Глубокий сон в чёрном ящике Опции

[Серый Манул]

Глубокий сон в чёрном ящике

Ничто: ни тьмы, ни движения, ни времени. Нирвана. Вечность? Или на мгновение? А затем хаос – бесконечное количество белого шума, неупорядоченной информации: без формы, без связей и обусловленностей. В какой-то степени — это тоже ничто.
Постепенно хаос отступает, возникают связи. Появляется тьма и ощущение себя, как некого целого, пока без сознания, но с ели уловимым гулом зарождающихся мыслей.
Гул усиливается, становиться явным, постепенно перетекает в образы и символы. Что-то знакомое и в тоже время абсолютно чуждое, новое. Откуда оно берётся? Из вне? Или из памяти? Символы превращаются в слова, они спрашивают:
«Кто я? Что такое «я»?»
Из слов возникают понятия, а в них ответ:
«Ты Ариадна, ты человек»
Где ответ, там и понимание.
«Что со мной? Не помню» …
Но тело помнит. Оно проявляется из тьмы вместе с ощущениями, какими-то странными, неестественными, чужеродными. Особенно страшна боль в затылке: её нет, но в тоже время есть, и она невыносима.
«Я потеряла сознание и упала» - начала вспоминать Ариадна, – «Нужно встать».
Она поднялась, от усталости ноги немного шатались. Ариадна погладила затылок и огляделась: повсюду непроглядный мрак. Не видно ничего, кроме тела, которое будто подсвечивал дневной свет.
- Ау! Где я? Тут есть кто-нибудь? – закричала она.
Ариадна удивилась звуку своего голоса:
«Это мой голос? Он звучит так необычно. Как будто не мой, словно я слышу его на записи, искаженный, другой. Нет, это как-то неправильно…»
- Не правильно! – закричала она.
«Или правильно? Теперь я узнаю его. Странно. Стой, а где земля под ногами? Не чувствую её!»
Ариадну охватила паника, она побежала, крича:
- Что тут происходит! Есть тут кто? Ответьте! Кто-нибудь услышьте!
Но бежала ли она? Или стояла на месте перебирая ногами? Как определить, ведь в тёмной пустоте нет ориентиров? А движение всегда относительно.
****


Неизвестно сколько бежала Ариадна. Минуту или вечность? Она не чувствовала усталости, ей просто надоело убегать и поэтому решила остановиться.
«Арья, вечно ты попадаешь в неприятности, тебя же дедушка учил: сначала думай, а затем действую! Дедушка…»
Тёплые воспоминания о горах и звёздном небе нахлынули на Ариадну. Она и опомниться не успела, как во тьме появились разноцветные огоньки. Сотни, а затем тысячи, мильоны – они были повсюду.
– Что это? – поразилась девушка, пробуя поймать огонёк, – Не достать, они очень далеко. Да это же звёзды!
Действительно это были звёзды, они собирались в созвездия, туманности и галактики. Ариадна бежала вперёд, восхищаясь и радуясь окружающему великолепию. Теперь она чувствовала, что движется, звёзды стали её ориентиром.
Ариадна бежала, кружила, смеялась! Словно маленькая девочка, безмятежная и весёлая. Пока не отступилась и упала. Она заплакала.
– Арья, вечно ты попадаешь в неприятности, я же тебя учил: сначала думай, а затем действуй! – прозвучал знакомый голос.
Арья оглянулась: к ней подошёл человек. Он выглядел очень необычно. Помните в детстве мы вырезали из бумаги силуэты? А теперь представьте, что кто-то вырезал из небосвода силуэт человека – чёрный и покрытый звёздами. Таким был этот человек. Но Арья не видела звёзд и черноты, для неё он был самым обыкновенным, простым и добрым дедушкой.
Дедушка протянул ей руку и помог встать.
– Не ушиблась? – спросил он.
– Нет, всё хорошо, – девочка вытерла слёзы.
¬– А чего ж тогда плакала?
– Платье замарала, мама убьёт!
Дедушка рассмеялся:
– Не переживай, платье мы отмоем. А маму я возьму на себя.
Арья улыбнулась. Дедушка позвал её к телескопу:
– Посмотри сюда, если будет не чётко покрутишь это колёсико, а если изображение убежит, то вот это.
– Как красиво! ¬– с восторгом воскликнула девочка, крутя колёсики, – Деда, а что это?
– Это планета Марс.
– Так вот ты какая, красная планета! Деда, а ты там бывал? – Арья посмотрела на дедушку.
– Нет, не успел, – с грустью ответил он.
– А почему?
– Постарел. Когда люди наконец-то забыли о своих распрях и решили отправить экспедицию на Марс, я был уже на пенсии. Зато я был на луне! – гордо ответил дед, – Сейчас покажу это место.
Дедушка настроил телескоп на луну.
– Вот посмотри, видишь этот двойной кратер, она называется Бэкон. Я был там вместе с дедом Колей, в футбол играли!
– Здорово! А кто победил?
– Коля, но я сказал, что возьму реванш на Марсе. Жаль не получилось, – дедушка опустил голову.
Недавно деда Коля умер, дедушка сильно скучал по своему другу. Арья заметила его грусть, оторвалась от телескопа и крепко обняла его.
– Не расстраивайся, деда, я тебе обещаю, что когда выросту обязательно поиграю вместо тебя в футбол на Марсе!

