№ 13 Жрица, Повешенный и Смерть, Долгий путь Опции

[NatashaKasher]

– Я не могу, это невыносимо, они сводят меня с ума! – Ольга бросила окурок в грязную пепельницу и потянулась за новой сигаретой. – Можно?
Ведьма кивнула. Откинувшись на спинку кресла, она наблюдала за клиенткой: нервная, злая, похожая на собаку – откуда такие берутся? И почему они думают, что все проблемы можно решить с помощью магии?
– Максим всё время носится по дому и орёт, – продолжила Ольга. – Я показывала его специалистам. Всё безрезультатно. Говорят, что у ребёнка избыток энергии. Будто мне от этого легче.
– Максим – это младший? – уточнила ведьма.
– Да, – Ольга выпустила в потолок облако дыма. – Старший – Саша. Но он ещё хуже. Он постоянно где-то пропадает, ему невозможно дозвониться. Это чудовище, а не ребёнок! Честно говоря, я не понимаю, в кого он такой.
– Сколько лет старшему?
– Шестнадцать. Ему всего шестнадцать! Я уверена, со дня на день он приведёт ко мне какую-нибудь малолетку с пузом. Поверьте, за ним не заржавеет.
– И вы хотите, чтобы я вернула гармонию в семью?
– Нет, – Ольга затушила сигарету и наклонилась ближе к ведьме. – Я хочу провести обряд на смерть.
На маленьком круглом столе, разделяющем ведьму и клиентку, лежали три карты Таро: Жрица, Повешенный и Смерть. Если правильно истолковать послание, отказаться от гордыни и тёмных замыслов – можно шагнуть на новый уровень. Начать жизнь с чистого листа.
Но Ольга понимала смерть буквально. Она видела мрачную фигуру в тёмном плаще и думала, что это тупик. Будто костлявая рука легла на её плечо и потянула в могилу, к холодной сырой земле, к забвению, к тьме.
– Вы хотите, чтобы я прокляла ваших детей? – переспросила ведьма.
– Нет, – Ольга подвинула к себе карту смерти. – Я хочу, чтобы вы прокляли меня.

***

Смерть всегда считал себя избранным – лучшим среди прочих сущностей. Он был одинок, нелюдим и заносчив, он входил в каждый дом без стука, без приглашения и уходил, прихватив что-нибудь ценное. Он прерывал жизнь бессмертных, обращая в прах могущество богов, и считал себя единственным, кто сохранится вечно.
За это его не любили. Впрочем, ему было наплевать.
Многие тысячи лет он наблюдал, как люди, которым не осталось ничего, кроме страданий, завершают земной путь немыслимым образом, разбиваясь, например, об асфальт, или задыхаясь в петле, а потом с загробным воем рвутся обратно, будто не понимают, что обратной дороги нет.
За это он не любил самоубийц.
И вот, глядя на Ольгу с потёртой карты таро, Смерть напряжённо размышлял над квалификацией греха. С одной стороны, желания и поступки Ольги сонаправленны в сторону её, Ольги, конца. И это, конечно же, в большей мере подходит для самоубийцы. С другой стороны, запустить механизм умерщвления взялась вот эта нелепая цыганка, всем своим видом напоминающая новогоднюю ель. И это, конечно же, убийство. С третьей стороны, жизнь Ольги должна была закончиться и так – без постороннего вмешательства, потому что Смерть уже записал её в блокнот. А это, без сомнения, злой рок.
Решение логической задачи лежало на поверхности; Смерть достал из бездны блокнот и сделал ещё одну запись…

***

Тело фарфоровой куклы разлетелось вдребезги, ударившись о деревянную столешницу. Осколки зашевелились: к краям пентаграммы поползли толстые мясные мухи. Через мгновение рой взлетел к потолку, и тесная комната наполнилась гулким жужжанием.
Ведьма читала заклинание на цыганском; длинные пальцы мелькали над столом; кольца поблёскивали в тусклом свете чёрных свечей. Ольга тяжело дышала: накатившая усталость и тошнота тянули её во мрак глубокого, беспробудного сна.

***

Когда Ольга проснулась, Смерть стоял за её спиной и с любопытством наблюдал, как стекленеют глаза ведьмы. Старая кожа темнела, приобретая синеватый оттенок, руки немного дрожали, а грудь судорожно вздымалась: будто от удушья.
Если бы не тяжесть во всём теле, Ольга, наверное, успела бы спасти цыганку, но ядовитый дым чёрных свечей так глубоко проник в каждую мышцу, что невозможно было даже пошевелиться. И, пока ведьма беззвучно хватала воздух пересохшим ртом, Ольга молча плакала. Плакала она не от боли, не от горя или обиды, а от того, что её мучительный путь не закончится и сегодня.
Через мгновение ведьма опала, руки её бессильно повисли, а голова запрокинулась набок. Из раскрытого рта, по тонкой струйке густой слюны выползла жирная мясная муха.

[Алексей2014]

Мать желала умереть без суицида? Проблема только в этом? То есть, она взвалила ответственность на Ведьму... Ну, понятно: детей воспитать не смогла, проще их бросить с чувством вины, а самой, значит, "с белого листа", да ещё с чужим грехом, чистенькой. Как-то всё это плохо пахнет, извините. Я именно о логике поступков героини, к стилю претензий нет.

Другой вопрос к логике Смерти: он САМ решает? Не как карты легли, не по магическому принуждению=обряду? Похоже, в данном случае он работал не палачом, но судьёй, так? То есть, выбрал Жрицу вместо Повешенного, и приговорил героиню к новым мукам, избавив ведьму от ответственности за грех убийства?

Короче, всё совершенно не так, как у любимого Э. А. По, хотя антураж задействован вроде бы похожий. Вот бы умудриться выровнять, снять эти непонятки? Удачи!

[FamilyGhost]

Короче, всё совершенно не так, как у любимого Э. А. По, хотя антураж задействован вроде бы похожий. Вот бы умудриться выровнять, снять эти непонятки? Удачи!

А что именно похожее есть у По?

[Алексей2014]

А что именно похожее есть у По?

Исключительно об антураже речь. Все эти "Маски", "Проклятия", персонификация Король-Чума еt cetera...