жене, о том, почему распался их брак.
«Ты трус», -сказала она ему.
Она была художницей, натурой страстной и одаренной. Когда они только познакомились, она только начинала рисовать под заказ, и тогда их разные характеры и образ жизни не мешали им наслаждать счастьем. Это потом, когда начались тусовки, появились новые знакомые, она стала стесняться своего скучного мужа с неинтересной профессией. Он был всего лишь руководителем отдела продаж, и даже его хорошая зарплата, которая была для нее отличным подспорьем в начале ее карьеры, не могла компенсировать ее стремления к более интересной жизни. У нее завязался роман с каким-то молодым человеком неопределенной профессии, и она все реже стала бывать дома. Тогда-то он и пристрастился к компьютерным играм, буквально став их фанатом. Когда она возвращалась глубокой ночью домой, он все еще сидел за компьютером, погруженный в другую реальность.
А она все время как-будто ждала от него чего-то. Ее голубые глаза смотрели на него, и в них читался немой вопрос. Он не понимал, чего она хочет от него. До появления другого мужчины в ее жизни, ему казалось, что у них в жизни все нормально. Все ее истерики, которые она ему устраивала, он списывал на отсутствие детей, отсутствие полноценной семьи. Но вместо ребенка у нее появился любовник.
«Я не могу так жить, я не могу так жить..., - кричала она ему вся в слезах, - Ты тупой, ты глухой, ты не хочешь меня понять! И даже не пытаешься», - эти слова он слушал миллион раз. «Ты можешь хоть что-нибудь сделать?» - этот вопрос всегда ставил его в тупик.
Всю жизнь он что-нибудь делал. Никогда не бездельничал. После школы поступил в институт, на втором курсе начал подрабатывать, потом уже устроился продавцом на полную ставку и сделал неплохую карьеру. Ему нравилось жить с Леной, и он не видел препятсвий для дальнейшего развития их маленькой семьи.
«Трус» - она швырнула ему это слово в лицо, как до этого швырялась в него подушками. Ими была усыпана вся их небольшая кровать, на которой они провели столько счастливых ночей, особенно в начале их отношений. Лена любила мастерить эти подушки, и, пока у нее не было работы, она нашила их штук 17. Теперь она швыряла эти подушки ему в голову, когда у него уже не оставалось сил для аргументов и уговоров, и он тупо сидел за компьютером, кликая мышкой.
В этот вечер она от него ушла. Достала с полки оранжевый чемодан на колесиках, смахнула все вещи из шкафа, потом долго гремела косметикой в ванной и, наконец, он услышал, как она застегивает молнию на куртке. Потом она хлопнула дверью. И с этих пор он остался один.
«Трус», - он мысленно повторял это слово, мучимый бессоницей, - Чего она ждала от меня? Может быть мне стоило...», - на этом мысль останавливалась, и он продолжал жить своей прежней жизнью, только уже без нее. Без женщины, на которой три года была сосредоточена его жизнь.
Рабочий день начался как обычно. Он поздоровался с коллегами и прошел к своему рабочему месту. Но в последнее время он начал испытывать неудовлетворение рабочим процессом. Если раньше работа не вызывала у него таких чувств, то теперь телефонные звонки, отчеты, разрулирование сложных ситуаций вызывало в нем глухую тоску. Иногда он увлекался рабочим процессом, иногда делал все на автомате, но все чаще у него возникал вопрос: «А что именно я делаю? Для чего все это?»
И в голову опять лезли мысли, которые плохо влияли на его производительность труда. Он все чаще отвлекался на социальные сети, на разговоры с коллегами, и один раз упустил выгодную сделку, потому что забыл вовремя сделать важный звонок. Он все делал нехотя, как бы через силу.
Жизнь без Лены как-будто потеряла смысл. Но когда он спрашивал, любил ли он ее, он не мог ответить на этот вопрос. Привязан? Да. Влюблен? Да. Но была ли здесь любовь, которая приходит с годами совместной жизни? Он не знал ответа. На ее месте могла быть какая-нибудь другая девушка, и он часто думал: «Что было бы, если бы я не сделал ей предложение тем июльским вечером?». Ему просто хотелось, чтобы она была рядом каждый день Могла бы быть на ее месте другая? Он не знал ответа на этот вопрос тогда, не знал ответа на этот вопрос и сейчас.