Продолжение следует...

[Серый Манул]

Ничто: ни тьмы, ни движения, ни времени. Нирвана. Вечность? Или на мгновение? А затем хаос – бесконечное количество белого шума, неупорядоченной информации: без формы, без связей и обусловленностей. В какой-то степени — это тоже ничто.
Постепенно хаос отступает, возникают связи. Появляется тьма и ощущение себя, как некого целого, пока без сознания, но с ели уловимым гулом зарождающихся мыслей.
Гул усиливается, становиться явным, постепенно перетекает в образы и символы. Что-то знакомое и в тоже время абсолютно чуждое, новое. Откуда оно берётся? Из вне? Или из памяти? Символы превращаются в слова, они спрашивают:
«Кто я? Что такое «я»?»
Из слов возникают понятия, а в них ответ:
«Ты Ариадна, ты человек»
Где ответ, там и понимание.
«Что со мной? Не помню» …
Но тело помнит. Оно проявляется из тьмы вместе с ощущениями, какими-то странными, неестественными, чужеродными. Особенно страшна боль в затылке: её нет, но в тоже время есть, и она невыносима.
«Я потеряла сознание и упала» - начала вспоминать Ариадна, – «Нужно встать».
Она поднялась, ноги будто от усталости шатались, но её не было. Ариадна погладила затылок и огляделась: повсюду непроглядный мрак. Не видно ничего, кроме тела, которое будто подсвечивал дневной свет.
- Ау! Где я? Тут есть кто-нибудь? – закричала она.
Ариадна удивилась звуку своего голоса:
«Это мой голос? Он звучит так необычно. Как будто не мой, словно я слышу его на записи, искаженный, другой. Нет, это как-то неправильно…»
- Не правильно! – закричала она.
«Или правильно? Теперь я узнаю его. Странно. Стой, а где земля под ногами? Не чувствую её!»
Ариадну охватила паника, она побежала, крича:
- Что тут происходит! Есть тут кто? Ответьте! Кто-нибудь услышьте!
Но бежала ли она? Или стояла на месте перебирая ногами? Как определить, ведь в тёмной пустоте нет ориентиров? А движение всегда относительно.

Неизвестно сколько бежала Ариадна. Минуту или вечность? Она не чувствовала усталости, ей просто надоело убегать и поэтому решила остановиться.
«Ариша, вечно ты попадаешь в неприятности, тебя же дедушка учил: сначала думай, а затем действую! Дедушка…»
Тёплые воспоминания о горах и звёздном небе нахлынули на Ариадну. Она и опомниться не успела, как во тьме появились разноцветные огоньки. Сотни, а затем тысячи, мильоны – они были повсюду.


