Последний подарок деда Мороза Опции

[kxmep]

Дед Мороз сидел в дежурной части РОВД и грустил.
С валенок на казенный линолеум уже натекла изрядная лужица, что нарушало присутственный формат департамента. Да, именно так, подумал Дед Мороз. Присутственный формат департамента – изрядный оборот, увесистый. С легким налетом шизоидной эклектики. Если бы я был беллетристом-душезнатцем, продолжал думать Дед, непременно избрал сей стиль для описания идиотской ситуации, в которую умудрился вляпаться…

Дознаватель – немолодой полицейский чин – снимал показания.

– Что было в мешке?
– Подарки.
– Какие?
– Подарки не бывают «какие», – Дед Мороз удивленно глянул в полицейское лицо. –Люди все разные, желания у них разные и дарить им надо – разное.
– Опять двадцать пять за рыбу деньги… – устало сказал дознаватель. – Гражданин, мы с вами уже битый час тут словами блудим. Не надо про желания. Надо про список для протокола.
Дед Мороз обреченно вздохнул.
– Да я сам не в курсе. Я ж не в мешок, я на детей смотрю, как они поют, стихи рассказывают, песенки там… про зайку серенького… И понимаю, что они думают, чего хотят. Что у них лежит на донышке души, маленьким таким огоньком – потаённое. Подарок не в мешке, он в ребенке: в его глазах, в восторженном предвкушении.
– Ну а мешок тогда зачем? – нудным голосом спросил дознаватель. Ему надо было делать свою работу. – Допустим, чтение мыслей. Эмпатия типа. Ладно. Если оно все в глазах, можно подарки вручать более эффектно… я не знаю… из рукава вытаскивать – фокус-покус! – или там материализовать магически, нынешние дети любят всякое спецэффектное. Мешок-то зачем?
– А в чем подарки носить? – резонно спросил Дед Мороз.
Дознаватель схватил свою голову обеими руками, как будто хотел ее оторвать, прополоскать в холодной воде и приставить обратно – освеженную.

Тут к диалогу подключился оперативный дежурный из соседнего кабинета и сказал, что пропавший мешок нашли и везут. Патруль докладывает: цыгане, как обычно. Причем, сами принесли, а вот это уже – совсем не как обычно. Можно сказать, из ряда вон.

– Вот, – довольно заметил дознаватель. – Хранить и защищать! В том числе и волшебные мешки от преступных посягательств. Не все мы тут – тово… оборотни в погонах.
– Слушай, – сказал Дед Мороз, переходя на «ты», к чему располагало благополучное развитие событий, – тебя как зовут-то?
– Сергей Палыч. Капитан полиции, между прочим.
– Хорошее имя и неплохое звание. Сильна полиция своими капитанами!

Посмеялись. По доброму так, святочно.

– Одного не пойму, – Сергей Палыч задумчиво почесал затылок, – почему вернули? Странно…
– Честные цыгане попались, – неуверенно сказал Дед Мороз.
– Кхм… Обыкновенное чудо. А вот что я думаю: они в этот мешок таки заглянули… И мучают меня сомнения, чего там может быть такого принципиально сверхъестественного, чтобы цыгане добровольно сдали его властям?..
– Палыч, понимаешь… – Дед Мороз поискал у себя в словарном запасе убедительные аргументы. – Там подарки.
– Это я уже понял. Там кладезь. Мешок халявы.
– Да нет там халявы, как ты в ум не возьмешь! Подарки же – для других, а хозяину мешка с них никакого профита.
– Да ладно. Подарки можно зарядить нужному человеку, чтобы покрывал и споспешествовал – глянь в телевизор.
– Только люди мелкие и сущеглупые полагают, что корыстными подарками можно обрести счастье и удачу.
– Ты это нашим депутатам скажи…
– И скажу.
– И скажи. А еще добавь, чтобы оклад подняли чуток. Ибо очень грустные оклады у нас, служивых…

В кабинете оперативного забубнила рация: мешок уже вот-вот. Подъезжаем.

– Эх, нельзя в мешок заглядывать! – сказал Дед Мороз озабоченно. – Праздным глазом. Беспокоюсь я за цыган: чай, тоже люди…
– Ты не за цыган беспокойся, – наставительно ответил Сергей Палыч, – ты за себя беспокойся. Страж обязан бдить! Так что извини, у меня все «льзя» описаны в соответствующих инструкциях. По которым я обязан все проверить. И составить протокол. А вдруг ты маньяк и у тебя в мешке труп расчлененный?
Дед Мороз аж подскочил.
– Какой такой маньяк?
Сергей Палыч улыбнулся, но внезапно что-то вспомнил и посуровел лицом.
– Ловим тут одного выродка. Детей калечит, а потом – на части, представляешь?
– Ты шутишь что ли, Палыч?
– Такими вещами не шутят, Дед. Я так свою дочку нашел: в полиэтиленовом пакете, кусками. Год уже ищу эту мразь…
– Непраздничный у нас разговор получается… – сказал Дед Мороз.
– Да уж…

Хлопнула дверь, и пара патрульных бойцов ввела в дежурку чернявого шпанёнка лет десяти. В руках он держал мешок.

– В лесу все волки сдохли, Палыч, – доложил патрульный сержант. – Барон Рома прислал вот этого гонца с возвратом и сказал… Нет, ты зацени: «Будем щемить понаехавших!». Кино и немцы.
– Ого, – капитан полиции нехорошо задумался.

А цыганенок безумными глазами смотрел на Деда Мороза. Потом осторожно положил мешок к его ногам и спрятался за спины цепных псов режима. Ему там было спокойней.

– Палыч, отпусти пацана, – сказал Дед Мороз. – Чай, тоже дитё…
– А пусть его, – капитан сделал освобождающий жест. – Свободен.