“Олег. Оле-е-г!», - кто-то негромко позвал его, в то время как он был погружен в свои мысли.
Это была Вера, сотрудница бухгалтерии.
«Симпатичная, только очень запаренная», - говорили про нее коллеги в курилке.
Про Веру толком никто ничего не знал. Ее взяли на работу два месяца назад и сразу завалили работой, так что времени на общение с коллегами у нее не было.
Когда она приходила на работу, она сразу закрывала дверь в кабинет и выходила оттуда только во время обеда и в конце рабочего дня. Она никем не интересовалась, впрочем никто из-за этого не переживал. Симпатичных девчонок в офисе хватало.
В этот раз она подошла к нему с какими-то документами, и долго что-то объясняла на непонятном для простых смертных языке. Он отметил про себя, что у нее красивые волосы, мелодичный голос и в целом, она вызывала у него симпатию.
И вот неожиданно для себя, он сказал:
«Вера, а Вы не хотите сходить куда-нибудь сегодня вечером?»
Она не ожидала такого поворота событий и даже открыла рот от удивления. Ее брови поползли вверх, глаза изумленно распахнулись.
Пауза продолжалась минуту. Затем она так же неожиданно улыбнулась и сказала:
«А почему бы и нет?»
Олег почему-то не ожидая такого ответа, неуверенно произнес:
«Сегодня вечером?»
«После работы?»
«Да, давайте.»
«Отлично, встретимся вечером», - с этими словами она развернулась и ушла обратно в свой кабинет под оживленный шепот коллег.

[coritsa]

Глава 3

Он очнулся, лежа на чем-то твердом и холодном. Ныло в правом боку, было ощущение, что по лицу проехал самосвал, страшно болела голова.
Он с трудом сел, и обнаружил себя на асфальте, расчищенном от снега, возле дверей какого-то здания. Ощупав карманы, он убедился, что бумажник, документы и телефон на месте, не хватало только его шарфа. Кое-как поднявшись на ноги, он осмотрелся. Олег понял, что находится в каком-то незнакомом районе города. Он стоял у дверей ночного клуба, пара букв неоновой вывески которой уже успела погаснуть.
Не понимая, что с ним произошло, он тщетно попытался вспомнить события, которые привели его сюда. Он вспомнил утро с Верой, затем вспомнил, как он познакомился с Аллой и побежал в метро на работу, а потом пустота. Часы на телефоне показывали 8 часов вечера.
«Я был на работе или не был?» - спросил он себя, с удивлением обнаружив, что от него пахнет алкоголем. Олег набрал первый высветившийся номер в журнале телефона и долго ждал, пока снимут трубку.
«Але», - наконец он услышал голос абонента.
«Але, привет. Это Олег»
«Ну привет», - произнес коллега по работе.
Понимая, что он не может рассказать о своих провалах в памяти, Олег начал импровизировать.
«Я заблудился в городе. Куда мы поехали после работы?» - опять логическим путем он начал вычислять ход событий, предполагая, что у ночного клуба он оказался после загула с парнями с работы.
Но Артем, так звали абонента, разрушил его логическую цепочку.
«Куда ты поехал, после того как дал в морду Юлию Геннадьевичу, я не знаю».
«Я сделал что?»
«Ты что не помнишь? - продолжал Артем, - ты приехал на работу, пошел к нашему боссу, и дал ему по морде. Потом гордо удалился. Ты пьян был, что ли?»
«Да, наверное..., - пролепетал Олег, - то есть да, я был пьян, очень пьян. Практически ничего не помню». - уже перестал врать Олег.
«Ну ты даешь», - Артем помолчал. - Знаешь, а с другой стороны, ты прав. Я бы сам ему засветил, но у меня ипотека, кредиты... Мне на Юлия Геннадьевича до самой пенсии пахать».
Артем вздохнул.
«Ну я так понимаю, что после этого мне на работу возвращаться не стоит», - сказал Олег.
«Ну конечно же нет. Ю.Г. Может на тебя и заявление написать. Хотя ему сейчас не до этого. У него расчетный счет обчистили».
«Кто?»
«Ха, это-то они и пытаются выяснить. Вера была хранительницей банковского ключа. Сейчас ее терзают».
«Ничего себе! А где она сейчас?
«Когда я уходил, она была еще в кабинете босса. Бедняжка. Хотя вряд ли это она, она же не дура. Нет, не думаю, что ее будут обвинять в краже».