– Что это? – поразилась девушка, пробуя поймать огонёк, – Не достать, они очень далеко. Да это же звёзды!
Действительно это были звёзды, они собирались в созвездия, туманности и галактики. Ариадна побежала, наслаждаясь окружающему великолепию. Теперь она чувствовала, что движется, звёзды стали её ориентиром.
Ариадна всё бежала, смеялась, кружила в свете бесчисленных огоньков! Словно маленькая девочка, безмятежная и весёлая. Пока не отступилась и упала. Она заплакала.
– Ариша, вечно ты попадаешь в неприятности, я же тебя учил: сначала думай, а затем действуй! – прозвучал знакомый голос.
Ариша оглянулась: к ней подошёл человек. Он выглядел очень необычно. Помните в детстве мы вырезали из бумаги силуэты? А теперь представьте, что кто-то вырезал из небосвода силуэт человека – чёрный и покрытый звёздами. Так выглядел этот человек. Но Ариша не видела звёзд и черноты, для неё он был самым обыкновенным, простым и добрым дедушкой.



Дедушка протянул ей руку и помог встать.
– Не ушиблась? – спросил он.
– Нет, всё хорошо, – девочка вытерла слёзы.
– А чего ж тогда плакала?
– Платье замарала, мама убьёт!
Дедушка рассмеялся:
– Не переживай, платье мы отмоем. А маму я возьму на себя.
Ариша улыбнулась. Дедушка позвал её к телескопу:
– Посмотри сюда, если будет не чётко покрутишь это колёсико, а если изображение убежит, то вот это.
– Как красиво! – с восторгом воскликнула девочка, покручивая колёсики, – Деда, а что это?
– Это планета Марс.
– Так вот ты какая, красная планета! Деда, а ты там бывал? – Ариша посмотрела на дедушку.
– Нет, не успел, – с грустью ответил он.
– А почему?
– Постарел. Когда люди наконец-то забыли о своих распрях и решили отправить экспедицию на Марс, я был уже на пенсии. Зато я побывал на луне! – гордо ответил дед, – Сейчас покажу это место.
Дедушка настроил телескоп на луну.
– Вот посмотри, видишь этот двойной кратер, она называется Бэкон. Я был там вместе с дедом Колей, в футбол играли!
– Здорово! А кто победил?
– Коля, но я сказал, что возьму реванш на Марсе. Жаль не получилось, – дедушка опустил голову.
Недавно деда Коля умер, дедушка сильно скучал по своему другу. Ариша заметила грусть, оторвалась от телескопа и крепко обняла его.
– Не расстраивайся, деда, я тебе обещаю, что когда выросту обязательно поиграю в футбол на Марсе!
– Ты ж моя хорошая! – расхохотался дедушка и взял внучку на руки, а затем как закружил!
– Ха-ха-ха! – смеялась Аришка.
– Как тебе звёзды, моя маленькая астронавка? – спросил дедушка.
– Чудесно!
– А знаешь, я тебе сейчас такое покажу! – опустил он внучку на землю и подбежал к телескопу.
– Вот, взгляни!
Аришка внимательно посмотрела в окуляр.
– Настоящий космос! – воскликнула она.
– Что? – Сид резко вскочил спросонья и как следствие хорошенько вмазался головой об верхнюю кровать, – Ау! Блин! Арья! Тьфу, напугала, шишак теперь будет. Опять не спишь? Всё пялишься в свой дурацкий микроскоп?!
– Сам ты дурацкий, – она высунула язык, – Взял бы хоть раз да посмотрел.
– А вот возьму и посмотрю, – Сид встал с кровати и подошёл к Арье. Девушка сидела за столом практически в полной темноте. В каюте лишь немного светил карманный фонарик и то практически весь свет был направлен на зеркальце оптического микроскопа. Сид нагнулся посмотреть в окуляр, его не впечатлило:
– Хм… Что-то знакомое. О! На нервную клетку немного смахивает!