Цыганенок недоверчиво прошел к выходу, открыл дверь. Обернулся, выпалил: «Россия для русских!» – и растворился в новогодней тьме.

Повисла многозначительная пауза.

– Вот теперь я точно досмотрю этот мешок, – сказал капитан. – Подарки, да? Павлины, говоришь? А что за пятна, почему это у тебя оно подтекает?..

Капитан раскрыл мешок.
То, что там было, описать невозможно. Да и не нужно. Но ребячья рука, отрезанная по плечо, сразу же напомнила ему ту ночь, когда он получил свою дочку – подарочной бандеролью от неизвестного доброжелателя.

В этот момент Дед Мороз прыгнул, сшибая патрульных, и ломанулся по коридору.
До двери оставалось метров пять, когда капитан полиции Сергей Палыч, прошедший Кандагар и Гудермес, прострелил Деду Морозу левое колено из табельного ПМ-а.
Сержант-патрульный уже был на ногах – браслеты, Саня! – есть, командир – руки с хрустом провернулись в суставах – готов.
Вторая пуля безошибочно нашла правое колено.
– Всё, Палыч. Побереги патроны.
– Сука, – капитан спрятал ствол. – В камеру.

***

Избитый в кровь и в мясо Дед Мороз лежал на бетонном полу.
Он знал, что капитан Палыч не успел найти убийцу своей дочери: неделю назад четверо цыган взяли этого упыря на горячем, когда он занимался своим поганым делом. За ним был должок барону: один из многочисленных пацанят – цыгане своих детей не считают. Но любят. Поэтому упырь умирал долго и страшно. И властей это не касалось никаким боком.
Дед Мороз не мог вернуть капитану его ребенка. Все, что он мог ему дать – возмездие, пусть даже иллюзорное. Такая малость. Такая ложь.

Но в мире есть вещи выше правды.

– Я все сделал правильно, – сказал Дед Мороз и умер.

[Andrey-Chechako]

Сильный рассказ Заслуживает подводки и отсутствия троеточий, раскрытия конфликта Палыча не в конце, а вначале произведения

[zolota]

Сильный рассказ Заслуживает подводки и отсутствия троеточий, раскрытия конфликта Палыча не в конце, а вначале произведения

А раскрытие конфликта будет следующим:за зверское убийство невинного человека капитан получит 8 лет(учитывая состояние аффекта). Если же прокурор имеет на него зуб, то проверят, когда был сделан выстрел во второе колено. Выяснится, что в лежащего. А это уже не аффект, а убийство с особой жестокостью. От 15 до пожизненного. Весело!

[kxmep]

А раскрытие конфликта будет следующим:за зверское убийство невинного человека капитан получит 8 лет(учитывая состояние аффекта). Если же прокурор имеет на него зуб, то проверят, когда был сделан выстрел во второе колено. Выяснится, что в лежащего. А это уже не аффект, а убийство с особой жестокостью. От 15 до пожизненного. Весело!

Следует учитывать два момента.

1. Дед Мораз - настоящий, волшебный.
2. Он может умереть, только если захочет этого сам. И ему вполне по его волшебным силам обставить эту смерть таким образом, чтобы довести задуманное до правильного финала.

[zolota]

Следует учитывать два момента.

1. Дед Мораз - настоящий, волшебный.
2. Он может умереть, только если захочет этого сам. И ему вполне по его волшебным силам обставить эту смерть таким образом, чтобы довести задуманное до правильного финала.

Настоящий(волшебный) Дед Мороз обращается в полицию с заявлением об ограблении. Открытое похищение волшебного мешка лицами цыганской национальности. Угу.
При этом он хочет заделать подарок капитану - имитировать убийство маньяка, убийцы дочери капитана. Ага.
Теперь весь вопрос в том останется ли труп этого дедушки. Если останется - этот вариант я уже рассмотрел. Если нет - капитану предстоит длительное и не очень приятное лечение в психиатрической больнице, после которого его возьмут на работу только уборщиком. Спасибо доброму Дедушке Морозу за отличный подарок!

[kxmep]

Настоящий(волшебный) Дед Мороз обращается в полицию с заявлением об ограблении.

А к кому ему обращаться?
В Лигу Сексуальных Реформ?
Общественная функция полиции как раз и заключается в том, чтобы расследовать кражи. Чего тут странного?

При этом он хочет заделать подарок капитану - имитировать убийство маньяка, убийцы дочери капитана. Ага.

Он видит желание в глазах людей. Смотрит в глаза - и понимает, какой человеку нужен подарок.
И он не "хочет", он просто не может по-другому. Он должен.

Теперь весь вопрос в том останется ли труп этого дедушки.

Нет, не останется. Зачем содавать лишние проблемы?

Если нет - капитану предстоит длительное и не очень приятное лечение в психиатрической больнице, после которого его возьмут на работу только уборщиком.

Капитан кое-что понял, когда разговаривал со старым волшебником. Но потом события происходили так быстро и ошеломительно, что это "кое-что" спряталось в глубине подсознания.
Но капитан обязательно вспомнит. И поймет, что должен делать дальше.

[zolota]

Он видит желание в глазах людей. Смотрит в глаза - и понимает, какой человеку нужен подарок.
И он не "хочет", он просто не может по-другому. Он должен. А Вовочка хотел чтобы сдохла химичка!


Нет, не останется. Зачем содавать лишние проблемы? Статья "сокрытие улик" при "умышленном убийстве с особой жестокостью" - не проблема! Есть свидетели, есть два стрелянных патрона. Что капитан будет говорить внутренней безопасности? Есть фиксация входа Деда, но нет фиксации выхода. Подарок Деда делает соучастниками преступления достаточно большое количество людей. Вот уж поистине, добрыми намерениями...