«Я понял, - сказал Олег, - спасибо, что сообщил мне новости».
«Да не за что, - сказал Артем, - Вещи твои забрать из офиса?»
«Да, пожалуйста», - с благодарностью сказал Олег, - я заберу их у тебя потом».
«Окей, я на связи», - повторил Артем и отключился.
Олег еще некоторое время стоял на морозе, так и прижав трубку к уху. Потом как-будто проснулся и убрал телефон в карман.
«Все это плохо, очень плохо, - думал он, при этом почему-то не испытывая сожаления. Его грела мысль, что он ушел не просто так, а отстояв чувство собственного достоинства.
«Засветить в морду Юлию Геннадьевичу, охренеть», - Олег сам себе удивлялся.
Он, честно говоря, ненавидел своего босса. Жесткая политика в отношении своего персонала, кидалово партнеров по бизнесу — всем сотрудникам, которые хотели остаться на работе, вынуждены были принимать эти принципы работы и вести себя соответствующе по отношению к партнерам и друг другу. За это платили хорошие деньги. Поэтому Олег и шагал в этой кабале вместе со всеми. Но червячок совести подтачивал его все время и, наконец, дал о себе знать в полную силу.
«Только почему я ничего не помню? Жаль, очень жаль. Такие вещи нельзя забывать», - думал он.
Наконец, он решил выбираться из незнакомого места, где он оказался неизвестно как. Из клуба выходили люди, и он решил разузнать хотя бы название улицы.
У дверей стоял охранник, который с неожиданной неприязнью посмотрел на него.
«Опять ты?» - произнес он, - тебе сказали, чтобы ты и близко не подходил больше к этому клубу».
«Больше и близко не подходил?» - от удивления опешил Олег, - вы меня с кем-то путаете. Я всего лишь хотел узнать адрес этого места. Я заблудился.»
«Адрес хотел узнать... Мало получил что ли? Научись пить сначала», - но адрес тем не менее назвал.
«Спасибо», - сказал Олег, начиная понимать, что она заходил в этот клуб и снова подрался. Отсюда и боль в теле.
«Нет, это уже серьезно. Я так и убиться могу.», - так думал он, ловя попутку на шоссе. - Доберусь до дома, высплюсь, а потом решу что делать».
Но его планам не суждено было сбыться.
Такси свернуло на небережную, и Олег любовался городом. Вдоль набережной горели огни, на противоположной стороне шоссе открывался прекрасный вид на красивые дома и ярко освещенные витрины. Вдоль реки прогуливались люди, и он даже заметил одного велосепидиста.
«Вот это экстремал», - подумал Олег, и вдруг то, что он увидел заставило его чуть ли не вырвать руль из рук водителя.
«Остановите! Пожалуйста, остановите!» - закричал он.
Эту фигуру он узнал бы из миллиона.
Все то же пальто, тот же серый шарф, те же длинные волосы. Когда Олег выскочил из машины, Алла уже готова была сделать роковой шаг с моста.
Он еле успел добежать до нее и, обхватив за ноги, дернул на себя. Они упали на асфальт, Олег сгруппировался так, чтобы Алла оказалась сверху.
Перекатившись на бок, он встал на колени перед женщиной и стал спрашивать:
«Вы не ушиблись? С Вами все в порядке?»
Она непонимающе смотрела на него, потом как-будто стала узнавать.
«Вы...», - только и смогла вымолвить она.
«Я Олег, мы познакомились сегодня утром. Я собирался Вам позвонить. Почему Вы...», - он не успел договорить.
«Оно мучает меня, - перебила его Алла, - Вот уже две недели я живу в каком-то кошмаре. Я оказываюсь в разных местах и не помню ничего из того, что со мной произошло. Муж хочет положить меня в больницу. Он считает, что я опасна для себя и окружающих. И я не вижу...», - она замялась.
«Вы не видите себя в зеркале». - закончил за нее Олег.
«Я не могу, я так больше не могу... Мои дети...», - она заплакала.
«Алла вы не поверите, но со мной происходит то же самое. Посмотрите на мое лицо. Я не помню, что со мной произошло. Со мной тоже происходят странные вещи. Пойдемте отсюда».
Олег помог ей подняться с асфальта, и они направились к машине, из которой с любопытством выглядывал водитель.