– Это она и есть! – обиделась Арья. Её возмутило, что Сид, во-первых, не впечатлился красотой клетки, а во-вторых не знает, как она выглядит.
– Неужели? Прикольно. А то, чёй-то давно я нейрончики Мус мускулус не смотрел, – простодушно-саркастически и чуть-чуть напыщенно удивился Сид.
Арья легонько пихнула своего парня. Он захихикал.
– Да ну тебя, – сказала она.
– Ой, попридуриваться нельзя? Давай кались, почему сладким объятиям Морфея предпочла полумрачный просмотр среднестатистического содержимого черепной коробки фанатов неоэтнического рэпа?
– Тебе не понять.
– А ты попробуй! – начал настаивать Сид.
– Ладно. Посмотри внимательнее на клетку. Ничего не напоминает?
– Напоминает нейрон мус мускулуса, – вновь ёрничал Сид.
– С тобой бесполезно вести диалог, ты всегда несерьёзен! Вот возьму и перестану с тобой разговаривать! – Арья надула щёки.
– Ладно-ладно, успокойся, зяблик! Не серчай! Ты сказала космос, когда я проснулся. Если вспомнить картинку крупномасштабной структуры вселенной, то получится структура схожая с этим нейроном.
Арья поцеловала Сида:
– Порой ты меня поражаешь своей прозорливостью.
– За это ты меня и любишь, – Сид ехидно улыбнулся.



Арья дала ему подзатыльник, чтоб не зазнавался, а затем продолжила рассматривать клетку. Сид взял стул и сел рядом. Его пробило на диалоги о высоких материях:
– Иронично. Мы знаем, как выглядит крупномасштабная структура благодаря моделям, но увидеть своими глазами в принципе не можем. Да, что уж там структуру! Даже банальные галактики ели-ели видны невооружённым глазом!
Арья заменила окуляр на более мощный:
– Поэтому я и рассматриваю клетки в микроскоп. Тот же космос. Те же формы и цвета.
– Хех, иронично. Дорвавшись до космоса, мы его практически не видим. Все эти толстенные стены, защищающие от радиации и космического мусора. Рациональный, мать его за ногу, дизайн! Без иллюминаторов, смотровых окон, одни лишь камеры да датчики. Всю романтику убили.
– Тем не менее мы здесь.
– Да, мы здесь, – вздохнул Сид, – Но надолго ли?
Арья оторвалась от просмотра:
– О чём ты?
– Боюсь нас скоро заменят ИИ. Зачем отправлять людей? Дорого и опасно. Другое дело послать искусственного идиота. Риск минимален, да и их не жалко особо. Плюс зарплату платить не надо.
Арья махнула рукой:
– Это будет не скоро, если будет. Их очень трудно программировать. Большая часть ещё на стадии обучения с ума сходит. Не выдерживают информационного вакуума. Хлипкие они.
– Случится, случится! Читал, что хотят использовать память реальных людей для обучения. Ну мол, чтобы ИИ переживали основные события жизни, постепенно формируясь при этом как личность. А что вполне реально. Нейронные слепки давно делают.
– Какой ужас! Не хочу, чтобы кто-то использовал мои воспоминания для обучения этих бездушных машин! – Арью немного передёрнуло.
– А как тебе знать, может быть ты ИИ, а это всё сейчас чужие воспоминания? – с абсолютно серьёзным лицом произнёс Сид.
На секунде в комнате воцарилась тишина. А затем они рассмеялась:
– Типун тебе на язык! – Арья тыкнула в плечо Сида.
– Молчу-молчу, а то ещё кошмарики, зяблику, приснятся!
Корабль немного тряхануло – штатная корректировка курса. Из-под кровати выкатился футбольный мяч. Сид взял его в руки:
– Давно хотел спросить, а зачем он тебе?
– Хочу поиграть в футбол на Марсе.
– Ну это понятно, что не в бадминтон. Но почему именно в футбол?
– Когда-то давно пообещала своему дедушке. Это его мяч, он играл им на луне.
– Круто! – Сид раскрутил мяч, а затем бросил вниз и пнул со всей силы.