«По какому адресу едем?» - спросил он.
«Остановите у ближайшего кафе».
За чашкой кофе Алла стала отогреваться и успокаиваться.
«Это начало происходить две недели назад. Сначала стало пропадать отражение в зеркале. Потом со мной начали происходить странные вещи. Как-то раз я сильно поругалась с мужем и ушла из дома. За мной увязались какие-то парни, а потом я проснулась с одним из них у него дома. Я не помню как это произошло. Мужу рассказала всю правду, но он мне не поверил. Теперь считает, что я ему изменила. Я стала забывать о своих обязанностях матери, память все чаще меня подводила. Часто оказывалась в неизвестных мне местах, ничего не помня о том, что я делала. Муж уже хотел вести меня к психиатру, но тут меня начали преследовать. Какая-то женщина. Такое впечатление, что она ходит за мной повсюду. Я даже дома ощущаю ее присутствие. Она разговаривает со мной. Все время шепчет «Позвони, позвони, позвони...» Мужу о преследовании не говорю, скрываю от него. Дети тоже ничего не знают, не хочу их расстраивать. С Вами происходит то же самое?»
«Да, со мной происходит то же самое, - Олег вкратце рассказал о своих злоключениях, - я тоже считал, что болен, пока не встретил Вас. Как Вы думаете, вместе мы сможем найти ответы на вопросы? Пока это с нами происходит, мы не находимся в безопасности».
«Не знаю, какие ответы Вы хотите найти. Может, мой муж прав, и мы просто нездоровы».
«Скажите, а может, Вы правда должны кому-то позвонить?»
«Никогда в жизни я ему не позвоню!» - неожиданно взвизгнула она и стукнула чашкой кофе о блюдце, расплескав кофе, - никогда, слышите?»
Олег опешил.
«Вы не волнуйтесь, только не волнуйтесь. Я просто предположил.
Алла ненавидящим взглядом смотрела на него, и Олег понял, что эта женщина очень горда. Очень красива и очень горда. Он не стал спрашивать, кто этот таинственный незнакомец, позвонить которому ее не в силах были заставить никакие демоны. Здесь скрывалась какая-то роковая страсть, о которой он, как человек посторонний, не имел права спрашивать.
Впрочем, ему хватало своих проблем. Он надеялся в этой женщине найти ответы на свои вопросы, он думал, что она послана ему проведением, но Алла была такой же жертвой , как и он сам. Олег не знал, где он очнется в следующий раз и что с ним произойдет. Он больше не был хозяином самому себе.
«Какому себе?» - неожиданно услышал он шепот у себя за спиной.
Он резко поднял голову и обернулся, но за спиной никого не было. Только несколько посетителей кафе активно гремели столовыми приборами.
«Вы слышали?” - спросил он у Аллы.
«Что?» - она посмотрела на него.
«Шепот. Кто-то сказал...»
«Я ничего не слышала».
Он снова обернулся, а когда вернулся обратно к Алле, то это была уже другая женщина. Она достала зеркальце и красила губы ярко-красной помадой. Затем достала расческу из сумки и начала расчесывать свои роскошные волосы. Закончив, она уже по-другому смотрела на Олега.
«Мне надо идти, - сказала она изменившимся голосом. Затем достала из сумки духи, сбрызнула ими запястья, застегнула сумку, встала и начала надевать пальто.
Эта женщина не переставала его удивлять.
«Алла, постойте!» - он вскочил и бросился вслед за ней. Догнав ее, когда она была уже в дверях, он схватил ее за рукав.
«Алла, постойте! Куды Вы?», - повторил он, догадываясь что с ней происходит.
«Да пустите Вы меня ради Бога», - со злостью зашипела она ему в лицо. Олег не узнавал прежней Аллы, растерянной и несчастной. Теперь перед ним стояла женщина, твердо знающая куда и зачем она идет, готовая преодолеть любые препятствия ради своей цели.
Она с силой выдернула руку и ушла, хлопнув дверью. Ему оставалось только смотреть на ее удаляющийся силуэт.
До дома он добрался благополучно, расплатился с водителем и вышел из машины. Начался снегопад, и Олег просто стоял на улице возле подъезда, подняв лицо вверх. Завтра ему не надо было на работу. Завтра он будет предоставлен самому себе. Он понятия не имел, что он будет делать завтра. Он понятия не имел, что с ним произойдет завтра. Ему хотелось с этим боротья, но он не знал как. Страх неопределенности, тревога за свое будущее — все эти эмоции бушевали в его душе, и он стоял, не замечая холода.
«Доверься мне», - кто-то шепнул у него за спиной. Он обернулся, но за спиной никого не было.
«Почудилось», - подумал Олег и, наконец, пошел к двери подъезда. Он только хотел набрать код домофона, как раздался звук открываемой двери. Олег потянул за ручку и снова замер от неожиданности. Сюрпризы в последнее время стали частью его жизни. Из подъезда выходил он сам. В той же куртке, только лицо было целым, а на шее красовался шарф. Как-будто два Олега столкнулись в дверях.
«Что это..., - прошептал Олег, пораженный сходством с самим собой выходившего из подъезда мужчины.
Мужчина вопросительно посмотрел на него и Олег, приглядевшись, увидел совершенно другого человека, только в том же шарфе, что Олег потерял.
«Разрешите пройти», - сказал мужчина. Олег посторонился, но потом еще долго смотрел ему вслед.
Потом он, наконец, вошел в подъезд и взбежал вверх по лестнице, ведущей к лифту. И тут заметил, что из его почтового ящика торчит какая-то белая бумага. Он достал ключи, открыл почтовый ящик и вытащил оттуда ворох рекламных листовок и белый конверт.
Он выбросил рекламу в ящик, стоявший в углу, и вскрыл конверт.
Там лежала карта какого-то неизвестного банка и маленькая записка с четырьмя цифрами.
Олег сначала подумал, что это какая-то ошибка, и в недоумении смотрел на содержимое конверта. Затем его внезапно осенило. Он быстро прошел к лифту, поднялся на свой этаж, включил компьютер и набросал небольшой текст:
«Найдена банковская карта. Обращаться по телефону...»
Потом спустился вниз на первый этаж и прикрепил записку скотчем возле лифта.
«Дурак!» - громко и отчетливо сказал кто-то рядом с ним.
Олег подумал, что голос раздался с верхних этажей, и поднялся к себе в квартиру.
У него были причины сделать это. Как-то раз он тоже потерял банковскую карту с недавно перечисленной зарплатой. За то время, пока ее восстанавливали, он чуть не поседел, опасаясь за свои деньги. Теперь он представлял себя на месте человека, почтовый ящик которого перепутали с его, и сделал все возможное, чтобы исправить ситуацию. Других причин, по которым неизвестная карта могла попасть к нему в ящик, он не видел.
«Дурак!» - опять громко и отчетливо произнес голос.
Сверху послышался стук. Сначала он был тихим, потом постепенно звук начал нарастать. Стучали очень долго, и Олег понял, что кто-то делает это специально.
Он вздохнул, вышел из квартиры и поднялся на верхний этаж. Позвонив в дверь, он долго ждал, пока ему откроют. Но за дверью было тихо.
«Кто там развлекается», - подумал он и, подождав еще, вернулся в свою квартиру. Стук прекратился, но тут в квартире справа заиграла музыка.
«Вот д.....о», - опять подумал Олег и, снова выйдя из квартиры, начал звонить в соседнюю дверь. Но ему опять никто не открыл.
«Полицию вызвать, что ли?» - подумал он, и тут музыка стихла. Он вернулся в свою квартиру и закрыл дверь на ключ.
В зеркале Олег никого не увидел, но уже не удивлялся. Стук повторился, только теперь он казался настолько навязчивым и продолжался так долго, что он снова решил подняться наверх и достучаться до соседей сверху.
«Ну я сейчас устрою этим шутникам», - думал он, поворачивая замок, чтобы открыть дверь. Но замок не поворачивался.
«Заклинило, что ли...», - с отчаянием подумал он, пытаясь и так и этак.
Тут наступила долгожданная тишина. Но ненадолго. За стеной снова грянула музыка. Причем, это была одна из его любимых песен. Музыка играла так громко, что, казалось, будто он включил ее в собственной квартире.
Олег схватил швабру и начал стучать в стену.
«Выключите немедленно, я сейчас полицию вызову!» - кричал он соседям.
Это продолжалось минуты три, потом музыка стихла. Наслаждаясь долгожданной тишиной, Олег стоял и смотрел в стену.
«Тебе снова не нравится?» - раздался голос.
Олег выругался и отправился к замку, чтобы на этот раз точно устроить разнос соседям, которые так извращенно шутили.
Но замок не открывался.
Олег бросился к телефону и стал набирать номер диспетчерской, чтобы вызвать слесаря. Телефон не работал. Он пытался дозвониться по мобильному, но сети не было.
И тут снова грянула музыка. У парня уже раскалывалась голова, и он запаниковал. Музыка сводила его с ума. Он распахнул окно и высунулся по пояс.
«Помогите!!! - заорал он в темноту, - Помогите!» - но на улице было странно темно. Только в доме напротив горело одно окно. В окне стоял мужчина одного с ним роста и возраста. В глаза бросился яркий шарф, обмотанный вокруг шеи. Это был шарф Олега. Молодой человек замер, глядя на фигуру в окне, которая смотрела на него. Потом мужчина дернул концы шарфа вниз. Затем схватил за один конец шарфа и вытянул руку вверх. Он наклонил голову вбок и высунул язык, изображая висельника.
Музыка смолкла. Олег бросился к телефону, но телефон по-прежнему не работал. Замок по-прежнему не открывался. Он бросился к компьютеру, но свет неожиданно погас. Ему стало очень-очень страшно, он заметался по квартире как сумасшедший.
Эта мука продолжалась целую вечность. Сверху стучали в такт громыхающей музыке. На стене начали появиться тени и он уже чувствовал холодное прикосновение на запястье...
Но тут раздался звонок мобильника. Олег бросился в коридор и со вздохом облегчения ткнул пальцем в экран. Никогда еще не был так рад телефонному звонку.
В трубке раздался женский голос.
«Олег? Это Олег?»
«Да, это Олег»
«Слава Богу, я уже подумала, что потеряла Ваш номер. Это Алла».
«Алла, помогите мне!» - закричал Олег в трубку.
В ответ раздался смех.
«Да, они любят шалить» - голос был странно пугающим.
Потом его тембр изменился, создавалось впечатление, что Алла позвонила старому приятелю.
«Олег, Вы не хотите прокатиться? Такая прекрасная погода?»
«Прокатиться??? - он снова закричал в трубку, - я не могу выйти из дома, вокруг меня происходят жуткие вещи! Помогите мне!!!»
«Да вы просто переволновались. Выходите, не бойтесь. Я Вас жду внизу».
Олег не успел подумать о том, откуда эта незнакомая женщина узнала его адрес. Он не успел подумать ни о чем, бросился к двери, щелкнул замком и входная дверь распахнулась. Он впотьмах надел ботинки, схватил куртку, телефон по инерции и бросился вон из квартиры. Не дожидаясь лифта, Олег сбежал вниз по лестнице. Он буквально вылетел из подъезда на морозный воздух и стал оглядываться в поисках таинственной собеседницы.
Через мгновенье ему просигналила красная Мазда, и Алла вышла из машины. Он ее не узнал. На ней было то же самое черное пальто, только шею украшал уже другой шарф — глубокого насыщенного оттенка красный палантин, эффектно завязанный вокруг шеи. Ее волосы казались глянцевыми в свете фонарей, на губах играла красная помада в тон шарфу.
«Олег, я здесь!» - крикнула она ему, помахав рукой.
Он бросился к ней, надеясь в ней найти свое спасение от мучивших кошмаров.
«Алла, что происходит? Вы можете мне объяснить?» - он задавал вопросы один за другим как из пулеметной очереди.
Она улыбнулась широкой улыбкой и сказала:
«Ничего особенного. Просто захотела Вас увидеть».
«Нам надо поговорить. Я схожу с ума!»
«Вы не сходите с ума», - взгляд Аллы стал серьезнее, - садитесь в машину».
Олегу ничего не оставалось делать, как только сесть на пассажирское сиденье и пристегнуться. Телефон по прежнему не работал.
«Может, он сломался? - неожиданно предположила Алла, как только они выехали на проезжую часть. - Если Вам это успокоит», - загадочно продолжила она. - Хотя Вас теперь ничего не успокоит».
Олег только в недоумении взглянул на нее и некоторое время они ехали в полном молчании.
«Куда мы едем?» - спросил он наконец.
«Вперед, только вперед», - ответила она и снова замолчала.
Машина затормозила на светофоре, и они долго ждали, пока пройдет толпа пешеходов. Люди двигались быстро, торопились домой с работы.
«Вот так и проходит их жизнь», - философски заметила Алла, - утром ты бежишь делать одно, вечером бежишь делать другое. Восемь часов упорного труда, часто нелюбимого, а потом домашняя суета и отдых на пару часов. Люди подневольные, хотя и успешные», - она повернулась к нему. «Вы со мной несогласны, Олег?»
Олег почувствовал глухую злобу на эту женщину. Ему не нравились такие разговоры.
«Я сам так живу, и меня все устраивает», - бросил он ей.
«И поэтому вы не видите своего лица», - закончила она за него.
«Вы хотите порассуждать о жизни и предназначении человека в этой жизни? Знаете, сейчас не самое подходящее время. Вы скажете, куда мы едем?»
«Не хотите сесть за руль?»
«У меня нет с собой прав»
«Мы едем за город»
«Алла, я вам уже говорил, что со мной происходят ужасные вещи. Если можете, помогите мне...»
«Я вам уже помогаю».
Она говорила все это таким безапеляционным тоном, что ему оставалось только покориться ее воле. Они снова продолжили путь в молчании.
Городской пейзаж постепенно таял. Они выехали за пределы города, и за окном потянулась бесконечная череда деревьев, запорошенных снегом. Дорога впереди казалась дорогой из волшебной сказки.
Неожиданно Алла затормозила.
«Теперь поведете вы».
«Зачем?»
«Вы начинаете меня раздражать. Потому что вы этого хотите.»
Они поменялись местами, и Олег включил зажигание. Он решил больше ничему не удивляться.
Снова настала тишина, которую нарушали только мерное шуршание дворников и звук двигателя.
«Мы едем очень медленно», - наконец сказала Алла.
«Здесь нельзя быстрее», - ответил ей Олег. Он был погружен в самые мрачные мысли. Если бы несколько дней назад емы бы кто-нибудь рассказал о том, что он будет ехать в чужой машине в неизвстном направлении, он бы посмеялся над человеком с таким развитым воображением. Но все происходило на самом деле, и они отъезжали все дальше и дальше от города. Ему даже не приходила в голову мысль о том, насколько далеко они заехали. Было в этом что-то притягательное — ехать по снежной дороге, погруженный в свои мысли. Без обязательств, без постоянного «Завтра на работу», без всемогущего Юлия Геннадьевича в голове. Постепенно Олег начал забывать о событиях сегодняшнего вечера, и на мгновенье ему показалось, что в жизни у него все нормально. Он вспомнил Веру, и подумал о том, что позвонит ей как-нибудь снова. Она ему определенно нравилась. Олег заглянул в зеркало заднего вида — отражение было на месте.
«Вы себя недооцениваете», - ухмыльнулась Алла, вырывая его из иллюзии покоя.
И тут Олег снова разозлился.
«Алла, мне надоели Ваши загадки. Что вы имеете ввиду?».
«Я говорю о вас. Вы настолько не в ладу с самим собой, так стремитесь от себя убежать, и у вас это очень хорошо получается кстати, что не понимаете очевидных вещей. Вы с собой родились, и с собой умрете. Другого не дано. И вместо того, чтобы хоть чуть-чуть задуматься над тем как Вы живете, Вы постоянно ноете. Вы никого не любили в своей жизни, Вы не сделали ничего, чем могли бы гордиться. Работа, женщины, компьютерные игры, развлечения, которые вы ищите на свою голову — это заменяет Вам себя. А что потом? Что будет тогда, когда вы пресытетесь тем, что у вас есть?»
Олег молчал.
«Пустота, которую вы будете заполнять вещами, но эти вещи не заменят вам собственных чувств. Вы встретили замечательную девушку, и думаете лишь о том, что вы как-нибудь ей позвоните. Вы ничего не ищите, а просто плывете по течению, вступая в противоречие с самим собой. И тем дальше это течение Вас заносит, тем страшнее становиться. Признайтесь, Вы же просыпаетесь от кошмаров по ночам? От кошмаров, после которых вам хочется плакать!» - звук ее голоса становился все громче и громче. Она почти кричала, чтобы заглушить рев двигателя.
Олег ничего не отвечал. Он просто вдавил педаль газа до упора, к счастью дорога это позволяла. Они неслись с бешеной скоростью по пустому шоссе, мимо каких-то деревенек, мимо заснеженных равнин, и никто из них уже не знал, где они сейчас находятся. Голос Аллы, как колокол звенел у него в ушах, ему казалось, что еще чуть-чуть и они взлетят на красной Мазде к небу, как самолет со взлетной полосы.
«Вы хотите разбиться?» - продолжала кричать Алла, - Прекрасно! Это самый лучший выход из ситуации. Разгоняйтесь, впереди обрыв, мы слетим с него и больше ничего никогда не будет. Тоска пройдет, боль пройдет, все пройдет! Мало того, что вы трус, вы еще и бездарность!» - в заключении выкрикнула она, и ее голос зазвенел от слез.
Он резко нажал на тормоз. Они пролетели на тормозном ходу предупреждающий знак об обрыве, к ним приближалась темнота, следующая за обрывом. В оглушающей тишине они смотрели как эта темнота неумолимо надвигается на них. Машина двигалась все медленее и медленнее и, наконец, остановилась. Они успели.
Казалось, что молчание будет длиться вечно. Их окутывал ночной мрак, снег продолжал идти. Впереди за обрывом дальний свет фар освещал глухой лес.
«Поцелуй меня», - сказала Алла.
Олег отстегнул ремень безопасности и потянулся к ней. Он прикоснулся к этим идеально накрашенным мягким губам, и окунулся в аромат жасмина. Ее губы сначала нерешительно, потом уже более смело ответили ему, и он забыл о времени, о страшной ночи, обо все на свете.
Когда он оторвался от ее губ, он увидел, что она плачет. Он провел пальцем по ее щеке, вытирая слезу, и поцеловал мокрые глаза.
«Он меня не любит», - заговорила она, - не любит, понимаете?» - ее голос стал мягче, и он увидел прежнюю Аллу. Она сидела на пассажирском сидении машины, растерянно теребя в руках кончики шарфа. «Я позвонила ему. Позвонила, как она просила. Больше всего на свете мне хотелось это сделать. Но у него другая женщина, другая жизнь, там нет места для меня. А он, понимаете, такой...настоящий... самый лучший мужчина на свете. Раньше у меня была надежда. Теперь и ее не осталось...», - говорила, понижая голос до шепота
Олег молчал и слушал.
«Но я рада, что позвонила, - продолжала она. - Теперь я знаю правду, и не буду мучать себя иллюзиями. Понимаете, он друг. Вы боитесь его, но он никогда не причинит вам вреда. Вред можете причинить себе только вы сами...» - она замолчала.
Олег все понял. Вера, Юлий Геннадьевич, банковская карта, шутки соседей — все эти разрозненные факты начали складывать в общую картину, как пазл. И собрав все в одно целое, он очень удивился. «Неужели я на такое способен?» - только и подумал он.
В таком же молчании они возвращались обратно в город. Он знал, что больше никогда не увидит эту сумасшедшую прекрасную женщину, знал, что это первый и последний их поцелуй. И еще он знал, что его жизнь никогда не будет такой как прежде.
Когда он вошел в квартиру, везде горел свет и окно было распахнуто настежь.
В зеркале на него вопросительно смотрело его собственное лицо. Он достал телефон, пролистал телефонную книжку и набрал номер.
«Алло», - раздался женский голос.
«Вера, ты поедешь со мной?»
«Олег, сейчас не самое подходящее время. На работе...»
«Я знаю. Ты поедешь со мной?»
После некоторой паузы она ответила.
«Поеду, - а затем добавила, — загранпаспорт есть».
Он любил эту девушку.
«Я позвоню», - сказал он.
«Буду ждать», - ответила Вера и отключилась.
Олег снова вышел на улицу. На душе было спокойно и хорошо. Он поймал такси и назвал адрес, напечатанный на конверте, в котором он нашел банковскую карту. Он знал, что банк еще открыт. Как знал и то, что этот банк завтра прекратит свое существование. Деньги переведут на счет фирмы с несуществующим Генеральным директором, Веру не обвинят, обнаружится сбой с работе системы банка. Юлий Геннадьевич откроет другой расчетный счет и подаст в суд на свой банк, чтобы вернуть деньги.
Он снял с карты все подчистую, сложил в сумку, захваченную с собой и, счастливый, поехал домой. Глядя на себя в зеркало заднего вида, он улыбался.